Как это часто бывало, мое тело начало вибрировать по мере того, как она приближалась. После всего, через что мы прошли и что нам еще предстояло, как мы могли быть такими чертовски счастливыми? И главное – как я мог это удержать? У меня был не лучший послужной список во вселенной. Но, опять же, я вынес именно Бри из того пожара. Даже зная то, что я знал сейчас, я все еще испытывал огромное чувство вины за то, что не смог спасти Джессику и Роба. Но один взгляд на Бри дал мне понять, что кто-то все-таки присматривал за мной сверху и оберегал меня.

Пожилой мужчина прервал мои размышления.

– Послушай, мой друг работает в студии. Я бы с удовольствием познакомил вас.

– Реально? – сказал я, с сожалением отрывая взгляд от Бри.

У каждого был какой-то друг, тетя, дядя или двоюродный брат, задействованные в музыкальной индустрии. Большинство из них были мелкими пешками, имеющими свою студию в гостевой комнате или подрабатывающими звукачами либо осветителями. Но я был не в том положении, чтобы отказываться от любой возможности.

Бармен протянул мне кредитную карточку, и я расписался на квитанции, прежде чем достать бумажник. Положив карточку и достав визитку, я протянул ее мужчине.

– Контакты моего агента на обороте. Рад с вами познакомиться. А теперь, если вы меня извините, моя… – Я остановился и повернул голову. Моя девушка? Леди? Женщина? Как, черт возьми, ее представить? Она была в сто раз лучше, чем любое это определение, но мне не хотелось растянуть этот разговор на три месяца в попытке объяснить мужчине все детали наших отношений. – Моя спутница ждет.

Он поднял карточку, зажав ее двумя пальцами.

– Ты отлично пел сегодня.

Я кивнул и проскользнул мимо него, догнав Бри у входной двери.

– Что он хотел? – спросила она.

Я с силой толкнул дверь и, обняв Бри за плечи, вывел ее на улицу, вдохнув душный воздух Джорджии.

– Просто рассматривал возможность подписать контракт своей звукозаписывающей студии с невероятной Бри Уинтерс. Конечно же, я сказал ему, что мне нужно обсудить это с тобой, но предупредил, что если он не найдет миллиард долларов для аванса, то нам и разговаривать не о чем.

Она толкнула меня локтем.

– Как смешно.

Я наклонился и нашел ее губы для быстрого поцелуя.

– Ты была невероятна на той сцене этим вечером.

– Никогда не думала, что мне понравится в караоке, но я действительно отлично провела время. Спасибо, что заставил меня выйти из зоны комфорта. Теперь я понимаю, почему ты так полюбил выступать на сцене.

Но в этот момент я влюблялся совсем не в сцену.

Хотя я не был уверен, что «влюбляться» подходило под нашу ситуацию. Оглядываясь, я понимал, что был влюблен в Бри еще задолго до того, как мы впервые поцеловались.

Прижавшись к моей груди и положив подбородок мне на грудь, она посмотрела на меня снизу вверх.

– Спасибо тебе за сегодняшний вечер, Изон. Это точно лучшее свидание в моей жизни.

Я ухмыльнулся, целиком и полностью разделяя ее чувства.

– Это еще не все.

Глава 18

Бри

Когда я запустила руку в длинные взъерошенные волосы на голове Изона, которая была между моих ног, меня настиг второй оргазм. Я задавалась вопросом, как он может знать мое тело лучше, чем я сама. Кончив, я обмякла на новом мягком постельном белье, а Изон в последний раз томно облизал мой клитор.

– М-м-м, – пробормотал он. – Такая сладенькая. И вся моя.

Хотя спорить было у меня в крови, сейчас не было никаких сомнений, что я принадлежу ему.

И когда я уже подумала, что больше не выдержу столько ласки и эйфории, он навис сверху и погрузился в меня с сокрушительным нажимом. Я уже два раза за эту ночь достигала пика, поэтому мне доставляло удовольствие наблюдать, как этот мужчина достигнет своего.

Обычно Изон вел себя очень мило и непринужденно, но в постели он был совершенно другим. Он вел себя властно и жестко, непреклонно терзая мое тело своим. Он был смел и уверен в себе и в том, что знает, что мне нужно, даже раньше, чем я понимала это сама. Он был суровым и нежным, но прежде всего он не собирался сдерживаться.

Изон давал. Я брала.

Он двигался глубже, быстрее. Я просила большего.

– Да, – выдохнула я.

– Клянусь богом, Бри, твое тело было создано для меня.

Его бедра выгнулись, когда он вошел глубже.

– Я больше не…

Я заставила его замолчать, закрыв губы поцелуем.

– Тс-с-с. Не сдерживайся. Давай. Кончи в меня.

Прервав поцелуй, он приподнялся на локте и посмотрел вниз, туда, где наши тела сплелись друг с другом, а затем прижался лбом к моему плечу, и самый эротичный стон вырвался из его груди.

– Черт.

Он всем весом обрушился на меня сверху, а потом содрогнулся всем телом, кончая. Каким бы уродливым и загнивающим ни был этот мир, видеть, как Изон погружается в оргазм, – это одна из самых чистых и прекрасных вещей, которые я когда-либо наблюдала.

Чувствуя легкое головокружение и полностью обессилев, он повернулся на бок и лежал так, тяжело дыша, на протяжении нескольких секунд, снова и снова прикасаясь губами к моему плечу.

– Неужели все три моих варианта свидания заканчивались подобным образом?

Он улыбнулся мне в плечо.

– Отдых и «Нетфликс» начиналось с этого.

Я рассмеялась, а он протянул ко мне свою ладонь.

– Что?

– Не заставляй меня чувствовать себя неловко, сладенькая. – Он задыхался, все еще пытаясь отдышаться. – Это было одно из моих лучших творений.

Я начала хлопать по его ладони, готовая сделать что угодно, лишь бы заставить его остановиться, но сказала:

– При одном условии. Больше никакой сладенькой.

– Ну как же. Ты обязательно привыкнешь.

– Нет.

– Не понимаю, что такого тебе сделала глюкоза в прошлом, но тебе стоит обсудить это с доктором. – Он быстро наклонился и поцеловал меня в шею, пока его рука все еще зависла в воздухе. – И как мне тогда тебя называть?

Я улыбнулась, чувствуя себя моложе, чем когда-либо за последние годы. Вот такие глупые, непринужденные моменты и вытащили меня со дна, на которое опустил прошлый год, и я была благодарна, что, несмотря на все изменения, мы с Изоном остались прежними. Ладно, может, не совсем прежними. Скорее даже лучше.

– Как насчет твоей девушки? – дразнящим голосом сказала я.

Он так резко хлопнул меня по руке, что стало больно. Нависнув надо мной, он посмотрел на меня сверху вниз с самой очаровательной улыбкой, которую я когда-либо видела.

– Это чертовски выгодная сделка, сладенькая.

– Эй. Ты же только что согласился не называть меня так.

– Прости. Я попытаюсь бросить, но это будет нелегко. – Он притворился, что собирается укусить меня за нос, но вместо этого легонько поцеловал, так что я вздрогнула. – Твоя сладость приведет меня к диа-бре-тусу, но я поработаю над «девушкой».

Я вдохнула.

– Только не говори, что ты только что сказал диа-бре-тус.

– Что? – засмеялся он. – Вообще-то, это серьезное заболевание, Бри.

Я хотела поругать его, но какие бы безумия он иногда ни выдавал, ему всегда удавалось меня рассмешить.

– О, так у тебя и правда серьезное заболевание: что-то не в порядке с твоей дурацкой башкой. И подумать только, что люди платят тебе за написание песен.

– Я настоящий мастер словесности. Что тут сказать?

Не имело никакого значения, что он говорил. Честно говоря, ему даже не нужно было ничего говорить. Изон был сумасшедшим в лучшем смысле этого слова. Какая‐то часть меня беспокоилась, что наши отношения изменятся, когда мы перейдем на новый этап. Я боялась потерять человека, который стал не просто моим лучшим другом, а неотъемлемой частью жизни, так что я ежедневно молилась, чтобы так оставалось всегда.

Но ничего не изменилось.

Он по-прежнему был внимателен и добр.

Заботлив и бескорыстен.

Самый сексуальный дурачок в мире.

И я принадлежала ему.

О чем тут еще мечтать?

* * *

Я выпрямилась, услышав звук открывающейся в спальню двери. Обычно это не было бы поводом для беспокойства. Любимым занятием Ашера было будить меня до восхода солнца. Однако в это утро скрип двери заставил меня быстро проснуться, так как сбоку от меня свернулся полуголый мужчина.

Вот черт. Что, черт возьми, случилось с нашим будильником? Я взглянула на часы и увидела, что еще пять утра – тридцать минут до того, как он должен был нас разбудить.

– Мамочка?

– Да, малыш. Ты рано. – Прекрасно осознавая, что на мне минимум одежды – трусики и шелковый лифчик, – я поспешила к краю кровати, накинула халат и расправила одеяло, пытаясь замаскировать там Изона.

Но это не помогло, когда он тоже поднялся и включил лампу.

– Что такое? Что случилось? Ты в порядке, Эш?

Ашер остановился, прижимая к груди маленький зеленый альбом для рисования. Сон тут же сменился удивлением, и он начал переводить взгляд с меня на Изона и обратно. Он ничего не сказал, но я клянусь, что видела, как крутятся шестеренки в его голове.

Так я поняла, что пришло время рассказать обо всем детям. Я планировала продвинуться чуть дальше, чем одно свидание, но мы с Изоном решили сделать наши отношения официальными, и я верила, что мы оба по-прежнему будем считать детей приоритетом, если у нас что-то не получится. Бывало и хуже. Хотя то, что он застал нас вместе в постели, определенно меняло динамику этого разговора.

Я одарила Изона взглядом, в котором читалось то, что мы попались, и у него хватило здравого смысла изобразить смущение.

– Тебе приснился кошмар? – спросила я сына, пытаясь отвлечь от очевидного.

– Почему Изон здесь?

Очевидно, я потерпела неудачу.

– Ну, – начала я, готовая рассказать ему все о мужчинах, женщинах и об отношениях.

Ашер пожал плечами.

– Вообще, это и к лучшему. – Без лишних слов он забрался на кровать и на четвереньках пополз на свободное место между нами. – Подвинься, – приказал он Изону, и тот тут же повиновался, посмотрев на меня широко раскрытыми глазами.

– Может, мне сварить кофе? – Он приподнял одеяло и тут же увидел, что на нем нет ничего, кроме черных боксерских трусов, так что решил откинуться на спинку кровати. – Или нет.

– Останься. Мне нужно поговорить с вами обоими, – сказал Ашер, открывая свой блокнот. Он листал страницы, пока не нашел ту, которую искал, и бросил на меня нетерпеливый взгляд. – Ну же. Тебе же оттуда ничего не видно.

Та-а-ак. Мы лежали в кровати. Все вместе. В пять часов утра. С человеком, которого он всю свою жизнь считал своим дядей и который теперь был моим парнем.

Ну конечно. Почему бы и нет.

Просто пристрелите меня.

Я села на краешек кровати, но он и слышать об этом не хотел. Он потянул за руку.

– Ну же, мам.

– Эш, малыш. Может, спустимся вниз и поговорим там?

– Зачем? – он скривил рот. – Мы же все здесь. Девочки еще спят, верно?

– Да, но…

– Мам, на Изоне даже штанов нет. Как он будет спускаться?

У меня отвисла челюсть, и я уставилась на сына. Для подобного разговора было еще слишком рано – вообще‐то, для любого разговора, но для этого особенно.

Изон кашлянул, чтобы скрыть свой смех.

– Может, выслушаем мальчика, Бри.

Исчерпав все аргументы – или, по крайней мере, все способности мозга, лишенного кофеина, переваривать большое количество информации, – я вернулась в постель.

– Итак. Что случилось, приятель?

Ашер драматично прокашлялся.

– Мы с девочками вчера разговаривали. – Он перевернул страницу в альбоме, и перед нашими глазами открылся карандашный рисунок трех грустных детей – обе девочки плакали.

Все вокруг было в темных тонах: серое небо, коричневая трава.

Изон наклонился и обнял Ашера, кончиками пальцев коснувшись моей руки.

– Что здесь происходит? – спросил он, и в его голосе слышалось то же беспокойство, которое наполнило и мою грудь.

– Ну… – Ашер тяжело вздохнул. – Это я, Мэдисон и Луна сейчас. – Он перевернул страницу. – Это я, Мэдисон и Луна с кошкой.

Все трое улыбались. Среди зеленой травы росли розовые и фиолетовые цветы, желтое солнце висело высоко в небе в окружении голубых облаков. Но центром рисунка был рыжий кот размером с небольшой самолет, если бы был нарисован в полном масштабе.

Мы с Изоном обменялись понимающими взглядами, и на наших губах заиграли улыбки.

Я потрепала волосы Ашера, когда он перевернул еще одну страницу.

– Это мы с черным котом. – Еще одна яркая и жизнерадостная картинка. Он еще раз перевернул страницу. – А это мы с коричневым котом. – В этот раз он добавил текстовые пузыри, летящие изо рта Мэдисон и Луны с надписью «ха-ха-ха» и сердечком. Он снова перелистнул на другую яркую картинку с ними и белым котом, но на ней была фигура из палочек, стоящая на облаках. – А это папа на небесах, за тридевять земель от нашего дома. Так что у него нет алегрии на нашего кота. – Он сделал паузу и сжал губы, повернувшись к Изону. – У тебя ведь нет алегрии на котов?

Изон усмехнулся.

– Аллергии нет. Я люблю кошек.

Глаза Ашера загорелись, и он бросил в мою сторону веселый взгляд.

– Пожалуйста, мам. Пожалуйста. Можно нам завести кота? Мэдисон и Луна сказали, что будут помогать мне выгуливать его и кормить, так что тебе не придется ничего делать.

– Кошек не нужно выгуливать. Кроме того, девочкам нельзя выходить на улицу без взрослых. Так что ты вряд ли зашел с правильной стороны. Давай поговорим о том, кто будет убирать его туалет.

– Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Я буду убирать. Обещаю. Клянусь, мам.

Смеясь, я покачала головой. Его отчаяние и волнение объясняло то, что он заявился ко мне в пять утра, прямо как в Рождество.

– Эш, я еще даже не пила кофе. Можем мы, пожалуйста, отложить разговор о коте до завтрака?

– Нет, – заскулил он. – Потому что за завтраком ты заставишь нас обсуждать вашу с Изоном свадьбу.

Я сжала губы.

Изон издал протяжное «во-о-оу!».

– Стойте-ка, если Изон будет моим папой, он сможет завести нам кота. – Он повернулся к Изону: – Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Изон. Один маленький котенок. Мне даже без разницы, какого цвета. Просто чтобы он был миленький.

– Спокойно, малыш. Давай по порядку. Я… твоя мама и я… – он поднял на меня взгляд, безмолвно прося разрешения продолжить, и я кивнула, полностью доверяя ему.

И да, мне было немного интересно, как он будет разбираться с этой ситуацией.

– Мы с твоей мамой встречаемся, Эш. Но мы не собираемся жениться. По крайней мере, пока. Может, и никогда. – Его губы изогнулись в теплой улыбке, когда его глаза встретились с моими. – Но я на это надеюсь.

По груди разлилось тепло, когда я посмотрела на него в ответ. После смерти Роба я и думать не могла, что у меня возникнет даже мысль о том, чтобы снова выйти замуж. И все же я не могла отрицать, что разделяла надежду Изона.

– Но на сегодняшний момент, – продолжил Изон, – она – моя девушка. И это означает, что мы узнаем друг друга получше, проводим время вместе. Однако, Эш, если мы когда-то решим пожениться, да даже если нет, я всегда буду рядом с тобой, если понадоблюсь. Но я не буду пытаться заменить тебе отца, хорошо? У тебя уже есть замечательный папа. То, что он теперь на небесах, ничего не меняет.

И именно в этот момент я поняла, что безоговорочно и по уши влюбилась в Изона Максвелла.

Я ненавидела Роба Уинтерса. У меня оставалось мало радостных воспоминаний, за которые я могла цепляться, причем большинство из них все равно были связаны с детьми, но после их с Джессикой эгоистичного и отвратительного поступка, который они совершили, совсем не подумав о нас, я смирилась с тем фактом, что была замужем за незнакомцем.

Но Изон, боже, бедный Изон. Он ведь все еще не знал, был его бывший лучший друг, который спал с его женой, отцом его дочери или нет. Я представить не могла, как он мог испытывать к Робу что-то, кроме презрения.

Но в его душе было место и для других чувств, когда он обнимал Ашера за плечи, стараясь сохранить в его жизни место для Роба, так как это было правильным поступком по отношению к моему маленькому мальчику.

Я отвернулась и с трудом сглотнула, стараясь сдержать эмоции.

– Это значит, что вы теперь целуетесь? – спросил Ашер.

– Да, – ответил Изон.

– И спите без штанов?

– Похоже на то. Хотя не все время. Мы не будем торопиться и постараемся убедиться, чтобы вы, ребята, не испытывали никакого дискомфорта. Честно, я должен был прийти к тебе первым и поговорить, как мужчина с мужчиной. Так что прошу за это прощения. Для меня правда важно, чтобы ты разрешил мне встречаться с твоей мамой.

Он что, серьезно? Как он может быть настолько милым? Может, именно его стоит называть сладеньким в наших отношениях.

– Я очень люблю ее, Эш. И никогда не причиню ей боль.

Что ж, Изон был чертовски близок к званию самого совершенного мужчины. Занавес. Слезы. Я продолжала смотреть в стену, чтобы они не видели моего лица.

Ашер думал примерно минуту.

– А если я скажу да, то ты разрешишь мне завести кошку?

– Нет. Но это значит, что на завтрак будут блинчики с шоколадом, и там мы все обсудим.

– Ура-а-а! – закричал Эш.

Изон рассмеялся, и я, все еще не в силах взглянуть на них, услышала характерные хлопки их рукопожатия и удары кулаками.

– Ладно, малыш. Беги к себе, мне нужно одеться и поговорить с твоей мамой. Я спущусь сделать завтрак через пару минут. Только не разбуди девочек. Хорошо?

– Хорошо. – Дважды подпрыгнув на кровати и с громким стуком приземлившись на пол, он убежал.

– Закрой дверь, – крикнул Изон.

В следующую секунду я услышала щелчок дверной ручки.

А еще через секунду сильные руки Изона обхватили меня, вытаскивая на центр кровати. Он перекатился на спину и перевернул меня как тряпичную куклу так, чтобы моя голова лежала у него на плече, а нога была закинута на его бедра, и только тогда он глубоко выдохнул.

– Так. Скажи мне. Как все прошло?

Был только один ответ на этот вопрос. Вытерев слезы со щек, я закинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Ты был невероятен.

– В этом я не уверен. Я только что согласился на то, чтобы не спать без штанов все время. И уже сожалею об этом.

– Я серьезно, Изон. То, как ты все объяснил… Тебе, должно быть, нелегко говорить о Робе после всего, что произошло, но ты сделал это ради Ашера… Даже не знаю, как тебя благодарить.

Он нежно поцеловал меня в лоб.

– Ничего хорошего точно не выйдет из того, если он будет знать, как сильно я ненавижу его отца. Прямо сейчас он доверяет мне и может открыться. А если он будет знать все подробности, то будет чувствовать, что должен выбрать чью-то сторону. Я не хочу, чтобы он проходил через это. Мы с Робом были лучшими друзьями. Никому из детей не нужно знать, почему мы перестали ими быть после его смерти.

А что, если Луна окажется дочерью Роба?

Что, если нам придется рассказывать им, что у их отца был роман с Джессикой?

Что тогда?

Но я решила пока ничего не говорить. С этим мы разберемся в другой день, когда Изон будет наконец готов узнать правду. Он обязательно придет к этому в свое время, и я не должна его торопить.

– Как я уже и сказала, ты просто невероятен.

Он медленно опустился на подушку, глядя мне прямо в глаза и игриво улыбаясь.

– Это хорошо. Держи это в мыслях, потому что ты же понимаешь, что я точно собираюсь подарить им кота?

Я картинно вздохнула, но исключительно для вида. Кот занимал не самое первое место в списке моих дел, но и не последнее.

– Этого я и боялась.

Глава 19

Бри

Эта неделя буквально выжала из меня все соки. Поздним вечером в воскресенье я только-только возвращалась домой из офиса.

По пути меня настиг очередной звонок из «Призм», который стал вишенкой на торте.

Вздохнув, я нажала «ответить» на экране.

– Я уже подъезжаю к дому. У тебя есть тридцать секунд, прежде чем я впаду в кому на следующие тридцать лет.

– Они арестовали его, – раздался голос Пола, нового главы бухгалтерии «Призм», в динамиках моей машины.

Это была хорошая новость, но она не то чтобы решала все мои проблемы.

– У него, случайно, не было с собой портфеля с почти двумя миллионами долларов?

– Ответ отрицательный.

– Конечно, нет.

Дело в том, что налоговое управление, вполне возможно, считается самой ненавистной организацией в США, и, ознакомившись с процессом аудита, я поняла, что это вполне справедливо. Но когда выяснилось, что наш бывший начальник финансового отдела более трех лет присваивал себе средства компании, я была им благодарна. А вот налоговый штраф, который они накинули на меня? Это было не столь уж весело.

Поиск сторонней компании для проведения внутреннего аудита и собеседования с кандидатами на замену Дагу, новому заключенному штата, а также выходные, проведенные в компании полиции, пока они собирали улики для возбуждения дела против него, вымотали меня.

К сожалению, моя сверхурочная работа означала, что Изон тоже перерабатывал, так что пришлось привлечь Эвелин, чтобы он мог ходить на свои концерты и работать еще больше. Поэтому все это превратилось в порочный круг переработок. Это также означало, что с момента нашего свидания неделю назад все это время я видела его всего пару минут по утрам.

Как же, черт возьми, тяжело быть работающей матерью-одиночкой, пытающейся выгадать время для секса с работающим отцом-одиночкой, в то время как дети находятся неподалеку двадцать четыре часа в сутки. При этом мы все жили в одном доме, так что я не могла даже представить, как бы тяжело нам пришлось, если бы он жил на другом конце города, как это обычно бывает в нормальных отношениях. Чем-то приходилось жертвовать.

Мы рассказали девочкам о нашем новом статусе – хотя они вряд ли что-то поняли. Но мы с Изоном больше не стеснялись держаться за руки или время от времени целовать друг друга в губы. Для чего-то большего мы прятались в кладовке, пока дети были заняты своими делами. Я жила ради тех украденных мгновений, в которые мне удавалось забыться в его объятиях. Я почти овладела умением не слышать «Крошку акулу», играющую по ту сторону двери.

Я заехала в гараж и припарковала машину.

– Что-то еще?

– Нет. Теперь, когда Даг уволен, а аудит официально закончен, все должно пройти гладко.

– Не говори так. А то сглазишь.

Он усмехнулся.

– Ладно, хорошо. Мы пребываем в режиме ожидания следующей катастрофы. Так лучше?

– Намного. А теперь мне нужно идти. Держи меня в курсе, если будут какие-то новости.

– Обязательно.

– Пока. – Я повесила трубку и заглушила двигатель. Взяв свой портфель и три дорожные кружки, которые все выходные ездили со мной на работу и обратно, я направилась в дом.

– Простите, что так поздно, – крикнула я Эвелин, заходя на кухню.

– Тише, – сказал голос вдалеке, но это была не Эвелин, поэтому по моему лицу расплылась широкая улыбка.

Я поспешила на кухню, чтобы бросить свои вещи на стол и скинуть туфли на каблуках. И после этого направилась на поиски.

Пройдя через пустую гостиную, я оказалась в игровой комнате. Внутри мерцал свет, но было тихо. Прокравшись на цыпочках внутрь, я обнаружила Изона, стоявшего, как часовой, перед телевизором, на котором был выключен звук, пока все трое детей крепко спали на диване, переплетясь между собой ногами и руками. Он обернулся и увидел меня, но я и близко не была готова к тому опустошению, которое обрушилось на меня.

– Что случилось? – прошептала я, подходя к нему.

– Ничего. Все в порядке, – пробормотал он, обнимая меня и прижимая к своей груди в долгом фирменном приветствии Изона Максвелла.

Все мое тело обмякло в его руках.

– Боже, ты меня напугал. Что ты здесь делаешь? Я думала, у тебя сегодня выступление.

– Бар лишился лицензии на продажу алкоголя. Они отменили все концерты и закрылись на несколько дней, пока не решат проблему.

– Ох. Так у тебя сегодня выходной? – Это было произнесено шепотом, но я не смогла скрыть своей радости.

Его грудь сотряслась от смеха.

– Да, сладенькая. Выходной.

Я смерила его пристальным взглядом, но была слишком рада, чтобы придираться к словам, так что решила просто забить.

– Это же хорошо? Да? Почему тогда ты стоишь здесь с таким видом, будто дети снова съели все твое печенье?

Он набрал воздуха в грудь и прикоснулся губами к моей макушке. Это был не поцелуй. Не совсем. Он просто прижался к моей голове, дыша мне в волосы.

– Изон, – сказала я, пока мой восторг сменялся беспокойством.

– Взгляни на них, – прохрипел он так, словно с трудом мог выдавить слова из своего горла.

Последовав за его взглядом, я посмотрела на наших детей. Ашер лежал слева, прислонившись к подлокотнику дивана и широко открыв рот. Луна положила голову ему на колени и прижимала к груди плюшевую собачку. Мэдисон лежала на животе, их с Луной ноги были переплетены, а ее рука свисала с края дивана. Они редко вырубались в одно и то же время, но это не было чем‐то неслыханным.

– Тебе пришлось поколдовать, чтобы заставить их уснуть?

Он сжал меня еще крепче в своих объятиях.

– Почти. Мы ели попкорн и смотрели «Волшебника страны Оз».

Мой желудок сжался от огорчения, что я пропустила такое развлечение.

– Звучит весело.

– Так и было. Девочки охали и ахали, когда видели добрую ведьму, а Эш смеялся так, что чуть не описался, когда я сказал ему, что он похож на члена Гильдии леденцов на палочке.

Я поднесла руку ко рту, чтобы заглушить смех.

– Они не представляют жизни друг без друга, – выпалил Изон, словно это признание обжигало ему губы.

Я сдвинула брови и подняла голову, чтобы получше разглядеть его лицо.

– И им никогда не придется это представлять. И не важно, что произойдет с нами, Изон. Мы всегда будем семьей, помнишь? Вместе мы справимся.

Он покачал головой.

– Нет, я не это имел в виду. Если она их сестра, они захотят знать.

Я резко вдохнула. Внезапно его мрачное поведение обрело смысл. Изон практически ничего не говорил о происхождении Луны с тех пор, как мы покинули тот домик в лесу. Я старалась дать ему время и пространство, чтобы он обдумал все в своей голове и в своем сердце, но я бы соврала, если бы сказала, что сама не думала об этом практически все время в течение последних нескольких недель. Однако он должен был принять это решение сам: мое любопытство не имело здесь никакого значения.

Встав перед ним, я обвила руками его шею.

– Ты хочешь сделать ДНК-тест?

– Нет, – выдохнул он, но в его глазах нарастала буря. – Если честно, я убедил себя, что мне не нужно это знать. Это ничего не изменит. Я не стану любить ее меньше. Она всегда будет вшита в каждую клеточку моего тела. Но они имеют право знать правду. Мы и так прожили с достаточным количеством секретов и лжи, чтобы порождать еще больше. Если она действительно от Роба, я пока не знаю, как мы объясним им это, но я не хочу, чтобы однажды она ощутила, что ее предали, задаваясь вопросом, почему я ничего не рассказал ей. – Его голос сорвался, он поднял руку и потер глаза большим и указательным пальцами. – Боже, почему все так сложно?

– Потому что ты хороший отец. – Взяв его за запястье, я отвела его руку от лица. – И ты понимаешь: то, что ты сделаешь сейчас, повлияет на ее жизнь. Ты принимаешь трудные решения и несешь этот груз, чтобы ей никогда не пришлось этого делать. К черту эти ДНК – именно это доказывает, что ты всегда останешься ее настоящим отцом. Это не мое дело, так что я не имею права на мнение, но мне кажется, что ты принял правильное решение.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что не имеешь права на мнение? Боже мой, Бри. Она же может оказаться дочерью твоего мужа. Ты когда-нибудь после этого сможешь смотреть на нее и не представлять Роба и Джессику вместе?

Ох, мой милый Изон. Вся его жизнь перевернулась с ног на голову, а он продолжал беспокоиться обо мне.

Приподнявшись на цыпочки, я чувственно и успокаивающе поцеловала его в губы. Отпустив его, я осталась на одном уровне с его лицом, так как мне нужно было, чтобы он почувствовал мои слова, а не просто услышал.

– Я вижу в ней тебя, Изон. То, как она хихикает, когда крадет мои M&M\'s и думает, что я ее не вижу. То, как она любит всем своим сердцем и улыбается всей собой. Блеск в ее глазах, когда она видит тебя за пианино, готовая танцевать неистово и беззаботно. Все, что я люблю в этой маленькой девочке, не имеет никакого отношения к тому, как она появилась на свет, а связано скорее с тем, какой ты ее воспитал.

– Боже, – сказал он, задыхаясь от эмоций и заключая меня в такие крепкие объятия, что я потеряла возможность дышать.

Но пока я находилась в теплых и надежных объятиях Изона, кислород был второстепенен.

Я провела рукой по его спине.

– Мы сделаем это. Мы сделаем это вместе и позаботимся о том, как донести до них. Так и будет независимо от того, что из этого выйдет, мы не свернем с пути, хорошо? Я рядом, Изон. Я рядом.

Он обнял меня еще сильнее.

– Господи, Бри. Я так тебя люблю.

Мое сердце остановилось, и я сжала его рубашку сзади. Я понятия не имела, было ли это «я люблю тебя» с романтическим подтекстом или просто искренней благодарностью за то, что я оказалась рядом в трудную минуту, но при любом раскладе это не меняло сути.

– Я тоже тебя люблю.

Его руки сомкнулись вокруг меня.

Мы стояли посреди бардака в игровой комнате, обнимая друг друга, поддерживая друг друга и любя друг друга, несмотря на все, что преподносила нам жизнь. Но в те секунды, пока весь наш мир спал на диване, мне казалось, что в аду, который нам пришлось перенести, был какой-то смысл, если в итоге мы обрели друг друга.

– Останешься у меня на ночь? – прошептала я. – Луна может спать в комнате Мэдисон. Мы будем спать в штанах и поставим будильник, чтобы ты мог встать раньше Ашера. Мне действительно нужно быть рядом с тобой сегодня.

Он поднял голову. Его сияющие карие глаза впились в мои.

– В мире нет такой силы, которая могла бы удержать меня вдали от тебя.

Мои щеки залило краской, и я прикусила губу, чтобы скрыть улыбку.

– Тогда нам лучше поторопиться и отнести этих троих в постель, пока вселенная не восприняла это как вызов.

Изон не только согласился, но и тут же приступил к действию.

Глава 20

Изон

– Что ты там делал? – спросил Ашер, когда я вышел из кладовки.

– Эм-м-м… – Я тут же выпрямился и быстро закрыл дверь, прислонившись к ней, поскольку его пристальный взгляд заставил меня запаниковать. – Я, эм, ну просто… искал что-нибудь перекусить.

– Что именно?

– Это какая-то викторина?

Он склонил голову.

– Возможно. Ты там опять целовал маму?

– Возможно.

Я был не виноват. Бри спустилась вниз в чертовски сексуальных джинсах и майке, которая облегала все изгибы ее тела в самых нужных местах. Мы собирались уходить, как только придет Эвелин, но вероятность того, что мне удастся удержать себя в руках до ее прихода, была даже меньше нуля процентов.

Он долго смотрел на меня, и не важно, что он всего лишь ребенок, который весит меньше пятидесяти фунтов – его взгляд был ужасающим, совсем как у его матери. Наконец, он коротко кивнул мне, как будто был Крестным отцом.

– Можно мне конфету после обеда?

– Конечно. – Я готов был на все, чтобы закончить этот допрос.

Он довольно улыбнулся.

– Ничего, если мы возьмем подушки с другого дивана для нашей крепости?

Я пожал плечами.

– Я не против.

– Круто. – И убежал.

Я подождал, пока он скроется из виду, прежде чем открыть дверь в кладовку.

– Все чисто.