В памяти всплыли окровавленные тела Мэвис Нзоу и ее детишек. Нет, никуда ему от этого не деться. Он должен отомстить за Джонни и его семью, как бы ни мучили его потом угрызения совести.

Где-то в доме, за дверью, зазвонил телефон. Дэниел зябко повел плечами, встряхиваясь, словно спаниель, который только что выбрался из воды на берег, и отметая прочь всякие сомнения. Он крепко вцепился в приклад, приподняв ружье.

За дверью послышались торопливые шаги, ключ в замке повернулся, и дверь распахнулась. В пролете появился мужчина, и в какой-то момент Дэниел не узнал Четти Сингха. Без чалмы, какой-то суетливый. Подскочив к «кадиллаку», он стал возиться с ключами возле дверцы лимузина. Однако в темноте ничего не было видно, и Сингх, тихонько ругнувшись, начал шарить рукой по стене, отыскивая выключатель.

Яркий свет залил весь гараж, и Дэниел хорошенько разглядел своего врага.

Четти Сингх никогда не стриг бороду и волосы, а завязывал узлом на затылке. Седых волос было совсем немного.

Сингх стоял спиной к Дэниелу. Разобравшись наконец с ключами, он втиснул один из них в замок машины.

Дэниел тихонько шагнул вперед и, прижав дуло к спине Сингха, едва слышно проговорил: – Только не пытайтесь геройствовать, мистер Сингх. Изделие мистера Перди непременно выстрелит вам прямо в сердце.

Четти Сингх застыл на месте. А затем осторожно повернул голову и посмотрел через плечо. Узнав Дэниела, он открыл рот от изумления.

– …Я …я думал, – начал он, но потом, словно спохватившись, замолчал.

– Вот это по-нашему, – сказал Брайс. – Давайте пойдем куда-нибудь и выпьем пива.

Дэниел с сожалением покачал головой.

Они кивнули.

– Все вышло не так, как вы планировали, мистер Сингх. У Чави, по-моему, мозгов маловато для таких заданий. Вам надо было давным-давно выпереть его со службы, мистер Сингх. Подойдите к машине с другой стороны. И пожалуйста, без глупостей. Держитесь достойно.

– Ты не против? – спросил Дин, обращаясь к Оливии. И снова поцеловал ее в щеку.

И Дэниел с силой пихнул дулом в спину Сингха. У него, наверное, останется синяк под рубашкой, не к месту подумал вдруг Дэниел. Кроме тонкой хлопчатобумажной рубашки на Сингхе были надеты летние брюки цвета хаки и легкие сандалии. Он одевался явно впопыхах.

– Нет, не против. Идите, со мной все будет в порядке, – небрежно бросила Оливия.

Обогнув автомобиль спереди, мужчины приблизились к дверце для пассажира.

– Я могу отвезти тебя домой, – предложила Кристал, и Оливия кивнула.

– Открывайте и садитесь, – приказал Дэниел.

– Отлично. Значит, договорились, – с удовлетворением заключил Брайс и хлопнул в ладоши. – Кстати, я хотел пригласить вас всех на новоселье – оно состоится через две недели. Мы добавили к дому новую пристройку и полностью отремонтировали и подновили его. Для меня было важно сделать так, чтобы Кристал чувствовала, что мой дом – это ее дом. – Брайс криво улыбнулся и перевел взгляд на Шеннон, будто бросая ей вызов.

Сингх сел на мягкое кожаное сиденье, невольно оглядываясь на ствол ружья, торчавший в нескольких сантиметрах от его лица. Пот лил с него градом, хотя ночной воздух обдавал, скорее, прохладой, чем зноем. Капельки пота стекали по крючковатому носу индийца, разбегались по щекам и обильно увлажняли заплетенную бороду. От Сингха сильно пахло карри. Но еще сильнее от него несло страхом, хотя в его глазах и засветилась искра надежды, когда он протянул ключи от машины Дэниелу.

Шеннон сложила руки на груди и зло уставилась на него. Она открыла было рот, будто хотела что-то сказать, но затем закрыла его, так ничего и не произнеся… Совсем ничего. Ей не надо было произносить последнее слово, чтобы все услышали его.

– Вы сами поведете машину, доктор Армстронг? Вот, пожалуйста, берите ключи. Я целиком доверяюсь вам.

38. Дженни

– Здравая мысль, господин Сингх, – холодно улыбнулся Дэниел. – Но не обольщайтесь, что творение мистера Перди расстанется с вами хоть на миг. Передвигайтесь на место водителя и усаживайтесь поудобнее.

Настоящее время

Подталкиваемый ружьем в спину, Четти Сингх, охая и вздыхая, перенес свое грузное тело на сиденье водителя.

Детектив Сэнфорд роняет свою ручку на стол, откидывается на спинку стула и раскидывает руки, будто обнимая воздух. Затем делает медленный выдох, явно измотанный этим делом, – скорее всего, его измотал мой рассказ о том, сколько во всей этой истории было всяких терок и как все фигуранты были друг с другом в контрах, так что неизбежно должно было произойти нечто такое, что изменило бы нашу жизнь навсегда. Он трет глаза, подается вперед и ставит локти на стол.

– Ну, и отлично. Вы прекрасно справляетесь, господин Сингх, – сказал Дэниел, опускаясь на сиденье пассажира.

– И вы пытаетесь мне сказать, что после всех этих разборок – как словесных, так и связанных с рукоприкладством – мужья просто пошли пить пиво, а их жен устроило все, что произошло?

Четти Сингх, не говоря ни слова, ухватился за руль. Дэниел одной рукой держал ружье у себя на коленях, упершись стволом в ребра Сингха. Другой он захлопнул дверцу.

– В каком-то смысле да, но это никогда их по-настоящему не «устраивало». Похоже на слишком медленно закипающую воду – ты смотришь, как на дне кастрюли начинают образовываться пузырьки, но все никак не доходят до верха, – объясняю я.

– Порядок. А теперь заводите машину и выезжайте на улицу, – приказал он Сингху.

– А это всегда было похоже на медленное закипание?

В свете фар на одном из газонов они увидели неподвижно лежавшего на траве ротвейлера.

– Нет.

– Мои собачки… доченька так их любит, – запричитал Сингх.

– И как вы думаете, что породило эту непрекращающуюся напряженность? – Он морщит лоб.

– Передайте ей мои соболезнования, – язвительным тоном проговорил Дэниел, однако не выдержал и добавил: – Я просто усыпил животных. Так что не печальтесь.

– Ее породила новая жена Брайса, Кристал.

Они выехали на улицу.

– А почему? – Сэнфорд опять откидывается назад.

– Мой магазин… мой супермаркет… Там пожар, – жалостливо бормотал Сингх. – Думаю, это ваших рук дело, доктор. А ведь я вложил в это предприятие несколько миллионов.

– В этой группе женщин жена была заменена впервые, и мне кажется, это заставило остальных сомневаться в крепости своих браков, в смысле своего существования и задаваться вопросом о том, кем они станут, если перестанут быть женами. Это внушило им страх, а страх сводит людей с ума.

– Примите мои соболезнования, – усмехнулся Дэниел. – Что ни говори, а жизнь – тяжелая штука, верно, мистер Сингх? Но я почему-то уверен, что гораздо тяжелее придется страховой компании, а не вам. Ладно, поехали на склад.

Я смотрю на часы на стене. Сейчас два часа дня. Я сижу здесь уже шесть часов, а мы еще только едва-едва затронули тему. Когда я вызвалась прийти и поговорить с детективом, возглавляющим расследование этого дела, я не ожидала, что это займет столько времени. Как бы мне ни хотелось помочь, я устала. Я зеваю, разинув рот так широко, что у меня закрываются глаза и из их уголков вытекают слезы. Я тру их, чтобы не заснуть.

– На склад? – чуть не поперхнулся от удивления Сингх. – Какой склад?

Детектив Сэнфорд глядит на часы, затем снова переводит взгляд на меня.

– На тот, где вы, Чави и я встретились сегодня утром. Туда и поедем.

– Вам нужен перерыв?

Четти свернул на одну из боковых улочек, как его просили. Он по-прежнему обливался потом, кроме того, от него несло чесноком, и Дэниел включил кондиционер.

Никто из мужчин не проронил больше ни слова, хотя Четти изредка поглядывал в заднее зеркальце в тщетной надежде на неожиданную помощь. Однако ночные улицы были пустынны, и только однажды, когда «кадиллак» притормозил возле светофора, их догнал серый полицейский «лендровер», ярко осветивший сзади салон их автомобиля. Выглянув в окно, Дэниел увидел на переднем сиденье двух полицейских в фуражках с задранными кверху козырьками.

– Да, и я умираю с голоду.

Он мгновенно почувствовал, как напрягся Четти Сингх, незаметно пытаясь дотянуться до ручки дверцы.

– Я могу об этом позаботиться. Вам пиццу или бургеры?

– Пожалуйста, господин Сингх, – вежливо произнес Дэниел. – Без глупостей. Окровавленное месиво из ваших кишок так испортит обшивку лимузина, что цена на него резко упадет.

– Пиццу, – отвечаю я с чуть заметной улыбкой.

– Я так и подумал, что вы из тех, что предпочитают пиццу. – Он тоже улыбнулся. Детектив Сэнфорд встает со своего стула и идет к двери. Затем останавливается и, повернувшись ко мне, мгновение мнется.

Четти Сингх тяжело вздохнул. Один из полицейских пристально смотрел в их сторону.

Я знаю, что ему действительно нужна моя помощь. Бакхед многосложен, хитро сплетен, как паутина – с виду она красива, но в ней так легко запутаться. Только пауки знают, как передвигаться по ней, не застревая. А я – паук.

– Не мешало бы вам улыбнуться этому типу, – тихо проговорил Дэниел.

– А что вам известно о жизни Кристал… до ее переезда в Бакхед? – спрашивает он.

Четти повернул голову и что-то прохрюкал, изображая некое подобие улыбки. Полицейский тут же отвернулся. На светофоре загорелся зеленый свет, и полицейская машина рванулась с места.

– Пусть они отъедут подальше, – сказал Дэниел. На следующем перекрестке полицейские повернули налево.

Я пытаюсь вспомнить то, что узнала о ней, то, что слышала то тут, то там. Она работала барменшей в Техасе – это все, что мне было известно о ней. Никто никогда по-настоящему не расспрашивал ее о ее прошлом, если это не касалось вопроса о том, как начались ее отношения с Брайсом.

– Должен признать, вы держались молодцом, – поздравил Сингха Дэниел. – Просто молодцом. Рад за вас.

– Вообще-то, я мало что об этом знаю.

– Доктор, почему вы так жестоко издеваетесь надо мной?

Детектив Сэнфорд поджимает губы и кивает:

– Ну, ну, не портите мое впечатление о вас, господин Сингх, и не задавайте таких идиотских вопросов, – посоветовал Дэниел. – Вы отлично знаете, почему я это делаю.

– Я так и думал. А между тем у нее, похоже, была своя собственная непростая история. – Он открывает дверь, закрывает ее за собой, и его слова повисают в воздухе.

– Но какое вам дело, что кто-то куда-то вывозит контрабандой слоновую кость? – в замешательстве спросил Сингх.

39. Карен

– Вообще-то, кража слоновой кости не должна оставлять равнодушным любого нормального человека. Но вы правы. Не это является главной причиной того, что я влез в это грязное дело.

Я в последний раз выжала воду из швабры в раковину в кладовке и прислонила ее к стене. И, закрыв за собой дверь, вернулась в зал. Шеннон бросила пакет, полный грязных салфеток, крошек и пустых бутылок из-под шампанского в мусорное ведро. Дженни энергично вытирала влажной тряпкой столы и кресла. Они и без того были чистыми, но она все равно продолжала тереть. Киша собрала грязную посуду.

– Что касается моего приказа Чави, то честно признаюсь, ничего личного в этом не было. Вы сами навлекли на себя беду, и не стоит обвинять меня только потому, что я защищал свое имущество. Возможно, вам известно, что я богатый человек, доктор. И буду только рад возместить вам деньгами за все оскорбления, нанесенные вашим достоинству и чести. Назовите цифру. Десять тысяч американских долларов устроят? Это вполне приличная сумма, которая восполнит все с лихвой, – залепетал Сингх.

– Вам вовсе незачем мне помогать, – сказала Дженни, сдув волосы, упавшие ей на лицо, и вытерев пот со лба.

– Неужели это ваше последнее предложение? Да вы просто скупердяй, мистер Сингх, – хмыкнул Дэниел.

– Вздор. – Шеннон собрала оставшийся мусор.

– Мы больше не будем оставлять за собой грязь, чтобы ты ее убирала. Мы же взрослые женщины, – подтвердила я.

– Конечно, конечно, вы правы! Пусть будет… двадцать пять тысяч долларов. Нет! Пятьдесят. Да, пятьдесят тысяч долларов.

– Верно, и к тому же ты платишь мне, – со смехом добавила Киша.

– Джонни Нзоу был одним из моих лучших друзей, – дрогнувшим голосом проговорил Дэниел. – У него была красивая и замечательная жена. И трое чудесных ребятишек: две девочки и мальчик. Мальчика назвали моим именем.

– Хорошо, хорошо. – Тяжело дыша, Дженни уселась в парикмахерское кресло и сделала шумный выдох.

– Признаюсь, вы окончательно сбили меня с толку, доктор. Кто такой этот ваш Джонни Нзоу? – спросил Четти Сингх. – Хорошо, я даю вам за него еще пятьдесят тысяч долларов. Итого, сто тысяч. Я даю вам сто тысяч долларов, и вы исчезаете, договорились? Забудем обо всех глупостях, и все такое. Ничего особенного не произошло. Вообще ничего не произошло. Я правильно рассуждаю, доктор?

– Поздно, господин Сингх. Спрашиваете, кто такой Джонни Нзоу? Он был главным смотрителем в Национальном парке Чивеве.

Мы последовали ее примеру и сели в круг. И оглядели салон, в котором опять все блестело. Не осталось никаких следов того, что произошло здесь час назад. Кровь, вытекшая из носа Марка, была замыта, и мы прибрали все, что было опрокинуто на пол. Все столы для маникюра были убраны, внештатные маникюрши упаковали свои принадлежности и быстро ушли.

Казалось, Четти Сингх потерял дар речи.

– Мне очень жаль, доктор, – спустя некоторое время произнес он. – Эти приказы отдавал не я… – В голосе Сингха послышались панические нотки. – В сущности, я не имею к этому никакого отношения. Это все дело рук… китайца.

– Шеннон, ты пойдешь на это новоселье? – спросила Киша, и ее вопрос явно был искренен.

– Расскажите мне о нем, господин Сингх.

– И вы можете поклясться, что не причините мне зла, если я расскажу вам о китайце? – запинаясь, спросил Сингх.

– Нет, не пойду. Тебе пришлось бы приставить к моей голове пистолет, чтобы заставить меня. – Шеннон отпила глоток воды и скривилась при мысли об этом.

Дэниел ничего не отвечал, словно размышляя над предложением Четти Сингха.

– Я тебя не виню, – отозвалась Дженни. – То, что Брайс сделал сегодня, переходит все границы.

– Очень хорошо, – кивнул он наконец. – Мы отправимся к вам на склад и там спокойно поговорим. Вы расскажете все, что знаете о Нинг Чжэн Гоне, и я вас отпущу, не причинив вам никакого вреда.

Нервно поглаживая тускло поблескивавшую приборную доску, Сингх пристально посмотрел на Дэниела.

– И давайте не будем забывать о том, что произошло на приеме, и о том видео. – Шеннон скрестила руки на груди.

– Я доверяю вам, доктор Армстронг. Я знаю, что вы человек честный и умеете держать слово.

Я кивнула:

– Именно так, господин Сингх, – кивнул Дэниел. – А теперь поехали на склад.

– Сегодня тут отличился не только Брайс. Мой муж тоже вел себя как идиот. Мне непонятны его стремление защищать Оливию и эта его дурацкая враждебность по отношению к Дину. – Я вслед за Шеннон тоже сложила руки на груди.

Проезжая мимо лесопилки, они увидели, что двор, заваленный пиломатериалами, ярко освещен и бригады пильщиков заняты своей обычной работой. Визг пил, разрезавших дерево, слышался, несмотря на закрытые окна автомобиля.

– Но она же его клиентка, не так ли? – спросила Киша.

– Вы очень неплохой бизнесмен, мистер Сингх. Ваши рабочие трудятся и ночью.

– Вообще-то да…

– Дело в том, что в конце этой недели необходимо отправить большую партию товара в Австралию.

– А вы с ней подруги? – Киша закинула ногу на ногу и принялась качать ею.

– Наверняка вам хочется дожить до того дня, когда вы сможете убедиться, что эта сделка принесла прибыль. Так что валяйте, рассказывайте.

– Едва ли. – Я закатила глаза.

Склад в конце улицы был погружен в темноту. Четти Сингх остановил машину у главных ворот. Ни охранника, ни света в будке.

До того как Шеннон и Брайс развелись и на сцене появилась Кристал, Оливия, Шеннон и я были близки. Но после того, как стало известно, что Шеннон и Брайс разводятся, наша дружба распалась и мы все больше и больше отдалялись друг от друга. Я по-прежнему была близка к Шеннон, хотя иногда ей было нужно побыть одной, но Оливия пыталась вбить между всеми нами клин.

– Левостороннее управление, – извиняющимся тоном заметил Сингх, показывая на руль «кадиллака», – так что вам придется самому открыть ворота.

– Возможно, дело и правда в том, что он хочет защитить ее, поскольку она его клиентка и твоя типа подруга. – Киша пыталась разгадать эту головоломку.

– Или же он с ней спит, – выпалила Шеннон.

И Сингх подал Дэниелу пластиковую электронную карточку, наподобие той, что Дэниел вытащил из кармана Чави.

У меня округлились глаза и раскрылся рот.

Опустив боковое стекло, Дэниел протянул руку и засунул карточку в щель электронного замка. Шлагбаум поднялся, и машина въехала во двор. Шлагбаум автоматически опустился за ними.

– Ты думаешь, он с ней спит?

– Ваш леопард, должно быть, экономит кучу денег. Охранникам платить не приходится, а это существенные суммы. – Дэниел говорил чуть ли не дружеским тоном, что не мешало ему, впрочем, крепко прижимать ружье к ребрам Сингха. – Я, правда, не понимаю, как вам удалось превратить это животное в столь свирепого зверя. Из собственного опыта знаю, что леопарды обычно не нападают на человека. Если только зверя не вынудить к этому.

Я встала со своего места и начала ходить взад и вперед. Мне всегда было трудно сидеть, отсюда и моя потребность в пробежках. Я попыталась воссоздать в голове последние несколько месяцев с тех пор, как Марк начал вести себя странно.

– Совершенно верно, – осклабился Сингх. С момента их договоренности он почувствовал себя гораздо увереннее и даже перестал потеть. А сейчас впервые за все время встречи добродушно хмыкнул. – Человек, продавший Нанди, дал мне весьма дельный совет. Видите ли, время от времени этого зверя просто необходимо… подбадривать. Да, да, именно так. И потому периодически я прижигаю леопарду гениталии раскаленным железным прутом. – Искренне развеселившись, Четти хмыкнул снова – Бог ты мой, леопард из-за этого свирепеет прямо на глазах. Ревет так, что мороз по коже.

– Хм. Нет, по правде говоря, я не знаю. Это были просто мысли вслух. Ты же знаешь, как это бывает у меня, Карен, – сказала Шеннон и принужденно рассмеялась.

– Да, давайте не будем опережать события, – вмешалась Дженни.

– То есть вы специально мучаете зверя, чтобы разозлить его? – ошеломленно спросил Дэниел, пораженный услышанным. И как ни старался он скрыть свои чувства, в его голосе прозвучало столько презрения и негодования, что Четти Сингх невольно поежился на своем сиденье.

Я начала ходить быстрее, мои туфли громко стучали по паркетному полу. Что, если он и вправду изменяет мне? Изменяет с Оливией? Неужели он мог так поступить со мной? Неужели он мог так поступить с Райли? Ох, Райли. Когда я подумала о моем маленьком сыне, у меня болезненно сжалось сердце. Могу ли я вообще возмущаться после того, что было между мной и Кишей?

– Мне надо это выяснить. Разве не так? Например, наняв частного детектива? – Я замолчала и посмотрела на каждую из них, ища подтверждения.

– Вы, англичане, чрезмерно сентиментальны по отношению к животным… – забормотал Сингх. – А это обычный способ дрессировки, и очень эффективный. Раны, наносимые мною, очень быстро заживают.

Дженни кивнула.

Сингх затормозил у дверей склада, и Дэниелу снова пришлось воспользоваться электронной карточкой-ключом. Въехав внутрь помещения, они услышали, как двери за ними с грохотом задвинулись.

Шеннон пожала плечами.

– Поставьте машину на погрузочную платформу, – приказал Дэниел.

Яркий свет фар, разрезавший темноту, осветил опорные балки и рифленые стены склада, похожего на пещеру. На полу по-прежнему громоздились горы различных товаров.

Киша ущипнула себя за переносицу и устремила на меня осуждающий взгляд. Ей не было нужды что-то говорить. Я и так знала, о чем она думает.

Неожиданно направленный вверх сноп света выхватил из темноты силуэт зверя.

– От этого тебе хуже не будет, – сказала Шеннон. – Ну, ты понимаешь… чтобы удостовериться. – Она порылась в своей сумке и достала из нее визитную карточку. – Вот, держи.

Огромная кошка сидела на самом верху аккуратно сложенных погрузочных ящиков. Освещенный ярким светом хищник мгновенно напружинился; желтые огоньки глаз зловеще поблескивали. Леопард зарычал, обнажив свои острые клыки, но уже в следующее мгновение исчез за горой ящиков.

– Что это? – Я взяла карточку. Надпись на ней гласила: «Уильям Беллинджер, частный детектив».

– Заметили раны на его морде? – укоризненно спросил Сингх. – Ваших рук дело. А вы обвиняете в жестокости меня, доктор Армстронг. Хищник ведет себя чрезвычайно агрессивно и не подчиняется никаким командам. Если так и дальше пойдет, вполне возможно, что мне придется его убить. Леопард стал крайне опасен.

– Некоторое время назад я прибегала к его услугам. – Шеннон достала из сумки красную помаду и медленно накрасила ею губы.

– Остановитесь здесь, – велел Дэниел, будто вообще не слышал слов Сингха. – Теперь можно и поговорить. Только выключите двигатель и фары.

– Погоди – чтобы он проследил за Брайсом? – спросила Дженни.

И Дэниел щелкнул тумблером внутреннего освещения. Салон автомобиля затопило мягким светом спрятанных под крышей корпуса лампочек.

– В том числе, – ответила Шеннон, слегка махнув рукой.

Они несколько минут помолчали, пока Дэниел наконец не спросил: – Итак, господин Сингх, где и когда вы впервые встретились с Нинг Чжэн Гоном?

– Возможно, мне следовало бы нанять частного детектива, чтобы выяснить, кто вломился в мой салон. Думаю, хуже всего именно это – неизвестность. Ощущение, что они могут вернуться в любую минуту, – проговорила Дженни, но мне показалось, что она даже не сознает, что произносит это вслух, потому что в эту минуту она не смотрела ни на кого из нас.

– Примерно три года назад, – заговорил Сингх. – Один наш общий друг сообщил мне, что Нинг интересуется слоновой костью и кое-какими другими товарами, которые я мог бы ему поставлять.

Киша взяла Дженни за руку, выведя ее из оцепенения.

– Что за товары? – снова спросил Дэниел.

– Если тебе станет от этого легче, то да, тебе стоит это сделать.

Четти Сингх заколебался, и Дэниелу пришлось легонько ткнуть его дулом двустволки под ребра.

Дженни поглядела на Кишу:

– Возможно, я так и сделаю. Но тебе, Карен, однозначно нужно обратиться к нему.

– Давайте честно выполнять условия нашего договора, – тихо напомнил он.

Я кивнула и положила карточку в карман. Я не знала, воспользуюсь ли я ею, но лучше иметь ее под рукой. Если Оливия действительно спит с моим мужем, то что еще она может сделать?

– Это алмазы… – Сингх съежился от прикосновения ружья. – Алмазы из Намибии и Анголы, а также изумруды. Из Сэндваны. Кроме того, редкие драгоценные камни из Танзании, из знаменитых шахт в Аруше… Кое-что из страны зулусов…

40. Кристал

– Я вижу, у вас широкие связи на этом континенте, господин Сингх.

Оливия сидела напротив меня на похожем на трон кресле с лиловой обивкой в своей просторной и шикарной гостиной. Дом, в котором жили она и Дин, был невероятно роскошен. Все здесь было отделано золотом, везде виднелись оникс и белый мрамор. Я не знаю, какую именно фирму по дизайну интерьеров она нанимала, но уверена, что самую помпезную и дорогую. Именно таким я и представляла себе ее вкус в отношении декора. Ее дом представлял собой какой-то архитектурный сюр и поражал своими размерами – десять спален, восемь ванных, открытый бассейн, огромный сад и теннисные корты. Как и сама Оливия, он словно бросал вызов всем и вся, и все в нем было чересчур. Я была знакома с ней недолго, но за это время успела понять, что она именно такова.

– Я бизнесмен, доктор. И надеюсь, неплохой. Я бы даже сказал, лучший – в своей области, конечно. Именно поэтому господин Нинг имеет дело со мной.

– Следовательно, ваши сделки были взаимовыгодными?

Она прижимала к глазу пакет с почти растаявшим льдом. Мы сидели здесь уже полчаса, в основном разговаривая о великолепии дома, в котором она жила. Мне хотелось уйти, но я не желала оставлять ее в таком состоянии. Оливия была не очень-то добрым человеком, но она все-таки была человеком. Я знала, что то, что с ней сделал Дин, было случайностью. Однако то, что он сделал с Марком, было сделано намеренно, и я видела, что внутри у него кипит ярость. И боялась, что когда-нибудь эта ярость выплеснется на Оливию, если это уже не произошло.

Четти Сингх пожал плечами.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке? – спросила я уже в сотый раз.

– Ну-у… Чжэн Гон имеет право пользоваться дипломатической почтой. Следовательно, поставки становятся абсолютно безопасными.

– Да. Это вышло случайно.

– Наверное, за исключением тех случаев, когда товар слишком громоздкий, – заметил Дэниел. – Как, например, бивни слонов.

– На этот раз да, но как насчет следующего? – Я беспокойно поерзала на диване.

– Не буду спорить, – согласился Сингх. – Но в любом случае, у этого человека чрезвычайно обширные и полезные семейные связи. Тайвань, скажу я вам, – это настоящая entrepot[11].

Оливия сделала глубокий вдох и отняла пакет со льдом от своего лица. Положив его на журнальный столик, она откинулась на спинку своего кресла и прижала кончики пальцев к подбитому глазу. Она морщилась, но продолжала нажимать. Было видно, что ей больно, но она не переставала нажимать, что показалось мне довольно странным. Затем, перестав нажимать, она посмотрела прямо мне в глаза.

– Хорошо. Расскажите подробнее о ваших сделках. Даты, товары, стоимость и прочее…

– Следующего раза не будет, – сказала она.

– Но сделок было много, – запротестовал Четти Сингх. – Я всего не помню.

– Ты в этом уверена?

– Вы только что сказали, что вы хороший бизнесмен, – снова ткнул его ружьем Дэниел. Четти попробовал отодвинуться, но уперся в запертую дверцу машины. – Я уверен, вы помните все до единой сделки.

– Да, Кристал. Я отнюдь не маленькая девочка, не умеющая за себя постоять.

– Я не говорила, что ты не можешь за себя постоять, но сама я думала так же…

– Ну, хорошо, – сдался Сингх. – Первая наша встреча состоялась в начале февраля три года тому назад. Слоновая кость. Стоимость – пять тысяч долларов. Эта пробная поставка прошла без сучка без задоринки. В конце того же месяца состоялась вторая сделка – опять слоновая кость и носорожьи рога – на шестьдесят две тысячи долларов. В мае того же года – изумруды на четыреста тысяч…

Лицо Оливии просияло, и она подалась вперед.

За годы своего репортерства Дэниел хорошо натренировал свою память и знал, что сумеет удержать в памяти все детали, пока не появится возможность записать. Рассказ Четти Сингха длился почти двадцать минут. Индиец говорил быстро и четко и наконец закончил: – Ну, а потом эта последняя партия. Та, о которой вам все известно.

– С тобой что-то произошло?

– Понятно, – кивнул Дэниел. – Но давайте еще раз вернемся к Чивеве. Чья это была идея, господин Сингх?

Я опять беспокойно поерзала.

– Чжэн Гона. Это была его идея, – выпалил Сингх.

– Э-э-э. Нет… Я просто пыталась представить себе, каково тебе сейчас, что́ тебе приходится переживать, – неубедительно проговорила я. Уголки губ Оливии приподнялись, и она снова откинулась назад.

– Полагаю, вы лжете. Весьма маловероятно, чтобы он знал об этом складе слоновой кости. О его местонахождении знал очень узкий круг людей. Уверен, эта сделка касалась и ваших интересов…

– Мне ничего не приходится переживать, – отрезала она. – Так что просто оставь эту тему.

– Ладно, ладно, – согласился Сингх. – В самом деле, я давно знал об этом складе и просто ждал случая. А Нинг попросил что-нибудь… эдакое. Срок его посольских полномочий подходит к концу. Он возвращается домой и хочет произвести должное впечатление на своего отца.

Я смущенно огляделась по сторонам. Вошла пожилая женщина и протянула нам по стакану сладкого чая со льдом. Оливия взяла свой стакан, не обратив на женщину ни малейшего внимания, я же поблагодарила ее.

– Но бандитов нанимали вы, не так ли? Нинг сделать это никак не мог. Такого рода связей у него нет.

– Извини, Оливия. Я просто хотела удостовериться, что с тобой все в порядке. Я вовсе не собираюсь лезть в твои дела. – Я отпила глоток чаю со льдом.

– Я не отдавал приказа убивать вашего друга. – Голос Сингха снова задрожал. – Я не хотел, чтобы это случилось.

Оливия кивнула:

– Ну да, вы хотели оставить их в живых, чтобы они смогли рассказать полиции о господине Нинге.

– Ничего. Просто я чувствую себя не в своей тарелке, когда кто-то плохо говорит о Дине. Ведь он мой муж. Я уверена, что ты так же относишься к Брайсу. – Она вскинула бровь, потягивая свой чай со льдом.

– Да. То есть нет, нет! Это все Нинг придумал. Я вовсе не сторонник того, чтобы убивать невинных.

– Разумеется, – согласилась я, поставив свой стакан на серебряный поднос.

– И именно поэтому вы отправили меня с Чави прогуляться в горы?

– Я рада, что мы с тобой подруги, – сказала Оливия, смерив меня взглядом.

– Нет! Вы просто не оставили мне выбора, доктор Армстронг! Пожалуйста, вы должны понять! Я бизнесмен, а не бандит.

– Я тоже. – Я прикусила губы и начала теребить ногти, не зная, что еще сказать.

– Ладно, не будем пока об этом. Скажите, и каковы же ваши дальнейшие планы сотрудничества с Нингом? Уверен, такое выгодное партнерство следует продолжать и после его возвращения на Тайвань.

– Я предпочитаю, чтобы мой ближний круг оставался узким, так что тебе повезло, что ты стала его частью. – Оливия склонила голову набок и самодовольно ухмыльнулась.

– О, нет, вы ошибаетесь, доктор Армстронг.

– Да… Тебе что-нибудь нужно? – Я встала с дивана и приготовилась быстро уйти.

– Простите, но, похоже, вы опять лжете, господин Сингх. Вы снова нарушаете наш договор.

– Я бы хотела, чтобы завтра ты поужинала со мной и Дином. И приведи с собой Брайса. Мы устроим двойное свидание.

Я попыталась найти какой-нибудь предлог для отказа. Мне не хотелось ни с кем встречаться, и мне не нравился Дин. Бакхед сводил меня с ума, но, немного поколебавшись, я все же нехотя сказала «да».

И Дэниел так сильно пихнул Сингха ружьем, что тот вскрикнул.

– Отлично. Приходите в семь, хорошо?

– Да, вы правы. Но, пожалуйста, не делайте мне больно. Мне трудно говорить.

Я кивнула. Она встала со своего кресла, подошла ко мне, обняла меня, затем разжала объятия и, прежде чем я успела повернуться, чтобы взять сумочку, сжала мои плечи и посмотрела мне в глаза:

Дэниел отодвинул ружье.

– Вот и славно. Мы скажем нашему повару приготовить оссобуко[12]. Ты, вероятно, не знаешь, что это такое, но поверь мне, отведав, умрешь от восторга.

– Должен признаться, господин Сингх, что буду просто счастлив воспользоваться даже малейшим шансом нарушить нашу договоренность. Девочки Джонни Нзоу были совсем маленькие: одной десять лет, а второй восемь. Ваши ублюдки изнасиловали их. А его сынишка Дэниел, мой крестник, был и вовсе четырехлетним крошкой. Эти подонки размозжили его голову о стену. Чтобы видеть все это, нужны крепкие нервы. Повторяю, что буду весьма рад, если вы дадите мне любой повод нарушить наш договор.

Оливия растянула губы в широкой улыбке, показав все зубы, как делают приматы, перед тем как атаковать. Я тоже улыбнулась. За те две недели, что я знала Оливию, я заметила, что она может быть одновременно и жестокой, и доброй. Это ее поведение было неестественным… И оно было умышленным.

– Мне очень неприятно слышать все это, доктор. Я человек семейный, и поверьте, мне совсем не хотелось…

– Давайте лучше поговорим о Чжэне, а не о вашей чувствительной душе, господин Сингх. У вас с Нингом есть планы на будущее, не так ли?

41. Оливия

– Некоторые возможности мы обсуждали, – кивнул Четти Сингх. – Дело в том, что семейство Нинг инвестирует в Африке очень много предприятий. Чжэн надеется, что, после того, как он преподнесет отцу такой богатый подарок – я имею в виду партию слоновой кости, – его влияние на старика возрастет. Нинг полагает, что главой отделения «Везучего дракона» в Африке отец сделает именно его. А это их главная холдинговая компания.

Я впорхнула в столовую, одетая в обтягивающее красное платье и с решительным лицом. На моих шее, запястьях и пальцах сверкали бриллианты. Мои волосы были безупречно уложены, и, благодаря макияжу, искусно наложенному Дженни, на моем лице не было видно никаких следов вчерашней накладки. Я проследила за тем, чтобы все было в безукоризненном порядке. Белая шелковая скатерть, фарфоровая посуда, украшенная позолотой. На огромном столе красного дерева стояло несколько бутылок красного вина. Кристал и Брайс должны были вот-вот прийти, и я была твердо намерена сделать так, чтобы сегодняшний вечер прошел хорошо. Поначалу мои отношения с Кристал не заладились, и я видела, что она относится ко мне настороженно, что в моем обществе ей неуютно. И сегодня я собиралась исправить это. Пары, принадлежащие к сильным мира сего, должны держаться вместе.

– И для вас, конечно, найдется местечко в этом обширном предприятии, верно? Услуги столь многопрофильного эксперта придутся как нельзя кстати. Думаю, вы обсуждали это с Нингом?

Мне не нужны были новые разборки. Они приводят к морщинам, и мне приходилось делать инъекции ботокса все чаще. Но Кристал нервировала меня, хотя я не понимала почему. Надо будет поговорить об этом с моим психотерапевтом, чтобы разобраться, в чем тут дело. У меня не было причин питать к ней неприязнь. Поскольку Шеннон должна была скоро покинуть нашу компанию, хотела она того или нет, Кристал предстояло занять ее место. Надо признать, что количество дает силу, так что я не могла просто так выбрасывать людей вон, не заменяя их. Кристал и была такой заменой – как для Брайса, так и для моей сферы влияния.

– Нет… – Четти вскрикнул от боли, когда ствол ружья в третий раз врезался ему в живот. – Пожалуйста, не делайте этого, доктор, у меня высокое давление. Такое грубое обращение совершенно противопоказано моему здоровью.

В дверь позвонили. Я собралась было позвать прислугу, чтобы она открыла дверь, но затем решила, что будет любезнее, если я открою сама. Сделав глубокий вдох, я приподняла уголки губ в приветливой улыбке. Она была деланой, но располагающей.

– Расскажите о ваших планах сотрудничества с Чжэном, – потребовал Дэниел. – Где проводится ваша следующая операция?

Я распахнула большую арочную дверь и увидела Кристал и Брайса. Кристал была одета в облегающее бледно-розовое платье, а Брайс, как обычно во время своей избирательной кампании, в темно-синий костюм и красный галстук. На его лице играла фирменная широкая улыбка. Кристал неловко улыбалась, пытаясь придать своим губам изгиб, наиболее подходящий для приветствия. Она протянула мне бутылку «Вдовы Клико».

– В Убомо, – с трудом выдавил из себя Четти Сингх. – «Везучий дракон» намерен перебраться в Убомо.

«Дом Периньон» был бы более подходящим выбором».

– Убомо? – искренне удивился Дэниел. – К президенту Омеру?

– Спасибо. Входите, входите. – Я обняла и ее, и его. – Дин, они уже здесь, – крикнула, оглянувшись, когда они переступили порог.

Дело в том, что государство Убомо считалось на Африканском континенте сказочным местом. Как и Малави, оно ютилось на одном из предгорий Восточно-Африканского разлома. В этой стране чистых озер, девственных лесов и гор в восточной части Африки сходились африканская саванна и древние экваториальные леса.

– Спасибо, что вы пригласили нас, – сказала Кристал.

Как и Хейстингс Банда, президент Омеру считался мудрым, хотя и суровым руководителем своей страны. Благодаря ему, Убомо не было обременено внешними долгами, и страну не раздирали жестокие межплеменные распри.

– Нет, спасибо вам, что вы пришли. Мы так рады, что вы согласились поужинать с нами.

Дэниел точно знал, что Омеру жил в обычном кирпичном коттедже, покрытом рифленым железом, и сам водил свой «лендровер». У него не было ни мраморных дворцов, ни роскошных черных «мерседесов», как не было и личного реактивного самолета. На совещания Организации Африканского Единства он летал туристическим классом на обычном самолете, подавая тем самым прекрасный пример скромности своим согражданам. Омеру играл для всех роль маяка в пустынном океане. «Везучий дракон» вряд ли захочет иметь дело с таким человеком.

– Я рад, что вы смогли выбраться к нам. – Дин сбежал по винтовой лестнице.

– Омеру? – переспросил Дэниел. – Ерунда какая-то.

Он был одет в черные брюки и белую рубашку – не так официально, как Брайс, но Дин никогда не одевался и не вел себя так уж официально. Он обнял Кристал, пожал руку Брайсу, затем проводил их в гостиную, чтобы выпить, показав им по дороге тридцатифутовые потолки и великолепные интерьеры нашего дома.

– Омеру – человек консервативный. Он уже совсем стар и былым влиянием давно не пользуется, – самоуверенно заявил Сингх. – Вся беда в том, что он противится любым новшествам и переменам. Думаю, очень скоро он уйдет с политической сцены. Все уже организовано. Убомо будет править человек молодой и энергичный…

– Мы с Кристал с нетерпением ждем нашей вечеринки в честь новоселья. Нам не терпится продемонстрировать вам всем пристройку, которую мы добавили к нашему дому, и дизайнерские способности Кристал. Верно, дорогая? – Брайс обвил ее рукой и притянул к себе.

– Верно, – подтвердила она.

– И неравнодушный к деньгам, – добавил Дэниел. – Интересно, какое отношение ко всему этому имеет Чжэн и «Везучий дракон»?

Я сжала руки, когда они сели на огромный диван.

– Детали мне не известны. Наши отношения с Чжэном не настолько доверительны… Но он обратился ко мне с просьбой направить в Убомо моих людей. Чтобы они были готовы действовать в любой день.

– Дизайнерские способности? – произнесла я, подняв бровь. – Я и не подозревала, что ты дизайнер, Кристал. Очень удивлена. Я сама разработала дизайн всех интерьеров в этом доме. Как он вам? Что вы о нем думаете?

– Когда?

Она с усилием сглотнула. Дин протянул им хрустальные бокалы для шампанского. Прежде чем ответить, Кристал отпила глоток.

– Я же сказал, что не знаю. Думаю, скоро.

– Я не изучала ни дизайн интерьеров, ни дизайн вообще. Просто Брайс гордится моим вкусом, а что до интерьеров вашего дома, то они выглядят… дорого, – проговорила она, отпив еще глоток.

– В этом году? В следующем?

– Спасибо. – Я очаровательно улыбнулась. – Именно такое впечатление я и желала создать. Мне хотелось, чтобы наши гости чувствовали, что находиться в нашем доме – это честь.

– Я не знаю, доктор! Я ничего от вас не скрываю. Я честно выполнил свое обещание. Но и вы должны сдержать свое слово. Полагаю, что вы человек чести. Англичанин, джентльмен… Я правильно думаю, доктор?

– Я хочу предложить тост, – объявил Дин, подняв свой бокал. Мы все последовали его примеру и подняли свои. – За хороших друзей, новые начинания и долгую жизнь.

– Так о чем мы с вами договаривались, господин Сингх? Напомните мне, пожалуйста, – попросил Дэниел, не ослабляя нажима ружьем.

Мы кивнули, чокнулись и выпили за это.

– После того как я расскажу вам все, что знаю о Чжэн Гоне, вы немедленно отпускаете меня, не причинив мне вреда.

– А мы упоминали, что наша вечеринка в честь новоселья будет костюмированной? – Брайс сделал еще один глоток шампанского.

– А я вам его причинил, господин Сингх?

– Нет, и я уже купила себе платье, очень дорогое платье, – сказала я, досадливо фыркнув.

– Нет. Пока нет. – Сингх снова обливался потом, напуганный тоном, каким были произнесены эти слова.

– Прибереги его для другого случая. – Дин подошел ко мне, обхватил рукой мою талию и прижал меня к себе, пожалуй, слишком уж крепко.

А Дэниел внезапно потянулся к ручке дверцы, о которую упирался Сингх, и нажал на нее. Он проделал это столь неожиданно и быстро, что Сингх даже не успел прореагировать. Он прижимался к дверце, стараясь держаться подальше от дула ружья.

– Я уверена, что ты все равно можешь прийти к нам в этом платье. Маскарадные костюмы необязательны, – подала голос Кристал.

– А теперь я вас отпускаю, как и обещал, господин Сингх, – тихо проговорил Дэниел и одной рукой повернул ручку на дверце водителя, а второй, схватив Четти Сингха за рубашку, изо всех сил толкнул его в грудь.

– Вздор. Они обязательны. Поскольку наша вечеринка состоится в уик-энд после Хэллоуина, мы решили, что это будет как нельзя более уместно, – заявил Брайс.

Дверца машины распахнулась, и Сингх вывалился от внезапного толчка наружу. Упав на цементный пол склада, он кубарем покатился по нему, не в состоянии произнести ни слова от ужаса и боли.

– Да, дорогая. Это будет забавно. Нет ничего лучше, чем притвориться, что ты не ты, а кто-то другой, – сказал Дин.

Между тем Дэниел захлопнул дверцу «кадиллака» и запер ее. А затем включил фары. Какое-то время ничего не происходило. Четти Сингх, словно парализованный, скрючился на полу склада, а Дэниел холодно наблюдал за ним сквозь пуленепробиваемые стекла автомобиля. Внезапно в глубине склада раздался устрашающий рев леопарда.

– Только если речь не идет обо мне. Если бы кем-то другим притворился я, то это было бы для меня понижением статуса. – Брайс захохотал.