Дарья Донцова

Верхом на «Титанике»

Глава 1

Не радуйся, если фортуна начинает тебе улыбаться во весь рот. Потом может выясниться, что ты просто насмешил ее.

Пару месяцев назад над моей головой пролился дождь редкостного везения. Во-первых, неожиданно нашелся покупатель на мою весьма ветхую машину. Я решил приобрести себе новую «лошадь», не особо дорогую, но вполне приличную. Большую часть денег на автомобиль я накопил, меньшую собирался выручить за старые «Жигули». Поскольку в салоне заверили, что иномарка прибудет десятого октября, я не очень нервничал. Прикрепил на лобовое стекло бумагу с телефоном, дал объявление в газету и наивно подумал, что проблема разрешится сама собой. Шел май, до октября оставалась масса времени.

Но, как водится, ситуация, словно норовистый ишак, вырвалась из рук и понеслась вскачь. За тридцать дней выставленной на торги «десяткой» не поинтересовались ни разу, хотя я регулярно возобновлял публикацию в издании. В начале июля я решил слегка видоизменить текст и добавил к нему фразу: «Музыка вкупе с зимней резиной в подарок». И снова тишина, никто не желал приобретать подержанные «Жигули». Да, автомобиль был не новым, но он в хорошем состоянии, не битый, не перекрашенный, я следил за ним, регулярно проходил техобслуживание и сейчас не заламывал неимоверную цену, но тем не менее клиентов не находилось.

Десятого сентября мне позвонили из салона и сказали:

– Забирайте своего красавца.

– Как, – изумился я, – он уже прибыл?

– Мы клиентов не обманываем, – ответили мне, – все как обещали. На календарь посмотрите. Уже десятое.

– Сентября, – уточнил я, – а мы вели речь об октябре.

Послышалось шуршание.

– Нет, – возразил в конце концов собеседник, – вы ошибаетесь. У нас как в аптеке – по плану девятый месяц! Вы перепутали.

– Поскольку я выполняю секретарские функции, то всегда фиксирую важные даты в склерознике, – не сдался я, – у меня записано четко: октябрь.

– Сентябрь, – рявкнули в ухо.

– Октябрь! – твердо стоял я на своем.

– Послушайте… э… господин Простынкин, – ледяным тоном пресек бестолковый разговор менеджер, – давайте перестанем заниматься ерундой. Если не хотите забирать замечательный, шикарный автомобиль, то никто вас заставлять не будет. Залог, естественно, останется у нас, прощайте.

– Стойте, стойте, – закричал я, – я непременно выкуплю машину, но пока не набрал денег. Мы же договаривались на октябрь.

– У вас есть десять дней, господин Простынкин, – отрезал нахал, – и речь шла о сентябре.

– Уточните фамилию клиента, – язвительно сказал я, – вы ее перепутали, как и дату.

Но ехидство не помогло, пришлось мне идти к Норе и просить в долг. Хозяйка тут же позвонила в банк, и спустя два часа недостающие рубли были у меня в кармане, но одновременно я получил и головную боль. Очень не люблю одалживаться, в особенности у Элеоноры, она потом делает все, чтобы не взять назад деньги, видит протянутый конверт, швыряет его в ящик письменного стола, а вечером вызывает меня в кабинет и заявляет:

– Иван Павлович, я выписала тебе премию, сделай милость, забери деньги.

По странному совпадению сумма премии обычно до копейки совпадает с отданным утром долгом. Может, кто и обрадуется подобному везению, но у меня возникает ощущение, что я плюхнулся на дикобраза, посему прибегаю к финансовой помощи Норы лишь в крайнем случае.

Одиннадцатого я заплатил деньги в салоне, четырнадцатого мне обещали отдать полностью готовый к эксплуатации автомобиль уже с номерами, страховкой и затонированными стеклами.

– А еще вас ждет замечательный подарок, – прищурился менеджер по имени Андрей, разом растерявший всю свою наглость, как только я привез чемодан с деньгами, – почему не спрашиваете какой?

– Какой? – машинально повторил я.

– Суперский, – загадочно сообщил Андрей, – вы будете в восторге! Но я пока не скажу! Это секрет!

Тут дверь кабинета, где мы вели неторопливую беседу, распахнулась, и появилась девушка – стройная, длинноволосая блондинка с чуть раскосыми глазами.

– У меня течет масло! – капризно протянула красотка, бесцеременно вклиниваясь в чужой разговор.

Я посмотрел на пол у ног невоспитанной особы и еле удержался от ехидного замечания, что из живого человека вряд ли может капать машинная смазка.

– Чего сидите? – топнула ножкой клиентка, – разберитесь, в чем там дело.

Андрей вскочил.

– Иван Павлович, извините, можете секундочку подождать?

Я галантно ответил:

– Ради прекрасной дамы можно пойти и не на такое испытание.

Менеджер, хихикнув, убежал, блондинка села на стул и положила ногу на ногу, я отвел глаза в сторону. Только не подумайте, что я изображаю святого Иосифа или принадлежу к ордену ханжей, но сейчас я оказался в положении участника культовой сцены из эротического фильма с Шарон Стоун в главной роли.

Небольшая полоска красной кожи, больше смахивающая на пояс, чем на юбку, неудержимо поползла вверх, я успел заметить широкие кружевные подвязки и быстро сфокусировал взор на календаре, висевшем на стене. Нельзя сказать, что красовавшаяся на страничке со словом «сентябрь» фотография была верхом целомудрия. На ней была запечатлена стройная девица, одежда на которой отсутствовала вообще. Ну не считать же за одеяние три крохотные тряпочки, практически не прикрывавшие прелести модели. Но, глядя на снимок, не испытываешь неловкости, а живая блондинка, забывшая надеть нижнее белье, сконфузила меня, словно двенадцатилетнего школьника.

– Меня зовут Катя, – неожиданно прочирикала незнакомка.

– Очень приятно, – стараясь не отводить глаз от фото, ответил я, – Иван Павлович.

– Дайте закурить, – капризно протянула Катя.

Пришлось вынуть зажигалку и поднести к тоненькой коричневой сигарке, зажатой в нежных пальчиках, очевидно, совершенно незнакомых с такой прозаической вещью, как губка для посуды.

Катя наклонилась, ее слишком пышная для хрупкой девушки грудь чуть не вывалилась из глубокого декольте. До моего носа долетел резкий запах хорошо знакомых духов, тяжелый, пряный восточный аромат, такой парфюм обожает Николетта. Внезапно я ощутил острую неприязнь к Кате. Удивительно, почему многие дамы считают, что, сделав из своего бюста две резиновые клизмы, они станут необыкновенно привлекательными для мужчин? Лично я, приди мне в голову позабавиться с литрами силикона, предпочел бы купить куклу в секс-шопе, там хоть все по-честному, имитацию не выдают за живую неземную красотку. Больше всего мне не нравится ложь, а фальшивый бюст я отношу к такому разряду…

– Что ты так на меня уставился? – округлила глаза Катя.

Я кашлянул. Иван Павлович, веди себя прилично. Какое, в конце концов, тебе дело до дурочки, решившей приукрасить себя имплантантами? Сколько их таких ходит по улицам? Уж не начинаешь ли ты, друг мой, превращаться в брюзгливого старикашку, вечно всем недовольного? Признаюсь: как только на меня повеяло отвратительным запахом духов Николетты, шерсть на загривке стала дыбом. Девушка ни в чем не виновата, надо быть с ней полюбезней.

– Совершенная красота всегда притягивает взор, – улыбнулся я, – извините, если оказался бестактен, теперь буду изучать пейзаж за окном.

Катя кокетливо одернула тесную кофточку.

– Все влюбляются в меня с первого взгляда, – заявила она, – я устала от мужиков.

– Другие женщины были бы счастливы иметь вашу внешность, – сделал я очередной дежурный комплимент.

– Я замужем! – сообщила Катя. – Он богатый и крутой, тебе надеяться не на что.

– Надеюсь, вы счастливы, – я подхватил нить идиотской беседы, потом встал и подошел к окну, мне захотелось посмотреть во двор, заставленный новыми автомобилями.

– Ой-ой-ой, – закричала Катя, – немедленно сядьте!

Я, слегка удивившись поведению блондинки, послушался и спросил:

– Вас так испугало мое приближение к подоконнику?

– Да, – закивала красотка, – не хочу стать причиной вашей смерти!

Я обалдел, а дурочка тараторила без остановки:

– Неделю тому назад я отказала одному типу во взаимности. Он, как и вы, пытался меня окрутить, ну и пришлось показать ему кольцо. Такой ужас! Знаете, что он сделал?

– Нет, – осторожно ответил я.

– Выпрыгнул из окна, – простонала Катя.

– Катастрофа! – абсолютно искренне отреагировал я. – Несчастный остался жив?

– Слава богу, да, – заломила руки блондинка, – мы находились на первом этаже. Вот до чего может довести неразделенная любовь ко мне. Лучше не топчитесь у окна! Я вижу, как вы переживаете. Да, я имею мужа и вам не достанусь. Придется всю жизнь молча вздыхать о Катеньке. Дайте честное слово, что никогда не полезете в петлю и не прыгнете с крыши. Ради любви ко мне живите счастливо!

На секунду я лишился дара речи. Конечно, я и раньше встречал особ с гипертрофированно завышенной самооценкой, но Катя побила все рекорды. Она осторожно поправила прядь искусно завитых волос.

– Можете жениться от тоски и постарайтесь забыть меня, хотя, конечно, вырвать любовь из сердца трудно. Я отдана Сержу навсегда!

Тут, на мое счастье, в комнату вбежал Андрей и начал расшаркиваться перед Катей.

– Машину починят, завтра утром заберете, сделаем все в лучшем виде.

– А сегодня на чем ездить? – капризно протянула Катя.

– Насколько я помню, у вас есть еще один автомобиль, – заулыбался менеджер.

– Он в гараже, в доме, как туда доехать? – заломила хрупкие лапки блондинка. – Я живу на улице Народного Ополчения, она не в двух шагах.

– Сейчас вызову такси, – схватился за телефон продавец.

– Ни-ког-да, – отчеканила капризница, – шоферюга увидит мою красоту и не справится с инстинктами! Буду ждать свою машину!

– До завтра? – склонил набок голову Андрей.

– Да, – без тени улыбки ответила клиентка, – велите подать сюда чай, не пакетики, а нормальную заварку, варенье из инжира, пирожок с капустой, только не тушеной, салфетки и плед. Устроюсь на диване. О! Совсем забыла! Сбегайте к метро и купите журналы.

Андрей уставился на блондинку, мне стало жаль парня.

– Катенька, – ласково обратился я к идиотке, – давайте я доставлю вас до дома в целости и сохранности, можете не сомневаться, я вполне способен управлять своими инстинктами.

Девушка оттопырила нижнюю губку, поджала ее, снова выпятила и, наконец, решилась:

– Ну хорошо. Давайте паспорт!

– Зачем? – пришел я в недоумение.

– Перепишу ваши данные. Если захотите меня изнасиловать, то я сообщу в милицию!

Мне стало смешно.

– Думаю, Андрей может снять ксерокопию. Кстати, не желаете получить визитную карточку? Она содержит полную информацию.

– Йес, – кивнула Катя, – можно обойтись без паспорта.

Я не выдержал и рассмеялся. Согласитесь, на свете редко встречается нечто в аптекарски чистом виде, даже глупость обычно разбавлена некоей дозой здравого смысла. Но Катя – уникальная личность, подобных девушек следует беречь, она эталон идиотизма. В особенности меня тронул пассаж про визитку. Неужели до Кати не дошло: на клочке бумаги можно напечатать все, что угодно. Если я покажу ей глянцевый прямоугольник с текстом «Иоанн I, император Эльдорадо», она поверит? Кстати, и паспорта бывают фальшивыми.

Андрей распахнул дверь и, наблюдая, как Катя, звонко цокая каблуками, идет к выходу, прошептал:

– Господин Простынкин, я ваш должник.

– Подушкин, – поправил я, – вам надо вспоминать с благодарностью Ивана Павловича Подушкина. Смотрите не перепутайте, а то придет некий Матраскин, и вы ему должок вернете.

– Что вы, – округлил глаза Андрей, – ни за какие пряники! У меня плохая память на фамилии, но великолепная на лица. Знаете, вам за приобретение нового авто от фирмы положен подарок – канистра с незамерзайкой для омывателя. Так вот, я вам вручу две емкости, вторую лично от себя!

– Это слишком щедрый презент, – хмыкнул я и ушел.

Всю дорогу до дома Катя упорно молчала, я сделал несколько попыток завести ничего не значащую светскую беседу, наткнулся со стороны спутницы на полнейшее нежелание ее поддерживать и сдался. Я уже отмечал, что Катя плохо воспитана. Чтобы в салоне не висела тягостная тишина, я включил радио, какую-то станцию, транслирующую сладкие напевы про любовь. У меня обычно играет джаз, но пассажи Бутмана скорее всего не придутся Кате по вкусу.

Доставив ее до подъезда, я сказал:

– До свидания, был рад знакомству.

– Я уже объяснила, что отдана другому, – протянула Катя, – вам не следовало так себя вести.

– Как, – подскочил я, – что я сделал не так? Молчал, как пень.

Она погрозила мне пальчиком, украшенным большим кольцом.

– Не обманывай! А музыка? Кто всю дорогу признавался мне в любви? Специально выбрал такую программу.

Я стал сомневаться по поводу вменяемости девушки. Катя опустила ноги на тротуар и звонко заявила:

– Тебе еще повалит удача, я – настоящий талисман. Но лучше забудь меня, я не твоя.

Самое интересное, что слова дурочки про везение неожиданно оказались пророческими. Буквально на следующий день мои ветхие «Жигули» приобрел одышливый толстяк, не торгуясь, он заплатил запрошенную сумму. Я честно предупредил его:

– Автомобиль в неплохом состоянии, но у него большой пробег. Дела службы вынуждают меня ездить целыми днями.

– Ерунда, – прокашлял дядька, – я жене беру, она только что права получила, пусть добивает дерьмо, не покупать же ей сразу хорошую машину. Как оформлять станем? Доверенность дашь?

– Нет, – предусмотрительно отказался я, – сниму «Жигули» с учета.

– Ну, геморрой, – нахмурился он.

Я испугался, что покупатель отправится искать другую таратайку для супруги, и быстро сказал:

– Все хлопоты беру на себя, расходы тоже, согласен на доверенность.

– Лады, – кивнул покупатель, – я живу на улице Народного Ополчения, вот паспортные данные.

– Не волнуйтесь, – засуетился я, – мой друг, Максим Воронов, служит в милиции, у него полно приятелей, они помогут.

– Мне это по фигу, – равнодушно отозвался толстяк, – берешься – делай.

На том и разошлись. Я вернул Норе долг, пересел в новую машину и почувствовал себя настоящим счастливчиком. Фортуна мне улыбалась во весь белозубый рот. Нет бы мне сообразить: она просто потешается над исполнительным секретарем общества «Милосердие» и заведующим оперативно-следственным отделом агентства «Ниро». И вовсе у Фортуны не молочные белые зубки годовалого малыша, а острые, желтые клыки мерзкой старой хищницы, приученной рвать сырое мясо.

Глава 2

– Ваня, – заорала Нора, едва я ступил в прихожую, – ты где шлялся?

– Вы сами отправили меня в книжный магазин, – спокойно ответил я, – за детективами.

– Купил? – с еще большим раздражением осведомилась хозяйка.

– Конечно.

– Привез?

Я решил благоразумно оставить последний вопрос без ответа. Право, Элеоноре, считающей себя суперсыщиком, не следовало его задавать. Что она ожидала от меня услышать? «Купил, но оставил в магазине»?

– Привез? – упорствовала Нора. – Отвечай!

– Ну не бросил же я их в лавке, – не утерпел я, – ясное дело, доставил книги в целости и сохранности.

– Вовсе не ясное, – обозлилась Нора, – ты вполне мог потерять книги по дороге, уронить в лужу, заболтаться со страшной, как голод, продавщицей и начисто забыть о порученном деле.

– Я никогда не беседую долго с уродливыми дамами, – улыбнулся я, входя в кабинет хозяйки, – вот, пожалуйста, заказ выполнен.

– Брось в угол, – буркнула Элеонора, потом вытащила папиросы и мрачно добавила: – Омерзительная осень! И не припомню столь унылого сентября.

Дарья Аркадьевна Донцова

Я машинально посмотрел в окно: там бушевало бабье лето, ласковое солнышко освещало пока не опавшую листву, на небе ни облачка, на термометре плюс двадцать, дождя не обещали, в общем, погода райская. Но Элеоноре сейчас все, как говорят подростки, не в кайф. Вот уже три месяца она сидит без интересной работы. Нет, потенциальных клиентов полно, они оборвали телефон детективного агентства, только все предполагаемые заказчики жаждут вывести на чистую воду неверных супругов, а делами об изменах мы не занимаемся. Впрочем, пропавших животных тоже не ищем. Без увлекательного расследования Нора начала киснуть и ругать домработницу Ленку за плохо выглаженное белье и отвратительно вымытые зеркала. Затем объектом нападок стал я. Если в ближайшее время у нас не появится клиент, желающий найти хитроумного преступника, у Норы окончательно поедет крыша, и тогда прощай спокойная жизнь. Я готов смириться с беготней по городу и согласен участвовать в расследованиях, потому что Элеонора, ищущая коварного убийцу, становится милой и разрешает мне вечером спокойно наслаждаться любимым делом: чтением книг. А вот не занятая раскапыванием чужих тайн хозяйка делается просто невыносимой.

Блоха на балу

– И вообще, – хмуро дудела ничего не знающая о моих мыслях Элеонора, – ты опоздаешь!

© Донцова Д.А., 2024

– Куда? – встрепенулся я.

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Нора стукнула кулаком по столу.



– Так и знала, что забудешь!

Глава первая

Я вынул ежедневник, открыл страницу, отмеченную сегодняшним числом, успокоился и ответил:

– Стоит ли покупать шкаф, который ты продал в интернете?

– Вы поручили мне объехать книжные лавки и собрать издания согласно врученному списку.

Я поперхнулась чаем.

– Больше ничего? – склонила голову набок хозяйка.

– Странный вопрос. У шкафа уже новый хозяин.

– Нет.

– Теперь представь, что этот шкаф, благополучно сбытый с рук, спустя некоторое время звонит тебе, – продолжил Кузя.

– Ваня, у тебя дырка в голове!

Мне стало смешно.

Я попытался обратить начинающийся скандал в шутку:

– Послушай, понимаю, ты живешь в интернете. От своих ноутбуков отрываешься крайне редко. Возможно, в мире компьютеров шкаф способен звякнуть на мобильный. Но в моей реальности такое не произойдет!

– Ну, глаза, нос, уши, рот… похоже, отверстий много.

Кузя склонил голову к плечу.

– И через одно, явно лишнее, вылетает нужная информация, – рявкнула Элеонора, – еще неделю назад я велела: изволь встретить во вторник поезд.

– Почему?

– Какой?

Вот тут я занервничала. Когда парень завел дурацкий разговор, подумала, что он решил повеселиться.

– Пассажирский…

У Кузи специфические шутки, они понятны лишь его друзьям. Но с приятелями Кузьмин общается только в сети. Не могу вспомнить, чтобы к нему приехала в гости большая веселая компания или сам наш ловкий охотник в закоулках интернета лично бы к кому-то направился с желанием попить чаю. Представьте мое изумление, когда он вдруг появился в офисе, который расположен на нашем участке в Ложкино, с молодым мужчиной.

Я с надеждой посмотрел на молчащий телефон – неужели достойный клиент так и не объявится? А Нора дошла до крайней точки кипения.

Тот смущенно забормотал:

– …не товарный, – язвила Нора, – Левушка не нефть, чтобы катить из Горска в цистерне!

– Левушка? Это кто? – разинул я рот.

– Мы… ну… типа… друзья. Здрассти, Дракон Гу.

Внезапно в глазах Норы потух боевой огонек.

Новый знакомый всем понравился, он сидел тихо, в основном молчал. Если его звали к столу, очень смущался, но не отказывался поесть. Гу и Кузя – прямо братья-близнецы. Они примерно одного роста и веса, на головах у парней прическа, про которую моя бабушка Афанасия говорила «кошки дрались, но друг друга не убили». Волосы оба повелителя ноутбуков стягивают резинками. У Кузи есть друзья – Семен Собачкин, мой муж Феликс Маневин и наша помощница по хозяйству. В доме много женщин, поэтому сооружение на затылке Кузьмина украшено розовой «махрушкой». С кем живет Гу, не знаю, но поскольку его волосы перехвачены аптекарской тоненькой резинкой, подозреваю, что Дракон одинок. Да и выглядит он как бомж со стажем. Но, в отличие от бездомного, Гу имеет жилье, регулярно принимает душ и порой даже бреется.

– У меня есть подруга, – сообщила она, – Варвара Гладилина, мы учились в одном классе. Варька потом вышла замуж за военного, помоталась по стране и осела в Горске, родила дочь, замуж выдала, у нее теперь есть внук, Левушка. Понимаешь?

Парни прекрасно ладят, у них свои шутки. Пару дней назад они о чем-то оживленно беседовали, потом Гу произнес:

– Пока да, – кивнул я.

– Чтобы понять рекурсию, нужно сперва понять рекурсию.

– Марина, мать Левы, – продолжала Нора, – второй раз вышла замуж за испанца, живет в Барселоне. Лева сначала уехал с матерью, но потом вернулся в Горск. Варька подробностей не сообщала, но я предполагаю, что прижимистый идальго просто не захотел сажать себе на шею еще и пасынка.

И оба расхохотались. Потом Дракон вытер слезы, которые выступили у него на глазах, и обратился ко мне:

– Лева совсем малыш?

– Дашуля, почему сидишь суровая? Это адски ржачно! Улыбнись хоть раз!

– Нет, – хмыкнула Нора, – четверть века отметил. Маринка, на радость матери, сделала ее бабкой, будучи еще первокурсницей. В общем, детали тебе неинтересны, важна суть, а она такова: Варвара уезжает к Марине, надумала погостить там до Нового года, а Левушка перебирается к нам.

– Она не поняла, – захихикал Кузя. – Сейчас объясню. Рекурсия – это когда программа вызывает себя рекурсивно, а рекурсивно – значит, с помощью рекурсии. Ферштеен[1]?

– Зачем?

Я заморгала.

– Хороший вопрос. Он хочет заняться охотой на медведей, – не меняя выражения лица, заявила Элеонора.

– Кузя! Ты объяснил так, что мозг ей сломал, – улыбнулся Гу. – Надо понятнее. Дашуня, все просто и офигенно смешно. Рекурсия – это вызов функции из этой же функции, но с другими параметрами. Функция может вызывать себя из себя же самой много раз. Теперь ферштеен?

Я не успел удивиться, потому что хозяйка схватила со стола лист бумаги и, нацарапав на нем пару строк, протянула мне.

Кому-то из вас приятно выглядеть дурочкой? Мне – нет.

– Вот, Курский вокзал, время прибытия, номер вагона, купе и место. Давай рысью за Левой.

– Конечно, – старательно захихикала я, – очень забавно.

– Есть, – кивнул я, – уже в пути.

Так вот, можно подумать, что сейчас, задав мне наиглупейший вопрос про шкаф, Кузя просто пошутил. Вероятно, в его мире предложение купить уже проданную мебель должно вызвать гомерический хохот у всех присутствующих. Но сейчас мы с Кузей сидим в офисе вдвоем, Дракон Гу отсутствует. Сени тоже пока нет. А я только что выслушала странную историю про шкаф, который наш компьютерных дел мастер благополучно сбыл с рук. А сейчас озабочен вопросом, стоит ли опять купить этот шкаф! Согласитесь, подобная сделка необычна!



– Вот задача, – бубнил тем временем парень, – прямо голову сломал. Дашуня, что посоветуешь?

Наверное, у незнакомого мне Льва был крайне ответственный ангел-хранитель, потому что я самым загадочным образом не попал ни в одну пробку и доехал до вокзала за четверть часа. По идее путь должен был занять кучу времени, я мог опоздать, а Леве предстояло тосковать на платформе в обнимку с чемоданом, но получилось по-иному.

– Ну, – начала я рассуждать вслух, – приди мне в голову мысль избавиться от мебели, и если случилась удачная сделка купли-продажи, то прощай, шкаф, навсегда. Приобрету новый. Даже через неделю не захочу его выкупить. А уж через месяц и подавно.

Слегка запыхавшись, я ступил на перрон под бойкий вопль радио:

– Поезд из Горска номер мняняняцать прибывает на мняняняцатый путь.

– Почему? – заинтересовался наш личный хакер.

Интересно, где вокзальное начальство находит женщин, умеющих ловко «проглатывать» номера поездов и не способных четко сообщить о пути их прибытия? Может, в Москве существует специальный колледж, выпускающий бубнильщиков?

Глупый разговор начал раздражать, захотелось его побыстрее завершить, поэтому задала свой вопрос:

– Ты продал свою футболку Гу. Он ее носил и предложил тебе ее у него купить. Согласишься?

Лязгнули колеса, из-под поезда понеслось шипение, крашеные блондинки в темно-синей форме открыли двери вагонов, на платформу начали выходить помятые пассажиры. Вот еще одна загадка: ну почему российский гражданин надевает в дорогу немыслимое тряпье? Где люди берут эти невероятные спортивные костюмы с отвисшими брюками, застиранные майки и стоптанные до неприличия тапки? Лично мне кажется, что традиция путешествовать в вагоне, напялив на себя лохмотья, восходит к первой половине двадцатого века. Боюсь ошибиться, но паровозы тогда вроде топили углем, черный дым проникал в вагоны, коптил людей, да и купе стоило неимоверных денег, простой люд ехал вповалку в тесноте. В этих обстоятельствах плохая одежонка являлась необходимостью. Но сейчас, когда даже в плацкартных вагонах у каждого имеется отдельная полка, зачем облачаться в жуткие хламиды? Из Горска в Москву всего ночь пути.

– Невозможная ситуация, – возразил Кузя. – Отдам Дракону все бесплатно.

Я молча смотрел на людей, вытаскивающих узлы, коробки, сумки и отчаянно ревущих детей. Наконец, поток пассажиров иссяк, никого, даже отдаленно похожего на Леву, не обнаружилось.

Я поняла, что спокойно попить чаю не удастся.

Я еще раз изучил бумажку, данную мне Норой. Вагон номер пятнадцать. Все верно. Место десятое. Надо зайти в купе, скорей всего Лев остался сидеть в вагоне, чтобы случайно не разминуться со встречающим. Я уже хотел взяться за поручни, но тут из двери выглянула растрепанная голова молодого человека. Белокурые волосы стояли дыбом, на курносом носу криво сидела идиотская круглая пластиковая оправа со слегка затемненными стеклами, в правом ухе покачивалась здоровенная золотая «цыганская» серьга, а левое украшало множество мелких серебряных колечек.

– Поняла. Другой вопрос. Мой ноутбук удачно продался в сети. Спустя время покупатель присылает письмо: «Дарья, а купите свой лэптоп, пусть он опять вашим станет!» И как поступить?

– Вы меня встречаете? – осведомилась странная личность.

– Не советую, – замахал руками Кузя. – Неизвестно, как с ним обращались. И со временем всегда появляется нечто новое, твой ноут морально устареет!

– Я жду Льва Гладилина, – ответил я, очень надеясь, что юноша воскликнет: «Надо же, а меня зовут Сергей Иванов».

– Вот-вот! – обрадовалась я. – Та же штука со шкафом. Он со временем потерял в стоимости…

Но блондин радостно заулыбался и зачастил:

– Нет, – возразил Кузя. – Ты поняла, что шкаф тебе очень дорог! И вообще, он прекрасен! Прошли недели, года, века, а мебель стала только лучше!

– Ну здорово! Я боялся, что вы опоздаете! Говорят, москвичи непунктуальные, никогда вовремя не приходят.

– Жаль, с бабами это не работает, – неожиданно сообщила из коридора Марина. – Тетенька на пенсии на брачном рынке не раритет. Кузя, сам подумай! Шкафом долго пользовался другой человек, а теперь он хочет назад его тебе впарить? Ну уж нет! Умерло так умерло!

Сделав обличительное замечание, Лев вышел на перрон и предстал передо мной во всей красе – я лишился дара речи. Худое, если не сказать – тощее, тело Левы прикрывало застиранное байковое одеяло, замотанное на манер римской тоги, на ногах красовались пластиковые тапочки, надетые на босу ногу.

– Кто умер? – не сообразила я.

– Здрассти, – закивал милый мальчик, – очень рад знакомству. Левушка.

– Шкаф, – захихикала Марина. – Парень, сделай доброе дело, принеси из кладовки в большом доме пакет соли. Здесь в кухне она закончилась.

Я машинально пожал вялую ладонь и представился:

– Иван Павлович.

– Ну что, пошли, – заулыбался «римлянин», – куда направимся? В метро?

Наш покоритель интернета молча встал и удалился. Жена полковника вошла в офис и тут же осведомилась:

– Слава богу, я на машине, – вырвалось у меня.

– Чего молчишь?

– Замечательно, – обрадовался Лев, – где она?

– Не понимаю, почему затеялся глупый разговор, – честно ответила я.

– На парковке, – ответил я, – не забудьте ваши вещи.

– Басню Крылова помнишь? «Ай, Моська! Знать, она сильна, что лает на Слона!» О ком речь в этом произведении? О животных? О слоне и болонке? – прищурилась подруга.

Левушка растерянно оглянулся.

– Тут сумка была, синяя, с белыми полосами, не видели?

– Иван Андреевич был мастером аллегорических текстов, – улыбнулась я. – Писал он про людей. Завистливая псинка и слон, которому дела до нее нет, – знакомые персонажи. Такие на всех лающие собачки – постоянные гости в аккаунтах успешных людей. Например, некая певица, которая имеет миллионы поклонников, выкладывает видео из студии звукозаписи. И на нее набрасывается стая злобных людишек, негодует: «Да она поет под фанеру!», «Старая уже, тридцатник прозвенел, но все про мужиков воет!», «Фу! Мимо нот!» Порой зависть прикидывается любовью, и тогда рождаются другие комментарии: «Вы мой кумир! Только поэтому от чистого сердца советую! В вашем возрасте лучше подумать о здоровье. Всех денег не заработать. Уходите со сцены». А теперь объясни, какое отношение баснописец имеет к шкафу Кузи?

– Нет.

– Вообще-то, речь не про шкаф, – хихикнула супруга Дегтярева.

– Странно, я отлично помню, что вынес ее из вагона, – недоуменно протянул Лев, – поставил вот здесь. Неужели сперли?

– А про что? – заморгала я.

Я посмотрел по сторонам, не обнаружил ни малейшего признака багажа и попытался утешить парня:

– Про кого, – поправила Марина. – Ее зовут Царь Бруно.

Я ощутила себя пловцом в море маразма.

– Не расстраивайтесь, надеюсь, ничего ценного в ней не было?

– Царь Бруно?

– Вот черт, – подпрыгнул Лева, – диски!

Мариша покосилась на вход в офис и зашептала:

– Какие?

– Слушай! Но если он появится, сразу на другую тему заговорю. Ясно?

– Мои, – вздохнул юноша, – ладно, не стану париться, проблема разрешима. Так где тачка?

– Нет, – тоже тихо ответила я. – Кто может появиться?

– Сюда, пожалуйста, – показал я направо.

– Кузя! – еле слышно пояснила супруга полковника и начала быстро рассказывать историю.

Гость из Горска быстро зашагал вперед, но вдруг остановился и поинтересовался:

Чем дольше она шептала, тем толще становилось мое удивление, которое вскоре трансформировалось в изумление. Я думала, что все знаю про Семена Собачкина и Кузьмина. Они давние, очень хорошие друзья, живут неподалеку от нас в красивом доме. Не помню, чтобы мужчины хоть раз скандалили. До знакомства с нами Сеня и Кузя работали частными детективами. Богачами их тогда назвать было нельзя, но и в нищете парни не жили. Потом мы вместе организовали детективное агентство «Тюх».

– А где вход в метро?

– Левее, – пояснил я, – только нам туда не надо.

Почему оно так глупо называется? Вообще-то, хотели дать своему детищу другое имя, но регистрировал его Дегтярев. Полковник много лет служил в милиции, потом в полиции – ему получить разрешение на открытие такого бизнеса намного легче и проще, чем, например, мне. Поэтому с пакетом бумаг в нужную организацию поехал Александр Михайлович. Мы знаем, что он терпеть не может заполнять разные документы, злится при виде любых анкет и постоянно ошибается, отвечая на вопросы. Но почему я не отправилась с Дегтяревым? Ответ прост. Следовало встать в шесть утра, чтобы в восемь тридцать оказаться у чиновника. На мой взгляд, бесчеловечно назначать прием в несусветную рань. Я решила, что толстяк без меня прекрасно справится. Что получилось, вы знаете. Теперь угадайте, кто виноват, что агентство получило идиотское имя? Я! Почему? Меня же не было рядом! Просто я позвонила полковнику с вопросом: «Как дела?» А Дегтярев именно в эту секунду заполнял анкету.

– Вы торопитесь?

– Увидел твой вызов, – гневался потом толстяк, – и написал в графе: «Тюх»!

– Нет.

Услыхав впервые такую версию произошедшего, я удивилась:

– Тогда давайте прогуляемся к подземке, – попросил Лев.

– Почему тебе в голову именно это слово пришло?

– Зачем? – изумился я.

– Потому что оно про тебя! – еще сильнее разозлился наш бравый борец с преступностью. – Ты типичный Тюх! Зачем трезвонила? Да еще так долго! Неужели непонятно, что если человек не отвечает, то он занят? Сбила меня с мысли!

– Газету почитать надо, – с самым простодушным видом заявил провинциал, – не могу без свежей прессы.

Это была первая версия рождения названия «Тюх». Через неделю Дегтярев выложил другой вариант: «Тюх – аббревиатура от Товарищество Юрких Хитрецов». Но уже на следующий день ему стало понятно, что это совсем уж глупо, и полковник родил новое объяснение: «В переводе с английского “tuh” означает “так”!» Агентство «Так», вот что он хотел! Но чиновник велел написать его на кириллице, получилось «Тюх».

Я, уже поняв, что имею дело, мягко говоря, с нестандартной личностью, решил более ничему не удивляться и мирно ответил:

И тут некстати выступил Кузя, он удивился:

– Вот лоток, в двух шагах от нас. Какое издание желаете?

– Если «tuh», то оно читается как «тух», а не «тюх».

Лева на секунду замер, но уже через мгновение занудил:

Что ему сказал полковник, нельзя цитировать при детях и женщинах. Версий появления названия теперь много, не меняется лишь одно – во всем виновата я! И теперь мы плывем по рекам расследований в лодке, на борту которой начертано «Тюх».

– Аллах с ней, с прессой, пирожка хочется! Двигаем к метро.

Сеня и Кузя не женаты. У Собачкина периодически завязываются отношения с дамами, но спустя короткое время после начала романа Семен начинает удивляться:

– Не рекомендовал бы вам приобретать еду на улице, – покачал я головой.

– Почему женщинам надо обязательно отнять у человека все его радости, даже самые мелкие, вроде пиццы на ужин? По какой причине вместо нее, вкусной, следует давиться мерзким салатом из травы с орехами? Отчего в свободный день, который выпадает реже, чем снег в Нигерии, необходимо ехать с девушкой в гости к ее мамаше, которая ненавидит всех мужчин?

– Вся жратва продается не в квартире, – возразил Лев.

Услыхав эту песню из уст Собачкина в понедельник, я хорошо понимаю, что он скажет в среду. Через день Сеня появится в офисе со счастливой улыбкой на сахарных устах и возвестит:

– Давайте отправимся домой, – попросил я, – там нас ждет ужин, ничего особенного, но продукты свежие.

– Я свободен! Я ничей!

– А я хочу плюшку, – уперся Лева, – двигаем к метро.

Парень резко повернулся и пошел в противоположную от парковки сторону, мне ничего не оставалось, как следовать за ним.

В его голосе меньше экспрессии, чем у Валерия Кипелова, автора песни «Я свободен», но ликование в возгласе хорошо слышится. Несколько месяцев Собачкин живет в свое удовольствие, но потом начинает отчаянно обливаться одеколоном, и становится ясно, что у него появилась очередная дама сердца.

– Это вход? – спросил Лева, показывая на большое здание.

– Да, – кивнул я, – а лоток с горячими сосисками вон там. Мне не жаль взять для вас хот-дог, но обязан предупредить, что начинка для кулебяки бывает несъедобна. Так как? Будете есть на площади или поедем ужинать домой?

Кузя малообщителен, девушек около него нет. Вытащить парня в кафе, кино, на прогулку в парк почти невозможно. Он живет в интернете, в наш бренный мир заглядывает изредка, и ему там неуютно. Не знаю, сколько у парня приятелей во Всемирной паутине, а вот в нашем бренном мире до недавнего времени у него был лишь один близкий человек – Семен Собачкин. И, что удивительно, Сеня – полная противоположность Кузи, он гений общения.

– Жрать расхотелось! – Гость неожиданно пошел на попятную.