[Исходники] 7
Исходники
Тамара фыркнула.
– Похоже, теперь у него планы на дичь покрупнее.
1
Может быть, этот парень и был из Ланцовых. А может, он был сыном камердинера. Возможно, он действительно имел право на трон, а возможно, был просто пешкой. Почему имя должно было дать ему какие-то права на престол Равки? И все же оно давало. То же самое можно было сказать о Николае. Он не был королем потому, что умел строить корабли или выигрывать битвы. Он был королем потому, что в нем, предположительно, текла кровь Ланцовых. Его мать была фьерданской принцессой, младшей дочерью, отосланной из дома, чтобы заключить очередной договор с Равкой, который никто не собирался соблюдать. А настоящий отец Николая? Что ж, если верить его матери, он был фьерданским корабельным магнатом из простого сословия по имени Магнус Опьер – тот самый человек, который не так давно отдал врагам Николая любовные письма его матери. Плохо было уже то, что Опьера ничуть не заботил незаконнорожденный сын, которого он породил, зачем же подливать масла в огонь, пытаясь лишить его отличного местечка на троне? Это говорило о полном отсутствии манер.
Телка была что надо. Высокая, с роскошными черными волосами и не менее роскошной фигурой. Лет тридцать – как говорит Тяпа, самый сочный возраст. И в глазах ничем не прикрытое желание – а желание в глазах у женщины на Рината действовало посильнее, чем всякие новомодные лаверсы. Впрочем, лаверсы Ринат не пробовал – не тот возраст, чтобы прибегать к искусственным возбудителям. Да и телка… такая, что впору перед Тяпой рисануться. С такой никакие таблетки не понадобятся.
Николай отправил родителей в изгнание в южные колонии Керчии во время гражданской войны. Решение далось ему нелегко. Но его отец не был любим в народе, и солдаты были готовы дезертировать, лишь бы не вставать под его знамена. Когда стали известны все подробности его преступлений против Жени Сафиной, Николай дал отцу выбор: предстать перед судом по обвинению в насилии или сложить корону и отправиться в вечное изгнание. Совсем не так мечтал Николай стать королем, к тому же он понимал, что, скорее всего, никогда не сможет решить, прав был или нет.
Они миновали мост и выехали на Герский проспект, где в скверах прогуливались пары и няни катали коляски с малышами. Это место казалось невообразимо далеким от залитого грязью поля боя, которое они оставили позади. Но потерпи они поражение под Нежками и Уленском, прямо сейчас по этим красивым улицам и зеленым паркам катили бы фьерданские танки.
Ринат взял ее за руку и притянул к себе. Имени ее он не знал, но особых переживаний по этому поводу не испытывал. К чему имена, когда перед тобой такое тело. Его рука легла ей на спину и стала медленно опускаться вниз.
Дворцовые ворота, украшенные золотым двуглавым орлом, распахнулись перед ними, и только когда они лязгнули, закрываясь за из спинами, Николай смог облегченно выдохнуть. Бывали времена, когда он с трудом выносил все эти ухоженные клумбы, похожие на свадебный торт ярусы террас и повсеместную позолоту, украшавшую Большой дворец. Его смущала эта избыточная роскошь и приводила в ужас необходимость ее содержать. Но, в последний раз покидая дворец, он был совсем не уверен, что вернется. Он был рад, что остался в живых, рад, что самые близкие его друзья целы и невредимы, рад холодному зимнему ветру и похрустыванию гравия под копытами Изюмчика.
Какая у нее нежная кожа. И вся аж дрожит от каждого прикосновения. Она хочет его. Хочет.
Когда они достигли ступеней дворца, появились слуги, готовые принять лошадей.
Черт побери, это будет супер!
– Ростик, – поприветствовал он грума. – Как поживают мои любимые члены королевского семейства?
– Ринат… – прошептала она, касаясь губами его шеи.
Грум улыбнулся.
«Откуда, интересно, она знает, как меня зовут», – мелькнула мысль. Мелькнула – и погасла.
– Игрунок повредил заднюю ногу на прошлой неделе, но мы его сразу же вылечили. Изюмчик вас порадовал?
– Ринат… – повторила она чуть громче.
Николай нежно похлопал коня по холке.
– Я считаю, что он великолепно проявил себя.
Рука уже почти дошла до того места, где меняются ощущения, когда девушка неожиданно закричала ему прямо в ухо:
Тут раздался резкий хлопок, словно пробка вылетела из бутылки, за ним еще один. Откуда-то из дворца донесся крик.
– Ринат! Вставай!
– Выстрелы! – вскинулась Тамара.
Закричала – и растаяла в воздухе, вышвырнув Рината из сна на скомканную постель в неубранной комнате.
Николай пихнул грума себе за спину и достал один из револьверов.
С трудом открыв глаза, Ринат, к своему неудовольствию, обнаружил, что, во-первых, это был всего лишь сон, а во-вторых, что во сне он гладил собственную ляжку.
– Пригнись, – велел он Ростику.
Стоило ему повернуть голову, как динамик рявкнул снова:
Толя с Тамарой встали бок о бок с ним, а Зоя вскинула руки в боевую стойку. Королевская стража выстроилась у начала лестницы.
– Ринат! Вставай!
– Николай, – окликнул Толя, – нам нужно уходить отсюда. На озере пришвартованы флайеры.
Но Николай не имел намерения бежать.
Ринат выругался и стал шарить по постели в поисках пульта с регулятором громкости. Одновременно его еще не до конца проснувшийся мозг пытался отыскать в недрах сознания причину, по которой сегодня надо было вставать в такую рань. Можно, конечно, сделать проще – посмотреть на монитор и прочитать эту причину, которую он когда-то занес в свой ежедневник, – но для этого надо встать, а вставать Ринату категорически не хотелось.
– Кто-то проник в мой дом, Толя. Они стреляют в моих людей.
– Ваше величество…
Пульт упорно не находился, и после очередного крика из динамиков Ринат резким движением сбросил ноги на пол и уселся на кровати. Помотал головой, прогоняя остатки сна, а затем подошел к монитору и толкнул мышку, сбрасывая скринсэйвер.
– Святые сохрани, – выдохнула Зоя.
Отряд Тавгарадов высыпал на лестницу, на ходу выстраиваясь в боевом порядке.
«10.30, м. Чист. Пр. „Ста. Комп.“ собесед. паспорт, диплом, одежда».
Их было одиннадцать, все женщины, в черных мундирах с нашитыми соколами из сердолика. Двое успели забрать ружья у дворцовой стражи, но и те, что были безоружными, оставались одними из самых опасных бойцов в мире.
Около минуты Ринат рассматривал горящий алым цветом лист ежедневника и пытался, как говорит Ворм, «отдуплиться». Нет, он, конечно, понял, что сегодня где-то возле метро «Чистые Пруды» его ждут к половине одиннадцатого на собеседование, но что за фирма, с кем он договаривался и, главное, на фига ему это было надо, вспомнить не мог.
– Эри, что вы делаете? – осторожно спросил Николай.
Принцесса Эри Кир-Табан стояла в центре этой группы в зеленом бархатном платье и плаще – дорожной одежде. Это оказалась не очередная попытка убийства. Это было нечто совсем другое.
Нажав несколько клавиш, Ринат узнал, что запись была сделана почти две недели назад. Довольно большой срок для памяти такого разгильдяя, как Ринат, чтобы вспомнить, с чего бы он решил занести этот бред в ежедневник. Причем, скорее всего, это было сделано после очередной пьянки, – следовательно, вспомнить вообще не было никакой возможности.
Острый подбородок Эри был решительно поднят.
Из ступора его вывел еще один истошный вопль компьютера. Отключив ежедневник, Ринат подгрузил аську – старую программу чат-менеджера, – поморщился от кучи высыпавшихся сообщений и, оставив их непрочитанными, направился в ванную.
– Николай Ланцов, мы больше не будем вашими пленниками.
– Так, значит, в ухаживаниях ты преуспеваешь? – шепнула Зоя.
Пролежав в теплой воде с полчаса и «отдуплившись», он накинул на голое тело халат, вышел из ванной и, наконец, уселся за компьютер.
– Понятно, – медленно произнес Николай. – И куда же вы планируете отправиться?
– Домой, – заявила принцесса.
«Привет, как дела?»
– А как вашим друзьям удалось выбраться на волю?
«Прива, ты тут?»
– Я… – Ее голос дрогнул. – Я ударила охранника. Сомневаюсь, что я убила его. Все остальное было легко.
«Хай, можешь проконсультировать по одному вопросу?»
Это была вина Николая. Он держал Тавгарадов за решеткой в дворцовых подземельях, но предоставил Эри возможность свободно перемещаться по дворцу и саду. Ему не хотелось, чтобы она чувствовала себя пленницей. И теперь он подозревал, что как минимум двое его стражников мертвы, а ему так не хотелось больше видеть насилие в этот день.
Одно за другим Ринат открывал и закрывал ненужные ему сообщения, которые наскидывали за ночь сетевые знакомые. Общаться ни с кем не хотелось, помогать кому-то в чем-то – тоже: достала уже эта тупая возня с просьбами «написать несложную программку для школы», «потестить несложную программку», «проверить несложную программку на баги» и тому подобная ерунда. Благо для всех этих случайных сетевых знакомых Ринат постоянно находился в инвизибле – проще говоря, не было для них Рината в онлайне.
Николай убрал револьвер в кобуру и шагнул вперед, подняв руки вверх.
Очередное сообщение – безо всяких приветствий. Четыре ссылки, отправитель – 2FED. Никаких пояснений – мол, посмотри сам, сделай выводы, а потом выскажи свое мнение. Еще один нюанс: ТуФед, как все его называли, если и выходил первым на связь, то только по делу – ссылок на порносайты и хохмы не скидывал. Не его стиль – если это можно было назвать стилем. В любом случае, ссылки стоило посмотреть.
– Пожалуйста, – попросил он. – Ведите себя разумно, принцесса. Вы не можете надеяться на то, что вам удастся сбежать. Вы слишком далеко от Сикурзоя.
Ринат открыл все четыре.
– Вы обеспечите нас транспортом. Вы не можете причинить нам вред, не вызвав гнев моей сестры и всего Шухана. Свадьба, которой вы так ждете, это обман и фарс.
– С этим не поспоришь, – согласился Николай. – Но разве я был к вам жесток? Плохо с вами обращался?
Первые две оказались статьями из каких-то российских новостных лент. В одной говорилось об облаве на группу хакеров и аресте нескольких членов известной международной группировки White Wolfs, причем во время инцидента один из хакеров оказал сопротивление и был убит, в другой – о перестрелке в клубе «Сталкер», в результате которой погибли несколько постоянных посетителей клуба.
– Я… Нет.
Третья ссылка тоже вела на новостную ленту – но уже украинскую. Этой ночью возле поселка Стрижавка под Винницей, были задержаны несколько российских и украинских граждан при попытке проникнуть в здание какой-то клиники. При задержании они оказали вооруженное сопротивление, один из преступников был тяжело ранен и скончался по дороге в больницу. Остальные сейчас находились в следственном изоляторе Винницы.
Одна из Тавгарадов метнула взгляд на другую. Демон внутри него зарычал. Что-то шло не так. Он упускал что-то прямо у себя под носом.
Одна из вооруженных Тавгарадов положила оружие не землю, но едва ли это можно было расценить как мирный жест. Ее лицо было словно вытесано из камня.
Четвертая ссылка вела на закрытую страничку одного из левых сайтов ТуФеда, где красовался скриншот переговоров Волков и Сталкеров. Совершенно не удивившись тому, что ТуФед добрался до приватки двух сильнейших хакерских кланов, Ринат с интересом начал читать скриншот. Из коротких переговоров явствовало, что оба клана взяли на себя заказ по выполнению так называемого «открытого контракта» с какой-то уж очень большой суммой оплаты. Видимо, вознаграждение было действительно солидным, потому что сразу после арестов и убийств оба клана получили по пять тысяч баксов «за старания и в надежде на то, что трудности их не остановят». Непонятно было, отступят ли оба клана или повторят попытку, но Ринату показалось, что хакеры все-таки не горят желанием продолжить выполнение задания. Маловероятно, что арест и перестрелка были случайным совпадением, еще маловероятнее было то, что все это – розыгрыш ТуФеда.
– Что это за запах? – спросила Зоя.
Ринат дочитал тексты до конца через двадцать минут и две с половиной сигареты. Почесал затылок и открыл окно связи с ТуФедом.
– Я ничего не чую, – сказал Толя.
«Тут?»
Зоя шевельнула пальцами, и с лестницы на них повеяло легким ветерком.
– Жидкость для розжига, – сказала Тамара, подбираясь поближе к лестнице. – Ей пропитана вся их одежда.
Ответ пришел быстро и был, как всегда, кратким.
Понимание, смешанное с ужасом, накрыло его волной. Они же не могут…
«Скай мессенджер».
– Освободите нас! – потребовала Эри. – Королева Макхи ни за что не потерпит…
Ринат обреченно вздохнул и стал загружать Скай – приватный канал связи, который недавно ввел в употребление ТуФед, мотивируя это соблюдением секретности. Скай мессенджер внешне мало чем отличался от аськи – лично Ринат видел отличие только в жутких лагах, тормознутости и нескольких новых фичах, которые сам считал довольно неудобными. Впрочем, с ТуФедом спорить было бесполезно – в их команде рулил он, и, надо было признать, небезосновательно.
– Эри, отойдите от них, – велел он, глядя, как одна из Тавгарадов сует руку в карман. – Это не побег. Это…
– Я никогда…
«Я прочитал», – отбил Ринат ТуФеду.
– Эри!
ТуФед ничего не ответил, и через несколько минут Ринат отправил новое послание.
Но было слишком поздно. Та из Тавгарадов, что отложила ружье, крикнула что-то на шуханском. Николай заметил спичку у нее в руке.
«Ты в курсе, что это за контракт?»
Одна за другой Тавгарады вспыхивали, становясь живыми факелами, брызжущими огнем. Все произошло слишком быстро, как резкий удар по клавишам, как внезапный обреченный взмах.
– Нет! – крикнул Николай, кидаясь вперед. Он видел потрясенное лицо Эри, огонь, охватывающий ее юбки, раскрытый в крике рот.
«Пока нет», – сразу же пришел ответ.
Зоя действовала без промедления, сбив разбушевавшееся пламя ледяным порывом ветра. Но этого было недостаточно. Жидкость, которой Тавгарады облили свою одежду, оказалась слишком эффективной. Эри каталась по земле, крича от боли. Остальные лежали на ступенях кучами обугленной плоти и пепла. Слуги рыдали от ужаса, а дворцовые стражи потрясенно застыли.
«Спроси у Волков или у Сталкеров», – посоветовал или попросил Ринат.
Ладони и руки Николая жутко обгорели, там, где он касался Эри, куски одежды пристали к дымящейся плоти. Но по сравнению с состоянием принцессы это были мелочи. Ее кожа обгорела до черноты, а там, где огонь успел сожрать верхнюю часть плоти, все было красным и влажным. Николай чувствовал жар, исходящий от ее тела. Она тряслась и захлебывалась криком, прерывавшимся конвульсиями, которыми тело реагировало на шок.
«Спрашивал. Молчат», – отозвался ТуФед.
Ринат усмехнулся.
– Тамара, замедли ей пульс и погрузи в кому, – приказал Николай. – Толя, приведи целителя.
Крики Эри стихли, стоило Тамаре присесть рядом и взяться за дело.
«Короче, у тебя есть еще какая-нибудь информация помимо той, что по ссылкам?»
– Зачем они это сделали? – спросила Зоя, и лицо ее исказилось при виде последствий этой внезапной бойни – обгорелых, окровавленных, изломанных тел, которые еще мгновение назад были женщинами.
Несколько минут ТуФед молчал, потом все-таки ответил:
Руки Тамары дрожали, пока она нащупывала пульс Эри.
«Знаю, что сумма контракта – пять миллионов долларов. В любой валюте, в любом виде. Хоть вебмани, хоть мексиканские песо».
– Мы дали ей слишком много свободы. Мы должны были держать ее в подземельях, а Тавгарадов вообще отправить в военную тюрьму в Полизной.
На этот раз замолчал Ринат. Пристально смотрел на две строчки в окошке Ская и глубоко затягивался сигаретой.
– Она не знала, – выдавил Николай, глядя на израненное тело Эри с едва заметно вздымающейся грудной клеткой. Нужно было доставить ее в лечебницу. – Она не знала. Я понял это по ее лицу. Жидкость для розжига была только на подоле ее платья.
– Где они вообще ее достали? – удивилась Зоя.
Пять миллионов. Ни одному хакеру, ни одному клану не платили такие деньги. Сумма настолько нереальная, что кажется розыгрышем. Или подставой. Подставой… ну конечно!
Николай покачал головой.
Руки потянулись к клавиатуре.
– На кухнях, когда сбежали из тюрьмы? А может, сделали сами?
Тамара поднялась, едва появился Толя с носилками, в сопровождении двух корпориалов в красных кафтанах. На их лицах было смятение, но, если кто и мог исцелить Эри, так это только гриши.
«Джет?»
Николай стоял на ступенях, окруженный мертвыми телами, и смотрел, как Эри в сопровождении двух хранителей исчезает в направлении Малого дворца.
«Нет», – коротко ответил ТуФед.
– Но почему? – снова повторила Зоя.
«А похоже, что он».
– Потому, что это Тавгарады, – ответила Тамара. – Потому, что они служат королеве до самой смерти. А Эри не королева.
«Нет», – повторил ТуФед.
Ринат чертыхнулся. Спрашивать у него, откуда такая уверенность, бесполезно. Если бы хотел – ответил бы. Задавать вопрос, на который заведомо не получишь ответа, не было никакого желания.
«Ты сам что думаешь?» – спросил Ринат.
9. Зоя
На этот раз пауза была довольно долгой.
Зоя устроилась у окна в спальне Николая, глядя, как зимний ветер играет в дворцовом саду, заставляет голые ветви деревьев скрипеть и вздыхать, словно смиряясь с приходом темных времен. В это время года сад, все еще не укрытый снегом, выглядел ужасно уныло. Эри забрали в Малый дворец, где она должна была находиться под присмотром тех же целителей-гришей, которые вернули ее двойника, Майю Кир-Каат, практически с того света всего несколькими неделями раньше.
«Думаю…» – наконец ответил ТуФед.
Зоя слышала, как за ее спиной Николай судорожно втянул воздух. Он лежал на кровати, прямо поверх покрывала, пока целитель занимался его ожогами. Еще на месте он обработал его руки, которые пострадали сильнее всего, но на все остальное требовалось гораздо больше времени.
– Угу… думаю… – пробормотал Ринат, поднялся с места и направился на кухню. – Ну думай, думай…
Зоя подошла к нему.
Едва он открыл холодильник, как, привлеченный звуком открываемой двери, в кухню влетел Ромеро.
Влетел – и, проскользнув между ногами хозяина, сразу же полез изучать содержимое нижних полок холодильника.
– Ты что, не можешь дать ему что-нибудь от боли?
– А ну брысь! – прикрикнул на кота Ринат, но, видимо, недостаточно строго, потому что нахальный кот на это совершенно никак не прореагировал и даже умудрился подцепить лапой кулек с куском сыра.
– Я дал ему самое сильное лекарство из всех, что у меня есть, – ответил целитель. – Если принять еще что-нибудь, он может просто не проснуться. Я мог бы погрузить его в кому, но…
Ринат нагнулся было, чтобы схватить кота за шкирку, но его отвлек противный пиликающий сигнал из динамика, обозначавший, что пришло новое сообщение по cкаю. Ромеро, воспользовавшись секундной задержкой, вцепился в кулек зубами и шмыгнул вон из кухни, едва не опрокинув миску с лежащим в ней со вчерашнего дня «Китикетом». Уже привыкший к выходкам питомца Ринат лишь чертыхнулся ему вслед, взял банку колы и пошел обратно к монитору.
– Нет, – выдохнул Николай, распахнув глаза. – Ненавижу это чувство.
«Через два часа в чате cкая. Быть всем без исключений!»
И Зоя знала почему. Когда он боролся с демоном, она месяцами поила его мощным сонным зельем, чтобы он спал всю ночь. Он тогда сказал, что по ощущениям это было похоже на смерть.
Ринат прочитал это сообщение и озадаченно крякнул. Значит, все-таки ТуФед заинтересовался этим открытым контрактом и хочет с ним завязаться. Либо убедиться, что делать этого не стоит. В любом случае, надо бы всех обзвонить. Ринат стал осматривать комнату в поисках мобильного телефона.
Целитель наполнил миску каким-то резко пахнущим раствором.
– Было бы проще, будь он под наркозом. Нельзя, чтобы он шевелился, пока я работаю.
10
Зоя присела на кровать рядом с Николаем, стараясь не задеть его.
– Ты должен лежать спокойно, – прошептала она.
Вместе они работали уже около двух лет. Кто-то пришел раньше, кто-то позже… на самом деле среди них уже давно не было деления на новичков и старую гвардию. Два года – вполне достаточный срок для того, чтобы стерлись различия в полтора-два месяца. Особенно в Сети.
– Не уходи.
Ринат был последним, кого принял клан Dark Souls. Когда-то его звали и в другие кланы, но в то время Ринат был уверен, что сможет работать один, независимо, рассчитывая только на самого себя. Прекрасное было желание, однако в последние годы реализовывать его стало все труднее и труднее – заказчики хотели, чтобы на них работали лучшие из лучших, а в одиночку трудно противостоять целому клану. Именно противостоять: нередки были ситуации, когда Ринат, принимая заказ на взлом, узнавал, что защитой сервера занимаются Сталкеры, безбашенные отморозки, которые вполне могли вычислить хакера-одиночку, а потом, в зависимости от настроения, либо напихать в комп Рината каких-нибудь модных вирусов, либо всадить пулю в голову прямо в подъезде. Приходилось лавировать, юлить перед заказчиком и перед Сталкерами, делиться с Волками, тянуть время… все это сказывалось на репутации. И от Сталкеров, и от Волков поступали приглашения занять достойное место в их рядах, однако Ринат знал, чем придется платить за вхождение в такой клан, и вежливо отнекивался, мотивируя отказы тем, что собирается завязать. Он и вправду подумывал о том, чтобы завязать, пока не столкнулся с ТуФедом, а если быть точнее, сначала с Вормом.
WWWorm, Ворм, «червяк клана», двадцатилетний недоучившийся студент и фанат всего, что связано с мотоциклами, в один прекрасный день обнаружил, что его червь, запущенный на российский сервер «Сузуки», перестал отсылать ему информацию о новинках этой фирмы. Информацию не столь секретную, чтобы сожалеть об этом, но дающую Ворму возможность «пылить» перед своими дружками-рокерами, рассказывая о том, что должно было появиться в свободном доступе как минимум через месяц.
Он прикрыл глаза и сжал ее руку в своей. Зоя знала, что целитель все видит, понимала, что он, возможно, начнет распускать сплетни. Но сплетни она могла пережить. Святые свидетели, она сталкивалась с вещами и похуже. И, возможно, ей самой нужно было ощутить его руку в своей после того потрясения, которое они сегодня пережили. Видение горящих заживо женщин никак не хотело покидать ее.
Ворм влез на сервер, порылся в нем и понял, что виной всему не тупые программисты фирмы, а некий хакер, нанятый фирмой для разового тестирования защитных программ. Ворм повозился денек – и вычислил умельца, после чего представился ему и сообщил, что ловить здесь нечего и его, Ворма, червь будет работать, как и раньше, если хакер не хочет неприятностей.
– Вам не стоит при этом присутствовать, – заметил целитель. – Зрелище отвратительное.
Хакер, видимо, хотел неприятностей, потому что в ответ просто послал Ворма на три буквы, после чего попытался атаковать компьютер Ворма.
– Я никуда не уйду.
Ворм тогда не знал, что атакует его пьяный вдупель Ринат, которому осточертело ложиться под каждый клан, в очередной раз терять и клиента, и заработок, и репутацию, под воздействием алкоголя решивший сорвать зло на первом попавшемся одиночке, то бишь Ворме.
Целитель вздрогнул, и Зоя задумалась, не вылез ли опять на свет дракон, мелькнув серебром в глазах. Что ж, пусть посплетничают и об этом тоже.
Ринат, в свою очередь, не знал, что Ворм никакой не одиночка, а с его кланом Dark Souls связано много историй и слухов, что с ТуФедом, главой клана, считаются и Волки, и Сталкеры. В меру своих интересов, конечно, – но ведь считаются.
Николай вцепился в Зою, едва целитель начал удалять обгоревшую плоть с его рук. Только после этого можно было начать восстанавливать кожные покровы. Казалось, процесс – сперва одна рука, за ней другая – растянулся на много часов. Стоило Зое отлучиться от кровати короля – взять прохладный компресс ему на голову, зажечь лампы, чтобы целителю хватало света, – как Николай тут же открывал глаза и бормотал: «Где мой генерал?»
А еще Ринат не знал о том, что защиту на компе Ворма делал ТуФед, поэтому он и представить не мог изумление Ворма, увидевшего, как хитро сформированный пакет уничтожил защитные программы его компьютера, отдав привилегии пользователя Ринату.
– Я здесь, – отвечала она снова и снова.
Через несколько минут на помощь Ворму в сетевой бой влезла Лилу, а еще через полчаса – сам ТуФед.
Когда целитель закончил работу над обожженными руками короля, на них не осталось даже волоска, но вот шрамы на ладонях – прожилки теней, оставленные Дарклингом, – никуда не делись.
– Ему нужен отдых, – сказал целитель, поднимаясь и распрямляя спину после отлично выполненной работы. – Повреждения были довольно поверхностными.
К этому времени Ринат уже достаточно протрезвел, чтобы понять, что ему противостоит не какой-то одиночка. Увидев логи, подписанные 2FED, Ринат понял, что ему крышка. И когда ТуФед неожиданно предложил ему закончить поединок и обсудить все в реальности за кружкой пива, он сначала не поверил своим глазам.
– А принцесса Эри? – спросила Зоя.
Ринат согласился. Так он познакомился с симпатяшкой Лилу, с мотоциклистом Вормом, с вечно накуренным Илюхой, с ловеласом со странным сетевым ником Тфяпгд, которого все звали просто Тяпой, а позже, через недельку, с непредсказуемой Кедой, которая жила в Белоруссии и которую Ринат побаивался до сих пор, несмотря на ее симпатию к нему. На встрече не было ТуФеда, но Ринат узнал, что ТуФеда никто не видел в реале, и главное не это – а то, что случай с Ринатом из ряда вон выходящий. Впервые во время такого наезда ТуФед предложил клану принять противника в свои ряды вместо того, чтобы уничтожить наглеца.
– Я не знаю. Ее ожоги значительно более серьезны.
Уже много позже Ринат вспомнил, как он получил заказ на «Сузуки», потом – свои прежние ощущения, когда ему казалось, что за ним кто-то постоянно следит, но следит мастерски, не оставляя следов в логах… вспомнил, скомпоновал все свои догадки и наблюдения, после чего отослал это ТуФеду. В ответ он получил знаменитое туфедовское «Эээ…», которое можно было понимать как угодно, – если эта фраза прозвучала, значит, больше информации по вопросу от ТуФеда не будет. Ринат понял правильно – и больше не задавал главе подобных вопросов.
Целитель ушел, и Зоя принялась ждать, пока дыхание Николая станет глубоким и ровным. Наступили сумерки. В саду зажгли фонари, похожие на скопления звезд, раскиданные по окрестностям. Она скучала по этой комнате и по тому, каким Николай был в этой комнате, когда позволял мантии королевского авторитета скользнуть с плеч, по тому, как он доверял ей, погружаясь в сон под ее присмотром. Ей нужно было вернуться в Малый дворец, проверить, как там принцесса Эри, поговорить с Тамарой, разработать план. Но, возможно, это последний раз, когда она видит его таким.
Клан Dark Souls занимался тем же самым, что и Волки, Сталкеры и еще огромное множество кланов, обществ, ассоциаций и прочих объединений сетевого народа. Получали деньги за написание программ – защитных систем, потом получали деньги за взлом этих же или сходных защитных систем, потом платили деньги за то, чтобы не сесть в тюрягу за мелкие и крупные сетевые преступления, снова что-то писали и продавали… в последнее время денег едва хватало на то, чтобы прокормить себя, одеться да обуться, поэтому многие члены клана вели и другой образ жизни – законопослушный, позволяющий заработать еще какую-то копеечку, да и, собственно, легализовать свои доходы. Нет, конечно, за два года всякое случалось – были и крупные куши, позволявшие собраться всем вместе (ну, или почти всем) в дорогом кабаке и оттянуться там по полной, были и такие ситуации, когда приходилось влезать в долги, чтобы откупиться от Сетевой полиции…
Наконец она поднялась и погасила лампы.
Один раз денег не хватило. Точнее, деньги были, только информация о взломе почтового сервера попала почему-то сразу на стол Джета, начальника сетевиков, который люто ненавидел хакеров и не дал спустить дело на тормозах. В результате Торик, один из членов Dark Souls, получил пятнадцать лет по обвинению в сетевом преступлении первой степени, его отправили в Райсу – и вытащить его из тюрьмы досрочно не представлялось никакой возможности.
– Не уходи, – попросил он сквозь сон.
Всяко бывало. И открытые контракты – не такое уж и редкое явление. Условия подобного договора просты – кто первый выполнит работу, тот и получит указанную сумму. Своеобразный аукцион, где платят, тратя свое время и способности, все – а получает один.
– Мне нужно помыться. От меня пахнет горелым лесом.
Но открытый контракт на пять миллионов долларов… гм… и уже куча трупов и арестов.
– От тебя пахнет полевыми цветами. Как обычно. Что мне сказать, чтобы заставить тебя остаться?
Впрочем, трупы и аресты Рината не смущали. В конце концов все они уже несколько лет занимаются тем, что идут по узенькой тропинке, с одной стороны которой смерть, с другой – неволя.
Его слова превратились в невнятное бормотание, и он снова погрузился в сон.
Надо только не оступиться.
«Скажи, что ты говоришь мне эти слова не только из-за войны и тревог. Скажи, что они могли бы означать, не будь ты королем, а я – твоим солдатом». Но на самом деле она не желала ничего из этого слышать. Сладкие слова и обещания были для других людей, для другой жизни.
Ринат был уверен, что долго размышлять над тем, браться клану за открытый контракт или нет, не придется. Мнение будет единогласным.
Она убрала прядь волос, упавшую Николаю на лицо, и поцеловала его в лоб.
– Я бы осталась навсегда, если бы могла, – шепнула еле слышно. Он все равно ничего не вспомнит.
11
Несколько часов спустя Зоя сидела в своей гостиной, полной людей. Она никого не приглашала; они сами собрались здесь, устроившись у камина и попивая сладкий чай. И, видят святые, она была этому рада. Обычно она тщательно оберегала свое уединение, но сегодня нуждалась в компании.
– Алло! Лилу?
Несмотря на принятую ванну, ей казалось, что запах смерти пристал к ней – к ее волосам, к ее одежде. Она свернулась калачиком рядом с Женей, на диване у огня. Его подушки были вышиты парчовой нитью, и обычно она не позволяла людям забираться на него с ногами, но сегодня ей было абсолютно все равно. Она отхлебнула из кружки приличный глоток подогретого вина. Чая ей сегодня было недостаточно.
– Хай, Ринат! Рано встал?
Давид и Надя устроились за круглым столом в центре комнаты. Он раскладывал небольшие аккуратные стопки бумаги в, вероятно, очень важном порядке и с головой погрузился в ряды сложных вычислений. Время от времени он передавал какую-нибудь бумагу Наде, которая работала над собственными расчетами, уместив ноги на коленях Тамары. Толя сидел на коврике у выложенного плиткой камина и смотрел на огонь. Сцена была бы более чем уютной, но ужас произошедшего этим утром навис над ними черной тучей.
– Ты на работе? – спросил Ринат, в принципе зная ответ.
Женя изучала свои эскизы свадебного платья традиционно золотого цвета, с дополнением в виде расшитого драгоценностями кокошника. Она выбрала один.
– Ну а где мне быть? – весело откликнулась Лилу. – На работе. А что ты хотел?
– Это не слишком?
Зоя коснулась пальцами искусно разрисованного подола платья.
– Надо, чтобы через два часа ты была в чате Ская, – сообщил Ринат.
– Для королевской часовни? Нет. Чем больше блеска, тем лучше.
В часовне было довольно мрачно.
– Исключено, – твердо ответила Лилу. – У меня сегодня…
– Я понимаю, – сказала Женя. Она поправила повязку на отсутствующем глазу. – Если бы только мы могли провести церемонию в саду.
– Приказ ТуФеда, – немного грубовато перебил ее Ринат. – Без исключений.
– В середине зимы? – спросил Николай, заходя в гостиную и направляясь сразу к графину с вином, стоящему на боковом столике. Выглядел он так, словно недавно и не лежал раненый, совершенно беспомощный. Он принял ванну, надел свежий костюм. И теперь просто излучал уверенность. – Ты хочешь заморозить всех приглашенных насмерть?
На другом конце возникла короткая пауза.
– Что ж, это был бы неплохой способ выиграть войну, – предположила Женя.
– Что-то с нашими? – с тревогой спросила Лилу.
– Тебе не стоит пить вино, – укорила Зоя. – Твой организм еще не успел очиститься от обезболивающего.
– Все нормально, – успокоил ее Ринат. – Через два часа.
Николай наморщил нос.
– Хорошо, – произнесла Лилу и отключилась. Сейчас ей придется отпрашиваться с работы и ехать домой через всю Москву, потому что ТуФед строго-настрого запретил устанавливать cкай где-либо, кроме домашнего компа.
– Тогда, полагаю, мне придется пить чай, словно какой-нибудь пожилой даме.
Так… кто там следующий?
– В чае нет ничего плохого, – возразил Толя.
Следующим оказался Илюха, который, видимо, тоже только что проснулся. Пробурчав в трубку что-то вроде: «Я уже в курсе, Ворм звонил», он отключился как раз в тот момент, когда Ринат получил в Cкае новое сообщение, уже от Ворма.
– Я далек от того, чтобы вступать в споры с великаном размером с гору. – Николай налил себе чаю и принялся рассматривать бумаги, лежащие на столе. – Это все расчеты для нашей системы запуска? – Давид кивнул, не отрываясь от бумаг. – И как они продвигаются?
«Выруби комп, включишь через полтора часа. Наших я соберу, пока отдуплись;-)».
– Никак.
– Почему?
Ринат хмыкнул, но спорить и спрашивать, зачем, не стал. Вырубил комп. Когда умолк жужжащий вентилятор процессора и в комнате стало непривычно тихо, Ринат вдруг понял, что ощущает дискомфорт от того, что компьютер не работает. Даже возникла ассоциация – словно руку одну привязали за спиной.
Тишина в комнате была не столько зловещей, сколько неприятно-неуютной. Сидеть в такой тишине не хотелось.
– Меня все время отвлекают, – многозначительно сказал Давид.
Ринат поднялся, бросил взгляд на телевизор, который не включал уже, наверное, больше года, а потом, неожиданно для самого себя, открыл шкаф и полез за одеждой.
– Чудесно. Приятно знать, что я тоже внес свой вклад.
Спортивный костюм, кроссовки – одевшись, Ринат подошел к двери.
Николай устроился в огромном кресле рядом с камином. Зоя видела, что он пытается собраться с мыслями, чтобы подколоть Давида или восславить преимущества, которые дадут им новые ракеты против фьерданцев. Но даже неиссякаемый оптимизм Николая пасовал перед тем, что они увидели сегодня на дворцовой лестнице.
– Ромеро! – крикнул он. – Ромеро, гулять пойдешь, тормоз?
Наконец он опустил свою чашку на колено и сказал:
– Помогите мне понять, что произошло этим утром.
На слово «гулять» кот реагировал так же, как и на открывающуюся дверь холодильника. Уже через секунду он стоял возле хозяина – пару раз потерся спиной о его ногу, а потом нетерпеливо мяукнул, словно говоря: «Ну и кто тут тормоз? Давай, отворяй ворота!»
Тамара с Толей обменялись взглядами.
– Что, пришла весна и тянет к бабам? – пробурчал Ринат, открывая дверь. – Смотри, гад, кастрирую тебя!
– Это было послание от королевы Макхи, – сказала Тамара.
Последнюю фразу он бросил коту уже вдогонку, и Ромеро не обратил на нее никакого внимания. То ли он не знал, что такое кастрация, то ли знал, но понимал, что все эти угрозы не более чем пустой звук, и хозяин просто «понты колотит» – только хвост мелькнул уже внизу лестничного пролета.
– Так она не одобряет свадьбу? Могла бы просто выразить сожаления по этому поводу в письме.
Захлопнув дверь, Ринат стал спускаться по лестнице вслед за котом. В отличие от своего питомца, настроенного исключительно на любовные похождения, Ринат преследовал куда более обыденные цели – зайти в соседний магазин и купить чего-нибудь поесть, потому что последнее более-менее съестное уже покоилось в животе у одного рыжего и наглого кота, который терпеть не мог кошачью еду и жрал только то, что употребляет его хозяин.
– Она сделала ход, – продолжила Тамара. – И почти выиграла. Если бы ей удалось убить Эри, у нее появился бы и повод развязать войну, и возможность хорошо обыграть свой план покушения на тебя.
– Нам было бы чертовски нелегко, если бы пришлось объяснять все произошедшее как есть, – добавила Зоя. – Как бы мы объяснили смерти восьми важных заключенных, находившихся на нашем попечении?
Солнце ослепило его – Ринат прикрыл глаза и пожалел, что не взял темные очки. Когда он в последний раз видел солнце? Блин, давно. Последнее время все его передвижения происходили вечером или скорее даже ночью.
– Эри видела, что произошло, – спокойно сказал Толя. – И от нее зависит, скажет ли она правду. Всю правду.
Магазин находился в нескольких минутах ходьбы от дома. Ринат купил минералки, сока, каких-то мясных консервов и колбасы, прихватил упаковку пива и побрел обратно домой.
– Всю, – повторила Тамара.
Желание подышать свежим воздухом возникло уже перед самым подъездом. Ринат уселся на скамейку под раскидистым тополем, открыл бутылку пива, сделал несколько глотков и, блаженно улыбнувшись, закурил сигарету.
Надя положила ручку на стол и взяла жену за руку.
Легкий прохладный ветерок обдувал лицо. Солнце еще не успело прогреть землю, и не было пока той ненавистной Ринату жары, от которой можно было спастись только под хорошим кондиционером. Свежий воздух, бутылка холодного пива, сигарета – как мало надо для того, чтобы почувствовать себя счастливым.
– Вы полагаете, что королева Макхи действительно прибудет на свадьбу?
– Хорошая погодка, не правда ли?
– Прибудет, – заверила Тамара. – Но я бы не стала исключать возможности того, что она использует этот визит для какой-нибудь провокации. Она коварный тактик.
В голосе звучал легкий, едва заметный прибалтийский акцент.
– Хорошая королева, – заявила Зоя.
– Да, – не стала спорить Тамара. – Или, лучше сказать, решительная. Ее мать проводила политику запретов в отношении экспериментов над гришами и даже начала наделять их определенными правами в обмен на согласие служить в армии или работать на государство.
Ринат повернулся. Рядом с ним на лавочке сидел невесть откуда взявшийся щуплый старичок в старомодном костюме и мягкой фетровой шляпе.
– Как в Равке, – сказал Николай.
Толя кивнул.
Старичок вежливо приподнял шляпу и насмешливо произнес:
– Пусть гришам по-прежнему не разрешалось владеть никакой собственностью или занимать государственные посты, но начало было весьма неплохим.