– Ну же, Салли. Я начинаю сердиться.

Рил легла на постель.

Он стащил с нее кеды, потом носки.

Погладил ей ноги.

– Кожа у тебя такая же нежная.

Резким рывком он сдернул ее комбинезон до щиколоток, потом снял и швырнул в стену.

– Забыл, тебе нравится пожестче или нет? Слишком много женщин было после тебя.

– Скольким из них ты заплатил? И скольких похитил?

– Ты никогда не ценила меня по достоинству, знаешь ли.

– С какой стати тратить время на такие бессмысленные упражнения?

Он навис над ней, и она плюнула ему в лицо. Он выпрямился, утерся тыльной стороной ладони, а потом повернулся взять пистолет.

Рил, словно пружина, сжалась на кровати и продела ноги сквозь кольцо связанных рук, так что теперь они были спереди. Сдернула резинку с волос и схватила ее как удавку. Прежде чем Дайкс развернулся обратно, удавка оказалась у него на шее. Рил подпрыгнула и обхватила его торс обеими ногами, прижав руки Дайкса к бокам. Дернулась назад, и они повалились на кровать.

Он отчаянно дергался, пытаясь освободиться. Пружины матраса начали громко скрипеть. Рил услышала за дверью приближающиеся шаги.

Она тяжело задышала и стала стонать, заглушая скрип пружин. У Дайкса изо рта текла слюна, он задыхался.

Он попробовал позвать на помощь, и Рил закричала:

– Трахни меня! Боже, трахни меня, мой фюрер! Давай же! – вопила Рил. – Да, о да!

Она заскакала на матрасе, рискуя развалить кровать.

Шаги за дверью стали удаляться – кто-то крался на цыпочках. Она так и видела, как охранник улыбается, представляя своего босса содрогающимся в корчах. Возможно, он рассчитывал на объедки с его стола.

Она почувствовала, что Дайкс слабеет. Сжала ноги вокруг него, как тиски. Удавка врезалась ему в кожу, так сильно она ее натянула. Он начал захлебываться.

– Да, да! – снова заорала она, чтобы скрыть булькающие звуки.

Дайкс медленно повернул голову, несмотря на растущее давление на его шею.

– Давай же, ну! – вопила она. – Еще сильнее!

Теперь он смотрел на нее. Его глаза выкатились и налились кровью – в них полопались сосуды. На губах у него выступила пена.

Он собрал последние силы и попытался сбросить ее с себя. Они оба повалились с кровати, но хватку Рил не ослабила. Она задрала правую ногу и поставила ему на затылок.

Прошептала на ухо:

– Прощай, Леон. И скажи своему фюреру, чтобы поцеловал меня в зад, когда увидишься с ним в аду.

Рил закричала:

– Да, да, сукин ты сын!

С этими словами она потянула его голову вправо обеими руками, а ногой изо всех сил пнула влево. Шея Дайкса отчетливо хрустнула.

Его тело обмякло, и она расслабила ноги, которыми его держала. Схватила его безжизненную руку и сняла часы. Тяжело дыша, поднялась с пола.

Связанными руками подобрала его пистолет, подкралась к двери, проверила время на часах, досчитала до пяти, а потом трижды выстрелила в потолок.

В следующий миг разверзся ад.

Глава 46

Гигантская фура, которая обогнала фургон на дороге, сдала назад и припарковалась. Из нее выкатились три черных внедорожника. В каждом сидело по восемь человек. Все в бронежилетах, с приборами ночного видения, тяжеловооруженные.

Они побежали в сторону штаба неонацистов.

Сзади туда же крались еще десять человек, оставивших мотоциклы на расстоянии четверти мили и проделавших остаток пути пешком. Они тоже были в специальной оптике, вооруженные как для охоты на медведей. Ну или, по крайней мере, на неонацистов.

Роби возглавлял вторую группу. Они перебежали гребень холма и стали крадучись спускаться. Остановились перед оградой, в трехстах футах от здания. Роби посмотрел на часы и подождал пять минут. Потом дал своим людям сигнал двигаться вперед.

Через сотню шагов они снова остановились. Ночная оптика позволяла четко, в зеленом свете, видеть патруль, обходивший периметр. В патруле было всего три человека. Группа Роби продвинулась еще на пятьдесят футов. Потом они подняли винтовки, и у патрульных на груди вспыхнули красные точки.

Роби еще раз сверился с часами. Проследил, как секундная стрелка по кругу обежала циферблат.

Раздались три выстрела, и Роби побежал.

Три винтовки выстрелили, и трое патрульных рухнули на землю. Они не были мертвы – в них стреляли транквилизатором. Роби с командой не хотели избавлять преступников от длительного тюремного срока.

Через пару мгновений Роби уже перемахнул через забор; пятеро его людей последовали за ним. Они ворвались в штаб, и по ним сразу открыли огонь. Они укрылись и стали отстреливаться – на этот раз боевыми.

Тем временем по другую сторону здания внедорожники с электрическими моторами и выключенными фарами подъехали к воротам так тихо, что охранники не успели среагировать. А когда заметили машины, было уже слишком поздно. Ворота обрушились вовнутрь, и внедорожники ворвались во двор. Вооруженные мужчины высыпали из них и сразу бросились к главному входу.

Двое охранников были окружены и немедленно сдались.

* * *

Рил застрелила охранника в коридоре – того, что подслушивал их с Дайксом «секс». Побежала вперед и подстрелила еще одного неонациста, который выскочил на нее с оружием в руках.

В следующий миг ее прижали к стене, и пистолет выпал из ее связанных рук. Мужская нога отбросила его в сторону. Рил пошатнулась, но устояла; прямо ей в лицо таращился громила Альберт в черной эсэсовской форме. С улыбкой он окинул взглядом ее фигуру в одном белье и облизал губы.

– Мы с тобой хорошо развлечемся, сладенькая!

Рил ударила так быстро, что Альберт не успел среагировать. Она заехала ногой ему в пах, отчего охранник перегнулся пополам, а потом согнутым локтем двинула по правой почке. Он закричал от ярости, но всего на секунду. Прижавшись спиной к стене, она обеими ногами врезала ему по ягодицам. Альберт, так и стоявший согнувшись, врезался в стену головой. Удар был такой силы, что его голова задралась под немыслимым углом, а шея переломилась.

Мертвый Альберт повалился на колени. Рил уже бежала вперед – она не видела, как он осел на цементный пол.

Слева от нее раздался крик, и она свернула в прилегающий коридор.

Из дверей выпал мужчина – у него в груди торчал нож. Он рухнул на пол, уже мертвый, фуражка упала и откатилась в сторону.

Лора появилась в дверях, увидела Рил и сказала:

– Они разделили нас с Джули. Думаю, она где-то там. Скорее!

Вдвоем женщины побежали по коридору к комнате в самом конце. Оттуда донесся звук бьющегося стекла, крики, а потом выстрелы.

Рил воскликнула:

– Это Джули!

Они с Лорой помчались вперед.

– Джули! – крикнула Рил.

Дверь была заперта, но она выстрелила по замку и ворвалась внутрь.

И замерла на месте.

Двое мужчин лежали на полу, усыпанные осколками стекла. Джули сидела на корточках, вжавшись в стену.

За окном кто-то двигался.

Рил наставила на окно пистолет… и испустила вздох облечения.

Роби запрыгнул через разбитое стекло и приземлился на пол. Он сунул пистолет обратно в кобуру и повернулся к Джули.

– Ты в порядке?

Она кивнула и шагнула к нему; осколки затрещали у нее под ногами. Роби схватил ее в объятия и покосился на мужчин на полу.

– Похоже, у них был приказ убить Джули в случае атаки.

– И ты застрелил их через окно, – догадалась Рил.

– И я застрелил их через окно, – подтвердил Роби.

У него затрещала рация, он сказал в нее несколько слов, потом послушал.

– Дело сделано. С нашей стороны пострадавших нет. Большинство этих гадов просто сдались.

– Но не тот, за кем мы пришли, – сказала Рил.

– Мистер Дайкс не сядет в тюрьму? – спросил Роби.

– Не в этой жизни, – ответила Рил. – В следующей – может быть. Уже навеки.

Роби вытащил нож и перерезал стяжку у Рил на руках. Снял куртку и набросил ей на плечи.

Джули перевела взгляд с Рил на Лору:

– Она твоя дочь?

Рил потерла запястья и медленно покачала головой:

– Познакомься со специальным агентом ФБР Лесли Шепард, Джули.

Шепард кивнула Джули и застенчиво улыбнулась:

– Я выгляжу младше своих лет.

Роби сказал:

– ФБР не любит, когда похищают людей. Они обеспечили нас всеми необходимыми ресурсами.

Джули спросила:

– ФБР? То есть суперагент Вэнс?

– Она очень беспокоилась о тебе, Джули. Благодаря ей нам с Бюро удалось объединить усилия.

Рил поглядела на Роби:

– Трудно было нас отыскать?

Он покачал головой.

– Как ты их отследил? – поинтересовалась Джули. – Я слышала, Дайкс со своими людьми обсуждали, что надо сделать, чтобы от тебя оторваться.

– У нас есть друзья в Национальном агентстве геопространственной разведки, – ответил Роби. – А у них – шпионская спутниковая сеть.

– Директор ЦРУ переговорил с их начальством, – добавила Рил. – И они подключили несколько спутников. Следили за нами всю дорогу до самого штаба Дайкса. На нас были электронные метки. Нас нельзя было потерять. За нами следило множество глаз с самого неба. Вообще-то у этой технологии есть название, но оно засекречено. Рада, что это сработало.

– От такой кучи спутников не скрыться, – сказал Роби. – Нам сразу передали вашу локацию на земле. Мы обогнали фургон, где везли Рил и Шепард. Мы ехали на мотоциклах и на фуре. Окружили это место и ждали сигнала.

– Сигнала? – переспросила Джули.

– Три выстрела подряд. Сигнал от Джессики, – ответил Роби.

– Но откуда ты знал, что она сможет раздобыть пистолет?

Роби улыбнулся:

– Тут вступает в силу элемент доверия.

– Я сделала, что должна была сделать, – добавила Рил. – И выстрелила.

– А мы сразу ворвались сюда, – продолжил Роби.

– И снова меня спасли, – закончила Джули.

Рил подошла к ней и присела на корточки:

– Это не потребовалось бы, если бы не я. Тебя похитили из-за меня.

– Я наврала им про тебя. Что ты до сих пор в защите свидетелей. Хотела, чтобы они удивились, увидя, на что ты способна.

– Он правда удивился.

– И я совсем не боялась.

– Нет? – спросила Рил.

– Я знала, что ты придешь и спасешь меня.

– Как ты могла это знать?

Теперь уже Джули улыбнулась:

– Тут вступает в силу элемент доверия.

Глава 47

Николь Вэнс пила кофе, пока ее команда осматривала место преступления.

Она посмотрела на Роби и Рил, которые с агентом Лесли Шепард сидели на стульях в одной из комнат неонацистского штаба. Между Роби и Рил пристроилась Джули, завернутая в одеяло; она пила горячий шоколад.

Вэнс подошла к ним ближе и сказала:

– Мы следили за этой группой уже некоторое время. Внутренний терроризм – помимо того, что они куча ублюдков. Они действовали достаточно умно. Никогда не оставляли ни свидетелей, ни улик. Но нам известно, что они много в чем замешаны, включая торговлю людьми и оружием.

– Милые люди. Очень похожи на тех, кому они подражали, – заметил Роби.

– А поскольку многие из них сейчас у нас, мы рассчитываем раскрыть другие их отделения и произвести еще аресты.

– Желаю вам всей возможной удачи.

Она посмотрела на Джули:

– Тебе еще что-нибудь нужно, Джули?

Девочка покачала головой:

– Я очень рада, что Джером в порядке.

– Ему повезло. Череп у него куда крепче, чем они думали. Он еще в больнице, но доктора заверили меня, что он поправится. Переселим вас с ним в одну из квартир Бюро, как только сможем.

– Мне надо догонять в школе, – призналась Джули.

Вэнс покосилась на Роби:

– До чего безответственна эта молодежь!

Джули бросила взгляд на Шепард, потом на Рил:

– Так где твоя настоящая дочь?

Рил опустила глаза и тихо сказала:

– Я не знаю. Я отдала ее на удочерение много лет назад.

– Почему? – хотела знать Джули.

– Потому что сама была еще ребенком и у меня не было работы. А та работа, что появилась потом, для женщины с ребенком никак не подходила.

– Пожалуй, – протянула Джули. Ее лицо и голос выдавали разочарование.

Рил встала и повернулась к Шепард:

– Лесли, я бесконечно тебе обязана.

Шепард пожала руку, протянутую Рил:

– Шутишь? Для меня это честь.

Рил посмотрела на Вэнс:

– Могу я попросить об услуге?

– Как я могу отказать? – сказала Вэнс.

– Можно сделать пару фото?

– Чего?

– Я покажу.

Две женщины вышли. Роби повернулся к Джули.

– Уверена, что ты в порядке? Они тебя не… ну, ты знаешь… не сделали ничего такого?

– Кроме одной пощечины, ничего. Но вряд ли так продолжалось бы долго. Их главарь был настоящим психом.

Она придвинулась поближе к Роби:

– Ты знал, что Джессика не в курсе, где ее дочь?

– Нет. До последнего времени я не знал даже, что эта дочь вообще у нее есть. Она никогда раньше о ней не говорила.

– Как думаешь, она жалеет? О том, что отдала ребенка?

– Не знаю. Думаю, любая мать жалела бы, нет?

Джули пожала плечами, заметно помрачнев.

– У некоторых нет выбора. Вот как у моей мамы. Но она всегда хотела меня вернуть. – На несколько секунд девочка задумалась. – Скорее всего, Джессика жалеет.

– Наверное, ты права. – Роби обнял ее за плечи. – Зато я точно знаю, что Джером будет рад получить тебя назад.

– Похоже, это входит у тебя в привычку.

– Что именно?

– Спасать меня.

Она шутила, но Роби все равно нахмурился:

– Надеюсь, это был последний раз, Джули. С учетом того, что тебя втянули в это дело по нашему недосмотру.

– Но мы же выбрались.

– В следующий раз может не получиться. – Он собирался сказать что-то еще, но на пороге появилась женщина.

Роби, изумленный, уставился на нее.

Это была замдиректора ЦРУ Аманда Маркс. Она улыбнулась и шагнула вперед.

– Ты, наверное, Джули. Я много слышала о тебе от твоей подруги.

– От Джессики? – спросила Джули.

Маркс кивнула.

– Мне сказали, что все обошлось.

– Так и есть, – ответил Роби. – И спасибо за поддержку.

– У меня редко бывает возможность отплатить услугой за услугу. Так что мне приятно.

Рил вернулась в комнату, Вэнс вошла за ней следом. На лице у Рил явственно читалось облегчение. Вэнс тоже выглядела довольной. Рил пожала ей руку:

– Спасибо. Это много для меня значит.

– Искренне надеюсь, что это сработает.

– Уверена, так и будет.

Она огляделась и увидела Маркс.

– Я хотела бы закончить с этим сейчас, мэм, если позволите.

– Ради бога, агент Рил. С моего благословения.

Джули недоуменно глянула на Роби:

– О чем это они?

– Понятия не имею, – признался Роби.

Рил повернулась к нему:

– Эй, Роби! Хочешь поучаствовать в финале этого дела?

– И каким он будет?

– Я предпочту показать, а не рассказать.

Джули шепнула ему на ухо:

– Тебе лучше пойти. А потом расскажешь мне, что случилось.

Роби встал и подошел к Рил.

– Куда мы едем? – спросил он.

– Совсем недалеко на самом деле. Можем взять машину. Но сначала мне надо сделать звонок, кое-что уладить.

– Всего один звонок?

– Обычно этого достаточно, если звонишь правильному человеку.

Глава 48

На улице лил дождь. Даже тут Эрл Фонтейн мог слышать, как капли гремят по крыше тюрьмы. Мог слышать, как завывает ветер. Он поудобнее устроился на своей койке. Теперь, когда все закончилось, он может умереть счастливым. Но, опять же, почему не подождать? У него есть удобная постель, крыша над головой, обезболивающие, три приема пищи в день, пусть они и попадают к нему в желудок в жидком виде через трубку, и симпатичная докторша, которая за ним присматривает. Очень неплохая жизнь, если вдуматься.

Он посмотрел на кровать, которую раньше занимал Мелкий. И улыбнулся. И как только этому идиоту удалось убить столько людей и так долго бегать от копов? Эрлу хватило одного звонка своему «другу», и к делу подключился громила Альберт. Это он спрятал нож у Мелкого под простыней. А Эрл заставил придурка вытащить его. Ничего сложного. Как только Мелкий взял нож в руку, его судьба была предрешена. Альберт получил четкие инструкции, что ему делать. Схватить Мелкого, не дать ему бросить нож, изобразить борьбу, а потом убить вонючего сукина сына на хрен.

А если Альберт и был в чем хорош, так это в убийстве. Эрл подумал, не ему ли поручили убить Салли. Он очень на это надеялся. Она должна быть мертвей мертвых.

Он удовлетворенно вздохнул и прикрыл глаза, продолжая прислушиваться к дождю. Позволил себе задремать, решив, что немного сна перед вечерним уколом обезболивающего не помешает.

– Эрл? – Рука схватила его за плечо. – Эрл! – настойчиво позвал голос.

Эрл медленно разлепил веки. Ему как раз снилась докторша. Чертовски приятный сон! Она была голая, связанная, и он как раз собирался…

– Чего? – Он поморгал и осторожно перевернулся на спину, оказавшись лицом к лицу с тем же санитаром, с которым разговаривал раньше. – В чем дело? Пора делать укол?

Эрл поглядел на большие часы на стене. Он проспал всего час. Время для лекарств еще не пришло. На улице все так же лил дождь, и стены тюрьмы содрогались под натиском ветра.

Эрл скорчил гримасу:

– С какой стати ты меня разбудил? Укол делать рано, парень. Еще не скоро. – Он был расстроен, что прервали его сон. Собрался снова закрыть глаза.

Санитар опять его встряхнул:

– Это не из-за лекарств, Эрл. К тебе посетитель. Точнее, посетители.

Эрл поморгал чуть быстрее:

– Посетители? Сейчас ночь, парень. После наступления темноты никого не пускают. Ты прекрасно знаешь.

– Ну, они здесь.

– Кто они?

Санитар указал пальцем влево:

– Они.

Эрл повернул голову, и у него чуть не остановилось сердце.

Джессика Рил и Уилл Роби стояли возле его кровати. Мокрые волосы облепляли их головы, с одежды текли потоки воды – погода им не благоприятствовала.

Эрл сел так резко, что одна из трубок капельницы запуталась в простынях.

Санитар распутал ее и отступил назад. Посмотрел на выражение лица Эрла, потом на Рил и быстро сказал:

– Ну… я, пожалуй, оставлю вас наедине.

Он торопливо развернулся и поспешил прочь.

Рил шагнула к Эрлу, Роби остался стоять у нее за спиной.

– Салли? – спросил Эрл. Он попробовал улыбнуться, но ничего не получилось. – Что ты тут делаешь, дочка?

– Пришла попрощаться, Эрл.

– А мы разве не попрощались в прошлый раз? Но я все равно рад тебя видеть.

Рил проигнорировала его слова и подошла еще ближе.

– И у меня кое-что для тебя есть. – Она достала из кармана фотографию и протянула ему. – Думаю, ты его узнаешь, хоть он и выглядит бледновато.

Эрл протянул дрожащую руку и взял у нее снимок. Поглядев на него, сделал судорожный вдох.

– Кажется, его звали Альберт, – сказала Рил. – Конечно, он мертв, но все равно видно, что это он.

– Как он умер? – спросил Эрл хрипло.

– О, я же не рассказала! Я его убила. Сломала шею. Для такого здоровяка он сдох на удивление быстро. Что было кстати – мне еще предстояло разобраться с его приятелями-наци.

Хватая ртом воздух, Эрл широко распахнутыми глазами уставился на нее:

– Ты убила его? Его!

– Кажется, я не говорила тебе, чем занимаюсь по жизни, Эрл. От лица американского народа я отыскиваю таких тварей, как Альберт, и обеспечиваю, чтобы они никогда и никому больше не причинили вреда. Он вот не причинит.

Она достала из кармана еще одну фотографию и кинула Эрлу на живот. Он взял ее трясущейся рукой – его лицо стало пепельным.

– Еще один твой дружище. Леон Дайкс. Я его знала давным-давно. А недавно мы опять встретились. По его инициативе. Похоже, он прогуливался тут, возле тюрьмы, и совершенно случайно меня заметил, когда я приходила тебя навестить, переброситься с тобой парой слов.

Эрл заглянул ей в глаза:

– Ты и его убила?

Рил нарисовала в воздухе овал, а потом потянула руки в стороны:

– Очень эффективный прием. Смерть наступает мгновенно. Перед смертью Леон велел передать тебе привет и сказать, что ему жаль, что ваш план не сработал.

Эрл отбросил снимок, словно это была змея, готовая его укусить.

– Понятия не имею, о чем ты.

– Имеешь, Эрл. Не пытайся увильнуть от своей минуты славы. План был неплох. Я комплиментов просто так не делаю, можешь мне поверить.

– Это полный бред. И если тебе больше нечего сказать, я лучше посплю.

– Боюсь, со сном придется подождать.

– Это еще почему? – вскинулся Эрл, вновь обретая уверенность. – Больше у тебя ничего нет, иначе ты притащила бы копов. С другой стороны, что бы они мне сделали? Арестовали? Посадили в тюрьму? Ой, боюсь! – Он расхохотался, а потом закашлялся.

– Нет, ни полиции, ни новых обвинений. Вполне хватит старых.

– Поэтому, как я и сказал, можешь проваливать. Мне надо отдохнуть.

– Да ты и так поздоровел. Выглядишь гораздо лучше, чем в прошлый раз.

Он сел повыше.

– Какого черта ты болтаешь? У меня рак в последней стадии. Мне не станет лучше.

– Да, но это не все.

Она указала вправо. Эрл посмотрел в ту сторону и увидел докторшу, направляющуюся к ним.

– Доктор Эндрюс, спасибо, что пришли, – сказала Рил.

Эндрюс принужденно улыбнулась:

– Рада помочь. Ни за что бы этого не пропустила.

Рил повернулась к Эрлу:

– Я объяснила доктору Эндрюс, какую роль она сыграла в том, чтобы вытащить меня сюда. И как за этим последовал очаровательный визит к твоему доброму другу Леону Дайксу и его шайке развеселых неонацистов.

– Да уж, было очень интересно, мистер Фонтейн, – сказала доктор Эндрюс. Судя по выражению ее лица, будь у нее пистолет, она без колебаний вышибла бы Эрлу мозги.

– Понятия не имею, о чем вы тут болтаете, – выпалил Эрл. – Вот ни малейшего!

– Тогда я тебе объясню, – ответила Рил. – Но сначала у доктора Эндрюс есть для тебя потрясающие новости.

Эрл покосился на Эндрюс:

– Что еще за новости?

– Хотя ваш рак неизлечим, нам удалось вас стабилизировать.

– И какого черта это означает?

– Это означает, что вас можно выписать из госпиталя и из этой тюрьмы. Вы отправляетесь обратно, в одиночное заключение в камере смертников.

Лицо у Эрла помертвело:

– Но они не могут меня казнить.

Эндрюс улыбнулась:

– К сожалению, это правда, но о вас там смогут позаботиться, пусть и не так, как у нас. И у вас не будет никаких контактов ни с кем, за исключением тюремного персонала.

– Вы… вы не можете это сделать! – запротестовал Эрл.

– На самом деле можем, – послышался другой голос.

В палату вошел мужчина в костюме, сопровождаемый четырьмя мускулистыми охранниками.

– Какого черта он тут? – воскликнул Эрл.