^{Американские солдаты в Корее}



Администрация Трумэна расценила начавшийся вооруженный конфликт как посягательство на американские интересы в восточноазиатском регионе и буквально с первых дней войны предоставила свои вооруженные силы для поддержки Южной Кореи.

Военное руководство США прекрасно понимало, что режим Ли Сын Мана не смог бы в одиночку противостоять КНДР. А поражение Сеула привело бы к образованию на Корейском полуострове единого государства, дружественного СССР, создало бы угрозу американским интересам в Японии. Д. Ачесон, госсекретарь США в 1949–1952 гг., впоследствии писал: «Ясно, что атака (КНДР против Юга) не давала повода для объявления войны Советскому Союзу. Также очевидно, что это был открытый вызов нашему международному статусу защитника Южной Кореи, региона огромной важности для безопасности оккупированной Японии… Мы не могли допустить захвата этого важного региона советской марионеткой прямо под нашим носом, ограничившись формальным протестом в Совете Безопасности». Таким образом, американская администрация не могла допустить потери своего влияния в азиатском регионе, и соответственно роль США, несмотря на опасения «разбудить» Москву, была предрешена.

После окончания Второй мировой войны американцы оставили на Дальнем Востоке мощную военную группировку с целью сохранения своего господства в юго-западной части Тихого океана. Так, непосредственно в Южной Корее находилась группа советников в составе пятисот военнослужащих, под началом бригадного генерала Дж. Робертса. В акватории (Северной и Южной Кореи) находился 7‑й флот США (около 300 кораблей), а на ближайших авиабазах в Японии и Филиппинах дислоцировались две воздушные армии – тактическая 5‑я и стратегическая 20‑я. Кроме того, в непосредственной близости от Кореи находились три американские пехотные дивизии, одна бронетанковая, отдельный пехотный полк и полковая боевая группа (82 871 человек, 1081 орудие и миномет и 495 танков) и одна воздушная армия (835 самолетов). В этом районе находилось также около 20 английских кораблей.

К 1950 г. в Южной Корее была создана оснащенная современным по тому времени оружием армия, подготовленная для наступательных военных действий. Она насчитывала: 8 пехотных дивизий, 1 отдельный полк, 12 отдельных батальонов, 161 тысячу человек личного состава, около 700 орудий и минометов, свыше 30 танков и САУ, 40 самолетов (устаревших американских образцов), 70 малых кораблей и судов.

В свою очередь Корейская народная армия к началу военных действий в 1950 г. имела десять стрелковых дивизий, одну танковую бригаду, два отдельных полка, в том числе мотоциклетный, 148 тысяч человек личного состава (по другим данным – 175 тыс. чел.). На вооружении этих боевых частей состояло 1600 орудий и минометов, 258 танков и САУ, 172 боевых самолета (по другим данным – 240), двадцать кораблей. Кроме того, были сформированы охранные отряды министерства внутренних войск в приграничных районах. В ВВС КНА насчитывалось 2829 человек, в ВМФ – 10 307 человек. В общей сложности вооруженные силы КНДР вместе с войсками министерства внутренних дел к началу войны насчитывали около 188 тыс. человек.

Таким образом, соотношение сил и средств у 38‑й параллели к началу военных действий было в пользу КНА: по пехоте – в 1,3 раза; артиллерии – в 1,1 раза, танкам и САУ – в 5,9 раза, самолетам – в 1,2 раза, однако в последнем случае следует заметить, что летный состав КНА в основном не закончил обучение. К маю 1950 года было подготовлено лишь 22 летчика штурмовой авиации и 10 летчиков истребителей.

Здесь уместно кратко охарактеризовать позицию СССР по корейской проблеме и в первую очередь по вопросу участия советских военнослужащих в войне на стороне Северной Кореи. Как свидетельствуют доступные сегодня документы из отечественных архивов, первоначально использование советских войск в Корейской войне не предполагалось. В Кремле понимали, что прямое участие Вооруженных Сил СССР вызовет негативную реакцию в США и в мире. Было очевидно, что Советский Союз будет обвинен во вмешательстве во внутренние дела суверенной Кореи. Более того, Москва располагала информацией о том, что вторжение армии Северной Кореи на территорию Южной будет рассматриваться в европейских кругах как прелюдия к аналогичному наступлению СССР в Германии. Исходя из этого, руководство СССР с началом войны в Корее сделало четкую установку на ее ведение силами КНА с привлечением ограниченного числа советских военных советников.

Существует немало версий о начале войны в Корее. Пхеньян и Сеул всю ответственность за развязывание конфликта неизменно возлагают друг на друга. Введенные к настоящему времени в научный оборот данные о наращивании вооружений Севера и Юга убедительно свидетельствуют о том, что к войне готовились обе стороны. Причем и Ким Ир Сен, и Ли Сын Ман рассматривали силовые методы как единственную возможность создания объединенной Кореи. Однако, в отличие от Пхеньяна, скрывавшего свои планы нападения на Юг различного рода инициативами «о мирном объединении» Кореи, сеульские власти выступали с жесткими милитаристскими заявлениями. Да и сам южнокорейский лидер, по словам американского посла в РК Джона Муччио, «был чрезвычайно авторитарен, несмотря на постоянные утверждения о стремлении к подлинной демократии в Корее. Навязчивой идеей Ли Сын Мана являлось объединение Кореи под его руководством. Это стало бы жемчужиной в его долгой политической карьере». Ли Сын Ман неоднократно призывал «предпринять наступление на Пхеньян». В 1949 г. он прямо заявил, что войска Республики Кореи «готовы вторгнуться в Северную Корею», что «составлен план удара по коммунистам в Пхеньяне».

Войне предшествовали многочисленные приграничные вооруженные конфликты, провоцируемые обеими сторонами.

23 июня 1950 г. южнокорейские войска начали артиллерийский обстрел позиций КНА, а на рассвете 25 июня, предположив, что после столь длительной артиллерийской подготовки основные объекты противника уничтожены, перешли в наступление. На отдельных участках южнокорейским войскам удалось вклиниться на 1–2 км севернее 38‑й параллели. Впрочем, существует и противоположная версия, что первыми открыли огонь и перешли в наступление войска КНА.

Отразив первые удары противника, войска КНА перешли в контрнаступление. Противник, не ожидавший столь мощных ответных ударов, начал отступление и уже 28 июля вынужден был оставить Сеул. За полтора месяца военных действий войска КНА продвинулись на 240–350 км. Лисынмановская армия потеряла почти 100 тыс. человек убитыми, ранеными и пленными.

Поражение южнокорейских войск и угроза крушения марионеточного режима вызвали тревогу в американских правящих кругах. Правительство США приняло решение о вмешательстве в конфликт, по существу переросший в гражданскую войну.

К началу сентября на Пусанский плацдарм было переброшено до 6 американских дивизий и английская бригада. В результате соотношение сил к середине сентября изменилось в пользу Южной Кореи, перешедшей в контрнаступление.

Американским командованием предусматривалась высадка оперативного морского десанта в порту Инчхон с одновременным переходом в наступление 8‑й американской армии с Пусанского плацдарма с целью окружения и уничтожения главных сил КНА.

После ожесточенных боев, начавшихся 16 сентября, «войскам ООН» удалось прорвать линию фронта, а к середине октября перенести боевые действия к северу от 38‑й параллели.

К 24 октября 1950 г. американские войска вышли в район городов Чхосан и Кодан на корейско-китайскую границу. В этих условиях на помощь Северной Корее пришли китайские и советские добровольцы.

25 октября 1950 г. передовые части китайских добровольцев и войска КНА нанесли контрудар, а затем перешли в контрнаступление и за восемь месяцев очистили от войск противника всю территорию Северной Кореи.

Южнокорейцы и «войска ООН» вынуждены были перейти к обороне. Они понесли большие потери: количество убитых, раненых и пленных превысило 500 тыс. человек. К январю 1951 г. на некоторых участках противник был отброшен на 80—100 км южнее 38‑й параллели.

Перемирие было подписано в июле 1953 г.



Война в Корее обошлась США в 20 млрд долларов. Американцы и их союзники привлекли к боевым действиям более 1 млн человек, на вооружении которых находилось 1000 танков и свыше 1600 самолетов. По признанию американцев, эта война была четвертой по масштабам в истории США. Потери американских военнослужащих только убитыми составили более 140 тыс. человек.

В ходе войны обе стороны применяли формы и способы боевых действий, выработанные еще в период Второй мировой войны, причем широкий круг задач решали флоты. ВМС США и их союзников участвовали в морской блокаде побережья, высаживали морские десанты, наносили удары по наземным военным и промышленным объектам, поддерживали сухопутные войска в наступлении и обороне, а также обеспечивали перевозку воинских грузов.

На фоне подавляющего превосходства противника на море малочисленный флот Северной Кореи решал задачи в основном оборонительного характера, защищал побережье, порты и военно-морские базы, осуществлял постановку оборонительных минных заграждений, в том числе и противодесантных. Правда, в начале войны он высадил несколько тактических десантов с целью содействия наступавшим на приморском направлении сухопутным войскам. Первые морские десанты были высажены 25 июня 1950 г. на восточном побережье Южной Кореи, в районах Каннына и мыса Римуон. При высадке этих десантов большое значение придавалось фактору внезапности. Пункты посадки находились всего в 50–90 милях от районов высадки, что обеспечивало переход десанта морем в темное время суток. Оба десанта были высажены без артиллерийской и авиационной подготовки и поддержки. Противодействие высадке оказалось слабым.

Неожиданным для американского командования явилось использование флотом Северной Кореи дрейфующих мин: вместо якоря подвешивался груз весом около 100 кг, удерживавший мину в притопленном положении. Такие мины представляли серьезную опасность.

В начале июля 1950 г. президент США Гарри Трумэн, ссылаясь на просьбу Совета Безопасности о предоставлении помощи Южной Корее, отдал приказ об установлении морской блокады на всем корейском побережье.



К началу сентября 1950 г. войска Северной Кореи держали под контролем 95 % территории страны с почти 97 % населения. Лисынмановская армия оказалась в крайне тяжелом положении.

В свою очередь, используя выгодные естественные рубежи, подавляющее превосходство в воздухе и на море, войска союзников смогли закрепиться на Пусанском плацдарме и принять срочные меры к быстрому наращиванию сил и средств. Уже к середине сентября 1950 г. на плацдарме сосредоточилось около 350 тыс. человек, численность авиации доведена до 1 тыс. самолетов в ВВС и 500 в ВМС, а во флоте насчитывалось более 260 кораблей и судов, в том числе 1 линейный корабль, 8 авианосцев, 10 крейсеров, более 40 эскадренных миноносцев и другие корабли.

К этому времени наступательные возможности Северной Кореи снизились прежде всего из-за отсутствия подготовленных резервов, растянутости сухопутных коммуникаций на 450–500 км и их уязвимости, а также почти полного отсутствия поддержки с моря и воздуха.

В сложившейся оперативно-стратегической обстановке американское командование решило провести наступательную операцию с целью окружения и последующего уничтожения главной группировки северокорейцев, развернутой перед Пусанским плацдармом.

Замысел американского командования сводился к тому, чтобы высадить в глубоком тылу десант с моря, захватить Сеул, провести форсированное наступление на восток, перерезать сухопутные коммуникации, дезорганизовать управление войсками противника и их снабжение, а затем, наступая одновременно с севера и юга, окружить и уничтожить главные силы КНА совместными ударами сухопутных войск, авиации и флота. В дальнейшем планировалось выйти к границе Китая и на этом закончить военные действия в Корее.

Решение о проведении Инчхонской десантной операции (кодовое наименование «Кромайт») было принято Объединенным комитетом начальников штабов США 22 июля 1950 г. План операции «Кромайт» был утвержден 6 сентября 1950 г. В качестве десантных войск выделялись 1‑я американская дивизия морской пехоты и 7‑я американская пехотная дивизия, английский отряд коммандос и несколько частей южнокорейской морской пехоты. Общая численность войск десанта достигала 45 тыс. человек.

Общее руководство операцией осуществлял главнокомандующий вооруженными силами США на Дальнем Востоке генерал Макартур, он же являлся командующим силами в Инчхон-Сеульской наступательной операции.

Верховное командование КНА в период подготовки противника к высадке морского десанта приняло ряд мер по укреплению обороны Инчхона. В частности, было создано командование обороны западного побережья от Кунсана до Инчхона. В его подчинение передавались части, большая часть из которых состояла из новобранцев, не прошедших даже начального военного обучения.

В порту Инчхон и на острове Волмидо оборону занимали подразделения 226‑го отдельного полка морской пехоты. Севернее Инчхона дислоцировался батальон 107‑го пограничного полка, южнее – отдельный армейский батальон. Общая численность этих войск превысила 3 тыс. человек. На подходах к порту было выставлено до 40 якорных мин, но из-за того, что их выставили с малым углублением, во время отлива мины обнаруживались визуально. Несколько мин сильным течением сорвало с якорей, а оставшиеся в период малой воды были расстреляны корабельной артиллерией передового отряда. В целом же действия командования КНА по организации противодесантной обороны побережья были недостаточно целеустремленными, несмотря на то, что многое свидетельствовало о подготовке противника к крупной десантной операции.

В районе высадки десанта союзники имели более чем 20‑кратное превосходство в войсках, а их преимущество в воздухе и на море было абсолютным.

Большое внимание уделялось огневому обеспечению. Согласно плану, предварительная артиллерийская подготовка назначалась на 13 сентября, т. е. за 2 дня до высадки десанта (при максимальном приливе), а в случае необходимости планировалось повторить ее за день до высадки.

Для непосредственной артиллерийской подготовки выделялись 4 крейсера, 6 эскадренных миноносцев и 3 средних десантных корабля с реактивными установками. Огневые позиции крейсеров располагались на удалении 12–13,5 км от берега, а эскадренных миноносцев – 0,7–5,5 км. План авиационного обеспечения десанта был согласован с планом использования корабельной артиллерии. Предусматривались даже совместные удары авиации и кораблей по одним и тем же целям. Для этого устанавливалась минимальная высота полета для авиации 450 м, а предельная высота траектории снаряда – 330 м.

К исходу дня 14 сентября все силы прибыли в район проведения операции.

Штурмовые отряды (2 роты) были высажены на остров Волмидо двумя волнами на пехотно-десантных катерах, в третьей волне на трех танкодесантных катерах на остров были доставлены 10 танков.

Противодействие высадке оказалось слабым, и уже к 8.00 остров полностью захватили десантники. В это же время корабли артиллерийской поддержки производили огневые налеты на расположенные в Инчхоне объекты. Авиация также наносила удары с целью дальнейшего ослабления обороны. При этом особое внимание обращалось на отсечение маршрутов подхода резервов КНА. Самолеты 77‑го оперативного соединения наносили массированные удары по коммуникациям на глубину до 40 км от Инчхона.



Инчхонская десантная операция проводилась после того, как был изучен и обобщен опыт Второй мировой войны. Известно, что с появлением ядерного оружия многие военные теоретики зашли в тупик: высадку крупных морских десантов стали считать невозможной. В этом смысле война в Корее и особенно опыт проведения Инчхонской десантной операции представляли значительный интерес, поскольку был получен ответ на многие вопросы военно-морского искусства.

С июля 1951 г. началась новая фаза войны в Корее: принципиально изменились цели бомбардировок наземных объектов. Перед американской авиацией ставились задачи: ограничить наступательные возможности сухопутных войск противника, продолжить интенсивные удары с воздуха по военным и промышленным объектам Северной Кореи и таким образом создать условия для заключения выгодного перемирия. Американские военные теоретики назвали эту фазу войны «воздушной кампанией». Отмечено, что тогда основные усилия авиации были направлены в основном на изоляцию районов боевых действий от тыловых районов страны и срыв снабжения воинскими грузами войск противника. Из-за этого войскам КНА приходилось планировать боевые действия и воинские перевозки на темное время суток.

Подсчитано, что за весь период Корейской войны самолеты 77‑го оперативного соединения выполнили более 250 000 боевых вылетов. За годы войны палубные самолеты нанесли удары по 850 114 целям, израсходовали 176 929 т бомб, 271 890 реактивных снарядов, 73 888 000 единиц пулеметно-пушечных боеприпасов.

Примечательной особенностью войны в Корее явилось широкое применение флотом Северной Кореи морских мин. Так, в октябре – ноябре 1950 г. американцам пришлось уничтожать минное заграждение в районе порта Нампхо. Траление осложнялось из-за неблагоприятных условий: высота приливов в районе достигала 3,5 м, а скорость течения превышала 3 узла. Малая прозрачность воды затрудняла обнаружение с воздуха мелко поставленных мин.

В оборонительном минном заграждении, выставленном флотом Северной Кореи на внешнем рейде и на ведущем в порт фарватере, насчитывалось 212 мин – донных магнитных и якорных контактных. Для уничтожения минного заграждения американцы сформировали оперативную группу. В ее состав входили 2 быстроходных и 7 базовых тральщиков. На транспорте «Хорейс Э. Бэсс» в район была доставлена команда водолазов-подрывников.

Морские перевозки из США в Японию осуществлялись главным образом на судах и кораблях военно-морской транспортной службы США, а из Японии в Корею – на кораблях и судах ВМС США и других государств, участвовавших в войне. В первые дни войны обнаружился недостаток в тоннаже судов военно-морской транспортной службы. В связи с этим в короткие сроки было расконсервировано 65 судов типа «Виктори» и зафрахтованы суда частных владельцев, что позволило к ноябрю 1950 г. увеличить их число до 300, к августу 1951 г. – до 410, а к концу войны – до 658 единиц. Планированием воинских перевозок занимался штаб военно-морской транспортной службы, находившийся в Перл-Харборе (Гавайские острова).

Основные коммуникации проходили по трем направлениям: центральному – из портов центральной части западного побережья США до портов восточного побережья Японии, южному – из портов Калифорнийского залива в южные порты Японии через Гавайские острова, северному – из Канады и с Аляски к северным портам Японии. Одиночные суда через океан следовали без охранения, а группы транспортов – в охранении эсминцев, сторожевых кораблей и конвойных авианосцев.

Подводя итоги Корейской войны, американские военные историки заявляли, что «без господства на морских коммуникациях между Западом и Кореей, а также в водах, омывающих этот полуостров, война была бы наверняка проиграна во всех отношениях. И последствия этого поражения стали бы теперь совершенно очевидными для каждого американца. Операции сухопутных и военно-воздушных сил целиком зависели от непрерывного притока свежих сил и предметов снабжения, перебрасывавшихся в основном через необъятный Тихий океан».

Такой вывод был сделан ими не без оснований. Шесть из семи солдат прибывали в Корею морем, а всего на судах было доставлено около 5 млн человек, 52 млн тонн сухих грузов и 22 млн тонн нефтепродуктов. На каждого солдата, высаженного на полуостров, приходилось 4 тонны различного военного имущества, а ежедневное пополнение составляло 29 кг разных грузов на человека. На каждую тонну материальных средств, переброшенных через Тихий океан по воздуху, приходилось 270 тонн грузов, доставленных на театр военных действий морем.

Увеличение расхода материальных средств вызвало рост потребного тоннажа на одного бойца, доставленного на театр военных действий. Если в ходе Второй мировой войны эта цифра составляла 5–7 брутто регистровых тонн, то в войне в Корее – 10 брутто.

Для срочной перевозки людей, оружия, боеприпасов и других грузов использовалась военно-транспортная авиация США. В среднем за месяц по воздушным коммуникациям из США в Японию перевозилось свыше 7,6 тыс. военнослужащих. К перевозкам было привлечено 430 самолетов военно-транспортной службы США и 70 самолетов американских авиакомпаний. Перелет из США в Японию занимал от 33 до 45 часов летного времени.

По опыту войны в Корее нетрудно заметить, что, хотя война в Корее носила континентальный характер, огромную роль в ней играли военно-морские силы.

После войны в Корее в США была принята доктрина «сбалансированных сил», предусматривающая достижение победы совместными усилиями сухопутных, военно-воздушных и военно-морских сил.

Потери личного состава ВМС США составили 2043 человека, в том числе 279 убитыми, 23 умершими от ран, 165 пропавшими без вести и 1576 ранеными. От подрыва на минах американский флот потерял 5 боевых кораблей и судов обеспечения, а 73 корабля, в том числе все 4 линкора, были повреждены. Боевые потери самолетов ВМС и морской пехоты составили 564 машины (5 самолетов были сбиты в воздушных боях, а 559 уничтожены зенитными огневыми средствами).

1952

Пересечение Атлантики на резиновой лодке без запасов пищи и воды

Еще во время учебы на медицинском факультете Ален Бомбар заинтересовался проблемами выживания в экстремальных условиях. После изучения рассказов людей, переживших кораблекрушения, Бомбар убедился, что очень и очень многие выжили, перешагнув через определенные учеными медицинские и физиологические нормы. Люди невероятным образом выживали с малым количеством воды и пищи, в холоде и под палящим солнцем, в шторм и штиль, на плотах и в шлюпках, на пятый, десятый и даже пятидесятый день после катастрофы.



В плавание через Атлантику Бомбар отправился, чтобы на собственном опыте доказать, что:

– человек не утонет, пользуясь надувным плотом;

– человек не умрет от голода и не заболеет цингой, если будет питаться планктоном и сырой рыбой;

– человек не умрет от жажды, если будет пить выжатый из рыбы сок и в течение 5–6 дней – морскую воду.

А еще он очень хотел разрушить традицию, по которой поиск потерпевших кораблекрушение продолжался всего неделю или, в редких случаях, десять дней.

^{Лодка Алена Бомбара}



Поначалу плавание не задумывалось как одиночное. Бомбар долго искал себе спутника, даже давал объявления в газетах. Но письма приходили от самоубийц («прошу взять меня с собой в плавание, ведь я уже трижды неудачно пытался покончить собой»), сумасшедших («я очень хороший попутчик, к тому же я дам вам разрешение съесть меня, когда вы проголодаетесь») или не слишком умных злоумышленников («прошу принять в экипаж мою тещу, ее согласие мною уже получено»). Просился на борт и основной спонсор экспедиции, весивший 152 кг и видевший в том неоспоримое преимущество перед худым Бомбаром. В конце концов отыскался безработный яхтсмен, панамец Джек Пальмер. Бомбар никак потом не упрекнул его, но после двух недель пробного плавания из Монако до острова Мальорка, во время которого исследователи съели всего двух морских окуней, несколько ложек планктона и выпили по несколько литров морской воды, Джек Пальмер отказался от дальнейших экспериментов. Отказался не только от тяжелейших мучений, но и от всемирной славы. Он рассказывал: «Ощущения, и без того специфически негативные, усугублялись солнечной радиацией, обезвоживающей организм жаждой и гнетущим чувством абсолютной незащищенности от волн и неба, в которых мы растворялись, постепенно утрачивая собственные “я”. Сотни преодоленных миль, считанные дни броска к спасению, однообразное меню из мяса, сока, жира пойманных рыб, не давали действовать полноценно….»

Из Лас-Пальмаса Бомбар вышел в одиночестве. Свою лодку он гордо назвал «Еретик». Это была туго накачанная резиновая плоскодонка длиной 4 м 65 см и шириной 1 м 90 см с деревянной кормой и легким деревянным настилом на дне. Двигался «Еретик» при помощи четырехугольного паруса размерами примерно 1,5  2 м. Выдвижные кили, весла, мачта, тали и прочее оснащение было предельно простым и малоудобным.

Но «Еретик» сразу начал движение в нужную сторону, ведь Бомбар выбрал проторенный еще Колумбом путь. Все парусные суда пассаты и течения неизбежно выносили к берегам Америки. Но время, затраченное на пересечение Атлантики, у каждого мореплавателя зависело от мореходных качеств судна и – удачи. Ведь пассаты дуют нерегулярно, в чем Бомбар и сам смог убедиться, когда почти на полмесяца застрял в 600 милях от Барбадоса.

В первые же ночи, еще недалеко от канарского берега, Бомбар попал в шторм. При всем желании на резиновой лодке активно сопротивляться волнам было невозможно, можно было только вычерпывать воду. Черпак взять с собой он не догадался, поэтому использовал шляпу, быстро обессилел, потерял сознание и очнулся в воде. Лодка полностью наполнилась водой, на поверхности остались лишь резиновые поплавки. Прежде чем лодка оказалась на плаву, он вычерпывал воду два часа: новая вода сводила на нет всю его работу.

Едва шторм утих, случилась другая беда – лопнул парус. Бомбар заменил его на запасной, но через полчаса налетевший шквал сорвал новый парус и унес вместе со всем крепежом. Пришлось Бомбару зашивать старый, да так и идти под ним все оставшиеся 60 дней.

Ни удочек, ни сетей он с собой не взял принципиально, решил сделать из подручных средств, как и положено потерпевшему кораблекрушение. Он привязал к концу весла нож и загнул кончик, получился гарпун. Когда он загарпунил первую корифену-дораду, то добыл и первые рыболовные крючки, которые сделал из рыбьих костей.

Несмотря на предупреждения биологов, Бомбар обнаружил, что в открытом океане очень много рыбы, причем она непугливая и все ее виды, в отличие от прибрежных, съедобны в сыром виде. Ловил Бомбар и птиц, которых тоже ел сырыми, добела обгладывая кости и выбрасывая только кожу и подкожный жир. Ел и планктон, считая его верным средством от цинги. Около недели пил морскую воду, а все остальное время – выжатый из рыбы сок.

Досаждавших ему акул он бил веслом. Одна из акул напала решительнее других и не боялась ударов. Бомбар предположил, что она уже пробовала человечину, и убил ее, распоров ножом брюхо. А еще лодку могли уничтожить выпрыгивавшие рядом из воды меч-рыбы и парусники. Неизвестное животное ночью отгрызло огромными челюстями тент из прорезиненной ткани. Но опаснее всех акул были гнездящиеся в клееных швах ракушки, они быстро подрастали и могли порвать резину.

В спокойное время Бомбар купался, но купание не помогало избавиться от многочисленных гнойников на теле. От воды и постоянно влажной одежды тело зудело, кожа разбухала и отваливалась лентами, а ногти почему-то быстро вросли в пальцы и причиняли сильную боль.

Многое пережив, Бомбар наконец подошел к берегам Барбадоса. Он был опытным путешественником и не спешил высаживаться на берег. Вот как он описывает это момент в своей книге: «Друг, терпящий бедствие! Когда ты наконец увидишь землю, тебе покажется, что все твои несчастья окончены. Но не торопись! Нетерпение может все испортить. Помни, что девяносто процентов несчастных случаев происходит в момент высадки на землю». Бомбар не торопился, подавал сигналы, шел вдоль берега. В конце плавания он стал случайным свидетелем трагедии, океан показал ему, что отпустил его, а мог бы и погубить. На его глазах рыбацкий баркас вместе с пятерыми рыбаками был потоплен гигантской прибойной волной.

Бомбар обошел остров и пристал к западному берегу, который обращен в более спокойное, чем Атлантика, Карибское море и на котором сейчас размещены курортные отели, а в ту пору были только пустынные пляжи. Бомбар потратил три часа, чтобы преодолеть барьерный риф, а на пляже его уже встречали две сотни вороватых негров. Когда с лодки стали снимать и растаскивать все ценное, Бомбар понял, что он наконец-то не один, а среди людей, на твердой земле. Он понял, что вырвал свою жизнь у океана и доказал, что потерпевший кораблекрушение может выжить два месяца без пищи и пресной воды.

И сразу после плавания, и спустя двадцать лет Ален Бомбар советовал: «Вы можете пить морскую воду шесть дней подряд, потом три дня только пресную воду, потом шесть дней морскую, потом три дня пресную и так сколько угодно. И в конце концов вы спасетесь. Вас ожидает жизнь!»

Главный оппонент – врач Ханнес Линдеманн – дважды на собственном опыте проверял достижения Бомбара. В 1955 г. он 65 дней плыл по тому же маршруту в деревянной пироге. И через год на байдарке проделал путь из Лас-Пальмаса до острова Сен-Мартен за 72 дня. Он тоже выжил. Причем ему было потруднее, чем Бомбару. Когда шторм перевернул его байдарку, Линдеманн едва не погиб.

Но Линдеманн после двух плаваний сделал иной вывод: «С тех пор, как существует человечество, всем известно, что пить морскую воду нельзя. Но вот появилось сообщение, утверждающее обратное, при условии, что организм не обезвожен. Пресса подхватила сенсацию, и сообщение нашло горячий отклик у дилетантов. Я скажу так: конечно, морскую воду можно пить, ведь можно и яд принимать в соответствующих дозах. Но рекомендовать пить морскую воду потерпевшим кораблекрушение – по меньшей мере преступление».

В начале 60‑х гг. врачи разных стран проводили исследования на добровольцах, а также опрашивали выживших после кораблекрушения. И обнаружилось, что из 977 потерпевших кораблекрушение и пивших морскую воду погибло почти 40 %. А вот из 3994, не выпивших ни капли морской воды, умерли всего 133. В 1966 г. Всемирная организация здравоохранения официально предупредила о недопустимости употребления морской воды. Врачами тема была окончательно закрыта.

В общей сложности Ален Бомбар пил морскую воду две недели (с перерывом на восстановление организма в Лас-Пальмасе). В остальное время он пил сок, выжатый из пойманной рыбы. С тех пор многие исследователи пытались проверить этот факт. Вот что выяснил российский исследователь Виктор Волович: «Тело рыбы на 80 % состоит из воды. Но чтобы извлечь ее, необходимо специальное приспособление, нечто вроде портативного пресса. Однако даже с его помощью удается отжать не так много воды. Например, из 1 кг морского окуня можно получить лишь 50 г сока, мясо корифены дает 300 г, из мяса тунца и трески можно нацедить 400 г мутноватой пахнущей рыбой жидкости. Возможно, этот напиток, не очень приятный на вкус, и помог бы решению проблемы, если бы не одно серьезное “но” – высокое содержание в нем веществ, небезразличных для человека. Так, в одном литре рыбьего сока содержится 80—150 г жира, 10–12 г азота, 50–80 г белков и заметное количество солей натрия, калия и фосфора».

После многолетних исследований выяснилось, что и рыбий сок лишь в очень малой степени может служить утолению жажды: практически всю выпитую жидкость организм использует на выведение содержащихся в соке веществ.

Состав солей морской воды повсеместно постоянен, меняется только соленость воды. Самая соленая вода в Красном море, в заливе Акаба, ее соленость – 41,5 г на литр. На втором месте Средиземное море у берегов Турции – соленость воды 39,5 г на литр. В Атлантическом океане, в тропиках и субтропиках, соленость тоже очень высока – 37,5 г на литр. В Черном море соленость вполовину меньше – 17–19 г на литр, а в Финском заливе и вовсе 3–4 грамма на литр.

С пищей человек получает 15–25 г соли в день. Избыточные соли выводятся через почки. Чтобы вывести 37 г солей, поступивших с литром морской воды, необходимо 1,5 л воды, т. е. к выпитому литру организм должен добавить еще пол-литра из собственных резервов. Кроме того, почки могут вывести из организма максимум 200 г солей даже при достаточном количестве жидкости. Рано или поздно (через 1–4 суток) почки перестают справляться с нагрузкой, концентрация солей в организме повышается. Соли поражают внутренние органы (почки, кишечник, желудок) и нарушают функционирование нервной системы. Смерть от солевого отравления – типичное явление для свиней, которых кормят отходами кухонь и ресторанов. Человек более устойчив к действию солей, чем животные. Прежде чем умереть от поражения внутренних органов, происходит расстройство психики, человек сходит с ума и может совершить самоубийство.

В настоящее время инструкциями и памятками для терпящих бедствие (такими памятками снабжены спасательные средства) употребление морской воды категорически запрещено.

В то же время имеются и другие примеры, свидетельствующие о скрытых возможностях организма человека.

Пун Лим, моряк американского транспорта, потопленного японцами во время Второй мировой войны, 133 дня находился на баркасе в Тихом океане с очень малым количеством воды и совсем без пищи. Он питался рыбой, крабами и креветками, которые запутывались в клубках водорослей. На 55 дней он растянул имевшийся запас воды, а в оставшиеся дни пил только морскую воду.

В 1945 г. молодой флотский врач Петр Ересько 37 дней плавал в Черном море на шлюпке, не имея никакого запаса пресной воды, и пил только морскую воду (как уже отмечалось, менее соленую, чем в океане).

Уильям Уиллис, мореплаватель-одиночка, который по примеру Тура Хейердала в 1959 г. плыл на бальсовом плоту «Семь сестричек», по его словам, «выпивал в день не меньше двух кружек морской воды и не испытывал от этого ни малейшего вреда».

Поплавский, Федотов, Крючковский и Зиганшин, солдаты с унесенной в океан советской баржи, пили только дождевую воду и ржавую воду из системы охлаждения двигателя и ни капли морской воды. Они ничего не знали ни про Бомбара, ни про исследования 60‑х гг. Они выжили, хотя на 49 дней у них имелось всего три ведра картошки, буханка хлеба, банка жира, четыре поясных кожаных ремня и гармонь-хромка, а рыба в штормовом ледяном море не ловилась.



Плавание на «Еретике» и издание книги «За бортом по своей воле» были звездным часом Бомбара. Развивая успех, он доказывал необходимость обязательного оснащения всех судов спасательными плотами. Но на Лондонской конференции по обеспечению безопасности мореплавания 1960 г. решение о надувных спасательных средствах было принято без участия и даже без упоминания имени Бомбара. А ведь какое-то время надувные плоты назывались не иначе как «бомбарами». Что же случилось?

Осенью 1958 г. во Франции, в прибойной полосе на отмели у устья реки Этель, Ален Бомбар с группой из шести добровольцев решил продемонстрировать местным рыбакам эффективность надувного плота. Задачей себе он поставил пересечь прибойные волны туда и обратно. Поначалу все шло, как планировалось. Плот выдержал пять огромных валов, преодолел половину прибойной полосы, но шестой вал его перевернул. Все семеро оказались в воде. Но так как все были в спасательных жилетах, никто не утонул. Тем временем наблюдатели на берегу вызвали спасательный катер. Спасатели, а их тоже было семеро, выловили Бомбара и добровольцев и втащили на катер. Катер показался спасенным таким надежным, что они сняли спасжилеты, а спасатели их не имели с самого начала. И тут заглохли двигатели. Потом выяснилось, что на винты намотался трос от плота. Произошло страшное: набежавшие волны перевернули катер вверх дном. Все 14 человек оказались под ним, в воздушном колоколе. Ален Бомбар, который плавал лучше всех, вынырнул за подмогой. Но девять человек погибли. Бомбар и его последователи доказывали, что произошел всего лишь несчастный случай. Учтя трагедию, спасательные плоты для увеличения устойчивости стали снабжать карманами, которые, наполнившись водой, выполняют функции балласта, именно поэтому перевернуть современный спасательный плот довольно сложно. Плоты улучшили, но репутация Бомбара была безнадежно испорчена.

Сейчас Бомбара вспоминают только благодаря его первому плаванию и книге. Потом он еще не раз предпринимал плавания с самыми разными целями. Он первым доказал, что нельзя сваливать в море радиоактивные отходы. Но 40 лет назад это было не так очевидно, как сейчас. Он занимался изучением морской болезни и бактерицидных свойств морской воды, боролся с загрязнением Средиземного моря. Но главн. ода в возрасте 83 лет, остаются десять тысяч человек, которые написали ему: «Если бы не ваш пример, мы бы погибли».

1953

Открытие двойной спирали ДНК

Нуклеиновые кислоты впервые были открыты в ядре человеческих клеток швейцарским исследователем Фридрихом Мишером в 1869 г. В начале XX века биологам и биохимикам удалось выяснить структуру и основные свойства клетки. Было установлено, что одна из нуклеиновых кислот, ДНК, представляет собой чрезвычайно большую молекулу, состоящую из структурных единиц, названных нуклеотидами, каждый из которых содержит азотистые основания.

Морис Уилкинс и Розалин Франклин, ученые из Кембриджского университета, провели рентгеноструктурный анализ молекул ДНК и показали, что они представляют собой двойную спираль, напоминающую винтовую лестницу. Полученные ими данные привели американского биохимика Джеймса Уотсона к мысли исследовать химическую структуру нуклеиновых кислот. Национальное общество по изучению детского паралича выделило субсидию. В октябре 1951 г. в Кавендишской лаборатории Кембриджского университета Уотсон занялся исследованием пространственной структуры ДНК совместно с Джоном К. Кендрю и Френсисом Криком, физиком, интересовавшимся биологией и писавшим в то время докторскую диссертацию.

^{Спирали ДНК}



Уотсону и Крику было известно, что существует два типа нуклеиновых кислот – дезоксирибонуклеиновая кислота (ДНК) и рибонуклеиновая кислота (РНК), каждая из которых состоит из моносахарида группы пентоз, фосфата и четырех азотистых оснований: аденина, тимина (в РНК – урацила), гуанина и цитозина. В течение последующих восьми месяцев Уотсон и Крик обобщили полученные результаты с уже имевшимися и в феврале 1953 г. сделали сообщение о структуре ДНК. Месяцем позже они создали трехмерную модель молекулы ДНК, сделанную из шариков, кусочков картона и проволоки.

Согласно модели Крика – Уотсона, ДНК представляет собой двойную спираль, состоящую из двух цепей дезоксирибозофосфата, соединенных парами оснований аналогично ступенькам лестницы. Посредством водородных связей аденин соединяется с тимином, а гуанин – с цитозином. С помощью этой модели можно было проследить репликацию самой молекулы ДНК. По Уотсону и Крику, две части молекулы ДНК отделяются друг от друга в местах водородных связей, что очень похоже на расстегивание застежки-молнии. Из каждой половины прежней молекулы синтезируется новая молекула ДНК. Последовательность оснований функционирует как матрица, или образец, для образования новых молекул ДНК. Открытие химической структуры ДНК было оценено во всем мире как одно из наиболее выдающихся биологических открытий века.

ДНК выполняет чрезвычайно важную роль, необходимую как для поддержания, так и для воспроизведения жизни. Во-первых, это хранение наследственной информации, которая заключена в последовательности нуклеотидов одной из ее цепей. Наименьшей единицей генетической информации после нуклеотида являются три последовательно расположенных нуклеотида – триплет. Расположенные друг за другом триплеты, обусловливающие структуру одной цепи, представляют собой так называемый ген. Вторая функция ДНК – передача наследственной информации из поколения в поколение. ДНК участвует в качестве матрицы в процессе передачи генетической информации из ядра в цитоплазму к месту синтеза белка.

Уотсон, Крик и Уилкинс получили Нобелевскую премию по физиологии и медицине 1962 г. «за открытия в области молекулярной структуры нуклеиновых кислот и за определение их роли для передачи информации в живой материи». В речи на презентации А.В. Энгстрем из Каролинского института охарактеризовал ДНК как «полимер, составленный из строительных блоков нескольких типов – моносахарида, фосфата и азотистых оснований… Моносахарид и фосфат – повторяющиеся элементы гигантской молекулы ДНК, кроме того, она содержит четыре типа азотистых оснований. Открытием является порядок пространственного соединения этих строительных блоков».



Что изменило это открытие в нашей жизни за прошедшие 50 с лишним лет?

В 1969 г. ученые впервые синтезировали искусственный фермент, в 1971 г. – искусственный ген. В конце XX века стало возможным создание полностью искусственных микроорганизмов. Так, в лабораториях были созданы искусственные бактерии, вырабатывающие необычные для них аминокислоты, а также жизнеспособные «синтетические» вирусы. Ведутся работы по созданию более сложных искусственных организмов – растений и животных.

Изучение структуры и биохимии ДНК привело к созданию методики модификации генома и клонирования. В 1980 г. был выдан первый патент на проведение экспериментов с генами млекопитающих, а год спустя была создана трансгенная мышь с искусственно модифицированным геномом. В 1996 г. на свет появилось первое клонированное млекопитающее – овечка Долли, потом к ней присоединились клонированные мыши, крысы, коровы и обезьяны.

В 2002 г. был успешно завершен проект «Геном человека», в ходе которого была создана полная генетическая карта человеческих клеток. И в том же году начались попытки клонирования человека, хотя пока ни одна из них не завершена (по крайней мере, научные данные об успешном клонировании человека отсутствуют).

Еще в 1978 г. был создан инсулин, практически полностью идентичный человеческому, а потом его ген был внедрен в геном бактерий, превратившихся в «фабрику инсулина». В 1990 г. впервые был опробован метод генной терапии, который позволил спасти жизнь четырехлетней девочке, страдавшей тяжелым расстройством иммунитета. Сейчас полным ходом идет изучение генетических механизмов развития самых разных заболеваний – от рака до артрита – и поиск методов исправления вызывающих их генетических «ошибок». А всего в клинической практике применяется более 350 препаратов и вакцин, при создании которых используется генная инженерия.

Анализ ДНК нашел широкое применение даже в криминалистике. Он используется во время судебных процессов по признанию отцовства (кстати, этот метод стал настоящим подарком для музыкантов, политиков и актеров, которые были вынуждены доказывать в суде свою непричастность к рождению приписываемых им детей), а также для установления личности преступника. Стоит отметить, что о подобной возможности использования ДНК говорил еще сам Джеймс Уотсон, предлагавший создать базу данных, в которую вошли бы персональные структуры ДНК всех жителей планеты, что позволило бы ускорить процесс идентификации преступников и их жертв.

С помощью ДНК можно «ловить» не только преступников, но и, например, наркотики или биологическое оружие. Американские криминалисты используют систему контроля структуры ДНК растений-наркотиков для создания базы данных обо всех разновидностях марихуаны. Эта база позволит отследить источник практически любого образца наркотиков. В скором будущем в США начнут применяться основанные на анализе ДНК методы обнаружения биологических атак – планируется установить в общественных местах специальные датчики, которые будут автоматически «вылавливать» из воздуха опасные микроорганизмы и подавать предупреждающий сигнал.

В 1982 г. была впервые проведена успешная модификация генома растения. А пять лет спустя на полях появились первые сельскохозяйственные растения с модифицированным геномом (это были помидоры, устойчивые к вирусным заболеваниям).

Сейчас с помощью генной инженерии выращиваются практически все продукты питания, особенно такие культуры, как соя и кукуруза. С 1996 года, когда началось коммерческое использование генетически модифицированных продуктов, общая площадь их посевов возросла в 50 раз. Общая площадь посевных площадей под трансгенными культурами в мире в 2005 г. составила 90 млн га. Правда, правительства многих стран запретили выращивание и ввоз таких продуктов, так как ряд исследований показали, что они могут представлять опасность для здоровья человека (аллергия, поражение репродуктивной функции и др.).

Возможность изучения структуры ДНК позволила придать новый импульс историческим исследованиям. Так, например, были идентифицированы останки Николая Второго и его семьи, а также подтверждены и опровергнуты некоторые исторические сплетни (в частности, было доказано, что один из основателей США Томас Джефферсон имел незаконнорожденных детей от чернокожей рабыни).

С помощью анализа ДНК удалось проследить происхождение и людей, и целых народов. Например, было показано, что гены японцев практически идентичны генам одного из племен Центральной Америки. А чернокожие американцы всего за 349 долларов могут узнать, из какого района Африки и даже из какого племени происходили их предки, привезенные на невольничьих кораблях много лет назад.

Что даст нам ДНК в ближайшем будущем? Очевидно, это будет клонирование человека и его органов, что решит проблему нехватки донорских сердец и легких для пересадки. Появятся новые лекарства, благодаря которым уйдут в прошлое неизлечимые генетические заболевания…

1954–1957

Создание и запуск первых искусственных спутников Земли

Занимаясь созданием баллистических ракет дальнего действия и особенно межконтинентальной ракеты Р-7, Сергей Павлович Королев постоянно возвращался к идее практического освоения космоса. Его мечта приобретала реальные очертания и была близка к осуществлению. Состоявшиеся встречи С.П. Королева с ведущими учеными страны по различным направлениям науки, особенно по геофизике и астрономии, определили основные задачи исследований в космическом пространстве.



16 марта 1954 г. состоялось совещание у М.В. Келдыша, где был определен круг научных задач, решаемых с помощью искусственных спутников Земли. Об этих планах поставили в известность президента Академии наук СССР А.Н. Несмеянова.

27 мая 1954 г. С.П. Королев обратился к министру оборонной промышленности Д.Ф. Устинову с предложением о разработке ИСЗ и направил ему докладную записку «Об искусственном спутнике Земли», подготовленную М.К. Тихонравовым. В ней давался подробный обзор состояния работ по ИСЗ за рубежом. При этом высказывалась, можно сказать, основополагающая мысль о том, что «ИСЗ есть неизбежный этап на пути развития ракетной техники, после которого станут возможными межпланетные сообщения». Обращалось внимание на то, что за последние два-три года возросло внимание зарубежной печати к проблеме создания ИСЗ и межпланетным сообщениям. Заботились инициаторы работ по ИСЗ и о том, чтобы сообщить нужную информацию на этот счет и другим ответственным лицам, принимавшим решение: вопросы приоритета должны быть главным аргументом в течение всего последующего периода развития космонавтики.

^{С.П. Королев}



В августе 1954 г. Совет Министров СССР утвердил представленные В.А. Малышевым, Б.Л. Ванниковым, М.В. Хруничевым и К.Н. Рудневым предложения по проработке научно-теоретических вопросов, связанных с космическим полетом.

По заданию С.П. Королева Е.Ф. Рязанов подготовил данные о параметрах космического аппарата для полета к Луне. Для этого исследовались два варианта третьей ступени ракеты Р-7 с компонентами топлива: «кислород – керосин» и «моноокись фтора – этиламины». Аппарат, доставляемый к Луне, должен был иметь массу 400 кг в первом варианте и 800—1000 кг во втором.

М.В. Келдыш поддержал идею создания трехступенчатой ракеты в лунном варианте, а инженер-полковник А.Г. Мрыкин выразил озабоченность насчет соблюдения сроков разработки ракеты Р-7, считая, что разработка спутника отвлечет внимание от основных работ, и предложил отложить создание спутника до завершения испытаний ракеты Р-7.

Постановление о работах по ИСЗ было принято 30 января 1956 г. Этим постановлением предусматривалось создание в 1957–1958 гг. и выведение ракетой типа Р-7 неориентированного ИСЗ (объект «Д») массой 1000–1400 кг с аппаратурой для научных исследований массой 200–300 кг. Срок первого пробного пуска объекта «Д» устанавливался в 1957 г.

Этим же постановлением общее научное руководство и обеспечение аппаратурой для исследований возлагалось на Академию наук СССР; создание ИСЗ как специального носителя аппаратуры для научных исследований – на Министерство оборонной промышленности; разработка комплекса системы управления, радиотехнической аппаратуры и телеметрических систем – на Министерство радиотехнической промышленности; создание гироскопических приборов – на Министерство судостроительной промышленности; разработка комплекса наземного пускового, заправочного и подъемно-транспортного оборудования – на Министерство машиностроения; проведение пусков – на Министерство обороны.

К июлю 1956 г. эскизный проект спутника был готов и определился состав научных задач, решаемых спутником. С помощью объекта «Д» предусматривалось проведение научных исследований, включая измерение плотности, ионного состава атмосферы, корпускулярного излучения Солнца, магнитных полей, изучение космических лучей и т. д. Наряду с этими задачами планировалось получение данных, относящихся к созданию более совершенных ориентированных ИСЗ, в частности по тепловому режиму спутника, торможению его в верхних слоях атмосферы и продолжительности обращения на орбите, особенностям движения относительно центра масс, точности определения координат и параметров орбиты, вопросам энергопитания бортового оборудования с использованием солнечных батарей.

Поставленные задачи определили конструкцию космического объекта «Д». Сбрасываемый защитный кожух состоял из трех отдельных частей – переднего малого конуса и двух полуоболочек, которые в момент отделения конуса разбрасывались в разные стороны пружинными механизмами и освобождали антенны, устанавливавшиеся в рабочее положение с помощью своих механизмов. На поверхности спутника располагались жалюзи системы терморегулирования, состоящие из 16 отдельных секций, открывающих и закрывающих змеевики-радиаторы с помощью четырех электроприводов, управляемых системой электроавтоматики. Кроме того, на поверхности спутника были установлены солнечные батареи (четыре секции на боковой поверхности, четыре на верхнем днище и одна – на нижнем днище).

На спутнике впервые была применена система управления бортовым комплексом в релейно-проводном исполнении с автоматическим электронным программно-временным устройством (АПВУ) и радиорелейным обменом данными о состоянии систем спутника по замкнутому контуру «космический аппарат – Земля».

На Земле создавался комплекс средств, обеспечивающих получение информации, передаваемой со спутника, наблюдения за его орбитой, а также передачу необходимых команд на борт спутника.

К концу 1956 г. выяснилось, что есть реальная угроза срыва намеченных планов по запуску ИСЗ типа «Д» из-за трудностей создания научной аппаратуры и более низкого по сравнению с расчетным удельного импульса тяги двигателей ракеты Р-7. Правительством был установлен новый срок запуска – апрель 1958 г.

Чтобы не упустить время, ОКБ-1 внесло предложение о запуске простейшего спутника массой порядка 100 кг в апреле – мае 1957 г. – до начала Международного геофизического года (июль 1957 г.). В связи с новым предложением ОКБ-1 15 февраля 1957 г. было принято постановление, предусматривающее выведение простейшего неориентированного спутника Земли (объект «ПС») на орбиту, проверка возможности наблюдения за «ПС» на орбите и прием сигналов, передаваемых с объекта. Разрешалось выведение двух спутников с использованием двух ракет Р-7 (8К71) с минимальными доработками. Запуск спутников разрешался только после одного-двух пусков ракеты Р-7 с положительными результатами.

Простейший спутник ПС-1 представлял собой герметичный контейнер сферической формы диаметром 580 мм. Его корпус состоял из двух полуоболочек со стыковочными шпангоутами, соединенных между собой 36 болтами. Блок электропитания, состоящий из трех батарей серебряно-цинковых элементов, был создан в Институте источников тока под руководством Н.С. Лидоренко. В состав аппаратуры ПС-1 входили также дистанционный переключатель, вентилятор системы терморегулирования, сдвоенное термореле и контрольные термо– и барореле.

Радиопередатчик мощностью 1 Вт периодически излучал сигналы длительностью 0,4 с попеременно на волнах длиной 7 и 15 м. Источники энергопитания были рассчитаны на беспрерывную работу в течение двух недель. Общая масса ПС-1 составила 83,6 кг. Изготовление первого ИСЗ было настолько срочным, что работа производственников и конструкторов происходила одновременно.

Экспериментальная отработка спутника подтвердила высокую надежность его конструкции и аппаратуры, что позволило принять решение о его запуске.

Запуск ракет с первым искусственным спутником Земли осуществлялся в соответствии с «Программой проведения пробных запусков простейших неориентированных ИСЗ (объект «ПС») с помощью изделия 8К71ПС», утвержденной Д.Ф. Устиновым, В.Д. Калмыковым, А.Н. Несмеяновым, В.М. Рябиковым, М.И. Неделиным.



Пуск ракеты с первым ИСЗ состоялся 4 октября 1957 г. в 22 часа 28 минут по московскому времени (это был пятый пуск ракеты Р-7). 2‑я ступень ракеты со спутником вышла на орбиту с перигеем 223 и апогеем 950 км и временем одного оборота вокруг Земли 96,2 мин. Спутник находился на орбите до 4 января 1958 г., совершив 1440 оборотов, центральный блок ракеты совершил 882 оборота вокруг Земли и вошел в плотные слои атмосферы 2 декабря 1957 г.

Полет первого спутника Земли получил ошеломляющий мировой резонанс. Сигналы со спутника можно было принимать на обычный коротковолновый радиоприемник. Практически вся мировая пресса говорила об этом событии.

10 октября 1957 г. по личной просьбе Н.С. Хрущева было принято решение о срочной подготовке и запуске нового спутника Земли к 40‑летию Октябрьской революции. Планировалось жестко закрепить специальную раму с кабиной, в которой находилось подопытное животное, герметичный корпус первого спутника с радиопередатчиком и отдельно прибор для исследования ультрафиолетового и рентгеновского излучения Солнца. Спутник закрывался головным обтекателем, сбрасываемым в конце активного участка полета.

Для передачи на Землю значительно большего объема информации использовалась доработанная многоканальная система «Трал», которая устанавливалась на ракете. По предложению руководителя КБ МЭИ А.Ф. Богомолова эта телеметрическая система после активного участка траектории с помощью специального программного устройства переключалась на передачу информации с систем спутника во время его орбитального полета.

Экспериментальная отработка спутника ПС-2 по объему работ была аналогична работам по спутнику ПС-1, за исключением того, что не проводилась отработка процесса отделения спутника от ракеты-носителя, так как спутник ПС-2 в полете от нее не отделялся. Герметичность спутника проверялась в барокамере, макетирование происходило одновременно со сборкой штатного образца, на работоспособность были испытаны все служебные системы и научная аппаратура спутника, а также тщательно проверена кабина и система автоматики кормления собаки.

После окончания всех проверок кабина была передана медицинской группе для установки источников питания, пищи и посадки животного. После установки в кабину источников питания выявилось искрение при малейших ее толчках, оказалось, что электрическая схема кабины была сделана однопроводной, клеммы батарей не изолированы, а кабельная сеть изготовлена с применением металлической экранной оплетки. Пришлось все это исправлять.

Подготовка ракетно-космического комплекса на стартовой позиции происходила без замечаний. Пуск ракеты Р-7 ПС N М1—2ПС был произведен 3 ноября 1957 г. в 7 час. 22 мин. по московскому времени. Спутник совершил 2570 оборотов вокруг Земли и прекратил существование 14 апреля 1958 г. По орбите ИСЗ впервые совершило полет живое существо – собака Лайка.

1955

Варшавский договор

Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи был подписан 14 мая 1955 г. в Варшаве Албанией (вышла из него в 1968 г.), Болгарией, Венгрией, ГДР (вышла из него в 1990 г. после присоединения к ФРГ), Польшей, Румынией, СССР, Чехословакией. Целями Варшавского договора провозглашались обеспечение безопасности стран – участниц договора и поддержание мира в Европе. Государства Варшавского договора создали Объединенное командование вооруженными силами, руководящее вместе с Военным советом и штабом деятельностью Объединенных вооруженных сил (местопребывание штаба – Москва). Высший орган Организации Варшавского договора – Политический консультативный комитет (ПКК). 26 апреля 1985 г. Варшавский договор был продлен на 20 лет. Однако его существование оказалось недолгим. В феврале 1990 г. были упразднены его военные органы, а 1 июля 1991 г. в Праге Болгарией, Венгрией, Польшей, Румынией, СССР и Чехословакией подписан протокол о прекращении действия Варшавского договора.



Варшавский договор 1955 г. о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между восемью европейскими социалистическими странами был подписан на Варшавском совещании европейских государств по обеспечению мира и безопасности в Европе. Вступил в силу 5 июня 1955 года, после сдачи на хранение Польше как стране-депозитарию ратификационных грамот всеми участниками. Албания с 1962 года участия в работе договора не принимала; в сентябре 1968 г. она в одностороннем порядке денонсировала его.

^{Маршал Советского Союза И.С.Конев}



Заключение Варшавского договора было вызвано угрозой миру в Европе, созданной ратификацией западными государствами Парижских соглашений 1954 года, предусматривавших образование Западноевропейского союза, ремилитаризацию Западной Германии и включение ее в НАТО. Варшавский договор носил строго оборонительный характер. Он имел целью принятие необходимых мер для обеспечения безопасности стран – его участниц – и поддержания мира в Европе. Договор состоял из преамбулы и 11 статей. В соответствии с его условиями и Уставом ООН государства-участники обязались воздерживаться в своих международных отношениях от угрозы силой или ее применения, а в случае вооруженного нападения на кого-либо из них оказать подвергшимся нападению государствам немедленную помощь всеми средствами, какие представятся им необходимыми, включая применение вооруженной силы. Члены организации Варшавского договора обязались действовать в духе дружбы и сотрудничества в целях дальнейшего развития и укрепления экономических и культурных связей между собой, следуя принципам взаимного уважения независимости, суверенитета и невмешательства во внутренние дела друг друга и других государств. Для проведения консультаций и рассмотрения вопросов, возникающих в связи с осуществлением договора, был создан Политический консультативный комитет (ПКК). На практике сложилось, что в ПКК были представлены все государства – участники Варшавского договора на самом высоком уровне.

Срок действия договора был 20 лет с автоматическим продлением его на 10 лет для тех государств, которые за год до истечения срока не передадут правительству Польши заявления о его денонсации.

Для обеспечения эффективной защиты от возможной агрессии участники Варшавского договора приняли решение о создании Объединенного командования вооруженными силами, в ведение которого по соглашению между ними выделяются соответствующие национальные контингенты. Во главе Объединенного командования стоял главнокомандующий Объединенными вооруженными силами (ОВС; в 1955 – июне 1960 г. Маршал Советского Союза И.С. Конев, в июне 1960 – июле 1967 г. Маршал Советского Союза А.А. Гречко, с июля 1967 г. Маршал Советского Союза И.И. Якубовский). При главнокомандующем имелся штаб ОВС.

Объединенное командование и штаб ОВС обеспечивали взаимодействие вооруженных сил и укрепление обороноспособности стран – участниц Варшавского договора. В этих целях они проводили совместные командно-штабные и войсковые учения и маневры на территории этих стран. К числу наиболее крупных можно отнести учения под кодовыми названиями: «Октябрьский штурм» (октябрь 1965 г.), «Влтава» (сентябрь 1966 г.), «Родопы» (август 1967 г.), «Днепр» (сентябрь 1967 г.), «Север» (июль 1968 г.), «Весна-69» (март – апрель 1969), «Одра – Ниса» (сентябрь 1969 г.), «Братство по оружию» (октябрь 1970 г.).

Варшавский договор прекратил свое существование в связи с общим кризисом социалистической системы.

1956

XX съезд КПСС

Со времени XX съезда КПСС прошло полвека. Исполнилось полвека первому слову правды. Однако история помнит Никиту Сергеевича Хрущева с очень разных сторон. Он решился замахнуться на сталинизм, но третировал определенную часть интеллигенции. Он вернул домой миллионы репрессированных и высланные народы, но оторвал Крым от России. При нем была освоена целина и начато освоение космоса, но СССР стал продавать нефть за границу и покупать там зерно. Неспроста памятник Хрущеву работы Э. Неизвестного выполнен в черно-белых тонах.



В февральской Москве 50 лет назад было предощущение «оттепели», и погода тут была ни при чем. В Большом Кремлевском дворце проходил первый после смерти Сталина съезд партии, которая насчитывала тогда более 7 млн членов и кандидатов. «Славный путь прошел советский народ. Под руководством своей Коммунистической партии он добился великих исторических завоеваний. Наши победы достигнуты в суровой борьбе с внешними и внутренними врагами», – говорил на съезде Хрущев. Кто такие «внутренние враги», было понятно. Съезд шел по всем известному сценарию. Но на руках у членов президиума уже были тексты еще одного доклада Хрущева. На экземплярах – пометка «особая папка», обозначение высшей секретности. Делегатам раздали по два пропуска: один – на все дни, другой – на последний, одиннадцатый. Перед заключительным заседанием документы тщательно проверяли. «Началось движение в коридорах, – вспоминал помощник Хрущева в 1961–1962 годах Федор Бурлацкий. – Постепенно выдворяли всех сотрудников и партийных работников, которым не надлежало присутствовать на закрытой части съезда».

^{Н.С. Хрущев}

На закрытом заседании Хрущев провел на трибуне пять часов, хотя доклад был рассчитан на два с половиной. Был эмоционален, много говорил от себя. Полного текста его речи не существует: стенограмма не велась, звукозапись – тоже.

В 1989‑м, когда доклад, наконец, опубликовали «Известия ЦК КПСС», делегаты обнаружили несоответствия: «аплодисментов» или «шума в зале» не было – было гробовое молчание. Не известно также, учел ли Хрущев правки соратников.

Против доклада – Ворошилов, Маленков, Каганович, Молотов. Последний вскоре после съезда был снят с поста министра иностранных дел. Его внук Вячеслав Никонов (политолог, президент фонда «Политика») вспоминал: «Дед как-то мне сказал, что до XX съезда нам искренне симпатизировали порядка 70 процентов человечества. После XX съезда уже никогда столько людей не поддерживали Советский Союз, коммунизм и коммунистическую систему».

Чего было больше в этом поступке Хрущева – борьбы за власть или желания покаяться? Он предпочитал не говорить о съезде с близкими. Они и не спрашивали. Его дочь Рада Аджубей помнит только об одном таком разговоре – на даче, после смерти Сталина (еще до съезда), когда газеты начали печатать статьи о репрессиях: «Я помню, в какой-то момент я взвилась и говорю отцу: “Боже мой, да что же делается? Да вы-то куда смотрели?” На что он так посмотрел на меня спокойно и говорит: что ты, у тебя сегодня день рождения, я только хотел тебя поздравить, а ты меня встречаешь так. И все».

Доклад отца на съезде она прочитала спустя несколько лет: кто-то из приятелей привез ей из Америки книжку в красном переплете. В номенклатуре ЦК было минимум две версии, как он туда попал. «Хрущев сам направил экземпляр доклада через помощника Шуйского, которого я очень хорошо знал, в израильское посольство. И оттуда оно пошло по всему свету, – говорил Федор Бурлацкий. – Почему в израильское, нетрудно понять. Потому что было “дело врачей”, был колоссальный накал антисемитизма, и Хрущев рассчитывал, что как раз оттуда он получит наибольшую поддержку».

Вторую версию озвучил журналист-международник, сотрудник газеты «Известия» в 1951–2000 гг. Станислав Кондрашов: «Через какого-то польского товарища, члена партии, копия доклада попала к американцам. Ну и они, естественно, этим воспользовались».

В Советском Союзе с докладом тоже знакомились – через делегатов съезда на закрытых партсобраниях.

Понятно, что текст был отредактированный, но, как утверждают делегаты, структура речи Хрущева была сохранена: сначала ленинская критика Сталина – «он слишком груб, капризен и злоупотребляет властью», потом вполне конкретные обвинения в организации массового террора, уничтожении лучших, в мании преследования, упоминания о «ленинградском деле», деморализованности Сталина в первые дни Великой Отечественной, «деле врачей».

Тогда все это впервые было произнесено вслух. На смену культу личности Сталина, «эпохе морозов» пришла «оттепель». Название романа И. Эренбурга стало обозначением эпохи. Была опубликована повесть «Один день Ивана Денисовича» А.И. Солженицына, ставшая потрясением, с которого началось прощание с ГУЛагом.

Окуджава, Вознесенский, Евтушенко, Ахмадулина собирают полные залы. Кремль открыт для свободного входа. Проходит фестиваль молодежи и студентов. На бытовом уровне символом эпохи стали, конечно, «хрущевки». Советский человек теперь мог надеяться на отдельную квартиру, хоть и с очень скромной кухней. За первые 9 лет из бараков и коммуналок переехала четверть страны.

Но постепенно возник и культ личности Хрущева. На его груди скоро появились четыре Звезды Героя, а его образ все чаще помещали в золоченые рамки. И это были тоже приметы «оттепели», как и разгром художников-авангардистов в Манеже, как и пастернаковское «все тонет в фарисействе» из романа «Доктор Живаго». Травля Нобелевского лауреата проходила под контролем Хрущева.

В семьи начали возвращаться репрессированные, конечно, не все. Не вернулся в дом на Арбате отец народного артиста России Александра Збруева – его расстреляли. Из лагерей вернулись только сам Збруев с матерью. «Оттепель», конечно, наступила и для них, но отца-то не вернешь.

На излете «оттепели» в Москве – еще одно знаковое событие: Юрий Любимов создает Театр на Таганке. Но это был уже 1964‑й. Хрущева сняли, да и импульсы, данные XX съездом, становились все слабее. «Был затхлый воздух, и люди хотели открыть и проветрить. Достаточно ли мы проветрили? Нет, недостаточно», – считает народный артист России Юрий Любимов.



XX съезд состоял из двух неравных и различных по характеру частей. Первая – 19 заседаний – ничем не отличалась от предыдущих партийных форумов. Каждый оратор, как обычно, начинал с восхваления ЦК КПСС, а заканчивал самоотчетом, без какой-либо серьезной критики недостатков. Получалась этакая картина всеобщих успехов и достижений. А между тем ЦК отчитывался за работу в очень сложный период, начавшийся с октября 1952 г., за несколько месяцев до смерти Сталина, и отражавший наметившийся перелом в жизни партии и страны. В деятельности ЦК были крупные ошибки и провалы, однако из прений на съезде складывалось впечатление, будто ЦК работал безупречно, а партия одерживала победу за победой.

Были на съезде и неординарные выступления. Например, речь А.И. Микояна. К удивлению делегатов съезда, Микоян резко раскритиковал сталинский «Краткий курс», отрицательно оценил литературу по истории Октябрьской революции, Гражданской войны и Советского государства. Его выступление было воспринято большей частью делегатов негативно. Не случайно и то, что оно почти не нашло поддержки в ходе прений. Исключением стало лишь выступление академика А.М. Панкратовой. Она, как и Микоян, говорила о фальсификации исторических фактов в научной литературе. Во время работы съезда в адрес его президиума поступила телеграмма от руководителя партийной организации компартии Чехословакии в городе Теплице: «Я не согласен с выступлением правого Микояна, которое является оскорблением светлой памяти Сталина, живущей в сердцах всех классово сознательных рабочих, и будет с радостью воспринято всей буржуазией. Нас воспитал Сталин».

XX съезд был противоречив, как противоречивы были и те процессы, которые происходили в обществе, в партии, в верхнем эшелоне власти. Однако ход прений на съезде не отразил сложностей и противоречивости переживаемого периода. Была и другая часть работы съезда, которую президиум ЦК решил провести в обстановке чрезвычайной секретности. Делегаты были готовы к тому, чтобы услышать нечто очень важное, касавшееся Сталина, поскольку уже до начала съезда им были разосланы ленинские работы, ранее не публиковавшиеся в открытой печати: обращение к XII съезду партии – так называемое «Завещание», письма по национальному вопросу и другие документы. Кроме того, делегатов поставили в известность, что на съезде Н.С. Хрущев выступит с докладом о культе личности.

После того, как съезд исчерпал повестку дня, избрал руководящие органы и фактически закончил работу, состоялось еще одно, 20‑е, заседание, на котором с информационным докладом выступил Хрущев. Этот доклад определил особое место съезда в истории.

В распоряжении историков были воспоминания только одного участника событий – Хрущева. Но память человеческая, как показывает практика, не всегда совершенна. Впрочем, эгоцентризм и некритическая оценка собственного «я», наверное, вполне естественны при субъективном анализе событий.

Ортодоксальные большевики впоследствии оценили доклад Хрущева как начало той катастрофы КПСС, которая произошла в августе 1991 г. Бывшие партийные реформаторы охарактеризовали доклад Хрущева как важный шаг на пути обновления партии, демократизации общества, как начало перестройки в середине 50‑х гг., при этом проводя аналогию с политическими реформами 80‑х. Провал реформаторских усилий Хрущева они объясняют сопротивлением консервативных сил внутри руководящего ядра партии. Менее четко выражена та точка зрения, что кризис партии был обусловлен ее характером, внутренне присущими ей неразрешимыми противоречиями. Как показала история, КПСС не поддавалась реформированию. Деятельность руководящего ядра партии, в частности и все решения XX съезда, были направлены на укрепление монопольной власти КПСС в обществе, на преодоление крайностей, проявившихся в сталинские времена во внутренней и внешней политике СССР, а не на принципиальный пересмотр этой политики.

Комплексный анализ документов Архива Президента Российской Федерации, Центра хранения современной документации, Архива Федеральной службы безопасности, Российского центра хранения и изучения документов новейшей истории позволяет объективно представить малоизвестную картину политических столкновений в президиуме ЦК, проследить расстановку сил по важнейшим обсуждавшимся на его заседаниях вопросам с осени 1955 г. и до конца февраля 1956 г., показать реакцию общества и партии на доклад Хрущева о культе личности Сталина. В большой степени это удалось осуществить благодаря найденным в Архиве Президента РФ уникальным документам – записям отдельных заседаний президиума ЦК, сделанным заведующим общим отделом ЦК КПСС В.Н. Малиным. Создание этого документа, его хранение в архиве бывшего Политбюро, судьба Малина – это отдельная история с драматическими коллизиями. Спокойный, медлительный, далекий от аппаратных игр и интриг, Малин записывал дискуссии в президиуме ЦК по своей инициативе и втайне от всех, поскольку, начиная с 20‑х гг., в Политбюро не оставляли компрометирующих руководство партии документов. После смещения Хрущева Малин был направлен на работу ректором Академии общественных наук при ЦК КПСС.

Большой интерес вызывают воспоминания Микояна. Они представляют собой диктовки по отдельным вопросам истории, начиная с 20‑х гг. и до октябрьского пленума ЦК 1964 г. Воспоминания отличаются откровенностью. В них сообщается о неизвестных фактах в деятельности Политбюро и об отношениях между его членами. Очевидно, поэтому диктовки Микояна никогда не публиковались и со дня его смерти хранились в сейфе заведующего общим отделом ЦК под грифом «Особо важная особая папка». До того как эти записи попали в архив, их читателями были лишь Ю.В. Андропов, М.А. Суслов, К.У. Черненко и его первый помощник В.А. Прибытков.

Обширный документ, представленный ЦК комиссией под руководством секретаря ЦК П.Н. Поспелова, – итог интенсивной работы большой группы сотрудников ЦК КПСС, Генеральной прокуратуры и КГБ СССР. Этот один из ключевых источников по рассматриваемой проблеме не был введен в научный оборот. О нем лишь вскользь упоминалось, анализ содержания документа полностью отсутствовал. Наконец, для восстановления истории создания доклада о культе личности недоставало диктовок Хрущева от 19 февраля 1956 г., вошедших частично или полностью в текст его речи, произнесенной на съезде 25 февраля.

В Архиве Президента РФ, к счастью, сохранились не только диктовки Хрущева, но и все варианты его доклада с точным указанием даты завершения работы над ними, со всеми замечаниями, которые делали члены Президиума ЦК. Секретная часть работы XX съезда тщательно готовилась, и подготовка эта сопровождалась острыми дискуссиями в Президиуме ЦК. Обеспокоенность части руководящего ядра партии по поводу возможного привлечения к ответственности за преступления, совершенные при Сталине, нарастала с каждым днем. Сразу же после смерти Сталина новое руководство Министерства госбезопасности (МГБ) СССР предало широкой огласке действия органов госбезопасности по фальсификации судебных дел; сообщалось, что широко применялись пытки и истязания заключенных и что Сталин причастен к этим преступлениям.

В печати были опубликованы факты, связанные с фальсификацией «дела врачей», «дела грузинских политических деятелей», «ленинградского дела». В этой связи были преданы гласности методы работы следственного отдела МГБ по особо важным делам. Группу сотрудников этого министерства уволили и даже арестовали. Из тюрем и ссылок были возвращены близкие родственники и друзья членов Президиума ЦК КПСС и других руководящих работников.

Затем последовали обращения в ЦК и правоохранительные органы родственников других пострадавших – жертв репрессий 30‑х гг. Количество освобожденных нарастало с каждым днем. Они рассказывали о пытках и истязаниях во время следствия, о нечеловеческих условиях содержания в лагерях. Резонанс от этих рассказов усиливался признанием властей в том, что невиновные люди были оклеветаны.

Процесс реабилитации захватывал широкие социальные группы. С каждым днем тайные дела, творившиеся в сталинских застенках, становились явными. За короткое время были пересмотрены дела генералов К.Ф. Телегина, В.В. Крюкова, B.C. Голушкевича, И.А. Ласкина, адмирала В.А. Алафузова и других военачальников. Многих из них арестовали во время войны или после ее окончания и по несколько лет содержали под стражей без следствия и суда.

В середине 50‑х гг. была реабилитирована группа руководящих комсомольских работников, видные специалисты авиационной промышленности, Главного артиллерийского управления, значительное количество крупных партийно-советских работников, а также большая группа генералов, которые во время Великой Отечественной войны попали в немецкий плен. Первое открытое сообщение о бесчинствах, которые творились в органах госбезопасности, о фальсификации следственных дел появилось весной 1953 г. Инициатором таких публикаций был Л.П. Берия. После его ареста появились сообщения о том, что он несет прямую, а может быть, и главную ответственность за политические репрессии 30–40‑х гг. В связи с подготовкой судебного процесса над Берия и его сообщниками следственные органы рассмотрели дела партийных и советских работников, осужденных после того, как летом 1938 г. Берия появился в НКВД в качестве его руководителя и начальника государственной безопасности. Тогда и были расстреляны видные партийно-государственные деятели Р.И. Эйхе, П.П. Постышев, Я.Э. Рудзутак, А.В. Косырев. Вместе с рассмотрением правомерности осуждения отдельных личностей, прокуратура, опираясь на документы, которые предоставлялись МГБ и лично министром госбезопасности А.И. Серовым, осуществила проверку некоторых политических процессов, групповых судебных дел. Во всех случаях открывалась грубая фальсификация, основанная на так называемых «признательных показаниях» осужденных, которые добывали пытками.

В ходе следствия по делу Берия и его сообщников – В.Н. Меркулова, В.Г. Деканозова, Б.З. Кобулова, С.А. Гоглидзе, П.Я. Мешика, Л.Е. Влодзимирского – был выявлен большой и очень важный материал, раскрывавший факты незаконных репрессий, фальсификации следственных дел, применения пыток и истязаний заключенных. Судебный процесс, состоявшийся в Москве 18–23 декабря 1953 г., был закрытым. Но, после того как приговор суда был приведен в исполнение, по указанию Президиума ЦК текст обвинительного заключения по этому делу – 48 страниц типографского текста – был разослан в местные партийные организации. С ним знакомили партийных функционеров вплоть до членов райкома партии, руководителей кафедр общественных наук.

Таким образом, в конце 1953 г. большая часть партийного актива была информирована о преступлениях, совершенных в 30–40‑е и в начале 50‑х гг. органами госбезопасности, о фальсификации судебных дел, о пытках и истязаниях, которые применялись в широких масштабах.

Осенью 1955 г. органы госбезопасности активизировали работу по пересмотру дел партийно-советских работников, осужденных в 1937–1939 гг. При этом вскрывались и грубые фальсификации дел, и методы, которыми добывались «признательные показания». Волна разоблачительных материалов становилась все больше. Президиум ЦК вынужден был активно заниматься рассмотрением фальсифицированных дел, реабилитировать безвинно пострадавших. С каждым днем нарастал поток обращений к членам Президиума ЦК с просьбой пересмотреть дела жертв политических репрессий 1930–1940‑х гг. «После смерти Сталина, – вспоминал А.И. Микоян, – ко мне стали поступать просьбы членов семей репрессированных о пересмотре их дел. Я отправлял эти просьбы Руденко (генеральный прокурор СССР). Очень много случаев было, когда после проверки полностью они реабилитировались. Меня удивляло: ни разу не было случая, чтобы из посланных мною дел была отклонена реабилитация».

Прокуратура и КГБ рассматривали дела репрессированных, принимали решения о реабилитации и направляли все документы в Комитет партийного контроля для решения вопроса о партийности реабилитированных. После этого окончательное решение по всему делу принималось Президиумом ЦК КПСС.

Прокуратура и КГБ работали очень активно. И, безусловно, в этом они опирались на поддержку Хрущева.

К осени 1955 г. в Президиуме ЦК сосредоточился значительный материал о политических репрессиях и ответственности Сталина за совершенные преступления в отношении коммунистов и партийных руководителей во второй половине 30‑х гг. Внимание Хрущева к этим проблемам резко усилилось. В чем причины такого изменения позиции Хрущева? Это очень важный вопрос, и он еще требует исследования. Нужны новые дополнительные документы, чтобы раскрыть мотивы, определявшие действия верхушки партии в 1953–1957 гг.

Микоян вспоминал: «Я думал, какую ответственность мы несем, что мы должны делать, чтобы в дальнейшем не допустить подобного. Я пошел к Н.С. и один на один стал ему рассказывать. Вот такова картина. Предстоит первый съезд без участия Сталина, после его смерти. Как мы должны себя повести на этом съезде касательно репрессированных сталинского периода? Кроме Берии и его маленькой группы работников МВД, мы никаких политических репрессий не применяли уже почти 3 года, но ведь надо когда-нибудь если не всей партии, то хотя бы делегатам первого съезда после смерти Сталина доложить о том, что было. Если мы этого не сделаем на этом съезде, а когда-нибудь и кто-нибудь это сделает, не дожидаясь другого съезда, – все будут иметь законное основание считать нас полностью ответственными за происшедшие преступления. Мы несем какую-то ответственность, конечно. Но мы можем объяснить обстановку, в которой мы работали. Если мы это сделаем по собственной инициативе, расскажем честно правду делегатам съезда, то нам простят, простят ту ответственность, которую мы несем в той или иной степени. По крайней мере скажут, что мы поступили честно, по собственной инициативе все рассказали и не были инициаторами этих черных дел. Мы свою честь отстоим, а если этого не сделаем, мы будем обесчещены. Н.С. слушал внимательно. Я сказал, что предлагаю внести в Президиум предложение создать авторитетную комиссию, которая расследовала бы все документы МВД, Комитета госбезопасности и другие. Добросовестно разобралась бы во всех делах о репрессиях и подготовила бы доклад для съезда. Н.С. согласился с этим».

Хрущев выдвигал другую версию, полностью отвергая чью-либо инициативу в постановке вопроса о создании накануне XX съезда комиссии по расследованию положения дел при Сталине. Что же касается позиции Микояна, Хрущев писал: «Если память мне не изменяет, и Микоян не поддержал меня достаточно активно. Следует отметить, что он и не предпринимал ничего, чтобы блокировать мое предложение».

Большая часть членов Президиума ЦК в полной мере осознавала свою ответственность за участие в сталинских злодеяниях. Их пугала мысль, что кто-то другой будет разбираться в тех преступлениях, в которых они были повинны. Но было бы несправедливым полагать, что это было единственное чувство, которым руководствовались члены Президиума. Они являлись и соучастниками преступлений, и их жертвами, и заложниками Сталина одновременно.

Это в полной мере относится и к самому Хрущеву. В бытность его первым секретарем ЦК компартии Украины в Москву на утверждение посылались обширные расстрельные списки, из которых утверждалась лишь небольшая часть.

1956, 1981

Создание мобильного телефона

Мобильная радиотелефонная связь имеет, как ни странно, долгую историю. Ее первый сеанс состоялся более 50 лет назад в шведском городе Лидинге. 3 декабря 1950 г. автомобиль компании Televerket отъехал от офиса на улице Васагатан. Сидевший за рулем инженер-изобретатель Стюре Лаурен поднял трубку телефона, набрал номер службы точного времени и мгновение спустя услышал ответ…

Первой о техническом прорыве узнала жена изобретателя – спустя полвека она вспоминала, как сияющий супруг сообщил ей с порога: «У меня кое-что есть в машине!» Конечно, тот аппарат во всех отношениях был далек от совершенства, его базовая часть занимала два задних сиденья, а между передними находилась телефонная трубка. Тем не менее первопроходцам качество разговора из машины Televerket казалось просто великолепным. Чтобы продемонстрировать новинку в действии, Стюре Лаурен позвонил теще. Пожилая дама резонно предположила, что зять сошел с ума, поскольку это не укладывалось ни в какие разумные рамки: как можно одновременно быть в дороге и говорить по телефону!

В настоящее время мобильная связь существует в двух разновидностях – созданная первой радиотелефония (базовая станция без коммутации подключается к городской телефонной сети) и сотовая цифровая связь с пакетной передачей сигналов и коммутацией внутри собственной сети, также с возможностью выхода на обычные сети. Второй вариант и есть, собственно, настоящая мобильная связь практически без ограничения дальности (за исключением «глухих» зон, куда еще не добрались строители базовых станций). Современный человек уже не мыслит себя без «мобилы».



В конце 40‑х шведская компания Televerket поручила двум сотрудникам – упомянутому Стюре Лаурену и Рагнару Берглунду – создание мобильного телефона, использующего для связи стационарную телефонную сеть. В то время уже существовали системы мобильной радиосвязи, которые успешно применяли военные и полиция. Однако в задачу инженеров входило изобретение аппарата, доступного всем.

^{Еще совсем недавно о таких телефонах можно было только мечтать}



Первая массовая разработка, предложенная шведами, получила название МТА – Mobiltelefonsystem А (система мобильной телефонии А). В 1956 г. она вступила в коммерческую эксплуатацию. Правда, действовала МТА только в Стокгольме и Гетеборге, да и массовой ее можно признать лишь условно: к концу 1956 г. во всей Швеции насчитывалось всего 26 абонентов. Это и неудивительно, поскольку тогда мобильный телефон стоил только в два раза дешевле автомашины.

В середине 60‑х на смену МТА пришла усовершенствованная система связи. Хотя она не обрела широкой популярности, кое в чем разработчикам удалось продвинуться. Например, благодаря новой транзисторной технологии аппараты заметно похудели – с 35 до 11 кг.

В 1969 г. телекоммуникационные компании всерьез озаботились созданием единой сети мобильной связи. Предполагалось, что ее абоненты смогут использовать один телефон и номер, даже пересекая границу государств. Первым подобное решение предложил выпускник Стокгольмской технической школы Эстен Мякитоло, которого считают отцом современной мобильной телефонии. Его проект получил название NMT – Nordisk MobilTelefon (скандинавская мобильная телефония). Впрочем, до практической реализации этой заманчивой идеи дело дошло не сразу. Вместо NMT была запущена сеть, действие которой обеспечивали телефонистки, поддерживающие связь между отдельными пользователями при помощи обыкновенного коммутатора. Такая мера рассматривалась как переходная, и никто не обращал особого внимания на сопутствующие неудобства. Допустим, чтобы позвонить, человек должен был точно объяснить, где находится.

Тем временем работа в лабораториях продолжалась. Изобретатели стремились создать систему связи с большой зоной покрытия. Однако существовавшая техника явно не дотягивала до необходимого уровня. Главное, что сдерживало инженеров и технологов, – отсутствие достаточно экономичного микропроцессора, пригодного для использования в мобильном телефоне. В какой-то момент все пришлось отложить до 1981 г. Подходящие микропроцессоры, как предположили специалисты, раньше этого года просто не появятся. В назначенный срок чипы с требуемыми характеристиками увидели свет.

Проект NMT изначально являлся открытым. Еще на старте участие в нем приняло свыше 40 фирм. Благодаря их сотрудничеству удалось быстро приступить к разработке базовых станций новой системы связи, линейных коммутаторов и самих мобильных телефонов. Одним из активнейших действующих лиц был Ericsson. В те дни нынешний гранд сотовой индустрии бился с Philips за получение контракта в Саудовской Аравии. Эта страна испытывала острую потребность в телефонной сети нового типа и могла позволить себе подобную роскошь. Победа в тендере означала для любой компании огромный успех (и не только моральный!), и Ericsson сумел предложить наиболее выгодные условия. Через пару месяцев первый в мире контракт о создании NMT-сети стал реальностью. Забавно, что сначала «скандинавская мобильная телефония» была запущена именно в Саудовской Аравии, за несколько месяцев до премьеры NMT-450 на своей исторической родине. Как бы то ни было, в 1981 г. начался отсчет истории мобильной связи первого поколения (G1).

Тогда NMT-сеть по праву претендовала на звание самой передовой в мире. По ряду качественных параметров она превосходила существовавшие в США и Японии. Но главное – она являлась действительно массовой. В 1984 г. наплыв желающих в одной из скандинавских сетей привел к необходимости расширения ее емкости. Для решения возникшей проблемы была применена сотовая структура, позволявшая вместить большее число абонентов. Эта идея произвела настоящий переворот – эксплуатация каналов связи стала намного эффективнее.

Впрочем, расширять охват сети пытались и экстенсивными методами. В 1986 г. на свет появился стандарт NMT-900 – сеть была развернута в крупных городах Швеции как дополнение к перегруженной NMT-450. Инициатива встретила недовольство со стороны абонентов, которым хотелось пользоваться одним телефоном по всей стране. Уступая напору разгоряченных потребителей, программу NMT-900 свернули. Но, к счастью, незадолго до того в жизнь ворвались мобильные аппараты этого стандарта – они-то и являются непосредственными предшественниками нынешних сотовых трубок. Дело в том, что первые устройства NMT-450 были мобильными лишь относительно. Они позиционировались как средство связи в машине и обладали весьма внушительными габаритами и весом. Владелец подобного устройства должен был иметь персональное авто или заниматься тяжелой атлетикой. В свою очередь, трубки для сетей NMT-900 оказались гораздо легче и компактнее. В качестве примера можно привести телефон Ericsson Hotline, или Curt, – самый первый мобильник, пригодный для ношения. Прообразом его послужил телефон, разработанный для полиции. Первоначально собирались выпустить всего 300 таких трубок, но потом планы изменились, и аппарат вышел большим тиражом. Кстати, именно со стандарта NMT-900 разгорелась серьезная конкуренция в области мобильной телефонии – фирма Nokia тогда добилась успеха со своей моделью Mobira Cityman.

В начале 80‑х все телекоммуникационные компании бредили общеевропейской сетью связи. Однако в остальном мнения их расходились: Скандинавия, страны Бенилюкса и Саудовская Аравия выступали на стороне NMT, в Великобритании существовала собственная система TAGS, а в тогдашней ФРГ – C-Netz, жители Франции пользовались услугами Radiocom 2000, а итальянцы – RTMI/RTMS. И чтобы прийти наконец к общему знаменателю, государственные телекоммуникационные компании Западной Европы организовали группу GSM – Groupe Speciale Mobile. Вполне естественно, что при большом количестве вовлеченных сторон возникло немало трудностей. Не последнюю роль играл вопрос престижа. Тем не менее участникам GSM удалось-таки выработать единый концептуальный подход. При этом за каждой из сторон сохранялось право вносить предложения, улучшающие совместное детище. Процесс всеевропейского единения связи достиг апогея в 1986 г., когда в Париже было принято решение, на какую систему делать ставку в дальнейшем. Новая система вобрала в себя все лучшее, что имелось у ее предшественников. Так возник стандарт GSM. Для его внедрения потребовалось еще несколько лет, и лишь в 1990 г. финская Radtolinia запустила первую в мире GSM-сеть. Через год аналогичные сети появились в других скандинавских странах.

Поначалу услуги GSM-операторов и абонентские терминалы были очень дорогими. Однако скоро трубки подешевели и перестали быть редкостью. Только за первый год существования сетей GSM в Скандинавии к ним подключилось более 1 млн человек. Телефоны быстро прогрессировали, все новые и новые усовершенствования приводили к уменьшению их размеров и веса, к расширению возможностей. В 1996 г. Nokia представила первый Communicator – раньше никто и не мечтал о том, чтобы с помощью миниатюрного аппарата посылать электронную почту, работать с факсом, звонить знакомым и бродить по Интернету. В том же году Motorola выпустила легендарный телефон-книжку StarTac GSM весом всего 90 г. Годом позже Philips продемонстрировал изумленной публике Philips Spark с продолжительностью работы в режиме ожидания 350 ч. В 1998‑м Sharp удивил всех мобильником с сенсорным дисплеем – Sharp PMC-1 Smartphone. В 1999 г. появились 3‑диапазонный аппарат Motorola L7089 и Ericsson T28s, который позиционировался производителем «как лучшее достижение человечества после огня и колеса».

А сейчас уже никого не удивишь мобильным телефоном с цифровой фотокамерой, диктофоном и многоцветным дисплеем. Аппарат почти не занимает места в кармане или сумке, а по цене мобильная связь стала доступной практически всем.

1957

Создание Общего рынка

О Соединенных Штатах Европы писал еще В.И. Ленин. Прообразом их стало Европейское экономическое сообщество (ЕЭС), созданное в 1957 г. В настоящее время речь идет о формировании «единого экономического пространства», в котором решаются проблемы свободного передвижения товаров, услуг и рабочей силы.

Американо-канадское соглашение о свободе торговли, подписанное в 1989 г., содержит ряд положений, являющихся реальными шагами к созданию североамериканского общего экономического пространства. Общие рынки созданы в Юго-Восточной Азии, арабском мире, Африке и Центральной Америке.

Общий рынок – концепция экономической интеграции государств – членов Европейского союза в рамках Европейского сообщества (до 1992 г. Европейского экономического сообщества – ЕЭС). Основные положения концепции Общего рынка отражены в Римском договоре о Европейском сообществе 1957 г.

^{Флаг Европейского союза}



Общий рынок включает три основных элемента. Первый элемент – это таможенный союз, который охватывает всю торговлю товарами, предусматривает запрещение импортных и экспортных пошлин и любых сборов с равнозначным эффектом в торговых отношениях между государствами-членами, а также введение общего таможенного тарифа в их отношениях с третьими странами.

Второй элемент предопределяет то, что кроме таможенных пошлин и количественных ограничений на товарооборот внутри Общего рынка подлежат ликвидации и другие препятствия конкуренции и взаимодействию экономик государств-членов. Условия, устраняющие эти ограничения, получили название «принципы Общего рынка»: свобода движения товаров, свобода движения лиц, свобода движения услуг, свобода движения капиталов.

Третьим элементом Общего рынка является так называемая «позитивная интеграция» (в отличие от «негативной интеграции», направленной на разрушение экономических барьеров) – проведение государствами-членами через органы Европейского сообщества общих политик: аграрной, антимонопольной, торговой и т. д.

Римский договор предусматривал постепенное введение в действие концепции Общего рынка в течение первых 12 лет после вступления Договора в силу (1958 г.). Этот период в свою очередь подразделялся на три стадии, по четыре года каждая. В течение этого времени, в соответствии с подробным расписанием, осуществлялось снижение, вплоть до полного устранения, тарифных и нетарифных ограничений во взаимной торговле, унификация таможенных правил и введение общего таможенного тарифа, постепенная отмена, устранение ограничений на свободу жительства и экономической деятельности, на движение капиталов внутри сообщества. Устанавливались также сроки поэтапного введения общих политик.

В целом процесс создания Общего рынка завершился к концу 1960‑х гг.

Концепция Общего рынка послужила основой для реализации концепции внутреннего рынка, заложенной в Едином европейском акте 1986 г. и сегодня являющейся составной частью экономического и валютного союза государств-членов. Общий рынок частично распространяется также на государства – члены ЕАСТ (Швейцарию, Лихтенштейн, Исландию, Норвегию) на основе механизма Европейского экономического пространства, соглашение о котором было заключено в 1992 г.

1959

Создание интегральных микросхем

Возможно, самым выдающимся изобретением за последние 50 лет было создание полупроводниковой микросхемы. Она была изобретена в 1959 г. американскими инженерами Д. Килби и Р. Нойсом, будущим основателем корпорации Intel. Независимо друг от друга, но практически одновременно, они предложили компоновать отдельные электронные элементы на общем (интегральном) основании, изготовленном из полупроводниковых материалов. В 1961 г. компания Fairchild Semiconductor, которую возглавлял Р. Нойс, первой в мире наладила коммерческое производство полупроводниковых микросхем, и с тех пор в электронной технике вместо большого числа транзисторов стали применяться микросхемы. Размеры электронных устройств резко уменьшились, появились новые функциональные возможности.



Полупроводники – это вещества, по своей электропроводности занимающие промежуточное положение между металлами и изоляторами. В электронике используются в основном такие полупроводниковые материалы, как кремний, германий, арсенид галлия, селен. Носителями тока в них являются отрицательно заряженные свободные электроны, оторвавшиеся от своих атомных ядер; их количество сильно зависит от температуры. Пустые места, которые освобождают электроны, физики условно назвали «дырками». «Дырки» существуют очень недолго и постоянно меняют свое местоположение, потому что если «дырку» заполняет какой-либо электрон, «дырка» возникает в другом месте. Для удобства принято, что по свойствам «дырки» аналогичны электронам, только имеют положительный заряд и несколько большую массу. В идеальных кристаллах количество электронов и «дырок» одинаково, но если в кристалл полупроводника ввести примеси некоторых веществ, равенство нарушается. Преобладание электронов или «дырок» определяет тип проводимости («n» или «p» – negative или positive – электронная или «дырочная»).

^{Роберт Нойс – один из основателей фирмы Intel}



Если соединить два слоя полупроводников с разными типами проводимости, электроны смещаются из одного в другой, оставляя в первом «дырки». Между слоями с различными типами проводимости возникает так называемый запорный слой с повышенным электрическим сопротивлением, поскольку он обеднен носителями заряда, при этом свойствами запорного слоя можно управлять путем приложения к нему напряжения (а также светом). Напряжение одной полярности будет уменьшать сопротивление запорного слоя, напряжение другой полярности – увеличивать. Таким образом, двухслойную «p – n» структуру (диод) можно использовать для пропускания тока только в одном направлении, а сочетание двух «p – n» переходов в трехслойной структуре позволяет управлять величиной тока, протекающего через полупроводниковый прибор.

Комбинация полупроводников с разными типами проводимости обладает и другими замечательными свойствами. Она может создавать э. д. с. (электродвижущую силу) при падении света на прибор либо, наоборот, излучать свет при прохождении тока определенной полярности, вырабатывать термоэлектричество, создавать разность температур на разных концах (эффект Пельтье).

Широко распространены полупроводниковые датчики температуры, тензодатчики (датчики деформаций), датчики магнитного поля.



Изобретенные в начале XX века ламповые диоды и триоды стали основой разнообразных электронных устройств – радиоприемников и передатчиков, усилителей, измерительных приборов и автоматики. Однако лампы, при всех их достоинствах (высокое качество ламповых усилителей звука, большая мощность ламповых передатчиков, отсутствие до недавнего времени альтернативы кинескопам и др.), имеют серьезные недостатки – большое потребление энергии, требуемой для разогрева катодов, большие габариты аппаратуры, выполненной на их основе, и недостаточную надежность. Кроме этого, любая электронная схема содержит многочисленные резисторы, конденсаторы, соединительные проводники, а также зачастую намоточные детали и механические узлы. Элементы соединяются между собой пайкой, иногда сваркой. Аппаратура была трудоемкой в изготовлении и дорогой.

Попытки обойти эти недостатки оказались не слишком успешными, и вполне закономерно физики и инженеры стали искать иную элементную базу.

В самом начале 20‑х гг. началась эра твердотельных полупроводниковых приборов. Молодой физик О.В. Лосев разработал в Нижегородской радиолаборатории первый полупроводниковый диод – кристадин. Он успешно использовался для усиления и генерирования электрических колебаний. В дальнейшем появились диоды и других типов – выпрямительные, точечные, варикапы, стабилитроны, туннельные, фотодиоды, светодиоды и др.

Физика твердого тела стала интенсивно развиваться. В нашей стране в ее развитие наибольший вклад внесла научная школа академика А.Ф. Иоффе.

В 1948 г. американские изобретатели У. Шокли, У. Браттейн и Дж. Бардин создали новый усилительный полупроводниковый прибор – транзистор (триод) с токовым управлением, совершив коренной переворот в электронике. В результате использования полупроводниковых диодов и триодов резко уменьшились габариты аппаратуры и потребление энергии, повысилась надежность. Существует два варианта транзисторных структур – «p – n—p» и «n – p—n», их сочетание позволило резко упростить схемотехнику электронных устройств по сравнению с ламповыми конструкциями и в некоторых случаях избавиться от громоздких трансформаторов.

В дальнейшем (Шокли, США, 1952 г. и Тезнер, Франция, 1958 г.) были созданы и другие типы многослойных полупроводниковых приборов – так называемые полевые транзисторы с управлением напряжением, по характеристикам схожие с электронными лампами и имеющие огромные коэффициенты усиления по мощности. В настоящее время управляемые электрическим полем MДП-структуры (металл – диэлектрик – полупроводник) являются «элементарными ячейками» интегральных цифровых микросхем.

Были созданы также четырехслойные (тиристоры) и пятислойные (симисторы) приборы для работы в ключевом режиме в силовых цепях.

Однако жизнь властно требовала дальнейшего совершенствования электронных устройств. Трудоемкость изготовления, материалоемкость и габариты были все еще слишком высоки. Переход на печатные платы позволил частично решить эти проблемы, но большое число отдельных электронных компонентов ставило свои ограничения. Нужно было сводить к минимуму количество паяных соединений, снижающих надежность, и длину соединительных проводников, снижающую быстродействие. От многочисленных резисторов и конденсаторов тоже необходимо было как-то избавляться, хотя бы частично.

Развитие вычислительной техники поставило также задачу создания сверхминиатюрных ячеек памяти и логических элементов. Эта задача принципиально не могла быть решена вне рамок твердотельной технологии.

Дальнейший прогресс электроники связан с использованием интегральных схем. Интегральная микросхема – это миниатюрный электронный прибор, элементы которого нераздельно связаны конструктивно и соединены между собой электрически. «Сердце» интегральной микросхемы – кристалл особо чистого полупроводникового материала (чаще всего кремния), в структуре которого произведены сложные целенаправленные изменения. Отдельные области кристалла становятся элементами сложной системы. К определенным точкам кристалла присоединяются выводы микросхемы (иногда их несколько десятков), которые припаиваются к печатной плате электронного устройства. В кристалле с помощью специальных методов (диффузия, напыление, травление и др.) создаются транзисторы (в современном микропроцессоре их многие миллионы), диоды, резисторы, конденсаторы (разумеется, в ограниченном диапазоне емкостей). Некоторые электронные компоненты невозможно ввести в интегральные микросхемы, поэтому, кроме микросхем, на печатных платах часто присутствуют намоточные узлы и конденсаторы большой емкости и специального назначения, разъемы, датчики и индикаторы, а также мощные полупроводниковые приборы.

Существуют и пленочные микросхемы на керамической подложке, на которой формируют элементы путем осаждения различных материалов (алюминий, титан, титанат бария, оксид олова) в виде тонких пленок. Для получения интегральных схем с определенными функциями наносят многослойные структуры через трафареты. Между слоями создаются в нужных местах связи.

Пленочные и полупроводниковые элементы могут располагаться в одном корпусе микросхемы (так называемая гибридная технология). Возможны и сочетания в одном корпусе, например, управляющей логической схемы и высоковольтного мощного ключевого транзистора для систем зажигания автомобильных двигателей. Вариантов гибридных схем множество.

Естественно, изготовить современную интегральную микросхему возможно только на полностью автоматизированном оборудовании с управлением от компьютера. Более того, даже разработку топологии микросхемы уже невозможно выполнить без вычислительной техники – настолько она сложна.

Все процессы изготовления интегральных микросхем требуют высококачественных материалов и точного оборудования, высочайшей культуры производства, стерильной чистоты.

В настоящее время интегральные схемы широко используются в компьютерах, контрольно-измерительной аппаратуре, аппаратуре связи, бытовых радиоэлектронных приборах. Устройства, основанные на твердотельных и цифровых технологиях, успешно вытесняют традиционные устройства. Например, стали возможны часы, фотоаппарат и «магнитофон» без движущихся частей, плоский телеэкран. Микрочипы «зашивают» даже в документы и вживляют под кожу. Возможности микроэлектроники поистине необозримы.

Плотность размещения элементов в микросхемах становится все больше, так как размеры элементов постоянно уменьшаются, их уже нельзя измерить в микрометрах. На повестке дня – нанотехнологии.

1960

Год Африки

В декабре 1959 г. по решению ООН 1960 г. был провозглашен годом Африки. В 1960 г. получили независимость Бельгийское Конго, крупнейшая британская колония Нигерия, а также Сомали, находившееся под управлением Великобритании. В целом в течение 1960 г. статус независимых обрели 17 африканских государств. В 1961 г. суверенными стали Сьерра-Леоне и Танганьика, в 1962 г. – Уганда, в 1963 г. – Занзибар и Кения, в 1964 г. – Северная Родезия и Ньясаленд, в 1965 г. – Гамбия. Англичане использовали все возможности, чтобы сохранить свое влияние в бывших колониях. Большинство освободившихся территорий не только вошли в Содружество, но и объявили главой государства английскую королеву Елизавету II.