В 1975 г. в журнале «Вопросы психологии» Б.Ф. Ломов опубликовал свою статью «О системном подходе в психологии». Обосновывая системный подход, он исходил из того, что психические явления включены во всеобщую взаимосвязь процессов материального мира и выражают уникальное единство всех живых организмов Психическое выступает как отражение действительности и отношение к ней, как природное и социальное, как сознательное и бессознательное. Психика, по Б.Ф. Ломову, — это многомерное, иерархически организованное, динамически целое, т.е. она выступает как система. Ядро системного подхода, согласно Б.Ф. Ломову, образуют шесть основных принципов.

1) Психические явления воспринимаются исследователем с нескольких сторон: как некоторая качественная единица, как внутреннее условие взаимосвязи и взаимодействия объекта со средой, как совокупность качеств, приобретаемых индивидом, и как результат активности микросистем организма. Целостное описание явления предполагает сочетание всех планов исследования.

2)  Психические явления многомерны, а потому они должны рассматриваться в различных системах измерения. Если к их изучению подходить с одной стороны, то явление никогда не будет исследовано целиком.

3)  Система психических явлений состоит из многих уровней, психика в целом разделяется на когнитивную, коммуникативную, регулятивную, каждая из которых также разделяется на уровни.

4) По мнению Б. Ф. Ломова, свойства человека организованы в единое целое, по своему строению напоминающее пирамиду на вершине находятся основные психические свойства, в основании — раскрывающие их свойства, а грани символизируют различные категории свойств. Таким образом, при системном рассмотрении необходимо учитывать совокупность свойств различного порядка.

5) Целостное познание психического явления подразумевает учет множественности его детерминант. В их число входят причинно-следственные связи, общие и специальные предпосылки психических явлений, опосредующие звенья, а также внешние и внутренние факторы. Одни и те же детерминанты могут в одних условиях выступать в роли предпосылок, а в других — в роли, например, фактора или опосредующего звена.

6)  Психические явления должны изучаться в их динамике и развитии. Целостность и дифференцированность психических явлений возникают, формируются или разрушаются в ходе развития индивида, которое выступает как полисистемный процесс. Таким образом, психическое развитие индивида можно представить как постоянное движение, возникновение, формирование и преобразование основных свойств и качеств.

Все эти принципы подразумевают полисистемность бытия человека и интегральность его психических свойств. Именно эта идея является определяющей для системного подхода Б.Ф.Ломова. 23 декабря 1976 г. Б.Ф. Ломов был выбран членом-корреспондентом Академии наук по отделению философии и права.

В 1984 г. ученый издал свою книгу «Методологические и теоретические проблемы психологии». Он воспринимал основную задачу психологической науки в изучении природы психики, ее механизмов и законов, действующих в этой среде. Психологические законы, по его мнению, относятся к различным уровням психического, раскрывают его всевозможные измерения. Каждая группа законов фиксирует существенные и устойчивые связи психического в какой-либо определенной плоскости. Многообразие действующих законов, их различная направленность, по Б.Ф. Ломову, являются источником вариативности психических явлений.

Также в этой работе Б.Ф. Ломов изложил свои представления об уровнях исследования человека и его психики. На самом высоком уровне человек рассматривается в системе человеческих отношений и изучается как личность. Предметом исследования в этом случае являются развитие личности и социально-психологические явления. На предыдущем уровне личность рассматривается с точки зрения ее собственных свойств и структуры в контексте ее деятельности, непосредственного общения и поведения. На еще более низком уровне изучаются процессы и состояния человека, его восприятие, мышление, память и т.д. Этот уровень связывает психологию с физикой и математикой, а следующий — с нейрофизиологией и биологическими науками. Самый низкий уровень связан с областью исследований нейродинамики или физиологического обеспечения психических процессов. Эта иерархия показывает связь психологии с другими науками, кроме того, она определяет основание для систематизации получаемых в психологии данных.

Борис Федорович Ломов умер, 11 июля 1989 г. в Москве. Он оставил заметный след во многих областях отечественной науки, занимался проблемами общей и инженерной психологии, вопросами осязания, памяти, зрительного восприятия. Особенно важным для психологии является системный подход, разработанный Б.Ф. Ломовым. Этот подход вводит в науку широкий взгляд на изучаемые явления, позволяет наиболее точно ставить проблему для изучения и намечать стратегии ее решения. В Институте психологии, созданном при непосредственном участии Б.Ф. Ломова и под его руководством, обучались многие известные психологи, а также проводились исследования множества различных проблем психологии.

ЛУРИЯ АЛЕКСАНДР РОМАНОВИЧ.

Александр Романович Лурия родился 16 июля 1902 г. в Казани в семье врача. После окончания гимназии он поступил в Казанский университет на факультет общественных наук. После окончания в 1921 г. университета он занимался экспериментальной психологией, в частности его первые исследования были посвящены психофизиологии труда.

В 1923 г. Лурия переехал в Москву, где работал в Институте психологии, занимался изучением аффективных состояний человека и разрабатывал методику «сопряженных моторных реакций». Суть ее заключается в одновременной регистрации словесных и двигательных ответов на слова-стимулы. А.Р. Лурия показал, что именно сочетание таких ответов более адекватно отражает эмоциональное состояние человека.

Исследование аффективных процессов позволило установить ряд важных фактов, свидетельствующих о том, что эмоциональное состояние человека представляет собой целостные системные образования, включающие в себя различные, связанные между собой компоненты. Использование данной методики для изучения эмоций у студентов на экзамене, у лиц, подозреваемых в преступлении, у больных с психическими расстройствами существенно обогатило и психологию эмоций, и методологию общей психологии. Эта методика оказалась предвестником «детектора лжи», намного позже созданного в США.

В 1924 г. Александр Романович впервые встретился с Л.С. Выготским. Во многом именно благодаря общению с ним у Лурии возник интерес к мозговой организации мыслительных процессов, впоследствии это направление стало главным делом его жизни. Помимо этого, Лурия также занимался изучением проблемы развития ребенка и влияния наследственных и средовых факторов на развитие. Вместе с некоторыми другими психологами он проводил сравнительное исследование перцептивных, мнемонических и речевых функций у близнецов.

В 1926 г. Александр Романович начал проводить свои исследования в неврологических клиниках, уделяя особое внимание страдающим болезнью Паркинсона и афазией (нарушениями речи). Эти исследования, посвященные изучению нарушения психических процессов у больных, положили начало новому направлению в психологии — нейропсихологии.

Вместе с Л.С. Выготским Лурия создал учение о высших психических функциях человека, которое определило пути развития современной психологии. Речь идет о таких функциях, как произвольное внимание, опосредованное запоминание, абстрактное мышление. Изучая их формирование; Лурия использовал «инструментальную методику», или «методику двойной стимуляции» Выготского. Результаты этих исследований были опубликованы в совместной книге Выготского и Лурии «Этюды по истории поведения», изданной в 1930 г.

В 1936 г. Александр Романович защитил свою первую докторскую диссертацию. Несмотря на то что последние десять лет он активно занимался развитием нейропсихологии, его диссертация была посвящена аффективным состояниям человека и называлась «Психофизиология аффективных процессов». Ее содержание составили результаты исследований, проведенных в 1923—1924 гг., опубликованные ранее в Нью-Йорке.

В том же году А.Р. Лурия закончил Московский медицинский институт, где получил второе высшее образование и диплом врача. Следующие пять лет он работал в Институте нейрохирургии АМН СССР и Институте неврологии АМН СССР, где очень основательно и подробно разрабатывал проблемы афазиологии, которым и была посвящена его вторая докторская диссертация, защищенная в 1942 г.

В годы Великой Отечественной войны Александр Романович руководил военным госпиталем на Урале, специализирующимся на психической адаптации военнослужащих, перенесших тяжелые ранения. В этот период он продолжал заниматься проблемами афазии и восстановления речи у больных с очаговыми поражениями мозга. Результатами этих исследований стали его работы «Травматическая афазия» и «Восстановление функций после военной травмы», вышедшие в 1947 и 1948 гг. соответственно.

После окончания войны Лурия продолжил работу в области нейропсихологии. Его считают основоположником нейропсихологии нового типа. В отличие от западной нейропсихологии, которая в значительной мере выросла из медицины, разрабатываяемая им наука имеет своей основой именно психологию. Ее истоком является общепсихологическое представление о структуре и строении психических функций. Нейропсихология, созданная Лурией, является, по сути, синтезом трех наук — физиологии, медицины и психологии, являясь в то же время отдельной отраслью последней.

Очень важное значение для науки имеет его теория мозговой организации высших психических функций человека. Александр Романович определял высшую психическую функцию как сложную форму психической деятельности. Она включает в себя движущие мотивы, цели, исполнительные и контролирующие механизмы психического процесса. За реализацию психических функций отвечают определенные мозговые структуры. Эти структуры — строго дифференцированные образования, объединенные в различные системы. Общие и локальные физиологические процессы (закономерности функционирования соответствующих нейтронов) отвечают за различные аспекты высших психических функций и за различные формы их нарушений. На основе этой теории А.Р. Лурия разработал методы нейропсихологической диагностики нарушения высших психических функций, а также способы их восстановления.

В начале 1950-х гг. он вновь обратился к изучению психических процессов у детей. В этой области его особенно интересовали проблемы формирования регулирующей функции речи. В то время он работал в Институте дефектологии АПН РСФСР, где получил доступ к обширному клиническому материалу. Его двухтомный труд «Проблемы высшей нервной деятельности нормального и аномального ребенка», вышедший в 1956—1958 гг , стал логичным завершением этого периода его жизни, поскольку включил в себя все вопросы, которыми занимался ученый в то время.

В частности, Лурия подробно изучал переход ребенка от внешних способов опосредования к внутренним. Оказалось, что процесс опосредования произвольного запоминания проходит несколько этапов. Так, например, младшие дошкольники еще не могут использовать свой рисунок в качестве мнемотехнического средства, а старшие дошкольники уже способны применить свои рисунки в целях запоминания, однако не отражают в них характерных особенностей запоминаемого материала.

В младшем школьном возрасте изображения становятся более выразительными, в них выделяются типичные свойства запоминаемых объектов, что значительно повышает эффективность процесса запоминания. У подростков рисунок совершенно теряет свое значение средства, улучшающего произвольное запоминание, т.к. продуктивность его не зависит от того, используется ли прием с рисунком или нет. Основной вывод, который Лурия приводит в этой книге, заключается в том, что подобный путь развития — от внешнего опосредования к внутреннему — проходят и другие познавательные процессы. Александр Романович внес вклад в историческую психологию. Изучая проблему общественно-исторической детерминации психики, он определил, что внешние (исторические, социальные) условия, общественные формы, в которых существует человек, во многом определяют характер и психологическую структуру его познавательных процессов. Эти положения были позже доказаны экспериментально.

Александр Романович Лурия умер 14 августа 1977 г. На ранний период его творчества оказал большое влияние Лев Семенович Выготский, многие работы того времени написаны ими совместно. Он внес значительный вклад в детскую и историческую психологию, а его методы диагностики и восстановления высших психических функций обеспечили ему признание как в России, так и за рубежом.

ОХОРОВИЧ ЮЛИАН ЛЕОПОЛЬД.

Известный в Европе украинский и польский ученый, действительный член Русского психологического общества, инициатор Первого Международного психологического конгресса, один из основателей Международного института психологии в Париже в 1900 г., приват-доцент психологии Львовского университета Юлиан Леопольд Охорович родился в 1850 г.

Заниматься научной деятельностью Ю. Охорович начал, будучи студентом Варшавского университета. В 1868 г. за представленную на конкурс студенческую работу «О методах психологических исследований» он получил серебряную медаль. Уникальность этой работы заключалась в новаторском взгляде на классификацию наук, изложение которого вызвало острейшую дискуссию: в частности, Ю. Охорович в этой работе пытался доказать, что психология является самостоятельной экспериментальной наукой, отличающейся от философии. Охорович в этой работе пропагандировал сравнительно-исторический метод исследования, эмпирические методы наблюдения и самонаблюдения, измерения и эксперимента.

В 1871 г. Охорович публикует работу «Будущее психологии», в которой выступает за необходимость независимой психологии, которая должна быть основой для философии, эстетики, педагогики, этики, криминалистики и других наук Психолог же, по мнению Охоровича, должен быть прежде всего наблюдателем, ищущим факты, анализирующим все стороны духовной жизни. Следовательно, настоящий психолог должен быть практиком, а не просто уметь рассуждать на интересующие его темы.

Охорович в это время интересуется законами и условиями движения мысли и духовной жизни. В частности, он полагает, что подобное движение можно будет выразить при помощи математических формул.

Блестяще окончив университет, он в 1873 г. защищает диссертацию по психофизиологии на тему «Сознание человека. Его условия и законы». В 1875 г. молодого ученого приглашают на только что созданную кафедру психологии и философии природы во Львовском университете на должность доцента.

В программу его лекций входили такие недостаточно изученные ранее отрасли психологии, как теоретическая, индуктивная, прикладная, криминальная психология, патогномика, психология творчества, психология истории и цивилизации, этнопсихология, философия физики и история философии природы.

Львовский период жизни был самым плодотворным в его карьере: он принимал активное участие в общественной и научной жизни Львова, печатался в газетах и еженедельниках, занимался литературой (в частности писал стихи), редактировал журнал «Нива», выступал на съездах и конференциях.

Живя во Львове, Охорович разработал проект программы Первого Международного конгресса психологов, в котором, помимо разработки организационных вопросов, он выделил следующие отрасли психологии: общую, физиологическую, криминальную, патологическую, педагогическую, психофизику, этологию, патогно-мику, психологию творчества и искусства, психологию истории, психологию математики, историю психологии — все отрасли психологических знаний, преподаванием которых он занимался во Львовском университете.

Основной целью конгресса он видел возможность создания общего для всех ученых мира плана действий в целях плодотворного сотрудничества и избежания параллелизма и повторения в исследованиях.

Практически в полном соответствии с планами Охоровича с 6 по 10 августа 1889 г. проводится Первый Международный конгресс физиологической психологии, на котором Охорович возглавляет одну из самых больших секций — секцию «Гипнотизм и внушение», собравшую на своих заседаниях более 100 человек. Сам Охорович на заседаниях своей секции прочитал доклады «Гипноз и внушение» и «Гипнотическая склонность и методы ее выявления при помощи гипноскопа».

Вообще, эта тема вследствие своей малоизученности чрезвычайно привлекала Охоровича. Так, начиная с 1882 г. он часто посещал лекции Ж. Шарко, а в 1884 г. представил на заседании Парижского биологического общества свои доклады, в которых впервые познакомил общественность со своим изобретением — гипноскопом, прибором, позволяющим определить внушаемость человека; а также свою теорию идеопластии, которую он определил как «физиологическую реализацию мысли», т.е. в противоположность общепринятой теории о том, что ощущения вызывают мысль; Охорович в теории идеопластии подчеркивает, что мысль первична и вызывает какое-либо изменение в организме в соответствии с мыслью. Эта теория для Охоровича стала объяснением случаев магнетизма, гипнотизма и внушаемости человека.

По рекомендации известного французского психолога-практика Ш. Рише Охорович получил возможность проводить свои эксперименты в знаменитой, благодаря деятельности Жане и Фрейда, психиатрической клинике Ж. Шарко, где он ставил свои эксперименты на тяжелобольных пациентах, чем положительно повлиял на их лечение. В это время Охорович разрабатывает давно интересующую его теорию о животном магнетизме (или месмеризме), согласно которой все живые организмы излучают специфическое магнитное поле, чем, собственно, и объясняется «тайна» бесконтактного воздействия одного живого организма на другой. Охорович считал, что он открыл вид излучения органического происхождения, о чем докладывал на съездах неврологов, психиатров и психологов в Варшаве в 1910 г. и на съезде естествоиспытателей и врачей в Кракове в 1911г.

В основном международную славу Охоровичу принесли его работы по вопросам гипнотизма — «Мысленное внушение» и «Гипнотизм и месмеризм». Эти работы, в частности, были высоко оценены и получили награды Парижской академии наук в 1912 г.

В этих работах Охорович пытался выяснить сущность гипнотического состояния и механизмы словесного воздействия при гипнотическом воздействии на человека. Он скрупулезно исследует физическую нервную передачу болезней, передачу эмоциональных состояний, ощущений, мыслей, воли, мысленное внушение с задержкой и на расстоянии

Также в этих работах Охорович анализирует проблемы экзальтированной перцепции (восприятия), экзальтации мозга, прямого психического и физического воздействий, универсального флюида и психофизической передачи. Основной вывод, сделанный им в вышеупомянутых трудах, сводится к тому, что внушение, вследствие его чрезвычайной сложности, нельзя объяснить воздействием какого-либо одного принципа или проблемы. По мнению Охоровича, внушение следует изучать только в комплексе с «различными явлениями физической передачи. Мысль как порождение мозга никогда не ограничивается самим мозгом». Согласно Охоровичу, развивающему идею Сеченова, мысль влечет мускульное сокращение, образующуюся при сокращении секрецию, эманации, прямые образования тепла и электричества. Таким образом, все живое «является динамическим фокусом, который стремится расширить свойственное ему движение, которое, в свою очередь, преобразуется соответственно среде, в которой оно проходит».

Все научное творчество Охоровича отмечено ярким новаторством. Так, ученый постоянно искал техническое средство, при помощи которого можно было «сфотографировать» мысль, но только в 80-х гг. XX в. благодаря развитию компьютерной техники подобное стало возможным.

Большое влияние на развитие медицинской психологии оказала опубликованная в 1916—1917 гг. двухтомная работа Охоровича «Психология и медицина», в которой он обосновывал необходимость читать лекции по психологии студентам медицинского университета. Он внес немало новаторского и в медицинскую практику: в частности, магнитотерапию, металлотерапию, гипнотерапию.

В 1906 г. во Львове выходят его работы «О методе в этике» и «Беседы и наблюдения в области физиологии, психологии, педагогики и естественных наук», что свидетельствовало о его увлечении педагогической наукой.

Нельзя не упомянуть о приверженности Охоровича к исследованиям телепатии и медиумизма. Совместно с известным медиумом Э. Палладино Охорович приходит к выводу, что проявления органической энергии медиума можно исследовать экспери ментальны -ми методами, результатом данного исследования стал пятитомный труд «Медиумические явления».

Среди наиболее ценных работ Охоровича можно выделить следующие: «Первоначальные основы психологии» (1916), «О применении психологии» (1878), «О свободе воли» (1871), «Любовь, преступление, вера и мораль» (1870), «Мозг и дух» (1872), «О поэтическом творчестве» (1877), «Дарвин и его предшественники» (1872), «О формировании собственного характера» (1872), «О явлениях раздвоения в духовной жизни человека» (1877), «Очерки теории наследственных явлений» (1870).

Умер Охорович в 1917 г. Судьба его научных разработок чрезвычайно сложна: его открытия очень часто критиковали, замалчивали, в то же время признавая их ценность. В 1895 г. Британское общество психологических исследований зачислило его в свои почетные члены. За свою жизнь он был удостоен подобной чести со стороны научных психологических обществ Нью-Йорка, Берлина, Лейпцига, Кельна, Будапешта. В 1915—1916 гг. Охорович — вице-президент польского общества психологов. Тем не менее в России имя этого известного психолога неизвестно даже современным психологам, а список его работ на русском языке исчерпывается несколькими наименованиями.

ПАВЛОВ ИВАН ПЕТРОВИЧ.

Иван Петрович Павлов — великий российский естествоиспытатель, физиолог, оставивший неизгладимый след в истории отечественной науки, и всемирно известный ученый, лауреат Нобелевской премии. Достижения научных школ, созданных учениками Павлова, определили новое воплощение павловских идей в современных исследованиях и открыли возможность проникновения физиологической мысли на клеточный, мембранный и молекулярный уровни системных функций, что позволило понять тонкие механизмы адаптивных реакций организма.

Родился Иван Петрович Павлов 14 (26) сентября 1849 г. в Рязани в семье священника. Происхождение и определило то, что начальное образование Павлова — духовное: он окончил Рязанское духовное училище, а затем, в 1864 г., поступил в Рязанскую духовную семинарию.

В 1870 г. Павлов поступил в Петербургский университет на физико-математический факультет, по окончании которого в 1875 г. поступил на 3-й курс Медико-хирургической академии. Учась в академии, Павлов одновременно работал в лаборатории профессора-физиолога К.Н. Устимовича.

В 1879 г. Павлов окончил Меди-ко-хирургическую академию и был оставлен для продолжения научной деятельности. В 1881 г. Павлов защитил диссертацию на степень доктора медицины. Затем 46 лет жизни и деятельности И.П. Павлова были неразрывно связаны с Институтом экспериментальной медицины, где он возглавил отдел физиологии, названный впоследствии его именем.

Иван Петрович Павлов внес огромный вклад в развитие русской психологии, развивая учение Сеченова о рефлекторном характере психической деятельности. С помощью разработанного им метода исследования условных рефлексов он установил, что в основе психической деятельности лежат физиологические процессы, происходящие в коре головного мозга.

Павлов впервые выступил с новой программой в 1903 г. на Международном медицинском конгрессе в Мадриде. Свою речь он озаглавил «Экспериментальная психология и психопатология на животных». Для участников конгресса это было неожиданностью. Павлов уже приобрел всемирную славу своими работами по физиологии пищеварения, а тут — психология. Но сам Павлов констатировал: «...этот переход произошел хотя и неожиданно, но вполне естественно...»

От физиологических опытов Павлов непринужденно перешел к психологическим опытам, что и определило его последующую работу. Павлов изложил свое представление о новом психофизиологическом направлении в медицине, которое было построено на обширном опытном материале. В своем сообщении он упомянул о 12 вариантах опытов по изучению рефлекторной регуляции поведения. Каждый вариант стал в дальнейшем моделью для разработки множества других новшеств, введенных Павловым.

В опытах над собаками применялись раздражители, провоцирующие противоположные по своему мотивационному знаку реакции. Так, например, подводимый к коже животного электрический ток, причиняющий сильную боль, оказался способным вместо негативной оборонительной реакции вызвать позитивную пищевую реакцию. Опыты Павлов проводил сам и при помощи своих коллег-ассистентов.

Известно, что раз в неделю, по средам, в 10 часов утра Павлов собирал сотрудников своих лабораторий для обсуждения результатов опытов, а также общих проблем учения о высшей нервной деятельности. В стенограмме одной из «Павловских сред» (так назывались эти встречи) записано\' «Иван Петрович рассказал об описанном Фрейдом случае излечения истерического психоза».

Примерно в таком же ключе, только более расширенном, проходила и мадридская встреча Павлова. Начав с того, что он остановится только на опытах со слюнными железами и будет говорить только языком фактов, Павлов в действительности развернул перед слушателями методологию своих исследований. Именно в этой новой конкретно-научной методологии и новой исследовательской программе, а не только в фактах заключался смысл павловской революции в физиологии и психологии.

Впоследствии в массовом обыденном сознании павловское открытие воспринималось в крайне примитивном образе (примерно как и с «сеченовскими лягушками»): слюноотделение у собаки наблюдается не только при соприкосновении с пищей, но и при воздействии на мозг раздражителя, подающего сигнал о ней. Между прочим, точно так же представляли себе павловский рефлекс и его критики, наделенные изощренным философским умом.

Однако простота феномена скрывала гораздо более значимые для науки новшества. Историческое значение учения Павлова заключалось во введении новой категории — категории поведения (вспомним, что при Сеченове такой категории еще не существовало).

Все предшествующие попытки понять концепцию рефлекса — от Декарта до Сеченова — строились на концепции рефлекса, трактуемого в качестве сенсомоторного акта. Сохранив ориентацию на принцип рефлекса, Павлов избрал для анализа целесообразных действий живого организма другой объект — орган, соединяющий эн-доэкологию с экзоэкологией биосистемы, внутреннюю среду с внешней.

В связи с этим понятия, вводимые Павловым, преодолевали традиционное членение психики и ее субстрата на два разряда, о каждом из которых Павлов говорил отдельным языком. Сравнивая выделенный им круг новых условно-рефлекторных явлений с традиционными физиологическими функциями, Павлов отмечал, что различие между ними в том, что «в физиологической форме опыта вещество соприкасается непосредственно с организмом, а в психической форме оно действует на расстоянии», но Павлов оговаривает, что существенное различие не в этом. Поиск этого различия приводит его в сферу сигнальных отношений. Сигнал в понимании Павлова выступал как средство различения не только внутренних условий работы организма, но и ее внешних условий, позволяя тем самым ориентироваться в окружающем мире, улавливать объективные, независимые от живой системы свойства и отношения.

Впоследствии Павлов видел задачу «первых сигналов» в сенсорном, чувственно-образном распознавании предметного мира. А потребность приобрела у него в контексте категории поведения значение мотивационного фактора, обозначенного Павловым термином «подкрепление». Другими важнейшими переменными (детерминантами поведения) выступили торможение и повторение. Павлов утверждал в качестве важнейшей особенности рефлекторной регуляции модифицируемость уже сложившихся форм поведения.

Таким образом, созданный Павловым язык является языком-посредником, позволяющим сомкнуть биологическую жизнь и неотделимую от нее — психическую. Именно в этом и заключается «гениальный взлет павловской мысли».

Надо сказать, что изучение физиологии во времена Павлова сочеталось с изучением Достоевского, произведения которого обнажали сложность и многоплановость душевной организации человека. Поэтому мысль о том, что открытия и знание законов, полученных в результате опытов над животными, позволят обеспечить людям истинное счастье, неслучайно занимала Павлова и его единомышленников.

Идея активности организма (человека), его собственных преобладающих возможностей, его деятельность, установки по отношению к внешней среде владела умами тех, кто отстаивал объективный метод в физиологии и психологии. Об этом говорили понятия о рефлексе сосредоточения, об ориентировочном (по Павлову — установочном) рефлексе. Примечательно в этом отношении введение Павловым понятия о «рефлексе цели».

Ориентировочный рефлекс включает стремление овладеть предметом, безразличным для жизнеобеспечения организма В качестве типичного примера рефлекса цели Павлов приводил страсть к коллекционированию. Павлов приходит к выводу, что «надо отделять самый акт стремления от смысла и ценности цели и чго сущность дела заключается в самом стремлении, а цель — дело второстепенное». «Рефлекс цели имеет огромное жизненное значение, он есть основная форма жизненной энергии каждого из нас», — утверждал Павлов.

Применительно к рефлексу цели как энергетической переменной Павлов ввел представление о социально-исторической детерминации. Причины падения энергии он усматривал в общественных влияниях.

В 1923 г. вышла работа Павлова «Двадцатилетний опыт объективного изучения высшей нервной деятельности поведения животных», в которой он изложил свою программу и описал колоссальную, проделанную им и его сотрудниками работу

Учение Павлова постепенно обогащалось не только фактами, но и теоретическими представлениями. Павлов поднял огромный пласт вопросов, касающихся работы высшей нервной деятельности: о причинах индивидуальных различий, о роли генетических факторов, о зависимости нервно-психической патологии от свойств типа ВИД и другие. Другое направление павловского труда касалось специфики ВИД человека.

Труды И.П. Павлова получили международное признание. В 1935 г. в нашей стране проходил 15 Международный конгресс физиологов, на котором ученые всего мира назвали Павлова «старейшиной физиологов мира». К этому времени И.П. Павлов был уже академиком, почетным членом и доктором «гонорис кауза» более чем 120 научных обществ, академий и университетов, отечественных и зарубежных. Известный во всем мире как создатель учения о высшей нервной деятельности, лауреат Нобелевской премии за труды по физиологии пищеварения, И.П. Павлов оставался до конца дней своих неутомимым тружеником и активным гражданином России.

Учение Павлова и его современное развитие служит одной из важнейших естественно-научных основ материалистической психологии и диалектико-материалистической теории «отражения» (положение о связи языка и мышления, чувственного отражения и логического познания и др.). Труды Павлова и его школы в последнее время используются для разработки и создания кибернетических устройств, имитирующих отдельные стороны психической деятельности.

Умер Павлов в 1936 г. на 87-м году жизни в Ленинграде и похоронен на Волковом кладбище. Уже при жизни труды И.П. Павлова были высоко оценены, что, в частности, отразилось на создании ему необходимых условий для плодотворной работы и нормальной жизни.

ПЕТРОВСКИЙ АРТУР ВЛАДИМИРОВИЧ.

Известный отечественный психолог Артур Владимирович Петровский родился 14 мая 1924 г. в Севастополе. Судьба его сложна и интересна. Когда началась Великая Отечественная война, он добровольцем ушел на фронт. После демобилизации Петровский, проработав некоторое время на военном заводе, поступил в ремесленное училище. Следующим этапом его образования была школа рабочей молодежи, где молодой Петровский увлекся филологией и по окончании школы поступил на филологический факультет Московского городского пединститута им В.П. Потемкина, а затем — в аспирантуру. Тема его кандидатской диссертации сочетала в себе аспекты двух наук: филологии и психологии, которой Петровский к тому времени увлекся, и в 1950 г. состоялась защита его первого научного труда «Психологические воззрения А.Н. Радищева».

В дальнейшем Петровским ведутся серьезные исследования в области теории психологии, он работает на кафедрах психологии Волгоградского пединститута, Московского городского пединститута, МГПИ им. В.И. Ленина. Итогом его деятельности становится изданная в 1961 г. книга «Беседы о психологии». Параллельно Петровский занимается изучением истории психологии; эта тема в течение всей жизни будет интересовать его, поэтому неслучайно его докторская диссертация, защищенная в 1965 г., носила название «Пути формирования основ советской психологии».

Исследуя историю развития психологической мысли в России, Петровский впервые ставит вопрос о необходимости объективной научной оценки педологии, столь популярной в начале нашего века, а также психотехники, рефлексологии, реактологии и трудов В.М. Бехтерева, В.А. Вагнера, П.П. Блон-ского и др. В 1966 г. происходит значительное событие в карьере Петровского: он получает звание профессора и становится заведующим кафедрой психологии МГПИ. В 1967 г. выходит книга Петровского «История советской психологии».

В 1968 г. он становится членом-корреспондентом АПН СССР, затем — академиком-секретарем отделения психологии и возрастной физиологии и с 1971 г. — действительным членом АПН СССР. Параллельно он работает в редколлегиях журналов «Вопросы психологии» и «Вестник МГУ». В 1972 г. Петровский уходит из МГПИ и становится руководителем лаборатории психологии личности НИИ общей и педагогической психологии АПН РСФСР. Эта лаборатория будет работать под его руководством с 1972 по 1993 г. Проводя анализ трудов лаборатории, можно выявить два основных научных течения.

Первое — это уже известное нам историко-психологическое направление, корни которого уходят в 60-е гг. XX в. Исследования в этой области продолжаются Петровским и его последователями по настоящее время. За этот период были изданы следующие книги А.В. Петровского: «Вопросы истории и теории психологии» (1984), «История психологии» (1994, в соавторстве с М.Г. Ярошевским), «Вопросы истории и теории психологии» (1984), «История и теория психологии» (1996, в соавторстве с И.Г. Ярошевским), «Основы теоретической психологии» (1997, в соавторстве с И.Г. Ярошевским). В течение этого времени было защищено свыше 20 кандидатских и докторских диссертаций, посвященных развитию этих идей.

Второе направление связано с проблемами личности и межличностных отношений в группах разного типа и относится к области социальной психологии. Теория деятельностного опосредствования межличностных отношений, разработанная А.В. Петровским, точнее ее стратометрическая концепция легла в основу этого направления. Эта концепция позволяет дифференцировать группы по уровню развития и исследовать структуру внутригрупповых связей. Петровским были изучены связи между членами различных групп и показана неправомерность распространения зависимостей, выявленных в группах одного уровня развития, на другие группы.

Сформулированная Петровским трехфазная концепция развития личности выявила закономерность смены этапов адаптации, индивидуализации и интеграции при вхождении в новую группу или при изменении статуса в прежней. На этой основе Петровский предложил возрастную периодизацию, суть которой заключается в том, что для каждой развивающейся индивидуальности путь к социальной зрелости проходит макрофазы детства (преимущественно адаптация личности), отрочества (преимущественно индивидуализация) и юности, ведущей к интеграции личности в обществе. Концепцию ведущей деятельности Петровский с этих позиций подверг критической переоценке.

В общей теории межличностных отношений Петровский, исследуя факторы, определяющие для субъекта значимость другого человека, предложил трехфакторную модель «значимого другого». В качестве базиса для этой модели Петровский рассматривает властные полномочия, аттракцию (привлекательность) и референтность (авторитетность). Сложные соотношения и количественные изменения этих факторов образуют отраженную субъектность значимого другого.

В начале 1980-х Петровский разрабатывает концепцию персона-лизации, которая составляет теоретическую основу исследований лаборатории в области проблем развивающейся личности. На базе вышеизложенных концепций были созданы следующие труды: коллективная монография — «Психологическая теория коллектива» (1979) и книги Петровского «Личность, деятельность, коллектив» (1982), «Популярные беседы о психологии» (1981), «Психология развивающейся личности» (1987) и ряд других. Основные данные, полученные в исследованиях, вошли в содержание учебников и учебных пособий, выходивших под редакцией Петровского: «Общая психология» (1970), «Возрастная и педагогическая психология» (1973), «Социальная психология коллектива» (1978), «Социальная психология» (1987), «Введение в психологию» (1995).

В 1976 г. Петровский получает звание вице-президента АПН СССР, а с 1978 по 1985 г. этот удивительно работоспособный человек, не прекращая управление лабораторией, становится также руководителем кафедры педагогики, психологии и методики преподавания в высшей школе на факультете повышения квалификации МГУ. Но все же главным его увлечением была лаборатория психологии личности, он отдавал ей большую часть своего времени и сил. Петровский создает ее, как художник пишет картину, тщательно отбирая сотрудников.

В начале 1990-х гг. лаборатория подвергается существенному сокращению и в 1993 г. преобразуется в группу психологии личности, которая в январе 1999 г снова получает статус лаборатории, но, изменив профиль научных исследований, называется теперь лабораторией теории и истории психологии. Акцент смещается на разработку основ теоретической психологии, и прежде всего категориально-понятийной системы психологического знания: ведь еще в 1996 г. Петровский начал разрабатывать особую область психологии — теоретическую психологию.

Предметом этой науки стала рефлексия психологии, обнаруживающая в ее категориальной системе ключевые проблемы основных принципов исследования. С целью разрешения этих проблем Петровский предложил многоуровневую категориальную систему. С помощью такой системы можно полнее охарактеризовать психику человека на протопсихологическом, базисном, метапсихологи-ческом и экстрапсихологическом уровнях, а также показать межу-ровневые и внутриуровневые связи. Таким образом, Петровскому фактически удалось построить систему психологических теорий, каждая из которых базируется на одной из категорий, входящих в общую категориальную систему.

В конце 1990-х гг. Петровский и его ученики разрабатывают также особую область историко-психологического исследования — политическую историю психологии. Предметом изучения здесь является развитие психологической науки в зависимости от политической конъюнктуры, которая складывалась в тоталитарных государствах.

Самостоятельным направлением в работе лаборатории теории и истории психологии стали исследования Л.А. Карпенко, посвященные проблемам анализа понятий многочисленных направлений психологии и междисциплинарным взаимосвязям. Одновременно с исследовательским трудом сотрудники лаборатории работают над сло-варно-справочными изданиями по психологии, которые выпускаются с 1983 г. За этот период изданы под общей редакцией А.В. Петровского и М Г. Ярошевского при составительстве Л.А. Карпенко следующие справочные издания: «Краткий психологический словарь» (1985), «Психология. Словарь» (1990). Ведется работа над созданием «Психологической энциклопедии» и серии справочных изданий «Лексикон», представляющих собой серию из восьми словарей, составленных по тематическому принципу.

На протяжении почти 30 лет исследований, проводящихся сотрудниками лаборатории под руководством А.В. Петровского, состоялись защиты 63 докторских и кандидатских диссертаций. Петровский явился редактором и соавтором ряда учебников по общей, социальной, возрастной, педагогической и теоретической психологии. Совместно с М.Г. Ярошевским этот ученый разработал многоуровневую систему психологической подготовки в вузах, за что в 1997 г. был награжден премией Правительства РФ в области образования. Он был консультантом таких известных фильмов, как «Семь шагов за горизонт», «Я и другие», «Чучело».

За время своей научной деятельности он опубликовал свыше 1500 статей, учебников, учебных пособий, монографий, справочных изданий, многие из которых были переведены на иностранные языки, и все это плоды деятельности великого российского ученого Артура Владимировича Петровского.

РУБИНШТЕЙН СЕРГЕЙ ЛЕОНИДОВИЧ.

Сергей Леонидович Рубинштейн родился 18 июня 1889 г. в Одессе, в семье адвоката. В 1908 г. он окончил Ришельевскую гимназию с золотой медалью. Высшее образование он решил получать в Европе, куда и отправился сразу по окончании гимназии. Сначала Рубинштейн поступил во Фрайбургский университет, но через 2 семестра уехал в Марбург, где продолжил обучение.

Он окончил факультет философии Марбургского университета в 1914 г., тогда же вышла его первая крупная статья «К проблеме метода», первая часть которой стала его докторской диссертацией.

Начавшаяся Первая мировая война вынудила С.Л. Рубинштейна вернуться в Одессу, и с 1917 г. он работал преподавателем в гимназии. В том же году Сергей Леонидович прочитал доклад «Философская система Когена» в философском обществе при Новороссийском университете.

В апреле 1919 г. историко-философский факультет Новороссийского университета избрал Рубинштейна приват-доцентом по кафедре философии, причем произошло это во мноюм благодаря отзыву, сделанному Н.Н. Ланге. В университете С.Л. Рубинштейн читает психологию, логику, историю философии, а с декабря 1919 г. — еще и курс «Введение в философию».

После смерти Ланге С.Л Рубинштейн подал в конкурсную комиссию Одесского института народного образования заявление на замещение вакантной должности, и в 1921 г. он был избран профессором кафедры психологии ИНО. Первая статья, которую выпустил С.Л Рубинштейн, пребывая в новой должности, была посвящена памяти Ланге и называлась «Принцип творческой самодеятельности». В ней он изложил свои основные положения и принципы, подверг критическому анализу конфликт между объективностью и конструктивностью знания, вытекающий из идеалистических концепций. По мнению автора, объективное бытие включает в себя элемент творческой конструктивности.

В 1922 г. он сформулировал принцип единства сознания и деятельности. Этот принцип является основой не только в психологии, но и в педагогике. По мнению С.Л. Рубинштейна, субъект в своих действиях, в актах своей творческой самодеятельности не только проявляется, но и созидается и определяется. Данный метод подразумевает существенную роль деятельности в формировании человека и его психики. В дальнейшем ученый неоднократно подчеркивал важность этого принципа для педагогической практики.

В течение следующих лет С.Л. Рубинштейн предпринял несколько командировок в Харьков. Во время одной из них он принял участие в съезде научных работников Украины. Занимая с 1925 г. должность директора Одесской научной библиотеки, он активно участвовал в развитии библиотечного дела в России. Будучи в командировке в Москве, он готовил доклад к всероссийскому библиографическому съезду. Также ученый принимал участие в съезде библиотекарей в Ленинграде, а в апреле 1927 г. — в заседании пленума всеукраинского библиотечного бюро в Киеве.

С середины 1928 г. ученый стал внештатным профессором Института народного образования. Этот период был удачным и для его научной деятельности. В Одессе С.Л. Рубинштейн выпустил ряд статей, в том числе «Развитие мышления у подростков».

В 1930 г. С.Л. Рубинштейн переехал в Ленинград, где возглавил кафедру психологии Ленинградского педагогического института. Работая в Ленинграде, он издал в 1935 г. книгу «Педагогика и психология», в которой он изложил свою идею о сотрудничестве учителя с учащимися. По его мнению, в педагогическом процессе все отношения, влияющие на сознание человека и на формирование его личности, принимают специфический характер. При этом в сотрудничестве ученика и учителя важно учитывать, что первый еще не может преобразовывать объективную действительность, создавать новые понятия и знания. Ему пока доступно только усваивание содержания уже сложившегося знания. На качество обучения, по мнению Рубинштейна, влияют не только интеллектуальные данные учеников и постановка обучения, но и отношение учащихся к предмету и преподавателю.

Рубинштейн обращал внимание на то, что отношения педагога к ученикам и учеников к педагогу, которые определяют сущность педагогической ситуации, далеко не равнозначны. На основании всех вышеизложенных положений ученый сделал следующий вывод: педагог должен заботиться об установлении правильных отношений с учащимися, если он ставит перед собой задачу не только передачи знаний, умений и навыков, но еще и формирования личности.

Также Рубинштейн показал в этой книге исследование творческих процессов мышления. По его мнению, основной способ существования психического — это существование в качестве процесса или деятельности. На основании этого он определяет мышление как процесс, составляющий непрерывное взаимодействие субъекта с объектами познания. Наиболее ярко этот процесс выступает при решении человеком проблем, выдвигаемых различными сферами жизни — экономикой, юриспруденцией, педагогикой, производством, наукой и т.д. Это происходит, как считал Рубинштейн, потому, что проблемность является неотъемлемой чертой познания. Мышление же, являясь опосредствованным познанием, имеет основу в его проблемности. Эта теория была впоследствии подтверждена ученым экспериментально.

В 1940 г. Рубинштейн издал книгу «Основы общей психологии», работа над которой длилась несколько лет. В ней он, в частности, отразил свою теорию личности. Он рассматривал личность как основание связи всех психических процессов, ей принадлежащих и ею управляемых. Кроме того, личность понимается им в совокупности своих отношений с окружающим миром, реализующихся посредством деятельности, познания и общения.

В рамках этой теории вполне естественно возник гуманистический подход Рубинштейна к личности учащегося в педагогике. Однако наметившиеся в государстве тенденции к уравниловке, обезличиванию ярко контрастировали с пропагандируемой ученым заботой о развитии индивидуальности субъекта. Несмотря на это, Сергей Леонидович настаивал на необходимости индивидуального подхода в обучении и воспитании.

В этом произведении Сергей Леонидович обратился к проблеме сознания, считая его важнейшей составляющей, а также способом выражения отношения личности к миру — переживание. Предметом особо пристального внимания Рубинштейна стала коммуникативная функция сознания, связанная с речью Он рассматривал 2 онтогенетических этапа развития речи в контексте психологических коммуникативных задач, возникающих на разных этапах жизни ребенка. На первом этапе такой задачей является стремление ребенка понять взрослых, на втором — стремление быть ими понятым.

До 19 марта 1942 г. Рубинштейн оставался в Ленинграде, где руководил подготовкой научных работников, приехавших в ЛГПИ из других городов (Ярославского, Вологодского, Уральского пединститутов), во время Великой Отечественной войны он участвовал в обороне города. В марте ЛГПИ был эвакуирован в разные города, и Сергей Леонидович вместе с кафедрой психологии переехал в Кисловодск, но пробыл там недолго. Осенью 1942 г. он отправился в Москву, где начал работать в Институте психологии при МГУ.

В 1945 г С Л. Рубинштейн создал сектор психологии в Институте философии АН СССР и возглавил его. На базе этого сектора была организована первая психологическая лаборатория в Академии наук СССР.

В 1946 г Рубинштейн опубликовал второе доработанное и расширенное издание «Основ общей психологии», которое сыграло роковую роль в его жизни Психолог был обвинен в космополитизме, недопустимом для советского ученого, в «преклонении перед иностранщиной» и недооценке отечественной науки. В 1948—1949 гг. его сняли со всех постов, и последующие за этими событиями 5 лет стали годами осуждения всех его трудов.

Давление критики было огромно. Рубинштейна не печатали, и он посвятил это время работе над углублением теории деятельностного подхода, написал фундаментальную работу «Бытие и сознание», опубликованную только в 1957 г.

Последние несколько лет своей жизни ученый посвятил разработке концепции человека, изданной после его смерти, в 1973 г. в работе «Человек и мир» Проблема человека рассматривалась им на личностном, социально-философском уровнях, в психологическом и этическом аспектах. Основной проблемой для Рубинштейна стал в то время вопрос о сохранении этичности, способности к творчеству, индивидуальности личности в условиях, противоречащих ее достоинству, отрицающих ее право на выбор. Центр жизни ученый видел в конкретном человеке, личности, в ее жизненной борьбе и личностных победах.

Сергей Леонидович Рубинштейн умер в 1960 г Его педагогическая концепция стала важным этапом в развитии педагогики и психологии, так же как и его поздние теории человека. Сергей Леонидович Рубинштейн развивал гуманистическую концепцию личности, что в условиях сложившейся в стране идеологии было недопустимо Его творчество было подвергнуто осуждению, а все его заслуги и теории низложены Однако это не сломило дух ученого, а лишь наложило своеобразный отпечаток на его творчество.

РЫБНИКОВ НИКОЛАЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

Николай Александрович Рыбников, один из виднейших, но незаслуженно забытых в настоящее время советских психологов, родился в 1890 г. Он пришел в психологию довольно поздно — в 27 лет, а путь его к получению знаний был достаточно своеобразным. Так, он учился только в начальной школе, курс средней школы ему пришлось постигать самостоятельно, в порядке самообразования. Лишь на 25-м году жизни он смог сдать экстерном экзамены за полный курс классической гимназии и поступить на историко-филологический факультет Московского университета.

В это время занятия психологией не поощрялись: в университете не было психологического факультета, а сам предмет не входил в программу государственных экзаменов ни в школе, ни в университете

Почувствовагь настоящую тягу к психологии Н А. Рыбников смог только с прибытием в университет Г.И   Челпанова в

1907 г., переведшегося из Киева в Москву. Рыбников поступил в семинар Челпанова и начал работать в созданной последним психологической  лаборатории,   а  с 1908 г  Рыбников начал исполнять обязанности ассистента Челпанова в практикуме по экспериментальной психологии

В это время Рыбников занимался изучением памяти (так, в 1909 г. он даже получил премию за работу об узнавании), и именно в это время, не без влияния Челпанова, у него сформировался устойчивый интерес к педагогической психологии.

Рыбников был твердо убежден в том, что теоретические выводы могут быть успешными только в том случае, если они неоднократно проверены на практике. В полном соответствии со своим убеждением, несмотря на отрицательное отношение к этому начинанию Челпанова, Рыбников максимально возможно приблизился к народу: занялся изучением способностей деревенских школьников и методами преподавания сельских учителей.

В это время Рыбников занимается изучением идеалов юношества, выбора жизненного пути и профессии применительно в основном к представителям сельской молодежи.

Одновременно с этим Рыбников получал высшее образование (поступив в университет в 1905 г., он смог официально закончить его вследствие различных причин только в 1917 г.); он собирал всяческие материалы о развитии детей, включая родительские записи и дневники, наблюдения учитедей, диктанты, сочинения и т.д. Обучаясь в университете, он параллельно занимался анализом психологической литературы, теоретических работ и экспериментальных исследований в интересующих его областях психологии.

С 1911 г. рецензии и обзоры Н.А. Рыбникова регулярно публикуются в журнале «Вопросы психологии и философии» и в других специализированных журналах. Так, наиболее удачными его рецензиями принято считать рецензии на книги Г.И. Россолимо и Ф.Е. Рыбакова.

В это время Рыбников начинает читать курс психологии в академическом кружке самообразования при обществе бывших воспитанников императорского Московского коммерческого училища, который состоял из 8 лекций и был посвящен памяти, умственной работе и утомлению, ощущениям, методам экспериментальных исследований в психологии, отношении души к телу — именно этими вопросами общей психологии определяется круг интересов Рыбникова в это время.

Уже в 1912 г. он, следуя своей заинтересованности в педагогической психологии, читает курс лекций под названием «Экспериментальная психология в применении к педагогике».

Собственные научные исследования Рыбников начинает публиковать именно в это время. В 1913 г. в журнале «Для народного учителя» появилась статья, озаглавленная «Идеалы деревенских школьников», где рассказывалось на основе опросов детей 8—14 лет о том, кто из известных людей — близких, общественных деятелей, литературных героев и т.д. — больше других привлекает деревенских школьников.

По результатам опросов в этой статье делается следующий вывод: с возрастом дети начинают более критично относиться к окружающим людям и при выборе своего идеала переходят от близких родственников к общественным деятелям. Также интересно то, что, по наблюдениям Рыбникова, девочки намного чаще, чем мальчики, выбирают в качестве примера для подражания религиозные идеалы и, кроме того, больше тяготеют к материальным благам. Вследствие чего Рыбниковым был сделан следующий педагогический вывод: «Школа должна привести ребенка в общение с великими душами, примером которых мог бы воодушевиться ребенок». В том же году публикуется работа под названием «Детские рисунки, их психологическое и педагогическое значение». Осознав педагогическую ценность детских рисунков, Рыбников организует сбор детских рисунков в деревенских и городских школах.

В 1914—1916 гг. выходят следующие его статьи: «Конкретные представления у детей», «Деревенский школьник и земство», «Социальные понятия деревенского школьника», «Опыт экспериментального узнавания и репродукции», «О логической и механической памяти». Также им была выпущена программа для наблюдения над душевным развитием ребенка — «Как изучать ребенка».

В 1918 г. он начинает вплотную заниматься одной из наиболее интересующих его тем — биографическим методом и его применением в психологии. С его точки зрения, необходимо всесторонне научно изучить как можно большее число биографий согласно так называемой «психографии» — определенной схеме, содержащей перечень призйаков и свойств, необходимых при изучении индивидуальности.

Отдельным аспектом занятий Рыбниковым психологией является изучение им особенностей и трудностей выбора профессии. Так, отдельным изданием выходит книга Н.А. Рыбникова «Психология и выбор профессии». В 1918 г. он организовал в Педагогическом музее Учительского дома цикл лекций по профориентации — во время, когда само понятие «профессиональная ориентация» была в новинку для системы образования. Главной задачей психологов была систематизация индивидуальных особенностей личности в целях выяснения, подходит ли данная личность конкретной профессии.

В 1920 г. выходит книга Рыбникова «Биографии и их изучение», в 1923 г. — сборник статей под редакцией Рыбникова «Современный ребенок». В 1926 г выпущены книги «Выбор профессии и школа», «Язык ребенка», «Интересы современного школьника», «Детские рисунки и их изучение». В 1930 г. изданы еще 3 его книги — «Крестьянский ребенок», «Автобиофафии рабочих и их изучение», «Память, ее психология и педагогика». В свое время Рыбников уделил офомное внимание проблеме игры и роли ифушки в развитии ребенка.

Несмотря на удивительную работоспособность, Рыбникову в конце 1930 г. приходится покинуть Психологический институт и поступить на работу в Центральную психофизиологическую лабораторию НК связи.

Только в 1938 г. ему удалось возвратиться в Институт психологии, где на посту директора кабинета истории психологии он и встретил Великую Отечественную войну.

Во время Великой Отечественной войны Н.А. Рыбников исполнял обязанности директора Института психологии, продолжая заниматься научно-исследовательской работой, и в частности работами, имеющими оборонное значение, что послужило одним из оснований для нафаждения Рыбникова медалью «За оборону Москвы».

В послевоенные годы Николай Александрович продолжает публиковать материалы, касающиеся изучения круга детских представлений и проблем использования художественной литературы в семейном воспитании: проведение сравнительных анализов характеристик детей—героев классической детской литературы (СТ. Аксакова, В.Г. Короленко, Л.Н. Толстого и других классических писателей).

Также в это время Рыбникова чрезвычайно занимают проблемы индивидуального подхода к учащимся в школьном обучении. В 1949 г. в статье он анализирует педагогические и чисто психологические причины неуспеваемости. Учитель, по мнению Рыбникова, имея в своем распоряжении уникальную возможность наблюдения за ребенком в различных условиях общения и обучения, должен учиться видеть и понимать ребенка, анализировать ситуацию в семье ребенка, изучать работы каждого конкретного ребенка, на основании чего преподаватель должен иметь краткое «дело-характеристику» на каждого своего питомца, чтобы выявить индивидуальные причины и динамику неуспеваемости.

Вообще, проблемы неуспеваемости очень долго интересовали Рыбникова. Так, в статье «Динамика успеваемости учащихся по орфографии» были проанализированы диктанты, написанные с 1899 по 1935 г., и были сделаны следующие выводы: среднее число ошибок на одного ученика в 1899 г. составляло 4,5, а в 1935 г. — 7,2, однако категории, в которых были сделаны эти ошибки, в целом остались неизменными, принимая во внимание упразднение старой системы алфавита.

Также одним из интересующих Рыбникова аспектов было изучение истории детства, т.е. всестороннее изучение всех тех изменений, которые претерпевают следующие друг за другом детские поколения. Для изучения истории детства Рыбников рекомендует привлекать художественную литературу и автобиофафические материалы. Так, важнейшим источником Рыбников считает дневники родителей, в которых отражается раннее детство, школьный период развития ребенка, а также юношеские дневники, предоставляющие пытливому исследователю ценнейший материал.

Умер Николай Александрович Рыбников в 1961 г. Известный русский ученый Б.М. Теплов как-то назвал Н.А. Рыбникова «великим собирателем», а всю его деятельность по систематизации различных материалов — «научным подвигом». В самом деле, вклад Н.А. Рыбникова в развитие отечественной психологии трудно переоценить. Офомное количество опубликованных работ и не менее обширный архив свидетельствуют о колоссальной эрудиции и работоспособности ученого, которые он посвятил без остатка служению науке.

СЕЧЕНОВ ИВАН МИХАЙЛОВИЧ.

Сеченов Иван Михайлович — известный русский естествоиспытатель, «отец русской физиологии» и основоположник материалистической психологии в России.

Сеченов положил начало экспериментальным физиологическим исследованиям центральной нервной системы, в частности — головного мозга, участвовал в создании рефлекторной теории психической деятельности животных и человека, фактически создал объективную психологию, заложил основы физиологии труда, возрастной физиологии и др. Он также сделал важный вклад в естественно-научное обоснование таких проблем психологии и материалистической гносеологии, как вопрос о природе чувственного отражения и его познавательной функции, о связи и переходе от чувственного отражения к мышлению и о природе мыслительных процессов, о роли предметной, практической деятельности в формировании образа и психических способностей.

Родился Иван Михайлович Сеченов 1(13) августа 1829 г. в селе Теплый стан Симбирской губернии (ныне село Сеченово Арзамасской области) в дворянской семье.

В 1848 г И.М. Сеченов окончил в Петербурге военное Инженерное училище, получив высшее инженерно-техническое образование, а затем поступил в 1850 г. на медицинский факультет Московского государственного университета На 3-м курсе он увлекся психологией, считавшейся тогда философской дисциплиной, и эта, по его словам, «московская страсть к философии» сыграла впоследствии важную роль в его работе. Окончив университет, он отправился в Германию в лаборатории Гельм-гольца, Людвига, Дюбуа—Реймона и др. Вернувшись в 1860 г. на родину, Сеченов создал в Петербургской медико-хирургической академии первую русскую физиологическую школу, имевшую поначалу физико-химическое направление.

Позже, в 1870 г., Сеченов покинул академию и до 1876 г. заведовал кафедрой физиологии Новороссийского университета.

В то время когда Сеченов работал в медико-хирургической академии, для него самым важным было доказать на опыте, что воля, веками считавшаяся исходящей от души силой, производится «маленьким кусочком мозгового вещества». В накаленной атмосфере споров о душе Сеченов приступает к экспериментам над мозгом, в ходе которых открывает так называемые тормозные центры, раздражение которых задерживает двигательную активность. Это было великим открытием. Как свидетельствовал сеченовский эксперимент, самый верный признак волевого поведения — умение противостоять раздражителям, задерживать нежелательные импульсы. И все эти признаки зависят от деятельности головного мозга. Этому открытию и была посвящена статья Сеченова «Рефлексы головного мозга» (вышедшая в «Современнике» в 1863 г.).

Идеи сеченовского трактата разошлись далеко по русской земле: какая-то купчиха в Красноярске говорила ссыльному Пантелееву о петербургском профессоре Сеченове, который доказывает, что души нет, а существуют одни только рефлексы. А слово «рефлекс» имело в ту пору единственный смысл, механическая реакция, подобная движению ножки лягушки при раздражении ее кислотой. В понимании простого народа приравнять человека с его «тонкой душой» и свободной волей к этой лягушке, на которой Сеченов делал свои опыты, казалось кощунством.

Известно также, что труд Сеченова «Рефлексы головного мозга» подвергся «судебному преследованию со стороны Главного управление по делам печати царской России как книга, ведущая «к развращению нравов». Приказ об аресте сеченовской книги последовал сразу же после того, как студент Дмитрий Каракозов стрелял в императора Александра II Сам Сеченов в полицейских донесениях был назван «главным теоретиком в нигилистическом кружке».

В книге просматривалась близость Сеченова к революционно-демократической интеллигенции (дружба с Чернышевским), что и послужило причиной для возникновения разных слухов. По одному из них, Сеченов являлся прототипом доктора Кирсанова — одного из героев романа Чернышевского «Что делать?».

Сеченов начал строить свою психологическую систему, основываясь на понятии «рефлекса». Он делает набросок «мозговой машины», понимая под ней не простое передаточное устройство внешнего раздражителя на движение, а механизм, снабженный несколькими центральными придатками (всего их — четыре), от действия которых и зависит конечный эффект внешнего импульса. Эта «машина», по Сеченову, способна объяснить основные свойства человеческого поведения.

Безусловно, эта модель Сеченова была заметно откорректирована впоследствии, но главное было сделано — намечен новый естественно-научный способ объяснения психических актов, выступивших как действия «мозговой машины», а не бессубстратной души.

Сеченов надеялся, что благодаря научным представлениям о мозге удастся «создать» людей-«рыцарей», которые обязательно будут совершать только высоконравственные поступки с неотвратимостью зрачкового рефлекса на свет. Это была «сциентистская» иллюзия, которая отражала социальный смысл экспериментов Сеченова над мозгом.

После первого психологического трактата Сеченов опубликовал «Физиологию нервной системы» (1866) и «Физиологию органов чувств» (1867) Последняя работу направляла мысль Сеченова непосредственно в область психологии, где на рубеже 70-х гг. XIX столетия происходили события, которые привели к независимости этой науки и от философии, и от физиологии.

Против Сеченова выступил профессор-юрист К. Д. Кавелин в книге «Задачи психологии», отвечая на которую Сеченов наметил свой план построения психологии как опытной науки в статье «Кому и как разрабатывать психологию». Кавелин вместе с другими противниками Сеченова истолковывал его позицию так, словно он лишает психологию самостоятельности, превращая ее в придаток физиологии. Сам Сеченов за основу своей программы принял постулат о «родственности» психического и физиологического «по способу происхождения», т.е. по механизму совершения. Такая ориентация дала психологии ее основную аксиому, которую Сеченов сформулировал так\' «Мысль о психическом акте как процессе, движении, имеющем определенное начало, течение и конец, должна быть удержана как основная». Содержание же психологии составляет ряд учений «о происхождении (протекании процесса) психических деятельностей».

По этой схеме Сеченова, психический акт, подобно нервному, имеет наряду с центральной фазой начальную и конечную, непосредственно соединяющие его с внешней средой. Триединый психический акт, по мнению Сеченова, принципиально неразделим. Это значит, что предметом психологического исследования должен быть процесс, развертывающийся не в сознании (в сфере бессознательного), а в объективной системе отношений, т.е. процесс поведения, начальную фазу которого составляют внешние влияния (эта идея является исходной для материалистических теорий). Главными психическими элементами являются чувствование и действие, а принципом построения поведения — согласование действия с выполняющим сигнальную роль чувствованием, которое трактуется как одна из разновидностей сигнала. Понятие о чувствовании становится в ряд с другими автоматическими регуляторами. А связь осуществляется так: мозг получает сигналы не только от внешних предметов, но и от мышечной системы, в результате чего и строится поведение.

В работах «Кому и как разрабатывать психологию» и «Элементы мысли» Сеченов поставил перед собой задачу проследить развитие сложных психических форм из элементарных.

В своей программе преобразования психологии в самостоятельную опытную науку Сеченов возлагал главные надежды на объективный метод — наблюдения за генезисом и эволюцией индивидуального поведения. Но он не смог преобразовать свою теоретическую модель в экспериментальную программу, в чем заключалась слабая сторона его плана разработки психологии (этим занялись его последователи Павлов, Бехтерев и др.).

Объективная психология представлялась Сеченову следующим образом: им был осуществлен переворот, состоящий в радикальном перемещении отправного пункта анализа непосредственно с данных феноменов сознания, веками считавшихся первой реальностью, на объективное, психически регулируемое поведение, познаваемое, подобно другим явлениям науки, только опосредованно.

Первичными для Сеченова являлись взаимодействия организма и среды, а психические продукты — производными от них. Однако методологические ресурсы сеченовской программы были ограничены: сознание человека непостижимо вне влияния социальных факторов. Сеченов же знал только один вид детерминации — биопсихический. Поэтому бесперспективность его замыслов ограничивалась пределами сигнально-психической регуляции поведения организма.

В целом Сеченов следовал традициям материалистической психологии и философии, основанных на естественно-научной, биологической мысли. Психологическая программа Сеченова базировалась на дарвиновской модели организма как системы, неотделимой от среды и активно адаптирующейся к ней.

Умер Иван Михайлович Сеченов в 1905 г. на 76-м году жизни, оставив после себя колоссальное наследие в области психологии и медицины и множество учеников. Из его школы вышли В.П. Па-шутин, А.Ф. Самойлов, И.Р. Тарханов и другие. На родине Сеченову воздвигнут памятник, а в 1955 г. имя Сеченова присвоено Московскому медицинскому институту.

СМИРНОВ АНАТОЛИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ.

Анатолий Александрович Смирнов родился 24 октября 1894 г. в городе Руза Московской губернии в семье присяжного поверенного. Он рано потерял мать и воспитывался в семье тетки. После окончания в 1912 г. Варшавской гимназии А.А. Смирнов поступил на историко-филологический факультет Московского государственного университета. В том же году при университете был основан Институт психологии, директором которого стал Г.И. Челпанов. Под его влиянием А.А. Смирнов заинтересовался психологией, занимался изучением детерминантного и ассоциативного течения представлений.

В мае 1916 г. А.А. Смирнов окончил университет с дипломом первой степени, а в июле женился на Марии Федоровне Капустинс-кой. В том же году он был призван в армию, а по возвращении работал в культурно-просветительском отделе Московского совета рабочих депутатов. В июле 1919 г. он был призван в Красную армию, где прослужил до августа 1921 г. Служба проходила в Москве, и он имел возможность продолжать научную деятельность.

В сентябре 1920 г. он стал ассистентом Психологического института, а с января 1922-го — научным сотрудником первого разряда.

В период с 1921 по 1924 г. Смирнов также работал преподавателем психологии в Академии социального воспитания. В это время он продолжал подробное изучение психологической сущности представлений.

В ноябре 1923 г. Г.И. Челпанова отстранили от руководства институтом, вместе с ним ушли и некоторые его ученики, среди которых был и А.А Смирнов. С 1924 г. он работал в Институте методов внешкольной работы, а в январе 1931 г. стал профессором Ин-*    статута высшей школы.

Основные работы этого времени были посвящены проблемам педагогики и педологии. В книге «Психология ребенка и подростка», вышедшей в 1926 г., А.А. Смирнов суммировал результаты исследований, проводимых ранее многими другими учеными, а также привел наблюдения за собственными детьми. Он использует эволюци-онно-генетический подход к изучению проблем педагогики, считая ребенка существом, непрерывно развивающимся. По его мнению, каждая особенность личности и поведения ребенка должна быть рассмотрена в связи с другими его характерными чертами, свойственными ребенку данного возраста. Он считал, что в зависимости от возраста одна и та же черта характера ребенка может иметь разные психологические корни.

Помимо этого, Анатолий Александрович рассмотрел в своей работе различные возрастные периоды развития личности ребенка, закономерности психического и физического развития, свойственные различным периодам, факторы этого развития, особенности формирования познавательных процессов, важность игры и труда в развитии ребенка, значение детского рисунка для познания его внутреннего мира и некоторые другие проблемы.

В 1927 г. вышла другая его книга — «Введение в педологию в связи с учением о поведении человека». Педологию А.А. Смирнов понимал как специальную науку, изучающую ребенка как целостный психофизический организм. В книге, предназначенной для учителей, были рассмотрены основные цели и задачи педологии, периоды развития ребенка и основные факторы этого развития.

В то же время А.А. Смирнов начал разрабатывать еще одно направление психологии — профессиональную психологию. В 1927 г. он издал свою книгу «Психология профессий». Эта работа была посвящена поиску и подробному рассмотрению путей научной организации выбора профессии. Изучив такие методы, как профориентация, профконсультация, профотбор, он обратил внимание на основные методы разработки профессиографии. Также он составил описание некоторого ряда профессий с точки зрения психофизических качеств, необходимых для их выполнения.

Изменение идеологии в стране повлекло за собой необходимость прекращения разработки этих направлений, вынужденное признание АА. Смирновым ошибочности собственных разработок. В 1933 г. он вновь возвратился в Институт психологии, где включился в коллективную работу по изучению зрительных ощущений и восприятий. Эти исследования со временем подтолкнули его к разработке проблем памяти.

Проанализировав многочисленные работы, посвященные этой теме, А.А. Смирнов сумел найти свой предмет исследования. Основной темой теоретических и экспериментальных разработок ученого стала психология запоминания, в своих работах он привел детальную характеристику произвольного и непроизвольного запоминания, проанализировал взаимовлияние понимания и запоминания, определил значение и функции повторения, а также выделил некоторые особенности процесса повторения. Одним из важнейших экспериментальных выводов стал приведенный им целый ряд условий, влияющих на продуктивность процесса запоминания.

На основе экспериментальных данных А.А. Смирнов сформулировал общую закономерность соотношения произвольного и непроизвольного запоминания. Она заключается в следующем: прежде всего запоминается то, что составляет цель действия. Решающим же фактором, определяющим эффективность запоминания, является, по мнению А.А. Смирнова, степень интеллектуальной активности, определяемая родом деятельности. Таким образом, ученый подтвердил принцип тесной взаимосвязи и единства психических процессов и деятельности, в условиях которой эти процессы находят свое осуществление.

В 1940-е гг. А.А. Смирнов занимался подробнейшей разработкой проблем осмысленного запоминания. В первую очерець он рассмотрел процессы мышления, играющие, по его мнению, главную роль при осмысленном запоминании. Целью ученого при этом было не просто понятие сути изучаемых процессов, но и поиск путей руководства их развитием. Особенностью метода А.А. Смирнова было то, что он в своем исследовании продвигался от высших форм к более простым.

Процесс осмысленного запоминания ученый рассматривал не как изолированный механизм памяти, а как один из компонентов человеческой деятельности, неразрывно связанный со всем комплексом ее задач и мотивов. Такой подход позволил ему (в отличие от его предшественников) создать более подробную и содержательную теорию осмысленного запоминания. Так, он выделил набор приемов, позволяющих делать процесс осмысленного запоминания более эффективным. Сюда он относил разбивку запоминаемого материала на основные смысловые части, группировку таких отдельных частей, выделение опорных пунктов, сопоставление частей запоминаемой информации между собой или с тем, что уже известно человеку. Эта теория и ее экспериментальные доказательства составили содержание основного его труда «Психология запоминания».

В сборнике «Вопросы психологии памяти» были собраны работы, посвященные изучению образной и словесно-логической памяти. На основе экспериментальных данных А.А. Смирнов продемонстрировал принцип единства конкретного и абстрактного, чувственного и логического, их неразрывную связь Результаты исследований показали взаимосвязь образа и слова в процессах запоминания. Кроме того, исследования выявили и изменение роли образной и словесной памяти по мере развития психики.

В конце 1950-х гг. А.А. Смирнов обратился к исследованию исто-рико-психологических вопросов. В своих работах он проводил обзоры, подводящие итоги развития психологии за определенный период времени, характеризующие тенденции ее развития. Одной из основных его работ был доклад о состоянии научно-исследовательской работы в области психологии, опубликованный в 1955 г. В нем были сформулированы важнейшие задачи дальнейших психологических исследований.

В начале 1970-х гг. А.А. Смирнов предпринял попытку создать фундаментальный многотомный труд «Основы психологии». В результате в 1974 г. под его редакцией вышел первый том «Развитие и современное состояние зарубежной психологии», написанный М.Г. Ярошевским и М.И. Анциферовой. Через год вышел и второй том, созданный самим А.А. Смирновым и посвященный развитию отечественной психологической науки. Впоследствии были выпущены еще два тома, один в 1978 г., а другой — уже после смерти ученого, последовавшей 24 мая 1980 г.

Теории, разрабатываемые А. А. Смирновым на протяжении всей его жизни, являются значительным вкладом в русскую психологию, несмотря на то что некоторые из них были незаслуженно забыты. Его исследования в области непроизвольного и особенно произвольного запоминания имеют огромную практическую ценность для современной педагогической психологии.

ТЕПЛОВ БОРИС МИХАЙЛОВИЧ.

Борис Михайлович Теплов родился 20 октября 1896 г. в Туле, где и провел детские и юношеские годы. В 1914 г. он поступил на философское отделение филолого-исторического факультета Московского университета, но учеба была прервана службой в армии. В результате закончить университет ему удалось только в 1921 г. Кроме университета, в 1921 г. Б.М. Теплов закончил Высшую школу военной маскировки.

До 1933 г. Б.М. Теплов работал в различных научных учреждениях Красной армии, где исследовал проблемы военной маскировки, а с 1929 г. параллельно занимался исследовательской работой в Психологическом институте при Московском университете.

В это время он занимался лабораторными исследованиями, а также выпустил ряд теоретических статей. Особый интерес представляет его статья, написанная в 1926 г., «Психология как основа маскировочной техники». Борис Михайлович считал необходимым поиск научных решений проблем маскировки, в связи с чем начал заниматься исследованием некоторых экспериментальных законов восприятия и ощущений.

Организация этих исследований требовала решения вопроса об отношении психологических исследований ощущений и восприятий к физическим исследованиям вызывающих их раздражителей. Между раздражителями и вызываемыми ими ощущениями существует сложная связь, на основании чего Б.М. Теплов предлагал использовать при решении задач военной маскировки не только свойства раздражителей, но и психофизиологические закономерности отражения их органами чувств.

В 1927—1928 гг. Теплов опубликовал ряд работ, обобщающих результаты его исследований пространственных изменений цвета и формы объектов. Среди них такие статьи, как «Из наблюдений за изменением цвета при удалении», «Описание процесса деформации контура окраской» и др. В них ученый привел некоторые закономерности трансформации цвета на расстоянии, как, например, неотличаемость красного цвета от оранжевого, посветление желтого цвета, потемнение синего и фиолетового, относительная устойчивость зеленого цвета.

С началом работы в Психологическом институте Б.М. Теплов начинает проводить свои исследования в его стенах. Основные направления работы включали проблему взаимодействия ощущений, а также изучение пространственного смешения цветов, порогов насыщенности, действия различных световых раздражителей. Этот этап творчества ученого характеризовался необходимостью практического применения решаемых им задач, а потому Б.М. Теплов в своих исследованиях часто применял математические методы выражения результатов в виде функций, зависимостей, рядов..

После 1933 г. Теплов заинтересовался проблемой индивидуально-психологических различий, особое внимание он уделял вопросам способностей и одаренности, их развития, структуры, природных предпосылок, разнообразия проявлений.

Под способностями он понимал индивидуально-психологические особенности, отличающие одного человека от другого. Он не считал, что одаренность — привилегия немногих, исключительных личностей. Б.М. Теплов подчеркивал, что основной характеристикой способностей является их качество.

В 1940 г. Борис Михайлович защитил докторскую диссертацию «Психология музыкальных способностей». В этой работе он выразил мысль о том, что музыкальность свойственна всем людям, но при этом у разных людей музыкальные способности неодинаковы. Подробное изучение этой проблемы привело его к мысли, что для успешной реализации музыкальной деятельности важны не только собственно музыкальные данные, но и многие другие, одинаково важные и для других видов деятельности.

Так Теплов пришел к формулированию гипотезы о наличии более общих и более частных способностей. Согласно ей, способности «отыскиваются» только во время психологического анализа того или иного вида деятельности. Общие способности существуют внутри частных и неразрывно связаны с ними, их можно найти как неизменную величину в разных видах деятельности. По мнению Б.М. Тепло-ва, именно наличие у одного человека общих компонентов одаренности, важных для успешного выполнения разных видов деятельности, и дает разносторонне одаренных людей. Большое внимание Теплов уделил вопросу о природе способностей и о роли врожденных особенностей. Он подвергал критике идеи о предопределенности индивидуальных способностей Он отмечал, что биологические задатки — это только предпосылки развития. Они могут повлиять на развитие той или иной способности только во взаимодействии с определенными условиями. По мнению Б.М. Теплова, способности всегда являются результатом развития, нельзя говорить о способности, возникшей до начала развития, и о способности, достигшей вершины развития.

В начале Великой Отечественной войны Б М. Теплов вступил в народное ополчение, но через пару месяцев его откомандировали в институт. Здесь в начале 1950-х гг. Б М. Теплов организовал лабораторию по изучению свойств нервной системы человека как физиологической основы индивидуальных психологических различий Проблема эта была совершенно не разработана, теории И П. Павлова были посвящены исследованию нервной системы животных, в отношении же людей не было сделано никаких серьезных исследований Теплов, прежде чем заняться конкретными разработками необходимых методик, провел глубокий анализ проблемы метода в изучении основных свойств нервной системы человека В работе «Некоторые вопросы изучения общих типов высшей нервной деятельности человека и животных», вышедшей в 1956 г., Борис Михайлович еще раз подробно рассмотрел эту проблему, остановившись на двух моментах.

Вопрос об относительной роли в изучении свойств нервной системы экспериментальных и «жизненных» показателей Теплов считал одним из важнейших вопросов клинической психофизиологии. Отсутствие четких методов лабораторного исследования для определения типа нервной системы влекло за собой заключение ошибочных выводов на основе субъективных мнений исследователя Вторым моментом, на котором ученый подробно остановился, был вопрос о роли в изучении свойств нервной системы «произвольных» и «непроизвольных» методик. Многие исследователи того времени считали, что поскольку для человека характерна именно произвольная деятельность, значит, и методики для изучения свойств его нервной системы должны быть основаны на использовании произвольных реакций. В своей работе Б М. Теплов выступил с критикой этой точки зрения Он считал, что именно использование «непроизвольных» методик позволит получить наиболее точные данные о свойствах нервной системы человека.

Помимо методологических разработок проблемы, Б.М. Теплов занимался и экспериментальными исследованиями. Для выделения одного общего свойства, инварианты, он сопоставлял различные опыты, выделяя в них общий, генеральный фактор. Однако часто вместо него получался ряд групповых факторов, что подтверждало его теорию о существовании общих и частных свойств нервной системы.

Очень важным моментом в теории Теплова было его преодоление «оценочного подхода» к различиям в нервной системе, принятого И.П Павловым. Это выразилось в гипотезе об обратной связи, существующей между силой нервной системы как пределом ее работоспособности и ее чувствительностью. Согласно этой гипотезе, низкая работоспособность нервной системы сочетается с высокой чувствительностью, что может компенсировать сниженные функциональные возможности Здесь проявлялась основная идея всех теорий Теплова: различия в способностях не означают различия в степени совершенства нервной системы, а лишь говорят о различии ее возможностей.

С 1950-х гг. Борис Михайлович был заведующим кафедрой психологии и логики в Академии общественных наук при ЦК КПСС, долгое время был главным редактором журнала «Вопросы психологии»

Борис Михайлович Теплов умер 28 сентября 1965 г. Мастер непосредственного эксперимента, он проявил себя талантливым теоретиком, решив ряд общеметодологических проблем психологии Его разграничение методик исследования свойств нервной системы оказалось весьма плодотворным и позволило исследователям достичь в дальнейшем отличных результатов. Учение Б М. Теплова о способностях, а также его экспериментальные разработки в области ощущений и восприятий стали значительным вкладом в психологию.

УЗНАДЗЕ ДМИТРИЙ НИКОЛАЕВИЧ.

Дмитрий Николаевич Узнадзе родился в 1888 г. в селе Сакара Кутаисской губернии в крестьянской семье. В 1896 он поступил в Кутаисскую гимназию, где проявил себя как способный и прилежный ученик. Но несмотря на это, он был исключен из последнего класса за активное участие в революционном движении.

Для продолжения учебы Узнадзе уехал в Швейцарию, а затем в Германию, где поступил на философский факультет Лейпцигско-го университета. В то время там работал один из основоположников экспериментальной психологии Вильгельм Вундт, который не только читал лекции по философии и психологии, но и работал в собственной лаборатории. И в этом учебном заведении Узнадзе был одним из лучших. Подтверждением этому служит премия, полученная им за работу, посвященную философии Лейбница, которую он написал, учась на третьем курсе. В 1909 г. он окончил университет и в том же году получил звание доктора философии в университете города Галль. Его диссертация была посвящена исследованию творчества Владимира Соловьева, его теории познания и метафизике.

После окончания учебы Дмитрий Николаевич вернулся в Кутаиси, где работал одновременно в различных гимназиях, преподавал историю, психологию, историю педагогики и логику. Европейский диплом не считался действительным в Грузии, а потому ему пришлось экстерном сдавать экзамены на факультете истории философии Харьковского университета, в 1913 г. он получил диплом первой степени. В это время Узнадзе много печатался, его статьи были посвящены в основном проблемам педагогики, философии, эстетики.

В 1917 г. Д.Н. Узнадзе переехал в Тбилиси, где сразу же активно включился в работу по организации тбилисского университета. По его инициативе в 1918 г. в созданном университете открылась кафедра психологии и педагогики, а в 1920 г. — психологическая лаборатория. Кроме этого, Узнадзе еще руководил педагогическим институтом. Для обучения психологов нужны были учебники, которых в то время в Грузии не существовато. Решение этой проблемы он тоже берет на себя и выпускает несколько учебных пособий.

В 1919 г. выходит в свет первая книга Д.Н. Узнадзе, посвященная исследованию творчества Лейбница, а в 1920-м — его первая монография «Анри Бергсон», в которой он критически рассматривает интуитивизм Бергсона. Мистические и интуитивные представления, по мнению Узнадзе, не подходят для понимания сущности познавательной и психической активности человека. Должна быть создана система научных понятий, с помощью которой могут быть поняты и объяснены даже мистические и интуитивные представления человека.

Д.Н. Узнадзе пытается решить эту проблему, создав такую систему, чтобы не объяснять психические процессы через психическое или физическое, а установить иную детерминацию психики. В его работах, издаваемых в это время, появляются такие понятия, как «биосфера», «ситуация» и «подпсихическое». Они имеют у него сходное значение, описывают особую реальность, которая является де-терминантой целесообразности поведения. Биосфера — это особый вид отражения действительности, а ситуация — положение, вызываемое в биосфере, т.е., по сути, ее частный случай. Биосферу можно назвать и подпсихическим, поскольку речь идет об исследовании сознания.

Таким образом, подпсихическое — это особая сфера действительности, и если процессы человеческого сознания определяются законами объекта, то к подпсихическому неприменимы понятия как субъекта, так и объекта. Именно оно определяет содержание сознания, психики, и отсюда Узнадзе делает вывод, что «бессознательное» Фрейда по своей природе является подпсихическим, не принадлежащим к психике.

В 1923 г. издаются такие работы Д.Н. Узнадзе, как «Имперсона-лия» и «Психологические основы наименования». Основанием для создания последней послужили исследования, проведенные в его психологической лаборатории. Они показали, что наименование предмета или явления происходит не случайно и имеет под собой психологическую основу. Испытуемые видели сходство между предлагаемым им бессмысленным рисунком и набором звуков, причем для каждого рисунка разные люди подбирали строго определенные звуковые комплексы.

В 1924 г. вышла еще одна книга Д.Н. Узнадзе — «Мотивы интереса к учебным предметам», посвященная проблемам педагогики. В это время, в 1920-е гг., происходит формирование одного из фундаментальных понятий теории Узнадзе — понятия установки. Это понятие подразумевает реальное психическое состояние человека, выражающее его готовность к определенному поведению. Установка не только определяет отношение человека к какому-либо событию, мнению, лицу, но и показывает, в каком виде эти последние реализуются в мире его восприятий. Помимо разработки самого понятия, Узнадзе работает над созданием метода исследования указанного состояния. В результате возникает теория установки, предполагающая возможность познания психической активности человека с помощью системы научных понятий.

Тот смысл, который Д.Н. Узнадзе вкладывал в понятие установки, несколько отличается от обычного, принятого в психологии того времени. Установка у него — это не психический процесс и не поведенческий акт, а особый вид отражения действительности. Ее возникновение обусловлено как объектом, так и субъектом: с одной стороны, установка возникает как реакция на определенную ситуацию, а с другой — в результате удовлетворения определенной потребности.

В этой концепции психология переживания соотносится с психологией поведения. Перед осуществлением любой деятельности, считает Д.Н. Узнадзе, человек психологически готовится к ее осуществлению, причем этот процесс может им даже не осознаваться. Этот факт подготовки Узнадзе и назвал установкой.

В лаборатории при Тбилисском университете он провел эксперименты, в ходе которых было определено, что установка, созданная в какой-либо одной сфере, проявляется не только в ней, но и в других сферах жизни. Кроме того, Узнадзе выяснил, что установка также свойственна и животным. Это открытие стало для него очень важным, поскольку послужило основой для создания в дальнейшем двухуровневой модели психики.

Основываясь на результатах опытов, ученый сделал вывод о том, что установка является первичным свойством организма, т.е. это самая примитивная реакция на внешние раздражения. Естественно, что в этом случае должен существовать еще один, более высокий уровень организации психики.

На основании этого Д.Н. Узнадзе впервые ввел в психологию принцип иерархиии, рассмотрев два уровня психической активности: уровень установки и уровень объективации. На первом уровне поведение определяется воздействием ситуации, происходит удовлетворение непосредственных и актуальных потребностей. Что касается уровня объективации, то здесь деятельность приобретает уже более обобщенный, не зависящий от ситуации характер. Человек же в своих действиях учитывает потребности других людей, а также социальные требования.

В 1940 г. вышла «Общая психология» Узнадзе, которая стала, по сути, обобщением его взглядов и теорий. Эта книга стала значимой для создания грузинской психологической школы, т.к. послужила основой для обучения нового поколения психологов. Во время Второй мировой войны он несколько приостановил педагогическую деятельность и, подобно многим психологам в Европе и России, открыл кабинет патопсихологии, где руководил работой по восстановлению нарушенных психических функций воинов.

В 1941 :. в Грузинской ССР создается Академия наук, и Д.Н. Узнадзе становится ее действительным членом, возглавляет сектор психологии. Это время можно считать началом второго этапа развития теории установки, поскольку теперь ученый уделял много внимания не самому явлению установки, уже тщательно разработанному, а эффектам и иллюзиям, сопровождающим ее возникновение. В 1947 г. были изданы сразу несколько работ, посвященных этой теме («К проблеме сущности внимания», «Внутренняя форма языка», «Проблемы объективации»).

В лаборатории Д.Н. Узнадзе проводил исследования, связанные со сравнениями количественных характеристик предметов. Вот пример одного из таких опытов. Человеку несколько раз показывали два шара, совершенно одинаковых по цвету и материалу, из которого они были изготовлены, и отличавшихся только размерами. Каждый раз испытуемому предлагалось выбрать тот шар, который, по его мнению, больше. Когда наконец ему показывали два совершенно одинаковых шара, он тем не менее выбирал один из них. Установка, возникшая у него во время опыта, создала зрительную иллюзию различия. Таким же образом были исследованы и многие другие иллюзии: слуховые, вкусовые, тактильные.

Исследования Д.Н. Узнадзе вызвали огромный интерес в европейском научном мире. Жан Пиаже даже назвал явление иллюзии, выявленное им в зрительной сфере с помощью установки, эффектом Узнадзе.

В 1949 г. вышла в свет книга «Экспериментальные основы психологии установки», в которой были собраны и обобщены экспериментальные данные. Узнадзе охарактеризовал психические особенности человека в зависимости от скорости возникновения установки, ее сохранности во времени, силы воздействия и скорости смены. На основании этого он выделил три основных типа личности:

— динамический, к которому относятся уравновешенные, гармоничные люди, легко приспосабливающиеся к окружающим;

— статичный, к нему можно отнести тех людей, чье поведение не импульсивно, а опирается на объективацию, для них характерно проявление неуверенности;

— вариабельный, к которому относятся люди дела, люди сильных стремлений, но с конфликтной структурой характера.

Дмитрий Николаевич Узнадзе стал основателем грузинской школы психологии, многие его ученики впоследствии развивали и критиковали его идеи, создавая на этой основе собственные теории. В Европе его взгляды также привлекали к себе внимание многих психологов и психоаналитиков. Сейчас теория установки используется в социальной, медицинской психологии, психологии труда и в психоанализе.

Дмитрий Николаевич Узнадзе скончался 12 октября 1950 г.

УХТОМСКИЙ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ.

Алексей Алексеевич Ухтомский родился 25 июня 1875 г. в городе Рыбинске на Волге. Годы детства и юности, проведенные в небольшом волжском городке, Алексей Алексеевич всегда вспоминал с нежностью, гордился своей родиной, всю жизнь называл себя «волгарем».

Закончив начальную гимназию, по настоянию отца будущий ученый продолжил свое образование в среднем военно-учебном заведении — кадетском корпусе Нижнего Новгорода. Но выпускника кадетского корпуса Алексея Ухтомского не привлекала карьера военного. В то время более всего его интересовали гуманитарные науки, а именно — история, философия. Алексей переехал в Москву и, успешно сдав экзамены, стал слушателем философского и исторического факультетов Московской духовной семинарии.

Глубокие философские изыскания, желание познать сущность материи, поиск ответов на извечный вопрос философии «Что есть человек?» побудили Алексея обратиться к естественным наукам, в частности к физиологии.

24-летний Алексей Ухтомский в очередной раз резко меняет сферу своих интересов и продолжает образование, поступив на физико-математический факультет Петербургского университета. В 1902 г. он уже пробует силы на новом для себя поприще: талантливого, любознательного и прилежного студента приглашают для работы в физиологическую лабораторию физико-математического факультета, которой руководил в то время Н.Е. Введенский.

В 1904 г., подготавливая демонстрационный опыт для лекции своего учителя, Ухтомский заметил, что у собаки в период подготовки к акту дефекации (опорожнения кишечника) электрическое раздражение двигательных точек коры головного мозга начинает тормозить движение конечностей и, напротив, усиливает возбуждение в центрах дефекации, заложенных в поясничных сегментах спинного мозга. Как только дефекация завершилась, электрическое возбуждение двигательных точек коры головного мозга начало вызывать обычное движение конечностей. Это случайное наблюдение привлекло внимание Ухтомского, который попытался найти объяснение подобного явления.

Серия аналогичных опытов подтвердила мнение исследователя о том, что существует некая закономерность, объясняющая ряд законов деятельности центральной нервной системы, выделенная, описанная и названная Ухтомским доминантой.

Изучению данной проблемы, разработке учения и доминанте Алексей Алексеевич посвятил несколько лет своей научной работы. Ряд научных трудов, периодически публикуемых в научных журналах, позднее были объединены им в одну работу «О зависимости двигательных кортикальных эффектов от побочных центральных влияний» — докторскую диссертацию, которую Ухтомский блестяще защитил в 1911 г.

В 1912 г. Ухтомскому было присвоено звание приват-доцента и предоставлено право чтения лекций студентам. Ухтомский разработал и читал курс лекций по мышечной и нервной физиологии и физиологии органов чувств.

Новый 1915 г. принес перспективному ученому звание прозектора (ассистента профессора, подготавливающего анатомические препараты, опыты, иллюстрирующие его лекции) физиологической лаборатории Петроградского университета. Ухтомский помогает Введенскому в работе над его концепцией лабильности, продолжает трудиться над собственной теорией.

В 1918 г. Алексей Алексеевич Ухтомский стал штатным доцентом, а чуть позже — профессором и заместителем заведующего физиологической лабораторией. После смерти Введенского в 1924 г. он возглавил работу лаборатории, стал заведующим кафедрой физиологии Ленинградского университета, которой руководил до своей кончины.

Ухтомский продолжил разработку того нового направления в физиологической науке, фундамент которого был заложен Н.Е. Введенским. Научные работы А. Ухтомского и его учеников были посвящены физиологии нервно-мышечного аппарата и нервных центров. Он ставил перед собой задачу найти на нервно-мышечном препарате принципиальные пути для постижения общих закономерностей жизнедеятельности органов, систем органов и организма в целом.

Школа Введенского—Ухтомского, лидером которой был Алексей Алексеевич, считала, что в физиологии принципиально невозможны статические закономерности. Школа ставила своей задачей установить причины и механизмы, обусловливающие постоянно меняющееся состояние живой системы, и пришла к выводу, что вне учета роли раздражителя и истории живой системы принципиально невозможно определить закономерности течения и преобразования функций в организме.

Опираясь на материалы исследований ученых своей школы, А. А. Ухтомский сформулировал взаимоотношение живой системы и раздражителя в виде следующих положений:

1) при одном и том же раздражении содержание текущей реакции определяется историей или функциональным состоянием живой системы;

2) при одном и том же функциональном состоянии живой системы содержание ее ответной реакции определяется особенностями действующего раздражителя.

Ухтомский доказат ошибочность распространенных представлений о рефлекторной деятельности, которая якобы имеет лишь защитное значение для организма и направлена на удаление или прекращение раздражения. Он подчеркнул, что рецепторы организма животного не могли развиваться, если бы рефлекторная система только защищала их от сближения с раздражителем. На примере анализа рефлекса экстензорного толчка (разгибания конечностей) А.А. Ухтомский обосновал представление, согласно которому рефлекторная система в первую очередь дает место реакциям сближения со средой, позволяющим распознавать ее, тогда как реакции защитного и отрицательного значения выступают лишь во вторую очередь.

Окончательно учение Ухтомского о доминанте было сформулировано в 1922 г. В настоящее время оно вошло в повседневный клинический обиход. В психологии доминанта принята как физиологическая основа и предпосылка поведения.

Под доминантой Ухтомский понимал временно господствующий в центральной нервной системе рефлекс или рефлекторное поведение. Господствующий в центральной нервной системе очаг возбуждения преобразует и изменяет работу прочих рефлекторных аппаратов в целом. Так, например, если в организме в данный момент осуществляется рефлекторный акт, связанный с приемом пищи, то он перестает реагировать на те раздражители, которые в других условиях вызывали бы у него защитные рефлексы. То же самое можно сказать и в отношении защитного рефлекса, полового рефлекса и т.д., когда при осуществлении одних рефлекторных движений исключается возможность выполнения других.

Доминанта — рабочий принцип и основное правило деятельности нервной системы, которому подчиняется осуществление любой рефлекторной реакции организма. Доминанта характеризуется следующими основными чертами:

1)  в центре, становящемся доминантным, повышается возбудимость;

2)  возбуждение в этом центре отличается стойкостью: оно не может быть мимолетным во времени;

3) доминирующий центр способен стимулировать возбуждение;

4) возбуждение доминантного центра обладает инерцией; дальние волны возбуждения подбадривают установившуюся доминантную реакцию, ускоряя ее разрешение;

5) возбуждение доминантного центра сопряжено с торможением других рефлекторных механизмов, не принимающих участия в доминантной реакции.

Разрабатывая учение Введенского о физиологической лабильности, Ухтомский создал собственное учение об усвоении ритма (работа 1926 г. «Усвоение ритма в свете учения о парабиозе»). Учение об усвоении ритма используется и сегодня в физиологических исследованиях для понимания деятельности нервных клеток и отдельных структур мозга, а также при конструировании ряда автоматических устройств.

В 1927 г. были опубликованы книга Ухтомского «Физиология двигательного аппарата», развивающая оригинальную систему взглядов ученого на понимание природы утомления, а также монография «Учение о парабиозе».

С 1928 г. А.А. Ухтомский, в связи с выдвинутым им учением об усвоении ритма, предпринял глубокую разработку проблемы физиологической лабильности. Лабильность — характеристика живой ткани, выражающая способность ее воспроизвести определенное максимальное число возбуждений в единицу времени. Длительность протекания одиночного возбуждения характеризует ритм возбуждений, который способен воспроизвести тот или иной орган в единицу времени. Для классической физиологии этот ритм является постоянной и неизменной характеристикой органа, что привело к представлению о собственном ритме, различном и неизменном для разных органов.

Ухтомский установил способность органов и организма в целом перестраивать ритм своих возбуждений в соответствии с ритмом раздражений, навязываемым извне. Орган способен в широких пределах менять ритм воспроизводимых им возбуждений, удлиняя или укорачивая длительность протекания каждого возбуждения в отдельности, что дает возможность органу усваивать более высокие ритмы раздражения, присущие тому или иному органу. Им было доказано, что в процессе усвоения ритма деятельность и работоспособность органа не понижается, как этого можно было бы ожидать, а наоборот, повышается, сопровождается увеличением интенсивности обмена веществ и сокращением цикла или длительности отдельного возбуждения. Этот факт огромной принципиальной важности окончательно исключил возможность понимания процесса торможения как результата истощения деятельности организма.

Опираясь на учение об усвоении ритма и физиологической лабильности, А.А. Ухтомский незадолго до смерти поставил проблему биологического равновесия. Биологические системы, по мнению Ухтомского, характеризуются скоростями восстановления равновесия, причем они либо возвращаются к исходному состоянию равновесия, либо переходят к новому состоянию равновесия. С этой точки зрения, приспособляемость организма к среде следует рассматривать не только как способность более или менее быстрого возвращения к так называемому исходному равновесию, но и как способность создания новых видов равновесия.

Алексей Алексеевич был блестящим педагогом. Каждой лекции предшествовала тщательная подготовка. В аудитории, где читал лекцию Ухтомский, можно было увидеть не только студентов, аспирантов, но и прославленных ученых. Впервые в истории высшего образования он вел курс лекций по высшей нервной деятельности и сравнительной физиологии, принимал активное участие в организации рабочего факультета при Петроградском университете (открыт в 1919 г.) и кафедры физиологии труда (работала с 1930 г.).

Одному из учеников А.А. Ухтомского, профессору М.И. Виноградову, принадлежит следующая, достаточно меткая характеристика личности Ухтомского: «Всякий, кому приходилось встречаться с этим глубоким и своеобразным умом, выносил незабываемое впечатление громадной умственной мощи и в то же время чрезвычайной тонкости и проникновенности».

В 1931 г. Алексей Алексеевич Ухтомский был награжден Ленинской премией, в 1935 г. избран действительным членом Академии наук СССР. Умер выдающийся русский физиолог А.А. Ухтомский в 1942 г. в осажденном фашистами Ленинграде.

ЧЕЛПАНОВ ГЕОРГИЙ НИКОЛАЕВИЧ.

Георгий Николаевич Челпанов родился 16 апреля 1862 г. в город Мариуполе Екатеринославской губернии. Начальное образование он получил в местном приходском училище, а затем учился в Александровской Мариупольской гимназии, которую он окончил в 1883 г. с золотой медалью. Именно там он впервые заинтересовался психологией. Его колебания, кого избрать своим руководителем, склонились в пользу Н.Я. Грота, и в 1883 г. Г.Н. Челпанов поступил на историко-филологический факультет Новороссийского университета, где в то время преподавал Н.Я. Грот.

В 1887 г. Г.Н. Челпанов окончил его с золотой медалью за сочинение на тему «Опыт и разум в теории познания Платона и Аристотеля». В 1890 г. он сдал магистерский экзамен по философии и психологии и в 1891 г. стал приват-доцентом Московского университета, а в 1892 г. был зачислен в штатные приват-доценты Киевского университета.

В 1896 г. Г.Н. Челпанов защитил диссертацию на тему «Проблема восприятия пространства» и получил степень магистра философии. С 1897 г. он работал в Киеве, вел и редактировал труды организованного там психологического семинара. В это время он активно занимался проблемами педагогики и выступал с докладами, посвященными этой теме. Г.Н. Челпанов выступал против чрезмерного увлечения экспериментальной психологией, в особенности против применения методов экспериментальной психологии в педагогической практике. Тем не менее он вовсе не был противником экспериментальной психологии. В 1888 г. он выступил с докладом на заседании Московского психологического общества, в котором определил научную значимость эксперимента в психологии. Вместе с тем он считал необходимым сочетать его с теоретической психологией, задачу которой он видел в систематизации, сведении к единству данных, полученных эмпирическим путем.

На этом этапе его творчества важной является работа «Мозг и душа», написанная в 1900 г., где Г.Н. Челпанов рассмотрел вопросы материализма в психологии. Основой этой работы был курс лекций, прочитанный им в 1898—1899 учебном году в Киевском университете. Наиболее приемлемой гипотезой для выражения отношений между психическим и физическим он считал психофизический параллелизм в его эмпирической формулировке. Рассмотрению этой гипотезы он уделил в книге большое внимание.

В 1904 г. он защитил следующую диссертацию, на этот раз докторскую. В ней он продолжал тему, начатую в 1896 г., — «Проблемы восприятия пространства» (часть 2-я). Рассматривая вопрос о пространстве с точки зрения гносеологии (науки о познании), Г.Н. Челпанов протестовал против смешения гносеологической и психологической точек зрения. Он изучал вопрос о происхождении геометрических аксиом, отрицал их эмпирический характер. В вопросе о реальности пространства он подверг критике все виды гносеологического идеализма и придерживался теории критического реализма.

За это время он несколько раз выезжал за границу, где слушал лекции Дюбуа—Реймона, Геринга и Кенига по философии, Штум-пфа и Вундта по психологии. Параллельно он занимался в институте Вундта в Лейпциге и в институте физиологической оптики в Берлине. В 1907 г. Г.Н. Челпанов был избран профессором философии и психологии Московского университета, где он впоследствии организовал лабораторию и психологический семинар.

В 1909 г. Г.Н. Челпанов выпустил книгу, которая сыграла впоследствии значительную роль в его жизни В этой работе, представляющей собой конспект 16 лекций ученого, он подробно рассмотрел марксизм. Так, в лекции «Об исторических законах» он указывал два противоположных подхода к вопросу о постижении этих законов: идеалистический и материалистический, одной из разновидностей которого является марксизм Изложив сущность этого направления, Г.Н. Челпанов в своей работе перешел к его оценке. Прежде всего он подчеркнул его положительные стороны, среди которых основное — мысль о том, что идеи могут носить утопический характер.

Также, считал Г.Н. Челпанов, учение Маркса имело и недостатки. Например, положение о том, что социальное хозяйство — это единственный фактор движения истории. По Г.Н. Челпанову, историческую причинность нельзя объяснить только одним фактором. Таким образом, не отрицая важности экономических отношений, он считал необходимым признание значимости идей и идеалов.

С точки зрения натуралистической концепции, роль личности сводится к нулю, но Г.Н. Челпанов отстаивал идею о значимости человека и его психики, т.е. признавал значение духовного фактора в истории. Он возражал против того, что психическая причинность есть только отражение физической, что было одним из основных принципов материализма. По мнению ученого, сведение психического к нулю означает неверное толкование отношений между психическим и физическим.

На Втором Всероссийском съезде по задачам психологии, состоявшемся в июле 1909 г., Г.Н. Челпанов выступил с докладом, в котором показал проведенный им анализ задач развития современной психологической науки. Он отметил тенденцию противопоставлять теорию фактам, придавать им большее значение, чем различным теориям. Это вызвало у Г.Н. Челпанова тревогу за дальнейшее развитие психологии, чтобы избежать возможных проблем, он призывал объединять эксперимент и теорию.

В следующем году на торжественном заседании Психологического общества он обратил внимание на состояние индивидуальной психологии. Г.Н. Челпанов считал, что методы, применяющиеся в этой отрасли науки, должны быть более основательными. Те же методы, которые в то время существовали, еще не были точными, не гарантировали получения истинного знания. Поэтому они могут дать представление не о личности в целом, а об отдельных ее проявлениях. Возвратившись в своем рассмотрении к проблемам психологии и педагогики, Г.Н. Челпанов определил их отношения как сложные и неоднозначные. По его мнению, педагогика имеет свой предмет и не может базироваться только на психологии. Педагогика должна опираться, в первую очередь, на философскую этику, дающую обоснование идеалов воспитания, а психология только указывает средства, при помощи которых можно достичь этих целей. Таким образом, Г.Н. Челпанов считал, что педагогику нельзя рассматривать как прикладную психологию.

В 1914 г. на базе лаборатории психологических исследований и психологического семинара возник Психологический институт, организованный Г.Н. Челпановым. С 1914 и до 1923 г. Г. Н. Челпанов был директором этого института, но ему было предложено передать руководство К.Н. Корнилову. Уйдя из института, ученый был практически лишен возможности продолжать научную деятельность. В 1926 г. он подал прошение о зачислении его в Психологический институт, которое было отклонено.

Вместо этого Г.Н. Челпанов занимался научным творчеством в Государственной академии художественных наук, где исследовал проблемы восприятия пространства и художественного творчества. Темой основных работ Г.Н. Челпанова в 1920-е гг. было разъяснение своей позиции по отношению к марксизму. Он отвергал все обвинения в его адрес как необоснованные, защищая тезис о независимости психологии от любой философии. Он также настаивал на том, что принцип психофизического параллелизма, а также содержание традиционной психологии отвечает принципам марксизма. Он выпустил множество работ, посвященных этой проблеме: «Психология и марксизм», «Социальная психология и условные рефлексы», «Объективная психология в России и Америке».

В последние годы жизни, столкнувшись с полной изоляцией своего творчества от остального мира, Георгий Николаевич Челпанов потерял силы для дальнейшей работы, и его здоровье ухудшилось. После известия о трагической гибели сына он прожил недолго и 13 февраля 1936 г. умер.