– Мама Лена! – обрадованно пропищала Кира, подсаживаясь к своей второй маме и сторожевому церберу в одном лице.
– А говорила – ждать будем, ужином угостим, – с укоризной попеняла воспитаннице домоправительница.
– Возникли срочные дела, – вздохнула Беда. – Мы сами не хотели в коконы лезть. Получилось так…
– Вот и я про то же. Ты сюда к нему переехала, чтобы в разных комнатах и в разных коконах лежать? То же мне повод для совместной жизни!
– Займусь-ка я ужином, – вставая, вздохнул я.
– Мама Лена!
– А что Лена? Что Лена? Когда вы на стук не открыли, я-то грешным делом что подумала? Что вы тут, понимаешь, заняты кое-чем этаким интересным, что и к двери подойти некогда. А что оказывается?
– Мама Лена!
Нарочито игнорируя, можно сказать, дружескую перепалку, я сосредоточился на приготовлении ужина. Кушанья будут далеко не изысканные, но сытные и вкусные. Во всяком случае, я на это надеюсь. Думается, Лена останется на ужин, чтобы еще раз проверить, чем тут будут кормить ее любимое бедовое чадо. Потом, отведав предложенных яств, домоправительница с широкими полномочиями наверняка поможет с распаковкой вещей, с осмотром комнаты и прочими хозяйственными мелочами, чему я мешать абсолютно не собирался. В этом случае меня просто не поймут, но самое главное – я не был против, ибо давно уже понял, что Лена выполняет для Киры роль мощного якоря и артиллерийского прикрытия одновременно. Смотрит, чтобы никак не желающее взрослеть дитя не унесло слишком далеко, и защищает ее от любых жизненных невзгод. Хорошо это или плохо – судить не мне. Жить с Леной в одном доме… этого я бы, наверное, не выдержал, а в остальном ничего против нее не имел.
Судить о «слишком сильной опеке» не стану. Потому что, если Кира осталась настолько жизнерадостной, упрямой и своевольной, значит, все в порядке. И из дома она не убегала, со всей семьей отношения ровные – судя по ее рассказам. Значит – получилось. Значит – удалось. В отличие от моей семьи, где отец пытался силой вылепить из меня образцового морского офицера, ничем не отличающегося от него самого. Но ведь так не бывает, чтобы без отличий. И без проблем, связанных со столь жестким воспитанием. А Лена сумела не только Киру с братом воспитать и уберечь, но и троих собственных сыновей вырастила и выпустила на волю. Вот только с мужем у них не сложилось… хм… как раз таки он, кажись, и не выдержал ее характера.
Сломав пачку спагетти, я высыпал их на глубокую сковородку и, залив водой из чайника, прикрыл крышкой. Яичницей с сыром займусь чуть позже, чтобы сразу оба «блюда дня» подать на стол одновременно. И сделаю-ка от греха подальше большую чашку овощного салата, чтобы Лена не попрекнула меня «несбалансированным питанием». Сам не заметил, как потянулся за помидорами не к холодильнику, а к несуществующему мешку за плечами. Едва удержался, чтобы не рассмеяться.
Синдром Вальдиры в чистом виде.
Первые признаки у меня появились очень давно – когда после месяца игры на улицах реального мира автоматически смотрел первым делом не на лица людей, а в воздух над их головами, выискивая упоминание об имени, уровне и принадлежности к кланам, заодно подспудно удивляясь, почему они разгуливают без оружия и доспехов. М-да, волшебный мир Вальдиры настолько прочно вошел в мою жизнь, что я порой не отличаю одну вселенную от другой. И не только я. Уже давно в практику психиатров вошли услуги по вправлению свихнувшихся мозгов игроманов на место. Иногда получалось успешно. Иногда не получалось. Ходят и ходят по Сети упорные слухи о спятивших вальдирцах, отправленных прямиком в психушку из-за крайне опасного поведения. Однажды я слышал, что один из таких «ушедших в мир грез» заявился в купеческую лавку и попытался обменять меховые шкурки на хлеб и специи. Если переложить на нормальный язык «этого» мира – один индивид, окончательно поехавший, явился в супермаркет и попытался втюхать кассиру несколько окровавленных кошачьих шкурок, требуя взамен хлеб и соль. После чего быстро прибыла полиция, и «охотника» забрали с собой, вместе с его «товаром». Больше его никто не видел, но надо думать, что держат горемычного в комнате с частыми решетками на окнах. У меня пока все, слава богу, в порядке, но из Вальдиры надо бы выныривать почаще. Не хотелось бы внезапно свихнуться да начать рвать траву в парке на продажу и охотиться на тараканов ради их «ценных» лапок.
Да и не только из-за опасения свихнуться. Много чего происходит из-за пристрастия к игре. От вальдирцев уходят жены или мужья, их выгоняют с работы, о них забывают друзья. Очень трудно жить или общаться с тем, кого нет в «этом» мире. Благодаря Вальдире в больницах вновь зачастил термин «атрофия» – трудно держать тело в порядке, если весь день напролет лежишь в игровом коконе, практически ничем не отличаясь от погрузившихся в кому больных. А к «атрофии» добавилось ожирение – это когда выполз с кокона, набил желудок на скорую руку и вновь залез в кокон. В общем, надо что-то делать как можно скорее, дабы не пришлось узнать о подобных бедах не из Сети и теленовостей, а по собственному опыту. Обязательно надо что-то делать. Потом… когда закончится эпопея с затерянным материком. Но это крайний срок. Раньше меня спасала работа, где надо было сидеть, ходить, иногда бегать. Сейчас же целый день напролет мой разум бродит по бескрайнему волшебному миру, а бренное тело заперто в темнице, застыв в опасной неподвижности.
Благо лечение простое – временный отпуск от Вальдиры. Несколько недель активного отдыха где угодно, лишь бы там не стоял твой кокон, одним своим присутствием неудержимо маня к себе. Как только все закончится, прихвачу Киру и мотану куда-нибудь к морю. Все те же сетевые слухи утверждают, что нет способа восстановить тело лучше, чем ежедневное плавание. Ну, или аэробика, бег, обучение боевым искусствам – все это помогает держать себя в тонусе. Других вариантов, кроме спорта, нет. Никаких иных вариантов, разве что кроме совсем уж радикальных.
Радикальных…
Сняв со сковороды крышку, я добавил соли и аккуратно перемешал спагетти. Теперь подождать, пока вся вода не выкипит, и немного обжарить. За моей спиной Лена с Кирой продолжали о чем-то говорить, изредка похохатывая и явно никуда не торопясь. Ну и отлично.
Радикальных вариантов… хм… сегодня утром, когда мы оседлали мой подвешенный кокон и переезжали, в самом начале выпуска вальдирских новостей были упомянуты те самые «иные» варианты.
В нескольких российских городах уже имеются особые центры Вальдиры, расположенные на самой окраине, обычно посреди зеленых насаждений, с высокой оградой по периметру и очень надежной охраной. Чаще всего здания находятся именно на окраинах или даже за городом, потому как по площади занимают большое пространство и всегда строятся с нуля и по единому проекту. В нашем городе такого центра нет, а вот в столице их целых четыре. И это далеко не просто административные здания со странным и мудреным названием «Специализированный Особый Центр Вальдиры „Новая Жизнь“» плюс разные номера в конце.
Чего там «специального» и «особого»?
Много и одновременно ничего.
Народ по всему миру быстро переименовал заковыристые названия, придумав простое и жизненное: «Посольство Вальдиры». И этим все сказано. Это и есть радикальный метод, правда, доступен он не для всех. Официально говорят так: «для людей с врожденными или приобретенными увечьями и болезнями, существенно ограничивающими их жизнь в обществе». То бишь инвалиды. Вторая истина, никем официально не оглашенная, но абсолютно правдивая: надо быть очень богатым и вменяемым. Тогда, при изъявленном тобой ясном желании, тебя погрузят в Вальдиру, где ты и будешь с того момента жить-поживать и добра наживать. А за твоим телом станут пристально наблюдать врачи-специалисты, не «вытаскивая» твое сознание при этом из игры. Такие вот веселые центры, совсем недавно приступившие к выполнению своих функций.
Но это и правда радикально до предела. Дальше уже некуда. Отсюда и придуманное название: «Посольство Вальдиры». Ведь ты словно подаешь туда просьбу о смене гражданства. Например, с российского на вальдирское – само собой, не по-настоящему, но сути это не меняет. Жил здесь, а стал жить «там». Разве что паспорт не дали.
Я на такое никогда не пойду – как ни крути, а я ценю «реальную» жизнь и ее радости куда сильнее, чем компьютерную игру с игрушечными богами. Но и возразить ничего не могу, ибо мне посчастливилось иметь рабочие ноги, руки и вполне подчиняющийся мне позвоночник. Если бы передо мной стоял выбор жить «здесь» и все время быть прикованным к постели, либо же переселиться «туда» и опереться пусть на виртуальные, но с готовностью подчиняющиеся тебе и поддерживающие тебя ноги… не знаю, что бы я тогда выбрал.
– Ужин скоро? – Голосок Киры отвлек меня от несвойственно глубоких для меня раздумий.
– Ага, – кивнул я. – Минут через десять прошу за стол, уважаемые дамы… блин… стол-то еще не готов! Ладно, что-нибудь придумаем. Кир, там где-то среди консервов были банки с компотом. Выбирай любые.
– А варенье?
– И варенье, – согласился я. – Раз уж отмечаем новоселье, закатим пир горой. И вино есть. Хорошее. Кутить так кутить. – Запнувшись, я покосился на маму Лену и поспешно добавил: – Но в меру! Все должно быть в меру! Кхм… О! Надо еще Пал Палыча позвать. Кир, позвони ему, а то я к плите прикован. Пусть с нами поужинает, заодно все и обговорим.
– Ладно. Вот варенье. Абрикосовое. Рос, яичницы побольше сделай! Люблю я твою яичницу…
– Сделаю, сделаю, – вздохнул я, открывая дверцу холодильника и цепляя яйца.
Кира сняла трубку телефона и, косясь на прикрепленную к стене «памятку», начала набирать номер. Я продолжал готовить, Лена подступила к чемодану, явно собираясь начать распаковку вещей. В общем, прямо-таки домашний уют и предстоящий семейный ужин. Вот только разговоры за ужином будут далеко не семейного толка…
А как проводим гостей, все оставшееся время сможем наконец остаться вдвоем…
Глава 8
Серебряная Легенда снова в моде… и в приоритете
Вы получили задание «Нашествие крабберов»!
Избавить общины лохров-изгоев, живущих под городами Альгора и Акальроум, от угрозы крабберов!
Минимальные условия выполнения задания: полностью уничтожить поисковые отряды крабберов в канализации Альгоры и Акальроума.
Награда: информация о правой перчатке из легендарного сета Серебряная Легенда.
Совсем недавно я выполнил это столь многообещающее задание, но из-за некоторых жизненных обстоятельств и небольших разногласий с богиней награду получить не сумел и не рискнул.
И вот сейчас, раскидав некоторые проблемы и мирно договорившись со Снессой, я решительно и непоколебимо вернулся к источнику задания, то бишь к Мохруше, старому лохру в крайне вызывающей набедренной повязке, обитающему на подземном острове посреди подземного озера, где на потолке растут огороды, а в воде плавают светящиеся манты с раскаленными хвостами.
Единственное, что подкачало, так это отнюдь не геройское средство передвижения – несколько замшелых досок, кое-как сколоченных вместе и едва держащихся на воде. В роли весла выступала найденная мною глиняная тарелка. Благодаря сохранившемуся на карте маршруту я без проблем нашел путь к обиталищу лохров-изгоев, сумел пройти через подземный проток и на горизонте наконец-то показался грязевой островок с редкими огнями костров.
И вновь я в этом мрачном месте. И вновь в одиночестве – даже большем, чем в прошлый раз, ибо Тирана я с собой брать не стал. Хватит ему купаться в канализационной жиже. Кира спала в реале, я едва выпутался из ее цепких объятий и через силу заставил себя встать и заняться игровыми делами. Остальным боевым товарищам отписываться пока не стал, потому как в голове никаких особых планов не было. Сначала надо получить хоть какую-то информацию.
Истинным героем я себя ощутил чуть позже, когда подгреб поближе и, отплевываясь от брызг бурой воды, увидел приплясывающую на берегу тощую знакомую фигурку. Героя встречал сам Мохруша, лидер общины и муж храмовой жрицы по совместительству. Еще с десяток лохров радостно улюлюкало издали, махая мне перепончатыми руками и радостно ощерив в улыбке зубы-иголки. Судя по всему, ближе подойти они не решились, ибо Мохруша обладал деспотичным характером и, чуть что, сразу бил пяткой в переносицу, после чего припечатывал звонкими словами «говосюк масюк».
Гнилые доски подо мною заскрипели, меня мягко подняло назад и плавно понесло вперед с весьма нехилой скоростью. Вот и еще одна старая знакомая – светящаяся манта поднырнула и приняла меня на спину вместе с плавучим средством. Десять секунд, и я оказался у берега. Благодарно похлопав водного коня по спине, шагнул на берег и сразу увяз в грязи чуть ли не по колено. С чавканьем и чмоканьем выдирая ноги из липкого плена, добрался до весело склабящегося Мохруши и широко улыбнулся ему в ответ. Особо торжественной церемонии не имелось, но с могущественными крабберами лохрам не сравниться в пышности и богатстве.
– А вот и я!
– Добро пожаловать, герой! Добро пожаловать, избавитель! – заблажил старый лохр, заключая меня в крепкие объятия. – Великие деяния ты совершил! Изгнал ненавистных крабберов! Пошли же, друг лохров! Через час накроем богатый стол – с рыбой! Со сбродившими ягодами! С рыбой! Со свежими клубнями с наших лучших огородов! И с рыбой! Знай мы, когда ты прибудешь, загодя бы все приготовили. Но ждать недолго! Чего там возиться? Рыбку слегка оглушить – да на стол! Угрей в узел связать, чтобы не уползли, – да на стол! Клубни от грязи слегка обтереть – да на стол! И готово! А дибилиды наши уже и сброжению помогли, перемешали месиво как следует! Брага ядреная!
Я невольно представил себе пиршественный стол, заваленный трепыхающейся оглушенной рыбой, живыми угрями, завязанными в узел, клубнями, покрытыми канализационной грязью, и кружки с брагой, напичканной плавающими там дибилидами… и едва удержался, чтобы не содрогнуться всем телом. Я за такой стол не сяду! Это без меня! И посему от участия в пиршестве надо срочно отмазываться всеми силами.
– Благодарю за приглашения и чествования, добрый Мохруша, – торжественно произнес я, прижимая правую руку к груди. – Благодарю от всего сердца! Но враг не дремлет! Враг не спит! Надо и дальше следить за злыми крабберами, чтобы они не вздумали чинить вред моим друзьям лохрам! И потому не смогу я отведать твоих яств… кхм… к глубокому моему сожалению. Скоро мне вновь придется трогаться в путь. Прошу не обижаться на отказ, ибо ведаю я, что предложены были яства от всей твоей широкой и щедрой души, друг Мохруша!
– Эх… – закручинился старик. – Что ж поделать! Но в другой раз будет тебе такое пиршество, что ни в каком другом месте не найти!
– Верю, – абсолютно искренне согласился я. Таких кушаний не на каждом столе найдешь, тут Мохруша не солгал ни на грамм.
– Но без награды тебя не отпустим! – категорично заявил лохр, к моей неописуемой радости. Наконец-то до самого главного дошли. – Хотел узнать ты, где сейчас лежит правая длань Серебряной Легенды, друг Росгард. И поведает тебе об этом моя старушка. Говори, старая, не заставляй гостя ждать! Да не шамкай, не кряхти, а всю правду доложи!
Шмяк!
Полностью поломав всю торжественность, в лицо Мохруши влип здоровенный кусок черной грязи, прилетевший откуда-то сзади. Стараясь не заржать в голос при виде залепленного грязью лица старого лохра, я неспешно обернулся и наконец-то узрел мифическую старушку вблизи и во всех подробностях.
– Разговорился, – сварливо изрекла старушка, уперев руки в бока. Рядом с ее погруженными в воду ногами весело плескалась на мелководье светящаяся манта.
Если на первый взгляд, можно смело сказать – передо мной старая нищенка. Лохмы седых волос беспорядочно торчат в разные стороны, среди прядей видна грязь, присутствующая и на лице, шее и плечах. Из одежды нечто вроде замызганного мешка, в котором проделали дырки для рук и ног. Имеются и украшения – ракушки и камешки, нанизанные на простую бечевку, в растянутых мочках ушей странные змееподобные костяные серьги солидных размеров. А вот если взглянуть попристальней, сразу замечаешь прямой властный взгляд, сурово поджатые губы, горделивую осанку и высоко поднятую голову. Это точно не нищенка. Это храмовая жрица. При виде этой подземной бабушки сразу становилось ясно, почему тощий старый Мохруша так легко удерживал под своим задом кресло вождя – ну или яму вождя. Потому что при такой жене против него очень мало кто может пикнуть. И посему старый Мохруша невозбранно колотит всех пяткой по рылам и называет говосюками-масюками.
– Разговорился, – повторила бабушка, после чего перевела взор на меня: – Герой… как есть герой. И богиня к тебе милостива. И благодарна. И потому поведаю я тебе без промедленья, где сейчас лежат столь нужные тебе части Серебряной Легенды. Поведаю тебе о правой перчатке и о той большой штуковине, что вы называете корслет или кираса и закрываете ею тело от шеи до пояса, дабы защитить себя от ударов врага.
– Б-буду очень благодарен тебе, великая жрица, – склонил я голову, чтобы скрыть загоревшиеся глаза. Кираса!
Отфыркивающийся позади меня Мохруша в остальном был тише воды и ниже травы, не пытаясь высказать свое возмущение. Остальные лохры суетливо разбредались в разные стороны, мудро посчитав, что не стоит отсвечивать.
– Слушай же и запоминай. Правая перчатка была унесена подводным течением в глубины холодного озера Найкал и не успела опуститься на илистое дно, как ее проглотила обитающая в озере щука. Уж не знаю, что за магия заключена в правой перчатке, но с тех пор щука стала быстро расти, обрела злой характер и немалый ум, в довершение всего став немыслимо прожорливой. Там, в холодных и прозрачных водах Найкала, ищи огромную злобную щуку. В ее желудке найдешь ты искомое – правую перчатку легендарной Серебряной Легенды. Услышал ли ты мои слова, Росгард?
– Услышал, – поспешно кивнул я, всеми силами пытаясь унять разошедшийся мозг, лихорадочно принявшийся вспоминать все известное о Найкале.
– Хорошо. Слушай же дальше. Кираса настолько тяжела, что речное течение не смогло сдвинуть ее с места, тогда как остальные предметы давно уж уплыли кто куда. Так бы и осталась она у подножья утеса Рока, со временем погрузившись в тину и грязь, если бы не случай. Горел там поблизости с одним людским городком угрюмый лес. Бушующий пожар двигался к городу, грозил бедами. Для его тушения маг земли, оказавшийся рядом, создал из русла реки земляную чашу, с помощью ее зачерпнул воды и опрокинул сию чашу над пылающими деревьями. Так пожар был затушен. И так кираса и серебряный молот покинули водную стихию после долгих лет и оказались посреди обгорелой лесной чащобы. Про серебряный молот не спрашивай! – опередила меня храмовая жрица. – Что с ним дальше сталось, сие нам неведомо. А кираса недолго лежала в пепле – наткнулись на нее лесные злобные твари, коих называете вы лесными великанами или людоедами. И унесли к себе в становище, что глубоко-глубоко в угрюмой лесной чащобе. Там она до сих пор и лежит у основания деревянного злобного идола, служащего лесным великанам покровителем в их мерзких делах – то видела крохотная змейка, избежавшая поедания и сумевшая уползти под лесные коряги, не попавшись на голодный взгляд. Там и ищи свою легенду, Росгард. Название того древнего леса: Темный Край, городок у самой его окраины зовется Кромом. Больше сказать я тебе ничего не могу, но на старый след указала. Добрая манта поможет тебе преодолеть путь до самого выхода. Прощай!
Перед глазами коротко что-то мигнуло, и храмовая жрица бесследно исчезла. Будто испарилась или под землю провалилась. А скорей всего, она просто ушла, но сделала это так быстро, что я и заметить ничего не успел. Вот она настоящая сила храмовых служителей и ярых фанатиков своих божеств.
Плещущаяся рядом манта издала длинный звенящий звук, и, поняв это как признак нетерпения, я шагнул вперед и опустился на ее спину. Подводный житель грациозно повернулся и заскользил к выходу, унося меня с собой. Скрестив ноги, я подпер рукой подбородок и глубоко задумался. Я стал обладателем новой и весьма важной информации сразу о двух частях легендарного сета.
Озеро Найкал…
Найкал – это Байкал. Создатели игры даже название особо менять не стали, дабы подчеркнуть схожесть двух великих озер – реального и виртуального.
Найкал – это самое большое озеро Вальдиры. И самое глубокое. И где-то там, в его холодных водах, обитает здоровенная щука, носящая в своем желудке серебряную перчатку на правую руку, столь мне необходимую. Учитывая, сколь много говорила могучая храмовая жрица о какой-то рыбешке, можно смело делать вывод, что щука является настоящим монстром.
Кираса…
Лесные великаны – это страшно. Кажется, это что-то вроде йети или лесного человека. Только гораздо сильнее, злобнее и кровожадней. Уровни у них очень высокие, поодиночке или даже мелкими группами не ходят. С людьми или иными расами не общаются, принимая их только в качестве свежего мяса.
Блин… и что теперь делать?
Сидя на прибрежном замшелом камне в полном одиночестве, я бросал мелкие камешки в студеную воду и пребывал в глубокой задумчивости, к которой примешивалась изрядная доля замешательства.
За последние два часа я побывал на двух разных сторонах мира Вальдиры и за этот небольшой промежуток времени успел увидеть два бескрайних моря.
Первое – растительное. Чудовищно огромный угрюмейший лес, раскинувшийся на десятки километров в стороны. Узкие проходы между толстенными стволами деревьев густо перевиты лианами, ноги по щиколотку проваливаются в палую листву, при каждом шаге слышен громкий хруст крошащихся листьев, выдающий твое присутствие всем поблизости. Я углубился всего на пару десятков шагов и там остановился, удивленный резким исчезновением солнечного света. Под находящимися на немыслимой высоте пышными кронами деревьев царил вечный сумрак, наполненный посвистыванием, щелканьем и тихим шепотом. Где-то вдалеке послышался злобный визг, на несколько мгновений перед моими глазами промелькнула кабанья семья. Главный кабан был в три раза выше меня ростом, клыки размером с хорошие мечи и столь же острые, густая черная щетина, покрывающая спину и бока, больше смахивала на броню. Сто тридцатый уровень, концентрированная ярость и злоба вкупе с дикой силой. И это на самом краю бескрайнего леса, в шаге от светлой опушки. Где-то внутри этой чащобы разбросаны небольшие лесные хутора, а где-то между ними и за ними десятки селений лесных великанов, причем нужный мне артефакт может быть в любом из них, но, скорей всего, по законам подлого жанра, кираса обнаружится в самом дальнем и самом многочисленном лагере, наполненном злобными и голодными каннибалами. Но до этого лагеря еще надо дойти, пробиваясь по пути через сонмы монстров, жаждущих твоей смерти. И это не по пустому и хорошо просматриваемому пространству, а по лесному лабиринту, наполненному всякими пакостями, где за каждым толстенным деревом может прятаться до десятка врагов, поджидающих тебя в засаде.
Пока я «любовался» и «восторгался» лесом, в тридцати шагах от меня зашелестела жухлая листва, приподнялась и перекатывающимся бугром направилась ко мне. Кто скрывался под листвой? Понятия не имею. Я не стал пытаться это выяснить, предпочтя использовать свиток переноса и «уйти» к следующему пункту назначения.
И там, едва только рассеялась вспышка телепорта и исчез крутящийся радужный водоворот, я увидел еще одно бескрайнее море. На этот раз, как положено, море водное. Официально это озеро, вода пресная, но далеко не каждое море могло бы похвастаться такой глубиной дна и широтой берегов. Свиток принес меня на прибрежную кромку, метрах в двухстах виднелась небольшая рыбацкая деревушка, на жердях сохли сети, на водной глади покачивалось несколько рыбацких лодчонок, что еще более усугубляло картину – на фоне водных просторов лодочки выглядели словно мелкие жучки-водомерки. И где-то в этой водной глади затаилась громадная щука, что наверняка каждый день путешествовала, не оставаясь подолгу на одном месте. Причем щука умная и хитрая. И как ее ловить? Забросить десяток удочек с берега и надеяться на великую удачу? Это даже не смешно. Такая на вкусную наживку не клюнет, презрительно обойдя ее стороной. Да наверняка в какой-нибудь из многочисленных рыбацких деревушек, разбросанных вокруг гигантского озера, обязательно найдется парочка рыбаков, видевших искомую щуку. Может, и местная легенда всплывет, если хорошенько расспросить. Но пока я обойду все поселения, пока наведу справки… с меня сойдет десять потов, а календарь прокрутится дней на двадцать вперед. Опять же, рыбаки просто так информацией не поделятся, снова придется выполнять их поручения, помогать с ловлей, огородами, починкой лодок и прочими хозяйственными нуждами, чтобы повысить уровень репутации. И так в каждой деревушке? А если щука им вообще на глаза не попадалась, или убила последнего свидетеля, или же ее считают местным покровителем одного из селений и ни за какие коврижки про нее просто так не расскажут, даже при хорошей репутации? Слишком много «если» и чудовищно большая территория. М-да…
В общем и целом, за изгнание крабберов я не получил практически ничего. Мне просто ткнули пальчиком в два огромнейших места на карте и сказали «где-то там, однако». Иголка в стогу сена. Только иголка обычная, а вот стог исполинских размеров. Но есть выбор, что уже демократично: либо бегать среди густорастущих деревьев и отбиваться от лесных кошмаров, либо же прыгнуть в утлую лодчонку и упорно грести, в надежде, что перед глазами мелькнет темный силуэт громадной щуки.
Нет. Шутки шутками, а без обширной подготовительной работы здесь не обойтись.
Набрав еще горсть камешков, я вновь принялся пулять ими в воду, одновременно пытаясь собрать все мысли в кучу.
Серебряная Легенда. Наследие павшего Гравитала и Грима.
Несколько частей доспехов у меня. Вновь сняты и схоронены в личной комнате.
Кираса – где-то в лесу. По-другому не сказать.
Правая перчатка – где-то в озере. Тут тоже по-другому не сказать.
Пара предметов у богатейшего землевладельца Седри. В хранилище. Уже теплее – я хотя бы знаю локальное место. Но чтобы заполучить искомые вещи, мне придется либо самостоятельно найти проклятый предмет, либо же спросить о нем у павшего бога, для чего придется нырнуть не куда-нибудь, а в самый настоящий божественный ад. И я бы, может, и сходил, чего уж там, вот только дверки, во-первых, заперты, а во-вторых, я вообще не имею ни малейшего понятия, где эти самые двери могут находиться. О! Есть еще один интересный вариант, чуть легче, чем предыдущие два, но столь же невыполнимый: забраться в надежно охраняемое хранилище Седри и просто украсть части легендарного сета. Угу. Вскрыть хранилище, что еще ни единого раза не поддалось профессиональным ворам. Тут потребуется либо вор-гений, либо же немыслимое везение. На мое везение в последнее время грех жаловаться, а вот где бы сыскать такого супервора, про которого можно смело сказать и не соврать: «Вот он, ужас сейфов, летящий на крыльях ночи…» А если и найду – воров в Вальдире хватает, – кто знает, что это за человек и можно ли ему доверять? К тому же, если верить чужим словам, лучшие из лучших уже пытались и обломали зубы об этот чертов кусок пирога.
Остальные предметы Серебряной Легенды – где-то. Просто супер…
Единственная крохотная зацепка – серебряный молот Грима уже покинул речное дно одновременно с кирасой. Но по пути от реки до горящего леса куда-то бесследно исчез. А может, и не исчез – просто рухнул под какую-нибудь елку или угодил в овраг, где сейчас и лежит, припорошенный трухой, дожидаясь, пока кто-нибудь об него споткнется и сломает себе ногу.
Сейчас, сидя на пустынном бережку, глядя на поблескивающую гладь озера, я впервые за долгое время ощутил, как мой разум успокаивается и отходит от вечных потрясений, сотрясавших его на протяжении последних дней почти непрерывно. То оборотень за мной гоняется, то богиня на меня гневается, то павший бог-краб вот-вот перекусит клешней, а его фанатики крабберы добьют, если каким-либо чудом останусь в живых. И это я упомянул только опасности, исходящие от самого мира Вальдиры. Если же вспомнить игроков и кланы, все сразу становится куда печальней.
Поэтому пусть уж мои фанаты немного огорчатся, но в ближайшее время я собираюсь сделать передышку. Не от Вальдиры, нет. От бешеных приключений, вставших мне поперек горла. Несколько следующих дней я собираюсь потратить на банальную прокачку персонажа, повышение уровня боевых и мирных заклинаний и взращивание черно-белого волчонка Тирана. Простое и монотонное избиение монстров, возвращение с трофеями в деревню. Причем займусь этим в одиночку – если не считать за компанию волчонка. С Кирой я увижусь дома, от боевых товарищей немного отдохну, а они отдохнут от меня.
Берега Найкала вполне сгодятся для персонажа моего уровня и хорошо подходят для охоты. Особенно после того, как я немного закуплюсь в местном городе, являющемся столицей Озерного края, как именовалась территория вокруг гигантского озера. Город оживленный, много всяческих лавок, и даже имеются отделения нескольких гильдий, включая и филиал Гильдии Магов. Что разумно – для каждого поднятия уровня умения или заклинания свитков переноса не напасешься. А иногда за день до трех раз повышение различных умений происходит.
Но самое главное – там есть лавки! Много хороших торговых лавок, в том числе и те, что принадлежат игрокам мастерам-ремесленникам. Найдется и ювелирный магазин, если мне не изменяет память. И магазин для питомцев сыщется. Благо мои нынешние денежные накопления вполне позволят прикупить для Тирана пару бутылочек, ускоряющих рост опыта.
Решено!
В данный момент я отказываюсь от дальнейших поисков Серебряной Легенды!
Правда, не навсегда!
С этого дня известный герой Росгард, достигший скандальной славы и богатства, исчезает с горизонтов и становится самым настоящим отшельником. Хотя бы на время. И персонажа подкачаю, и мозги прочищу. С утра до вечера в игре, остальное время в нашей с Кирой квартире, на уютном диване и рядом с ящиком консервированной фасоли в томатном соусе. И подальше от гневающихся богов и пылающих городов. И подальше от режиссера фильмов типа «эротическая драма» и пышной виртуальной актрисы. Они пока молчат, съемки наверняка начались, но меня в будущем потревожат обязательно, и я уже знал свой ответ: твердое «нет». Не стану я злодеем, приникающим к чему-то эротичному. Перебьюсь как-нибудь.
Я всегда гордился тем, как быстро умею принимать решения.
Вот и сейчас встал, достал свиток и тихо произнес:
– Люцерновый Холм.
Вспышка. Темнота. Радужные переливы перед глазами. Переход.
Город Люцерновый Холм, как и следовало из названия, представлял собой именно холм, а если точнее – целых два почти одинаковых холма, на склонах которых и располагались дома. Вокруг холмов тянулись светлые рощи и большие луга, сплошь заросшие люцерной. Повсюду звонкие мелкие ручьи с кристально чистой водой, но почва твердая, не болотистая. Зелень и зелень вокруг. И коровы… Столько домашнего рогатого скота трудно найти в любом другом месте. Прямо-таки коровий рай. По игровой легенде, Люцерновый Холм являлся главным поставщиком мяса и молока к королевскому двору. В общем, место довольно приятное, атмосфера сельская, но при этом город оживлен и полон игроков. Чуть дальше, за чередой зеленых пастбищ, виднеется голубое зеркало Найкала.
Единственный, как по мне, недостаток – местные улицы. Тут не было ни одной горизонтально идущей улицы или хотя бы переулка. Либо круто вниз, либо круто вверх, и никак иначе. Понятно, что и гостям Люцернового Холма приходилось передвигаться соответственно, то ныряя, то выныривая. Главная улица, очень широкая, с ровной каменной мостовой, начиналась на самой вершине одного из холмов и заканчивалась у вершины другого холма, тем самым образуя почти правильную крутую дугу. Раз в месяц на этой улице проводились соревнования между четырехколесными тележками без какого-либо двигателя. Телега и есть телега. Сел, толкнулся и покатился под уклон. И перевернулся… что также бывало довольно часто и вызывало бурю восторга у тысяч зрителей, обожающих смотреть, как несчастный гонщик вместе со своей тележкой кувыркается по крутому спуску. Главной целью соревнования было поднятие на вершину противоположного холма за счет набранной во время спуска скорости. Но пока еще это не удалось никому. Большинство гонщиков, что сумели не перевернуться и не переломать себе кости, добирались лишь до половины подъема, после чего, бессильно скрежеща зубами, скатывались назад. Вершина оставалась непокоренной, равно как и главный приз – двухметровый золотой кубок, инкрустированный драгоценными камнями. Я не оговорился. Не двухсантиметровый, а именно двухметровый – здоровенная золотая штука, выставляющаяся в день соревнований напоказ и под серьезнейшей охраной. К кубку прилагались почести, привилегии, милость местного правления, повышение репутации и прочее, и прочее. Но пока никому такое счастье не обломилось. Отмеченную золотой краской широкую черту на каменной мостовой у вершины холма еще не пересекла ни единая гоночная телега. Звучит-то как: гоночная телега. Тележка… рыдван судьбы…
Но по прибытии я не спешил лицезреть местную достопримечательность.
Ненадолго зашел в личную комнату, забрав некоторую сумму наличности и Тирана в придачу. Заодно скинул все, что только можно, оставшись налегке. После чего, сопровождаемый весело прыгающим волчонком четырнадцатого уровня, направился к первому пункту своей «покупательной» программы. Этим местом являлась специализировавшаяся на обслуживании питомцев торговая лавка и зоомагазин к тому же.
Пройдя через широко распахнутые двери, я приостановился, пытаясь разобраться в царящем внутри хаосе. Сначала в глаза бросались многочисленные клетки с самыми различными представителями животного мира Вальдиры. И все они ворчали, пищали, трещали, ревели и курлыкали. Но на удивление тихо – не иначе, в лавке работал шумопонижающий артефакт.
Отдельная стена занята частыми полками, заставленными разноцветными зельями, мешочками и коробочками. На противоположной стене прибиты красивые деревянные панели, увешанные всевозможной сбруей, седлами, ошейниками, сумками и прочим скарбом, зачастую весьма экзотическим. Впрочем, рядовые предметы также поражали воображение – например, обычная кожаная грузовая сумка размером с легковую автомашину. Похоже на «рюкзачок» для слона. С модными медными застежками и клепками.
Дольше оглядываться я не стал, потому как ко мне подскочил молодой паренек местный и с широкой улыбкой на веснушчатом лице поздоровался:
– Добрый день, уважаемый господин.
– Добрый, – улыбнулся я в ответ, отрывая взгляд от гигантского стального шлема с острым метровым рогом на лбу.
– О! Вижу, у вас уже есть питомец, – просиял парень, приглядываясь к любознательно принюхивающемуся Тирану. – Волчонок. Необычный окрас. Выглядит абсолютно здоровым и веселым. Мокрый холодный нос и горячий нрав – это по-нашему! Хм… и правда, очень необычный окрас… черно-белый волчонок. О светлые боги!
Подпрыгнув, работник лавки что-то пробормотал себе под нос и с невероятной скоростью испарился в глубине лавки, исчезнув за нагромождением товаров.
– Начало многообещающее, – заметил я Тирану.
– Р-раф! – согласился со мной питомец, подкрадываясь к аквариуму с разноцветными черепашками.
– Троша! Ты, как всегда, что-то напутал. То желтого бириописа увидел, а это оказалась полосатая свинья с цветочной болезнью, то про фиолетового крокоса с уникальным окрасом кричал, а это оказался совершенно обычный крокос, измазанный в черничном варенье! Нет, варенье оказалось непростое, тут я не спорю, но в остальном ты совершенно ошибся! – ворчливый голос приближался с той стороны, где исчез молодой парень. – Вот и сейчас, спорю на прибавку к твоему жалованью, это будет обычный снежный волк, вляпавшийся в черную грязь по дороге сюда. Добрый день, сударь!
Вынырнувший из-за товара сухонький старичок с золотым пенсне и шикарной золотой серьгой в правом ухе приветствовал именно меня.
– Добрый, – кивнул я, умолкнув на этом, потому что старичок больше не обращал на меня внимания, созерцая моего Тирана сквозь замерцавшее стеклышко золотого пенсне.
– Светлые боги! – воскликнул старичок.
– Кажется, мне сделали прибавку к жалованью! – засиял его молодой помощник. – Я не ошибся!
– Один из легендарных… – прошептал хозяин лавки, неотрывно глядя на удивленного волчонка. – Благодарю вас! Благодарю от всей души, что пришли именно в мою лавку, сударь!
– Э-э-э… не за что, – среагировал я с запозданием.
– Но что за непотребство нацеплено на гордую шею этого достойнейшего зверя? Что за хлам смеет касаться его шерсти?
– Ошейник, – пожал я плечами. Ответил коротко, потому что не мог же я признаться, что нацепил на Тирана полученный от лысого эльфа старенький ошейник, найденный им неизвестно где.
– Это мусор, а не ошейник! – с презрением ответил старичок, сверкнув пенсне. – Верно ли я понял, что достопочтимый сударь привел сюда зверя для покупки ему необходимой экипировки?
– Верно.
– Вы сделали абсолютно правильный выбор! Как зовут этот образчик волчьего племени?
– Тиран, – остался я немногословным. Напор сухонького старичка меня несколько испугал, но не напряг – этот «местный» явно обожал зверей и знал о них чрезвычайно много.
– Тиран! Достойное имя. Более чем достойное! Так… дайте-ка мне минуточку… Волчонок еще молод, ничего серьезного для этого возраста не найти. Но вот когда он вырастет и войдет в силу… Тогда у меня будет что вам предложить, сударь. Но и сейчас найдется кое-что подходящее! Звериная лавка Еона Друда – лучшая в этом городе! И не только в этом, даже и не сомневайтесь! Сударь, вопрос, несколько приземленный и недостойный, но какую сумму вы готовы потратить на своего питомца?
– Большую, – не стал я медлить с ответом. – Сейчас хочу взять только необходимое, но в дальнейшем возьму самое лучшее!
– Хороший ответ, показывающий доброту и любовь хозяина! Великолепно! Прошу простить, я буквально на секундочку! Должен проверить свои особые запасы! – Еон Друд, а это наверняка именно его имя, коротко кивнул и быстрым шагом удалился. Из глубины лавки послышался скрежет ключей и звяканье металла.
– Он скоро вернется, – успокоил меня молодой работник. – Прошу, садитесь вот сюда!
Среди клеток обнаружилось четыре кресла, стоящих полукругом, и я с удовольствием присел. Все лучше, чем стоять посреди лавки как истукан. Скользнув взглядом по птичьим клеткам, увидел нечто знакомое и, ткнув пальцем, сказал, чтобы поддержать разговор:
– Недавно видел точно такую же птичку. Двухголовую и крикливую. И цвет такой же – красный с оранжевым.
– Птенец Блесса-Курса, – кивнул веснушчатый паренек. – Редко кто выбирает себе такого питомца.
– А что так?
– Причин много, господин. Практически не растет, даже взрослым оставаясь небольшим в размерах. Придирчив к еде. Летает медленно, предпочитает не покидать плечо хозяина. Но это мелочи, птица зело красивая и полезная.
– Мелочи, – хмыкнул я.
Это не мелочи. Такой набор негатива любого заставит отказаться от подобного питомца. Груза ему не перенести, медлителен, в бой его не послать, придирчив к еде, криклив. Вон мой Тиран – зверь легендарный, а жрет все подряд и не перебирает.
– У него две головы, – добавил Троша и без того известный всем факт. – Одна голова ест только пищу растительную, другая – исключительно мясную. Первая голова накладывает благословения, а вторая – проклятья. Птица хорошая. Но обращаться с ней уметь надо. Не каждому подойдет.
– Согласен, – кивнул я, совсем другим взглядом смотря на птичку.
Проклинающая птичка. И благословляющая птичка. Два в одном.
Прямо-таки пиратский попугай, сидящий на плече и хриплым голосом насылающий проклятья либо же благословения. Я хотел было рассмеяться, но смех застрял у меня в горле, сменившись задумчивым хмыканьем.
Потому как отсюда сразу возникает вопрос: насколько случайным был выбор Орбита. Если сначала я решил, что наш не совсем обычный товарищ сделал выбор по принципу «просто так» или «по приколу», то сейчас призадумался.
Лысый эльф работал с монстрами «в белых перчатках», исполняя роль командира небольшой тактической группы. Во время схватки он зачастую может стоять в стороне, наблюдая за ходом боя, изредка отдавая команды и выводя из драки потрепанных бойцов, посылая им на замену новых. То есть он чистой воды тактик. Ему не нужен сильный и быстрый питомец, бросающийся в ближний бой и кромсающий врагов. Для этого у лысого эльфа полно призрачных духов. А вот небольшая магическая поддержка ему однозначно не помешает. Причем вспомогательная магия должна быть особой, действующей без прямого «боевого воздействия», без удара. Потому как врезавшийся в толпу врагов огненный шар повредит не только врагам, но и духов зацепит. А вот сидящий на теплом плече хозяина питомец, бросающийся презрительными проклятьями или благодарными благословениями – это интересно. Достаточно ослабить врагов тем или иным проклятьем, немного «взбодрить» союзников, после чего исход схватки предрешен. Так что, несмотря на потешный вид двухголового птенца, для игроков с определенным стилем игры такой питомец подходит практически идеально. Единственный остающийся минус – нулевая грузоподъемность Говоруна, но, насколько я знаю, лысый эльф мало интересуется наживой.
– Так! – Незаметно вернувшийся хозяин лавки сразу же перешел к делу, брякнув на стол широкий ошейник из черной блестящей кожи, по внешней поверхности усеянный полированными металлическими шипами. – Я всю жизнь посвятил зверям, поэтому смею надеяться, что разбираюсь в своем деле достаточно хорошо.
– Я и не сомневался, – уверил я старичка с фанатичным блеском золотого пенсне.
– Хочу дать совет!
– Выслушаю с благодарностью, уважаемый.
– Волчонок еще слишком мал. И посему подбирать к нему защитную экипировку дело глупое, ибо он быстро перерастет ее. Бессмысленная трата денег, да и только. Верно?
– Верно!
– Поэтому я предлагаю помочь ему с ростом, а из экипировки взять только самое необходимое – шипованный ошейник с парочкой жетонов. Ошейник защитит его горло. Один жетон на сопротивление ядам, другой – на сопротивление стихийной магии. Когда же Тиран подрастет, превратится в молодого волка, вот тогда мы облачим его в самую лучшую из имеющихся у меня экипировок. Как вам мое предложение, молодой человек?
– Предложение нравится, – не раздумывая, согласился я.
Спорить с хозяином лавки не хотелось. Обсуждать и выбирать – тоже. Сразу по нескольким причинам.
Во-первых, он явно знал свое дело и радел за него. Во-вторых, ударься я в спор, могу обидеть специалиста. А в-третьих, я не забыл случайно услышанный обрывок разговора о принесенном в звериную лавку крокосе, заляпанном странным черничным вареньем. Если меня не подводит память, черничным вареньем совсем недавно обляпались члены клана Неспящих – одного из самых мощных и крутых кланов в мире Вальдиры. И раз уже опытный игрок принес своего крокоса именно сюда, так далеко от столиц, значит, на то была веская причина. То есть владелец звериной лавки еще сильнее вырос у меня в глазах. Он не зря бросается уверенными словами.
Так что варежку свою говорливую я старался открывать поменьше, предпочитая почаще кивать и улыбаться. В мире Вальдиры чем опытнее и мудрее «местный», тем он обидчивее и злопамятней. Это не аксиома, но чаще всего именно так. Поэтому оскорблять дедулю я не собирался. Мне и так повезло, что со мной находится легендарный пет. Окажись рядом со мной обычная рядовая зверушка, я бы владельца лавки и не увидел – имел бы дело с его веснушчатым помощником.
– Иди сюда, маленький, – улыбнулся старик, опускаясь на одно колено и протягивая руку к шее Тирана. Волчонок поставил уши торчком и покосился на меня. После чего вежливо отступил назад, не позволил снять с себя старый ошейник.
– Эх, все забываю, что прирученные звери не подпускают к себе никого, кроме хозяина, – посетовал старик, придвигаясь поближе и трепля блаженно зажмурившегося волчонка по загривку.
Вроде его слова и действия расходились, но нет – в мирных зонах чужих петов можно гладить, трепать, щекотать и прочее. Но не снимать или надевать экипировку. Питомец не позволит никому чужому снять с себя что-либо или залезть в грузовую сумку, равно как и не даст нацепить на себя какой-нибудь предмет. Хозяева этим усиленно пользуются, предпочитая доверять дорогие предметы или деньги своим питомцам, когда занимаются делами в местах, где бывают воры. Особенно если питомец из класса сверхчувствительных и зорких. Попробуй что-нибудь спереть у гигантского паука…
Поэтому мне пришлось поднять зад с уютного кресла и заняться примеркой самолично. Обрадовавшийся обновке Тиран не протестовал. Звякнув пряжкой, старый ошейник расстегнулся и тут же попал в руки старичка, презрительно блеснувшего золотым пенсне и молвившего:
– С вашего позволения – прямиком в мусорную урну. Только слиму в радость!
А вот и почти забытая мною поговорка Вальдиры – «только слиму в радость», – появившаяся именно здесь и отличающаяся крайней негативностью. Услышать такое присловье в адрес созданной собственноручно вещи… для любого мастера это как ножом по горлу. Или острым серпом по…
Я молча кивнул и навсегда распрощался со старым ошейником. Прости меня, Орбит…
Новый предмет волчьего туалета оказался Тирану очень к морде. И толком не выросший зверь сразу стал выглядеть куда внушительнее, красуясь широким ошейником из толстой кожи с идущим двойным рядом наружных шипов. Мне в руки вложили два небольших продолговатых хрустальных кристалла с железными крючочками в одном из краев. Внутри одного подобного «жетона» мерцала тусклая зеленая искорка, внутри другого кружился многоцветный радужный вихрь. А вот и защита от яда и магии. Далеко не стопроцентное, но все же сопротивление их воздействию. Жаль только, жетоны обладают определенным количеством автоматических использований, и, когда квота исчерпывается, хрустальные «подвески» со звоном разлетаются в пыль и исчезают навсегда.
Сам ошейник давал совсем пустяковую защиту, но отличался дикой прочностью и сорокапроцентной защитой от критического удара в шею, к тому же был зачарован на снижение шанса заражения питомца какой-либо болезнью. Кроме того, он обладал слотами под жетоны, чем далеко не каждый ошейник мог похвастаться.
Убедившись, что обновка пришлась впору, старик удовлетворенно кивнул и вытащил из поясной сумки еще три предмета. Две одинаковые толстые кости и маленький флакон, наполненный яркой зеленой жидкостью. Тэк-с, а вот и допинг. Причем, судя по внешним признакам и удовольствию на лице дедули, допинг был качественным и наверняка запредельно дорогим.
– Две особым образом обработанные и пропитанные тайной смесью моего собственного изготовления кости люцернового трехлетнего быка, забитого в полнолуние, за два часа до зыбкого и туманного осеннего рассвета.
– О-о, – протянул я, абсолютно ничего не поняв. Но, наверное, штука забористая.
– Давать только одну кость в день! – выдавал старик строгие нравоучения. И его золотое пенсне в этот раз тоже поблескивало со всей строгостью. – Только одну!
– Понимаю.
– Съевший кость волчонок шесть часов будет обучаться куда лучше, чем прежде. В это время еды и питья надо давать ему втрое больше, чем обычно. Потом дать ему хорошо выспаться!
– Ясно!
– В бутылочке концентрированная настойка особых трав. Весь состав назвать не могу, ибо секрет столь строгий, что держу его только у себя в голове, не доверяя даже бумаге. Но упомяну, что в нем выпарка из драконьего корня, настойка из рога черного шерстистого носорога и выварка из копыта золоторогого оленя!
– О-о-о… – повторил я изумленный возглас. И опять ничего не понял. Но, наверное, это тоже штука очень забористая. Не скопытился бы мой Тиран от этой копытной настойки…
– Выпив содержимое бутылочки, волчонок станет куда сильнее, сроком на те же шесть часов. Эликсир давать только после того, как он съест кость. И никак не наоборот, иначе последствия будут крайне плачевные. Крайне!
– Запомнил. Сначала сгрызет кость, затем запьет ее эликсиром.
– На следующий день можно дать еще одну косточку, но уже никакого эликсира, ибо зверь не выдержит. Еще через день прошу снова пожаловать сюда, и мы с вами обсудим наши дальнейшие перспективы. Молодой человек, позвольте задать один вопрос…
– Конечно, спрашивайте, – улыбнулся я, принимая из рук хозяина столь обычные на вид предметы. Две кости и бутылочка. Ничего особого. А вот внутри просто термоядерная начинка, если верить словам дедули. Ох, а если и правда «порвет» волчонка? Тьфу-тьфу-тьфу…
– У хозяина столь легендарного зверя должна бы иметься небольшая такая статуэтка, – издали начал хозяин звериной лавки. – Статуэтка из особого набора.
– Верно, – кивнул я. – Есть такая. Одна из легендарного коллекционного набора «шестнадцати».
– И она до сих пор у вас, позвольте осведомиться?
– Да. До сих пор у меня. А что?
– Ничего, ничего, простое любопытство, не более того. Что ж, молодой человек, позвольте к кассе, и, надеюсь, через два дня мы вновь продолжим нашу весьма познавательную беседу. Хотя… не скрою, при нашем следующем разговоре не отказался бы поговорить об имеющейся у вас статуэтке Тирана.
– Хорошо, – после крохотной паузы произнес я. – Через два дня. Я приду, и мы снова побеседуем.
Дедуля в золотом пенсне не просто зверолов-профессионал. Он, кажется, еще и звериный алхимик. Специализируется на особых смесях для питомцев. Теперь понятно, почему именно к нему приходил кто-то из клана Неспящих. И ссориться с таким дедулей мне никак не с руки.
А вот интересно, он обо всех тварях так много знает? И о рыбах тоже? Хм… ладушки, через два дня у меня будет время сделать передышку после намечающейся тренировки и поболтать о том о сем с этим много знающим дедулей. Сейчас главное – выкинуть все лишние мысли из головы и сосредоточиться на старом добром «фарме».
Вот только сначала загляну в ювелирный магазинчик и в лавку, торгующую свитками с заклинаниями. Хочу немного увеличить свой арсенал.
У кассы стоял помощник с неизменной улыбкой и небольшим листком в руке, с которого он и зачитал мне такую цену, что, не будь я богат, предпочел бы сжевать кость самостоятельно, запить эликсиром и скопытиться.
– Всего с вас четыреста семьдесят две золотые монеты ровно, – мило проворковал веснушчатый парень, с любопытством наблюдая за внезапно появившимся у меня нервным тиком. Купил питомцу пару мозговых косточек, ага… – Это вместе со скидкой, предоставленной вам по приказу хозяина, – чуть понизив голос, поведал мне помощник.
Это вместе со скидкой? Хм…
– Не проблема, – произнес я вслух, запуская руку в заплечный мешок.
Если столь дорогие покупки позволят «поднять» Тирана, я совсем не против подобных трат.
Расплатившись сполна, я попрощался, бросил последний взгляд на клетку с двухголовым птенцом и покинул звериную лавку. Путь мой лежал к ближайшей магической лавке, находящейся метрах в трехстах дальше, у самого перекрестка. Там я и увидел одну из гоночных тележек, перевозимую на большой повозке, запряженной здоровенным и круторогим быком – наверное, люцерновый, из таких и делают косточки для питомцев. Сама тележка напоминала скелет давно умершего странного животного. Один лишь дырявый каркас, напоминающий фюзеляж современного самолета, для чего-то ободранный от обшивки, со снятыми крыльями и поставленный на четыре довольно больших тонких колеса. Идущие рядом с повозкой игроки возбужденно переговаривались, перебрасываясь лишь им понятными терминами.
– Говорю тебе – не выдержат оси нагрузки. Нельзя их еще тоньше делать!
– А я думаю, выдержат! Сам же понимаешь, что масса решает все. Тем более что сопротивление учтено, аэродинамика практически совершенна, испытания пройдены успешно. Так что можно резать!
– Не успеем! А если ось треснет? Где ты найдешь такой материал? Мы два миокридных деревца едва-едва нашли, месяц на них деньги собирали! Прикажешь на бальсу менять?
– Не треснет, отвечаю!
– Ты не отвечай, ты доказательства приводи, математические обоснования! Магию-то использовать нельзя!
Проводив удаляющуюся парочку «ботаников» долгим взглядом, я вздохнул и пошел дальше. Через четыре дня начинаются Большие Гонки Дуги. Огромное количество игроков участвует или хотя бы сделало денежные ставки. Наверху, около стартовой линии, заняты все ангары, где вокруг самых разнообразных тележек суетятся конструкторы и пилоты. Горячка в самом разгаре. Может, поставить пару золотых монет? Фаворита определю по каталогу, что можно купить в любом киоске, да и красочных афиш хватает на стенах. Огромных, цветистых, с короткими броскими фразами и рисунками предыдущих лидеров, сумевших подняться выше всех по крутому склону. В прошлом месяце, кажется, победил Тощий Локи, если верить информации, не дотянувший до вершины всего чуть-чуть.
Остановившись у целого ряда афиш, я с видом праздного бездельника принялся читать одну из них. Огромное количество участников, незабываемое зрелище, катастрофы каждый час, бла-бла-бла… Награды за призовые места гонщикам, показавшим лучший результат по вышине подъема. Призов хватало. Понятно, что вершину еще не покорил никто, но лучшие гонщики без поощрения не оставались. Что тут у нас? Золото, медали, экипировка, репутация, секретные призы… Скука. Что еще? Больше ничего.
– Нам такое неинтересно, да, Тиран?
– Р-раф!
– Тогда пошли в магическую лавку. А потом дам тебе сжевать ядерную косточку и запить ее токсичными отходами. И тебя ка-а-ак попрет! И пойдем мочить быков!
– Уф!
– Вот и я переживаю… а то до быков доедут только легендарные уши…
Небольшой магазинчик, находящийся на первом этаже трехэтажного каменного здания, располагал достаточным количеством заклинаний на любой вкус. Свитки, свитки и свитки, всех цветов и расценок, были повсюду. Те, что поплоше, плотной массой втиснуты в стоящие вдоль стен шкафы либо кипами громоздились на столах за спиной продавца – хозяйки сего заведения, стройной эльфийки с фиолетовыми глазами и светлыми волосами, доходящими до самой поясницы. Простое платье без рукавов, легкие сандалии и тонкий золотой браслет на правом запястье – скромно, со вкусом и очень дорого. Перед хозяйкой, аккуратно разложенные, лежали свитки поэкзотичней и подороже. Там же галдели несколько игроков, пытающихся сделать выбор между заклинаниями. Вежливо кивнув эльфийке, я заложил руки за спину и принялся неспешно рассматривать товар, одновременно приглядывая за Тираном и пребывая в глубокой задумчивости.
Скоро начнется поход к затерянному материку. Уверен, что впереди нас ожидает множество приключений и лихих боев, в каждом из которых будет решаться судьба корабля. И неважно, с кем именно я отправлюсь в поход. Неспящие или иной другой клан – боев не избежать. Моя проблема заключалась в однобокости арсенала. На суше я мог вольготно раскидываться огненными, ледяными и «растительными» заклинаниями. А вот на воде… Прикажете стрелять по плывущим под водой ахилотам и динозаврам огненными шарами (которые я еще не прокачал) или же рассаживать на волнах терновые кусты с веселыми беленькими цветочками? Ледяными иглами по воде палить? Смех, да и только.
Несмотря на выбранный класс персонажа, по магии я не спец. Так, нахватался верхов, и не более.
Помнится, в одной давным-давно случившейся заварушке я сражался на пару с девушкой-друидом, и дрались мы, стоя по колено в жидкой черной грязи, стараясь отразить атаку целого сонма юрких змееподобных тварей, плавающих в грязевой жиже словно в речной воде, с легкостью ныряя и выныривая. Тогда я был стрелком, рейнджером Крашшотом, но толку от меня оказалось немного – врагов куча, они мелкие, быстрые. Пока я выцеливал и уничтожал одну гадину, ей на смену приползало еще десять. Ударные заклинания напарницы также оказались не эффективны – она стреляла семенами ядовитого плюща, крохотными и продолговатыми, что попадали во врага, втыкались в тело, за пару секунд прорастали, нанося при этом урон и травя его, заодно впивались выросшими корнями в землю, надежно обездвиживая. Третий ранг, не самый высший и, как оказалось, бесполезный против множества мелких врагов. И тогда она применила заклинание, которое я определил как нечто вроде растительной бомбы – на земле мгновенно вырастала большая желтая тыква, быстро темнела, надувалась еще сильнее и взрывалась. Во все стороны разлетались липкая начинка, залепляющая глаза, и острые тыквенные семечки, играющие роль шрапнели. По ассоциации с бомбой я и вспомнил про это заклинание. Мне бы нечто подобное, но действующее и в воде. Что-то вроде противокорабельной бомбы… Взрывающийся морской орех? Черт его знает…
Игроки наконец-то определись с выбором и, радостно переговариваясь, вывалились из лавки. Пошли пробовать пополнение арсенала. Наступил мой черед, и я подступил к хозяйке лавки с самой широкой улыбкой из своего запаса.
– Добрый день. Чем могу помочь, добрый господин? – мелодичным голосом пропела эльфийка.
– Добрый день. Хотелось бы приобрести парочку боевых заклинаний, – поведал я о своей мечте. – Стихийная магия, и чтобы действовала против водных обитателей.
– О-о… – задумчиво протянула эльфийка, сложив губы бантиком. – Стихийная. Против водных обитателей. Первое, что приходит на ум, так это заморозка. Королевские маги частенько используют его при обороне городов от пиратов или крабберов. Совсем недавно оно было использовано в Акальроуме. Возможно, слышали об этой трагедии?
– Самым краем уха, – натужно улыбнулся я. – Говорят, большая там была заварушка. Заморозка?
– Да. Заклинание стихийное, но обычно используется в мирных целях. Крайне популярно в питейных заведениях, где часто просят напитки со льдом. Но изначально оно было создано для военных целей, когда в открытом море сходились в бою огромные армады кораблей. При помощи заморозки корабли обездвиживали, а иногда и раздавливали их корпуса ледяными массивами. Создавали айсберги на встречном курсе вражеского корабля или прямо под ним, пробивая днище. Но мана…
– Мана?
– Это крайне прожорливое заклинание, – с сожалением вздохнула девушка. – Одно дело, создать пару кубиков льда для охлаждения напитка, и совсем другое, когда требуется заморозить очень много воды. Редким магам удается подобное. Тут нужны особые артфекты с большим запасом маны.
Я сразу вспомнил установленные на припортовых башнях Акальроума здоровенные штуковины, напоминающие прожекторы, источающие широкий морозный луч. Да-а, я такой фокус не потяну.
– А что-нибудь менее прожорливое?
– Магам суши тяжело противостоять обитателям глубин. Вода их щит, их надежная броня. И чем они глубже в своей стихии, тем в большей они безопасности. Сквозь толщу воды не пробиться ничему. Даже смертоносный каменный град быстро теряет убойность, едва пройдя поверхность воды. Бессмысленно пытаться пробить непробиваемое. Поэтому я советую обратиться к яду. Заклинание работает как на суше, так и в воде. На высшем ранге появляется большое облако смертоносного яда там, где укажет заклинатель. Но охотиться или рыбачить с такой магией нельзя – мясо оказывается отравленным, непригодным для пищи. Да и остальное пропитывается отравой. К тому же всегда следует оставаться настороже, чтобы самому не вдохнуть яд. Схожим действием обладает кислота, но в воде она быстро теряет свою концентрацию и лишь немного обжигает.
Слушая мудрую эльфийку, я снова ударился в воспоминания – на память пришла Госпожа Гниль, с ее чудовищным ядовитым дыханием, отравляющим все вокруг. Да, я бы не отказался обладать такой магией.
– Понятно, что существуют куда более страшные заклинания… водовороты, метеоры… но потребуется очень много времени, чтобы суметь овладеть такой магией в совершенстве. Иногда на это уходят годы.
Ну, насчет «уходят годы» она загнула, конечно, но овладеть тем же «метеором» за недельку не удастся. И за месяц не удастся. И за два… Это высшее боевое заклинание массового поражения. У меня столько времени нет. Да и вообще, «метеором» в Вальдире обладают немногие. Из-за его бесполезности. Нет. Не так. Из-за его крайне узкой специализации. В бою против другого игрока маг никогда не использует «метеор». Потому что кастуется он далеко не мгновенно, и за то время, пока здоровенный горящий булыжник летит к земле, противник быстренько прирежет мага и даст деру. Или сам маг не успеет уйти из радиуса действия. Охотиться с помощью «метеора» бессмысленно – не остается ничего, кроме пепелища и кратера в земле. Подобные заклинания используют против целой армии, против осадной техники противника, что осадил родную клановую цитадель. Или против армии местных злодеев, типа вышедших в рейд крабберов или орков.
– Значит, яд? – вздохнул я. Не хочется мне пускать над землей зыбкие ядовитые облачка. Как-то не по мне это. – А из ударного ничего нет?
– Струна рока, – мгновенно ответила хозяйка. – На высшем ранге подобная струна разрежет все на своем пути. Включая и воду. Это куда лучше, чем пытаться придавить рыбу волшебным камнем. Но от струны можно уклониться, обитатели глубин весьма изворотливы и быстры.
– Беру! – выпалил я, вспомнив недавнее приобретение волшебницы Кэлен. – Беру струну! А еще что-нибудь такое есть? Взрывное.
– Взрыв? В воде он не настолько эффективен. Но да, есть. Какие предпочтения у господина? Любите вспышки? Громкий звук? Разлетающийся яд? Каменную шрапнель? Выбор огромен!
– Названия не знаю, но чем-то смахивает на лопающуюся тыкву.
– Килала ас могра, – кивнула эльфийка и с сожалением качнула головой: – Таких заклинаний у меня нет. Их можно получить только в одном месте: у друидов, оберегающих Золотодубье. Свитков не существует. Оно начертано на табличке из почти черного мореного дуба, что спрятана в дупле одного из многовековых дубов, которых там тысячи. А дупло закрыто живой дубовой корой. Идеальный тайник. В скрытом корой дупле, что в каком-то дубе, который где-то в дубовом лесу. Если табличку прочесть, заклинание будет изучено. Та самая лопающаяся тыква – это первый ранг. Но далеко не каждый сумеет раздобрить древних беззубых стариков, не желающих делиться знаниями и давно забывших свой возраст. В свое время я пыталась… но потерпела неудачу. Замшелое старичье отказалось со мной разговаривать! И если когда-нибудь «Килала ас могра» появится, я готова хорошо заплатить за него или выменять на заклинание из своей особой коллекции.
От оно как… а я-то думал, что заклинание совершенно обычное. Интересно, как моя старая знакомая сумела его получить?
– Кхм… а заклинания из вашей особой коллекции… их можно купить?
– Нет!
– Ясно. Значит, из обычных заклинаний мне подойдет только облако яда и струна? А других нет?
– У меня нет, – вздохнула девушка. – Я слышала, что в хранилищах Гильдии Магов Альгоры имеются особые заклинания, начертанные в незапамятные времена, но… но там тоже замшелое старичье, не желающее делиться знаниями!
Хм… Похоже, эльфийку не только друиды из Златодубья послали, но и в Гильдии Магов на дверь указали.
– Веками хранят заклинания в подземных хранилищах! – продолжала негодовать девушка, доставая из шкафа несколько свитков. – И что толку? Магия должна использоваться, а не гнить вместе с хранящей ее бумагой! Облако яда брать будете?
– Возьму, пожалуй, – кивнул я. – Струну и облако.
– Пожалуйста. Два свитка. Облако из рядовой магии, струна гораздо дороже, потому как ее тоже очень тяжело достать. Сейчас они хотя бы в свободной продаже появились, хоть и дороги. А раньше были только у одного отставного старичка-волшебника, живущего в центре Альгоры. Продавать заклинание струны он отказывался, зато часто просил у красивой девушки часовой массаж плеч, после чего одаривал ее двумя свитками «струны рока». Замшелый старик! Похотливое трухлявое бревно! Поговаривают, что даже сейчас, несмотря на появление струны в магических лавках, старичок так и продолжает менять свитки на массаж. Тьфу!
– Тьфу! – поддакнул я.
Два свитка в награду за часовой массаж. Похоже на задание. Хм… неужто… да нет, не может такого быть.
– В главной магической лавке Альгоры выбор заклинаний чуть больше, – со скрипом призналась хозяйка магазина. – Будете проходить мимо, обязательно туда загляните. Да и у меня через несколько дней обновится ассортимент. Есть у меня на заметке несколько интересных заклинаний, хорошо действующих в воде.
– Обязательно зайду, – благодарно склонил я голову, доставая золотые монеты. – Обязательно. Так, сколько я вам должен? И нет ли у вас заклинаний аур, связанных с регенерацией маны? Только тех, что не связаны с божественной магией. А еще…
На улицу я вышел только через полчаса, купив сразу пять разноцветных свитков. Еще одно дело сделано. Осталось заглянуть в ювелирный магазин, но я настолько устал шарахаться по улицам, что резко захотел покинуть город. В магазин зайду позже, а сначала побегаю по окрестностям часиков восемь, вспоминая былые боевые деньки одиночки.
Видимого эффекта от «принятия» Тираном косточки и подозрительной микстуры не было. В смысле – волчонок не взорвался, не стал бегать кругами, и глаза остались на месте, разве что засверкали этаким нездоровым блеском. Скептически осмотрев таращащегося на меня питомца, я обвел взглядом выбранные специально для него окрестности, в полукилометре от города. Куда ни глянь – звонкие ручьи и ручейки, делящие травянистый луг на множество отдельных клочков земли. И море живности, от насекомых до различных зверьков и птиц. В двадцати метрах – небольшой сторожевой пост с торговой лавкой, конюшней и прочими радостями жизни.
Выбрав наиболее медлительную двадцатиуровневую цель – жирных травяных крыс, – я ткнул в одну из них и коротко отдал приказ:
– Тиран, охота!
Волчонок словно только этого и ждал, с коротким рыком, стремительно метнувшись к крысе. Глядя, как Тиран с яростью треплет верещащую крысу, я судорожно сглотнул. Старичок с золотым пенсне не соврал. Сил у легендарного волчонка резко прибавилось, судя по той скорости, что он расправился с первым врагом и сразу же принес мне боевые трофеи, состоящие из мяса и шкуры. Слава все игровым богам, надоевших до смерти крысиных хвостов не имелось – травяные крысы с желтоватым окрасом шерсти были бесхвостые. Едва только бросив к моим ногам добычу, Тиран весело унесся в траву, в воздух взлетели ошметки земли и мелкие камушки, травяные обрывки и пожухлая листва. Так дело и пошло. Все, что я выполнял как хозяин – изредка наклонялся и бросал в ну совершенно пустой мешок крайне дешевые предметы. В остальное время любящим взглядом заботливого хозяина наблюдал за черно-белым метеором, носящимся по лугу. Следующие шесть часов я собирался провести именно так – в роли живой статуи, внезапно появившейся здесь и ничего не делающей. Этот день целиком и полностью принадлежал моему питомцу.
А чтобы не заскучать, я любознательно оглядывался по сторонам, беззастенчиво наблюдая за другими приключенцами. Игроков здесь хватало, но они шли «транзитом», на некоторое время заглядывая в торговую лавку, распродавая трофеи, покупая припасы и вновь уходя по своим делам. Что показательно, почти все они были в группах, одиночки встречались крайне редко. Опять же, основная часть передвигалась не пешочком, а верхом на лошадях, быках, зебрах, яках, слонах, медведях и даже бегемотах, в числе которых преобладали питомцы, а не арендуемые животные.
Особенно меня впечатлили самый настоящий шерстистый мамонт с грозными бивнями и длинная зеленая ящерица с высоким гребнем на спине. Давно я не видел подобных питомцев, еще с той поры, как уничтожил своего прежнего персонажа, Крашшота. Около Альгоры, в мелкоуровневых локациях, таким игрокам делать было нечего, они предпочитали противников помощнее.
Ящерица с наездником, вооруженным длинным копьем и с луком за спиной, быстро прошуршала через пересеченный ручьями луг, направляясь в сторону Найкала. Следом, по тому же маршруту, неспешно и важно прошел мамонт, на чьей спине высился надежно закрепленный самый настоящий стреломет, за которым сидел зеленокожий полуорк, задумчиво вчитывающийся в книгу и не глядящий по сторонам. Ну да, с их уровнями – мамонта и хозяина – здесь опасаться особо нечего. Хозяин так и вовсе как в танке, даже орудие имеется. Если в меня попадет такая вот двухметровая стрела, я даже пикнуть не успею, сразу помру. Интересно, на кого он охотится с такой пушкой? И пет у него с дикой грузоподъемностью…
Поздравляем!
Ваш питомец получил уровень!
О! А вот и прогресс!
Тиран достиг пятнадцатого уровня. Когда питомец вынесся из травы и подбежал ко мне, назвать его волчонком язык уже не поворачивался – Тиран совсем чуть-чуть, но подрос, причем со всех сторон сразу. Стал выше, ширше, морда вытянулась. С каждой стороны на тютельку больше стало. Но эффект сразу стал другой – передо мной стоял молодой волк, еще не матерый, но уже грозный. Что-то весело прорычав, волк махнул хвостом на прощание и вновь исчез, догоняя перепуганно пищащую травяную крысу, включившую турбоскорость и улепетывающую к своей норке. Добежать моб не успел, окончив свою цифровую жизнь в клыках Тирана.
Умильно повздыхав, я вновь вернулся к неспешному созерцанию игроков и природы, убивая медленно тянущееся время. Я бы и помог Тирану, но с его «химической» скоростью и силой только бы помешал, так что пусть охотится сам, у него очень даже неплохо получается. А еще через пару уровней переключу его на двадцатисемиуровневых грибных жаб, что размером с хорошую овчарку, лениво прыгающих по лугу, с каждым прыжком передвигаясь метров на пять.
Мелькнула тень, сверху, откуда-то с синих небес, с немыслимой высоты рухнула невысокая кряжистая фигурка, приземлившись в нескольких шагах от сторожевого поста и чудом никого не прибив. Игрок-гном, закованный в серые рыцарские доспехи, приземлился на полусогнутые ноги, выбив в земле пусть неглубокий, но самый настоящий кратер. Легко выпрямился, небрежно сплюнул и зашагал к торговой лавке, на ходу снимая с плеча серый же большой мешок. Замершие игроки провожали «упавшего» ошарашенными взглядами. Судя по всему, падение было не случайным, а вполне себе запланированным. Высоко вверху стремительно удалялась черная точка, очертаниями смахивающая на большую птицу. Высадила пассажира на лету и полетела дальше… Но вот так, с дикой высоты, хряпнуться о землю со всего маха и даже этого не заметить… Я не успел прочитать игровой ник черноволосого гнома, но заметил, что шкала его жизни просела самое большее на половину и быстро восстанавливалась. Интересные нынче гномы пошли… почти бессмертные, судя по количеству хитов жизни. Может, именно против таких ставят стрелометы на мамонтах?
Поздравляем!
Ваш питомец получил уровень!
Это сообщение пришло спустя пятнадцать минут после «падения» гнома-незнакомца.
Вот что делают урановая косточка и плутониевый коктейль!
Мой мешок быстро заполнялся желтоватыми шкурками. Тиран уничтожал их просто с немыслимой скоростью. Прямо-таки терминатор в волчьей шкуре. Такими темпами он быстро дорастет до двадцатого уровня и я наконец-то узнаю, какое умение у него откроется первым. Питомец-то особый, легендарный. Посмотрим, что подарит нам судьба и чем одарит волка. Хорошее боевое умение нам точно не помешает.
Разглядывать игроков стало скучно, и я решил потренироваться на окружающей меня живности, в противоположной стороне от охотящегося Тирана.
Подняв руку, я прицелился в сторону далекой грибной жабы, выпустив в нее огненное заклинание. Издав горловое бульканье, жаба тяжело скакнула в мою сторону, угодив прямо в «терновую стену». Жаба задергалась в колючих путах, от негодования наросты на ее спине, сильно смахивающие на уродливые грибы, взорвались, монстра окутало плотное бурое облако. Я поспешно выпустил по жабе еще несколько «углей», перед глазами быстро проскочила строчка о полученном мною крохотном опыте. Не обратив внимания, я уже накрывал огненной очередью очередную жабу, благо их большие туши хорошо выделялись в луговой траве.
Мобы маленькие. Опыта крохи. Но у меня впереди еще почти шесть часов! Вот и займусь прокачкой заклинаний, может, и на уровень себе наскребу, чтобы не отставать от Тирана.
Игровая легенда Росгард и его легендарный волк Тиран весело гоняют мелкую живность, накинув на себя личину мирных и ничем не примечательных обывателей Вальдиры. Лепота… Сразу старые добрые деньки вспомнились, когда мое имя не было ни у кого на устах и всем было плевать на одинокого рейнджера в запыленной кожаной куртке, изредка выбирающегося из далеких дремучих лесов. Ох, Крашшот, все же я по тебе скучаю…
Спустя почти шесть часов безостановочного кача мой волк поднялся на двадцать восемь уровней. От шестнадцатого до сорок четвертого! Не знаю, что там за косточка такая, но Тирану она явно пошла на пользу. Волк рос буквально на глазах, с яростным рыком рвя несчастных обитателей луга на части.
Про «охоту» я давно забыл. Тиран больше не приносил мне трофеи, просто атакуя и атакуя монстров, давно уже позабыв про травяных крыс и даже про грибных жаб, коих в течение прошедших часов истребил буквально немерено. Куда ни глянь, валялись шкуры, зубы, хвосты и лапы. Плеснуть чуток крови – и добро пожаловать на бойню. Мой мешок заполнился до предела, но я не стал тратить драгоценное время на поход к сторожевому посту, предпочтя плюнуть на лут. Поэтому, чтобы уж совсем не привлекать внимания и не топтаться по лежащим в траве хвостам и шкурам, мы часто меняли дислокацию, делая большой круг вокруг поста.
Но все равно многие игроки то и дело останавливались, провожая взглядом большого черно-белого волка, проносящегося мимо или стискивающего челюсти на очередной пищащей жертве. Эликсир, увеличивающий силы, также не подкачал, и Тиран с легкостью порвал семейку из пяти полосатых свиней рядом с дубовой рощицей, несмотря на то что свинки были пятьдесят третьего и пятьдесят шестого уровней. Я помог терновником, но совсем немного, просто подранил и задержал папашу кабана, пока волк расправлялся с остальной частью семьи. Правда, жрал Тиран безостановочно – все выпадающее из монстров мясо моментально проглатывалось, изредка питомец бросался к одному из множества ручьев и жадно хлебал воду.
Сорок четвертый уровень питомца. Наконец-то Тиран начал мне соответствовать, стремительно догоняя своего хозяина по уровням.
На двадцатом уровне, как и ожидалось, волк открыл свое первое умение. Им оказалось «Терзание». Поняв по названию, что штука далеко не мирная, я настроил в интерфейсе пета приказ, чтобы он пользовался умением автоматически, если позволяет уровень энергии. И буквально через секунду сумел узреть, как тогда еще двадцатиуровневый волк налетел на удивленно уркнувшую грибную жабу. Глухое злобное рычание, клыки в широко открытой пасти бросившегося Тирана полыхнули красным свечением, волк вцепился в тело жабы и, не разжимая челюстей, дернул головой вверх, будто бы выдирал кусок плоти. И еще раз. И еще раз. Хиты жизни противника словно в бездну сорвались, начав уменьшаться резкими скачками. К третьему разу действие умения прекратилось, но жабе этого хватило с лихвой. Минусом оказалось полное отсутствие трофеев, если не считать за них крохотнейший кусочек жабьего мяса, с трудом различимый глазами. «Терзание» настолько свирепо рвет жертву, что после него не остается буквально ничего. Шкура в клочья, зубы, видать, разлетаются в стороны, внутренностям тоже достается. Я знал питомцев-волков у других игроков, видел их в действии и могу точно сказать, что умение «терзание» у них отсутствовало. Как бонус к «терзанию», попавший под его действие в течение трех секунд не мог использовать магию. Видимо, от боли сознание затуманивало, тут уже не до магии.