Сяохуэй улыбнулась ему, встала и бросила сигаретную пачку на скамью.
– Пойдем, пойдем!
Сказав это, она слегка прищелкнула средним пальцем: окурок полетел, оставив за собой сноп искр, приземлился на цементный пол в нескольких метрах от нее и, несколько раз мигнув, погас.
* * *
Услышав стук в дверь, Цзи Цянькунь снял очки и произнес:
– Войдите.
Дверь открылась. Юэ Сяохуэй вошла и закрыла ее за собой.
– О, это ты… Заходи. – Лао Цзи был немного удивлен. – Что происходит с тобой и Вэй Цзюном в последнее время? Постоянно бродите поодиночке…
– Я ходила по магазинам и решила зайти. – Юэ Сяохуэй положила свой рюкзак на кровать. – Хотела навестить вас. А что, мне здесь не рады?
– Ха-ха, конечно рады! – Цзи Цянькунь отложил папку, которую держал в руке, и подъехал к ней. – Ты уже поела? Сегодня у нас свиные ребрышки и суп из корня лотоса.
– Я не голодна, не беспокойтесь. – Девушка села у кровати и оглядела Цзи Цянькуня с головы до ног. – Лао Цзи, вы снова похудели…
– О, правда? – Старик коснулся своей обвисшей щеки. – В последнее время я плохо сплю… – Он опустил руку, и его лицо потемнело. – Не могу заснуть, зная, что Линь Годун живет в этом городе и дышит тем же воздухом, что и я. А я ничего не могу поделать.
– Он будет наказан, – произнесла Сяохуэй. – Каждый, кто творит зло, будет наказан.
Цзи Цянькунь поднял голову и посмотрел на нее. Девушка произнесла с милой улыбкой:
– Давайте побреем вас еще раз. Щетина уже отросла.
…Как и в прошлый раз, Цзи Цянькунь удобно откинулся на спинку инвалидного кресла, накрыв лицо горячим полотенцем. До его ушей донесся легкий шорох, словно Юэ Сяохуэй нежно поглаживала лезвие большим пальцем.
– Знаете, Лао Цзи, иногда, когда вижу вас, я думаю о своем отце…
– Правда? Ему столько же лет, сколько и мне?
– Он младше вас. – Голос девушки стал ближе. – После смерти моей матери он больше не женился. Растил меня в одиночку.
– У твоих родителей, должно быть, были хорошие отношения…
– Да. – Ее голос теперь раздавался около уха старика. – Мой отец до сих пор хранит вещи мамы – рука не поднимается выбросить.
– Он, – Цянькунь вздохнул, – очень упрямый человек.
– Упрямство приносит ему только боль. Бесконечную боль.
– Почему же?
– Он напивается. Похоже, только так он может забыть о смерти любимой.
Цзи Цянькунь некоторое время молчал, потом произнес:
– Но, по крайней мере, ты с ним…
– В этом нет никакого смысла. – Юэ Сяохуэй усмехнулась. – Я выросла похожей на него, но предпочла бы быть как моя мама.
Послышался шорох одежды.
– Лао Цзи…
– А?
– Неужели человек действительно может быть таким упертым?
– Может быть. Мы с твоим отцом как раз и являемся хорошими примерами.
– Ценой самоуничтожения?
– Получается, что так.
– Даже если это затрагивает других?
Цзи Цянькунь замолк. Через некоторое время он тихо спросил:
– Как умерла… твоя мать?
Юэ Сяохуэй, помедлив, ответила:
– Автомобильная авария.
– Ох! – Цянькунь изогнулся. – Сяохуэй, полотенце холодное.
– Черт! – Юэ Сяохуэй отреагировала так, словно очнулась ото сна. – Простите, простите, я заболталась…
Она убрала полотенце с лица Цзи Цянькуня. Равномерно нанеся крем для бритья, нежно положила ладонь на щеку старика и начала брить щетину на верхней губе. Сосредоточенное лицо девушки было совсем рядом, горячее дыхание обдавало его лицо. Цзи Цянькунь закрыл глаза и почувствовал, как лезвие скользит по подбородку.
– Лао Цзи…
– Да?
– Если б Линь Годун был прямо перед вами, что бы вы сделали?
– Сейчас?
– Да.
Цянькунь не ответил, но его тело постепенно напряглось. Юэ Сяохуэй продолжила свою работу: сбрив щетину с верхней губы и подбородка, лезвие переместилось на его щеки. Куда бы она ни опускала бритву, чувствовалось, что мускулы на лице старика напряглись – он стиснул зубы.
– Я бы убил его.
Бритва на секунду задержалась на щеке, а затем продолжила медленно двигаться.
– Почему?
– Нужно ли спрашивать? – Цзи Цянькунь открыл глаза и сжал кулаки. – Он зверски убил мою жену и полностью разрушил мою жизнь. – Почему я не могу отомстить?
– Не двигайтесь, я могу вас поранить. – Девушка придержала его за подбородок. – Простите за такой вопрос.
Цзи Цянькунь немного расслабился:
– Всё в порядке. Просто эти мысли захватили мой разум в последние несколько дней.
– М-м-м?
– По прошествии более чем двадцати лет Ду Чэн не смог собрать достаточно доказательств. – Голос Цянькуня зазвучал живее: – Я не могу это просто так оставить.
– Если вы убьете его, то тоже отправитесь в тюрьму.
Бритва переместилась к шее.
– Я понимаю это, – произнес старик, мягко улыбнувшись. – Пока я могу отомстить, мне наплевать на все.
– Любой ценой?
– Любой ценой. После смерти моей жены каждая секунда моей оставшейся жизни была посвящена этому расследованию.
Бритва медленно срезала оставшуюся щетину на его шее и наконец остановилась над адамовым яблоком.
– Значит, вы с самого начала не планировали отдавать Линь Годуна под суд, не так ли?
– Да.
– Другими словами, вам просто нужно было найти его. Вы заранее решили, что делать с Линь Годуном… – Голос Юэ Сяохуэй задрожал. – Вы просто использовали Вэй Цзюна, Ду Чэна и меня!
Цзи Цянькунь молчал. Через продолжительное время он с трудом выговорил:
– Я знаю, это несправедливо по отношению к тебе. Но, Сяохуэй, пожалуйста, поверь мне: пока есть хоть какой-то шанс осудить Линь Годуна законным способом, я не стану прибегать к самоуничтожению. Но…
Он не смог продолжить, и Юэ Сяохуэй тоже не произносила ни слова. Лишь сверкала бритва.
Минуту спустя до ушей Цзи Цянькуня снова донесся голос девушки:
– Лао Цзи, вы когда-нибудь ошибались?
– А? – Вопрос застал его врасплох. – Конечно.
– Каждый, кто сделал что-то не так, заслуживает шанса.
Давление на шею внезапно исчезло – и лишь тогда Цзи Цянькунь осознал, что бритва была прижата к его горлу. Он открыл глаза, на секунду перед глазами возник потолок, но тут Юэ Сяохуэй снова закрыла его лицо полотенцем.
– Подожди еще несколько дней. – Голос ее стал отстраненным. – То, чего хочешь ты и чего хотим мы, обязательно произойдет.
Цянькунь лежал на спине в инвалидном кресле, ожидая, когда она продолжит говорить или хотя бы уберет полотенце. Однако все вокруг погрузилось в тишину.
Через некоторое время он снял полотенце с лица и выпрямился.
Комната была пуста.
Глава 30
Пробуждение
Линь Годун вышел за дверь и выбросил пластиковый пакет в мусорное ведро. Ближе к вечеру налетел сильный ветер, и в воздухе чувствовался запах сырости. Он посмотрел на темные тучи, плывущие по ночному небу. Похоже, вот-вот пойдет первый весенний дождь в этом году…
Годун поднял воротник, засунул руки в карман пуховой куртки и вышел за пределы жилого комплекса.
С тех пор как отпустил Чэнь Сяо той ночью, он не выходил из дома уже несколько дней. Линь Годун прекрасно понимал, что больше не сможет работать в той переводческой компании, но крохи от зарплаты, оставшиеся с прошлого раза, не позволяли долго содержать себя. Требовалось как можно скорее найти другую работу.
После размещения более десятка резюме в интернете ответа так и не последовало, и это не способствовало хорошему настроению. Сегодня вечером он все-таки вышел на прогулку: сменить обстановку, а также сходить в супермаркет и купить продукты со скидкой.
…С приходом весны у людей, похоже, появляется больше желания проводить время вне дома. Хотя было уже больше восьми часов вечера, людей на улицах меньше не становилось.
Линь Годун подошел к автобусной остановке, взглянул на ожидающую там толпу и встал под навесом, терпеливо высматривая автобус.
В этот момент рядом с ним остановилась девушка. Она прочитала информацию на автобусной остановке, а затем уставилась в экран мобильного телефона.
Линь Годун посмотрел на нее: девушка с прямыми волосами, лет двадцати с небольшим, с фиолетовым рюкзаком «Найк» в руках, в тонком черном пуховике, синих джинсах и кроссовках. Похожа на студентку. Довольно высокая, со стройной талией и прямыми ногами. Словно почувствовав пристальный взгляд Линь Годуна, она повернула голову. В тот момент, когда их взгляды встретились, Линь Годун резко отвернулся.
Девушка, больше не обращая на него внимания, достала наушники и стала слушать музыку. Время от времени ее тело слегка подрагивало в такт ритму.
Подул еще один порыв ветра, и в ноздри Линь Годуна ворвался, казалось бы, бесконечный аромат. Он вздрогнул и быстро повел носом, пытаясь найти его источник. Запах исходит от девушки сбоку от него.
Он почувствовал, как из его головы словно вырвался поток тепла, пронесся по всему телу и сосредоточился внизу живота. Казалось, раскрылись все поры, и горячее желание хлынуло наружу: сердце начало бешено биться, а кровеносные сосуды – энергично сокращаться. По его лбу заструился пот, ладони стали горячими.
Линь Годун причмокнул – и тут же почувствовал сладковатый запах ржавчины. Этот соблазнительный запах опасности возбудил его еще больше.
Сделав вид, что делает глубокий вдох, он тихо подошел к девушке, втягивая ее аромат, как наркоман. Та, казалось, заметила его приближение – она слегка наклонила голову, но не стала отходить, продолжая возиться со своим мобильным телефоном. В это время толпа на автобусной остановке двинулась к обочине – издалека медленно приближался автобус № 249. Девушка тоже вышла вперед и смешалась вместе с толпой, собираясь сесть в автобус и одновременно доставая проездной.
Линь Годун не планировал садиться на автобус № 249, но запах, исходивший от девушки, обладал магической силой и вел за ней.
Казалось, девушка не замечала Линь Годуна – ее внимание все еще было приковано к мобильному телефону. На ходу она открыла «ВиЧат», выбрала контакт и нажала на значок «отправить видео». Затем засунула телефон в сетку перед плечевым ремнем школьной сумки и вошла в автобус.
Линь Годун тоже зашел за ней. Двери автобуса за ними закрылись.
* * *
Вэй Цзюн сидел в библиотеке. Перед ним лежал университетский учебник английского языка шестого уровня, открытый на странице 177. Он смотрел на эту страницу уже по меньшей мере два часа, но его мысли были заняты совсем не новыми английскими словами.
Юноша повернул голову и посмотрел в окно, где на фоне мрачного ночного неба виднелись точечки уличных фонарей кампуса. Он почувствовал необъяснимое волнение, как будто вот-вот должно было произойти что-то…
Вэй Цзюн снова посмотрел на стол по диагонали позади себя и увидел маленького мальчика с сальными волосами, изучавшего комплекс упражнений по углубленной математике. Именно там привыкла сидеть Юэ Сяохуэй, но он не видел ее уже два дня.
«Куда она подевалась?»
Вэй Цзюн достал свой мобильный телефон, открыл «ВиЧат» и набрал в диалоговом окне: «Ты где?»
Почти одновременно после его сообщения Юэ Сяохуэй ответила, но ее ответ был не текстовым и не голосовым, а видеозаписью.
Почувствовав неладное, Вэй Цзюн огляделся, надел наушники и нажал кнопку воспроизведения.
Наушники временно перекрыли окружающий шум. Голос подруги слышался очень четко. Казалось, что она стоит в жилом районе; за ее спиной находилась стена с рекламой, а в углу кадра виднелся еще не растаявший снег. Юэ Сяохуэй, похоже, долго стояла на улице – ее щеки раскраснелись от холода. Выражение лица было очень усталым.
– Вэй Цзюн, когда ты увидишь это видео, пожалуйста, немедленно свяжись с Ду Чэном и попроси его засечь мой телефон. – Сяохуэй сделала небольшую паузу. – Если у меня будет возможность, я воспользуюсь «ВиЧатом», чтобы поделиться с вами своим местоположением в режиме реального времени.
Вэй Цзюн был озадачен еще больше. Где Юэ Сяохуэй? Что она хочет сделать? Зачем ему связываться с Ду Чэном? Но, похоже, времени размышлять об этом у него не осталось…
Юэ Сяохуэй продолжила:
– Ду Чэн прав. Основываясь на доказательствах, мы никак не сможем поймать Линь Годуна. Единственный шанс – если он убьет снова. – Юэ Сяохуэй улыбнулась в камеру, но ее улыбка была одновременно нервной и встревоженной. – Я – самый подходящий человек, чтобы зацепить его на крючок. Если б вы сейчас были со мной, то почувствовали бы, что я нанесла на себя «Мадам Баттерфляй»…
Она внезапно остановилась и отвела взгляд.
– На самом деле я действительно хочу, чтобы ты был рядом со мной.
С опустошеннным видом глядя в камеру, Юэ Сяохуэй тряхнула головой, и ее лицо стало таким же, как прежде:
– Не отговаривай меня, это бесполезно. У нас не так много времени. Ду Чэн больше не может ждать, как и я. Поэтому я должна как можно скорее подвести Линь Годуна на шаг ближе к казни. – Она решительно ткнула пальцем в экран: – Ни в коем случае не звони мне. Когда придет время, я включу режим видеозаписи и сниму весь процесс совершения преступления. Все, что тебе нужно сделать, – это найти меня как можно скорее. Может быть, еще есть время спастись… – Юэ Сяохуэй снова улыбнулась: – Честно говоря, я очень не хочу умирать. Если будет шанс, – она стала серьезной, – я объясню тебе, почему сделала это.
В этот момент в наушниках раздался слабый приглушенный звук, как будто кто-то закрыл дверь. Юэ Сяохуэй тоже обернулась на этот звук. Внезапно выражение ее лица стало нервным, и она ушла из кадра.
– Он вышел. – Юэ Сяохуэй снова повернулась к экрану, ее речь начала ускоряться: – Я пойду, а ты должен сделать так, как я тебе сказала!
Видео закончилось.
* * *
Ошеломленный Вэй Цзюн тут же набрал номер мобильного телефона Юэ Сяохуэй. Прошло несколько гудков, но затем девушка сбросила вызов. Позвонил снова – и опять сброс. Юноша подхватил свою сумку и вылетел из читального зала.
Слетев по лестнице, преодолевая по две-три ступеньки за прижок, он набрал Ду Чэна и попросил его немедленно определить местоположение мобильника Юэ Сяохуэй.
– Зачем? – ошарашенно спросил тот. – Я сейчас дома…
– Немедленно, вам нужно сделать это немедленно! – Вэй Цзюн быстро пересек фойе и выбежал из библиотеки. Девушка с книгами в руках не смогла увернуться и была сбита им с ног. У Вэй Цзюна хватило времени только на то, чтобы бросить «извините». Он распахнул дверь и ринулся к школьным воротам.
– Сейчас распоряжусь. – Хотя Ду Чэн так и не разобрался в причине волнения Вэй Цзюна, его сбивчивая речь заставила его действовать быстрее. – Не выключай телефон и оставайся на связи.
Вэй Цзюн выбежал из ворот кампуса и оказался на улице с оживленным движением. Он топтался на обочине дороги, отчаянно махая каждому проезжавшему такси – однако большинство уже были заняты. Через несколько минут перед ним остановилось такси. Водитель, с любопытством глянув на вспотевшего парня, спросил:
– Куда едем?
Только тогда Вэй Цзюн понял, что понятия не имеет, где сейчас Юэ Сяохуэй. Немного подумав, он произнес:
– Пока просто поезжайте вперед.
Таксист был озадачен еще больше. Однако все равно включил счетчик и завел машину.
Вэй Цзюн снова набрал номер Ду Чэна, и на этот раз звонок приняли сразу же. Ду Чэн говорил очень быстро, и казалось, что он тоже бежит.
– Вы нашли Юэ Сяохуэй?
– Я попросил Чжан Чжэньляна проверить. – В динамике послышался скрип дверцы машины. – Что, черт возьми, происходит?
– Сяохуэй отправилась на поиски Линь Годуна. – Губы Вэй Цзюна задрожали. – Она надушилась «Мадам Баттерфляй».
У Ду Чэна внезапно перехватило дыхание. Взревел двигатель.
– Откуда ты знаешь?
Вэй Цзюн вкратце рассказал о содержании видео, которое прислала Сяохуэй. В ответ из динамика донесся глухой звук удара ладонью по рулевому колесу.
– Млять! – Было отчетливо слышно, как Ду Чэн скрипнул зубами. – Эта девчонка что, с ума сошла?
– Хватит! – прервал его Вэй Цзюн. – Что мне теперь делать?
– Что делать… спасать ее! – Тон Ду Чэна был тверд. – Ты остаешься со мной – и никуда не рыпаешься, понял?
Вэй Цзюн открыл рот, чтобы поспорить, но Ду Чэн уже повесил трубку.
Такси подъехало к перекрестку. Водитель повернулся к Вэй Цзюну и неуверенно спросил:
– Все еще вперед?
Вэй Цзюн заставил себя успокоиться. Юэ Сяохуэй сказала на видео: «Он вышел», а затем выключила запись. Это «он», должно быть, относится к Линь Годуну. Тогда, судя по тому, сколько прошло времени, они все еще должны находиться рядом с домом Годуна.
– В район Тедун, жилой комплекс «Люйчжу».
– Понял. – Из только что состоявшегося телефонного разговора водитель уяснил, что ситуация, с которой столкнулся этот молодой пассажир, совсем не шуточная.
Он включил сигнал поворота и помчался в сторону района Тедун.
* * *
Автобус был переполнен. Девушка, держась за поручень, неподвижно смотрела в окно. Линь Годун стоял рядом, дыша долго и глубоко. Дурманящий запах продолжал проникать в его ноздри, и бесчисленные крошечные щупальца слегка сжимали его сердце.
Во рту у Линь Годуна становилось все суше и суше – оттуда даже вылетел какой-то шелестящий звук. Он продолжал сглатывать слюну, его кадык ходил вверх-вниз. В то же время нижняя часть его тела постепенно пришла в движение.
По окнам автобуса потекла вода. Вскоре крупные капли равномерно забарабанили по крыше. Пошел первый в этом году весенний дождь.
Дорога стала мокрой, и движение транспорта замедлилось. Пассажиры выходили на каждой остановке. По салону разнесся запах влаги. Линь Годун почувствовал на своем лице влагу – а еще холод, что еще больше возбудило его. Воспользовавшись качкой, он приблизился вплотную к девушке. Ее тело было прижато к поручню и чуть выгнуто. Линь Годун даже ощутил форму предметов в рюкзаке, висевшем у нее на плечах. Девушка отреагировала не сразу. Она достала мобильный телефон из сетчатого кармана, несколько раз нажала на экран и засунула обратно, затем обернулась, прикрыла сетку рукой и взглянула на Линь Годуна.
Это был первый раз, когда они смотрели друг на друга. Линь Годун быстро отвернулся в сторону. Но от этого первого взгляда волнение в его сердце не уменьшилось, а лишь усилилось. У девушки было красивое лицо, нежная кожа. Особенно светлой и гладкой казалась открытая часть шеи.
Его сердце снова сильно забилось. Какие же будут ощущения, если сжать эту шею рукой?
* * *
Из-за внезапного дождя движение было затруднено. Вэй Цзюн с тревогой смотрел на плотный поток автомобилей перед собой и одновременно продолжал просматривать свой мобильный телефон, но никаких новостей ни от Ду Чэна, ни от Юэ Сяохуэй не было.
Намерение Юэ Сяохуэй было очевидным: использовать «Мадам Баттерфляй» и себя саму, чтобы спровоцировать Линь Годуна на очередное преступление. Судя по намерению демона убить Чэнь Сяо, весьма вероятно, что он проглотит наживку. Однако риски, с которыми сталкивается Юэ Сяохуэй, столь же велики. Если Линь Годун не будет пойман с поличным, даже если останутся какие-то улики, она заплатит за это своей жизнью.
Юноша не понимал, что заставило подругу принять такое решение. Даже если б это было ради Лао Цзи или Ду Чэна, цена слишком велика.
Вэй Цзюн сосредоточился на том, чтобы привести в порядок свои мысли. Сейчас Юэ Сяохуэй должна быть с Линь Годуном. Конкретное местоположение неизвестно, обстановка неизвестна. Непонятно, поймался ли Линь Годун на эту уловку. Но делом первостепенной важности являлось не арестовать психопата, а остановить Сяохуэй.
И он не мог просто смотреть, как она идет на смерть.
Пока Вэй Цзюн размышлял, экран его мобильного телефона внезапно загорелся, и тут же раздался звонок. Он машинально опустил взгляд – это было приглашение в видеочат с Юэ Сяохуэй.
Вэй Цзюн на мгновение задержал дыхание и не задумываясь нажал кнопку «принять».
На экране появилось слегка дрожащее изображение, но лица Юэ Сяохуэй он не увидел. Бо́льшую часть экрана занимало окно и ряды голов внизу. В то же время из наушников доносился неясный голос, похожий на женский: с ровным тоном, без подъемов и спадов, и можно было различить, как он диктует набор цифр.
Вэй Цзюн внезапно осознал, что Юэ Сяохуэй находится в автобусе. Он нетерпеливо крикнул в трубку:
– Сяохуэй! Сяохуэй, где ты?
Она не ответила. Изображение на экране по-прежнему не менялось. Через несколько секунд камера телефона начала быстро двигаться и, миновав несколько незнакомых людей, остановилась.
Глаза Вэй Цзюна внезапно расширились. На экране появилась верхняя часть тела мужчины. Он посмотрел прямо на девушку, а затем повернул голову. В то же время его адамово яблоко быстро задергалось. Хотя мужчина возник всего на две секунды, Вэй Цзюн все равно узнал его – это был Линь Годун.
Экран снова повернулся, и на нем возникло то же окно. Через несколько секунд видеочат завершился.
Сердце Вэй Цзюна бешено забилось. Юэ Сяохуэй ничего не говорила, но она, должно быть, хотела донести до него какое-то послание с помощью этого видео: она действительно с Линь Годуном, и он уже заглотил наживку.
Но где же они?
Вэй Цзюн отчаянно вспоминал каждую картинку и каждый звук в том видео. По цифрам на окне невозможно было определить, какой это автобус. Кроме того, стекла были залиты дождем, и пейзаж за окном нельзя было разглядеть четко. Не говоря уже о том, чтобы определить местонахождение автобуса.
Однако женский голос, доносившийся из наушников, судя по всему, сообщал об остановках, а набор цифр звучал как 249.
«Добро пожаловать на маршрут № 249…»
Вэй Цзюн поспешно открыл поисковую систему «Байду». Действительно, одна из остановок автобуса № 249 находилась недалеко от жилого комплекса «Люйчжу». Тогда нет никаких сомнений в том, что Юэ Сяохуэй и Линь Годун находятся в этом автобусе.
Но в каком направлении они движутся?
№ 249 – автобусная линия, проходящая через весь город. Такси Вэй Цзюна почти доехало до жилого комплекса «Люйчжу». Если он поедет в неправильном направлении, то будет все дальше и дальше удаляться от Юэ Сяохуэй…
Вэй Цзюн с тревогой огляделся по сторонам, словно ожидал увидеть рядом автобус с Сяохуэй. Однако сквозь залитое дождем стекло машины разглядеть что-либо было невозможно. Юноша протянул было руку, чтобы поднять стекло, но остановился – дождь разошелся не на шутку.
Вэй Цзюн тупо уставился в окно. В его памяти снова возник автобус с видео. На стекле их автомобиля дождевая вода стекала из левого верхнего угла в правый нижний… Получается, в момент съемки автобус остановился у остановки, и скорость его была невысокой. Судя по дорожкам дождя на стекле, он двигался против ветра…
Вэй Цзюн быстро сказал таксисту:
– Остановите машину, пожалуйста.
Такси остановилось на обочине. Вэй Цзюн наблюдал за дождем, пока не понял, куда плывет тонкая шелковистая струйка воды.
– Развернитесь! – Он передал водителю телефон, указал маршрут на карте и сказал: – Довезите меня до остановки двести сорок девятого автобуса.
* * *
– Остановка «Сянцзянцяо». Пожалуйста, готовьтесь к выходу заранее, – снова зазвучал женский голос, и пассажиры один за другим начали двигаться по направлению к двери. Девушка отцепилась от поручня и тоже пошла на выход.
Автобус № 249 сбавил скорость и медленно въехал на остановку «Сянцзянцяо». Дверь открылась, пассажиры вышли наружу и разбрелись в разные стороны. Девушка натянула капюшон на макушку и медленно двинулась по тротуару.
Линь Годун, засунув руки в карманы, последовал за ней. Выйдя из автобуса, он почувствовал, что сильный аромат, исходивший от тела девушки, внезапно стал слабее. Но оба они шли против ветра, и запах все равно время от времени попадал ему в ноздри. Девушка, казалось, по-прежнему не замечала, что он идет за ней по пятам. Она не оглядывалась ни назад, ни по сторонам – шла медленно и спокойно. Пройдя около ста метров, свернула в супермаркет. Линь Годун, подождав несколько секунд у двери, тоже вошел.
Народу в супермаркете было немного, и он сразу же заметил, что девушка выбирает товары на полках. Оглядевшись по сторонам, направился прямиком в отдел с кухонными принадлежностями, сделав вид, что выбирает подставки для ножей, а сам краем глаза периодически поглядывал на девушку. Та все еще стояла перед полкой. Чего он не мог видеть, так это того, что она продолжала смотреть на экран, висевший над ним.
Это был дисплей системы видеонаблюдения, разделенный на шесть «окон». С того момента, как Линь Годун вошел в супермаркет, каждое его движение в отделе кухонных принадлежностей четко отображалось на экране дисплея.
В уголках рта девушки появилась улыбка, но затем ее лицо стало нервным.
Наконец Линь Годун, выбрав тонкий кухонный нож, посмотрел на девушку, все еще стоявшую в продуктовом отделе, и подошел к кассе, чтобы расплатиться. Он первым вышел из супермаркета, а затем спрятался за световым коробом на обочине дороги, выжидая.
Через несколько минут девушка тоже вышла, все еще держа в руке пакет. Она посмотрела налево и направо – и продолжила идти против ветра.
Линь Годун выскочил из-за светового короба и молча последовал за ней.
По дороге, более чем в десяти метрах от них, промчалось красное такси. В окне машины какой-то парень с тревогой смотрел на ехавший перед ним автобус.
Было уже больше девяти часов вечера, и пешеходов стало меньше. Девушка все еще продолжала идти ровным шагом, но через несколько минут свернула в переулок. Линь Годун продолжал идти за ней по пятам. Они оказались на однополосной дороге с жилыми домами по обеим сторонам. Хотя уличных фонарей здесь не было, свет, льющийся из окон жилых домов, немного освещал дорогу. Девушка стояла примерно в десяти метрах от него. Сняв наушники, она опустила голову и нажимала на экран телефона.
Линь Годун, глянув вперед, увидел в конце переулка черное здание, похоже, окруженное строительной площадкой, закрытой по всему периметру. Он снова огляделся: кроме них двоих, в переулке больше никого не было.
Ускорив шаг, Годун на ходу достал кухонный нож, который только что купил, снял упаковку и сунул его в карман. Он не знал, живет ли эта девушка где-то поблизости: если сейчас не начать действовать, можно упустить свой шанс. Через несколько секунд расстояние между ними сократилось – они были всего в одном шаге друг от друга.
Услышав шаги позади себя, девушка обернулась – и тут Линь Годун приставил нож к ее груди.
– Не двигаться!
Он изо всех сил старался, чтобы его голос звучал сурово и тихо. Девушка действительно испугалась его; она сделала шаг назад, ее лицо побледнело.
– Вы… что вы делаете?
– Вперед! Пошла! Не кричи, или я убью тебя.
Девушка посмотрела на острый нож и, не сопротивляясь, повернулась и пошла вперед.
Линь Годун схватил ее за левую руку и приставил нож к талии. Одновременно следя за обстановкой и движением вокруг, он толкал девушку к зданию.
Она незаметно прикрыла мобильный телефон портфелем и запустила «ВиЧат».
* * *
Вэй Цзюн забежал в автобус № 249 и быстро осмотрел салон. Пассажиры с любопытством наблюдали за встревоженным парнем и поворачивали головы, бросая на него вопросительные взгляды. Однако среди них не оказалось лица, которое Вэй Цзюн хотел бы видеть.
Автобус отъехал от остановки. Вэй Цзюн запрыгнул в такси, ожидавшее на обочине, и сказал водителю:
– Продолжайте ехать, поймаем следующий автобус.
Такси помчалось дальше. Вэй Цзюн снова позвонил Ду Чэну. Как только по ту сторону послышался его голос, он нетерпеливо спросил:
– Где она?
– Между улицей Хэйшань и улицей Суншань. Я почти на месте. Чжан Чжэньлян привезет оборудование. – Голос Ду Чэна был очень встревоженным. – Мы точно найдем ее. Никуда не уезжай, жди моих новостей…
– Они с Линь Годуном только что ехали в двести сорок девятом автобусе, я не знаю, вышли ли они уже оттуда…
Глаза Вэй Цзюна внезапно расширились – в строке сообщений в верхней части экрана телефона появился значок «ВиЧат». Он запустил приложение…
«Юэ Сяохуэй!»
В диалоговом окне появилось сообщение, показывающее местоположение в реальном времени: девушка находилась в переулке между улицей Хэйшань и улицей Суншань.
Вэй Цзюн увеличил изображение на карте, и название переулка четко проступило на экране телефона.
– Развернитесь! Переулок Сто два, улица Хэйшань!
Затем Вэй Цзюн снова закричал в трубку:
– Она в Сто втором переулке, улица Хэйшань!
– Хорошо, я скоро буду там. – У Ду Чэна не было времени спросить о причине. – Подожди меня у входа в переулок, тебе нельзя оставаться одному…
Вэй Цзюн сразу же дал отбой и уставился на карту на экране телефона и значок, изображающий Юэ Сяохуэй.
* * *
Девушка не сопротивлялась и не звала на помощь, позволив Линь Годуну довести себя до конца переулка. По пути они не встретили ни единого пешехода. Линь Годун еще раз вдохнул аромат. На последних нескольких десятках метров, отделяющих их от здания, он почти уткнулся носом девушке в затылок.
Выйдя из переулка, он увидел перед собой дорогу, идущую с севера на юг. Иногда по ней проносились машины. Линь Годун крепко схватил жертву за руку, а нож переместился с ее талии на спину.
– Переходи. Если посмеешь пошевелиться, я зарежу тебя!
Девушка, инстинктивно выпрямившись, медленно перешла дорогу. Над ней возвышалось недостроенное здание. Когда они оказались внутри, их лица окутали влага и холод, а под ногами зашуршал гравий. Линь Годун вытер капли с лица, огляделся и наконец указал на серую цементную лестницу впереди.
– Ты! Поднимайся наверх!
Девушка смотрела на него. В темноте ее похититель вырисовывался лишь смутными очертаниями на фоне уличных фонарей. Сверкал только нож. Ей вдруг захотелось убежать, и она даже представила, что в следующую секунду увидит большое количество вооруженных до зубов полицейских, окружающих здание. Однако ночь по-прежнему была тихой. Кроме проливного дождя и человека с ножом перед ней, в темноте ночи больше никого и ничего не было.
Девушка повернулась и послушно стала подниматься по лестнице. Снова тайком вынув свой телефон, включила функцию записи.
Приближается заключительный момент, и она должна быть полностью готова.
* * *
«Общий доступ к местоположению завершен».
Вэй Цзюн ошеломленно уставился на телефон – прямо сейчас он потерял позицию Юэ Сяохуэй.
Такси резко затормозило, и юноша ударился о переднюю панель, но даже не заметил этого. Повернувшись, он спросил:
– Почему остановились? Езжайте дальше!
– Приехали. Переулок сто два, улица Хэйшань. – Водитель указал на дорожный знак на обочине. – Здесь односторонка, въезжать нельзя.
Переулок был темным и длинным, и Сяохуэй пошла по нему на запад, прежде чем пропала ее геопозиция. Если он найдет ее вовремя, это спасет ей жизнь.
– Въезжайте! Я добавлю денег.
– Дело не в деньгах. – Водитель уже поднял лампу «холостого прогона», а счетчик рядом с ним поскрипывал и печатал чек. – Как я могу работать без вычета?
Вэй Цзюн больше не хотел говорить о всякой ерунде, поэтому бросил ему купюру в сто юаней, выскочил из машины и побежал к переулку.
Дождь становился все сильнее. Уже через несколько десятков метров волосы и лицо Вэй Цзюна были мокрыми от дождевых капель. Он посмотрел на дома по обе стороны и ускорил шаг.
В этот момент навстречу ему выехал автомобиль, ослепляя фарами. Парень изо всех сил раскрыл глаза, пытаясь разглядеть модель машины и внешность пассажиров. Было бы здорово, если б это был старомодный внедорожник «Паладин» Ду Чэна, а целая и невредимая Юэ Сяохуэй сидела бы на пассажирском кресле…
Но мимо него промчался «Фольксваген Тигуан». В то же время воздух разрезал какой-то резкий звук.
У разочарованного Вэй Цзюна екнуло сердце. Он сделал несколько шагов вперед и наконец разглядел, что лежало на асфальте.
Это был обычный пластиковый пакет для покупок. Вэй Цзюн открыл его и обнаружил коробку печенья, бутылку «Кока-колы» и две упаковки салфеток для лица. На дне пакета лежала пачка сигарет «Чжуннаньхай» с содержанием смолы в пять миллиграммов.
Сердце Вэй Цзюна бешено заколотилось. Это именно та марка сигарет, которая нравится Юэ Сяохуэй. Если пакет действительно принадлежит ей, то это может объяснить по крайней мере две вещи: во‐первых, она действительно была в этом переулке, а во‐вторых, случилось что-то плохое. Другими словами, Линь Годун похитил ее именно здесь…
Мозг Вэй Цзюна заработал быстрее: этот переулок не подходил для похищения. Судя по всему, они должны быть недалеко отсюда.
Он бросил пакет с покупками и побежал в конец переулка.
Несколько минут спустя Вэй Цзюн уже выбежал на улицу Хэйшань – перед ним открывалось ее пересечение с улицей Суншань. Глядя на широкую дорогу и редкие машины, проезжающие мимо, юноша снова должен был сделать выбор.
«Что, если Линь Годун похитил ее и они сели в такси?»
Вэй Цзюн поспешно достал свой мобильный телефон и набрал номер Ду Чэна.
– Я скоро буду, – произнес тот. – Где ты?
– Я был в переулке и не видел их! – Вэй Цзюн почти сорвался на крик. – Ты не можешь найти мобильный телефон Юэ Сяохуэй?
– Не видел их? – Ду Чэн встревожился еще больше. – Судя по информации о местоположении, она находится на пересечении Сто второго переулка и улицы Суншань.
Пересечение? Вэй Цзюн огляделся: Банк коммуникаций, бизнес-зал «Чайна мобайл», ресторан морепродуктов «Силайшунь», начальная школа…
Перед ним возвышалось здание с черными дырами, которое походило на огромное чудовище, скорчившееся под дождем.
– Есть недостроенное здание! – крикнул Вэй Цзюн в телефон. – Я поднимусь туда первым, поторопитесь!
После этого он повесил трубку, стиснул зубы и побежал к черному чудищу.
* * *
Добравшись до седьмого этажа, девушка услышала, как Линь Годун прошептал ей в спину:
– Иди внутрь.
Она послушно направилась к большому открытому пространству по диагонали от них. Это здание строили под офисы, поэтому площадь у него была намного больше, чем у обычного жилого дома. Стены и полы были сделаны из грубого цемента. Холодный ветер задувал дождевые капли внутрь огромных дыр, где должны были быть установлены окна. Из них открывался вид на ночной город.
Линь Годун оглядел открытое пространство и указал на деревянную скамью, стоявшую в углу:
– Принеси ее.
Девушка подчинилась. Это была обычная скамья, сделанная из деревянных досок, которая была больше похожа на деревянную раму, покрытую высохшим цементом.
Линь Годун указал ножом на девушку:
– А теперь снимай верхнюю одежду. И поторопись!
Тело девушки содрогнулось. Она медленно сняла рюкзак и осторожно положила его на землю. Затем расстегнула свой пуховик и взяла его в руку.
– Разложи на скамье.
Девушка сгорбилась, теребя край одежды. Линь Годун сделал шаг вперед, схватил пуховик и расстелил его на скамье.
– Ложись!
Девушка начала отступать, ее лицо исказил ужас.