– Почему ее не было на нашем радаре? Вы проверяли заявления в полицию?

Зелло кивнул.

– Да. На местном уровне, как и на уровне штата, ничего нет.

– На федеральном уровне тоже ничего, – пробормотала Лорел. Если бы что-то было, ее бы немедленно проинформировали. – То есть ее никто не преследовал? – Возможное отклонение убийцы от привычной модели вызывало беспокойство. Или, может быть, доктор Бове просто не сообщала о каких-либо инцидентах?

Гек пожал плечами.

– Я сейчас вернусь. – Приобняв Монти за плечи, он едва ли не силой отвел капитана к служебной машине и распорядился отвезти его домой. Эней остался на месте и только смотрел вслед хозяину.

Офицер Зелло негромко откашлялся.

– Агент Сноу? Ваша сестра сказала прошлым вечером, что занята, и обещала позвонить, но так и не позвонила. Это нормально или просто отговорка?

– Хотите услышать мою экспертную оценку? Вы не нужны ей больше, – откровенно сказала Лорел. Эбигейл всегда использовала людей как средство достижения цели, и полицейский свою роль уже сыграл.

– Эй! Эй! Пропустите меня! – проревел кто-то у нее за спиной.

Лорел обернулась и увидела круглолицего мужчину лет тридцати с небольшим в джинсах и свитере, без пальто, пытающегося протиснуться между двух полицейских. Очки у мужчины запотели от пара изо рта. Она подошла к нему, успев заметить возвращающегося от пикапа Гека.

– Кто вы?

Мужчина не оставлял попыток вырваться из рук дюжих полицейских.

– Дайте мне пройти. Это моя жена. Или бывшая жена. Да какая разница. Что здесь случилось?

– Успокойтесь. – Лорел подняла руку и подождала, пока он перестанет сопротивляться и затихнет, тяжело дыша и вытирая худощавое раскрасневшееся лицо. – Кто вы?

– Джей Мартин. Я живу здесь, за углом, и, проснувшись, увидел полицейские мигалки из заднего окна. Что случилось? С Элли все в порядке? – Он привстал на цыпочки, вытянул шею и разом побледнел, очевидно заметив тело. – Господи… Скажите мне, что это не Элли.

Гек встал перед ним, заслонив обзор.

– Личность пока не установлена. Расскажите нам об Элли.

Джей опустил руки и слегка согнулся, хватая ртом воздух.

Лорел подождала, пока он выпрямится, хотя бедняга все еще задыхался.

– Мистер Мартин, нам нужна ваша помощь. Вы сказали, что Элеонора – ваша бывшая жена?

– Да. – На глаза ему навернулись слезы. – Мы развелись год назад, потому что я совершил ошибку. – Он запнулся. – У меня был роман с девушкой из кофейни на Четвертой улице – ничего не значащий пустяк. С ней я чувствовал себя таким умным, понимаете? – Он пнул ногой кусок льда.

– Чем вы занимаетесь? – спросила Лорел.

Он покраснел.

– Я работаю на стройке, но сейчас у меня… перерыв.

– Понятно. – Лорел пыталась понять язык его тела. Покраснел, потому что смущен? Зол на женщин, оказавшихся более успешными? – Замечали ли вы какие-либо признаки того, что ваша бывшая жена подвергалась преследованию?

Он уставился на нее большими глазами.

– Так это оно и было?

– Что – оно? – вмешался Гек.

Джей поежился.

– Однажды кто-то оставил цветы на ее крыльце, и ее это напугало. Она подумала, что я хочу сойтись с ней, и не поверила, когда я сказал, что ничего такого не делал. Я действительно хотел, чтобы мы снова были вместе, но не стал бы оставлять цветы – на нее это не произвело бы никакого впечатления. – Он нахмурился. – Еще у нее несколько раз спускали шины. То одна, то другая. И да, как-то она обвинила меня в том, что я вломился в дом и переворошил ее нижнее белье. – Он сглотнул. – Никогда бы такого не сделал. У нее были трудности на работе, и я подумал, что она драматизирует. – Он посмотрел мимо Гека на тело. – Боже, как же я был не прав.

Джей Мартин отвернулся, и его вырвало прямо на ботинки.

Глава 34

Вернувшись на офисную стоянку, Лорел вышла из внедорожника и направилась ко входу; Гек последовал за ней по пятам. Открывая дверь, она невольно вздрогнула, когда ее волос коснулось его мятное дыхание. В вестибюле она остановилась и повернулась так, что они оказались лицом к лицу.

– Что ты делаешь?

Гек неуклюже изобразил непонимание.

– Ничего. А что такое?

Лорел посмотрела мимо него на парковку.

– Ты шел прямо за мной и прикрывал мне спину.

Он не ответил.

Она склонила голову набок.

– Ты прикрывал меня. В нас стреляли, и теперь ты стараешься прикрыть меня собой.

Снова молчание.

– Почему, Гек? – Тающий снег сползал с ее ботинок на плитку.

Он отвел взгляд, а затем снова посмотрел на нее.

– Ладно. Если ты спрашиваешь, прикрываю ли я твою спину, потому что мы работаем в паре, то мой ответ – да. Если ты спрашиваешь, прикрываю ли я твою спину, потому что ты женщина и вдвое меньше меня, то мой ответ – да. И если ты спрашиваешь, прикрываю ли я твою спину, потому что переспал с тобой, то мой ответ – тоже да. – Он пожал плечами, как крутой парень в кино. – Даже если это тебя злит.

От его слов по ее телу разлилось тепло.

– Спасибо.

Он поднял бровь.

– За то, что прикрыл тебя?

– Нет. За объяснение. – Жизнь намного проще, когда люди просто говорят правду.

– Э… Ты не злишься?

Она вздохнула.

– Я знаю, кто ты, и не ожидала, что ты будешь кем-то другим. Ты мужчина, защищающий женщину независимо от каких-либо причин. Если ты считаешь, что я, как агент ФБР, не могу защитить себя, то я не воспринимаю это как оскорбление. Этот инстинкт – ядро твоей личности, и я хорошо знаю движущие мотивы твоего поведения.

Он ухмыльнулся.

– Некоторые женщины на твоем месте разозлились бы, другие сочли бы меня милым. Мне нравится ход твоих мыслей.

– Наверное, это хорошо. – Лорел не знала, как думать по-другому. – А ты действительно милый. – Она открыла дверь. – Будешь прикрывать меня, пока я поднимаюсь по лестнице, или как-нибудь обойдемся?

– Мне также нравится твой юмор, – усмехнулся Гек. – Всегда неожиданный.

Она оглянулась.

– Как и всякий хороший юмор.

Он фыркнул.

– Ладно. Я загляну в наш офис, посмотрю, кто там работает в субботу и что у нас с бухгалтерией, а потом мы поработаем по делу. Договорились?

– По-моему, хороший план. – Поднимаясь по лестнице, Лорел поймала себя на том, что на душе почему-то полегчало. Никто и никогда не говорил, что у нее есть чувство юмора. Кроме Гека.

Наверху лестницы, прислонившись к витрине, ее ждал Джозеф Киз. Увидев Лорел, он сделал шаг вперед и протянул букет цветов, который держал у себя за спиной.

От неожиданности Лорел замерла и опустила глаза.

Из компьютерного зала выглянул Нестер.

– К вам посетитель. Попросил разрешения подождать в вашем кабинете, но я отказал.

– Спасибо. – Она отметила, что Нестер надел плечевую кобуру. Из-за того, что в них с Геком стреляли накануне, или потому, что посетитель вызвал у него подозрения? – Чем могу быть полезна, доктор?

Нестер вышел в коридор и, судя по всему, уходить не собирался.

Киз откашлялся.

– Я хотел бы поговорить с вами наедине.

– О чем? – спросила Лорел.

Он слегка выгнул спину и насупился, как самец гориллы, готовый принять вызов соперника. Очевидно, доктор не привык, чтобы люди задавали ему вопросы.

– Понимаю, это неловко, но я надеялся пригласить вас на свидание. – Он протянул букет – какая-то разновидность маргариток в целлофане. Из супермаркета?

– Нет, ничего не получится. – Наверное, отказ можно было бы облечь в более мягкую форму, но Лорел пребывала не в лучшем настроении. У нее болело запястье, и расследование шло не так, как она надеялась.

Нестер многозначительно кашлянул.

– Мы выписали ордер, и сегодня утром пришли квитанции по вашей кредитной карте, доктор Киз. Я в замешательстве – почему вы не сказали ФБР, что у вас есть алиби на время убийства Кристин Франклин?

Доктор Киз густо покраснел.

– Я… ради бога…

– Какое у вас алиби? – спросила Лорел.

– Это не то, что вы думаете, – запротестовал доктор, прижимая к груди букет.

Лорел кивнула Нестеру.

– Продолжайте.

– Добрый доктор потратил около десяти тысяч долларов за последние несколько дней, оплачивая услуги эскорт-службы «Норт-Сайд». – Нестер покачал головой. – Ну, приятель, ты, должно быть, принимаешь какие-то серьезные таблетки.

– Это неправда, – запротестовал доктор.

Лорел подняла руку.

– Лгать ФБР – преступление. Предлагаю просто сказать правду, чтобы я могла вычеркнуть вас из списка подозреваемых. – Хвастун доктор вполне годился на роль подозреваемого, но ей трудно было представить его занимающимся сексом на снегу. В горячей ванне – может быть, но не на обледенелом снегу.

– Ладно. Мне нравятся Кэнди и Строберри, а иногда обе вместе. – Он прищурился. – Они из респектабельной компании, и я им тоже нравлюсь. Итак, у меня есть алиби, и мы можем двигаться дальше. – Он протянул ей букет, и Нестер сделал пару шагов по коридору.

Что же это такое? Почему мужчины вдруг один за другим бросились предлагать ей свою защиту?

– Как агент, расследующий ваше дело, я не могу принять такой подарок. – Лорел направилась к своему кабинету. – Нестер возьмет у вас информацию о Кэнди и Строберри, а потом мы побеседуем с обеими дамами. – Она помолчала, мысленно обрывая некоторые связи. – Кстати, вы упоминали ранее, что познакомились с Томми Бирингом, когда он сопровождал мистера Брюэрстона на прием. Уверены, что никогда не встречали парня по имени Дэйви Тейт?

– Я не помню имени, – сказал доктор, печально глядя на свои быстро увядающие цветы. – По-моему, раз или два с Томми был друг, темноволосый парень. По правде говоря, я не обращал на них особого внимания, так как они оставались в комнате ожидания.

– Спасибо. Вы сказали, что никогда не видели, чтобы Томми сопровождал на прием своего отца. А как насчет того темноволосого парня? – спросила Лорел. Ее инстинкты включились и заурчали.

Нос у доктора дернулся, как будто ему захотелось чихнуть.

– Не помню, но сомневаюсь. Мэр приходил один, за исключением дня операции, когда его сопровождали жена и свояченица. Тогда я и познакомился с Шэрон.

Если Томми или Дэйви бывали в кардиологическом отделении, они вполне могли видеть там Кристин Франклин.

– Спасибо. Нестеру также понадобится подтверждение вашего алиби на время других преступлений. – Лорел повернулась и направилась к своему кабинету, уже забыв о докторе Джозефе Кизе. Скорее всего, он, как и многие очень успешные люди, страдал нарциссическим расстройством личности. И к тому же оказался тем еще придурком. Но следствию он помог, выявив возможную связь Томми и Дэйви с Кристин Франклин.

В общем, он мог быть кем угодно, но только не убийцей.

* * *

Голова у Гека болела все сильнее, но он упрямо продолжал просматривать записи телефонных разговоров Дэйви Тейта. Кобура на бедре придавала уверенности, руки не дрожали, а головная боль – это всего лишь головная боль.

– Пока ничего интересного.

Лорел оторвалась от чтения телефонных записей новой жертвы и рассеянно кивнула.

– У меня тоже. – Она поворочала шеей. – Похоже, активностью в общественной жизни Элеонора Бове не отличалась.

Гек вздохнул. На данном этапе у них не было никаких зацепок, которые можно было бы использовать.

Лорел бросила взгляд на часы.

– Когда тебе на прием к врачу?

Он пожал плечами.

– Ты пойдешь. Мне нужно, чтобы твой мозг работал на полную, когда мы наконец арестуем этого маньяка. – Она перевернула страницу.

– Не будь занудой. – Он потянулся за желтым маркером, чтобы отметить пару незнакомых номеров. Имен рядом с ними не было, и звонки были исходящие, так что скорее всего спам.

Лорел быстро пробежала глазами и перевернула еще одну страницу.

Гек тоже перевернул страницу, просмотрел и поднял голову.

– Вот так.

– Что? – Она вытерла пыль с пальцев.

Он развернул листок, чтобы показать ей.

– Дэйви Тейт звонил доктору Шарлин Рокс пару недель назад. – Гек просмотрел старые записи. – Вообще-то он регулярно звонил ей в офис, и ему тоже звонили оттуда. Вероятно, для подтверждения назначенных консультаций.

– Интересно, да. – Лорел отпила воды. – Дэйви не узнал доктора Рокс на фотографии, которую я ему показывала.

– Да. Мне надоело возиться с этим парнем. – Гек взял свой телефон и позвонил Ино, которая в эти выходные принимала звонки. – Привет. Мне нужно, чтобы ребята съездили за Дэйви Тейтом и привезли его сюда. И пусть выбирает. Либо мы предъявляем ему обвинение в уголовном преступлении и тогда допросим официально, либо он придет добровольно и поговорит с нами без предъявления обвинения. Пусть обеспечат присутствие матери или адвоката, если Дэйви не откажется от юридической защиты. И пусть будут с ним потверже. – Он дал отбой.

Лорел кивнула.

– Согласна. Парень вроде бы за все отчитался, но чего-то определенно не хватает.

– Томми – вот чего не хватает. – Гек выпил содовой. Сахар иногда помогал ему от головной боли.

– Эта парочка связана со всеми. Такое впечатление, что они ничего не делают друг без друга, даже работают после школы. Дэйви переспал с тетей Томми, она бросила его, и они оба чертовски недовольны всей этой ситуацией.

Лорел прикусила нижнюю губу.

– Так и есть. Цветы – намек на близость. – Она потерла подбородок и посмотрела на доски с фотографиями подозреваемых. Но где они их взяли? – Она подняла голову. – Нестер! Вы узнали что-нибудь о черных георгинах?

– Немного! – крикнул он в ответ. – Я связался с несколькими крупными предприятиями по выращиванию цветов в теплицах, но ни одно из них не продавало цветы в этом регионе. Тем более в том количестве, которое пришлось бы купить убийце. Я продолжу поиски, но, по-моему, самое верное предположение, что их выращивают в домашних условиях. У кого-то есть домашняя теплица, только мы ее не нашли. Я провел поиск недвижимости, принадлежащей всем фигурантам этого дела, но, как вы знаете, иногда люди просто сдают ее в аренду или не регистрируют документы. Пока ничего.

Гек посмотрел на телефон. До медосмотра в больнице оставалось два часа, а голова по-прежнему болела, хотя на зрение это никак не влияло.

Лорел покрутила шеей.

– Я вот думаю, не солгали ли Биринги насчет посещения Томми психиатра. Если Дэйви мог встречаться с ней, то, возможно, и Томми тоже.

– Допустим. Дай мне профиль Дэйви.

Она повертела розовый маркер в здоровой руке.

– О’кей. Он умен, его не устраивает нынешнее положение в жизни, особенно по сравнению с богатым лучшим другом. Шэрон Лэмбер использовала Дэйви в своих интересах, а Эбигейл Кейн глубоко обидела его, отстранив от курса.

– И он встречался с доктором Рокс, – пробормотал Гек.

– Возможно, она помогала ему учиться управлять гневом.

Гек скрестил руки на груди.

– А может, и нет.

Лорел уперлась взглядом в стол.

– Я не знаю.

– Продолжай.

– В действиях убийцы – преследовании, взломах, проникновении в жилища – есть изощренность, которой я не вижу в Дэйви. Он, может быть, и умен, но он все еще ребенок.

Гек посмотрел на доску подозреваемых.

– А как насчет Томми?

– Возможно. Он, безусловно, более практичен и обладает чувством собственного достоинства, которого нет у Дэйви. Обычно, когда в преступлении есть соучастники, один из них доминирует над другим. Томми мог бы быть таким ведущим для Дэйви. – Она потянула за ремешок перевязи. – Если так, то ему хорошо дается маскировка, а это качество убийцы.

– Мы можем привезти и Томми. Пусть посмотрят друг на друга.

Лорел потянулась за карандашом и сделала пометку на листке бумаги.

– Давай для начала поговорим с Дэйви. Если он увидит Томми и если Томми – доминант, то он откажется говорить. Нам нужно прижать его посильнее, и если с ним будет мать, шансов добиться от него правды намного больше.

– Вот оно! – воскликнул Нестер, и звук от удара стула о стену эхом разнесся по коридору. В следующий момент он уже стоял на пороге конференц-зала. – Только что получил е-мейл из лаборатории с отчетом по баллистической экспертизе. В Уолтера и в вас прошлой ночью стреляли из одного и того же оружия.

Гек кивнул.

– Мы этого и ждали.

– Да. – Глаза у Нестера заблестели. – Но вот чего вы точно не ждали, так это того, что на гильзе, найденной на месте засады стрелка, лаборатория обнаружит отпечатки пальцев.

Лорел ахнула.

– Нет. Чьи отпечатки?

Нестер хлопнул ладонью по дверному косяку.

– Отпечатки пальцев принадлежат некоему мистеру Дэйви Тейту.

Глава 35

У Тейлор Тейт были темные волосы и глаза как и у ее сына, но из-за хрупкого телосложения она казалась миниатюрной. Хотя ей и было, вероятно, не больше тридцати пяти – тридцати шести, она выглядела старше. В уголках уже появились морщинки, сутулые плечи выдавали усталость. Тем не менее в белом кресле она сидела с достоинством, не горбясь, выпрямив спину.

– Мой сын не сделал ничего плохого.

– Хорошо. – Лорел положила перед собой несколько папок с файлами. Гек сидел рядом с ней как молчаливый сердитый страж.

Тейлор кивнула, и прядь ее темных волос выбилась из узелка, в который она их собрала.

– Он поговорит с вами.

– Значит, вы отказываетесь от своего права на присутствие адвоката? – спросил Гек.

– Да, – ответил Дэйви, не поднимая головы.

Тейлор посмотрел на закрытые стеклянные доски позади Лорел и Гека.

– Мы отказываемся от адвоката. – Она произнесла это тоном человека, которому не осталось другого выбора.

Наблюдая за Дэйви, Лорел пыталась понять его мотивы.

– Ты злишься на свою мать?

Он дернул плечом и покраснел.

– Нет.

Тейлор немного расслабилась.

– Если и злишься, ничего страшного. Я слишком много работаю и вынуждена оставаться в Сиэтле, но нам нужны деньги. Злость не значит, что ты плохой человек.

Дэйви посмотрел на нее искоса и снова сгорбился, скрестив руки на животе.

– Я не злюсь.

Тейлор потерла глаза.

Лорел было жаль их обоих. Ее сердце редко брало верх над разумом, но сегодня это случилось.

– Почему ты солгал нам, Дэйви?

– Я вам не лгал, – бросил он, не поднимая головы.

– Мы знаем, что у тебя были сексуальные отношения с доктором Шэрон Лэмбер.

Тейлор вздрогнула.

– Что?

У Дэйви покраснели даже уши.

– А что здесь такого?

Тейлор покачала головой с таким видом, словно все происходящее в мире утратило всяческий смысл.

– Шэрон Лэмбер? Тетя Томми? Когда это случилось? – спросила она, разлепив гневно сжатые губы.

Дэйви пожал плечами.

– Где-то между Днем благодарения и Рождеством. Она была забавная, и я ей нравился. То есть… Ну знаешь…

– Ты еще ребенок, Дэйви, – взорвалась Тейлор.

– Ха. Я такой же взрослый, как и все остальные, – возразил он. – Она видела во мне взрослого. И с ней я чувствовал себя мужчиной.

Лорел с трудом справилась с позывом к рвоте.

– Она была взрослой, а ты несовершеннолетний, и она воспользовалась тобой, Дэйви. Это не твоя вина.

– Я достаточно взрослый, чтобы самому это решать. Она мне так сказала, – заявил Дэйви.

Суровое лицо Гека немного смягчилось.

– Если она сказала тебе это, значит, ты еще не достиг возраста согласия.

Юридически он был не прав. С моральной точки зрения определенно прав.

Лорел кивнула.

– Во время сеансов с доктором Рокс вы говорили о ней?

Дэйви вскинул голову.

– Откуда вы знаете о докторе Рокс?

– У нас есть записи ваших телефонных разговоров, – сказал Гек. – Отвечай на вопрос.

Дэйви снова понурился.

– Нет. Я не хотел, чтобы у Шэрон были неприятности. К тому же я думал, что мы еще сможем быть вместе. – Он развел руками. – Теперь у нас никогда уже ничего не будет. – Он повернулся к матери. – Я не убивал ее, мам. Правда. Я этого не делал.

– Знаю, милый. – Тейлор потянулась и обняла сына.

Лорел молча наблюдала за происходящим.

Он повернулся в ее сторону.

– Как вы узнал обо мне и Шэрон?

– Она все фотографировала, – мягко сказала Лорел.

Дэйви нахмурился.

– Фотографировала? Когда?

– Когда вы вместе были в ее спальне, – сказал Гек.

У Дэйви отвисла челюсть.

– Там были фотографии? – Его глаза расширились от паники. – Мама, я не знал. Клянусь.

– Это правда, – быстро сказала Лорел. – Она фотографировала себя в постели с другими мужчинами, которые также не знали о камере.

Тейлор обняла сына за плечи; ее высокие скулы словно вспыхнули от жара.

– Я хочу, чтобы эти фотографии были уничтожены.

– Они будут уничтожены после окончания расследования, – сказал Гек. – Почему ты солгал нам, что не знаешь доктора Рокс, когда тебе показали ее фотографию?

Дэйви потупил глаза.

– Не хотел, чтобы вы все думали, будто я сумасшедший.

Сердце Лорел разрывалось от жалости к подростку.

– Нет ничего стыдного в том, чтобы обратиться за помощью, если она тебе нужна. Как ты начал ходить к доктору Рокс?

Дэйви придвинулся к матери.

– Я очень разозлился на одного из учителей из-за тройки по письменной работе, и он порекомендовал обратиться к доктору Рокс. Она помогла справиться с гневом и вообще мне понравилась. Очень.

Лорел наблюдала за выражением его лица.

Гек откинулся на спинку стула и выглядел в этой позе уже не таким грозным.

– Ты говорил с доктором Рокс о том, что доктор Кейн отчислила тебя с курса?

Дэйви кивнул.

– Расскажи нам, в чем выражался твой гнев, – попросила Лорел.

На мгновение он растерялся и стал похож на заблудившегося ребенка.

– У доктора Кейн я почувствовал собственную значимость. Она так все обставила, будто не могла без меня заниматься своим исследованием, а потом расспрашивала меня обо всем. О моих чувствах. Чего я боюсь и на что надеюсь. Кого люблю, кого ненавижу и почему. Она описывала разные сценарии, а я рассказывал, как бы вел себя в той или иной ситуации. Она давала мне витаминный шот или какой-то напиток, мы смотрели фрагменты фильмов или телешоу, обычно остросюжетных, а потом она спрашивала меня, как я себя чувствую. Мы говорили о том, чего я действительно хочу в глубине души, где живет мое настоящее «я».

– Витаминный шот? – спросил Гек.

– Да.

Лорел кивнула.

– Когда именно ты начал заниматься у доктора Кейн?

– В январе, когда начался семестр. Мне платили по двадцать долларов за каждую встречу с доктором Кейн, и она решала, сколько нужно занятий. Всего их было шесть, а потом она меня прогнала. Был интересен, а стал бесполезен. – В его голосе прозвучало что-то другое, не гнев, а… Обида?

– Ох, Дэйви. – Тейлор крепче обняла сына. – Это было вовсе не обязательно. Я буду зарабатывать больше…

Он опустил голову.

Гек взглянул на Лорел.

Она открыла верхнюю папку с файлами и подтолкнула через стол фотографию.

– Что это за цветок, Дэйви? – До сих пор они скрывали эту деталь дела от прессы.

Он посмотрел.

– Не знаю. Красный?

Прикидывается дурачком?

Гек изучающе посмотрел на него.

– Да ладно. Ты работаешь в ландшафтном бизнесе и должен знать, что это такое.

Дэйви прищурился и посмотрел на фото под другим углом.

– Да я понятия не имею. Ну цветок.

Лорел повернулась к его матери.

– Тейлор?

Женщина отвела взгляд от своего сына и секунду-другую рассматривала снимок.

– Даже не знаю. Гладиолус или что-то в этом роде? – Она нахмурилась.

Лорел оставила фотографию на столе.

– Ты желал смерти Шэрон Лэмбер?

– Нет! – взорвался он. – Я не желал смерти Шэрон. Я люблю ее. То есть любил. И смерти доктора Рокс тоже не желал. – Он прижался к матери. – Все, закончили. Больше я с вами разговаривать не буду. Если хотите, арестовывайте. Мне уже все равно.

Они теряли контакт.

– Еще один вопрос, Дэйви. Как твои отпечатки пальцев оказались на гильзе от пули, которая едва не убила одного из нас? – спросил Гек.

Дэйви вздрогнул и повернулся к Геку со слезами на глазах.

– Что?

– Подождите. – Тейлор подняла руку. – Откуда у вас его отпечатки?

– Ваш сын каждую неделю работает волонтером неполный день в детском саду, – объяснила Лорел, пытаясь оценить эмоции Дэйви. Похоже, они были вполне искренними, но она уже ошибалась на этот счет раньше. – С него сняли отпечатки в рамках проверки биографических данных, и они хранятся в базе данных штата. Позволь нам помочь тебе, Дэйви.

Он сглотнул.

– Я никогда ни в кого не стрелял. Никогда.

– Хорошо. – Гек понизил голос. – Ты дотронулся до патрона, а значит, ты заряжал пистолет.

Дэйви сморщил гримасу.

– Ну да. Прошлым летом я действительно стрелял из пистолета в дерево. Но это было все. Клянусь.

Волосы на затылке у Лорел зашевелились.

– Из чьего пистолета ты стрелял, Дэйви?

Он опустил глаза, но потом все же посмотрел на Лорел.

– Пистолет был у Томми. Томми Биринга.

* * *

Лорел уже поеживалась от холода в комнате для допросов Службы охраны, когда Томми, Тери и Стив Биринг наконец прибыли и сели напротив нее. Гек уехал на медосмотр, и она надеялась, что он скоро вернется. Он упрямился, не хотел ехать, но при наличии сотрясения мозга врач мог просто не разрешить ему выйти на работу без медицинского освидетельствования.

– Спасибо, что пришли.

В глазах Тери Биринг вспыхнули зеленые огоньки.

– Ничего другого нам не оставалось – у нашей двери стояли двое вооруженных полицейских. Моему сыну угрожали обвинением в уголовном преступлении.

Что ж, значит, они хорошо выполнили свою работу. Эти двое и теперь терпеливо ждали снаружи на случай, если придется арестовать Томми.

Стив Биринг держался намного спокойнее, и в его глазах читался холодный расчет.