– А?.. – Вэй Цзюн на некоторое время задумался. – Кажется… я не заметил…

Он нахмурился: неужели Цзи Цянькунь оставил свою сумку Ло Шаохуа? Если это так, то что в ней находится?

Парень кинул взгляд на Ло Шаохуа. Но стоило ему обернуться, как раздался громкий шепот Сяохуэй:

– Не оглядывайся!

Почти в то же самое время Вэй Цзюн услышал позади себя перезвон колокольчиков. Стеклянная дверь распахнулась. Кто-то вошел.

Юноша поспешно опустил голову. Через несколько секунд он поднял глаза и увидел Юэ Сяохуэй, которая повернулась к нему, но глаза ее были устремлены в сторону. Лицо девушки побледнело.

Позади нее послышались неторопливые шаги, удалявшиеся в сторону Ло Шаохуа. Юэ Сяохуэй быстро повернула голову и посмотрела в окно; ее голос был тихим, но ясным:

– Это Линь Годун!

От этих трех слов сердце Вэй Цзюня внезапно забилось быстрее. Он тихо спросил:

– Ты уверена?

Юэ Сяохуэй, прикрыв лицо рукой, кивнула.

Вэй Цзюн стиснул зубы, медленно повернулся и взглянул на столик Ло Шаохуа. Точно. Человеком, который отодвинул стул, собираясь сесть напротив Ло Шаохуа, был Линь Годун.

Вэй Цзюну стало не по себе. Он снова повернулся к Сяохуэй и еле слышно сказал:

– Быстрее звони Ду Чэну!

Юэ Сяохуэй, тоже нервничая, тихонько достала свой телефон, разблокировала экран и быстро порылась в контактах. Вэй Цзюн, глядя на имена людей, мелькавшие на экране телефона, мысленно потарапливал ее.

Внезапно рука девушки замерла. Она уставилась в верхнюю часть экрана и ахнула. А потом немедленно вышла из контактов и открыла интерфейс настроек беспроводной сети.

Вэй Цзюн, стиснув зубы, еле слышно спросил:

– Что ты делаешь?

Юэ Сяохуэй не ответила – лишь с ошарашенным выражением на лице передала ему телефон.

В списке доступных беспроводных сетей эта стояла сверху.

«Шестидесятилетний старикан».

«Подключено».

Глава 33

Навязчивая мысль

Линь Годун посмотрел в спину Ло Шаохуа, подошел к нему и сел.

– Ключи от машины… – Слова вылетели быстрее, чем он успел сообразить, кто перед ним.

Мужчина в коричневом пуховике и черной шерстяной шапке поднял голову. Хотя ему тоже было около шестидесяти лет, это был не Ло Шаохуа.

– Извините. – Линь Годун немедленно встал. – Ошибся.

– Линь Годун, – незнакомец убрал руки под стол и кивком предложил ему сесть, – ты не ошибся.

Глаза Годуна расширились:

– Я вас не знаю.

Незнакомец улыбнулся и указал на зеленую сумку, лежащую на столе:

– Разве это не то, чего ты хочешь?

Линь Годун немного подумал, затем медленно откинулся на спинку стула.

– Кто вы такой? – Он посмотрел на зеленую сумку. – Где Ло Шаохуа?

– Он уже уехал. – Взгляд незнакомца не отрывался от лица Линь Годуна. – Человек, которого ты хочешь видеть сегодня, – это я.

Полчаса назад



Чжан Хайшэн стоял перед широкими окнами кафе, осматривался по сторонам и наконец повернулся, чтобы заглянуть внутрь.

И правда. В среднем зале, лицом к двери, сидел Ло Шаохуа. Чжан Хайшэн достал свой мобильный телефон и набрал номер.

– Алло, ты приехал? Поторопись! Да, это он… Что? Ты с ума сошел? Я не буду этого делать!

Он обернулся и посмотрел на Ло Шаохуа – тот с серьезным видом сидел за столом. Санитар нервно расхаживал взад-вперед у двери.

– Ты что, хочешь отправить меня в тюрьму… Сколько, ты сказал? – Он остановился и быстро заморгал. – Двадцать тысяч – не меньше!.. Хорошо, я делаю это в последний раз. Отныне твои дела не должны меня касаться!

Он тут же дал отбой, засунул руки в карманы и глубоко вздохнул, словно пытаясь приободриться.

Через несколько минут перед кафе остановилось красное такси. Чжан Хайшэн сначала достал инвалидную коляску из багажника, раскрыл ее, а затем вытащил Цзи Цянькуня из машины и посадил его в коляску. Его глаза все время со страхом смотрели на черную кожаную сумку, висевшую на плече Цзи Цянькуня.

– Все, я готов. – Старик устроился поудобнее. – Заходи и садись недалеко от него.

Чжан Хайшэн, хмыкнув, спросил:

– Где деньги?

– У меня. – Цзи Цянькунь со спокойным выражением лица похлопал ладонью по своей сумке. – Я отдам их тебе, когда закончу.

Чжан Хайшэн, слегка кивнув, вошел в кафе.

Цянькунь сидел в коляске лицом к дороге, спокойный и расслабленный, – обычный старик-инвалид, греющийся на солнце. Через пять минут он посмотрел на часы и въехал в кафе вслед за Хайшэном. Проезжая через стеклянную дверь, достал из кармана маленький прямоугольный бумажный пакет, обмотанный желтой лентой, и бросил его в цветочный горшок у двери.

Ло Шаохуа, сидевший в зале, поднял голову, посмотрел на Цзи Цянькуня и снова опустил ее.

Когда старик проезжал мимо столика Ло Шаохуа, он внезапно издал разочарованное «ой-ёй», и мобильный телефон, лежавший у него на коленях, упал на пол и закатился под стол. Цзи Цянькунь с трудом наклонился в своей коляске, вытянул руку и попытался поднять лежащий на полу телефон. Ло Шаохуа повернул голову и увидел беспомощного старика.

– Давайте я. – И наклонился, чтобы поднять телефон.

Как только он опустил голову, Цзи Цянькунь быстро протянул руку и бросил в чашку бывшего полицейского маленькую белую таблетку.

Ло Шаохуа выпрямился и протянул инвалиду его мобильник. Старик поблагодарил его, и Шаохуа внезапно показалось, что они знакомы, но он не смог вспомнить, где видел этого мужчину раньше.

Цзи Цянькунь подкатился к стойке и попросил чашку мокко. Тут же достал газету с полки рядом и стал просматривать ее, ожидая кофе, время от времени краем глаза поглядывая на Ло Шаохуа.

Тот посмотрел на часы, сделал глоток кофе из своей чашки и тут же нахмурился. Посмотрел на темно-коричневую жидкость – и вдруг почувствовал, что все вокруг него поплыло.

Цзи Цянькунь немедленно отбросил газету, отложил свою кожаную сумку, снял пальто и, вынув содержимое его карманов, переложил в брюки. Повернув голову, увидел, что бариста за стойкой, повернувшись к нему спиной, занимается кофемашиной.

Старик кивнул Чжан Хайшэну, сидевшему по диагонали от Ло Шаохуа и потягивавшему апельсиновый сок. Санитар немедленно встал, быстро подошел к Ло Шаохуа, который уже лежал на столе, и снял с него черный пуховик. Цзи Цянькунь подъехал к ним, наклонился и засунул свою черную кожаную сумку под сиденье Ло Шаохуа. Чжан Хайшэн усадил старика на стул напротив Ло Шаохуа и передал ему одежду бывшего полицейского, а сам накинул пальто Цзи Цянькуня на лежащего без сознания Ло Шаохуа.

Сильно вспотевший, он бросил:

– Где деньги?

– У меня под подушкой. – Цзи Цянькунь улыбнулся и кивнул на дверь: – Можешь идти.

– Разве ты, черт возьми, не говорил…

Цянькунь снова сузил губы в улыбке:

– Иди!

Чжан Хайшэн свирепо посмотрел на него и подтолкнул коляску с Ло Шаохуа к двери.

В этот момент официант крикнул:

– Ваш кофе готов!

Хайшэн, не оглядываясь, быстро вышел из кафе. Официант пожал плечами и поставил чашку с кофе на стойку.

Цзи Цянькунь схватил со стола черную шерстяную шапку, надел ее на голову и поднял воротник, чтобы прикрыть лицо. Открыл зеленую сумку и обнаружил, что в ней лежат несколько книг. Задумался. Затем, словно поняв их истинное назначение, растянул губы в улыбке. Достал из кармана две вещи, сжал их в левой и правой руках, опустил голову и стал спокойно ждать.

* * *

– Мне нечего вам сказать. – Линь Годун сразу же схватил зеленую сумку, открыл ее – и надежда мгновенно исчезла из его глаз.

Цзи Цянькунь издал смешок.

Лицо Линь Годуна посерело. Он перевернул сумку вверх дном, и на стол со стуком упали несколько книг. Он, не в силах поверить, снова и снова встряхивал ее – но там было пусто.

Годун в ярости швырнул сумку на пол и закричал:

– Где мои деньги?

Цянькунь, казалось, был очень доволен смущенным выражением лица Линь Годуна. Сейчас он напоминал старого кота, который возится с умирающей мышью. Улыбка на его лице стала еще безумнее.

Линь Годун, стиснув зубы, начал вставать. Цзи Цянькунь тут же крикнул:

– Сядь!

Он положил правую руку на стол, держа на ладони черную прямоугольную пластиковую коробку с красной кнопкой на ней.

– Загляни под свое сиденье!

Линь Годун, раздвинув ноги, быстро заглянул туда.

Под ним лежала черная кожаная сумка.

Он резко поднял голову и посмотрел на странного незнакомца напротив него.

Улыбка исчезла с лица Цзи Цянькуня. Он потряс пластиковой коробочкой, которую держал в руке, перед Линь Годуном:

– Все, что мне нужно сделать, – нажать на эту кнопку, и от тебя не останется даже костей.

Линь Годун вздрогнул:

– Кто ты, черт возьми, такой?

Цзи Цянькунь сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул и произнес:

– В ночь на пятое августа девяносто первого года ты похитил женщину. А потом изнасиловал и убил ее. – Выражение лица Лао Цзи стало мрачным и холодным. – Растерзал ее и разбросал части тела на обочине шоссе сто семьдесят семь, перед архитектурным институтом, внутри мусорного ящика на улице Хунхэ, сто шестьдесят три, и рядом с водонапорной башней в деревне Сяцзян. Я прав?

Его тон был мягким, но слова разрезали мозг Линь Годуна словно ножом, одну за другой вытаскивая картины, спрятанные в глубинах его памяти. Убийца уставился на этого странного человека; его губы дрожали, и он не мог вымолвить ни слова.

– Когда ее тело было найдено, на ней не было ничего, кроме серебристо-серых босоножек на высоком каблуке, – продолжил Цзи Цянькунь. – Ее одежда, должно быть, была уничтожена тобой. Однако в ее бумажнике лежало удостоверение личности – ты, скорее всего, видел его.

Лицо Линь Годуна стало пепельно-серым. Человек, сидящий перед ним, – злой демон, пришедший по его душу…

– Ее звали Фэн Нань, ей было тридцать четыре года, и она любила смеяться. – Цянькунь помолчал некоторое время, а потом произнес медленно и четко: – Я ее муж.

Линь Годун крепко зажмурил глаза, схватился руками за голову и издал низкий стон. Цянькунь смотрел на него, не произнося ни слова. Его большой палец не сдвигался с красной кнопки.

Линь Годун, подняв голову, выдавил сквозь зубы:

– Что ты собираешься делать?

– Что я собираюсь делать? – Цзи Цянькунь, казалось, разговаривал сам с собой, затем улыбнулся. – Я искал тебя двадцать три года, и мне всегда хотелось узнать, что ты за человек.

– Как ты меня нашел?

– Это не тебе следует задавать вопросы, – Цзи Цянькунь покачал головой, – а мне.

Годун сурово посмотрел на него:

– А что, если я не буду тебе отвечать?

– Мы можем и растянуть время… – Цзи Цянькунь медленно продолжил: – Я ждал двадцать три года, подожду и еще немного.

Губы Линь Годуна скривились, он скрипнул зубами.

– Хорошо, спрашивай.

Цзи Цянькунь, прищурившись, подался вперед всем телом:

– Почему ты убил мою жену?

Линь Годун ненадолго задумался:

– Могу только сказать, что она оказалась не в том месте и не в то время, и встретила…

Его голос звучал медленно, взгляд блуждал, и он то и дело поглядывал на правую руку Цзи Цянькуня с черной пластиковой коробочкой. В то же время его руки немного сдвинулись вперед.

– Тебе лучше сидеть спокойно! – Цянькунь сразу же заметил его намерение и откинулся назад, одновременно толкая на Годуна железный стол. Линь Годун прижался спиной к колонне и некоторое время не мог пошевелиться. – Продолжай!

Этот тихий окрик заставил Линь Годуна больше не совершать необдуманных действий – и в то же время немного напугал официанта.

– Здравствуйте, – он подошел к их столу, – что бы вы хотели выпить?

– Ничего не надо. – Цзи Цянькунь ни на мгновение не отрывал взгляда от Линь Годуна. – Уходите.

Его жесткий тон вызвал у официанта недовольство:

– Если вы не будете заказывать, пожалуйста…

– Уходите! – Цянькунь махнул рукой: – И уведите всех людей. У меня здесь бомба!

Удивительно, но официант не испугался, а поставил поднос на стол и с презрением посмотрел на Цзи Цянькуня:

– Старик, ты чего удумал?

Тот поднял голову, глянул на него, затем на Линь Годуна, разочарованно покачал головой, вытянул из-под стола левую руку, в которой держал такую же черную пластиковую коробочку с красной кнопкой, и нажал на нее.

В ту же секунду в цветочном горшке перед кафе раздался взрыв. Мусор, земля и цветы разлетелись во все стороны. Стеклянная дверь тоже рассыпалась вдребезги, и в помещение внезапно ворвался холодный ветер.

На несколько секунд в кафе воцарилась тишина. В следующий момент несколько посетителей с криками выбежали из кафе, опрокидывая стулья.

Официант, прикрыв голову тарелкой, ринулся на улицу. У двери он поскользнулся на осколке стекла и тяжело упал на пол, но сразу же поднялся, не заботясь о порезах на руках, и крикнул парню и девушке, сидевшим за столиком у двери:

– Бегите, у того старика бомба!

Однако те пристально смотрели на двух человек, сидевших друг напротив друга в центральном зале кафе, – и не двинулись с места.

* * *

Ду Чэн держал одной рукой руль, а в другой у него был телефон. Из динамика доносился быстрый голос Чжан Чжэньляна:

– Поезд только что ушел. Вы были правы, Линь Годун вообще не собирался садиться в него!

– Вы обыскали станцию?

– Мы ведем поиск, не упустили ни одной платформы. Мы также связывались с другими поездами, на случай если Линь Годун захотел проехать зайцем.

– Понял.

– А вы где?

– Еду в то кафе. Пусть Сяо Гао продолжает искать мобильный телефон Ло Шаохуа. Если местоположение изменится, немедленно дайте мне знать.

– Хорошо, будьте осторожны.

– Не беспокойся.

Ду Чэн дал отбой, резко повернул руль и свернул на улицу Синхуа. Как только он заехал за угол, услышал впереди громкий шум. Инстинктивно снизив скорость, бывший полицейский с удивлением наблюдал, как из кафе, выходящего окнами на улицу в ста метрах от него, поднялось большое облако дыма. На крыше отчетливо читалось название «The One».

Ду Чэн резко нажал на газ и подъехал к дверям – и увидел, как несколько человек с криками выбегают оттуда. Он тихо выругался и, отстегнув ремень безопасности, выскочил из машины и побежал внутрь.

У входа царил беспорядок: повсюду валялась земля, перемешанная с растениями. Стеклянная дверь разлетелась вдребезги, осталась висеть только металлическая рама. Ду Чэн, прикрыв рот и нос, медленно вошел в помещение, окутанное густым дымом. Его зрение затуманилось, и он мог видеть только перевернутые стулья, а также двух людей, сидящих в зале друг напротив друга. Судя по одежде, первым человеком был Ло Шаохуа. А тем, кто сидел напротив него, – Линь Годун.

Ду Чэн вернулся к двери, достал свой мобильный телефон и быстро набрал номер.

– Чжэньлян, немедленно отправь людей в кафе «The One» – пересечение улиц Синхуа и Даван. Линь Годун уже здесь. – Разогнал рукой густой дым перед собой. – Кроме того, вызови саперов.

* * *

Цзи Цянькунь стиснул зубы; у него зазвенело в ушах. Линь Годун, сидевший напротив него, обхватил голову руками и, полулежа на столе, в ужасе смотрел на дверь.

– Это так, игрушка. – Цянькунь указал на черную кожаную сумку под сиденьем Линь Годуна: – А та в десятки раз мощнее.

Глаза Линь Годуна налились кровью, тело и лицо были покрыты пылью.

– Ты сумасшедший, черт бы тебя побрал!

– Теперь нас осталось только двое… – Цзи Цянькунь приподнял дистанционный взрыватель, который держал в руке. – Продолжай.

Линь Годун истерично взревел:

– Что, черт возьми, ты хочешь, чтобы я сказал?

– Почему ты убил ее. – Старик тоже потерял контроль над собой. – Почему ты убил мою жену!

– Лао Цзи! – внезапно услышал он у себя за спиной. Повернул голову – и ошеломленно застыл. Двигаясь бок о бок в проходе, к нему осторожно приближались Вэй Цзюн и Юэ Сяохуэй.

– Лао Цзи, вы… – Юноша не отрываясь смотрел на правую руку Цзи Цянькуня. – Не нужно так…

Цзи Цянькунь был в замешательстве:

– Откуда вы узнали, что я здесь?

– Мой телефон автоматически подключился к вашему вайфаю. – Юэ Сяохуэй подняла свой мобильный телефон, ее взгляд был полон ужаса.

Цзи Цянькунь крепко зажмурился, но тут же открыл глаза. Было видно, что он раздражен. Снова повернувшись к Линь Годуну, слегка наклонил голову:

– Вы двое, уходите немедленно!

– Лао Цзи, успокойтесь. – Вэй Цзюн медленно подошел к столу и указал пальцем на Линь Годуна. – Скоро здесь будет полиция, он не сможет убежать…

– Уходите!

Вэй Цзюн шагнул к нему, чтобы в чем-то убедить, но почувствовал руку на своем плече. Обернулся и увидел Ду Чэна.

– Вы двое, убирайтесь отсюда немедленно! – Тот посмотрел на Цзи Цянькуня: – Лао Цзи, я собираюсь арестовать Линь Годуна прямо сейчас, и вы пойдете со мной.

– Он никуда не пойдет. – Цянькунь даже не взглянул на него, пристально наблюдая за Линь Годуном.

– Лао Цзи, мы уже докопались до истины. – Ду Чэн изо всех сил старался говорить как можно мягче. – Я обещаю, что Линь Годун понесет заслуженное наказание. Вам необязательно…

– Наказание за что? За преднамеренное убийство? Ну да, он убил полицейского. И что? А моя жена?.. Суд даже не упомянет ее имени! – Цзи Цянькунь выпрямился. – Судить его должен я, – он ткнул себя в грудь, – на своем собственном суде.

На какое-то время в кафе воцарилась тишина. Выражение лица судьи было суровым. Обвиняемый, сидевший напротив него, застыл на своем месте, дрожа как осиновый лист.

Лицо Ду Чэна стало мертвенно-бледным. Он стиснул зубы, вытащил из-за пояса пистолет и со щелчком взвел курок.

– Лао Цзи, не заставляйте меня…

– Это ты вынуждаешь меня! – Цянькунь не смотрел на него, и его тон был твердым. – Это касается только нас с ним и не имеет никакого отношения к другим. Уходите немедленно, я не хочу наказывать невинных людей.

Ду Чэн, тихо выругавшись, отступил к двери. Вэй Цзюн последовал за ним на несколько шагов – и обнаружил, что Юэ Сяохуэй все еще неподвижно стоит на месте. Он немедленно кинулся к ней.

* * *

Плотно набитые автомобили всех цветов выстроились в очередь на пересечении улиц Даван и Аньхуа, ожидая, когда впереди загорится зеленый свет. Через минуту движение возобновилось. Более десятка машин одна за другой пересекли стоп-линию и быстро двинулись вперед. Внезапно одно такси, казалось, потеряло управление и закрутилось волчком. Машины, стоявшие вокруг, одна за другой поворачивали, чтобы объехать его. Раздавались сердитые гудки.

Вышедшее из-под контроля такси проехало несколько десятков метров и резко остановилось. С пассажирского сиденья выскочил мужчина средних лет и выбежал на середину дороги. Почти в тот же момент открылась задняя дверца; из машины вышел пожилой мужчина в черном костюме и светло-серой шерстяной шапке, обошел машину сзади и направился прямо к водительскому месту. Он стянул с головы шапку, открыл дверцу и насильно вытащил таксиста. Тот упал навзничь, а пожилой мужчина сел в его кресло и завел машину.

Резко развернувшись, такси помчалось обратно в том направлении, откуда приехало.

* * *

Все больше и больше людей собиралось у дверей кафе, с любопытством заглядывая внутрь. Они смотрели на пятерых человек, все еще находившихся в зале, и гадали, что стало причиной взрыва. Говорили, что кто-то кому-то задолжал, или что иностранные террористы проникли в город, чтобы посеять хаос.

В это время совсем рядом раздался пронзительный вой сирен. К кафе подъехали несколько полицейских автомобилей, машин «Скорой помощи» и пожарных фургонов. Чжан Чжэньлян вбежал в кафе, одновременно приказывая коллегам оцепить место происшествия.

Там он увидел серьезного Ду Чэна, Цзи Цянькуня и Линь Годуна; последний непрерывно дрожал.

– Наставник! – Чжэньлян быстро подошел к столу и сразу же заметил в руке Цянькуня пульт подрыва. Он не задумываясь вытащил пистолет и приставил его к голове старика, одновременно кинув взгляд на Ду Чэна. – Это что за…

– Перекройте улицу и эвакуируйте людей, – перебил его Ду Чэн. – Пусть пожарная охрана и «Скорая помощь» будут наготове.

– Хорошо. – Чжан Чжэньлян опустил пистолет, и его взгляд на несколько секунд задержался на пульте. – Нужно найти кого-нибудь, чтобы поговорил с ним?

– Бесполезно. Я сделаю это сам.

Чжан Чжэньлян кивнул:

– Наставник, будьте осторожны.

После этого он развернулся и направился к двери. Но стоило ему пройти несколько шагов, как его глаза изумленно расширились. Пошатываясь, через разбитую дверь протиснулся старик в черном костюме.

– Ло Шаохуа? – Чжан Чжэньлян заметил, что тот держит в руке отвертку с длинной ручкой. – Что вы делаете?

Взгляд Ло Шаохуа бегал из стороны в сторону; старика шатало так, что в любой момент он мог рухнуть на землю. Шаохуа схватился за руку Чжан Чжэньляна, но сразу бросил ее и ринулся к Линь Годуну.

Ду Чэн быстро шагнул вперед, схватил Ло Шаохуа за руку, вывернул ее и повалил старика на землю. Отвертка выпала из рук бывшего полицейского.

– Что, черт возьми, ты собираешься сделать?

Ло Шаохуа лежал на земле, Ду Чэн крепко сжимал его запястье. Но бывший друг все еще не желал сдаваться, пытаясь подобраться к Линь Годуну и рыча:

– Убей… убей его…

На лице Ду Чэна смешались гнев и печаль. Взмахом руки он велел Чжан Чжэньляну вывести его наружу. Тот наклонился, подхватил старика под мышки и потащил его к двери. Ло Шаохуа, слабо перебирая ногами по земле, все еще пребывал в бреду; казалось, в его голове осталась только одна мысль:

– Я убью его…

Цзи Цянькунь все это время холодно наблюдал за происходящим.

– Хм… – Он кивнул в сторону Линь Годуна, усмехнувшись. – Похоже, я не единственный, кто хочет убить тебя сегодня…

Прежде чем его голос смолк, все присутствующие услышали мелодию звонка. Цзи Цянькунь нахмурился и протянул руку, чтобы достать мобильный телефон из кармана пальто. Взглянув на экран, передал телефон Ду Чэну:

– Ищут Ло Шаохуа.

Ду Чэн увидел на экране слово «жена». Обернулся, посмотрел в ту сторону, куда только что увели Шаохуа, и нажал кнопку ответа.

– Цзинь Фэн, это Чэн… Пока не спрашивай. – Он тяжко вздохнул: – Шаохуа в порядке. Нет-нет, не нужно приезжать. Он правда в порядке… Хорошо… Мы на пересечении Синхуа и Даван.

Он повесил трубку и наклонился к Цзи Цянькуню:

– Лао Цзи, я поговорю с Ло Шаохуа – у него на руках доказательства. – Ду Чэн сделал паузу. – Просто дайте мне немного времени.

Уголки рта Цзи Цянькуня дрогнули, и он выдавил из себя одно слово:

– Полчаса.

– Хорошо. – Ду Чэн выпрямился и взглянул на Вэй Цзюна с Юэ Сяохуэй: – А вы, ребята…

Сяохуэй стояла неподвижно. Вэй Цзюн посмотрел на нее и помотал головой. Ду Чэн, казалось, ожидал такой реакции. Он похлопал Цзи Цянькуня по плечу и побежал к двери.

В кафе снова воцарилась тишина. Четверо людей не произносили ни слова. Спустя долгое время Цзи Цянькунь вздохнул, теперь его голос звучал мягче:

– Найдите место, где можно сесть, но лучше подальше.

Сяохуэй посмотрела на черную кожаную сумку под сиденьем Линь Годуна и кивнула на нее:

– Это и есть ваш способ…

– Да. – Цзи Цянькунь слабо улыбнулся. – Я инвалид и не уверен, что смогу убить его голыми руками. У меня есть только этот метод.

Юэ Сяохуэй тоже улыбнулась:

– Вы и правда непростой старик…

Напряженная атмосфера внезапно разрядилась. Цянькунь оперся левой рукой о спинку сиденья и медленно выпрямился. Все его тело расслабилось, он даже застонал от удовольствия. Вэй Цзюн шагнул вперед, чтобы поддержать его, и помог ему сесть как можно удобнее.

– Спасибо. – Цзи Цянькунь глубоко вздохнул. – У вас двоих сегодня нет занятий?

– Есть. – Сяохуэй скривила губы. – Когда вернемся, нас наверняка отчитают.

– Тогда что же делать? – обеспокоенно сказал Цянькунь. – Просто скажете, что помогали полиции ловить преступника.

– Да ладно, – фыркнул Вэй Цзюн. – Кто в это поверит?

Все трое рассмеялись.

Линь Годун, который до этого молча сидел склонив голову, поднял ее и недоверчиво посмотрел на них. Под его сиденьем была заложена мощная бомба, а у двери стояло большое количество вооруженных полицейских – и эти три человека нашли время, чтобы обсудить, как лучше объяснить причину пропуска занятий…

– Эй! – заорал Линь Годун. – Я голоден!

Смех всех троих внезапно прекратился, и они уставились на него, словно только что обнаружили, что находятся не одни. Юэ Сяохуэй схватила со стола чашку с кофе и выплеснула его в лицо Линь Годуну.

– Заткнись!

Цзи Цянькунь хотел поднять руку, чтобы остановить ее, но было слишком поздно. Однако, глядя на Линь Годуна, чья голова и лицо теперь были залиты темно-коричневой жидкостью, он, казалось, почувствовал облегчение. Немного подумав, достал из кармана брюк две купюры по сто юаней и протянул их Вэй Цзюну.

– Иди, возьми что-нибудь перекусить – думаю, вы тоже проголодались…

Через несколько минут на столе появились подносы с пончиками, пирожными, бургерами и пиццей, а рядом с ними – несколько бутылок сока.

Небо постепенно темнело, и свет в кафе горел не очень ярко. Мелькающие красные и синие огни за окнами выглядели еще более ослепительно. Полицейские окружили кафе, сосредоточенно наблюдая за обстановкой и время от времени заглядывая внутрь. Некоторые доносили о ситуации, кто-то отдавал приказы – и все это смешивалось с шуршанием и хрипами раций.

В этой обстановке несколько человек сидели за столом и молча ужинали. Лао Цзи ел медленно и мало. У Вэй Цзюна и Юэ Сяохуэй тоже не было особого аппетита – они съели по пончику и запили соком. Линь Годун же с удовольствием принялся за еду, но как-то странно. Вид его был одновременно уродлив и безумен: он отщипывал от блюда несколько кусочков и тут же бросал их, а затем протягивал руку к следующему. Вскоре вокруг него образовалась гора остатков еды.

Закончив, Линь Годун смачно рыгнул, вытер рот и протянул руку к Цзи Цянькуню:

– Есть закурить?

Цянькунь, не глядя на него, порылся в кармане и нашел пачку сигарет и зажигалку. Он проигнорировал Линь Годуна и протянул сигарету Вэй Цзюну. Тот понял, достал сигарету и протянул ее Линь Годуну, а затем помог ему прикурить.

Цзи Цянькунь посмотрел на часы, что-то подсчитал, и его лицо помрачнело.

– Вэй Цзюн, Сяохуэй, идите. – Он поднял голову и улыбнулся им обоим. – Осталось пять минут.

Вэй Цзюн на какое-то время остолбенел, а потом быстро пробормотал:

– Лао Цзи, давайте еще подождем, Ду Чэн мог бы…

– Невозможно. – Цзи Цянькунь покачал головой. – Если Ло Шаохуа готов передать улики, нет необходимости убивать Линь Годуна. – Цзи Цянькунь достал из кармана полицейский кинжал: – Но он уже наготове.

Вэй Цзюн подумал о сгоревшей папке с документами, и на душе у него стало неспокойно.

– Спасибо вам за то, что сопровождали меня на этом пути. – Цянькунь похлопал Вэй Цзюна по плечу: – Спасибо… я ни о чем не жалею. – Тут же повернулся к Линь Годуну, все еще обращаясь к Сяохуэй и Вэй Цзюну: – Оставшиеся минуты я буду с ним.

Внезапно Линь Годун раскатисто рассмеялся.

– Вот и отлично! – Он уставился на половинку сигареты в своей руке и затянулся еще раз. – Мне тоже есть что тебе сказать.

Все трое тут же непонимающе посмотрели на него.

– Ты хочешь знать, какой была твоя жена до того, как умерла?

По спине Вэй Цзюна пробежал холодок. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Цянькуня. Тот задрожал, и его лицо побледнело.

– Говори.

– Вообще-то среди этих четырех женщин моей любимой была твоя жена. – Линь Годун сплюнул, наклонил голову и искоса взглянул на Цзи Цянькуня. – Длинные ноги, большая грудь, белая нежная кожа… Я отлично поработал.

– Заткнись! – крикнул Вэй Цзюн. Он не осмеливался взглянуть в лицо Цзи Цянькуню, но отчетливо слышал, как скрипят его зубы.

– Я трахнул ее дважды – не мог оторваться. – Годун раздавил пальцами окурок, скрестил руки на груди и, прищурившись, посмотрел на Цзи Цянькуня. – Но, поиграв с ней, я все равно должен был ее убить. Она умоляла меня отпустить ее или что-то в этом роде… – Он вытянул руки, растопырил пять пальцев, снова свел их вместе и медленно сжал. – У твоей жены такая тонкая шея, что это не стоило мне особых усилий, ха-ха!

Цянькунь сурово посмотрел на него: его лицо из белого превратилось в синее, а вены на руке, держащей детонатор, вздулись.

– Убив твою жену, я положил ее в ванну. – Линь Годун, казалось, был очень доволен реакцией Цзи Цянькуня; его тон стал спокойнее, а слова четче: – Сначала я планировал отрезать ей голову. Когда я перерезал ей шею… угадай что? – Он подался вперед с улыбкой на лице, как будто рассказывал очень смешную шутку: – Она пошевелилась. В тот момент она была еще жива!

Юэ Сяохуэй резко встала и отвесила Линь Годуну звонкую пощечину.

– Остановись!

Это был пронзительный крик Цзи Цянькуня. Он весь дрожал, его лицо было иссиня-черным; казалось, он не мог даже дышать.

– Вы двое, выходите. Немедленно!

– Лао Цзи, он хочет вас разозлить! – Вэй Цзюн протянул руку, чтобы схватить Цянькуня за плечо. – Не позволяйте ему одурачить себя!

Кафе было плотно оцеплено полицией – у Линь Годуна не было шансов сбежать. Вместо того чтобы предстать перед судом, лучше умереть здесь вместе с Цзи Цянькунем. Если тот окончательно спятит, вместе с ним будут уничтожены и эти два студента…

«Я не пожалею».

Думая об этом, Линь Годун испытывал еще более сильное желание умереть. Он поднял глаза и сказал, глядя на передатчик в руке Цзи Цянькуня:

– Сделай это, неудачник! Разве ты не хотел убить меня? Ну же, давай!

– Закрой рот! – Вэй Цзюн снова резко повернулся и несколько раз потряс Цзи Цянькуня. – Лао Цзи, пожалуйста, придите в себя…

– Выходите! Вы двое! – Старик грубо стряхнул руку юноши и указал на дверь. – Я даю вам пять секунд… Пять!

– Лао Цзи! – От спешки и страха в голове у Вэй Цзюна все помутилось. – Если вы сделаете это, то самым счастливым здесь будет Линь Годун…

– Четыре.

– Он же и так желает умереть, не глупите!

– Три.

Вэй Цзюн вскочил и хотел выхватить коробочку из руки Цзи Цянькуня, но старик толкнул его в грудь:

– Два.

Лицо Линь Годуна потемнело, он закрыл глаза.

Вэй Цзюн, закричав, схватил Юэ Сяохуэй и потащил ее к выходу, но, к его удивлению, она вырвалась и встала позади Годуна.

– Цзи Цянькунь, вы не можете убить его!

Старик был ошеломлен; палец, нависший над красной кнопкой, слегка расслабился. В тот же миг его лицо исказила безумная гримаса, и он истерически заорал:

– Ты хочешь, чтобы я этого не делал?! – Он указал на Годуна: – Он убил мою жену!

– А вы убили мою мать!