На самом деле ему стало ясно только то, что сейчас он неминуемо останется один в квартире. Будет ждать, пока появится Привидение или какие-нибудь чертики, что ничуть не лучше.

– Что слышал. Я не могу объяснить ни тебе, ни ей. Проваливай.

– Ну вот и хорошо, – подвела резюме Маринка. – Идем, Дэн.

– Не дождешься, – сквозь зубы произнес он и отвернулся.

Она взяла Дениса под руку и направилась в прихожую. Хлопнула дверь. Славка тяжело вздохнул и, включив кран на полную мощь, принялся намыливать губку.

– Куда вы меня везете? – испуганно спросила Настя. – Что происходит? Почему мы там не остались? Если этот человек действительно…

2

– Помолчите немного, – как можно спокойнее попросила я.

Аленка возвращалась домой в отличном настроении: их скрипичную группу сегодня слушал сам главный дирижер оркестра. У Аленки руки тряслись от страха, но все-таки она сыграла партию без единой помарочки. Главный одобрительно качал головой, его кустистые седые брови то смыкались на переносице, то ползли вверх, на лоб. Под конец он улыбнулся, и улыбка у него была замечательная, теплая, ободряющая.

Она взглянула на меня и замолчала на середине фразы, зябко дернула плечами и стала смотреть в окно.

– Недурно. Совсем недурно, – похвалил он музыкантов. – Особенно мне понравилась вон та девушка, за вторым пультом. – Он кивнул на Аленку. Та от радости едва не упала со стула. – Думаю, вам стоит подумать о том, чтобы пересесть за первый пульт, – сказал Главный.

Выехав из города, я немного успокоилась, но теперь чувствовала себя даже хуже, чем полчаса назад. Славка прав, я не могу удерживать ее силой. Объяснить, к сожалению, тоже ничего не могу. Настя верит Стасу и не поверит мне. Ладно, сейчас главное – спрятать девушку, а там решу, как быть дальше.

– Дайте мне ваш мобильный, – обратилась я к Насте.

Потерявшая дар речи, Аленка только кивнула. Первый пульт! Это была ее мечта вот уже без малого год. Она пахала, как вол, выучила все партии наизусть, могла ночью во сне сыграть их с любого места. Иногда ей даже снилось, что она сидит за первым пультом. И вот – сон осуществился! Аленка ехала в автобусе и напевала вполголоса финал Девятой симфонии Бетховена. Пассажиры удивленно косились на симпатичную девушку в голубой курточке со скрипичным футляром через плечо.

– У меня его нет, – сказала она с вызовом. – Наверное, я выронила его там, на дороге.

– Проверь сумку, – сказала я Славке.

Автобус подъехал к остановке. Двери раскрылись. Аленка легко спрыгнула на тротуар и быстро-быстро зашагала к дому. Надо порадовать папу – ведь это его заслуга. Старый скрипач, он всю жизнь посвятил обучению дочери, сначала в музыкальной школе, потом в училище, позже в консерватории. Аленка прибавила шагу. Внезапно перед ней в воздухе возникло нечто. Какое-то белесое пятно. Поначалу Аленка решила, что это дым. Но откуда дым, когда не видно огня? Она замедлила шаг, пристальней вгляделась в темноту и вскрикнула от ужаса: прямо на уровне ее лица во мгле парило Привидение! Пустые глазницы грозно и холодно глядели на Аленку. Та хотела убежать, но ноги словно приросли к земле. Во рту пересохло, по спине тек липкий пот.

Он собрался ответить что-то резкое, но взял сумку из рук Насти и заглянул в нее. Было видно, что собственные действия вызывают у него отвращение. Проверить карманы ее костюма я предложить ему не рискнула. Как выяснилось позднее, зря.

– Ну здравствуй, – жутким голосом поздоровалось Привидение. Аленке показалось, что сердце ее сейчас остановится. В глазах потемнело. – Какая невежливая девица, – недовольно проухало Привидение. – Надо отвечать, когда с тобой здороваются.

Я попыталась сосредоточиться на дороге. К моему облегчению, и Славка, и Настя сидели молча, глядя в окно, вроде бы всецело поглощенные пейзажем. Или собственными мыслями. Я должна найти приемлемое объяснение для Насти, успокоить ее… Завидев впереди указатель, я свернула на проселочную дорогу, вскоре показалась деревня. Против ожидания, она вовсе не выглядела необитаемой. Трава скошена, перед ближайшим домом на веревке висит белье. Колодец, детский велосипед, на скамейке сидит пожилая женщина с мальчишкой лет пяти. Проводила нас заинтересованным взглядом. Если Настя решит позвать на помощь… Приходится признать, идею спрятаться здесь удачной не назовешь. Если я не сумею убедить Настю остаться, задержать ее против воли не получится.

Аленка не могла поверить своим ушам. Неужели перед ней действительно призрак, да еще и говорящий? Разве такое может быть?

И тут я увидела дом. И невольно поежилась, хотя ничего зловещего в нем не было. Обычный дом, до которого хозяевам нет дела. Ставни на окнах закрыты, забор покосился, в палисаднике вместо цветов заросли крапивы. Крапивой поросла и дорожка к крыльцу, осевшему, с оторванной водосточной трубой. С той самой ночи я ни разу здесь не была. Наверное, я могла бы его продать, но этого не сделала. Не знаю почему. Но одно я знала точно: никогда больше я бы не хотела тут оказаться. И вот я здесь.

– Ну, вижу, с тобой каши не сваришь, – вынесло вердикт Привидение. – Ладно, ближе к делу. Давай сюда свою бандуру. – Оно плавно заструилось по направлению к скрипке, висевшей на ее плече. Аленка отчаянно замотала головой и попятилась. – Нет? Будешь спорить со мной? – Привидение нависло над ней и угрожающе захрипело.

– Мамочка! – закричала Аленка и бросилась наутек.

Я подъехала к самому крыльцу и остановила машину.

Она неслась, не разбирая дороги, чувствуя за спиной страшное дыхание потустороннего существа. Выбежав на освещенную улицу, она остановилась в изнеможении. Одежда прилипла к телу, воздуха не хватало. Аленка, тяжело дыша, огляделась по сторонам. Вокруг шли люди, каждый по своим делам. Кто-то смеялся, трезвонил трамвай, гремели самокаты. Весело светились витрины магазинов. Аленка перевела дух и пощупала ремень на своем плече. Еще чего! Отдать этой нечисти самое дорогое, что у нее есть, – скрипку! Не дождется.

– Зачем мы сюда приехали? – ворчливо спросила Настя. Теперь она скорее была удивлена, чем испугана.

Тут Аленка похолодела. Ноты! Где папка с партиями? Она несла ее в руке, а сейчас та была абсолютно свободна. Значит, она выронила ноты, когда спасалась от Привидения? Господи, что же теперь будет! Конечно, она все помнит наизусть, но без нот все равно репетировать не получится. Аленка не сдержалась и расплакалась. В это время у нее зазвонил телефон. Она взглянула на экран: надо же, Маринка. Явилась не запылилась, собственной персоной. С тех пор, как в нее влюбился Дэн, Маринка совсем запропала, звонила редко, а уж чтобы погулять вместе, и речи не было. А ведь когда-то они были закадычными подружками и сидели за одной партой.

– Да, – сказала Аленка, стараясь придать голосу ровность.

– Здесь вас искать никто не станет, – пожала я плечами.

– Привет! Чего делаешь? – спросила Маринка.

– Я тут не останусь, – нахмурилась она. – Я вас не понимаю, я ничего не понимаю. Я хочу домой, Стас будет беспокоиться.

– Домой иду с работы.

– Вы сообщите ему, что с вами все в порядке, – устало сказала я, вышла из машины и поднялась на крыльцо.

– У тебя что, сумки тяжелые?

– И как я это сделаю? – насмешливо спросила она.

– Нет. С чего ты взяла? – удивилась Аленка.

– Я что-нибудь придумаю, – ответила я.

– Дышишь как-то странно. Слушай, а ты очень торопишься?

– Ну… так, – уклончиво ответила она. – А что?

Пошарила рукой под ступенькой, ключ был на месте. Он легко повернулся в замке. Дверь открылась.

– Да ничего. Дэна срочно вызвали на фирму, у них там какое-то ЧП. Наверняка его полночи дома не будет, а мне скучно. Давай посидим где-нибудь в кафешке?

– Заходите, – сказала я.

Аленка подумала, что сейчас это было самым подходящим. Она просто физически не могла представить, как снова пойдет по дорожке к своему подъезду. При одной мысли об этом ее начинало трясти.

Переглянувшись, Славка с Настей вошли в дом. Я старательно отводила взгляд от двери чулана. На ней висел замок. Странное дело, я не помнила, как запирала его. Впрочем, чему удивляться?

– Ладно, – сказала она Маринке. – Выходи. Я у остановки. Жду тебя.

Я первой вошла в кухню. В доме пахло сыростью. Несмотря на жаркую погоду, мне показалось, что здесь очень холодно. Я открыла кухонное окно, распахнула ставни. Паутина в углах, дверца шкафа прикрыта неплотно, на столе две чашки. Я закрыла глаза, и на мгновение мне показалось, что не было этих лет без него. Ничего не было. Позову громко: «Стас» – и услышу его шаги. Он войдет и скажет: «Привет, Принцеска».

– О’кей! – обрадовалась та. – Я мигом.

– Я не хочу здесь оставаться, – сказала Настя. – Тут ужасно. Зачем вы меня сюда привезли? Если меня хотели убить, как вы говорите, почему мы не поехали в милицию? Я вам не верю, вы… – Она нахмурилась, глядя на меня, потом распахнула дверь в переднюю, прошла и села на диван, сцепив на груди руки.

Маринино «мигом» вылилось в десять минут. За это время Аленка успела совсем прийти в себя, даже позвонить папе и сказать, что немного задерживается. Маринку она увидела издалека. Та не шла, а выступала, весь ее вид словно кричал: смотрите, как у меня все супер, просто высший класс. Одета она тоже была с иголочки: ясное дело, Дэн не скупился на наряды для любимой. Аленка с завистью смотрела на ее сапожки – такие в Охотке стоят не меньше десяти штук. Плюс курточка из тончайшей замши и сумочка «Майкл Корс», настоящая, не подделка. Черные волосы блестящей волной спускались ниже лопаток, глаза весело блестели.

– Ну, и что дальше? – спросил Славка, устраиваясь за столом, отодвинул чашку, она звякнула о блюдечко, и я вздрогнула. – Надеюсь, ты не собираешься связывать ее или запихивать в погреб?

– Ну привет, подруга. – Маринка обняла ее и чмокнула в щеку, при этом на Аленку пахнуло офигительным ароматом духов.

– Не собираюсь.

– Привет, – сдержанно проговорила она.

– Слава богу.

Маринка придирчиво оглядела ее.

– Место в самом деле никуда не годится, – усмехнулась я и сказала со вздохом: – Надо прикинуть, где бы мы могли пожить некоторое время.

– Ты какая-то не такая. Странная. Устала, что ли?

– У нее есть муж. Вот пусть он и ломает голову.

Я пожала плечами.

– Есть немного, – уклончиво ответила Аленка.

– Ты… – Он посмотрел в сторону открытой двери в переднюю и подавился словами. Надо полагать, некие мысли посетили его в тот момент, потому что он вдруг пробормотал: – Ни хрена себе… – И добавил: – Ну дела… – Он помолчал, о чем-то размышляя. – Это не выход, – произнес резко.

– Точно. С благодарностью приму любое разумное предложение.

– Почему бы не попытаться поговорить с ней? Объяснить…

Ей было неприятно и стыдно. Платили в оркестре хорошо, но это ни в какое сравнение не шло с теми бабками, которые в последнее время зарабатывал Денис. Аленка представила себе, с каким сочувствием, смешанным с презрением, рассматривает сейчас Маринка ее прошлогоднее пальтишко и ботиночки, купленные на распродаже.

– Вот прямо сейчас и начни.

– Мне кажется, ты слишком много работаешь, – с умным видом изрекла подруга. – Бери пример с меня. Если я и занята, то только тем, что забочусь о Дэне. Готовлю ему, убираю в квартире, слежу за тем, чтобы одежда была всегда в порядке. Вот и вся моя работа. А остальное время трачу целиком на себя. Женщина не должна быть рабочей лошадью.

– Меня она вряд ли послушает.

– Я не лошадь, – обиделась Аленка. – И работу свою очень люблю. Не меньше, чем ты Дэна.

– Меня тоже вряд ли.

– Ха, сказанула! – весело рассмеялась Маринка. – Разве можно работу любить, как человека!

– Что же делать в таком случае?

– Можно, – отрезала она и надулась, как индюк. Она уже жалела, что согласилась встретиться с Маринкой. Совсем ей это ни к чему.

– В соседней деревне есть магазин. Сгоняй туда, купи что-нибудь из продуктов.

– Ладно, – примирительно проговорила та. – Не злись. Хочешь работать – работай. Просто ты с твоей внешностью могла бы найти себе хорошего спонсора.

– Ты считаешь Дэна спонсором? – не выдержав, поддела ее Аленка.

– Нет, конечно. Я его люблю.

– Ну вот и я хочу встретить того, кого полюблю.

– Ладно, ладно, молчу, – замахала руками Маринка. – Ну, куда пойдем?

Он выждал минуту, недовольно разглядывая меня, потом поднялся и вышел из дома. Я смотрела в окно, когда из передней появилась Настя.

– Пошли в кофейню? – предложила Аленка. Та была совсем рядом, на другой стороне шоссе.

– Куда он уехал? – спросила она с беспокойством.

Они спустились в переход и через пять минут уже сидели за уютным столиком в углу у окошка. Маринка щебетала без умолку, рассказывая о всякой ерунде. Аленка делала вид, что слушает ее, а сама все прокручивала в голове недавнее происшествие. Как можно объяснить то, что она видела? Аленка никогда не верила в потусторонние силы, не боялась темноты, спокойно смотрела мистику и фильмы ужасов. Но увиденное было за гранью ее понимания. Страшные пустые глазницы стояли у нее перед глазами, в ушах звучал лишенный человеческих интонаций голос.

– В магазин. Мы дождемся его, потом выпьем чаю и все обсудим.

– …Да ты не слушаешь меня! – возмутилась Маринка. – О чем-то своем думаешь! Я же вижу.

Аленка встряхнулась и пришла в себя.

– Можно открыть ставни? Эта комната точно склеп.

– Послушай, Марин… – Она замялась, оглянулась по сторонам и шепотом произнесла: – Ты веришь в призраков?

– Откройте, – пожала я плечами и продолжила смотреть в окно, прислушиваясь к ее шагам, скрипу рамы, которая все никак не хотела открываться…

– В призраков? Нет, конечно. А почему ты вдруг спрашиваешь?

– Да так, просто… – уклончиво ответила Аленка. – Ерунда.

Через некоторое время заглянув в комнату, я увидела, что Настя лежит на диване, подложив под щеку ладошку, дыхание ее было ровным, а глаза закрыты. Я стояла, смотрела на нее, борясь с желанием зареветь. От бессилия, от обиды? А может, от жалости? Вдруг она все поймет, когда будет уже слишком поздно? Я поспешила вернуться в кухню, прикрыв за собой дверь. Вскоре вернулся Славка. Поставил пакет с продуктами на лавку в углу и занял место напротив меня. Не знаю, сколько мы просидели так, пока он не сказал, прислушиваясь:

– Ну и день сегодня, – усмехнулась Маринка. – Сначала этот дуралей, теперь ты.

– Какой дуралей? – не поняла Аленка.

– Кажется, у нас гости.

– Ну Дегтяренко. Позвал нас с Дэном через окно, мол, сходите в магаз, купите что-нибудь поесть, а то сам не могу. Боюсь.

Я кивнула в ответ.

– Чего он боится?

Шум двигателя стих, потом раздались шаги, входная дверь распахнулась, и в кухню вошел Стас. Приподнял очки, переводя взгляд с меня на Славку.

– Прикинь, привидения! Вроде бы шел домой и увидел его на дороге! Вот я и говорю, чудной день. Сначала он нам о призраках втолковывал, теперь ты.

Аленка сидела, открыв рот. Маринка замолчала и уставилась на нее с любопытством.

– Привет, Принцеска, – сказал весело. Он приблизился, ногой придвинул стул, сел, поглядывая на нас с усмешкой. Положил руки на стол и потер большие пальцы друг о друга. – Кто этот придурок? – кивнул он в сторону Славки. – Очередной кандидат в супруги? На твоем месте, парень, я бы хорошенько подумал, прежде чем с ней связаться. У нее есть привычка скверно обходиться с мужьями. Один оказался на кладбище, а другой – в тюрьме. Ты рассказала суженому о своих маленьких шалостях? – повернулся он ко мне. – Облегчила душу? Нет? И правильно. Где Настя? – без перехода спросил он.

– Ты чего?

– В передней, – ответила я. – Спит.

– Я… я… – От волнения она начала заикаться. – Я тоже видела привидение! Только что, перед тем, как ты мне позвонила!

– Пусть немного отдохнет, – кивнул Стас. – Мы пока поболтаем.

– Да ну. – Маринка с сомнением покачала головой. – Ты-то с чего? Со Славкой все ясно, допился до белочки, как его папаша. А ты ж вроде у нас не употребляешь.

– Она позвонила тебе?

Аленку точно прорвало.

– Прислала эсэмэс. Написала, что ты привезла ее в какую-то деревню. Я решил, тебя, должно быть, потянуло в знакомые места, и оказался прав. Ну, как жизнь? Леха все еще сидит?

– Говорю тебе, я видела привидение! Настоящее! Оно даже разговаривало со мной! Страшное, жуть! Я чуть с ума не сошла от ужаса. Бежала от него без оглядки, папку с нотами потеряла. – Она тараторила без остановки, лицо ее раскраснелось, глаза блестели. Маринка не перебивала подругу, тихонько сидела и слушала.

– Освободили год назад.

– Бред какой-то, – проговорила она после того, как Аленка окончила свой рассказ. – Я тебе не верю.

– За хорошее поведение? И где он? Я, признаться, был уверен, что ты опять за него замуж пойдешь. Станешь навещать в тюрьме страдальца.

– Думаешь, я спятила? – рассердилась она. – Я тебе, как на духу, а ты… – Она махнула рукой и встала.

– Я хотела, он не захотел.

– Ты куда? – удивилась Маринка.

– Да? Разумно. Может, ему повезет и он встретит кого-нибудь получше. Бабки втюхать ему не пробовала? Как компенсацию за годы страданий?

– Домой.

– Пробовала.

– Как домой? Мы же только пришли! Ты даже кофе не выпила.

– Не хочется что-то, – мрачно проговорила Аленка, достала из кошелька пятьсот рублей и положила на столик. – Вот, отдашь официанту.

– Неужто не взял? – засмеялся Стас. – А ты, значит, улицы метешь. Нет бы жить в свое удовольствие. – Он сидел совсем рядом, а на меня навалилась страшная усталость, и все показалось бессмысленным. – Скажи-ка, Принцеска, ты зачем с Озеровым в ресторан отправилась? Захотелось на меня взглянуть? В то, что ты его любовница, я ни на минуту не поверил. Уж очень он вокруг тебя вертелся и смотрел маслено. Когда трахают бабу несколько лет, так не смотрят. У твоего дружка, кстати, вид голодный. Ничего не перепадает, парень? Слушай, Принцеска, а ты, часом, не монашествуешь в миру? Что-то вроде епитимьи? Годы воздержания дурно сказываются на характере. Вот у тебя крышу и снесло, с чего тебе вздумалось увозить девчонку?

Маринка задумчиво смотрела, как подруга бредет к выходу. Затем она надкусила пирожное и стала набирать номер Дениса.

– У тебя ничего не получится, – сказала я спокойно. – Я тебе не позволю.

3

– Что, – поднял он брови, – ты мне не позволишь? – Он засмеялся, покачав головой, потом откинулся на спинку стула. – Что ты себе напридумывала, дура? Я люблю эту девочку. Поняла? Я бы взял ее, даже если б у нее не было ни гроша за душой. Это от тебя меня просто тошнило. Мне ты была не нужна даже с довеском в миллион. И не пытайся ее настроить против меня, ничего не выйдет. Ты просто сука, взбесившаяся от ревности.

Славка думал, что он не уснет в эту ночь. Но едва его голова коснулась подушки, он тут же погрузился в сон. Ему снилась кассирша. Она улыбалась и протягивала ему шоколадку.

– Спасибо, – сказал он как можно вежливей и мягче. – Я не люблю сладкого.

– Ты сказал правду? – спросила я, заглядывая в его глаза, синие, бездонные.

– А что вы любите? – спросила девушка.

– Цирк, – неожиданно для себя вдруг выпалил Славка. – Хотите, пойдем с вами?

– То, что ты сука? – усмехнулся он.

Кассирша посмотрела на него удивленными глазами цвета какао. Славка подумал, что он никогда не видел таких: теплых, ласковых, в окружении длинных, загнутых ресниц.

– Что ты любишь ее.

– Вы любите цирк? – отчего-то шепотом спросил Славка.

– Я люблю ее, – с улыбкой произнес он. – Она моя жена, и мы будем жить долго и счастливо.

В этот момент дверь передней распахнулась, и Настя закричала:

– Люблю, – тихо ответила девушка.

– Стас! – Голос ее звенел от счастья.

– Вот и отлично, – обрадовался он и проснулся…

Он поднялся, обнял ее и сказал нежно:

В окно ярко светило апрельское солнце. На подоконнике сидел взъерошенный воробей и нагло косил черным глазом. Несколько минут Славка ошалело смотрел по сторонам, не вполне понимая, где он и который час. Потом вспомнил, что сегодня воскресенье. Значит, сейчас должны прийти Маринка с Дэном и повести его в галерею. Настроение сразу же испортилось. Он терпеть не мог выставки, в школе пытался всегда откосить от любых экскурсий, а музеи считал самым гиблым местом на свете. Вот если б Маринка предложила сходить в цирк…

– Маленькая моя. Испугалась?

Цирк! Славка вдруг вспомнил свой сон. Кажется, он разговаривал с незнакомой кассиршей, даже приглашал ее пойти на представление, и она согласилась. Вот только имя ее Славка не успел спросить. Жаль. Он усмехнулся и тут же сердито мотнул головой. О чем он? Это же просто сон. У него никогда не было девушки. В школе он был влюблен в свою соседку по парте, Катю Батракову. Даже подарил ей своего хомячка – самое дорогое, что у него было на тот момент. Но Катя подарок не оценила. Она громко завизжала и с криком: «Крыса! Крыса!» выбежала из класса. Славке поставили двойку за поведение, и больше он ни в кого не влюблялся.

– Нет, я… Стас…

Славка почесал в затылке и поплелся в ванную. Надо привести себя в порядок, а то вредная Маринка начнет ругаться и стыдить его. Приняв душ, Славка отправился на кухню и критически огляделся. Увиденное его удовлетворило: в мойке отсутствовала грязная посуда, стол был протерт, даже пол подметен. Недаром Славка вчера целый час провел с тряпкой и веником в руках. Он сварил себе кофе и сел у окна в глубокой задумчивости.

– Идем, милая. Все хорошо. Ничего не бойся.

Маринка права – пора прекращать пьянство. Иначе в следующий раз к нему явится сам Сатана из преисподней. Нужно жить нормальной жизнью, каждый день убирать в квартире, готовить нормальную еду, а сейчас тащиться в этот проклятый музей, будь он неладен. Только Славка так подумал, у него за-звонил телефон.

Они направились к выходу, Стас распахнул перед Настей дверь, он уже стоял на пороге, когда повернулся ко мне:

– Привет, Дегтяренко, – сказал ему в ухо Маринкин голос. – Ты уже встал, надеюсь?

– А знаешь, что самое забавное, Принцеска? Для тебя ведь ничего не изменилось. Я скажу: «Сунь голову в петлю», и ты сделаешь. – Он весело мне подмигнул и шагнул вслед за Настей.

– Встал, – с тоской произнес Славка.

Я поднялась, прошла в комнату и встала у окна. Я видела, как Стас сел в темно-зеленый джип с питерскими номерами, а Настя в свою машину, он махнул ей рукой в открытое окно, и они не спеша тронулись с места. Славка подошел и встал за моей спиной.

– Слушай, ты прости. Не получится у нас сегодня в музей.

– Как не получится? Почему? – Славка едва не запрыгал от счастья, однако постарался придать голосу печаль.

– Дэн поздно ночью вернулся, у него проблемы были на работе. Спит сейчас. Не хочу его будить. Ты уж сам как-нибудь.

– Давай обойдемся без вопросов, – сказала я.

– Постараюсь. – Он театрально вздохнул.

– Ну и молодец, – похвалила его Маринка. – Привидение больше не появлялось?

– А я и не собирался ничего спрашивать. Эта сволочь…

– Нет.

– Он сказал правду. Все, что он сказал, – правда.

– А… – Она хотела что-то еще добавить, но, видимо, передумала и стала прощаться. – Ладно, Дегтяренко, давай, до свиданья. Смотри, пиво с водкой больше не мешай. Чао.

– Чушь.

– Пока.

– Если бы, – усмехнулась я.

Славка отложил телефон. Нахальный воробей теперь сидел на кухонном подоконнике и смотрел с интересом, мол, ну, чувак, что делать будешь? Славка легонько стукнул кулаком в стекло. Воробей мигом упорхнул. «Так-то лучше, – со злостью подумал он, – а то сидят тут всякие».

– Он убил Озерова, а ты боишься идти в милицию, потому что…

Он послонялся по квартире, изнемогая от скуки. Его точно магнитом тянуло выпить хотя бы банку пива и сесть за комп. Вчера он не прошел третий уровень. Может, сегодня повезет больше. Славка вернулся в кухню и открыл дверцу холодильника. Ни одной банки пива. Только вчерашняя кастрюля с борщом да гречка в ковшике. Он поискал за кухонным уголком, куда иногда припрятывал бутылки. Пусто. И в комнате тоже. Когда эта несносная Маринка успела ликвидировать все его заначки? Или это Дэн постарался? Славка вздохнул и пошел в прихожую одеваться. На улице ясный день, в такое время никакие привидения не страшны. А пиво он обязательно купит, как же без пива?

– Никого он не убивал. С какой стати? Это я убила своего мужа, а в тюрьму сел невиновный. Стас об этом знает. Вот и все.

Кареглазая была тут как тут. Сидела на кассе и сосредоточенно отсчитывала сдачу. Славка заметил, что у нее толстенная темно-русая коса. Надо же! В наше время – и коса. Он думал, что девчонки не носят такие прически, это прошлый век. Кассирша узнала Славку.

– Кого ты пытаешься обмануть? – вздохнул Славка. – Ладно, потопали, нам еще надо как-то добраться до города.

– Это вы? – Она улыбнулась. – Снова пиво? Вы ж вчера много взяли.



– Так то было вчера. И к тому же я… их потерял.

Славка не мог понять, почему он разговаривает с этой глазастой кассиршей. Прежде он даже не стал бы отвечать на подобные вопросы. Она снова улыбнулась и кивнула.

До города мы добрались довольно быстро, на рейсовом автобусе. Когда мы оказались в квартире, Славка стал готовить ужин, а я, по обыкновению, устроилась на диване. Мысли о Насте не давали покоя. Мне очень хотелось верить, что Стас сказал правду и она рядом с ним в безопасности. Однако сомнения меня не оставляли, и я ломала голову, пытаясь найти выход из ситуации. Собственно, выбор был невелик, и я с тяжелым вздохом пошла звонить бывшему мужу. Год назад Олег женился и с тех пор ни разу у меня не появлялся, но я решила, что не грех его побеспокоить. Рабочий день уже закончился, пришлось звонить домой. Трубку взяла его жена и, само собой, мне не обрадовалась. Я принялась что-то путано объяснять, тут в трубке раздался голос Олега Викторовича.

– Хорошо. Потерял так потерял. – Взяв бутылку, она поднесла ее к сканеру. Тот пропищал и пробил цену. – Наличные, карта? – спросила девушка.

– Как вас зовут? – проговорил Славка вместо ответа и прикусил язык.

– Привет, – сказал бывший.

– Меня? – Глаза цвета какао заглянули прямо в душу. – Лиза. Лиза Савченко.

– Вы любите цирк, Лиза?

– Извини, что звоню домой, дело срочное.

– Люблю. Почему вы спрашиваете?

– Что еще за дело?

– Я… я хочу вас пригласить туда. Сегодня вечером. Вы же свободны вечером?

– Да, я работаю до трех.

– Сегодня Настя Озерова едва не оказалась под колесами машины. Я уверена, ее хотели убить. Твои орлы вряд ли особо расстараются, если я приду к ним со своими догадками. Вот я и звоню тебе. Девчонке нужна охрана.

Она, казалось, нисколько не удивилась, будто каждый второй покупатель звал ее в цирк.

– Ага, – без энтузиазма буркнул он. – А можно потолковее? Что случилось?

– Тогда в три десять я буду ждать вас у магазина.

– Около двух часов рядом с моим домом Настя переходила дорогу, вдруг появилась «девятка». Водитель летел на большой скорости. Кончилось тем, что он въехал в фонарный столб и сейчас, скорее всего, лежит в больнице, если вообще жив.

Славка взял бутылки и стремительно вышел на улицу. Его распирало веселье, ноги сами неслись вперед. Голова была легкой и ясной. Он шел, размахивая руками, как школьник-младшеклассник. Раз – и пакет ударился об урну, стоящую на тротуаре. Послышался звон. Из пакета потекла пена. В другой раз Славка бы расстроился, но сейчас он лишь решительно мотнул головой.

– Чепуха какая-то. – Олег задумался. – Ладно, разберусь.

– Черт с тобой! – Он кинул пакет в мусорку и зашагал к дому.

Разбирался он недолго, потому что через час уже звонил мне.

– Что ты мне голову морочишь? – спросил Олег со злостью. – Была авария возле твоего дома. Парень погиб. Только какое это имеет отношение к убийству Озерова?

4

– Говорю тебе, он хотел сбить девчонку, я видела, как все было.

Маринка сидела в кресле и смотрела на спящего Дениса. Во сне его лицо было совсем мальчишеским, лишенным той жесткости и деловитости, которую он неизменно напускал на себя в последнее время. Милый Дэн. Ее Дэн, такой смелый, упрямый. Если бы знали все те, кто так завидует Маринке, как непросто дались ей эти отношения. Характер у Дениса не сахар, стоило немалых трудов приноровиться к нему. Для этого ей неоднократно приходилось наступать себе на горло, молчать там, где хотелось кричать, сдерживать слезы, а, главное, терпеливо ждать, когда любимый будет свободен и снизойдет до нее. Но игра стоила свеч. Маринка Денисом гордилась и готова была на любые жертвы ради него.

Тот зашевелился во сне и что-то пробормотал вполголоса. «Просыпается», – подумала Маринка. Он действительно открыл глаза и тут же сел на постели.

– А ты, случаем, не фантазируешь? Водитель не справился с управлением. Слава богу, никто, кроме него, не пострадал. Если ты при этом присутствовала и у тебя возникли подозрения, почему не дождалась ментов и все им не рассказала?

– Который час?

– Соображала плохо.

В этом был весь Дэн. Не успел проснуться, уже планирует день. Она улыбнулась.

– Без пяти три.

– А сейчас хорошо соображаешь?

– Мне что, отцу звонить? – не выдержала я.

– Очуметь! Полдня продрых!

– Фенька, – вздохнул Олег, – допустим, девчонка действительно едва не погибла в результате дорожно-транспортного происшествия. Но при чем здесь убийство Озерова, я понять не могу? С какой стати девушку кому-то убивать, если убийца ее отца уже в тюрьме.

Денис поспешно вскочил и сделал пару энергичных махов руками, затем несколько раз присел.

– Что? – растерялась я. – Как в тюрьме? Кто он?

– Ты кушать будешь? – спросила Маринка. – Время обеда.

– Буду. Я голодный как волк.

– Что ты мне в ухо орешь? Предполагаемый убийца Вялов Игорь Максимович.

Денис отправился в ванную. Маринка, напевая себе под нос, хлопотала в кухне, накрывая на стол. Она считала себя идеальной хозяйкой. На плите всегда горячий обед, плюс какой-нибудь оригинальный салатик и десерт собственного производства. Стол красиво сервирован, посуда подобрана со вкусом, никакой спешки, все с чувством и толком. Конечно, они могли себе это позволить, особенно в последний год, когда дела у Дениса пошли в гору и он стал давать Маринке на ведение хозяйства внушительные суммы. Даже напрягаться не нужно было – они вполне могли заказывать еду из ресторанов. Но ей категорически не хотелось этого делать.

– Так вы его нашли?

– Он сегодня сам явился, с повинной. Во всем покаялся. Отец отказался дать ему денег на новую машину, чем вызвал праведный гнев и священную ярость. Теперь машина ему вряд ли понадобится.

Вести дом Маринке очень нравилось. Она с удовольствием убиралась, чистила и мыла ванную, стирала и наглаживала вещи Дениса, постельное белье, – словом, чувствовала себя в семейном быту как рыба в воде. Возможно, такой кайф от простых хлопот Маринка получала потому, что у нее в детстве никакого домашнего уюта и в помине не было. Отец был осужден за хулиганство и сидел в тюрьме, мать пахала на двух работах, была хмурой и неразговорчивой, на поддержание чистоты и порядка у нее не хватало сил, а уж на кулинарные изыски тем более. В квартире всегда был беспорядок, а на плите неизменно варились сосиски или покупные пельмени. Маленькая Маринка, обожавшая смотреть взрослые сериалы, глядя в телевизор на красивые интерьеры и дружные семейные пары, сидящие за столом и виртуозно орудующие ножами и вилками, отчаянно завидовала всем этим счастливчикам. Самой большей ее мечтой было стать такой же, как они. И вот – мечта сбылась…

Я таращилась на стену и молчала, Олегу это надоело, и он отключился. А я набрала номер Агаты.

Маринка свернула салфетку симпатичным конвертиком и отошла от стола на шаг, любуясь своей работой. Хлопнула дверь ванной. На пороге предстал Денис, в одной майке и спортивных штанах, с мокрыми волосами. Маринка привычно полюбовалась на его бицепсы и густую шевелюру, отливающую влажным блеском.

– Ну, что тут у нас? – Денис уселся за стол и втянул носом аромат, идущий из тарелки. – Ого! Борщ! Обожаю борщ. – Он взялся было за ложку, но вдруг хлопнул себя по лбу. – Эй! А как же Дегтяренко? Мы ему обещали поход на выставку. Он ждет небось с самого утра.

– Не ждет. – Маринка помотала головой. – Я ему позвонила. Сказала, что ты очень устал и сегодня не получится. Ты ешь давай, а то остынет.

– Пошла ты к черту, – заявила сестрица, как только поняла, кто звонит. – Ни видеть, ни слышать тебя не хочу.

Денис кивнул и принялся за борщ. Маринка видела, что он смущен. Не то чтобы Дэн сильно любил Славку, они никогда не дружили по-настоящему, да и общего у них ничего не было. Но Маринка знала Дениса – если он что-то кому-то пообещал, то непременно должен выполнить.

– Согласна. Только скажи, что там с Вяловым?

– Ну хочешь, зайдем за ним после обеда? – спросила она. – Просто погуляем, погода отличная.

– Это идея, – оживился Денис. – Если честно, после вчерашней нервотрепки не особо хочется смотреть картины. Я бы с удовольствием просто походил по парку.

– Повезло тебе, сестрица, – издевательски сообщила Агатка. – Убийца проявил сознательность, предал себя в руки правосудия. А ментам-то радости, по горячим следам убийство раскрыли в рекордно короткие сроки.

– Решено, – Маринка ласково улыбнулась ему. – Идем в парк.

Они не спеша пообедали, собрались и позвонили в дверь Славкиной квартиры. Однако никто не отозвался. Они переглянулись.

– Он действительно сам явился?

– Спит, – предположила Маринка. – Надрался с самого утра и дрыхнет, как убитый. Все без толку. Горбатого могила исправит.

– Давай еще позвоним. – Денис снова надавил на кнопку. Ответом была тишина. Он усмехнулся. – Наверное, его утащило привидение.

– А то… правда, с разбитой рожей и жутко напуганный. Рассказал про несчастливое детство и богатого папочку, который знать его не хотел.

– Точно! – фыркнула Маринка и тут вспомнила про Аленку. – Представляешь, Дэн, что вчера было…

Она хотела рассказать про встречу с Аленкой и то, что та несла, сидя с ней в кафе. Но в это время дверь подъезда распахнулась и раздался оглушительный собачий лай.

– Думаешь, убил не он? – спросила я, не обращая внимания на тон сестрицы.

– Тихо, тихо! Ну что ты, Гамлет! Перестань сейчас же. Ты меня с ног свалишь.

– Может, и он, – помолчав, ответила она. – История совершенно идиотская. Озеров не хотел знать сына долгие годы, и вдруг в нем отцовские чувства пробудились. Он пытался сделать из парня человека, а тому и так было хорошо. Игорь хотел от папы денег, а папа деньги предлагал зарабатывать. Вялову понравилась тачка, он пошел к папе за бабками, а тот выставил его за дверь. Тогда он явился еще раз и шваркнул папу вазой по голове. И забрал деньги из сейфа, тридцать тысяч баксов. На тачку, правда, не хватило. История на редкость глупая, но таких историй пруд пруди.

Женский голос звучал жалобно и встревоженно. На площадку первого этажа взбежал белый королевский пудель и, до предела натягивая поводок, завертелся на месте, продолжая громко тявкать и даже подвывать. За ним по ступенькам тяжело поднялась пожилая женщина в пальто и шляпе. Лицо ее было красным и мокрым, она тяжело дышала.

– Идем! Идем скорей! Нам не сюда, а выше. Гамлет!

– Тогда что тебе не нравится?

Собачонка не слушала ее. Она продолжала носиться по площадке, как полоумная. Женщина в отчаянии прислонилась к стене.

– Разбитая рожа и внезапное желание покаяться. Сорвался в бега, так уж и бегал бы…

– О господи! Я умру с этим псом.

– Может, ему некуда бежать…

– Давайте мы вам поможем, – предложил Денис и взял из ее рук поводок. – Вам на какой этаж?

– На пятый. – Дама посмотрела на него с благодарностью.

– Гамлет! А ну, домой! – Денис зашагал по ступенькам.

– Тридцать тысяч баксов все-таки деньги, на первое время ему хватило бы. Уж очень он напуган. Думаю, покаяться ему кто-то посоветовал. Про то, как убивал, рассказывал вполне правдоподобно. В пятницу поздно вечером он приехал к отцу, дома того не застал и решил, что это его шанс. Сын знал о сейфе в кабинете отца и о том, где он прячет ключ, тоже знал. Один раз Вялов своим знанием уже воспользовался, но тогда это ему сошло с рук. Он надергал из пачек по сотке долларов, отец этого даже не заметил. Вряд ли Игорь всерьез рассчитывал, что ему и на этот раз повезет, но все же был настроен решительно, уж очень ему машина понравилась. В сейфе оказалось только тридцать тысяч, это парня расстроило. Тут и папаша явился, к тому же не один. А накануне, когда они скандалили из-за нежелания родителя раскошеливаться, Озеров заявил, что больше сыночка знать не желает. Вот парень и решил: дела его никуда не годятся. Покинуть кабинет, чтоб на отца не нарваться, не мог. А тот, обнаружив Игоря в доме, вполне был способен позвонить в милицию. В общем, Вялов так перепугался, что огрел папеньку вазой, которая под руку подвернулась. Утверждает, что убивать не хотел. Надеялся, у родителя голова крепкая. – Я слушала сестру и вспоминала наш разговор со Славкой во дворе дома, где жила мать Вялова. Такое впечатление, что он действительно ясновидящий. Агатка между тем продолжала: – Девушка его подтвердила, что ночью с пятницы на субботу Вялов отсутствовал до четырех часов утра. Да еще рубашку попросил выстирать, а на ней кровь была. Подружке сказал, что с хулиганами подрался. Она не очень-то поверила, они разругались, и Игорь ушел к матери. Та поначалу сынка защищала, хоть и перепугалась, когда услышала об убийстве Озерова… Ей их внезапная привязанность очень не нравилась, особенно то, что сын стал бывать в доме папаши. Чувствовала – до добра это не доведет. Так и вышло. Потом ты явилась к Вялову домой, он в тот момент отсиживался у матери, тебя узнал сразу и забеспокоился, решил, что ты его в ту ночь видела. Оттого и рванул в бега. Но недалеко. О том, как он тебя вазой огрел, ментам тоже рассказал вполне правдоподобно, а вот дальше начал путаться. Вроде хотел забрать деньги и смыться, но потом труп вывез в лес. Зачем, внятно объяснить затрудняется. Вроде надеялся, что Озерова не сразу хватятся. Довольно глупо, если он тебя в живых оставил. Может, думал, что ты после соприкосновения с вазой памяти лишилась и ничегошеньки не вспомнишь? А может, у него с головой большие проблемы. В общем, спи спокойно, сестрица, если сможешь…

Пудель тут же перестал лаять и послушно засеменил за ним. Сзади шла хозяйка, которую Маринка поддерживала под руку. Они дошли до квартиры. Женщина достала ключ.

– Подожди, – перебила я. – У тебя все-таки есть сомнения?

– Спасибо вам, ребятки. – Она вытерла взмокший лоб платочком. – Не знаю, что буду делать. Гамлет совсем меня не слушается.

– Зачем же вы взяли такую собаку? – удивилась Маринка. – Вам ведь она явно не по силам. Лучше бы кота завели, с ним забот меньше.

– А у тебя? – усмехнулась Агатка и повесила трубку.

– Да Гамлет не мой пес. – Женщина повернула ключ в замке.

Славка стоял в дверях кухни, наблюдая за мной.

– Как это не ваш? – удивился Денис.

– Что? – спросил он нетерпеливо.

– А чей?

– Вялов пришел с повинной, – хмуро бросила я.

– Брата моего. – Дама открыла дверь, и пудель с визгом влетел в квартиру. Женщина остановилась на пороге, вид у нее был несчастный и замученный.

– Так это же хорошо? – с некоторой неуверенностью сказал он.

– А где сам брат? – спросил Денис, отдавая ей поводок.

– Чего хорошего? Кажется, я дурака сваляла. Мне не следовало увозить Настю, надо было ментов дождаться и попытаться убедить их в том, что на ее жизнь покушались. А теперь… убийца Озерова найден, и Настя попросту никого не интересует. Дорожно-транспортное происшествие с ней не свяжут, а меня никто не будет слушать…

– Ох, не спрашивай, милый. – Женщина сокрушенно покачала головой. – В больницу забрали вчера вечером. Инсульт. И так давление высокое, а тут такое… – Она понизила голос и, доверительно наклонившись к ним, произнесла: – Нечистую силу увидел!

– Что сделано, то сделано, – пожал Славка плечами. – Ответь честно, чего ты боишься?

– Как это? – воскликнула Маринка.