Я с интересом следила за занимательной сценой – встречей подружек на семейном торжестве. Таня, блондинка в ярко-красном, презентовала Лиле флакончик французских духов, а темненькая Настя в сиреневом подарила имениннице набор для маникюра. Ну хоть с подарком я не ошиблась – Лиля, видимо, без ума от косметики.
– Ой, а что это тут у нас? – Настя подбежала к кастрюльке с салатом. – М-м, оливье… А я на диете…
– Настенька, ну какая тебе диета, с твоей-то фигуркой? – заметила Юлия Игоревна. – Тебе наоборот, поправиться нужно!
– Нет, мне надо сбросить два килограмма! – возразила Настя. – Танька тоже со мной решила сесть на диету!
– А что за диета? – заинтересовалась Лиля. – Я как-то на фруктовой сидела и еще на белковой.
– Фу, фрукты – это ж одни углеводы! – скривилась Настя. – Нет, надо на кетодиете сидеть, это сейчас очень популярно!
Мда, моя Медведицкая гряда явно Лиле была неинтересна. Ну откуда мне было знать, что жена Влада, как и ее не шибко умные подружки, может говорить только о собственной внешности и ничего кроме косметики и диет ее не интересует?! К тому же Лиля сейчас была не похожа на заботливую супругу, волнующуюся о муже, которому предстоит командировка в аномальную зону. А может, это она присылала Владу письма с угрозами? А что, вполне вероятно, что молодой женщине надоело сидеть дома одной, и она хочет провести время с горячо любимым мужем. А он, такой-сякой, только приехал в Тарасов и уже собирается на какую-то Медведицкую гряду! Хотя нет, я ошибаюсь. Лиля не могла ночью проникнуть в штаб-квартиру съемочной группы и похитить оптический видоискатель. Влад-то ночевал дома, он заметил бы, что супруга куда-то собралась посреди ночи! Да и где она хранит прибор? Не дома же, в самом деле!
– Женечка, можно вас попросить достать из ящика вилки? – прервала мои размышления Юлия Игоревна. Я кивнула и выполнила поручение женщины. Лиля и вовсе забыла о том, что она помогает матери мужа, – вовсю обсуждала с подружками преимущества и недостатки той или иной диеты. Из разговора молодых женщин я поняла, что Таня с Настей вдвоем записались в фитнес-клуб и сейчас уговаривают Лилю к ним присоединиться.
– Давай, наверное, на стол накрывать! – предложила Юлия Игоревна. Я поняла, что ей не хочется отвлекать невестку, и кивнула.
– Неси вот эту мисочку с оливье и вилки в гостиную, я сейчас покажу, где она.
Пока мы таскали праздничные закуски и салаты в зал, я расспрашивала Юлию Игоревну о том, что она думает по поводу командировок сына. Женщина оказалась словоохотливой, она поведала, что Влад с детства грезил о дальних странах, и когда ему удалось воплотить в жизнь свою мечту, Юлия Игоревна искренне радовалась за сына.
– Вот только волнуюсь я всегда за него, – вздохнула женщина. – Ведь одно дело – путешествовать по цивилизованным странам, осматривать местные достопримечательности, и совсем другое – лезть в разные аномальные зоны. А ведь там, знаете ли, радиация! Можно заболеть раком, и что тогда? А Влад, он вообще несколько… безрассудный. Ему мало просто путешествовать, обязательно нужно подвергать себя риску. Вечно гоняется за адреналином.
– Но передачи у него очень интересные! – заметила я. – Моя тетя их постоянно смотрит, оторваться не может!
– Ну, к этому у сына талант! – улыбнулась Юлия Игоревна. – Он в детстве даже рассказы сочинял, представляете? И выходило у него очень здорово, не скажешь, что это школьник придумал! Все о путешествиях и приключениях писал, даже не знаю, в кого он такой пошел. Мы ведь с мужем, с Василием Константиновичем, сроду не путешествовали. Только раза два на юг съездили, на море – и все.
– Наверное, в детстве многие мечтают о путешествиях и приключениях, – предположила я. – Вот только, как правило, мечты так и остаются мечтами. Ведь чтобы их воплотить, нужно приложить огромные усилия, и не у всех это получается.
– Это верно! – согласилась со мной Юлия Игоревна. – Честно говоря, я все думала, что сын вырастет, заведет семью, остепенится… Детей там нарожают с женой, и вся эта дурь из головы выветрится. Но как оказалось, ошиблась. Жена-то у него есть, но наличие семьи не мешает Владу срываться в экстремальные путешествия. Мне кажется, он на всю жизнь останется романтиком и даже в старости не будет сидеть на одном месте. Я-то смирилась, а вот Лиля скучает одна. Она встречается с подружками – с Настей, Таней, но… – тут женщина прошептала мне на ухо: – Но если честно, мне они не нравятся. Какие-то они… несерьезные, что ли… На уме одна косметика да шмотки, заботятся только о своем внешнем виде. Ни одна из них высшего образования, по-моему, не имеет. Хорошо еще, что Лиля не такая, она девочка умная, но почему-то общается с такими подружками. Я вот считаю, что это она от скуки. Со мной-то какой интерес? Старая я, а молодежь компании любит…
– Мне тоже показалось, что девушки немного выбиваются из вашего круга, – мягко заметила я. – Все-таки Влад – путешественник, жена у него должна быть интересной женщиной, иначе ему бы скучно было. Но может быть, Лиле нравится, как выглядят Таня с Настей, может, она хочет вести такой же образ жизни, как и они – ни в чем себе не отказывать, покупать дорогую одежду и обувь.
– Скорее всего, – согласилась со мной мать Влада. – Я же общаюсь с Лилей, мы с ней можем обсуждать все что угодно – литературу, музыку, кулинарию… Лилечка очень любит ходить в театры – знаете, мы иногда вдвоем с ней ходим в Театр оперы и балета. Представляете, совсем недавно смотрели балет «Ромео и Джульетта». Два часа пролетели как одно мгновение, такая чудесная постановка!
Я решила, что контакт с Юлией Игоревной мне удалось наладить, поэтому старалась подольше переносить блюда и закуски, коих, признаться, было приготовлено великое множество. Я подумала, что придет еще как минимум человек пять, – столько было самой разнообразной еды. Во время нашего очередного похода из гостиной в кухню я поинтересовалась:
– Юлия Игоревна, а Лиля никогда не хотела отправиться в экспедицию вместе с мужем? Просто странно как-то, он путешествует, а она – нет.
– Ой, да куда ей! – махнула рукой женщина. – Влад же то в горы поднимается, то в пещеры лезет… А для этого знаете, какая физическая подготовка должна быть? Просто так вершины не покоришь, а Лиля – отнюдь не спортсменка. Она даже не просила мужа взять ее с собой, да и не выдержит она без комфортных условий. Ей же ванна нужна, мягкая постель, горячий кофе, изысканная еда, интернет, наконец! А в аномальной зоне, какая там ванна? И питаются они не пойми чем, из нормальной еды дай бог хлеб с собой возьмут. Нет, Лиле в экспедиции делать нечего. И вы, Женечка, если с Владом на Медведицкую гряду поедете, будьте готовы к жестким походным условиям! Жить в палатке, спать в спальнике на земле, воду греть на костре… Справитесь?
– Да мне не привыкать! – улыбнулась я. – С детства хожу в походы. Да и с физкультурой у меня полный порядок.
– Не может такого быть! Вы не предоставили ей адвоката, не позвонили мне…
Я не покривила душой – годы обучения в «Ворошиловке» сделали из меня этакую машину, способную пробегать огромные расстояния, метко стреляющую, владеющую приемами рукопашного боя и всевозможными боевыми искусствами, а также умеющую приспосабливаться к абсолютно любым условиям. Не скажу, что я обожаю походы, но если нужно, пройду без остановки хоть сорок, хоть пятьдесят километров. Это, конечно, Юлии Игоревне знать необязательно, пускай считает меня любительницей приключений и путешествий.
– Вот и чудненько! – сказала женщина. – Но все же будьте осторожны! У Лили, вот, дурное предчувствие, она мне сама говорила, что не нужно Владу совершать эту экспедицию. Но его разве отговоришь!
– Вы же в курсе, что я не обязана этого делать, да? Если бы Ирина Степановна только заикнулась об адвокате, я немедленно прекратила бы допрос, но она даже не попыталась.
– Да вам просто повезло!
– А почему Лиля не хочет, чтобы Влад ехал на Медведицкую гряду? – я прикинулась удивленной. – Насколько мне известно, туда многие ездят.
– Возможно.
– Не знаю, – пожала плечами моя собеседница. – Может, Лиля прочла про опасности этого места? Там же вроде люди пропадали без вести, шаровые молнии всякие, возгорания… Ой, я стараюсь не думать обо всем этом, за мной такое водится – накручу себя, а потом места не нахожу. Но Влад – взрослый человек, с ним еще операторы едут, кстати, они тоже должны прийти сегодня. Что-то запаздывают, а у нас ведь все готово…
– Ира откажется от показаний.
Мы принесли тарелки и столовые приборы, и Юлия Игоревна сказала Владу, который в компании с отцом смотрел телевизор, что можно начинать. Лиля со своими подружками тоже зашли в гостиную. Девушки продолжали обсуждать свои диеты, а Настя сокрушалась, что праздничные блюда слишком калорийны.
– Ей будет нелегко это сделать: они были взяты без принуждения и записаны на видео, где очевидно, что ей не угрожали и не применяли к ней запрещенных приемов! Ирина Степановна подробно изложила, как все случилось, с точностью описывая детали…
– Лиля, никогда не заправляй салаты майонезом, там жир один! – поучала она супругу Владислава. – Сам салат, в принципе, не смертелен, но майонез… Я бы на твоем месте воспользовалась йогуртной заправкой, это гораздо полезнее, причем всего шестьдесят девять килокалорий!
– Она узнала их от меня – от меня, понимаете?! Естественно, мы обсуждали убийство в доме моей матери, это же любому понятно!
– Так, девочки-мальчики, все за стол! – прервала ее Юлия Игоревна. Влад с Василием Константиновичем наконец-то оторвались от телевизора, и мы расселись по своим местам.
– Может, вы и правы, Никита Терентьевич, однако ваша жена дала признательные показания. Вы можете найти ей адвоката – мне кажется, вам не стоит заниматься ее защитой самому, принимая во внимание вашу должность.
– К черту должность, она – моя жена!
– Видимо, вы забыли об этом, когда закрутили роман с молоденькой студенткой?
– Я… да как вы смеете?! Это ложь!
Глава 4
– Ваша супруга наняла частного сыщика, который следил за вами и предоставил ей доказательства ваших с Уткиной тайных встреч.
Меня посадили рядом с Настей и Таней, Лиля заняла место рядом с мужем, Василий Константинович – конечно же, с Юлией Игоревной. Влад сказал, что операторы на праздник не приедут – им надо подготовить оборудование, и они просили извиниться перед виновницей торжества.
– Ира наняла сыщика?! Вы… это… – казалось, прокурор внезапно лишился дара речи.
– С вашего банковского счета каждый месяц исчезала определенная сумма денег…
Впрочем, Лиля, как я поняла, особо не переживала – ее вполне устраивало общество подружек. А вот я, как ни старалась понравиться молодой женщине, все-таки оказалась нежеланной гостьей на торжестве. В принципе, меня ни капли не волнует, что обо мне думают другие люди, но с Лилей нужно было наладить контакт, потому что у меня оставались подозрения по поводу нее. Пока, увы, мне не удавалось с ней побеседовать.
– Вы просто не понимаете, о чем говорите!
– В любом случае, – сказала Лера, пресекая дальнейшую перепалку, – сейчас я иду допрашивать Татьяну!
И все-таки я не понимала, почему Лиля вздумала ревновать к мужу именно меня – если посмотреть на ее подружек, то и Настя, и Таня – сногсшибательные красавицы, за которыми наверняка бегают сотни поклонников. Я же всегда считала себя этакой «серой мышкой» и очень радовалась, что природа наделила меня именно такой внешностью. Ведь я могла преспокойно сделать со своим лицом что угодно, дабы замаскироваться под любого человека. Хотя ревность Лили можно объяснить. Влад не стал бы бегать за подружками жены, потому что ему попросту не о чем с ними говорить, а вот со мной он собирается в экспедицию. То есть я буду проводить больше времени с Владом, чем его законная супруга, и, как полагает Лиля, у нас с ним имеются общие интересы. Вот и боится молодая женщина, что ее благоверный сбежит от нее к сопернице, с которой можно ездить в экспедиции и нарываться на приключения.
– Зачем? Если, как вы говорите, Ирина призналась…
Тем временем началось праздничное застолье. Юлия Игоревна заботливо накладывала гостям салаты, мужчины открывали шампанское. От выпивки я отказалась, сказав, что за рулем, поэтому мне налили в фужер обычной минералки. Зато от салатов я отказываться не стала, в отличие от Лилиных подружек. Юлия Игоревна щедро заполнила мою тарелку самыми разными закусками, тогда как Таня, Настя и, по их примеру, Лиля положили себе обычный овощной салат без заправки.
– Мне кажется, она покрывает дочь – в том смысле, что на самом деле они проделали все это в паре.
– О чем вы, черт подери, говорите?!
– Ну что это за день рождения такой, девочки? – с укоризной качала головой мать Влада. – Мы же так старались, готовили для гостей!
– Татьяна не сумела бы провернуть такое дело в одиночку, поэтому…
– Даже не продолжайте: я легко разобью все ваши домыслы!
– Нам нельзя, мы на диете! – в один голос заявили Таня с Настей. А вот к шампанскому они отнеслись благосклонно, видимо, их система питания алкоголь не отрицала. Как водится, первый тост был за именинницу, после чего все принялись за еду.
– Попробуйте, Никита Терентьевич. Давайте я изложу лишь некоторые, идет? Первое: и у вашей жены, и у дочери имелись веские причины ненавидеть Катерину. Второе: у них нет алиби на момент преступления, но они обеспечили его друг дружке, думая, что таким образом решили проблему. Вопрос лишь в том, убила ли Катерину ваша жена в пылу драки, и тогда можно приплести сюда еще и состояние аффекта, и ей дадут минимальный срок, или ваши женщины сговорились между собой, и не мне вам рассказывать, что ждет их в этом случае. Попробуйте разгромить мои «домыслы» сейчас или приберегите их для суда – как вам будет угодно!
Юлия Игоревна постаралась начать интересную для всех беседу, но разговор почему-то не клеился. Я видела, что Владу скучно, он молча поедал всевозможные салаты. Я от него не отставала и краем глаза видела, как осуждающе на меня смотрели «голодающие» красотки. Я надеялась, что алкоголь развяжет присутствующим языки и тогда можно будет смело вытягивать из них информацию. Пока я молчала, выжидая, когда представится случай вывернуть разговор на тему предстоящей поездки.
Рогов молчал: Лера так и слышала, как судорожно ворочаются его мозги, пытаясь найти аргументы в защиту жены и дочери. Ей даже показалось, что на лице прокурора проступает выражение неуверенности – похоже, он и сам уже не уверен в своей правоте, а значит, и в их невиновности!
– Я хочу присутствовать при допросе Татьяны, – сказал он, наконец.
Если бы я присутствовала на вечеринке не по работе, то наверняка сейчас помирала бы от тоски. Мне порядком надоело слушать диалоги чересчур разговорчивых, но слишком бестолковых подружек Лили про калорийность блюд. Настя, похоже, была ходячим счетчиком калорий и своими фразочками портила аппетит всем гостям, не придерживающимся никаких диет. По выражению лица Влада я поняла, что он просто мечтает огреть Настю чем-нибудь тяжелым, чтобы она наконец-то замолчала и не мешала остальным. Таня с Лилей слушали подружку, как этакого гуру, зато Юлия Игоревна была полностью солидарна с сыном. А вот про Василия Константиновича сложно было что-то сказать – он ел молча и, по-моему, не обращал абсолютно никакого внимания на разговор гостей. Скорее всего, он жалел, что телевизор пришлось выключить и потому приходится набивать желудок без сопутствующего просмотра интересных передач.
– Не возражаю, – согласилась Лера. – Только у меня условие: вы не станете заставлять ее молчать. Можете подсказывать наилучшие варианты оправдать себя, как сделал бы любой адвокат, но не пытайтесь ее заткнуть: это не пойдет на пользу ни вашей дочери, ни вашей жене!
Наконец я решила, что пора вступать в разговор – салаты оказались очень сытными, я доела все, что было на тарелке, но больше в меня уже ничего не влезло бы. Выпив полфужера минералки, я проговорила:
– Хорошо, – коротко пообещал он.
Все это время Татьяна сидела в допросной под наблюдением дежурного. Отпустив его кивком головы, Лера уселась напротив девушки, а ее отец разместился рядом с дочерью.
– Скажите, а кто-нибудь из вас был на Кавказе? Слышала, там очень красиво, вот думаю как-нибудь съездить!
– Не говори ничего такого, что позволит им тебя обвинить! – сразу же сказал он. – Взвешивай каждое слова, дочка!
Я планировала, что гости станут обсуждать путешествия, а потом можно будет перевести разговор на тему Медведицкой гряды. Однако ответил мне, как я и думала, один только Влад.
Татьяна ничем не показала, что услышала отца: она смотрела на Леру, как кобра глядит на мангуста, понимая, что у нее нет шансов выйти победительницей из схватки, но все же надеясь на чудо. А еще было очевидно, что от отца она этого чуда не ждет!
– Таня, твоя мама призналась в убийстве, – с ходу выпалила Лера, внимательно наблюдая за реакцией допрашиваемой. Татьяна так и подскочила.
– У нас была уже экспедиция на Северный Кавказ, – произнес он. – Может, знаете, есть такая гора Развалка, она недалеко от города Железноводска. Высота небольшая, всего-навсего семьсот двадцать метров над уровнем моря, зато по форме она чем-то напоминает отдыхающего льва. Ее поэтому называют Спящим львом.
– Неправда! – воскликнула она. – Мама не могла!
– Надо же! – удивилась я. – И что, там тоже какая-то аномальная зона?
– Не могла признаться или не могла убить? – уточнила Лера.
– Естественно, – кивнул телеведущий. – Дело в том, что летом, даже когда температура достигает тридцати градусов и поднимается выше, на склонах Развалки она остается на уровне пяти-шести градусов. А в суровые зимние морозы на одном участке горы температура, наоборот, не опускается, составляет восемь градусов. Даже зимой склон Развалки в этом месте зеленеет травой, и на нем даже вызревают некоторые фрукты. Мы исследовали этот феномен, чтобы найти его причину. В недрах горы много пустот, заполненных холодным воздухом. Летом он выходит через щели, и на его место поступает теплый воздух, то есть происходит постепенная циркуляция. Подобные природные холодильники есть и в других южных краях – например, в Румынии, в Италии, на Памире – в Горном Бадахшане, – и в китайской провинции Ляонин. Кстати, Женя, если надумаете ехать на Кавказ, обязательно побывайте на горах Бештау и Машук. Они невысокие, зато над ними постоянно наблюдают нечто похожее на НЛО. Мне кажется, вам будет интересно.
– Не отвечай! – процедил прокурор.
– Надо же! – восхитилась я. Юлия Игоревна слушала сына, а вот Насте с Таней теперь было скучно. Похоже, из лекции Влада про циркуляцию воздуха они абсолютно ничего не поняли. Девушки принялись о чем-то шепотом разговаривать. Готова поспорить, обсуждают либо калорийность крабового салата, либо злорадствуют, как расплывется моя фигура, если я буду продолжать уплетать закуски в том же духе. Чтобы их позлить, я положила себе еще оливье и взяла несколько кусков колбасы – окончательно добить «стройняшек».
– Ни то, ни другое! – ответила девушка, даже не глядя в его сторону. – Да у нее не было на это ни единой причины!
– Тут ты ошибаешься, была одна, и очень весомая!
– Влад, а расскажите, пожалуйста, о Медведицкой гряде! – попросила я, прожевав первую ложку салата. Настя закатила глаза кверху – видимо, ее порядком достала любознательность прожорливой соседки по столу. Телеведущий, напротив, оживился – по его взгляду я поняла, что он искренне благодарен мне за то, что я избавила его от необходимости слушать назойливую болтовню подружек жены.
– Какая?
– Не смейте! – прошипел Рогов.
– Вам, наверное, интересно, почему я решил организовать экспедицию именно туда, а не куда-то еще? – проговорил он. Я кивнула. Юлия Игоревна с интересом смотрела на сына, Лиля же тихо болтала с подружками. Однако когда Влад стал рассказывать, она замолчала и тоже стала слушать его.
– Вы сами пожелали присутствовать! – напомнила Лера. – То есть ты не знаешь, почему твоя мама могла желать смерти Катерине? – снова обратилась она к девушке.
– Начнем с того, почему это место носит такое название, – начал он. – Дело тут не в медведицах и медведях, а в реке, которая находится неподалеку от гряды. Речку называют Медведицей, оттуда и название. Расположена Медведицкая гряда поблизости от города Жирновска. Гряда как аномальная зона стала широко известна благодаря книге Вадима Черноброва, но с давних времен о месте шла дурная слава. На вид гряда – это всего лишь старые обветрившиеся холмы, максимальная высота которых составляет всего-навсего триста метров. Но именно здесь были зафиксированы всевозможные виды молний, их вообще бьет в вершины холмов огромное количество. Например, тут была замечена шаровая молния до двух метров в диаметре, представляете себе размер? Ну и конечно, шаровые молнии, которые выжигают изнутри стволы деревьев. Мы все это великолепие увидим – насколько мне известно, такие стволы попадаются по всей гряде.
– Да не было у нее таких причин, я клянусь!
– Видишь ли, Таня…
– А человеческие жертвы были? – поинтересовалась я. – Попадали молнии в людей?
– Замолчите! – пролаял прокурор. – Замолчите сейчас же, или этот допрос станет вашим последним!
– Никита Терентьевич, вы помните, что наша беседа записывается? – задала вопрос Лера, бесстрашно глядя ему прямо в глаза. – И ваши угрозы – в том числе! Я думаю, ты говоришь неправду, – она снова перевела взгляд на Татьяну. – Мне кажется, ты прекрасно обо всем знала, и вы с матерью сговорились устранить Уткину, одним махом решив все ваши проблемы!
– Как ни странно, нет, – отрицательно покачал головой Влад. – Шаровые молнии попадают в деревья, а вот людей они облетают. Очень много молний ударяют в склон, который так и называется – Склон бешеных молний. Раньше у него было другое имя – Синяя гора. Вообще, на гряде в древние времена горы были высокие, настоящие, но со временем они превратились в холмы. Загадка, почему молнии бьют именно в этот склон? Рудных залежей под Синей горой нет, а вот подземных ходов очень много. Их называют по-разному – просто тоннели, тоннели Сталина. Они рукотворные, и по одной из легенд, в пещерах был расположен советский секретный объект. О нем знали руководители и начальники саперов, и для защиты от возможного захвата этого объекта немцами они взорвали пещеры во время Великой Отечественной войны. В принципе, много разных предположений есть: что тоннели – это естественные разломы горной породы, что они являются следами древних цивилизаций… Ходят байки, будто в этих тоннелях укрывались разбойники, так как тоннели очень прямые и ровные, что ими пользовались цыгане-конокрады… В тысяча девятьсот двадцатых – тридцатых годах по тоннелям лазил краевед-энтузиаст, некто Пелищин, но неизвестно, что он нашел там и нашел ли он вообще что-то. Местные старики утверждают, что он бродил по ходам целыми неделями, но что он там искал – остается загадкой.
– Нет, мы ни о чем не договаривались! – в отчаянии закричала девушка. – Да, у меня были разные мысли по поводу Катьки…
– Мне кажется, история про древние цивилизации относится к разряду баек, – заметила я. – Столько про эти цивилизации уже говорили, как-то не верится.
– Молчи! – схватил ее за локоть отец, но Татьяна выдернула руку.
– …но я не смогла бы убить человека, понимаете?! – закончила она свою фразу. – И мама, она ни за что бы…
– Ну не знаю, – с сомнением протянул Влад. – Вот на Медведицкой гряде обнаружены захоронения людей-великанов, а по словам местных жителей, раньше на полях они находили черепа, гораздо больше человеческих. Поблизости от одного села, напротив, найдено захоронение очень маленьких людей – всего пятидесяти сантиметров ростом. Все это мы и собираемся проверить во время нашей экспедиции.
– Ни у тебя, ни у нее нет алиби, – возразила Лера.
– Мы были дома, обе!
– Пошли покурим на кухню! – бестактно прервала рассказ телеведущего Настя, всем своим видом демонстрируя, что аномальные зоны ее интересуют меньше всего на свете. Таня как по команде встала со стула и направилась вслед за подругой. Лиля осталась на месте. Юлия Игоревна проводила девушек неодобрительным взглядом.
– Это ложь, и ты это знаешь: твоя мать во время убийства отсутствовала, что лишает алиби так же и тебя.
– Ну и конечно, многочисленные свидетельства об НЛО, – как ни в чем не бывало продолжал Карельских. – Те же местные жители утверждают, что видели, как какие-то странные треугольные объекты кружат над холмами, и частенько на склоны приземляются инопланетные корабли. Есть даже следы посадки этих кораблей, и эти зоны никогда не перепахивают. При приближении к ним у тракторов глохнут двигатели, а у людей кружится и болит голова, и даже звери их обходят стороной. Еще внезапно бесследно исчезают люди, а над холмами постоянно клубится загадочный белесый туман. С тысяча девятьсот восемьдесят второго года на гряду постоянно ездят ученые-исследователи, однако до сих пор никто из них так и не смог объяснить феномен Медведицкой гряды.
– Алиби? Хорошо… пусть он выйдет!
– И вы думаете, что ваша экспедиция установит, что действительно происходит в этой аномальной зоне? – удивилась я. Владислав неопределенно пожал плечами.
– Что? – одновременно вопросили Лера и прокурор, не веря в то, что только что было произнесено.
– Я хочу, чтобы папа вышел! – на этот раз громко и четко проговорила Татьяна.
– Мы все-таки репортеры, а не ученые, – произнес он. – Наша цель – не найти конкретное объяснение тому или иному феномену, а рассказать телезрителям о загадках Медведицкой гряды и попробовать зафиксировать местные аномалии. Главное, чтобы материал был интересный, а удастся или нет выяснить причины появления загадочных объектов – я сказать не могу. Впрочем, Женя, вы ведь едете с нами, вот все и увидите.
– Я никуда не пойду! – воспротивился Рогов. – Дочка, ты понимаешь, чего добьешься? Тебя на нары закатают, да еще и вместе с матерью!
Я не успела ничего сказать – из кухни вернулись Таня с Настей. От красоток исходило мощное амбре табачного дыма.
– У меня есть алиби, но я расскажу о нем только ей, – она кивнула в сторону Леры. – Выйди, пап, пожалуйста, хоть раз сделай, как я прошу!
– Ну что ж, мы, пожалуй, пойдем, – Настя улыбнулась, как мне показалось, ехидно. – Спасибо за угощение, было очень весело.
– Но я…
– Так рано? – разочарованно протянула Лиля. – Девчат, мы ведь даже к торту не перешли. Юлия Игоревна такой вкусный купила, легкий, фруктовый!
– Я вынуждена просить вас покинуть допросную, Никита Терентьевич, – сказала Лера. – Вы мешаете проведению следственных действий, препятствуя подозреваемой предоставить алиби! Вы узнаете обо всем позже… Если, конечно, Татьяна захочет.
– Фу, фрукты! – скривилась Настя. – Мы с Танюшей на диете, а фрукты – это одни углеводы. И вообще, самое вкусное – это ощущать себя стройной. Красота требует жертв!
Лера видела, что прокурор ищет причину, чтобы остаться вопреки желанию дочери, но не находит аргументов.
– Таня, – обратился он к девушке, – помни, что каждое твое слово будет истолковано против тебя!
Мать Владислава смотрела на девушек крайне враждебно. Она даже не попыталась им возразить – я поняла, что Юлия Игоревна даже хочет, чтобы Лилины подружки поскорее ушли. А вот жена Влада их отпускать не желала. Она встала из-за стола и подошла к девушкам.
– Это неправда! – заявила Лера. – Оно будет истолковано адекватно. И тебе зачтется чистосердечный рассказ, можешь быть уверена!
Рогов помешкал еще немного, но, осознав наконец, что выхода у него нет, покинул помещение. Оставшись наедине с Татьяной, Лера сказала:
– Настя, Танюш, ну посидите еще немного! У меня же день рождения…
– Ну вот, его нет: что ты хотела рассказать?
– Я действительно отсутствовала дома в тот вечер, а мама… она, наверное, просто хотела меня прикрыть, поэтому соврала.
– Давай лучше встретимся с тобой потом, – ослепительно улыбнулась Настя. – Ведь Владислав с Женей уедут в свою экспедицию, а тебе как всегда будет скучно. Да и потом мне лично совсем неинтересно, что происходит во всяких аномальных зонах. По-моему, туда едут только самоубийцы, которым нечем занять время!
– Где ты находилась в момент убийства Уткиной?
– Ну да, ваши диеты туда не впишутся, – я ответила нахалке язвительной ухмылкой. Нужно поставить девицу на место – хватит ей портить другим веселье своими глупыми разговорами!
– Я была… с одним человеком.
– С кем?
– И спортзала там нет, – продолжала я. – Кроме того, людям с ограниченным кругозором в подобных экспедициях делать нечего, тут я совершенно с вами согласна.
– Мне обязательно говорить?
– Разумеется, ведь он и есть твое алиби – при условии, конечно, что сейчас ты говоришь правду!
Влад прыснул в кулак, Юлия Игоревна продолжала хранить серьезность, но я видела, что ей моя изощренная издевка очень понравилась. Не знаю, дошел ли до Насти смысл моих слов, но она поняла, что я попыталась их с подругой оскорбить. Она метнула в меня испепеляющий взгляд – если б девица обладала способностью телекинеза, вполне возможно, моя одежда на мне вспыхнула бы. А потом надменно произнесла:
– Я правду говорю… Господи, вы просто не представляете, каково это – расти в семейке вроде нашей!
– Счастливо оставаться. Приятного всем аппетита. И вам, Женя, я бы не советовала есть так много и без разбору, а то ваша узкая юбка вскоре треснет по швам, выставите себя в невыгодном свете.
– Знаешь, огромное число людей живут в гораздо худших условиях, чем ты, так что, полагаю, тебе грех жаловаться!
– За мою юбку можете не переживать, – парировала я. – И за меня тоже. К счастью, я могу есть что угодно и в любых количествах без каких бы то ни было последствий. Умственная работа сжигает калории, поэтому образованным людям нет причин записываться в фитнес-клубы.
– Вы не понимаете, дело ведь не в деньгах… хотя и в них тоже, ведь папа – государственный служащий, взяток не берет, никого не «крышует», а поэтому у нас не так-то все… Нет, проблема не в этом, а в том, что отец привык всех контролировать, он относится к членам семьи, как к своим подчиненным, и требует, чтобы мы следовали его правилам!
– И мама?
Настя вспыхнула, на лице выступили багровые пятна. Она попыталась что-то сказать в ответ на мою резкость, но слов не нашла – просто молча развернулась и пулей вылетела из гостиной. Верная Таня бросилась за ней. Лиля тоже побежала за подружками – я слышала, как в прихожей она извинялась за мое поведение. Юлия Игоревна, да и ее сын, были на моей стороне. Женщина улыбнулась мне и проговорила:
– Да. Но она не возражает: так повелось со дня их свадьбы, и она согласилась со всеми папиными условиями. Для нее, наверное, они не так уж плохи: он запретил ей работать, чтобы она занималась нами, мной и братом, то есть – и уж она, будьте уверены, взялась за нас не по-детски! Я, к примеру, должна была учиться только на «четыре» и «пять», каждая тройка – повод для скандала…
– С мамой?
– Молодец, Женя! Если бы не вы, пришлось бы терпеть этих двух нахалок весь вечер. Если бы вы знали, как они меня раздражают! Столько с Лилей готовили, и вот вам – про эти калории сплошные… Их поведение просто возмутительно!
– Да нет, с отцом. Он усаживал меня напротив себя и, буравя взглядом, начинал задавать вопросы: почему я получила плохую оценку, что вызвало проблему, что нужно, чтобы ее исправить, и так далее!
– Да, хорошо хоть Лиля не такая, – поддержал ее Владислав. – Никогда бы не подумал, что моя умная красавица жена общается с такими пустышками!
– Разве это не доказывает, что папа принимал живое участие в твоем воспитании?
– Неужели вы их раньше не видели? – удивилась я. Честно говоря, мне не хотелось становиться героем дня, но у всякого терпения есть свой предел. Когда я вижу несправедливость, не могу удержаться и резко ставлю на место зарвавшегося нахала или нахалку.
– Это было не воспитание, а допрос! Допрос с пристрастием, а то и настоящий судебный процесс, во время которого я была подсудимой, а он – прокурором и судьей! Это могло длиться по полчаса, по сорок минут, понимаете? А потом я получала свое наказание: к примеру, не просто сделать домашнее задание, а сначала написать все на черновике, дать ему на проверку, после чего следовало переписать его начисто несколько раз и отдать маме, чтобы проверила она. У меня не было ни минуты свободного времени: фехтование, баскетбол, репетиторы по английскому и французскому, плавание, танцы, и в то же время папа ни разу не пришел ни на отчетный концерт, ни на важные соревнования, довольствуясь мамиными докладами! Когда родился брат, я обрадовалась, надеясь, что теперь он перетянет часть внимания отца на себя, и я смогу вздохнуть свободно… Но я ошиблась – стало еще хуже!
– Почему?
– Да потому, что я стала для него как бы отрицательным примером: папа все время учил его на моих ошибках, приговаривая, что вот так, как твоя сестра, поступать нельзя, она неправа тут, неправа там и, если он попытается вести себя, как я, из него точно так же не выйдет ничего путного!
– Нет, ну или мельком, – пожал плечами телеведущий. – Я не слишком обращаю внимание на других женщин – у меня ведь жена есть. Да, мам, ты не бери в голову, вы с Лилей превосходно готовите!
– Полностью согласна, – поддержала я его. – Блюда выше всяких похвал! А девицы просто завидуют!
Вернулась Лиля, я видела, что молодая женщина расстроилась. Она зло посмотрела на меня и сказала:
– Вообще-то, Настя с Таней – мои лучшие подруги, их я пригласила! Неужели нельзя быть с ними помягче?
Я пожала плечами и мягко заметила:
– Вы меня извините, что я лезу не в свое дело, но я же видела, как старались вы вместе с Юлией Игоревной! Готовили все, прикладывали усилия. Даже если ваши подружки придерживаются определенной системы питания, зачем навязывать присутствующим свое мнение? Ели бы спокойно, и ничего бы никто им не сказал.
– Но они же правы! – взвилась Лиля. – Все салаты и в самом деле очень калорийны! И вредны!
– Зато вкусные, – в подтверждение своим словам я положила себе еще порцию какого-то изысканного заморского салата. – Сразу видно, что и у вас, и у Юлии Игоревны настоящий кулинарный талант!
Лиля на сей раз ничего не ответила, но весь оставшийся вечер она хранила угрюмое молчание. Я старалась лишний раз не злить ее, поэтому только отвечала на вопросы, если их мне задавали. Потом молодая женщина избрала другую тактику – она постоянно спрашивала о чем-то Владислава, периодически обращалась к матери, а меня игнорировала, словно меня и вовсе не существовало. Мне было абсолютно без разницы, как Лиля ко мне относится, единственное, что расстраивало, – я так и не смогла выведать у нее ничего про ее отношение к экспедициям мужа. Пришлось смириться – все равно Лиля не станет со мной откровенничать, следовательно, буду искать другой способ выяснить, кому выгодно, чтобы Влад не ехал в экспедицию. Увы, за сегодняшний вечер мне удалось лишь поставить на место двух наглых девиц да узнать подробнее о Медведицкой гряде от Владислава. А вот продвинуться в собственном расследовании я не смогла ни на шаг. Что ж, придется смириться с мыслью, что мне суждено отправиться в экспедицию с Владиславом и охранять телеведущего от возможных недоброжелателей. Ладно, к походным условиям мне не привыкать – буду надеяться, что смогу найти преступника как можно скорее и завершить свою работу.
Поздно вечером, когда я уже вернулась домой, Владислав позвонил мне и сообщил, что его операторы решили проблему с украденным видоискателем – купили новый, а заявление о пропаже телеведущий решил не писать.
– Понимаете, я боюсь, что полиция так быстро прибор не найдет, – пояснил он. – А вот экспедицию придется отложить – сами знаете, какая это морока с бумагами, осмотром места происшествия и прочими делами. Тем более я нанял вас, а так как визир украл тот же человек, что присылал мне письма с угрозами, то думаю, вы сможете решить эту проблему. Ведь верно?
– Да, обещаю вам, что любая угроза вашей жизни и безопасности будет ликвидирована, – заверила я его. – Это моя работа.
На вечеринке мне удалось незаметно получить от телеведущего все письма с угрозами – пока Лиля и родители Влада были заняты уборкой со стола, Карельских незаметно протянул мне конверты. Я намеревалась изучить их дома.
– Тогда все остается в силе, – продолжал Владислав. – Послезавтра в девять утра отъезд, машина заберет нас из штаб-квартиры.
– Хорошо, без двадцати девять буду на месте, – пообещала я. Влад повесил трубку.
Итак, у меня был один-единственный день на то, чтобы еще раз попытаться найти отправителя угроз и похитителя прибора. Но у меня не имелось абсолютно никаких идей по поводу того, где искать преступника. Юлия Игоревна и Василий Константинович показались мне весьма добропорядочными гражданами, кроме того, у них нет мотивов препятствовать успехам сына. Лиля? Да, я не смогла как следует расспросить ее, но у меня создалось впечатление, что молодая женщина не способна на столь хитроумную аферу. Она, конечно, не такая недалекая, как ее подружки, но и на хладнокровного преступника не тянет. Обычная ревнивая жена успешного супруга, и только. Красивая, заботливая, тщательно следит за собственной внешностью и обожает косметику да дорогие шмотки. Нигде не работает, да и не горит желанием посвятить себя какой-нибудь профессии. Уверена, она очень хочет детей, крепкую семью и обеспеченную жизнь. Ну зачем, зачем ей мешать мужу? Ведь это его заработок, если он не станет ездить в экспедиции, то не сможет содержать ее, а Лиля привыкла к красивой жизни. Нет, не станет она ставить ему палки в колеса, будет переживать, ревновать (ко мне), уговаривать остаться – но на решительные действия она не способна.
Не Лиля. Не Юмашевы, не родители Влада.
Тогда кто?
Утром я отвезла письма на экспертизу с целью выявить отпечатки пальцев преступника, если таковые, конечно, имеются. Мне пришлось прождать полчаса, но результат экспертизы не порадовал – как я и ожидала, злоумышленник не прикасался к бумаге, пользовался перчатками. Я была к этому готова, но проверить все теории считала необходимым.
После экспертизы я в раздумьях зашла в ближайшее кафе – выпить кофе и перекусить. В принципе, есть мне не хотелось, тетушка Мила, как всегда, накормила меня вкусным завтраком. Поэтому в закусочную я зашла по одной простой причине – придумать план дальнейших действий. Я надеялась, что крепкий кофе прочистит мозг и у меня появится какая-нибудь дельная идея.
Выпив две чашки крепкого эспрессо, я решила позвонить Владиславу – узнать, нет ли каких-нибудь новостей. Возможно, телеведущий вспомнил, кто может желать ему зла или кому выгодно навредить экспедиции. Однако я не успела набрать номер своего клиента – он сам позвонил мне.
– Да, – сразу взяла я трубку.
– Женя, у нас ЧП, – быстро проговорил Владислав. – Вы можете приехать в штаб-квартиру?
– Скоро буду, – бросила я и отключилась. Быстро заплатила по счету и выбежала из кафе. Что произошло? Судя по голосу Карельских, нечто экстраординарное, но к счастью, сам Владислав не пострадал. И почему он не захотел, чтобы я охраняла его уже в Тарасове? Нет, надо серьезно поговорить с ним, я же вижу, что жизни Влада угрожают, но не могу приступить к своей непосредственной работе без согласия клиента!
Я буквально влетела в подъезд и нажала на кнопку звонка. Дверь открыли – на пороге стоял немного бледный телеведущий. Больше никого в штаб-квартире не было.
– Что произошло? – с ходу выпалила я. – На вас совершено покушение?
– Не знаю, как это назвать, – проговорил Владислав тихо. – Может, случайность, но учитывая все эти письма и кражу видоискателя, несчастный случай подстроили.
– Рассказывайте! – велела я.
– Помните оператора Вячеслава Коловцева? – спросил меня телеведущий. – Они с Андреем Коробниковым приходили вчера.
Лера попыталась представить себе, каково это – находиться под постоянным давлением, когда тебе предъявляют завышенные, заведомо невыполнимые требования, и не смогла: мать не особо контролировала их с Элькой в школе, и, возможно, поэтому сестры учились вполне сносно, и у учителей никогда не было к ним претензий. Она больше заботилась о том, чтобы они были одеты, обуты и накормлены, а о духовном предоставляла заботиться школе, с чем та благополучно справлялась.
– Конечно, – кивнула я. – Спортивный молчаливый мужчина. С ним что-то случилось?
– Увы, – в голосе Влада слышалось искреннее сожаление. – Сегодня Вячеслав попал в больницу. Все произошло внезапно – мы сидели в штаб-квартире, он привез еще одну видеокамеру, на всякий случай. Он буквально на пару минут забежал, чтобы оставить прибор, а затем продолжить свои сборы. Это я во всем виноват!
– Отец бил тебя? – спросила она.
– Говорите, что с оператором! – потребовала я.
– Никогда! – возмутилась Татьяна. – Но лучше бы бил, честно… Лет в четырнадцать я поняла, что полностью его разочаровала. Папа по-прежнему контролировал все мои действия, но было очевидно, что он не ожидает от меня ничего хорошего. Я стала хуже учиться, но он не сдался и в старших классах нанял мне репетиторов по всем предметам, необходимым для сдачи ЕГЭ. Я сдала с грехом пополам, и ему пришлось воспользоваться своими связями, чтобы все-таки пропихнуть меня в универ на юрфак… Но меня-то никто не спрашивал!
– Ты не хотела поступать? – спросила Лера. Она пока не понимала, почему девушка рассказывает ей все это, однако не хотела ее прерывать, чтобы не упустить что-то важное. А в том, что это важно, она не сомневалась.
– Я предложил ему выпить кофе, – произнес Владислав. – Сам дома попил, а Слава жаловался, что всю ночь работал над новым прибором, налаживал видеокамеру, менял режимы. Он действительно плохо выглядел, вот я и предложил ему выпить черный кофе. У нас в штаб-квартире всегда стоят чашки, пакет кофе и кусковой сахар. Я включил чайник, сам занялся видеокамерой – мне же тоже надо проверить новый прибор. Слава выпил кофе, а потом его как скрутило – вы бы видели, как он побледнел, его сразу вырвало, и я вызвал «Скорую помощь». Врачи сказали, что это отравление, я очень удивился, но потом вспомнил, что Вячеслав пьет кофе очень редко, в основном зеленый чай. И почему я забыл об этом? Хорошо, что он спортом занимается, врачи сказали, если бы у Вячеслава был слабый организм, он запросто мог бы оказаться в реанимации. А так поставили диагноз: острое отравление.
– Нет, конечно! У меня никогда душа не лежала к юриспруденции!
– Не может быть, чтобы от обычного кофе такое произошло, – с сомнением покачала я головой. – У него были какие-нибудь заболевания? Проблемы с сердцем?
– Ты хотела заниматься чем-то другим?
– Нет, по крайней мере, он не говорил… Не знаю…
– Да, но… я не знаю, чем, у меня ведь не было возможности выбирать! Может, я пошла бы в медицинский, или на журналистику… но я не желаю всю жизнь возиться с преступниками или торчать в какой-нибудь нотариальной конторе, перекладывая бумажки, я хочу иметь интересную профессию… Ой, простите, я не хотела!
– Да все в порядке, – улыбнулась Лера. – Я с тобой совершенно согласна: жизнь у нас одна, и поэтому нужно посвятить ее тому, что тебе по-настоящему нравится!
– Может, Вячеслав принимал какие-то препараты? – настаивала я. – Если он спортсмен, то наверняка употребляет всевозможные спортивные добавки. Может, жиросжигатели? Насколько мне известно, в своем составе такие препараты содержат эфедрин, кофеин и гуарану. Все они оказывают стимулирующее действие на организм, но при передозировке могут вызвать проблемы с сердцем и желудочно-кишечным трактом. Особенно если на фоне таких препаратов выпить чашку крепкого кофе.
– А вам вот нравится…
– Да зачем ему жиросжигатели принимать? – удивился Владислав. – Вячеслав – человек неглупый, он ходит в спортзал для того, чтобы форму поддерживать. Но профессионально он спортом не занимается, а лекарства и всевозможные БАДы, о которых вы говорите, пьют для достижения соответствующих результатов. Но для Славы качалка – не более чем хобби, к вопросам питания он относится совершенно спокойно. Я ведь не в одну экспедицию с ним ездил и прекрасно знаю, что в походах он ест то же самое, что и остальные участники. Никаких заморочек по поводу белков-жиров и углеводов у него нет, это больше девушкам свойственно. Вспомните подружек моей жены – вот они запросто могут накачиваться и жиросжигателями, и слабительными, мало ли какая дурь им в головы придет…
– «Возиться с преступниками»? Да, представь себе! Но если тебе не нравится, значит, и не надо: нет ничего хуже, чем специалист, которому не нравится его работа.
– Папа этого не понимает, не хочет понять!
– Кстати, о слабительных, – насторожилась я. – Скажите, Владислав, вы с операторами пили кофе в штаб-квартире? Сегодня, вчера?
– Ты собиралась рассказать об алиби, – напомнила Лера, боясь, что душеспасительная беседа не приведет к необходимому результату.
– Нет, не пили, – покачал головой тот. – Вчера – вы же помните, ребята зашли, потому что я их позвал, а потом уехали искать видоискатель. Не знаю, может, вечером, когда они заезжали в штаб-квартиру, чай или кофе пили… Но я точно не пил, даже позавчера во время работы!
– Да, я… я помню. Так вот, когда я все-таки попала в универ, то рассчитывала, что теперь меня наконец оставят в покое и переключатся на малого… ну, на младшего брата. Я даже хотела в общежитии жить, но, во-первых, родители встали на дыбы, а самое главное, оказывается, местным это не разрешено, потому что не всем иногородним мест хватает. Но все-таки жизнь в вузе повеселее и посвободнее, чем в школе, да и родичам меня сложнее контролировать.
– Где кофе, который выпил Вячеслав? – спросила я. Влад дал мне пакет обычного растворимого «Нескафе», который я тут же у него изъяла.
– И ты слетела с катушек?
– Думаете, кофе отравлен? – удивился он. Я кивнула.
– Ну, в общем… в общем, можно и так сказать. Впервые в жизни я получила относительную свободу, понимаете?! Все как-то закрутилось, завертелось, новые друзья, развлечения… Никаких тебе кружков, хождения за ручку с мамой и прочего детского сада!
– Конечно. И скорее всего, отравить хотели не Вячеслава, а вас. Ведь кофе он не пьет, верно? А злоумышленник намеренно подсыпал какой-то яд в кофе, зная, что вы будете его пить. То, что пострадал другой человек, – чистая случайность. Скажите, а Андрей Коловцев, он пьет чай или кофе?
– Ты впервые попробовала наркотики?
– Ой, да разве это наркотики? Так, «травка», парочка «колесиков» – на это не подсаживаются!
– Да и то, и другое, – пожал плечами телеведущий. – Андрей – парень неприхотливый, ему без разницы, что есть или пить.
– Вот тут ты ошибаешься, Таня: зависимость никогда не начинается сразу с героина. Сначала «трава» и таблетки, а потом эффект от них постепенно ослабевает, и душа просит чего-то позабористее. Кстати, некоторым и «травки» достаточно – все зависит от особенностей организма. Это как с алкоголем: кому-то и ведра мало, а кого-то с полстакана «развозит»… Так что ты зря балуешься, завязывай!
– Следовательно, преступник либо намеревался отравить конкретно вас, либо других участников экспедиции, – заключила я. – Скажите, Вячеслав ел что-нибудь помимо кофе? Он клал сахар в чашку?
– Ладно, постараюсь… Короче, я редко ходила на пары, а у нас один препод есть, Куликов, он на первой лекции сказал, что станет нас отмечать и ставить «минусы» за каждый пропуск лекции или семинара. Если у кого-то к концу семестра окажется больше трех пропусков, он не допустит до зачета, и, соответственно, плакала сессия!
– Нет, он сахар не употребляет, – покачал головой Владислав.
– Ты пропустила больше?
– Вы мыли его чашку? После того как Вячеслав отравился?
– Да я почти не посещала его занятия – знали бы вы, какой он нудный!
– Но ведь до сессии еще далеко?
– Да, но я уже пропустила пять-шесть пар, понимаете?
– Нет, не до этого было… – растерялся телеведущий. – Обычно мы не оставляем грязной посуды, чашки всегда моем. У нас ведь и моющее средство с губкой есть, несмотря на то, что в походы ездим, мы не свиньи. Не подумайте ничего такого, но у нас в штаб-квартире правило: поел, попил, вымой за собой посуду и убери продукты. Хотя продуктов здесь нет, холодильник у нас отсутствует.
– И что?
– Ну, Куликов поймал меня в коридоре и сказал, что он подал докладную в деканат на меня – что я, мол, злостная прогульщица, и чтобы я даже не думала пытаться сдать зачет!
– Можно я возьму чашку, из которой пил Вячеслав? – спросила я. Влад кивнул.
– К чему ты ведешь?
– Конечно, берите, вон она, коричневая. Вам для проверки, верно?
– К тому, что он предложил мне… уладить дело.
– Вы правильно поняли, – я аккуратно запаковала пачку кофе в целлофановый пакетик, потом надела одноразовые перчатки для улик, взяла чашку и положила ее в другой пакет.
– Каким образом?
– Все это я отвезу на экспертизу, – заявила я. – И у меня к вам один вопрос.
– Какой? – поинтересовался Владислав.
– Угадайте! – девушка скривилась.
– Учитывая последние события, вы уверены, что не хотите, чтобы я приступила к своим обязанностям телохранителя уже сегодня? Вы ведь видите, что вас всячески пытаются устранить. Пока вам везло, но не факт, что в следующий раз удача не улыбнется преступнику. По-моему, вы сильно рискуете, предпочитая перемещаться по городу в одиночку. И неизвестно, не угрожает ли вам опасность и дома!
– Он предложил тебе секс?
– Но что вы предлагаете? – развел руками телеведущий. – В Тарасове меня довозит до нужного места мой личный водитель. А дома у меня только жена, родители живут отдельно. Что я ей скажу? Что вам негде переночевать до начала экспедиции и потому вы поживете у нас?
– Ну да, предложил, скользкий хлыщ…
– А ты?
– А почему бы и нет? – хмыкнула я. – С Лилей ничего не случится, а ваша идея весьма неплохая. И в самом деле, можно предупредить вашу жену, сказать, что мне нужно у вас выполнить какую-нибудь работу. Ну или сошлитесь на какую-нибудь поломку. Скажите, что ваш компьютер взломали и вы попросили меня выследить хакеров. Я в этом прекрасно разбираюсь: просижу у вас до вечера, а утром вместе с вами поедем в штаб-квартиру.
Татьяна опустила глаза на свои руки, нервно теребящие край водолазки.
– Это было в тот самый вечер? – уточнила Лера.
– Да Лиля же меня со свету сживет! – округлил глаза телеведущий. – Вы знаете, что она вчера вечером устроила? Да она вас ненавидит и плюс ко всему ревнует меня к вам! А после того как вы отшили этих Настю с Таней, она вообще мне вечером скандал учинила! Сказала, что вы лезете не в свое дело и если так и будет продолжаться, она подаст на развод!
Она кивнула.
– Ты понимаешь, что твой преподаватель совершил преступление? – тихо спросила Лера. – Это называется шантажом!
– Ладно, тогда вы сможете сегодня переночевать в штаб-квартире? – я поняла, что Влад никогда не пойдет на то, чтобы поссориться с обожаемой супругой. – И потом, вы твердо решили ехать в экспедицию? Получается, один участник уже выбыл, остается один оператор.
– И что теперь? – вскинулась девушка. – Я просто хотела «закрыть» прогулы, а он…
– А он?
– Господи, мне так стыдно, я такая дура! Я знала, что Куликов любит молоденьких, и девчонки часто жаловались, но он, оказывается…
– Нет, поедут два оператора, – возразил Владислав. – Я дозвонился до Тимофея Соловьева, объяснил ему ситуацию. Он в Москве, но пообещал приехать. Уже купил билет на поезд, поэтому завтра в шесть утра он будет в Тарасове.
– Он извращенец?
– Отлично! – заметила я. – Вот и скажите Лиле, что вам необходимо переночевать в штаб-квартире, так как ваш новый оператор приедет очень рано и ему негде остановиться. Против этого она возражать не будет?
– Да нет… хотя, можно сказать, извращенец: он не меня хотел, понимаете?
– Нет, но… – Карельских замешкался. – Лиля, она вчера очень на меня обиделась. И я пообещал ей, что буду весь вечер дома, с ней. Специально утром отправился в штаб-квартиру, чтобы завершить все приготовления. Я не могу обмануть ее ожидания!
– А кого? – Лера чувствовала, что совершенно запуталась.
– Владислав, – тихо проговорила я. – Лиля, конечно, расстроится, будет зла, если вы не сдержите свое обещание. Но подумайте хорошенько, будет ли она довольна, если из-за ее ревности и капризов вы пострадаете? Если преступник довершит начатое дело? В конце концов, вы наняли меня, чтобы я вас охраняла. И так как вы не отказались от моих услуг, я не имею права подвергать вас опасности. Если вы не хотите слушаться меня, то попросту отстраните меня от задания. Пока я на вас работаю, я не могу допустить, чтобы с вами произошел якобы несчастный случай. Я – профессионал, как вы заметили во время нашей первой встречи. И как профессионал я настаиваю на том, чтобы вы сегодня находились в штаб-квартире под моим наблюдением, если, конечно, не хотите, чтобы я заявилась к вам домой. Итак, ваше решение?
– Моего отца…
– Евгения Максимовна, я все понимаю, но… – Влад колебался.
– Что-о?!
– Вы отказываетесь от моих услуг? – жестко спросила я. Телеведущий отрицательно покачал головой.
– Да не в этом смысле! Куликов, оказывается, мечтал утереть нос папе, отомстить за старое.
– Тогда мы вместе с вами едем на экспертизу, – твердо продолжала я. – После экспертизы, если вам нужно забрать какие-то вещи из дома, я отвожу вас к вашему подъезду. Вы берете все необходимое, объясняете жене ситуацию и возвращаетесь в мою машину. И мы едем с вами в штаб-квартиру, где вы спокойно доделаете свои дела.
– Они, что, знакомы?
Телеведущий мне не ответил – я видела, как в нем борются два противоречивых чувства. С одной стороны, он не хочет разборок с женой и сопутствующих истеричных сцен, он боится обидеть Лилю. А с другой, он понимает, что и письма с угрозами, и кража прибора, и отравление оператора – не простые случайности. Если все начиналось более-менее безобидно, то теперь преступник настроен решительно, и он не успокоится до тех пор, пока не завершит свое дело до конца.
– Учились вместе! Папа был заводилой на курсе, участвовал во всех тусовках, его любили и однокурсники, и преподы. Учился он так себе, зато сумел построить карьеру, а Куликов, круглый отличник, как выяснилось, ничего собой не представляет – как юрист, он полный ноль, вот и сидит на кафедре, в то время как другие либо зашибают бешеные бабки в качестве адвокатов и нотариусов, либо становятся членами правительства и депутатами!
Наконец Владислав принял решение. Единственно верное и правильное в сложившейся ситуации.
– Но почему именно к твоему отцу он питает такую глубокую ненависть?
– Они с папой в универе в контрах были. Папа над ним подтрунивал, даже, можно сказать, издевался, часто выставлял в глупом свете, а Куликов, он чертовски самолюбивый, понимаете? Он никогда ничего не забывает, а потом мстит – проверено на ребятах из нашего потока. Как гадюка: затаится, а потом, в самый неожиданный момент, кинется и ужалит!
Как и договорились, мы вместе с телеведущим отправились на экспертизу – проверять кофе. Я была уверена на девяносто девять процентов, что кофе отравлен, поэтому заключение эксперта стало для меня полнейшей неожиданностью.
– Куликов, что, сам тебе все это рассказал?
Уже знакомая мне молодая женщина в униформе вышла с показаниями экспертизы. Влад сидел на скамейке с отсутствующим видом – уверена, он раздумывал над тем, что говорить жене. Меня же его семейные проблемы совершенно не волновали – я хотела узнать, какой яд точно был добавлен в пакет растворимого «Нескафе».