– Нет! – пронзительно закричал Чеппел.

Томас подошел, взгляд его метнулся к цепям, звеневшим о металлическую раму кровати Чеппела. Луиза протянула вперед руку.

– Нет?

– Нет. Это ошибка.

– Вы не собирались их убивать, не собирались убивать вашего учителя?

Чеппел прикусил губу.

– Потому что он был мужчиной? Но вы хотели убить остальных?

– Вы не понимаете и никогда не поймете.

– Ну-ну.

– Я бы все объяснил, но вы не станете слушать.

– А что вам терять? – сказал Томас. – Вы вроде как никуда не спешите.

– Прекрасно. Так вот, мы помогали им.

– Помогали кому? Грете и Сандре?

– Да. Они видели другую сторону. Мы с маэстро Бьянки собирались помочь им перейти на следующий уровень, потом что-то пошло не так. Мы приняли слишком много аяхуаски. Думаю, вы знаете, что произошло.

– Все трое умерли от повешения, а вы уцелели.

– Это тоже получилось случайно.

– Вы хотели убить себя?

Чеппел отрицал.

– Нет, но это почти произошло, разве нет?

Он поднял голову, показывая шрамы на шее.

– Что вы имеете в виду, когда говорите про следующий уровень, Джей? – спросил Томас.

– Об этом я вам рассказать не могу. Я мог бы показать, но…

– Ах да, мы прекрасно знаем о вашей любви к ДМТ. Следы его нашли в образцах тканей Виктории, Клэр и Меган.

Чеппел был в замешательстве.

– Что вам рассказала Эми?

На этот раз улыбалась Луиза.

– Так вот, о предательстве. Эми сказала нам то, что мы уже знали. Вы накачали этих бедных женщин наркотиками и потом убили их.

– Я их не убивал. Они сами лишили себя жизни. Я им помогал. Вы точно не понимаете, я же говорил.

Чеппел растерялся, и Луизе захотелось как следует надавить на него.

– Я читала вашу книгу. Я понимаю больше, чем вы думаете.

– Вы употребляли?

– Нет.

– Тогда вы ничего об этом не знаете.

– Я знаю, что это похоже на смерть. Употребляющие часто думают, что они побывали в других мирах или измерениях.

Чеппел чуть улыбнулся.

– Вы читали книжку и несколько статей в Интернете? – Он хмыкнул. – Вы не сможете описать то, что происходит, дура несчастная. Вы можете только пережить это.

Томас снова двинулся к арестованному и остановился, когда Луиза помотала головой.

– Вы что, серьезно в это верите? Вы же знаете, это просто наркотик. Ваш ум играет с вами, подбрасывает вам иллюзии.

Лицо Чеппела исказила ярость, и он плюнул в нее.

– Катись к чертям!

Томас схватил Чеппела за горло.

Луиза вытерла лицо.

– Значит, вы в это верите. Удивительно. И как это получилось? Вы дали тем беднягам наркотик, а потом вынудили их покончить с собой?

Она дала Томасу знак отпустить Чеппела.

– Говорил же, вы не поймете. Все они – Виктория, Клэр, Салли, Меган, Беатрис, Рейчел, Лиза, Николь и Эми, особенно Эми – хотели этого. Они хотели совершить переход. Я показал им нечто особенное. Это был их выбор.

– Выбор спрыгнуть со скалы, быть задушенными, сгореть заживо, больной ублюдок? – сказал Томас.

Чеппел пожал плечами, и Луиза увидела, что Томас вот-вот набросится на него.

– Слушайте, Джей, дело в том, что я знаю – вы хотите нас убедить. Будто помогали тем женщинам. Что у вас была высшая цель. Но, возможно, вы сможете прояснить один момент.

– Какой?

– Вы с ними спали?

– Что?

Краска залила покрытую шрамами шею Чеппела и его лицо, словно сыпь.

– Мы знаем про вашу бывшую девушку, Мейбл.

– Я не хочу об этом говорить.

– Сегодня я говорил с вашей матерью, Чеппел, – сказал Томас, не скрывая своего торжества.

– Что? Что за хрень тут вообще творится?

– Она была у вас первой, Джей? – спросила Луиза.

– Это не…

– Знаете, что мне рассказала ваша мама? О своем драгоценном мальчике? Она сказала, что вы были влюблены в Мейбл, – сказал Томас.

– Слушайте, я не стану…

– И она разбила вам сердце, да, Джей? – добавила Луиза.

– Разумеется, во время расследования мы об этом не знали, – сказал Томас. – Вы солгали и сказали всем, что она в депрессии и принимала наркотики, но ваша мама знала и молчала – до сегодняшнего дня.

– И зачем вы это сделали, Джей? – спросила Луиза. – Ваше сердце было разбито, и вы жаждали мести?

Джей втянул носом воздух, он на глазах терял воинственный настрой.

– Мы заключили договор.

– Договор?

– Мы приняли ДМТ и договорились, что нас ждет что-то иное, лучшее. Я обещал помочь и затем последовать за ней.

– Что произошло, Джей? Вы струсили? – спросил Томас.

– Когда я увидел, как она умерла, я понял, что она ушла в лучшее место – и я решил помочь остальным…

– Вы с ней спали, Джей? – перебила Луиза.

– Что?

– Вы спали с Мейбл, прежде чем убили ее?

Чеппел откинулся назад, наручники зазвенели.

– Вы сами не знаете, о чем говорите.

– Она знала, что вы знаете о ее измене?

Лицо Чеппела приобрело нормальный оттенок, и Луиза пошла в атаку. Когда Томас передал ей рассказ матери Чеппела, у нее возникло предположение. Если сейчас не надавить на него, правда может и не выясниться никогда.

– Нет, но что…

– Вы спали с Викторией? Клэр? Салли? Меган? Я знаю, что в последнюю ночь вы спали с Эми, Джей. Вот как оно работает?

Она была в нескольких дюймах от его лица, чувствовала его кисловатое дыхание, запах дыма от кожи.

– Да, – крикнул он ей в лицо. – Я с ними спал. Я спал с ними со всеми. Разумеется, вам не понять. Я спал с Мейбл, прежде чем она ушла, и она унесла меня с собой. Я видел это на ее лице, когда она умерла. Я видел это на всех их лицах.

– Больной ублюдок, – сказал Томас.

Луиза отодвинула стул.

– Не думаю, что вы так невинны, Джей. Вы знали, что делаете. Не уверена, что Мейбл правда причинила вам боль. Возможно, вы рассердились, что она вам изменила, но это дало вам шанс. Вы спали с ней, чтобы получить это что-то назад, а потом сделали так, чтобы она точно больше никогда вам не изменяла.

– Это ведь так? Вы не мессия. Вы просто застряли в подростковом возрасте и не смогли пережить, что ваша девчонка трахалась с кем-то еще. Вот и все. Грустное и жалкое зрелище, – сказал Томас.

– Да верьте во что хотите, – сказал Чеппел.

– Но он же не до конца прав, Джей? Это не имело никакого отношения к мести и к тому, чтобы перевести их на иной уровень существования. Вы использовали и уничтожали этих женщин, прежде чем убить их. Зачем? Ради развлечения?

Чеппел ухмыльнулся, подтверждая то, на что намекала Луиза – что церемонии с ДМТ и разговоры об иных мирах были просто фантазией, созданной, чтобы служить извращенным желаниям Чеппела. Они, возможно, никогда не поймут его мотивы, разве что он любил контролировать и убивать молодых женщин. Он явно будет держаться этой истории про мессию, но ее он будет рассказывать до конца своих дней в тюремной камере.

– А теперь, если не возражаете, я хочу спать.

Он отвернулся.

Луиза пробежала пальцами по волосам, она страшно устала. Она открыла дверь и увидела, что по коридору к ней несется Коулсон.

Он протянул руку, в которой был ее телефон.

Глава шестьдесят четвертая

Трейси вела машину, Томас сидел на пассажирском сиденье, Луиза сзади. Луиза была словно во сне, она рухнула на пол после телефонного разговора, словно из нее выбили воздух и она больше никогда не будет дышать.

Врачи сказали, что ей нельзя покидать больницу, но она сказала Трейси, что так дело не пойдет.

– Я тебя отвезу, – сказала подруга, и вот они гнали машину по дороге, голубая мигалка и вой сирены вели их туда, к чему Луиза была не готова.

Она все еще чувствовала запах дыма, прилипший к ней, словно вторая кожа. Дымом пах пот под губой, дым она выдыхала, открывая рот. Часть ее словно осталась на пирсе и смотрела, как с ужасной быстротой распространяется огонь, пробуждая тех трех несчастных для последних нескольких секунд ужасающих мучений.

Да, они поймали Чеппела, и ей удалось спасти Эми и ее подругу Николь. Но какой ценой!

Трейси свернула к кемпингу на головокружительной скорости.

Луиза ударилась головой о дверцу, Трейси извинилась и замедлила ход при виде палатки криминалистов, чисто-белой на фоне мигающих синих огней.

– В этом нет необходимости, – сказал Томас, когда Трейси остановила машину, но Луиза уже открыла дверцу. Она выбралась наружу, ботинки скользили по мокрой от росы траве. В ушах звенело, будто она только что вышла с особенно шумного концерта поп-музыки. Полицейский протянул руку, останавливая ее, и Луиза посмотрела на него, словно не могла поверить, что он без шлема.

– Она со мной, – послышался голос.

– Слушаюсь.

– Луиза, ты в порядке? Выглядишь неважно, – сказала Джослин Меррик, одетая в форму криминалиста.

Женщина обняла ее, и Луиза закрыла глаза, запах дыма усилился.

– Мне нужно его увидеть.

– Понимаю. Я провожу ее, – сказала Джослин Томасу и Трейси, возникшим за спиной Луизы, словно ангелы-хранители. – Тебе придется переодеться. Мы тут не закончили.

Они втроем помогли Луизе надеть спецкостюм, словно родители, одевающие ребенка. Собственное тело казалось ей бесплотным, будто она находилась не здесь и смотрела на происходящее чужими глазами.

– Уверена? – спросила Джослин, зная, какой ответ она может услышать.

Луиза вышла из палатки, словно не слыша ее. Запах линолеума смешался с запахом дыма. Криминалисты отошли, фотограф опустил камеру, будто был готов к приезду Луизы.

– Идиот, ублюдок, – выговорила она, наклоняясь, едва не падая на колени. Джослин подхватила ее. Даже в полубреду Луиза знала, что нельзя прикасаться к брату. Она была рада, что глаза его закрыты. Раны на груди и животе казались слишком несерьезными, чтобы убить его, и она подумала, что, может быть, это все сон. Она чувствовала, будто находится не здесь, и в любой момент кто-нибудь может ее разбудить, и она очнется в больнице в Уэстоне.

Джослин помогла ей подняться, и кровь прихлынула к ее голове. Она постояла немного, пытаясь справиться с тошнотой. Ей хотелось только лечь и больше ни о чем не думать.

– Пойдем, тебе надо подышать, – сказала Джослин.

– Где она? – спросила Луиза, выходя из палатки.

– В безопасности, Луиза. Она в больнице с моими лучшими сотрудниками. Думаю, тебе надо туда. Пойдем.

И Джослин повела Луизу к машине скорой помощи.

Эпилог

Три месяца спустя

Луизу то и дело мучило горе, вызванное смертью Пола, но оно временами отпускало, а чувство вины – нет. Какая разница, сколько раз ей повторяли, что она тут ни при чем и что если бы она все же поехала в Корнуолл, а не обратно в Уэстон, это бы ни на что не повлияло, что Пола зарезали примерно тогда же, когда Луиза помогала спасать Эми и Николь на пирсе.

Больше всего ее мучило то, что она не смогла вовремя достучаться до Пола. Это она позволила всему зайти так далеко. В тот же день, когда он увез Эмили, ей нужно было бросить все силы на его поиски и вернуть его в Бристоль. Она чувствовала себя так же виновной, как и тот, неизвестный, кто семнадцать раз погрузил нож в тело ее брата.

Был выходной, и родители привезли Эмили навестить ее. Было еще даже не обеденное время – а ее мать уже пила. Раньше она не злоупотребляла спиртным, а теперь словно наверстывала упущенное.

Когда мать налила себе стакан белого вина, отец посмотрел на Луизу, словно говоря – ну, что тут поделаешь?

Было трудно не заметить, что мать пошла по той же дорожке, что и Пол, но что могла сказать Луиза? Родители не говорили ничего, и она думала, что так и не скажут никогда, но она была уверена, что они винят ее за то, что не спасла брата. Они будут отрицать это и даже, может статься, сами не поймут, что испытывают нечто подобное, но Луиза не сомневалась. Она сама так чувствовала, так почему же им должно казаться иначе?

Луиза протянула отцу чашку кофе и остановилась у стеклянной двери в гостиной, ведущей в маленький садик. Она помахала Эмили, которая играла с бесчисленными садовыми гномами, оставленными предыдущим жильцом. Племянница подняла глаза, но ответного жеста не последовало.

После обеда Луиза отвезла их в город. Они припарковались у торгового центра и перешли через дорогу к пешеходной зоне. Теперь, больше чем когда-либо, Луиза чувствовала, будто бросается в глаза жителям маленького приморского городка. Ее отправили в отпуск, и вернуться она была должна только после Рождества. Томас временно подменял ее. Робертсон сказал, что ей нужно время пережить то, что случилось с Полом, но Луиза подозревала иное. Она все еще ожидала вызова к начальству, и будущее ее было неясно. В ее пользу служил лишь арест Чеппела, суд и три пожизненных срока. Она позволила личным делам повлиять на работу, и, смотря кто примет решение, это могли счесть непростительным.

– Можно, мы сходим на пирс? – спросила Эмили.

– Конечно, можно.

Луиза была безумно рада уловить намек на счастье на лице племянницы.

Они все еще не знали, насколько подробно Эмили видела убийство отца, но, когда Джослин нашла его тело, девочка была рядом. Эмили с того момента находилась под наблюдением психолога, и было неясно, как это все на нее подействует в долгосрочной перспективе. Она ходила в школу и вроде бы неплохо справлялась, но Луиза видела в ней перемены, и это пугало ее больше всего. Каждый раз, когда ей приходилось читать о ком-то из жертв Чеппела, это было похоже на предвидение будущего Эмили. За исключением Николь, подруги Эмили, которая стала членом группы Джея буквально в последний момент, все жертвы были сиротами или родители бросили их в детстве. С этим сравнением Луиза пока не могла примириться. Стоило подумать о том, что Эмили – сирота, и у нее случался нервный срыв. Теперь она отвечала за девочку, и ее единственной настоящей целью было не дать племяннице повторить судьбу несчастных жертв Чеппела.

Не то чтобы их все считали жертвами – у Чеппела нашлись сторонники, несмотря на вердикт суда и на вновь открытые дела в Португалии и Англии. В Интернете распространяли такой бред, что она давно за этим не следила. Для кого-то Чеппел был своего рода мессией, который пытался спасти этих женщин, – он сам говорил так на заседании суда. Луизе было интересно, остались бы его сторонники при своих взглядах или нет, если бы были на пирсе той ночью и им пришлось бы вдыхать запах горелой плоти.

Когда Эмили вдоволь накаталась на каруселях и машинках, они купили мороженое и пошли на пирс. День стоял ясный, он напоминал о недавнем великолепном лете. Бурое море плескалось у решеток под пирсом.

Луиза посмотрела на Бристольский пролив, на острова Крутой Холм и Плоский Холм. Справа она различила остатки старого пирса. Во рту появился вкус дыма, она обернулась и почувствовала, что ее тянут за руку.

– Спасибо за мороженое, тетя Лу, – сказала Эмили, и ее ручка в перчатке оказалась в руке Луизы.

Мать Луизы увидела это и отвернулась с полными слез глазами.

Луиза стиснула руку племянницы, ей тоже хотелось плакать.

– На здоровье, – сказала она и достала из кармана игрушки, которые купила в магазине на пирсе. Два пластиковых солдатика с парашютами. – Твой папа любил такие игрушки. Ну, давай?

И они запустили игрушечных парашютистов с края пирса. Ветер ненадолго поднял человечков, потом они медленно опустились в грязь.

♦ ♦ ♦

Эми недоплатили как минимум сорок фунтов. Она пересчитала деньги в присутствии Кита и воззрилась на него, ожидая объяснения.

– Что тебе сказать, Эми? Времена тяжелые. Ты не хуже меня знаешь, что зима – не сезон.

– Я в этом месяце работала каждый день. Отдай мне то, что положено, – сказала Эми, но в голосе ее не было убежденности. Все карты были у Кита. Он ежедневно упорно напоминал ей, что вовсе не был обязан снова брать ее на работу. После ночи на пирсе полиция подробно допросила ее. Была большая вероятность, что ее осудят как пособницу Джея. Но как только возможность обвинения была снята (следователи неохотно признали, что Джей обладал почти сверхъестественным влиянием на нее), Кит согласился снова принять ее на работу, уменьшив почасовую оплату на четверть.

– Думаешь, ты тут найдешь другую работу? – сказал он, и ей пришлось признать, что не найдет.

Кит встал, выставив вперед жирный подбородок.

– Если хочешь вернуться на следующей неделе, забирай это и вон отсюда.

Эми схватила конверт и вышла на улицу, по которой гулял ветер. Она была слишком легко одета для осеннего вечера – поношенный плащ, серые треники, раздувавшиеся на ветру, – и пошла в центр.

Если люди и узнавали ее, то не подавали виду. Это была сенсация по городским меркам: разрушены почти все сооружения на острове Бирнбек, дело прогремело на всю страну. Но если Джей стал знаменитостью, современным основателем культа, то об Эми вскорости забыли, как и об остальных жертвах Джея.

Эми зашла в книжный магазин, чтобы согреться. Она читала названия детективов и любовных романов, когда увидела ее. Николь стояла к ней спиной, вместе с родителями, и разглядывала отдел канцтоваров. Эми замерла. Она не видела подругу со времени заседания суда, и даже тогда они не общались – об этом позаботились родители Николь.

Первой ее заметила мать Николь. Она словно увидела самого Джея, на лице ее отразилась смесь ярости и страха, она инстинктивно обняла дочь за плечи.

Николь обернулась, и Эми была благодарна, что та не стала повторять реакцию матери.

– Эми, как ты?

Николь сбросила руку матери.

– Николь, я правда не думаю… – начал отец, но Николь прервала его:

– Пожалуйста, подождите на улице. Я сейчас.

Родители обеспокоенно переглянулись, но подчинились и оставили Эми наедине с Николь.

– Прости, они немного перебарщивают с опекой с тех пор, как…

– Конечно. Я понимаю.

– И как у тебя сейчас дела?

– Так себе. А у тебя? Вернулась в универ?

– Взяла академ на год. До следующего сентября. Уверена, мама не отпустила бы меня, даже если бы я сама хотела. Даже не знаю, отпустит ли на следующий год.

Николь улыбнулась.

Эми покачала головой, в груди стало тесно.

– Прости, что втянула тебя во все это. Мне правда очень жаль.

– Эми, тебе не за что извиняться. Ты такая же жертва, как и я. Я сама сделала выбор. Ты нас не знакомила, даже пыталась делать так, чтобы он держался подальше от меня.

– Но в тот день я должна была отправить тебя домой.

– Ты бы не смогла. Ты меня видела. Я была увлечена. Прошу, не вини себя.

– Довольно, – крикнул отец Николь, и несколько покупателей обернулись.

Николь подалась вперед, и они обнялись – первый человеческий контакт для Эми с той самой ночи.

– Береги себя, – сказала Николь.

– И ты тоже.

♦ ♦ ♦

У дома ее поджидала журналистка.

– Эми, как вы?

Таня Эллиот вышла из машины и сняла огромные солнечные очки, прикрывавшие сильно накрашенные глаза.

– Я не хочу с вами говорить.

Таня начала донимать ее через несколько дней после ночи на пирсе. Сначала она сказала, что пишет статью про Джея и хочет узнать ее точку зрения, но статьи появлялись одна за другой. Теперь она якобы писала книгу, где Эми должна была стать главной героиней.

– Я вам заплачу, – сказала Таня и извлекла пачку новеньких банкнот из кармана длинного пальто, словно фокусник на арене.

– Я же сказала, мне не нужны ваши деньги.

За последние несколько недель Эми узнала, что Таня не любит, когда ей отказывают.

– Может, стоит дать это вашей подруге Николь. Уверена, она оценит.

Эми засмеялась.

– Ну-ну.

– Да бросьте, Эми. Неужели вы не хотите, чтобы люди увидели историю вашими глазами? Вы же знаете, как к вам относятся в городе.

– В смысле?

– Вы знаете, о чем я. Поговаривают, что вы с Джеем работали вместе и что вы втянули Николь в группу.

– Если не ошибаюсь, Таня, вы в числе тех, кто распространяет подобные слухи.

– Тогда давайте все поправим. Я расскажу людям, что произошло на самом деле.

Эми двинулась к входной двери.

– Вынуждена быть полностью откровенна с вами, Таня: не думаю, что вас вообще волнует правда.

– Это не так, – сказала журналистка, но Эми уже поднималась по лестнице, и голос Тани казался ей бессвязным шумом.

«А если бы я рассказала ей историю со своей стороны, что бы она сказала», – подумала Эми, жуя пасту с кетчупом.

Понравилось бы Тане и ее аудитории то, что она могла сказать? Что она жалеет, что не умерла на пирсе в тот вечер. Что она все еще верит в Джея, что бы он ни вытворял в их последние несколько недель вместе – даже после того, что она выяснила, что он по большей части врал ей. Что поездки в Амазонию никогда не было. Что он изменил имя и убил свою первую девушку и еще троих в Португалии. Как это понравится читателям Тани?

Да, Эми ценила все, что сделала для нее отважная женщина-полицейский, и была благодарна за спасение Николь. Но она не могла сказать с уверенностью, что произошедшее с Беатрис, Рейчел и Лизой было ошибкой. Они хотели совершить переход, как Меган и остальные. Метод, конечно, ужасный, но они этого хотели.

Джей пытался объясниться на суде, но ему не дали этого сделать власти и полиция. И неудивительно. Он же сам говорил – невозможно понять воздействие ДМТ (ей не нравилось, когда говорили «наркотик») тому, кто его не пробовал.

И у Эми осталась одна доза, которую ей когда-то давно дал Джей на всякий случай. Эми прятала ее на работе и была рада, что поступила так – полиция дважды обыскивала ее дом.

Она заварила чай так, чтобы сохранить контакт с телом и быть в состоянии совершить должное. Она написала две записки – для Николь и для спасшей ей жизнь сотрудницы полиции – и выпила аяху-аску.

Что у нее осталось? Джей был в тюрьме, Николь не позволяли с ней общаться, Меган где-то далеко. Но это касалось не их, а ее. Так или иначе ее жизнь оказалась полностью провальной, сейчас она это ясно видела. Она понимала, что Джей – шарлатан, но то ли намеренно, то ли по ошибке он показал ей единственное, что оставалось – выход.

Она дала наркотику попасть в кровь и, дрожа, вышла на площадку за дверью. Она подумала о Джее и надеялась, что скоро он найдет свой путь. Подумала о Николь и пожелала девушке счастливой наполненной жизни.

Наконец она подумала о своем сыне Эйдане, закрыла глаза, и наступила темнота.

Благодарности

Спасибо всем, кто помог мне в работе над этой книгой. Моему агенту Джоанне Свейсон за замечания и рекомендации, Джеку Батлеру и всем сотрудникам издательства «Томас и Мерсер» за постоянную поддержку и помощь в совершенствовании этой серии, Расселу Маклину за бесценные идеи и предложения, которые всегда к месту.

Огромное спасибо всем, кто уже поддержал серию, и отдельная благодарность замечательным читателям и книжным блогерам, которые уделили время написанию рецензий.

И, наконец, спасибо моей семье и друзьям за неизменный энтузиазм и поддержку. Благодарю мою сестру Клэр, которая одолжила мне свое второе имя для Луизы Блэкуэлл, а также Элисон, Фрейю и Хэмиша, которые меня вдохновляли и очень поддерживали.

Об авторе

Мэтт Бролли получил юридическое образование, в студенческие годы заинтересовался криминалистикой и окончил магистратуру по писательскому мастерству в университете Глазго.

Автор популярной серии романов о детективе Ламберте: «Мертвые глаза», «Удача мертвеца», «Мертвые угли», «Мертвое время» и «Мертвая вода» и триллера о Линче и Роузе «Контролер». Автор признанного критиками детективного романа о ближайшем будущем «Ноль». Первый роман серии о детективе Луизе Блэкуэлл, «Перекресток», опубликован в 2020 году.

Мэтт также пишет детские книги под именем Эм Джей Бролли. Его первая книга для детей – «Спящий Жук».

Мэтт живет в Лондоне с женой и двумя детьми. Больше узнать о нем можно на сайте www.mattbrolly. co. uk или в его твиттере @Mattbrollyuk.