— Неужели? — подняла брови Суркова. — А чем занимается ваш жених?

— Антиквариатом.

— Ну, тогда это все объясняет, ведь Гагин являлся посредником в различных сделках по продаже редкостей, в том числе антикварных. Почему вы так взволнованы?

— Я подумала, что должна рассказать вам об этом, ведь Алекс…

— …может иметь отношение к гибели Гагина? Сомневаюсь! Мы, конечно, проверим, но мне представляется, что нашу жертву убил кто-то, хорошо его знавший.

— Правда? — с надеждой спросила Лера: само собой, ей очень не хотелось, чтобы Алекс оказался хоть как-то причастен к убийству!

— Вы правильно сделали, что уведомили меня об этом факте, Лера, но, мне кажется, волноваться не стоит. Сейчас гораздо важнее, что вы узнали Аркадия Фейгина и мы теперь понимаем, где его искать!

— Он — подозреваемый?

— Он — один из двух фигурантов по делу, с которыми мы пока не успели поработать: один лежит в больнице в тяжелом состоянии, а второй, как выяснилось, у нас шоумен! Ну-ка, расскажите мне, какое впечатление у вас создалось об Аркадии, — у него что, и в самом деле есть какие-то способности?

* * *

Виктор, как и другие зрители, купившие билеты на шоу, прекрасно видел, кто сидит в кресле, а вот конкурсанты видели только его высокую резную спинку. Кроме того, между ними и «звездой» была натянута полупрозрачная ткань, через которую было сложно разглядеть даже очертания самого кресла: зрителям предложили заранее это проверить. На месте героини восседала Елена Гром, светская львица, в последнее время требующая, чтобы ее называли актрисой и певицей — и все только потому, что она снялась в программе, где людей, не умеющих петь, обучали этому реальные музыканты. Гром не заняла никакого места, но она, по мнению Логинова, давала сто очков вперед другим участникам, ведь у нее было потрясающее тело, которое она и не думала скрывать. Вот и сейчас молодая женщина оголила все свои самые выигрышные места: белое платье в стразах едва доставало ей до бедер, открывая длинные загорелые ноги, а грудь чуть ли не вываливалась из более чем нескромного декольте, выставляя напоказ лучшее, что было во всем облике «певицы», к вящему удовольствию мужской половины присутствующих. Два участника уже успели провалиться, сказав, что в кресле героя сидит мужчина средних лет. Первый выразил уверенность, что он занимается серьезным бизнесом, второй — политикой. Само собой, все сказанное после этого вообще не имело смысла! За Заретой Виктор следил с интересом: тетка произвела на него впечатление на предыдущем испытании и ему было любопытно, как она выступит сейчас.

Зарета подошла к «звезде» на расстояние вытянутой руки и некоторое время стояла без движения, то ли размышляя над чем-то, то ли прислушиваясь к доступным лишь ей голосам из другого мира.

— Молодая женщина, — наконец выдала она, — но замужем побывала уже раза три: вижу трех мужчин, но с одним отношения официально не оформлены.

Лицо Елены Гром при этом выразило неподдельное изумление, и она едва не повернулась лицом к «экстрасенсу».

— Мы этого не знали! — горячо зашептала Геля прямо в ухо Виктора. — Она скрывает своего любовника!

— Он женат, — продолжала Зарета. — Хочет развестись, но не может, потому что дети маленькие, а он их очень любит. Вижу карьеру, но она какая-то странная… Это не актриса, не певица, но она имеет отношение к шоу-бизнесу. В будущем, возможно, телеведущая.

При этих словах губы красотки растянулись в довольной улыбке: это звучало многообещающе!

— Вижу, что недавно вы попали в аварию со смертельным исходом, но за рулем был другой человек.

Об этом промелькнула информация в СМИ: машина Елены Гром по дороге в аэропорт столкнулась с внедорожником. Виновником происшествия признали водителя другой машины, который погиб. Остальные участники аварии отделались малозначительными травмами или, как сама Гром, легким испугом.

Неожиданно Зарета изменилась в лице.

— О-о, милая, мне так жаль…

Столь же внезапно сияющая физиономия будущей телеведущей сморщилась, словно она вот-вот расплачется.

— Что случилось? — поинтересовалась ведущая. — Зарета, почему вы так сказали?

— Я не уверена, что имею право, — покачала головой та.

Зрители увидели, что Елена, взяв себя в руки, энергично закивала, давая свое разрешение.

— Говорите, Зарета, наша героиня позволяет!

— Она была беременна, но из-за аварии потеряла ребенка.

По зрительской трибуне пронесся громкий сочувственный вздох.

— Впервые слышу! — снова зашептала Геля Виктору. — Зарета хороша!

Логинов ничего не сказал, но и он был впечатлен. Если помощница Натальи говорит правду, это значило, что Зарета не могла прочесть эти факты во «вводных», то есть она действительно что-то знает!

— У нее еще будут дети, — проговорила Зарета, когда все улеглось. — Вижу двоих, если не пойдет на аборт…

— А могу я спросить? — не выдержав, подала голос Елена Гром и повернулась к «экстрасенсу».

— Конечно, — разрешила ведущая.

— Закончатся ли мои нынешние отношения браком?

— Мне жаль, — покачала головой Зарета. — Брака не вижу.

— То есть как это? — «Звезда» выглядела разочарованной.

— Не вижу больше ни одного официального брака, — подтвердила свои слова Зарета. — Счастливы вы будете, но замуж не выйдете.

Виктор был восхищен: она говорит то, что не нравится Елене Гром, но ей, судя по всему, на это наплевать: режет себе правду-матку, и все тут!

Взгляд Логинова упал на дверь, и он едва не подскочил: там, вне досягаемости камер, стояли две женщины. Одну из них он мог ожидать увидеть, в то время как появление другой стало для него абсолютным сюрпризом: как, черт подери, Суркова оказалась на съемочной площадке?!

Мучась догадками, Виктор потерял интерес к происходящему. Следующая участница сказала кое-что по делу, кое-что мимо, но в целом ей можно было засчитать очко: по крайней мере, она определила, что в кресле женщина, блондинка, имеющая отношение к шоу-бизнесу. Вдруг Геля, сидевшая рядом с ним, подпрыгнула на сиденье и сорвалась с места, прежде чем Логинов успел спросить, что случилось. В съемочной группе возникло какое-то волнение, но с того места, где он находился, невозможно было понять, в чем дело.

— Сейчас очередь Арнольда, — услышал он громкий шепот и обернулся: сзади сидели две молодые женщины — явно фанатки подобных передач.

— Он душка, да? — отозвалась ее приятельница. — Я просто с ума схожу, когда он достает эту свою черепушку… Знаешь, в прошлый раз мне даже показалось, что у нее глаза горят красным!

— Мне больше Вагнер нравится, — мечтательно проговорила первая. — Он такой хорошенький!

— Даже и не мечтай: у него таких, как ты, возок с прицепом!

Дальше не было ничего интересного — в принципе, как и до этого. Логинов уже приподнялся было, чтобы подойти к коллегам, когда появился Роман Вагнер. Он выглядел странно и все время оглядывался через плечо, словно в ожидании кого-то или чего-то. За несколько минут до этого Елена Гром вновь устроилась в своем кресле с высокой спинкой, и съемки возобновились. Интересно, чем они заполняют такие заминки, ведь это прямой эфир? Логинов снова взглянул в ту сторону, где видел Суркову с Медведь, однако они исчезли. Может, ему померещилось?

Вагнер не стал заниматься ерундой типа возжигания свечей, ритуальных плясок или даже энергичных пассов руками, за что Логинов был ему искренне благодарен. Ювелир просто заговорил монотонным голосом, излагая информацию, полученную от продюсеров. Упомянул он и об аварии, и о прерванной беременности — видимо, ему успели сообщить о том, что сказала ранее Зарета. Закончив, он сделал шаг назад, а Елена Гром уже поворачивала свое крутящееся кресло, чтобы сидеть к нему лицом. Вдруг Вагнер, вместо того, чтобы продолжить беседу с ней, обернулся к трибунам. Светская львица обратилась к нему с каким-то вопросом, но он, казалось, не слышал, шаря взглядом по лицам зрителей. Заметив Логинова, он слегка удивился, но не стал задерживать на нем свое внимание, будто бы продолжая искать. Интересно кого: Леру, Суркову или кого-то еще? Виктор заметил, что лицо Вагнера при этом словно застыло, и это было страшно: давно опер так не пугался! Пауза настолько затянулась, что ведущей пришлось вмешаться, заполняя ее какой-то малозначительной болтовней.

— Я хотела бы знать, выйду ли я замуж? — повторила свой вопрос Гром, пытаясь привлечь внимание «экстрасенса».

— Понятия не имею, — буркнул Вагнер, приведя в замешательство присутствующих. Сорвав микрофон, он быстрым шагом устремился к выходу. Елена только рот разинула от изумления.

— Э-э… — забормотала ведущая, пытаясь сообразить, как исправить ситуацию, но, судя по всему, ей в голову ничего не приходило. Тогда и Виктор решил перестать стесняться и, поднявшись, направился следом. Он едва поспевал за Вагнером: тот шел с крейсерской скоростью, похоже, точно зная, в каком направлении двигаться: в этот раз съемки проходили на телестудии, и, не имея перед собой столь удачного ориентира, Логинов точно потерялся бы! Интересно, откуда ювелиру известно, куда идти, ведь он тоже здесь впервые? Наконец Роман толкнул какую-то дверь и вошел. Виктор — за ним. В помещении находились Наталья, Геля, Суркова и Лера.

— Валерия, он здесь! — выпалил Вагнер, кидаясь к Медведь.

— Кто? — вскинулась она. — Маньяк?!

— Я… я не знаю, но…

— Что происходит, можно узнать? — поинтересовалась Суркова.

— Роман, вы что-то почувствовали, да? — проигнорировав вопрос начальницы, спросила Лера.

— Да, это было похоже… как нахлынувшая волна, понимаете? Такая волна ненависти и… и боли!

Логинов переводил взгляд с Вагнера на Медведь и обратно: эти двое говорили так, словно вокруг не было ни души, только они на пустынном океанском берегу! Черт, почему ему вдруг пришло в голову именно это сравнение — не из-за «волны» ли, упомянутой ювелиром?

— Вы поняли, кто это?

— Нет, нет, я… я попытался, но там так много людей!

— Это зритель или кто-то из группы?

— Не могу сказать.

— Друзья мои, я бы хотела получить объяснения! — требовательно вмешалась Суркова. — Во-первых, что здесь делает Роман Вагнер, Валерия Юрьевна, и какое отношение он имеет к происходящему?

— Алла Гурьевна, я хотела вам рассказать, но попозже…

— Попозже? — голос Сурковой звучал угрожающе. — Что вы намеревались рассказать мне попозже — что привлекли к опасному расследованию частное лицо, не обеспечив ему должного прикрытия?!

— Прошу прощения, — почувствовал необходимость вмешаться Логинов, — прикрытие — это я!

Не то чтобы ему хотелось защитить Медведицу от начальства, но все-таки они — команда, и безучастно смотреть, как Суркова распекает одного из ее членов, неправильно!

— Вы — вооруженный спецназ? — уточнила Суркова. — Если я правильно понимаю, преступник — маньяк и садист, а вы… Что вы, черт подери, творите?!

— Простите, конечно, но вы поможете нам искать Арнольда? — вступила в разговор продюсер. — Нам пришлось выпустить Романа вне очереди, так как Всевидящий куда-то пропал!

— Вы серьезно? — удивился Виктор.

— Ну да, — подтвердила Наталья. — Ему позвонили по мобильному, и он вышел, чтобы поговорить, так как в гримерной было слишком шумно. С тех пор его никто не видел!

— Никто — это вряд ли, — возразила Суркова. — Здесь где-нибудь есть камеры наблюдения?

— Да, но это же телестудия! — развела руками продюсер. — Здесь такие лабиринты, что…

— Нам не нужны все камеры, — перебила ее Суркова. — Он же не мог испариться прямо посреди здания, так? Значит, нам нужны охранники и камеры у входов и выходов, только и всего: наверняка одна из них зафиксировала вашего «пропаданца»! Короче, сейчас мы продолжим искать Аркадия… то есть Арнольда, а потом вы, Лера, расскажете мне то, о чем должны были сообщить с самого начала!

Поиски велись до глубокой ночи: Арнольда-Аркадия нигде не оказалось. Ни одна из камер его не «срисовала», ни один охранник не видел, как он выходил.

— Еще немного, и я поверю, что он и в самом деле экстрасенс! — с тяжелым вздохом сказала Суркова, падая на стул посреди студии: съемки давно закончились и, к счастью, ни зрители, ни большинство конкурсантов ни о чем не догадались. Кого-то, возможно, удивило отсутствие Арнольда Всевидящего на испытании, однако процесс продолжался как ни в чем не бывало, поэтому можно было сказать, что все прошло гладко, принимая во внимание обстоятельства.

— Только экстрасенс мог исчезнуть, как Гудини или Копперфильд, и никто ничего не заметил!

— Может, он догадался, что мы пришли за ним? — предположила Лера: ноги у нее гудели от бесконечной беготни по лестницам и коридорам телестудии. — И он решил сбежать, что доказывает его вину!

— Но как он мог догадаться? — пожала плечами Суркова. — Вас Аркадий уже встречал и вряд ли почуял опасность, а меня никогда не видел: по-моему, я не такая уж страшная, чтобы напугать человека!

— Я поверить не могу, что ваш фигурант оказался в нашем расследовании! — воскликнул Логинов, которому Лера успела вкратце объяснить присутствие начальницы.

— Это и в самом деле невероятно, — согласилась та. — Мы разыскиваем Аркадия Фейгина по всему городу, а он изображает из себя экстрасенса!

— Удивительно не это, — вздохнула Лера, — а то, что у него это выходит вполне себе правдоподобно: Наталья сказала, что, по результатам последнего голосования, Арно… то есть Аркадия признали одним из лучших участников!

— Нет, Валерия Юрьевна, — проговорила Суркова, вперив в нее пронзительный взор, — лично меня удивляет другое — ваша самодеятельность с привлечением к расследованию гражданского лица! Чего, скажите мне, вы хотели добиться, засунув Романа Карловича в это шоу?!

Лера бросила быстрый взгляд в сторону молодого ювелира.

— Видите ли, Алла Гурьевна…

— Слушаю вас внимательно!

— У меня не было времени привлечь кого-то из СК, ведь всяческие согласования заняли бы уйму времени!

— Если бы вы объяснили мне свои цели, я бы могла вам помочь, но вы сочли возможным действовать на свой страх и риск! И что мы имеем? Полагаю, это просто удачное стечение обстоятельств, что пропал Фейгин, а не Вагнер!

— Думаете, его похитил маньяк? — задал вопрос Логинов.

— А может, это связано с Гагиным? — с надеждой предположила Лера. — Вдруг…

— Все может быть, — прервала ее Суркова. — А мне вот интересно, Роман Карлович, — обратилась она к Вагнеру, тихонько примостившемуся в углу, — что вы там говорили насчет какой-то волны и того, что «он» там был? «Он» — это кто?

Ювелир посмотрел на Леру в поисках поддержки.

— Алла Гурьевна, понимаете…

В этот момент дверь в гримерку распахнулась и внутрь вплыла Зарета: Лера и не подозревала, что кто-то из участников съемок еще находится в здании!

— Всем доброго вечера! — поздоровалась она с присутствующими своим глубоким, томным голосом. — Это правда, что Арнольд пропал, а вы его ищете?

— Кто вам сказал? — поинтересовалась Суркова.

— Неважно! Так это правда?

Зарета обращалась к Роману. Тот молча кивнул.

— Хотите его найти?

— Вы что, знаете, где он? — спросила Суркова. — Тогда в ваших интересах…

— Не надо мне угрожать, женщина, я тебе не враг! — спокойно перебила ее Зарета, и Лера с Виктором потеряли дар речи от подобного обращения с подполковником юстиции. — Если хотите его найти, мне нужно настроиться!

— Да он уже давно далеко! — отмахнулся Логинов.

— Выясним наверняка? — предложила Зарета.

— Если вы можете помочь, то мы будем благодарны, — сказал Роман, беря инициативу на себя: эта женщина вызывала у него доверие и хоть он и не считал ее экстрасенсом, но отличным психологом она точно являлась. Кроме того, только Зарета, единственная из всех участников шоу, сумела выстроить хорошие отношения со всеми, и никто не говорил о ней гадостей ни в эфире, ни за пределами съемочной площадки, хотя по большей части «экстрасенсы» не стеснялись в выражениях, пытаясь дискредитировать друг друга.

Зарета кивнула и сняла с плеча холщовую сумку. Усевшись прямо на полу, скрестив ноги по-турецки, она достала свечку и запалила ее длинной спичкой для розжига камина. Капнув несколько капель воска на блюдце, она приклеила на него свечу, после чего извлекла из мешочка, висевшего у нее на поясе, большой прозрачный кристалл на длинном шнурке. Суркова попыталась было прервать это странное действо, но Лера схватила ее за локоть. Начальница кинула на нее свирепый взгляд, но промолчала. Все остальные завороженно наблюдали за плавными движениями Зареты. А она подержала кристалл над пламенем свечи и вдруг изрекла:

— Арнольд из здания не выходил!

— Этого не может быть! — возразила Суркова. — Мы обыскали все помещения!

— Не все.

— Вы знаете, где он?

— Пошли! — скомандовала осетинка, и все, подчиняясь ее властному голосу и уверенности, встали со своих мест и последовали за ней.

Зарета, словно пророк Моисей, уверенно двигалась по лабиринтам коридоров. Она упорно игнорировала лифты и передвигалась исключительно по лестницам.

— Может, проще посмотреть план здания? — предложил Виктор, с тоской представляя себе, что вместо того, чтобы поехать домой и улечься в теплую постель, придется еще несколько часов бродить по телецентру.

— Не проще! — возразила Зарета, не оборачиваясь. — Не учи меня жить, парень: я знаю, что делаю!

Она двигалась словно бы с трудом, держа перед собой на вытянутой руке кристалл, который то безжизненно висел на шнурке, то вдруг начинал вращаться. Логинов, следуя за «экстрасенсом» по пятам, не сводил глаз с этой штуки, пытаясь понять, заставляет ли ее женщина двигаться какими-то едва заметными манипуляциями или кристалл живет собственной жизнью. В голове его проносились разные мысли, лейтмотивом которых было недоумение: каким образом Зарете удалось заставить их всех, словно послушных глупых утят, идти за ней, веря в то, что она и в самом деле «ищет» Аркадия Фейгина?! Видимо, у нее все же есть дар, иначе все это просто необъяснимо, — по крайней мере, дар убеждать окружающих!

По дороге им почти никто не встречался, за исключением припозднившихся работников телецентра и уборщиков, которые давно приступили к работе и с удивлением провожали взглядами процессию из нескольких человек, гуськом идущих за дамой с кристаллом. Внезапно Зарета остановилась у металлической двери, и Логинов едва не налетел на нее от неожиданности. «Экстрасенс» подергала ручку, но та не поддалась.

— Нам туда! — уверенно заявила она.

— Ну конечно, а как иначе-то! — рассмеялся Виктор. — Осталась только эта дверь да лифтовые шахты!

— Ну и как мы туда попадем? — полюбопытствовала Суркова: по ее лицу Лера видела, что начальница едва сдерживается, чтобы не наброситься на Зарету и не порвать ее на ордера и постановления!

Лера достала мобильный и без особой надежды позвонила Наталье. Однако та оказалась на месте и через десять минут томительного ожидания появилась в коротком коридоре, где они стояли, в сопровождении пожилого охранника в форме.

— Там идет ремонт, — с сомнением покачав головой, пояснил он. — Бригада на пару недель ушла на другой объект, поэтому все двери на эту лестницу закрыты до самого подвала…

— Открыть можешь? — нетерпеливо спросила Зарета.

— Могу, но…

— Открывайте, Михаил Иванович, — вздохнула Наталья. — В конце концов, мы же должны очистить совесть!

— Под вашу ответственность! — предупредил охранник и загремел ключами. Через минуту дверь открылась настежь, и на всех пахнуло строительной пылью.

— Там грязно! — предупредил охранник.

— Спасибо, дальше мы сами! — властно проговорила Зарета, отодвинув щуплого мужичка в сторону и прошествовав мимо.

Остальные засеменили следом. Суркова поглядела на свои дорогие, недавно купленные туфли: она редко позволяла себе обновки, а уж когда все-таки решалась на них, то предпочитала, чтобы они были не только красивыми, но и добротными, то есть — дорогими. Тяжело вздохнув и подавив приступ раздражения, подкативший к самому горлу и грозивший вырваться наружу, она ступила на темную лестницу. Логинов и Лера зажгли фонарики в телефонах, освещая всем путь, и только Зарете, казалось, и без того было комфортно: она уверенно ступала по лестнице, не глядя под ноги и не сводя глаз с кристалла, тускло светившегося в полутьме. Внезапно «экстрасенс» затормозила, и Виктор чертыхнулся, снова едва не налетев на нее.

— Предупреждать надо! — процедил он сквозь зубы.

— Тихо! — рявкнула она, приподнимая кристалл. Тот вдруг начал крутиться: сначала медленно, словно бы с неохотой, но постепенно набирая обороты. Вращение стало прямо-таки бешеным, и даже Логинов засомневался, что неподвижно стоящая Зарета могла каким-то образом привести его в движение.

— Он здесь! — объявила она, кивая на дверь внизу, заваленную до половины строительным мусором.

— Что? — переспросила Суркова, протискиваясь вперед мимо коллег.

— Ерунда! — воскликнул опер. — Да сюда уже много дней не заходили — смотрите, какая куча барахла!

— Вот тут вы ошибаетесь, Виктор, — возразила начальница, приближаясь к двери. — Смотрите, здесь следы рук на косяках, и они вполне себе свежие!

— Может, кто-то специально завалил дверь, чтобы все думали, что ее не открыть? — предположила Лера.

— Виктор, Роман Карлович, вы нам поможете?

— Конечно, — ответил за обоих Вагнер, и мужчины принялись разгребать доски, куски штукатурки и бетона.

Случайно взглянув на Зарету, Лера увидела, что ее лицо, которое едва можно было разглядеть в темноте, так как весь свет был направлен на Виктора и Романа, стало мрачным и неподвижным, а полные губы сжались в тонкую полоску. Поймав ее взгляд, Зарета едва заметно качнула головой и отвернулась. Наконец дверь была освобождена, и Логинов, слегка надавив, открыл ее вовнутрь. Направив фонарик в помещение, он первым переступил порог, остальные последовали за ним.

— Осторожно, ноги не переломайте! — услышала Лера его голос, эхом отражавшийся от стен. Предупреждение прозвучало вовремя: она едва не оступилась, задев ногой сваленную в кучу у самой двери арматуру.

— Вот же черт…

Этот возглас не предвещал ничего хорошего. В самом деле, посреди просторного подвала один против другого стояли два стула. Первый пустовал, а на втором сидел человек. Он был накрепко привязан к спинке и ножкам толстым проводом.

— Аркадий! — осипшим голосом позвала Суркова. — Вы меня слышите?

— Вряд ли, Алла Гурьевна, — ответил ей Логинов, пытаясь нащупать пульс на шее Фейгина. — Похоже, он мертв уже несколько часов! А вот тут у него след от электрошокера…

— Как и у других, — подытожила Суркова. — Значит, очередная жертва маньяка?

Лера не стала подходить к телу, рядом с ним и так уже копошилось слишком много народу. Вместо этого она осмотрелась по сторонам. Помимо строительного мусора, у стены, противоположной от двери, валялась плетеная сумка, которую Арнольд-Аркадий всегда носил с собой. Лера подняла ее и заглянула внутрь: там лежали толстые черные свечи, мотки веревки и, конечно же, череп, с которым «экстрасенс» не расставался. Преодолевая брезгливость, она взяла его в руки и заглянула в пустые глазницы. В следующий момент Лера едва не уронила его на пол: в слабом свете фонарика сотового они полыхнули алым пламенем!

* * *

Алла Суркова собиралась отсмотреть видеозаписи, сделанные как во время съемок «Третьего глаза», так и с камер видеонаблюдения, в компании Натальи и Гели, так что она поехала в телецентр. Опера отправились с ней, чтобы опросить конкурсантов и членов съемочной группы, а также зрителей, купивших билеты, чтобы присутствовать в студии. Лере было нечем заняться, и она решила навестить Олега Куделина. Он ее не приглашал, но Лера подумала, что, может быть, у него все же есть чем с ней поделиться. Как обычно, прихватив «взятку» в виде блинчиков, она спустилась к нему на цокольный этаж.

— Богатой будешь! — воскликнул при виде нее эксперт по безопасности СК.

— С чего это? — удивилась она.

— Да вот, вспоминал тебя как раз.

— Неужели что-то накопал? — обрадовалась Лера.

— Разве когда-то было иначе? — нахмурился он.

— Ну, ты не звонишь, не пишешь…

— Так ты ж у меня не одна, мать, — куче народу все время что-то нужно, а я, понимаешь, у вас один-единственный!

— Это точно: ты такой один, Олежек, и вот тебе за это угощеньице! — И она поставила на стол бумажный пакет.

— Вот знаешь ведь, как поощрить заработавшийся мозг! — клацнул зубами Куделин, но, заглянув в пакет, не стал сразу есть, а отставил его в сторону, хоть и с явным сожалением.

— Только что пиццу «уговорил», — вздохнул он. — Надо, чтоб переварилась…

— Ну тогда, может, расскажешь, что выяснил?

— В общем, расклад такой: за последний год, оказывается, пропало множество детишек — кого-то удалось найти, другие исчезли без следа. Штука в том, что среди пострадавших нет ни богатых, ни знаменитых. Чего и следовало ожидать, ведь не девяностые на дворе, чай, и детей ради выкупа сейчас похищают крайне редко.

— Но ты же сказал…

— Я помню, что сказал, — огрызнулся Олег. — Слава богу, Альцгеймера у меня пока нет! Где-то восемь месяцев назад в сводках промелькнул странный звонок в полицию: женщина сообщила, что ее сын пропал, однако еще до того, как на место выехала бригада, она снова позвонила и сказала, что мальчик нашелся.

— И что, они не стали выезжать? — удивилась Лера. — Даже не проверили?

— Не-а, прикинь! Конечно, парнишка и в самом деле мог найтись, однако в таких случаях все же принято убедиться.

— Правильно, ведь зачастую преступники требуют, чтобы родители не сообщали в полицию о случившемся, иначе они грозят убить похищенного!

— Вот и я так скумекал, — согласился Куделин. — Решил проверить, кто эта тетка. Выяснилось, что она вовсе не богата, замужем за обычным риелтором. Он, конечно, не бедняк, но и богачом его назвать сложно.

— Что-то я пока не пойму…

— Так ты дослушай сначала, а потом бухти! Я эту бабу проверил: дело в том, что еще четыре года назад она была замужем за неким Евгением Русаковым. Знакомая фамилия?

— Что-то не припомню…

— Ну да, ты же тогда под стол пешком ходила! В конце девяностых этот перец был довольно знаменит. Русаков служил в Чечне — и в первую чеченскую, и во вторую. Понятно, о чем я?

— О войнах?

— Ага! Так вот, служил он в спецназе, сечешь?

— Пока нет.

— Ладно, слушай дальше. Комиссовался, вышел на гражданку и решил заняться бизнесом. Поначалу с дружками, бывшими сослуживцами, крышевал торгашей, потом зарегистрировал ЧОП. Раскрутился, перестал иметь дело с шушерой и занялся охраной банков, дорогих отелей и так далее.

— Зачем ты все это мне рассказываешь?

— Потом Русаков начал бизнес по продаже автомобилей, — не обращая внимания на слова собеседницы, продолжал Олег. — Гонял их из Беларуси и из Владика — здорово на этом наварился! Короче, с тех пор он много чем занимался и сколотил неплохое состояньице. Так вот, мадам Данилова, по первому мужу Русакова, мать двоих детей, девяти и трех лет. Как тебе?

— То есть первый ребенок — от Русакова?

— Точняк! Еще я накопал, что Русаков судился с бывшей, пытаясь оформить единоличную опеку, но у него ничего не вышло: мальчика оставили с матерью. И это она звонила в полицию, а позже отменила вызов, сказав, что сын уже дома. Как тебе?

— То есть ты думаешь…

— Нет, мать, думать — это твое дело, а мое — искать и анализировать информацию. Причем, чтоб ты не забывала, это — хобби, так как платят мне вовсе не за это, а за безопасность нашего любимого СК!

— Именно поэтому я плачу тебе дань, — покорно кивнула Лера. — За доброту и снисходительность!

— Вот человек, который понимает реальную значимость моего труда! — торжественно провозгласил Куделин, весело сверкая маленькими, цепкими глазками.

— И ценит это, — поддакнула Лера, кивнув в сторону пакета с блинами.

— Заметь, я обхожусь тебе дешево: другие берут ящиками коньяка, виски или джина!

— Значит, нужно проверить, действительно ли мальчик вернулся домой, — пробормотала она, ероша волосы на затылке. — То, что этот Русаков — бывший спецназовец…

— …указывает на умение вести допросы с применением спецсредств, — подхватил Олег. — А ваш маньяк, кажется, пытал своих жертв, прежде чем придушить? Да и в девяностые Русаков примерно этим же и занимался, так что тебе и карты в руки!

— Ну, Олежа, я снимаю шляпу! — восхищенно покачала головой Лера. — Ты нашел то, до чего я никогда бы не докопалась! Сейчас я еду за вещдоками с мест преступлений «экстрасенсов», инфу о которых тоже дал мне ты, а потом — сразу к Даниловой!

— Зачем тебе вещдоки? — поинтересовался эксперт по безопасности. — Что ты надеешься в них отыскать?

— Записи приемов. Наверняка у них были какие-то талмуды, куда они записывали имена клиентов или хотя бы какие-то общие сведения о них! Может, найду адреса или телефоны?

— Ну, дерзай! — вздохнул Куделин. — Как думаешь, пицца уже переварилась?

* * *

От бесконечного просмотра записей у Аллы рябило в глазах. Бог знает сколько чашек кофе они с Натальей и Гелей успели выпить за эти часы, но глаза все равно слипались — в конце концов, они являются тонким оптическим инструментом и нуждаются в отдыхе!

— Мы уже отсмотрели почти все имеющиеся у нас материалы, — простонала Наталья, откидываясь на спинку стула. — Ничего подозрительного! В телецентре ежедневно бывает уйма народу, и просто невозможно вычислить того, кто вам нужен!

— Вы не правы, — возразила Алла. — Это и в самом деле непросто, но вполне реально.

— В кино не так, — заметила Геля, сидевшая по правую руку от Аллы. — Там все происходит так быстро…

— Правда ваша, — кивнула Алла. — В реальной жизни дела обстоят иначе: работа следователя заключается в тягомотной рутине. Приходится читать документы, сводки, распечатки звонков и счетов, показания свидетелей, отсматривать километры записей с камер — короче, проделывать работу, которая не влезет ни в какой фильм или даже сериал… Стойте, ну-ка отмотайте назад!

— Что такое? — встрепенулись женщины, впившись глазами в экран.

— Вот этот мужчина, который выходит из зала в момент выступления Зареты!

— Так здесь же лица не видно! — пожала плечами Геля. — Но он точно не из нашей группы.

— И не из зрителей, — сказала Алла. — Их было всего тридцать пять человек, и всех мы уже видели! Посторонний мог проникнуть в павильон?

— Ну да, в принципе, — пожала плечами Наталья. — У нас, конечно, есть охрана, поэтому кто-то просто с улицы — вряд ли, но вполне мог забрести человек из другого павильона, работник или…

— Рабочий? — предположила Алла.

— Ремонт пока на паузе, но, думаю, такое возможно!

— И они хорошо знают здание, верно?

— Полагаю, вы правы.

— Давайте попробуем найти этого парня на других камерах — вдруг где-то засветилось его личико?

Они продолжили просмотр.

— Неужели маньяк вошел в состав строительной бригады, только чтобы проникнуть в телецентр? — качая головой, проговорила Геля.

— Но ведь строители сейчас на другом объекте, — возразила Наталья, не сводя взгляда с экрана.

— Это значит, что их пропуска аннулированы? — спросила Алла.

— Вообще-то так положено, но бригаду перебросили на другой объект из-за какого-то форс-мажора, поэтому…

— Вот, смотрите, он повернулся прямо к камере!

— Видимо, не заметил, — предположила Геля. — В других местах он никогда не смотрит в объектив!

— Ну, вам знакома эта физиономия?

— Нет…

— Погодите, мне кажется… нет, я точно его где-то видела, причем совсем недавно! — воскликнула Наталья.

— Среди рабочих?

— Н-нет, по-моему…

— Может, курьер или еще какой-нибудь временный работник?

— Точно — нет. Я видела его, я уверена, но он, наверное, выглядел иначе, поэтому я не могу вспомнить!

— Хорошо, — подытожила Алла, — уже что-то. Надо попросить охранников и проверить, что за документы предъявлял этот человек. Кроме того, раз вы его узнали, значит, есть шанс, что его опознают и ваши коллеги. И у охранников, скорее всего, имеется список строителей, ведь ваша служба безопасности выписывала им именные пропуска. По крайней мере, теперь есть с чем работать!

В этот момент в кабинет без стука ввалились Дамир и Антон, который при этом втолкнул в помещение щуплого молодого паренька с искаженным от ужаса лицом.

— Алла Гурьевна, мы взяли «языка»! — выпалил Александр, выглядывая из-за их широких спин.

— Кто это? — изумленно глядя на «трофей» работников СК, поинтересовалась Наталья.

— Вы не знаете ваших работников? — удивился Белкин.

— Молодой человек, вы хотя бы представляете, сколько народу работает в телецентре?!

— Это курьер, — вмешался в перепалку Дамир. — Мы проверили телефоны всех, кто находился вчера в студии во время съемок «Третьего глаза», и увидели в списке звонков номер убиенного Аркадия Фейгина…

— Когда вы успели-то? — перебила Алла.

— Да времени мы почти и не потратили! — радостно ответил Белкин. — У Дамира появилась идея собрать всех, имеющих отношение к шоу, в одном месте и просто позвонить по всем номерам в сотовом Фейгина — их оказалось не так много. И опа — прямое попадание: запиликала мобила нашего друга Костика… Как твоя фамилия-то?

— Решетников, — ответил вместо паренька Антон, тряся его паспортом. — Константин Решетников его звать.

— Я что-то не пойму: вы убийцу поймали, что ли?

— Да не убивал я Аркашку, клянусь! — взвизгнул Решетников, пытаясь освободиться из цепких лапищ Шеина. — Да зачем мне?! Я только письма подкладывал да «вводные» тибрил…

— Какие письма? — прервала его Алла.

— Короче, Алла Гурьевна, дело было так, — вступил в беседу Дамир, решив, что в его изложении рассказ будет звучать доходчивее. — Костян наш — давний приятель Аркадия Фейгина, как выяснилось: когда-то они вместе по кладбищам шарились и воровали кости покойников…

— Мы ничего противозаконного не делали! — вставил Решетников. — Могилы не раскапывали — там все на поверхности валяется!

— Разграбление могил и вандализм — серьезные правонарушения, — напустив на себя мрачный вид, сказала Алла.

— Да какой вандализм… — попытался было спорить парень, но она не позволила ему защищаться, продолжив:

— Но убийство, конечно же, перевешивает все!

— Говорю же: я не убивал Аркашку!

— Так вот, Константин и Аркадий, видите ли, очень увлекаются эзотерикой, — снова заговорил Дамир. — Пардон, второй уже — увлекался, пока был жив. Идея принять участие в «Третьем глазе» возникла сама собой, и Константин, оказывается, уже дважды пытался попасть в программу, но его отсеивали. В этот раз счастья решил попытать Аркадий.

— То есть вы что же, уверены, что обладаете экстрасенсорными способностями? — решила уточнить Алла, с любопытством глядя на задержанного.

Тот только опустил глаза и ничего не ответил.

— Ой, Алла Гурьевна, вы не поверите, сколько людей реально так думают! — всплеснула руками Геля. — Мы их просто сотнями отфутболиваем, но они все прут и прут!

— Но на этот раз все должно было получиться! — с неожиданной горячностью воскликнул Решетников. — Аркашка сказал, что теперь у него есть очень крутой талисман, который помогает общаться с мертвыми и читать мысли!

— Ага! — хохотнул Шеин. — Если «талисман» так крут, зачем тебе понадобилось снабжать дружка секретной информацией?

— Для большей уверенности, — буркнул задержанный. — Мы же не знали, как он это… сработает!

— Алла Гурьевна, короче говоря, парни договорились следующим образом: Аркадий проходит отборочный тур, а Константин устраивается в шоу курьером.

— Своего рода симбиоз затеяли?

— Точно! Решетников, значит, добывает всю возможную информацию, которую Фейгин потом сможет использовать в конкурсе, а Аркадий «играет лицом», трясет черепушкой и изображает из себя Гарри Поттера!

— Ладно, это понятно, — кивнула Алла. — А при чем тут письма?

— Так письма же были частью плана! — вмешался Белкин. — Во-первых, таким образом привлекалось внимание СМИ к «Третьему глазу» — помните «утечку» о гибели первых двух «экстрасенсов»? Она была не случайной!

— Так это они, что ли, устроили?

— Ну да! Но главной целью было устранение соперников.

— Они надеялись напугать конкурентов?

— Ага!

— Получилось же… — пробубнил Решетников и тут же сжался под тяжелым взглядом Антона.

— Но физическое устранение работает безотказно, верно? — спросила Алла, сурово хмуря брови.

— Физи… вы что имеете в виду?

— Где вы находились вчера во время эфира?

— Так в студии я был!

— Все время?

— Ну да…

— Я помню его, — вставила Геля. — Он есть на видео!

— Но камеры же не постоянно его снимали, — возразил Антон. — А это значит, что он в любой момент мог выйти, похитить Фейгина и затащить в подвал!

— Я этого не делал! — буквально взвыл Решетников. — Аркашка обещал со мной выигрышем поделиться!

— Каким еще выигрышем?

— Так за первое место пять лямов обещали!

— Ого! — присвистнул Шеин. — И вы с Фейгиным не сомневались, что получите этот приз, потому что намеревались грохнуть всех, кто мог составить ему конкуренцию? А потом между вам что-то произошло и твой кореш отказался делиться, так?

— Мы никого не трогали… Я никого не убивал, понимаете?! Мы надеялись, что Аркашка победит, ведь я добывал для него полезные сведения! А на эти деньги мы открыли бы эзотерический салон…

— Нам понадобится ваше алиби на время убийств Малы и Камиля.

— Но я не знаю, когда их убили! — в отчаянии простонал Решетников.

— А мы вам подскажем, — пообещала Алла. — Сейчас вы проедете с нашими сотрудниками в Следственный комитет…

— В Следственный комитет — да за что?! Я же ни в чем не виноват!

— Даже если вы действительно никого не убивали, остаются обвинения в угрозе убийством и мошенничестве, — строго сказала Алла. — Если хотите получить по минималке, в ваших интересах сотрудничать со следствием, вспомнить и сообщить нам как можно больше фактов! Александр, отвезете задержанного? Только не допрашивайте — я хочу сделать это сама.