Несмотря на появление агента и участие в некотором количестве рекламных объявлений, актерская карьера Ривера не оправдывала ожиданий. Прошел год, а они все еще искали эту призрачную роль. Появлялась случайная работа, но ее было недостаточно, чтобы содержать большую семью. И поэтому дети, чтобы немного заработать, все еще выступали в торговых центрах.

Однако Арлин по-прежнему была убеждена, что большой шанс, к которому они отчаянно стремились, рано или поздно выпадет. Она верила, что все, через что им пришлось пройти всей семьей, – недоедание, постоянные переезды, плавание на корабле и многие ночи размышлений о том, каким будет следующий источник дохода, – все это было неслучайно и приближало их к поставленной цели.

Она говорила об этом в 1988 году: «Та связь, которая удерживала нас в то время, удерживает нас и сейчас. Потому что успех, деньги и слава и все в этом роде для нас не очень важны. Это не так важно, как выполнение подобной миссии, ведь мы чувствовали, что к ней нас ведет Бог. У детей есть талант и все, что для этого нужно. Я имею в виду, что у Ривера есть собственное стремление делать то, что должно быть сделано, и, Бог даст, это его не испортит. Не исключено также, что благодаря какому-то другому чуду мы сможем использовать все, что получаем, для просвещения всего мира и помощи всем людям, а не только нашей семье».

Ее вера в итоге была вознаграждена, когда в 1982 году Ривер получил роль младшего брата в семейном телесериале Семь невест для семерых братьев. Основанный на голливудском фильме 1954 года полудраматический полумузыкальный сериал был посвящен семье шумных братьев, живущих в глуши без родителей. Среди игравших в нем актеров был Ричард Дин Андерсон, который добился большого успеха благодаря телесериалу Секретный агент Макгайвер.

Новость о том, что Ривера пригласили на роль, естественно вызывала большую суматоху в доме Фениксов и вопли Ривера: «Я подпрыгнул на пять футов вверх. Я покраснел с ног до головы и перепугался. Это был мой первый телесериал, и это было круто. Чудесное мгновение. Именно этого я и ждал, и ведь это такая редкость – оказаться в нужном месте в нужное время и просто подгонять свою роль. Мне хотелось этого намного больше, чем сниматься в рекламе, которая мне совсем не нравилась».

По этому случаю семья Фениксов снова переехала, на этот раз в дом с тремя спальнями на участке в пять акров в калифорнийском городке Мёрфис. Новые реалии жизни стали потрясением для детей Фениксов, навещавших на съемочной площадке своего теперь уже известного брата. В то время как они были в восторге от декораций и шикарных музыкальных номеров, шок для нервной системы Ривера был иного рода. Не считая некоторого времени, проведенного в государственной школе, это был первый случай, когда он оказался в кругу людей, не разделявших убеждения его семьи и ее друзей-единомышленников.

Продюсер Гербер вспоминает, как ему позвонили те, кто работал над сериалом, и сообщили о больших трудностях. «Его родители не хотели, чтобы Ривер носил кожу. А когда ты снимаешься в вестерне, тебе нужно носить ковбойские сапоги из кожи. Это не соответствовало их убеждениям. Что ставило Ривера как ребенка в очень неудобное положение, но он не мог сделать ничего, кроме как повиноваться своим родителям».

Расстроенный Гербер сказал своей съемочной группе, что Ривер не будет носить кожаный ремень, и велел им дать вместо него веревку. Для актеров и остального коллектива быстро стало ясно, что ребенок рядом с ними не во всем на них похож, и вскоре он стал объектом насмешек. Некоторые утверждают, что Ривера дразнили довольно злобно и безжалостно. Другие говорят, что это было просто обычное подшучивание, но Ривер не очень хорошо с ним справлялся, потому что не знал, как выйти из незнакомой ему ситуации.

Гербер рассказывал Бэрри Лоуренсу: «Он был юным парнишкой, и им с ним было весело. Они трепали его волосы, они подтрунивали над ним, потому что он был младше. Однако ни один режиссер или продюсер никогда не звонил мне и не говорил, что были какие-то проблемы. С Ривером их не было. Он был таким славным парнем».

«Думаю, они просто подтрунивали над его веганством и неприятием вещей из материалов животного происхождения. Тем не менее вряд ли это делалось злонамеренно. У нас был Джимми Браун, очень жесткий продюсер, отличный продюсер. Он никому бы не позволил делать что-то подобное. Он просто не допустил бы этого. Мы никогда ни о чем таком не слышали. Я думаю, это была [просто] игра с ребенком, знаете, такое веселое времяпрепровождение. Они были хорошими ребятами. Все они были единым целым, как одна семья».

Актриса Марта Плимптон тем не менее говорила: «Я люблю семью Ривера. Они воспитали его как чистого человека, владеющего знанием о правильном устройстве мира. Однако, постоянно переезжая, меняя школы, замыкаясь на себе и не доверяя Америке, они создали этот утопический пузырь, благодаря которому Ривер так никогда и не социализировался. Он никогда не был готов иметь дело с толпой и с Голливудом».

Хотя сериал выходил лишь с сентября 1982 по март 1983 года, стало ясно, что Ривер был чем-то вроде звезды, привлекавшей огромное количество поклонниц. «Мы получали много писем от фанатов Ривера», – говорил Гербер. «Молодым девушкам он очень нравился, и из-за его большой популярности мы стали увеличивать его роль в сериале». Родители велели ему отвечать на все письма лично, чему он был только рад.

Несмотря на то что сериал не стали продлевать на второй сезон, Ривер зарекомендовал себя как актер, которого ожидают увидеть на экранах. И в течение последующих двух лет у него была постоянная работа.

Ривер стал звездой своей семьи и ее кормильцем. Вскоре после этого он скажет коллеге по Исследователям Итану Хоуку: «Я стану знаменитым. Определенно. Богатым и знаменитым». На вопрос почему он ответит: «Я делаю это для своей семьи».

Хоук добавит: «После того вечера я действительно осознал, как сильно на него влияла его семья. Для них он был Вторым пришествием, главой семьи в четырнадцать лет. Может быть, поэтому Ривер всегда относился к себе так серьезно».

– Куда теперь? – спросила Валерия шепотом. Таинственная атмосфера коридора, уходящего в темноту, заставляла ее нервничать.

Ривер был серьезным парнем, но все же Хоакин не благоговел перед братом. У него самого не было большого желания стать актером, и он был рад отдать брату центральное место. Вообще Хоакин утверждает, что никогда не понимал, насколько знаменит его брат, – вот что значит жить в маленьком городке и не иметь телевизора или не читать журналы о знаменитостях.

– Наш проводник должен знать, где выход, раз уж он так целеустремленно рвался сюда.

«Не думаю, что я осознавал ту славу, которую приобрел мой брат, потому что он никогда не кичился ею. Наш телевизор дома показывал только один канал, и это был PBS. Я никогда не видел премьер, никогда не смотрел Entertainment Tonight[6], ничего из этого. Так что его известность была в другом мире, и когда этот мир внезапно постучался в наши двери, видимо, он меня ошеломил. Ты стараешься самостоятельно его принять, или – если нужно – понять, без какого-либо внешнего вмешательства. Несмотря на это, положительного я увидел немного. То есть, безусловно, многие люди были благожелательны, но самое главное, было много уродства».

– А где он?

И все же он скоро сам нырнет в этот мир и сделает собственную карьеру, пусть на тот момент и незначительную.

Как получилось, что они потеряли волка, ни Антон, ни Валерия не поняли. Он скользнул вперед, в темноту подземного хода, и не вернулся. Не хотелось думать, что он просто бросил спутников, посчитав свою миссию законченной. Еще большее неприятие вызывала мысль, что волк наткнулся на одну из колдовских ловушек, которые так любили мастерить все создатели тайных тоннелей и ходов, и погиб.

«Целенаправленной работы ради того, чтобы начать, не было. Мой брат снимался в сериале в Северной Калифорнии, там были кадры с гостями, и мне с сестрами достались роли, так что я вроде как попал туда случайно», – говорил он.

Прошла минута, другая, третья, волк не появлялся и на свист Антона, а также на тихий зов не отвечал. Глубокая тишина, царившая под землей, не нарушалась ни одним звуком, кроме дыхания людей, к тому же тоннель не освещался, как коридоры храма, заполненный плотным мраком до потолка, и ни в один его рукав идти не хотелось.

Действительно, если Ривер осознавал себя актером, Лиф – или Хоакин – в своем предназначении уверен не был. Он пробовал рисовать и писать стихи, но потом признал: «Сам понимаешь, пишешь что-то по молодости, и тебе это нравится, а потом читаешь это примерно через пять дней и говоришь: «Что, черт возьми, это было?» Это про меня».

Антон попытался с помощью медитативной пустоты сориентироваться в пространстве, проследить, куда ведет подземный ход, но больше чем на полсотни метров его психозрения не хватало. Тоннель был весь пропитан магическим полем и тайн своих раскрывать не хотел. Тогда Антон вспомнил расположение комнат хозяйки храма, прикинул, как здание может быть расположено на земле, и решил, что если пойти влево, тоннель выведет их за пределы храма. Правый конец тоннеля, наверное, тоже вел куда-то в леса или под озеро, на берегу которого стояло культовое сооружение Морока, но оттуда чувствовался слабый ток уныния и тоски, и дышать этим мертвым воздухом было противно.

Школьные годы не были особенно счастливыми, и Хоакин в итоге бросил учебу в девятом классе. Его все еще мучают воспоминания об одном моменте. «Многое в ней меня злило, а последней каплей, дружище, стало то, что, вот, учусь я на дому, и мерзавцы посылают мне мертвую раздутую лягушку для разделки».

– Идем сюда, – сказал Антон, поворачивая налево. – Если определились неправильно, зверь нас догонит.

В конце концов, когда продюсерам Семи невест для семерых братьев понадобились в одном эпизоде мальчик и девочка, ему выпала актерская карта. Идея пригласить Хоакина и Либерти, вне зависимости от их талантов, а лишь потому, что они все равно были на съемках, была для съемочной группы самым простым решением; продюсеры уже встречались с детьми раньше, и это означало, что им не нужно было затевать потенциально долгий процесс кастинга.

Они снялись в 13-м эпизоде сериала, получившем название Рождественская песня и вышедшем на экраны 22 декабря 1982 года. Хоакин сыграл в нем Трэвиса и сразу понял, что актерская работа ему подходит. «Когда я был младше, мне всегда казалось, что чего-то не хватает. Наверное, человек проходит через это в детстве – он чего-то хочет. Как только я начал работать актером, я просто почувствовал, что прежняя пустота заполнена», – рассказывал он.

Он не был уверен в своем утверждении, но его слова успокоили Валерию.

Он снялся в эпизодах в телевизионной драме Банда шести и в комедийном телесериале Мистер Смит, а затем как младший брат Ривера попал в серию популярного телесериала канала ABC Специально после школы[7], носившую название Наоборот: загадка дислексии. Главная роль здесь была у Ривера, а второстепенная у Лифа. Последнему пришлось какое-то время свыкаться с новым образом, однако именно в подобных ролях видела своих детей семья Фениксов. Это восходило к семейному прошлому, и сам факт создания серии, посвященной дислексии, соответствовал идее Арлин и Джона о работе, которую должны были выполнять дети. Позднее Джон выскажет свое разочарование в фильмах, в которых снимались его отпрыски, потому что, по его мнению, они стали обслуживать пороки Голливуда, однако, так или иначе, родители были довольны главным героем Ривера, сыгравшим ребенка с проблемами дислексии. Выпущенный в эфир всего один раз, фильм приобрел популярность в школах, а несколько американских библиотек сохранили его в образовательных целях.

По-прежнему в подземелье царила могильная тишина, ни одно движение не нарушало мертвого спокойствия камня, настроенная на поиск опасности нервная система Антона не подавала тревожных сигналов, и все же двигался он медленно, бесшумно, осторожно, чуть ли не ощупывая ногой каждую плаху пола. За полчаса они преодолели едва ли более ста метров пути, пока не уперлись в стену: коридор здесь сворачивал вправо под прямым углом.

Постояли, прислушиваясь к тишине и к своим ощущениям, снова двинулись вперед в круге тусклого света, отбрасываемого свечой, шли так некоторое время, чувствуя, как сжимается некая взведенная пружина неведомой западни, потом Антон погасил свечу и далеко впереди увидел слабый отсвет в форме косой полосы. Валерия придвинулась ближе.

Видение Джона и Арлин, каким бы наивным оно ни было, заслуживает одобрения, и оно сослужило им хорошую службу. Пара выделялась из толпы и была свободна от любых обвинений, ассоциировавшихся со студиями. Однажды Арлин сказала: «Наши с мужем Джоном пятеро необыкновенных детей – это наше благословение. Я иногда смотрю на них и удивляюсь, почему они мои. Возможно, когда-нибудь мы сможем изменить мир к лучшему».

– Что это?

Хоакин и Ривер делили между собой не только время на экране – оба были номинированы на премию, вручавшуюся молодым актерам. Если Ривер демонстрировал непринужденное обаяние, игра Хоакина (или Лифа, как его тогда указывали в титрах большинства его фильмов) была менее естественна. Конечно, он был моложе Ривера и не имел такого же опыта. Но он учился, и у него был определенный потенциал. Его природная энергия становилась очевидна на экране.

– Там какая-то полость, я чувствую, но меня, честно говоря, больше беспокоит другое: почему нас не преследуют. А ведь наверняка давно обнаружили наш побег.

Как и Ривера, его приглашали в рекламные ролики – вспоминая рекламу с Хи-Меном, Хоакин рассказывал: «Я был Скелетором. Где-то внутри себя я понимал, насколько все это ненастоящее. И вот я сижу и в прямом смысле слова анализирую сценарий – Почему Скелетор страдает? Я хотел сделать его счастливым. Но понял, что не могу пойти и спросить о страданиях Скелетора, поэтому я просто забил на это, получил роль и больше никогда не снимался в рекламе».

– Почему ты так думаешь?

– Охрана храма – та же спецслужба, она должна все время контролировать положение дел на объекте, а сотник между прочим – ее руководитель. К тому же он знает кое-какие колдовские приемы и скорее всего уже пришел в себя. Хорошо бы, конечно, ошибиться, но что-то мне подсказывает, что нас ждут сюрпризы.

Его игра улучшалась с годами, по мере умножения его ролей. Среди прочего он сыграл в таких сериалах, как Каскадеры и Блюз Хилл-стрит, а также в телефильме Все за любовь.

Антон оказался прав.

Он также сыграл примечательную роль в сериале Она написала убийство, в котором героиня Анджелы Лэнсбери Джессика Флетчер едет в Чикаго, чтобы навестить свою племянницу и двух ее детей (в исполнении Лифа и его реальной сестры Саммер). Взяв детей в, казалось бы, рутинный поход в парк развлечений, Флетчер, разумеется, приходит к тому, что должна раскрыть сложное убийство. (В одной из самых забавных сцен этого эпизода персонаж Лифа требует еще один гамбургер, явно его любимый. Разумеется, вы никогда не увидите, чтобы он съел хотя бы один из них!)

Пройдя около двухсот метров, они обнаружили приоткрытую толстую деревянную дверь: светлая полоса оказалась щелью, через которую в коридор сочился сероватый свет, – а за дверью начинался грот с искрящимися от инея стенами, с озером посредине, освещенный все теми же светильниками фаллической формы. Озеро в центре грота диаметром около сотни метров обегала ровная дорожка явно искусственного происхождения, имевшая необычную насечку, похожую на отпечаток протектора гигантского, толщиной в несколько метров, автомобильного колеса. Чуть правей от того места, где пленники вышли в грот, дорожка расширялась и переходила в приподнятую над озером площадку, напоминавшую каменный подиум. И на этой площадке, освещенной яркими факелами с обеих сторон, стояла группа людей, среди которых Антон узнал свою недавнюю истязательницу, верховную жрицу храма.

В 1986 году последовала сквозная роль в многочасовом драматическом сериале Утренняя звезда / Вечерняя звезда, где также сыграл еще один клиент Бёртон, Фред Сэвидж, и уже казалось, что скоро Хоакин появится на большом экране.

Самым странным во всем этом было то, что заглядывая в дверь, Антон никого из людей не увидел! Они словно выросли из-под земли, дождавшись момента, когда беглецы войдут в гостеприимно распахнутую дверь. Конечно, Антон догадывался о причинах своей «слепоты», сработало, очевидно, одно из заклятий этого зала, подчинявшееся хозяйке храма, но понимание ситуации уже ничего не решало, и он принял предлагаемые правила игры.

– А вот и наши диверсанты, – с иронией сказала старуха, обращаясь к одному из спутников, одетому в серый костюм с ярким желтым галстуком, огромному, кряжистому, с большой круглой головой и тяжелым мясистым лицом. – Я же говорила, что сотник с ними не справится.

Режиссер Гарри Уайнер подбирал мальчика для своего подросткового фантастического фильма Пикник в космосе (1986), и его сразу же привлек этот «невинный и восторженный» подросток, представший перед ним. Уайнер вспоминал, что сначала, «поразился его имени, а затем удивился, услышав имена его брата и сестер, которые явно были того же поля ягоды».

– Не похож он на Витязя, – проговорил мужчина скрипучим голосом, разглядывая Антона. – Тот не попался бы в столь примитивную мышеловку.

– Я и не говорила, что он Витязь. Хотя кое-какие задатки у него есть. Пожалуй, его можно будет оставить в команде хха, в качестве навья, к примеру. А дамочку я могу на время одолжить вам, Виктор Иванович. До посвящения.

Оценивающий взгляд здоровяка переместился с Антона на Валерию.

Уайнер также рассказывал: «Он показался достаточно интересным компанейским парнем, был очень отзывчивым и отличался тем энтузиазмом, который был нам нужен. Думаю, Айрис предложила Лифа, потому что он испытывал сильное влияние своих брата и сестры, уже имевших некоторый актерский опыт, и сам должен был начать довольно легко. Нам требовались простота, большой энтузиазм и яркое воображение – кто-то, кому бы вы поверили, что он бредит Звездными войнами. И Айрис, разумеется, обеспечила товар».

– В принципе я не возражаю, она действительно хороша. Приведите ее ко мне через пару часов.

– Вы будете довольны.

Речь шла о роли 12-летнего мальчика по имени Макс, самого молодого новобранца в летнем космическом лагере, где подростки постигали азы освоения космоса. Сюжет разворачивался на базе космического лагеря в Алабаме. Конечно, в атмосфере восьмидесятых другом Макса стал робот, который решил помочь ему осуществить его мечту и оказаться в космосе. После череды запутанных событий робот отправляет Макса с другими подростками в космос.

– Надеюсь.

Антон и Валерия переглянулись. Женщина покраснела, понимая смысл сказанного, закусила губу.

– Эй, вы там, – негромко произнес Антон, делая шаг вперед. – Может быть, соблаговолите поинтересоваться, хотим мы быть вашими подопытными кроликами или нет?

Атлет с круглой головой, заросшей редким коротким волосом, посмотрел на него как на пустое место, приподнял бровь, повернулся к верховной жрице.

Это приятный и забавный фильм, приобретший дополнительные преимущества благодаря дебюту Феникса на большом экране.

– Мальчик жаждет отличиться перед девочкой. Развлекайся, Хозяйка, а я пройдусь по территории. Что-то мне неуютно. Боюсь, твой сотник действительно запустил дела. Береги Врата.

Избегая искусственности и жеманства, мешающих другим молодым исполнителям, Феникс рос в каждой своей роли; стиль его игры становился все менее манерным, с периодическими выплесками внутреннего напряжения и скрытой силы, ставших со временем его визитной карточкой.

– Не волнуйся, депутат, здесь моя вотчина.

«Полагаю, дело было именно в благоприятном для творчества пространстве, созданном для нас родителями», – говорил Хоакин в интервью. «Они всегда побуждали нас к самовыражению. Мы проводили дни в разговорах и пении и всегда были перед публикой. Это не было тем, что считается «нормальным» взрослением. Мы пели в детских больницах, тюрьмах и подобных заведениях Центральной Америки. Затем мы переехали в Штаты и в какой-то момент начали петь на улицах Вествуда. Мы были теми пятью детьми, которые поют все эти песни перед толпой».

В интервью 2000 года он добавил: «Думаю, в очень дружной семье, где дети близки эмоционально и по возрасту, ты просто стремишься идти по стопам старших братьев и сестер. Ты просто перенимаешь то, что делают другие, даже если они просто слушают музыку, катаются на скейтборде или делают что-то подобное. Мы все пели, музицировали и были очень общительными. Родители всегда поощряли нас к самовыражению. Так что актерское ремесло показалось нам обычным делом».

Здоровяк зашагал прочь, скрылся из глаз, затерялся на фоне стен грота, будто растворился в воздухе, стал невидимым. Верховная жрица строго посмотрела на застывшую у двери пару, усмехнулась.

«Он был очень открытым», – говорил Уайнер. «Ты даешь ему указания, и он без всяких колебаний их принимает. С одной стороны, когда ты в таком возрасте, это нормально, ведь ты не имеешь вредных привычек и еще не научился фильтровать, так что ты принимаешь условия игры и полностью посвящаешь ей себя. Но он, безусловно, талантлив».

– Не ожидал меня здесь встретить, соколик? Неужели решил сбежать, не попрощавшись? Не понравилось мое угощение? Али я сама? Кстати, что вы все-таки искали на острове? Неужто и в самом деле камень?

Быть ребенком на съемочной площадке (ему было всего 12 лет), возможно, сложновато, но такие актеры, как Тейт Донован, Лиа Томпсон и Келли Престон, относились к Лифу как к младшему брату. В отличие от проблем Ривера, возникавших при съемках Семи невест для семерых братьев, Лифа никогда не дразнили за его воспитание, хотя будет справедливо сказать, что он рос в значительно менее напряженных условиях. Он сам присоединялся к шутливым беседам и был частью актерской команды и съемочной группы. В свою очередь, он с искренним энтузиазмом помогал другим проникаться сюжетом фильма, так что старшие актеры глубоко погружались в фантастическую среду картины.

«Они все обращались с ним прекрасно. Они любили этого ребенка. Общаться с кем-то, кто играл с такой фантазией, не представляло для них затруднений. Они взяли его под свое крыло, как младшего брата и сына», – вспоминал Уайнер.

Антон сделал еще один шаг, оценивая противника. Могучий мужик с внешностью борца и вальяжными манерами депутата Госдумы ушел, но рядом со старухой стояли еще четверо, монахи в черном, скорее всего – охрана жрицы, и небольшого росточка серенький незаметный человечек, внутри которого, по ощущениям Антона, клокотала и бурлила грозная сила. Он был здесь опаснее всех, если не считать колдовские возможности верховной жрицы. И еще один очаг опасности чувствовал Антон всей своей ощетинившейся психикой – в озере. Кто-то огромный и глубокий, как черная бездна, затаился на дне и ждал только приказа, чтобы всплыть и уничтожить всех, кто попытается его остановить.

Атмосфера была позитивная, и Уайнер вспоминает, что во время съемок у него не было проблем с Лифом – за исключением одного инцидента. «Он дает возможность получить правильное представление о Хоакине. Как я уже сказал, он был открытой книгой, в которую вы могли писать все, что пожелаете, а он трактовал это самым обаятельным и искренним способом. Снималась сцена в невесомости, и ему нужно было выйти из зоны сжатия, ведущей в грузовой отсек. Нам нужно было подвесить его на тросы, повернуть декорации на 90° и опустить его в грузовой отсек».

«В общем, он был подвешен на тросах в сорока футах над полом. Как вы понимаете, это было массовое производство, многие рассчитывали провести съемки как можно быстрее и переходить к следующим кадрам».

– Что молчишь, воин, язык проглотил? – продолжала старуха. – Я же знаю, что вы искали камень с Ликом Беса, да не там искали, к сожалению. Здесь он лежит, – кивнула она на подземное озеро, гладь которого не тревожила ни одна морщинка. – Даже не у стен храма, как вас ориентировал этот старый пень Евстигней. Хочешь посмотреть?

Однако молодой Хоакин потерял самообладание и отказался сниматься. «Он был в ужасе, и вот, счетчики денег крутятся, менеджер по производству считает время, а я просто пытаюсь поговорить с этим милым мальчиком, убедить его найти в себе смелость и согласиться пролететь по воздуху сорок футов, получив от этого удовольствие – ведь он должен был впервые увидеть чудеса космоса. Но каждый раз, когда я обращался к нему, он просто обливался слезами».

– Хочу, – сделал еще один шаг Антон, не обращая внимания на торопливый шепот Валерии: не ходи туда!..

«Так уж случилось, что в тот день на съемочной площадке оказался Ривер, и пришел он именно в тот самый момент. У меня перед глазами стоит образ не знаменитого актера с большим творческим потенциалом, а старшего брата, обнимающего младшего. Он опустился на колени, и несколько минут они шептались. И эта уверенность, переданная Лифу старшим братом, а также тот факт, что Ривер проходил через многое, каким-то образом дали Хоакину нечто, за что он смог зацепиться, чтобы победить свой страх».

Старуха внимательно глянула на него с высоты «подиума», покачала головой.

Уайнер продолжал: «Ривер встает, немного говорит со своим братом – Лиф смотрит на меня с какой-то долей решимости, я говорю: «Ты готов?», он кивает, и бац, он поднимается на сорок футов от пола и дает снять кадры, которые были нам так нужны, причем делает все красиво и без очередных слез. О чем бы ни говорили эти два мальчика, это придало второму смелость и силы, необходимые для съемки эпизода».

– Э-э, да ты никак лелеешь надежду спасти свою кралю? Весьма благородно.

Хоакин назовет себя в этом фильме «толстым ублюдком», со смехом говоря, что его больше интересовал буфет на съемочной площадке, чем сам фильм. По его мнению, он набрал лишний вес и «продюсеры нервничали».

Во время съемок фильма Пикник в космосе Хоакин обнаружил, что соседняя съемочная площадка используется Майклом Джексоном. Подросток был рад с ним встретиться не только потому, что он, наверное, был самой известной на планете звездой в музыкальном мире, но и из-за того, что Майкл также был вегетарианцем.

Она повела рукой, и вокруг Антона образовалась огненная окружность. Вскрикнула в испуге Валерия. Языки фиолетово-синего пламени поднялись на полметра, но огонь был холодным, от него стыла в жилах кровь и ноги отказывались повиноваться. Антон попытался бороться с гипнотическим влиянием заклятия, понял, что даже из этого положения может метнуть нож, и сделал вид, что сломлен.

«Есть кто-то похожий на меня! И я такой: “Эй, чувак, вот поваренная книга. С Рождеством”».

Пламя опало, потом и вовсе исчезло.

– Теперь понял, касатик, в чьей ты власти?

Видимо, это была Поваренная книга для людей, которые любят животных[8] – источник рецептов многих любимых блюд детей Фениксов. Один журналист сообщал, что видел, как подростки визжали от восторга, когда их мать открывала страницу 42, чтобы сделать их любимый чизкейк из тофу.

– Понял, понял. Покажи камень.

Старуха дернула подбородком, косо глянув на чернобородых охранников.

Фильм в конечном итоге принес 9,6 млн долларов – это был кассовый провал, учитывая примерный бюджет картины в 20 млн долларов. Вопрос, можно ли было эффективнее использовать молодого Хоакина в рекламе фильма, остается открытым. Так или иначе, нервничать по поводу того, каким образом продавать фильм, маркетологов заставила настоящая трагедия.

– Уведите ее в келью гостя.

Двое монахов сошли с возвышения, направились к пленникам. Антон напрягся, понимая, что отдавать Валерию в руки хха нельзя.

«Господи», – говорил Уайнер. «Надо признать, мы столкнулись с разными трудностями, в том числе с гибелью Челленджера в январе или феврале накануне премьеры фильма весной или летом. У нас были серьезные промахи в пиаре, на которые все указывают, например, мы не отправляли Хоакина в СМИ. Не думаю, что мы использовали его настолько эффективно, насколько это было возможно. Продать фантастический фильм после такой трагедии было трудно».

– А мне можно взглянуть на камень? – вдруг громко заявила Валерия. – Хоть одним глазком? Любопытно все же, что это такое – Врата демона. Или ты боишься, старая?

Уважаемый критик Роджер Эберт признавал: «Над всем фильмом довлеет угрожающее воспоминание о Челленджере, разваливающемся в ясном голубом небе. Наши мысли о космических челноках уже никогда не будут прежними, а наши воспоминания настолько болезненны, что Пикник в космосе обречен еще до премьеры. Сейчас не подходящее время для комедийного триллера о группе детей, случайно попадающих на орбиту вместе со своей учительницей. Оно уже никогда не будет для него подходящим».

Пелагея смерила женщину взглядом, нахмурилась, пожевала губами, кивнула своим слугам.

Но он также отмечал, что, хотя замысел фильма является многообещающим, сама картина довольно глупая. Такое мнение разделило большинство критиков.

– Приведите их сюда.

Вскоре после этого Лиф снялся в фильме Русские (1987) – приятной и обезоруживающей истории о трех американских детях, встретивших русского моряка.

Антон и Валерия в сопровождении молчаливых бородачей поднялись на площадку, подошли к краю, нависавшему над озером, где уже стояла верховная жрица. Маленький человечек с неприметным лицом посторонился, пропуская их вперед, и Громов снова почувствовал дремлющую внутри него силу. Это был не простой человек, а маг, и его следовало принимать в расчет в первую очередь, хотя Антон понимал, что шансов победить колдунов у него почти нет.

– Ну, глядите, – усмехнулась Пелагея, складывая пальцы определенным образом и взмахивая рукой. – Свет!

Здесь, по сравнению с другими фильмами той эпохи, произошло смещение акцентов – если фильмы, подобные Красному рассвету, уделяли основное внимание противостоянию американских детей русскому вторжению, картина Русские была поучительной историей о паранойе и страхе, вызванными всего лишь непохожестью других людей.

Это был либеральный по настроению фильм и в высшей степени приятный, хотя и характерный для 1980-х, когда, как мы помним, Балбесы вступили в схватку со Стальным гигантом. Роль Хоакина в этом фильме стала на тот момент лучшей его ролью. Он явно прогрессировал как актер и словно наделил своих персонажей в Пикнике в космосе и в Русских ощущением изумления – в полном соответствии с вымышленной основой обоих фильмов.

Что еще более важно, он становился самостоятельным актером, – сбрасывая со счетов любые будущие предположения, что его приглашали в кино из-за знаменитого брата. В новом фильме можно было так же увидеть, как он естественно и непринужденно играет лидера группы, хотя роли подобного типа можно увидеть в его исполнении крайне редко; обычно он играл аутсайдеров.

Воды озера посветлели, засветились изнутри. Впечатление было такое, будто его дно превратилось в один большой фонарь. Стали видны каждый бугорок, каждая трещина или яма, каждый камешек на дне огромной чаши, и среди россыпи камней, образующей какой-то сложный причудливый узор, Антон увидел пятиугольную зеленоватую плиту, с которой на него глянуло искаженное яростью лицо, человеческое и драконье одновременно. От него невозможно было отвести глаз, так оно было отвратительно и прекрасно, и если бы не голос верховной жрицы, раздавшийся над ухом, Антон, наверное, не смог бы самостоятельно выйти из транса, освободиться от гипнотического воздействия Лика Беса.

В целом о фильме Русские критики отозвались хорошо. Они обозначили ряд недостатков, но поспешили признать его добрым фильмом, причем Эберт заметил: «Сцены между русским и детьми – лучшая часть фильма, в какой-то мере потому, что дети так хорошо играют. Роль их прирожденного лидера исполняет Лиф Феникс, брат которого Ривер выступил в похожем амплуа в фильме Останься со мной – именно на эту картину Русские похожи во многих отношениях».

– Похоже, тебе нравится портрет нашего Господина. А вот ты ему не нравишься, видишь, гневается камень? Твоя энергетика слишком светла для него. А теперь я покажу тебе того, кто этот камень стережет, дабы у тебя не возникло желание его украсть.

В 90-х Хоакин вскользь пожалел журналиста за то, что тот смотрел Пикник в космосе и Русских. Конечно, это могла быть не более чем обезоруживающая попытка самоуничижения, однако интервью Хоакина телеканалу MTV во время рекламной кампании Запретной дороги (2007) показало, что он недоволен напоминанием о Пикнике в космосе.

«На самом деле я ценю каждую секунду всего того, что сделал, ведь это привело меня туда, где я сейчас. Я не думаю об этом, я не думал об этом, пока вы не спросили, большое вам спасибо. У меня нет сожалений относительно моей карьеры». Когда последовал вопрос интервьюера: «Что там с этим Роботом?», Хоакин резко ответил: «На этом все, я знаю, что вы хотите развлечься, но все значит все»».

Пелагея достала из-под черной мантии большой медный крест, напоминавший несимметричную свастику, левой рукой вытянула его вперед, правую сжала в кулак, так что перстни на ее пальцах соприкоснулись и образовали нечто вроде кастета, и, выбросив кулак в сторону озера, громко произнесла какое-то трескучее слово. Камни перстней испустили тонкие алые лучики, в воздухе резко похолодало, откуда-то из-под купола грота на озеро посыпались снежинки. Воды озера вдруг вспучились, приобрели форму рогатой головы без глаз и рта, эта прозрачная водяная голова два раза повернулась вокруг своей оси, словно пытаясь разглядеть того, кто ее побеспокоил, и бесшумно поплыла к людям, постепенно вырастая и темнея.

Антон почувствовал болезненный удар по всей нервной системе, кипение крови, желание убить кого-нибудь, стереть в порошок, превратить в пыль, в ничто. Дыхание его прервалось. Лишь гигантским усилием воли ему удалось справиться со своей взбунтовавшейся от ментального взгляда жуткого существа психикой.

Глава III

Бегство Фениксов

– Приветствую тебя, Ягья! – нараспев, гортанным голосом проговорила верховная жрица. – Тебе нужна жертва? Я привела двух влюбленных дураков, нежных и сладких, ты останешься доволен. Бери их.

Семья Фениксов была востребована в Голливуде. Карьера Ривера шла гладко, и ожидалась премьера его фильма Одна ночь из жизни Джимми Рирдона; Рейн дебютировала в Горничной на заказ, а Саммер и Лиф снялись в Русских.

Старуха оглянулась на своих слуг, те выставили вперед дубинки, подталкивая Антона и Валерию в спины к краю площадки. Дальнейшее произошло в течение нескольких секунд.

Ричард Бенджамин, режиссер картины Маленький Никита, в котором снимался Ривер, в 1987 году сказал об отпрысках Фениксов: «Они талантливые дети. И родители привили им чувство морали».

Именно это чувство морали стало причиной того, что им снова потребовалось переехать.

Монах, подталкивающий Громова, вдруг выронил палку и сунулся головой вперед. В спине его торчала короткая металлическая стрела. Спустя мгновение упал и второй охранник со стрелой в шее.

Несмотря на успех (в частности, Ривер превратился в голливудскую звезду после блестящей игры в фильме Останься со мной, ставшем классикой мирового кинематографа), влияние Голливуда на детей, и особенно на Ривера, перестало устраивать Джона.

– Держись, мастер! – послышался чей-то знакомый голос, вызвавший множественное эхо, и в гроте появился Илья в сопровождении волка и Владиславы, с арбалетом в руках.

Ривер говорил: «Отец испугался, что нас разрушит это занятие. В нем много подводных камней и соблазнов, и он не хочет, чтобы мы стали материалистами и утратили ценности, привитые нам с детства. Конечно, он рад, что мы достигли высоких результатов, но в некотором смысле он почти дошел до точки, когда он может снова все бросить и уйти, как он сделал это в 60-х, – перебраться на ферму и стать ближе к земле».

Свистнула еще одна стрела, находя висок последнего чернобородого служителя храма. И одновременно с его падением Антон прыгнул к человечку за спиной жрицы, понимая, что он – ее главная ударная сила и защита.

Однако Арлин сказала: «Шоу-бизнес семью не испортит. Я действительно думаю, что все это происходит с нами с определенной целью. Нам просто нужно набраться терпения и позволить этой цели нас найти».

Атака длилась доли секунды, старуха с крестом и светящимися перстнями еще только отворачивалась от вызванного ею демона, чтобы посмотреть, что происходит, казалось, никто не сможет отреагировать на такое сверхскоростное нападение, которое предпринял Громов в состоянии боевой пустоты, но хрупкий с виду человечек успел отскочить, нанося Антону точный и звонкий удар-тычок в лоб, который оглушил его на мгновение.

Ривер дипломатично оценивал ситуацию так: «Вот что я объяснял своему отцу. Есть часть меня, которая хочет уйти от всего этого, чтобы я перестал думать о себе, своей карьере и о том, в каком фильме сниматься дальше. Но, с другой стороны, мне сию минуту нужно выразить себя наиболее полно, раскрутиться и выяснить, на что я способен. По существу, я сейчас очень честно говорю о своей карьере. Я не боюсь осуждения. Но, пока я на шаг опережаю других, часть меня будет рада все прекратить, возможно, даже ненадолго уйти в джунгли, как Алли Фокс [персонаж из фильма Берег москитов], и просто жить за счет земли».

Если Арлин без устали работала в голливудской студии, пытаясь запустить карьеру своих детей в индустрии развлечений, то Джон, по-видимому, не так хорошо разбирался в средствах массовой информации. Ривер пытался отшучиваться, говоря: «Мой папа, что ж, иногда он смешной». Но можно было видеть, что ребенок обижен и смущен.

– Не меня, мастер, – услышал он тихий шепот, вернее, беззвучный ментальный шепот. – Её!

Однако из-за сходства между старшим Фениксом и экранным отцом Ривера в фильме Берег москитов – незабываемо сыгранным Харрисоном Фордом – очередь обижаться и смущаться дошла до самого Джона.

Антон снова попытался атаковать противника, не сразу сообразив, что тот обращается к нему, и в это время напротив них над краем площадки выросла водяная, быстро приобретавшая плотность голова демона.

Ривер исполнил роль сына блестящего изобретателя, человека, удрученного поверхностным стилем жизни, ставшим привычным для него в Америке. «Мы едим, когда не голодны, пьем, когда не хотим пить. Мы покупаем ненужное и выбрасываем полезное. Зачем продавать человеку то, что ему нужно? Продайте ему что-то никчемное. Как будто у него восемь ног, два желудка и деньги, чтобы ими сорить. Это неправильно. Неправильно, неправильно, неправильно», – возмущался мужчина.

Он стремился к утопической реальности, основанной на его единственной фантазии о том, что непорочный мир подарит ему все многообразие жизни, невозможное в перенаселенной и испорченной среде.

– Помогай! – Руки маленького человечка уперлись в спину верховной жрицы.

Неудивительно, что режиссер Питер Уир подумывал взять в фильм Ривера, хотя тот и был слишком взрослым для персонажа из его первоначального замысла. На эту роль искали мальчика 12–13 лет и всерьез рассматривали кандидатуру Уила Уитона, коллеги Ривера по фильму Останься со мной.

Однако тем режиссер по кастингу сказал: «На этой пленке есть мальчик. Его зовут Ривер Феникс. Он потрясающий – единственное, ему 15».

Антон присоединился к нему, чувствуя так, будто его руки окунулись в кипяток, и толкнул старуху изо всех сил к бликующей, переливающейся всеми оттенками голубого и фиолетового цвета голове демона.

Детство Ривера не давало покоя Уиру, прекрасно понимавшему, что драматический потенциал одного из актеров, основанный на таком же жизненном опыте, как и у его персонажа, хорош уже сам по себе. Кроме того, в его сознании постоянно всплывало выступление Ривера на пробах.

Для Уира все стало ясно. Ривер Феникс сыграет в фильме сына Харрисона Форда.

Раздался страшный крик. Верховная жрица окунулась в приближавшееся слепое лицо того, кого она назвала Ягья, вызвав метаморфозу формы головы, перстни на ее руке взорвались, крест вспыхнул ослепительным малиновым светом, и тотчас же голова демона заколебалась, превратилась в клуб дыма и растаяла.

«Наконец, я сказал себе: какого черта, разве это важно, сколько ему лет? Он похож на сына Харрисона, и я его снимаю», – писал он в заметках о производстве фильма. «Он выглядит как тот, у кого есть тайны. В нем что-то есть, и это прекрасно подходит для фильма. В прошлый раз, помнится, я видел такое в ком-то, кто был с Мелом Гибсоном.

Озеро погасло. На краю обрыва осталось лежать то, во что превратилась старуха – сморщенная мумия в потерявшей цвет монашеской мантии.

Риверу понравилось работать с кинозвездой, он говорил: «Харрисон спустился на землю. Я читал, что он холоден, но на самом деле он был очень сердечным. Просто в его положении вокруг тебя появляется слишком много лицемеров, пытающихся кинуть камень в твой огород, и надо держать оборону. Он очень хороший человек, мудрый и практичный. Его идеалы очень дельные, логичные. Я многому у него научился».

Самое главное в Харрисоне – внешне он играет так непринужденно, он такой естественный и выносливый. Работая с ним, я отлично проводил время. Мы общались очень искренне. Я понял его мотивы, и думаю, он понял мои».

Антон ошеломленно посмотрел на человечка, не веря тому, что произошло, только теперь начиная осознавать роль неожиданного союзника. Прохрипел:

Форд отзывался о Ривере так же благожелательно: «У него есть какой-то природный талант. Он есть у многих, но Ривер при этом очень серьезно относится к своей работе. [Он] играет очень искусно и профессионально, значительно превосходя наши ожидания от пятнадцатилетнего мальчика. Ривер задает много вопросов, требующих ответов, и я не могу дать ни один из них, но это интересные вопросы». Он продолжал: «Некоторые его взгляды были по сегодняшним меркам необычны. Из-за них он выглядел словно с другой планеты. Но даже в этом случае чувствовалось, что он твердо стоит на ногах».

– Ты… вы… почему? Кто вы такой?!

В фильме оба актера, по-видимому, сблизились, а позднее вновь воссоединились в картине Индиана Джонс и последний крестовый поход. (Объективно говоря, этого воссоединения на экране не было, так как Ривер играл популярного авантюриста в детстве, но они вместе проводили время, оттачивая игру Ривера).

«Я просто смотрел на Харрисона, он делал что-то, и я не копировал его действия, а интерпретировал для персонажа меньшего возраста. Копирование – ужасная ошибка, которую делают многие люди, когда играют кого-то моложе или отличающегося по возрасту. Копирование не раскрывает истину, потому что в его случае ты просто ничего не анализируешь».

– Меня зовут Безымень, – отозвался тот тихим тусклым голосом, дернул уголком губ, обозначая улыбку. – Хотя до смерти меня звали иначе.

В свою очередь, Форд проводил с Фениксом часы, следя за тем, чтобы тот правильно улавливал физическую сторону роли, а также показывая ему некоторые движения кнута.

– Почему вы помогли нам?

«Не думаю, что я его раздражал. Я ни разу не спросил, каким был Индиана Джонс. И многому у него научился. Харрисон пришел и очень помог мне с мотивацией. Знаете, откуда все это взялось, что этим движет и что делает его и правда крутым, когда ему нужно прыгнуть с лошади на поезд».

Пока Лиф боролся с дилеммой, что делать с его подтормаживающей актерской карьерой (подробнее об этом скажем чуть позже), фанаты голливудских блокбастеров были рады видеть его брата, играющего юного Индиану Джонса, а позже были встревожены, обнаружив, что Ривер отказался от возможности сняться в сериале Хроники молодого Индианы Джонса. (Когда Ривер умер, Форд сказал: «Ривер Феникс играл моего сына, и я полюбил его, как сына. Я гордился тем, что он вырос таким талантливым, честным и увлеченным человеком».)

Еще один бледный намек на улыбку.

Но сначала он снялся в фильме Берег москитов, работы над которым велись в англоязычной стране Белиз в Центральной Америке.

– Скажете спасибо деду Евстигнею. Года полтора назад он вдохнул в меня душу, с тех пор я, как это принято говорить, его агент. Хотя работаю на Хозяина.

Уир говорил: «Мы со смешанными чувствами изучили Ямайку, узнавали насчет Коста-Рики, Гватемалы, Мексики и Гавайев, но Белиз на их фоне выделялся».

«Мы нашли все нужные нам места: горы, океан, джунгли, реки, похожие на Амазонку, – все на расстоянии одного часа от города Белиза. Белиз также имел преимущества англоязычной страны, расположенной относительно близко от США, со стабильной валютой и политической ситуацией».

– Морока?

Форд останавливался в отеле, а Ривер, его отец (который выполнял обязанности сопровождающего) и часть актеров и съемочной группы жили в джунглях.

Вскоре стали выясняться сведения об истинном прошлом семьи Феникс – в основном их распространяла студия, стремившаяся подчеркнуть сходство Ривера с его персонажем. Ранее яркое детство Ривера замалчивалось – во многих биографиях просто упоминалось, что он вырос в Калифорнии. Теперь появилась возможность показать его необычное воспитание. Когда его спросили, был ли ему близок персонаж из фильма, Ривер ответил: «Берег москитов велит быть верным тому, кого любишь. Я так хорошо знал этого персонажа, потому что я и был этим персонажем. Я знал все его прошлое».

– Морок – не живое существо, энергоинформационная система, хотя может внедряться в любого человека. Я служу его эмиссару. Кстати, у вас, кажется, появилась вещь жрицы? – Безымень с улыбкой показал пальцем на карман безрукавки Антона, где лежала бутылка с двумя горлышками. – Поосторожнее с ней. Это ниргуна, субстрат жизненной силы и страшное оружие. Передайте бутылку Евстигнею.

Подбежал Илья, держа на прицеле арбалета фигуру слуги Морока, быстро оглядел поле боя.

Ривер и его отец нередко проводили время, плавая с маской и трубкой или гуляя по джунглям, но в это же время остальные отмечали определенную напряженность в их отношениях.

– Вовремя мы успели, однако. Кто это? Познакомь нас.

Оценивая догадки о недовольстве Джона Феникса картиной, Уир предположил, что это было нечто большее, чем просто неудовлетворение Джона сюжетом фильма: «Когда маленький сын вдруг становится основным кормильцем семьи, в семейной иерархии происходит невероятное количество изменений, и иногда возникает напряжение, особенно в отношениях с отцом. Я не знаю, актуально ли это для Джона Феникса, но Ривер хотел уравновесить ситуацию. Он не хотел портить доверительные отношения в семье: Джон ездил с сыном в Белизе как требуемый законом сопровождающий, и, казалось, был обеспокоен ролью, которую его сын играл в Береге москитов».

– Его зовут Безымень. Он помог мне…

«Однажды, когда Джон захотел пойти с сыном поиграть на гитаре, Ривер отказался, заявив, что он должен отвечать за фильм и перед другими, кто работает над картиной. Это пример того, как сын перерос свое детство, стремясь к собственной независимости и формируя собственные взгляды, сопротивляясь подражанию принципам отца и обретая самостоятельный голос автора собственной истории».

Говорили, что Джон мог почувствовать отдаление сына и что он пытался убедить его во время съемок отправиться в путешествие в Гватемалу, но Ривер снова отказался со словами: «Я должен учить свою роль и я несу ответственность за присутствие на съемочной площадке и за уход с нее».

– Я видел. Старуха вызвала древнего демона, изверга Ягью, но тот предпочел сожрать ее саму, а не вас. Так, господин Безымень? Не скажете, почему он это сделал?

После Берега москитов было важно, чтобы Ривер особенно тщательно выбирал свои будущие роли. Если он стремился к творческому долголетию, ему следовало показать свои разнообразные возможности.

– Желания демонов неисповедимы, – меланхолично ответил маленький человечек.

Решив, что ему хочется сняться в комедии, но в не совсем обычной, он остановился на фильме Одна ночь из жизни Джимми Рирдона по книге Уильяма Ричерта, выступавшего также в качестве режиссера этой картины.

Так как персонаж Ривера в этом фильме был похож на мошенника, отец был против этой роли (он не мог поверить, что его сын играет эгоистичного и заносчивого человека), однако сам Ривер, Айрис Бёртон и Арлин согласились в том, что эта работа сможет глубже раскрыть таланты молодого актера и что он определенно должен на нее согласиться.

– Кто-нибудь мне объяснит, кто такой изверг Ягья? – сердито сказал Антон. – Почему он – изверг?

Ривер скажет об этой роли: «Он предается своим мечтам и стремится осуществить их за полтора дня. Это не стереотипный фильм о взрослении, потому что все в нем показано через поэтическое видение Джимми, и на самом деле у фильма нет счастливой концовки – ее и не должно быть. Джимми остается ни с чем и ни с кем».

– Демон Ягья, по древним поверьям, персонифицирует мгновенно возникающую и мгновенно уходящую страшную силу, – пришла в себя Валерия. – С ним нельзя вступать ни в какое общение без вреда для себя.

«В какой-то момент он свернул не туда, и я не хотел бы быть на него похожим. Тем не менее его цели прекрасны. Он хочет поехать на Гавайи и жить в раю. Все этого хотят. Чтобы понять действия Джимми, я в общих чертах обрисовал для себя все его прошлое. Джимми больший манипулятор, чем я, и он смелее с женщинами. По сути, это первый фильм, в котором я снялся в любовной сцене, кроме того, это моя первая комедии. Получая гонорар, я почти чувствую свою вину».

Утверждается, что фильм был порезан и переделан по воле студии и стал в большой степени сексуальной возней, чем драмой о взрослении, – это шокировало Ривера, который в итоге пожаловался: «Я не согласен с таким фильмом. Джимми Рирдон был одной большой ошибкой. Я был очень наивен и не знал, что прежде всего злоупотребляю своими талантами. Я поставил себе на службу что-то специфическое».

– И это все?

Он добавлял: «Все оказалось не так, как я думал. Я даже не уверен, что был подходящим кандидатом на эту роль. Чтобы подобное сработало, думаю, нужен кто-то чуть более мужественный, скажем, Том Круз. Он сделал бы это намного лучше меня». В следующий раз он сыграл гораздо более приличного человека в Никите – возможно, по причине недовольства отца, которое с каждым днем только возрастало.

– Я всего лишь историк, знаток фольклора…

Джимми Рирдон был первым фильмом, в котором Ривер снимался без присутствия родителей на съемочной площадке. В тот момент они находились во Флориде, присматривая за Лифом и Саммер во время работы над Русскими. Впрочем, Ривера сопровождал дед со стороны Арлин – по воспоминаниям режиссера фильма, «дедушка Ривера присматривал за ним. Я помню, как однажды он сказал, что на улице слишком холодно, и настоял, чтобы я надел на Ривера пальто».

– Могу добавить, – вмешался в разговор Безымень. – Во время последней битвы богов Ягья и его собратья были извергнуты Чернобогом как самостоятельные «программы разрушения», закодированные словом Чернобога, то есть соответствующим заклинанием, которое стало известно черным магам благодаря Мороку, слуге Чернобога. Но до нынешнего времени Древние дожили не все, а Ягья, питающийся жизненной силой и душами людей, – с санскрита его имя переводится как жертвоприношение, – был и вовсе единственным псом Преисподней на Земле. Когда-то он сторожил Башню в царстве мертвых, служил Мороку, но иногда «кусал» и своих, за что Морок перенес его на Землю и усыпил. До поры до времени. Верховная жрица храма не предполагала, что заклятие, пробуждающее демона, не гарантирует ей собственной безопасности.

Новообретенная независимость якобы привела к тому, что Ривер стал хулиганить и ушел в пьяный загул, но его коллега Луанн Сирота (Луанна) рассказывала: «Я не помню, чтобы Ривер выходил из-под контроля. Мы были хорошими детьми. Он появлялся на съемочной площадке, делал то, что должен был делать, и беспокоился за свою роль. Он был очень профессионален, относился ко всем очень хорошо, и все время, которое у него было, проводил с семьей и с нами».

«Самое ужасное, что мы сделали, это заказали пиво в номер – мы были несовершеннолетними, и это было круто. Он сказал: «Позвони по телефону, веди себя по-взрослому и сексуально, и скажи, что хочешь шесть бутылок “Короны”». И я позвонила и сказала: «Привет, это такая-то из номера такого-то. Нам нужно шесть “Корон”». Они принесли ведро с «Короной» и ведро льда. И вот мы, шестнадцатилетние, сидим и думаем: «У нас будет вечеринка!» У нас было шесть бутылок пива. И для нас это было круто. Это не выход из-под контроля. Это звучит нормально, почти скучно».

– Как все просто и понятно. Классный финал!

Вместе с тем, когда на съемках Берега москитов Феникс дистанцировался от веганского образа жизни, его бунт стал очевиден. Уир сообщал, что он не только пьет колу из банок, но и «набивает себя батончиками “Марс”».

– Еще не финал, – покачал головой Безымень. – Надо выловить со дна озера Врата и вынести из храма.

Чтобы успокоить отца, в семье был достигнут компромисс.

– Зачем? Мы уничтожим его здесь.

Фениксы переехали в болотистую местность Флориды. Дети по-прежнему могли работать, но их повседневная жизнь протекала за пределами Лос-Анджелеса. Это было решение, которое, казалось, понравилось всем. Для Джона это означало, что он сводил к минимуму предполагаемое тлетворное влияние, которому подвергались его дети, и у его отпрысков начиналась «нормальная» жизнь, которой у них никогда не было.

– Весь объем храма, по сути, одна большая магическая формула, охраняющая Врата. Камень можно уничтожить огнем только вне защитной зоны. Забирайте его и уходите, волк вас проводит. За стенами храма вас встретят.

Их первым прибежищем стал большой дом близ Гейнсвилла, а затем они нашли ранчо с 20-акровым участком земли. Их частный учитель Дирк Дрейк, который жил там по несколько дней в неделю, говорил: «Свое образование они получили на улицах мира. Эти дети имели докторские степени еще до того, как им исполнилось десять лет. Я знал, насколько эти дети необычны, потому что их воспитали с такими специфическими идеалами. Джон и Арлин [или Хёрт[9], как она теперь хотела называться] испытывали недоверие к школьному образованию. Думаю, это из-за того, что в детстве у них были сложности с системой государственного образования».

Ривер говорил о переезде: «Мне так приятно быть дома. Приятно обосноваться, жить в семье и знать, что это такое. Я никогда не мечтал о лимузинах и не хотел приезжать в школу в красивой одежде. Мне нужны были деньги, чтобы мы могли купить большой кусок земли и стать независимыми. Это меня впечатляет, это действительно здорово. Такое ощущение, что мы чего-то достигли».

– Кто?

Он добавлял: «Люди подсмеивались над моей семьей, потому что мы были такими бедными! Но я просто знал, что так будет не всегда, что однажды у нас все наладится».

– Еще один Витязь, ученик деда Евстигнея. Он контролирует территорию и отвлечет эмиссара. Если за час вы не успеете унести Врата, мой хозяин вызовет свой спецназ и тогда…

После окончания съемок Русских, пройдет еще два года, прежде чем Лиф снова появится на большом экране.

– Понятно. – Илья посмотрел на приблизившуюся к ним Владиславу. – Но ведь в озере сидит Ягья.

Перед этим он снимется в телевизионном фильме Тайный свидетель и в гостевых ролях в сериалах Все еще Бивер и Супермальчик – в последнем он займет центральное место в одном из эпизодов и исполнит роль неуверенного в себе, но потенциально гениального юноши, который случайно запускает цепь событий, приводящих к угрозе подводного ракетного удара. Он снова сыграет роль аутсайдера (вскоре подобные роли станут его амплуа) и сделает это хорошо, создав образ обиженного подростка с большими глазами и волнистыми волосами, который пытается привлечь внимание красивых девочек и подвергается издевательствам со стороны группы парней.

– Он сыт. Прощайте.

Стэйси Хайдук, одна из актрис сериала, вспоминает, что была взволнована тем, что в одном из эпизодов должен был играть брат подростка-сердцееда Ривера Феникса. «Помню, Лиф вошел, и вот перед нами брат Ривера Феникса. Я не очень много снималась в том эпизоде. Припоминаю, что ему пришлось немного полетать в костюме», – говорила она.

– Почему бы вам не остаться с нами? Вместе будет легче пробиваться на свободу.

Невероятно большой поклонник супергероев, юный Феникс, без сомнения, был доволен ролью в сериале, выходившем на экраны четыре года. В эпизоде Хоакин предстает и в образе Супермальчика (этот образ иллюстрирует фантазии героя), и, позже, летящим по воздуху вместе с настоящим супергероем.

– Вы и так справитесь. Мне же надо закончить одно дело. В храме живет советник верховной жрицы, черный маг Хрис, его надо нейтрализовать хотя бы на полчаса.

Он также снимется в фильме Родители и сыграет в нем на этот раз роль хмурого подростка. На тот момент это будет, безусловно, самая впечатляющая его роль в кино, причем основная часть его работы окажется диалоговой импровизацией. Зрителям было бы легко невзлюбить трудного подростка, мрачного и постоянно хлопающего дверьми, но в трактовке юного Хоакина его персонаж предстал не просто дерзким, а явно тревожным и чувствительным ребенком.

Илья и Антон переглянулись.

– Мы поможем.

Возможно, самая трогательная сцена в комедийной драме связана с моментом, когда персонаж Лифа решает остаться с отцом, а не с матерью. Не желая расстраивать мать больше, чем нужно, он робко, но твердо говорит ей о своем желании, а затем звонит отцу, чтобы рассказать о своих планах. Слов отца зритель не слышит, но становится ясно, что сын хочет быть с отцом больше, чем к этому стремится сам отец. Сцена, в которой мальчик оглядывается на мать, его глаза наполняются слезами, а тело вздрагивает в защитной реакции, когда мать бросается его успокаивать, отлично сыграна молодым актером – пусть работа бок о бок с вечно прекрасной Дайан Уист и способна помочь любому, кто осваивает актерскую профессию.

– Не надо, каждому свое. Занимайтесь камнем.

Фильм 1989 года сосредоточен на семье, члены которой относятся к нескольким поколениям, и показывает различные взлеты и падения в деле воспитания детей. Помимо Уист, другими основными коллегами Лифа в его сценах были Киану Ривз и Марта Плимптон – девушка Ривера, которая вскоре снимется с ним в картине Мой личный штат Айдахо. В Родителях также снимались некоторые из лучших комедийных талантов 80-х, в том числе Стив Мартин и Рик Моранис. Идея фильма восходила к опыту общения режиссера Рона Ховарда с его четырьмя детьми.

Безымень отступил на шаг, пошевелил пальцами рук и исчез.

«Когда дети появляются на свет, ты возлагаешь на них большие надежды. Затем они начинают ходить в школу, возражать и показывать свою индивидуальность. Став подростками, они уже действуют тебе наперекор. Наконец, детям исполняется 20–30 лет, и тебе кажется, что ты перестал быть родителем. Но потом начинается кризис, и не важно, 5 или 25 лет твоему ребенку, – ты остаешься родителем навсегда».

– С ума можно сойти! – всхлипнула вдруг Валерия.

О работе над фильмом он добавил: «Могу сказать, что еще до начала съемок я очень гордился этим сценарием. Он очень смешной и при этом очень реалистичный и честный. В сюжете есть взлеты и падения, и мы не избегаем острых тем».

Мужчины посмотрели на нее, Антон обнял женщину, погладил по спине и отстранился.

– Все будет в порядке, родная. Нам осталось самое простое – выбраться отсюда. – Он повернулся к Илье: – Как вам удалось нас найти?

«У меня дважды был очень хороший опыт работы со слаженными актерскими коллективами. Первый раз, когда я снимался в качестве актера в фильме Американские граффити, и второй, когда я был режиссером Кокона. Из обоих фильмов я вынес, что режиссер должен уравновешивать и соотносить стиль игры разных исполнителей. Если этого не делать, в итоге получится не законченный фильм, а набор отдельных фрагментов».

– Потом расскажу, это целая история. Надо поторопиться, мне кажется, что я слышал выстрелы в стороне лагеря, как бы на наших не напали хранители храма.

– Кто полезет в озеро?

Расхваливая свой актерский состав, Ховард отдельно отмечал Мартина. «Стив Мартин великолепен в комедии. Он находит комический элемент в любых ситуациях и даже в таких обыденных темах, как воспитание детей. Он лучше всех понимает, как сделать комедию, исходя из тех или иных персонажей и обстоятельств».

– Старший по званию, – ответил со смешком Пашин, снимая с себя одежду. – Ты на подхвате. Женщинам в случае чего придется нас защищать. – С этими словами он прыгнул в озеро, где жил пес Преисподней, древний демон по имени Ягья, не разбиравший ни своих, ни чужих.

Продюсер Брайан Грейзер добалял: «Мы с самого начала думали о Стиве Мартине и ориентировались на него. Так что, не получи мы его, весь актерский состав был бы другим, ведь все персонажи связаны. В такой истории состав актеров должен выглядеть правдоподобно, чтобы любой родитель смог увидеть в фильме себя».

Чтобы добиться слаженной работы актеров, всем главным участникам, включая Лифа, Ховард устроил две недели репетиций. И это, безусловно, сработало: фильм стал кассовым хитом и имел успех у критиков.

Журнал Variety писал: «Амбициозный, проницательный и часто очень смешной анализ одного из самых сложных периодов в жизни, фильм Родители подкупает охватом большого многообразия семейных отношений, показывая точки зрения каждого члена большой и очень многоплановой семьи из среднего класса.

В 2010-м начался показ драматического телесериала Родители с получасовыми эпизодами. В главных ролях в нем были задействованы Лорен Грэм из Девочек Гилмор, Питер Краузе и Дэкс Шепард. Это была вторая попытка повторить успех фильма 1989 года на телеэкране. В 1990 году уже давали старт его сериальной версии с такими же 30-минутными сериями; тогда в фильме участвовали Леонардо Ди Каприо, Тора Бёрч, Эд Бегли-младший и Дэвид Аркетт. Тем не менее фильм провалился и у критиков, и в коммерческом плане, и вышло всего 12 его эпизодов.

Я БЫЛ ДО, Я БУДУ ПОСЛЕ…

Ховард отмечал: «Ну, я пришел к выводу, что получасовая модель на самом деле не подходит для сериала. И поэтому сериал должен был стать либо гораздо более всеобъемлющим, с какими-то быстровнедряемыми идеями и почти беглыми зарисовками о родительстве, либо тем, с чем к нам пришел Джейсон [Кэтимс, создатель нового шоу], чтобы что-то в нем позволяло бы героям расти и развиваться, меньше беспокоиться о выдумывании шуток и больше о том, чтобы просто найти отклик у людей».

Несмотря на размеры, каменная плита с изображением Морока действительно весила не более десяти килограммов. Илья с ней легко справился один, вытянув ее из воды на берег, а потом на плечах дотащив из грота к выходу из тоннеля в лес. Лик Беса обладал огромной гипнотической силой, поэтому на него накинули безрукавку Антона, чтобы кто-нибудь ненароком не глянул и не превратился в зомби.

«На самом деле фильм всегда задумывался как комедия, при этом его простые сюжетные линии были драматичными и даже мрачными. Их невозможно было втиснуть в полчаса, не подчинив при этом им весь эпизод, а на выходе результат неожиданно оказывался отнюдь не комедией. В этом формате рост семьи становился почти бедствием. Поэтому мы отказались от проекта и никогда не думали к нему возвращаться, пока Джейсон не заговорил с нами об этом».

У выхода Илья отдал плиту Антону и вслед за волком выполз на поверхность земли под камнем с руническими письменами. Ему показалось, что он при этом продавил какую-то упругую пленку, лопнувшую с тихим костяным хрустом, но не обратил на хруст внимания, доверяя волку, который выскользнул из лаза без всяких колебаний.

Лиф был в восторге от успеха фильма, но если после него он рассчитывал на главные роли, его ждало разочарование. Крис Снайдер, его бывший агент и правая рука Айрис Бёртон, говорил: «Когда ты ребенок, тебе доступно ограниченное количество проектов. Важно понимать, что роли, получаемые актером-ребенком, в значительной мере определяются пожеланиями его родителей. Это совершенно не связано с тем, насколько ты хорош. Есть другие факторы, одним из которых является родительское согласие. Хоакин никогда не был милашкой в духе Фреда Сэвиджа, Маколея Калкина. Но он всегда был очень хорошим драматическим актером».

В лесу царил солнечный нежаркий день, напоенный ароматами трав, древесной коры и грибов, к которым примешивались гнилостные болотные запахи, а также запахи ржавого железа и прелой листвы. Деревья вокруг, наполовину сбросившие рано пожелтевшую листву, несмотря на то что осень еще, по сути, и не начиналась, стояли безмолвно и обреченно, будто ждали неминуемой смерти, не щебетали птицы, не шуршали в опавших листьях и траве мелкие зверюшки, зато в нескольких шагах от камня Илья заметил знакомую живую колонну из муравьев и понял, что пройти «минное поле» – заколдованную территорию вокруг храма будет очень непросто.

«Кроме того, компромисс с местом жительства, в котором с таким удовольствием устроились Фениксы, подходил для актеров, подобных Риверу, который получил убежище вдали от Голливуда; для Лифа же и для агентства Бёртон ситуация усложнилась. Переезд поставил точку в его актерской карьере, так как он не мог приезжать на пробы».

Волк куда-то исчез. С минуту Илья разглядывал «пограничный столб» роящихся муравьев, прислушивался к звукам, долетавшим из чащи леса, чувствуя нависшую над головой гору – так психика воспринимала опасность, хотел было уже звать остальных, как вдруг боковым зрением заметил движение за кустами волчьих ягод. Метнулся в сторону – и вовремя: в то место, где он только что лежал, впилась извилистая голубая молния, с треском разбросав во все стороны пласт слежавшихся листьев, еловых иголок, шишек и мха.

Это было еще до распространения интернета и телефонов с камерами, когда видеооборудование стоило очень дорого, так что даже простая съемка его проб была проблематичной.

Новая молния, слетевшая с острия жезла Силы, которым манипулировал охранник территории, прошла впритирку к спине Ильи, заставив его вжаться в землю, зато он успел в ответ выпустить стрелу из арбалета, не слишком надеясь на результат. Еще раз перекатился в траве, метнулся за камень, увертываясь от очередной молнии, и вдруг, преисполнившись гнева, направил на противника, показавшегося в просветах между деревьями, арбалет и представил, как из него вылетает не стрела, а огненный факел.

Снайдер добавлял: «Они не ходили в школу, как это делается обычно. Они были на домашнем обучении. Нужно было получать разрешение на работу, и это стало проблемой, потому что он находился не в Лос-Анджелесе. Он был во Флориде, и ему не было 16 лет. Плюс были другие подобные мелочи. Поэтому мы вроде как ждали, пока ему не исполнится шестнадцать».

Результат превзошел все ожидания, ошеломив самого стрелка; все же он еще не привык к своим экстраординарным возможностям: с ложа арбалета сорвался целый веер оранжевых искр и накрыл чернобородого монаха, неосторожно высунувшегося из-за ствола сосны. Раздался вопль, шум свалившегося тела, и все стихло.

Не то, чтобы Лифа в тот момент все это беспокоило – он решил, что Родители «уничтожили его», потому что вряд ли он может ожидать лучшую роль. Не помогало и то, что в сценариях, которые до него доходили, просто повторялся его персонаж из Родителей. Его также настиг этот сложный возраст в жизни актера-ребенка.

Илья подождал секунду, высунул голову из-за камня, на всякий случай нырнул на землю, перекатился под защиту валуна поменьше, выставляя вперед арбалет, сыгравший роль жезла Силы, и замер, когда кто-то сказал ему в спину:

– Отличный выстрел, сударь!

«Я сдался, когда мне было 14 лет», – рассказывал он. «Я снялся в фильме Родители, очень мне понравившемся. Но затем последовали сценарии, которые, по-моему, были просто скучными. Знаешь, белые дети из среднего класса ноют о своих проблемах. Для меня они просто были недостаточно подробными или захватывающими, так прошло около года, и вдруг – сценарии вообще закончились! Что на самом деле было для меня не так уж и плохо».

Илья оглянулся.

Снайдер говорил: «После Родителей он словно решил: «Я больше не хочу этим заниматься». Ривер много работал. Его брат был крупной рыбой, и он жил во Флориде. У них была недвижимость в Коста-Рике или еще где-то. Он просто решил сделать перерыв и не беспокоиться об этом».

В десяти шагах от него из-за колючих кустов малины выглядывал высокий мужчина в маскировочном комбинезоне, с непокрытой головой, русоволосый, сероглазый, лобастый, вооруженный бесшумной снайперской винтовкой LR-300 с барабанным магазином на сто восемьдесят патронов. Он был буднично спокоен и уравновешен, с цепким взглядом уверенного в себе сильного человека, и думать о нем как о противнике не хотелось.

Его родители начали отдаляться друг от друга, и Джон отправился с сыном в путешествие, а затем переехал в Коста-Рику, в логово, приобретенное Ривером. Это было то, к чему Джон отчаянно стремился годами. Он надеялся убедить детей переехать к нему и жить вдали от Голливуда. Но к нему на некоторое время присоединился только Лиф.

– Их было трое, – продолжал незнакомец. – Выводи отряд, я покараулю. Только пошустрей, здесь начинает становиться горячо.

«На самом деле я работал на ферме довольно долго. Это было в Латинской Америке», – вспоминал Лиф. «Я путешествовал по Мексике и Центральной Америке. Мне очень понравились местные люди. Они были непосредственными, дружелюбными и непритязательными. Я просто знал, что на тот момент больше не хочу сниматься. Сценарии, которые я читал с 15 до 18 лет, были просто нелепыми. Не очень хорошо так говорить, но смех вызывают уже их названия. В течение года после Родителей я не мог найти для себя ничего интересного, а если ты целый год отвечаешь «нет», предложения прекращаются, и работа полностью заканчивается. Это меня устраивало».

– Значит, это ты – дедов ученик, Витязь?

В 1998 году Хоакин скажет: «Люди обычно видят в этом странное и незрелое решение, но я точно помню, как это было замечательно и захватывающе. Когда я был совсем маленьким, моя семья путешествовала по Штатам, и я встречался со всеми типами людей и сталкивался с разнообразными вещами. Даже когда я стал постарше, мне всегда было удобно путешествовать в фургоне. Это было как раз для меня. Когда мне было около 13 лет, мы поселились в довольно маленьком городке, поэтому я действительно вырос в маленьком городе. Я никогда не чувствовал, что мы другие. И до сих пор не чувствую».

– Я, – усмехнулся мужчина.

Он путешествовал по Центральной Америке, отчаянно пытаясь вырасти как личность. Примерно в то же время, благодаря уговорам Ривера, он понял, что его настоящее имя Хоакин было довольно хорошим, и решил к нему вернуться. Роль сыграло и то, что имя Лиф, переведенное на испанский, было созвучно испанскому названию чеснока.

– Имя есть?

«Штука вот в чем», – говорил он в 1997 году. – «Есть «ojo», «ajo» и «hoja». Это значит «глаз», «чеснок» и «лист». Поэтому я всегда попадал впросак в диалогах типа: «Как тебя зовут?» – «Чеснок». «Как тебя зовут?» – «Глаз». Они закатывали глаза и смеялись надо мной. И вернуть свое имя показалось мне хорошей идеей».

– Есть, да лучше его в этих местах не произносить. Зови меня пока просто Другом. Выберемся – познакомимся, как положено.

Путешествие стало чем-то, в чем Хоакин очень нуждался, оно дало ему свободу и пространство для формирования собственной личности. Как признавался он сам, «прежде всего я просто вырос. Я потерял невинность».

– Волка не видел?

Тем не менее, актерское ремесло оставалось его целью. Несмотря на сообщения о том, что Хоакин сделал вынужденный перерыв в работе, он все еще пробовался на роли.

Снайдер рассказывал: «Он участвовал в кастингах и летал в Нью-Йорк на пробы к картинам Повелитель приливов, Осторожно, заложник! и Билли Батгейт. Он пробовался в Лос-Анджелесе на роли в фильмах Запах женщины и Жизнь этого парня. Его вместе с Ривером рассматривали для съемок в Гилберте Грейпе. Опять же, получать роли непросто, и есть много факторов, влияющих на итоговое решение».

– Он тут неподалеку, уводит за собой еще одну группу хха.

«У него были и есть актерские способности и талант. Ему просто не давали роли. Была проблема с возрастом, но для таких актеров это обычное дело. Восемнадцатилетних часто берут на роли героев помладше. Он готов был вернуться ради хорошего материала, намеренным отказом от кино это не было».

– Понятно. – Илья бросил заинтересованный взгляд на винтовку в руках Друга. – Где ты добыл такую красивую стрелялку?

Узнав о попытках брата вернуться в Голливуд, Ривер был в восторге. Снайдер помнит, как тот вошел к нему с Айрис в офис и заявил, что Хоакин лучший актер, чем он. Ривер знал, что у Хоакина есть талант, а скоро об этом узнал и Голливуд.

– Где добыл, где добыл… купил.

«Они абсолютно разные», – говорил Снайдер. «Хоакин был более напряженным. С Ривером было комфортно. Он очень располагал к себе и хотел делать другим приятное».

«Хоакин заставлял нервничать. Хоакин – Скорпион, Ривер – Дева. Разные типы энергий. При этом Хоакин мог бы быть очень привлекательным, если бы захотел. Действительно, очень привлекательным».

– Понятно. А вот мы вооружены хуже, да и по здешним лесам с огнестрельным оружием ходить невозможно из-за всяких колдовских эффектов.