– У нас есть ордер на обыск вашего кабинета и дома, во всяком случае. Будет интересно посмотреть, что в вашем компьютере.
– Нет-нет, вы не можете, – покачал головой Стенгель. – Рыться в моих архивах? Это невозможно. Я обязан хранить врачебную тайну. Все строго конфиденциально. Знаете что, думаю, я все-таки возьму адвоката. Этому надо положить конец. Любой ценой. Ради моих пациентов.
Мунк нажал на кнопку.
– Подозреваемый попросил защиты адвоката. Допрос окончен в 13:06.
– Хорошо, – произнес Мунк. – Кому будем звонить?
– Мой телефон, – кивнул Стенгель на изъятый мобильный, лежавший на краю стола.
Миа подвинула его ему, вместе с ручкой и листком бумаги.
Стенгель записал номер и отдал ей бумажку.
– Сейчас вернусь. – Миа вышла из комнаты.
Мунк склонился над столом и вытащил из пачки в кармане сигарету.
– Итак, между нами, мальчиками, когда дама вышла из комнаты?
Мунк подмигнул и предложил Стенгелю сигарету.
Тот вежливо отказался и слегка улыбнулся.
– Суббота вечер? – спросил Мунк. – Вы были там или нет? Заглядывали в лодку?
– В прошлую субботу?
– Да.
– Вечером? Нет. Последний пациент был у меня днем. И я сразу улетел в Осло. Моему брату исполнилось сорок. Был большой праздник. Около пятидесяти гостей, кажется. Отлично отметили юбилей.
– Значит… в субботу вас на острове не было?
– Нет, вечером нет. У меня на телефоне полно фотографий, если вы мне не верите.
Но какого…
– Дайте мне две минуты, – сказал Мунк.
И в ярости выскочил в коридор.
81
София стояла в первом ряду хора и завороженно наблюдала за лучшим в мире зрелищем. Она поверить не могла, что это правда. Так много людей. И все в такой красивой одежде. Платья всех цветов. Только не черные, их надевают на похороны. И не белые, ведь белый – цвет невесты. Но практически всех остальных цветов. От некоторых платьев – розовых, голубых, сиреневых девочка глаз не могла оторвать. А мужские костюмы намного красивее свадебного наряда принца Уильяма. Почти у всех девочек в хоре были венки на головах, но никто не догадался сплести их из поповника. Многие похвалили венок Софии. Боже, какой красивый венок, в том числе незнакомые люди. Мужчина в сером костюме с очень необычными усами даже обратился к ней по-английски. Она мало что поняла, только wonderful
[15], и, сделав реверанс, ответила ему thank you very much
[16]. Церковь было не узнать. Повсюду цветы, серьезно, повсюду. Даже на образе за алтарем с Иисусом, распятом на кресте, и рыбами. Вокруг него было море цветов, а над ним буквы А и Э – инициалы молодоженов. Александр и Элизабет. Все выглядело просто волшебно. София не могла налюбоваться этой красотой, стоя посреди нее, открыв рот.
Приближалось начало церемонии. К алтарю подошел Александр, а за ним мужчина в сером костюме, не тот, что с усами, и девушка с короткими волосами в прикольном платье с пышной юбкой – свидетели. Они должны передать молодоженам кольца. София слышала, как одна из хористок говорила, что ее мама прочла в журнале, что они страшно дорогие.
У Софии от волнения начал крутить живот, и тут наступила тишина и заиграл орган.
Двери открылись.
И вошла она.
София как можно выше встала на цыпочки.
Ого…
Невеста медленно пошла по проходу с букетом в руках.
Какое платье.
Кружева и шелк.
На декольте мерцали бриллианты.
А сзади, наверное, самый длинный шлейф в мире.
О, какая красавица.
София радостно заулыбалась, ей хотелось даже захлопать в ладоши.
Нура вышла вперед и заняла свое место перед хором.
– Ну что, – прошептала она. – Не забывайте, как мы учили.
Она подняла руки.
– Раз-два-три.
София открыла рот.
И запела во весь голос.
Божья любовь, как источник, чиста и светлааааааа!
82
Миа, зайдя к Луке, попросила его позвонить адвокату, вышла в коридор, где ее встретил разъяренный Мунк, кивнув на переговорную.
– Что? – спросила Миа, когда он закрыл за ними дверь.
Мунк, брызжа слюной, заорал.
– Его, мать твою, тут не было!
– Что? В субботу вечером?
– Он был в Осло. На сорокалетии брата.
– Черт его побери, – пробормотала Миа. – Ты уверен?
– Говорит, у него фото. И билеты на самолет. Мы, конечно, проверим, но, твою мать. Он же знает, что мы взяли бы его, не будь это правдой.
Мунк стукнул кулаком по столу и упал на стул.
– Ладно, – начала Миа. – Это не конец света.
– Не конец света? – крикнул Мунк. – Мы, мать твою, весь остров на уши поставили, чтобы задержать этого человека. Почему ты не проверила?..
Он заметил, что во рту у него была сигарета, и в раздражении кинул ее на пол.
– Я? И когда мне было это проверять? Я отвезла Ханну домой, поговорила с ней десять минут, чтобы получить представление о случившемся и позвонила тебе. У нас был потенциально вооруженный убийца, вообще-то! Я надела на него наручники и посадила в машину к Луке, а потом сразу сюда. Когда я должна была?..
– Окей, окей, сорри. – Мунк подпер голову руками. – Я просто…
– И что нам теперь с ним делать?
Она кивнула на маленькую комнату.
– А? – Мунк поднял взгляд. – Оставим тут, конечно. За все остальное. Не думаю, что адвокат сможет его вытащить из этого. Бюрократическая машина уже запущена, мы его посадим за то, что у него в компьютере. Если девочка сказала правду, конечно.
Он нервно подергал себя за бороду.
– Ей можно доверять? Привести ее на допрос?
– Какого черта мы должны не доверять девочке? – возмущенно спросила Миа. – На допрос? Ты с ума сошел? По-моему, с нее на сегодня хватит.
– Успокойся. – Мунк поднял руки.
– Мне успокоиться? Это тебе надо…
– Ладно, давай закончим этот спор. – Он встал. – Нужен новый план. Дай мне время подумать. Подожди здесь, психолог пусть посидит там. Я пойду покурю.
Миа тихо выругалась и потянулась за кофе. Через секунду у нее зазвонил телефон.
Габриэль.
– Привет, Габриэль, мы тут немного заняты. Можно я тебе перезвоню?
В дверях стояла Нина Риккардо, размахивая бумажкой.
– Конечно, – сказал Габриэль. – Я тут просто кое-что нашел, думаю, тебе стоит знать.
– Что?
– Мне сказать сейчас или?..
– Давай сейчас, кратко. – Миа покачала головой, смотря на Риккардо.
– Ладно, – сказал Габриэль. – Это насчет имен, что ты мне прислала, из того списка. Я наконец закончил его проверять, после священника был еще один человек, который вызвал у меня вопросы. На первый взгляд все было нормально, обычный Фейсбук, Инстаграм, очень религиозная женщина, но ладно. Я решил проверить ее историю, так как она показалась мне слишком короткой.
– Ближе к сути.
– Она ограничивается декабрем тремя годами ранее. До этого – ничего. Я подверг ее более тщательной проверке, и бинго. Ничего удивительного. Три года назад она сменила фамилию.
– О ком речь?
– Нура Странд.
Служительница церкви.
– Нура Викмарк Ульсен, так ее раньше звали. И я кое-что нашел.
– Так?
– В том числе ее старую страничку, и, похоже, эта дама была адептом, я бы сказал, секты. Не знаю даже. Они называли себя Ангелы Божьи. Секты больше не существует, но, покопавшись, я нашел о ней всякое разное. В том числе акции против абортов, поджог синагоги, разговоры на форумах о…
– Вы что, меня не видите? – Риккардо вошла, тряся листком в руке.
– Я тебе перезвоню, Габриэль.
– У меня есть кое-что, – сообщила Нина. – Список молодежной группы содержит только детей, да? Вот список взрослых, кто там бывал.
Она положила листок на стол и показала.
– Нура Странд? – спросила Миа.
– Да, откуда… вы знаете?
Черт подери.
– Идем, – сказала Миа.
И выбежала на лестницу искать Мунка.
83
Нура Странд дождалась, пока последний звук боя часов растворится в воздухе под сводами церкви, и одарила хор широкой красивой улыбкой. Божественно. Настоящая красота. Довольная, она села на лавку, когда к жениху и невесте подошел священник и встал перед ними. Этот безмозглый кретин. Таких, как он, она еще не встречала. Жаль, что она не увидит, как он опозорится перед лицом всей церкви. Хотя какая там церковь. Она превратилась в лавку торговца, увешанную с пола до потолка всякой безвкусицей. Нура бросила взгляд на запрестольный образ. Ладно, этой ужасной мерзости осталось недолго. С воронами он смотрелся гораздо лучше. Нура Странд прикрыла рот рукой, пытаясь удержаться от смеха, когда неумелый священник нервно покашлял и начал проводить обряд.
– Да помилуй вас Господь, отец наш небесный и сын его Иисус Христос. Дорогие Элизабет и Александр. Сегодня вы пришли в церковь Сандстад, чтобы скрепить свои сердца узами брака. Мы собрались здесь порадоваться за вас и услышать ваши клятвы в вечной верности друг другу. Попросим Бога благословить вас и вашу семью, которую вы построите.
Ладно, хватит уже.
Нура встала и осторожно подошла к задней двери.
Хору стоять там?
У двери, правильно.
Да, кукушка, хору стоять там.
Нура улыбнулась хористкам, вышла на лестницу и тихо закрыла дверь за собой.
Естественно, последнее она не произнесла вслух.
Усмехнувшись про себя, Нура сняла с шеи шнурок с двумя ключами, который висел на шее.
Один от этой двери, другой от главного входа.
Проверив, что дверь заперта, она спокойным шагом прошла в сарай за гаражом и надела комбинезон.
И конечно, перчатки и респиратор.
Фу, как же бензин воняет.
Хорошо, что она заранее все протестировала.
Когда жгла кукольный домик в лесу.
Ладно, комбинезон, перчатки, респиратор.
Нура сняла покрывало с двух железных канистр, взяла их и, выйдя из сарая, вернулась к задней стороне церкви.
Нет, конечно нет, никогда она бы не сделала такого, но теперь-то это больше не церковь, правда?
Крышки на канистрах оказались завинчены сильнее, чем в прошлый раз, но наконец поддались.
Фу, ну и вонь.
Она расплескала часть бензина на деревянную стену, а оставшуюся вылила на землю рядом с лежащей на ней изоляцией, которую Нура заказала для новой крыши. Быстрее разгорится.
Положите за домом, пожалуйста.
Засмеявшись, она пощупала карманы.
Спички?
Где же они?
Она вывернула оба кармана.
Но что за…
Да нет, вот же они.
Нура чиркнула спичкой о край коробка.
И бросила ее в траву.
Вернулась в сарай, стянула с себя комбинезон, респиратор и перчатки и медленно пошла к главному входу в церковь.
Ох уж эти идиоты-журналисты.
Они в ее планы не входили.
Но нет, наверное, человек десять-двенадцать толклись у лестницы.
Нура придала своему голосу строгость.
– Нет-нет, здесь стоять нельзя. Во время венчания в церковь вход воспрещен.
Она поднялась по лестнице и заперла дверь.
– Вот так, – кивнула она и прошла мимо журналистов.
Один из них пошел за ней к машине.
– Кто вы? Можно узнать ваше имя?
– Мария, – улыбнулась Нура. – Храни вас Господь.
– Мария? – записал журналист. – … а фамилия?
Идиот.
Нура взяла рюкзак с заднего сиденья и положила рядом с собой.
Вот так.
Теперь она готова.
Она повернула ключ в замке зажигания, улыбнулась себе в зеркале и не торопясь выехала на дорогу.
84
Миа достала пистолет из сумки, засунула его сзади за пояс шорт и, нетерпеливо притоптывая ногой, ждала у мотоцикла Мунка, с которым успела перекинуться парой слов на лестнице.
– Так, Нура Странд, что делаем? – спросил Мунк.
– Свадьба, – сказала Риккардо. – Она дирижер, верно? В детском хоре. Они должны петь во время венчания?
Кошмар.
Хор.
Она совсем забыла.
Там же София.
– Ладно, – начал Мунк, но у Мии больше не было времени там стоять.
Она надела шлем.
– Свяжись с Габриэлем, – крикнула она сквозь забрало. – Пусть он отследит ее телефон. В реальном времени. Чтобы мы видели, перемещается ли она.
– Окей, – сказал Мунк и продолжил говорить, но Миа уже не слышала его.
Вдавив газ, она выскочила на дорогу.
Ладно.
Церковь.
Недалеко.
Три минуты.
Только проехать вниз мимо центра.
Она хорошо знала здешние места.
На обочине остановился черный минивен, и из него вышли несколько детей, Миа на скорости обогнула их.
Водитель посигналил ей и показал кулак.
Она быстро взглянула в зеркало.
Выпускать детей здесь?
Чертов фестиваль СоммерФиллан.
В центре полно народу.
Смех и шум.
Миа резко затормозила, когда дорогу спокойно, никуда не торопясь, стала переходить толпа людей.
Ну давайте же.
Она больше не могла ждать.
Свернула на пешеходную улицу и объехала по траве.
Вот так.
Дорога свободная.
Миа легла на руль.
Двигатель заревел.
Проехала установку по переработке мусора.
Недалеко осталось.
Вон там.
Церковь.
Она свернула на площадь, и навстречу ей кто-то бежал.
– Пожар, горим!
85
София улыбнулась, когда молодожены повернулись друг к другу. У нее потекли слезы, и она потерла глаза. Сцена, конечно, трогательная, но не до такой же степени? Как правило, София никогда не плачет. Даже в тот раз у Эрика, когда упала с дерева и сломала палец, то все равно не плакала. Ну, почти не плакала. Только чуть-чуть. София потерла глаза и покашляла. Уф, как некрасиво. И пахнет как-то странно?
Невеста, Элизабет, взяла листочек и уже собиралась начать читать, когда какой-то мужчина встал с места и громко крикнул:
– Пожар! Горим! На выход! Все на выход!
София огляделась вокруг в поисках Нуры, но ее не было.
И тут она увидела.
Из стены за запрестольным образом поднимался дым и вырывались языки пламени.
– Сохраняйте спокойствие! По одному!
София закашляла.
Она знала, где вторая дверь.
Она прямо здесь.
Пригнувшись пониже и закрыв рот рукой, она подошла к ней и покрутила замок.
Странно.
Не открывается.
К Софии подбежал кашляющий мужчина, оттолкнул ее в сторону и попробовал открыть дверь.
– Заперто!
Кто-то разбил окно. Полетели осколки, девочка из хора схватилась руками за лицо, и между пальцев заструилась кровь.
– Пойдем!
Кто-то потащил Софию за собой.
Снова звук разбитого окна.
Люди вокруг завыли.
Плача, ползли по полу.
– Без паники!
Молодая девушка прямо около нее.
Свидетельница.
В пышном платье.
Она обняла Софию, защитив от толпы людей.
– Не открывается! Какого черта!
Мужчина дергал ручку двери и колотил в нее.
Снова дребезг стекла.
Народ завизжал.
Мужчина, прикрывая рот рукой, встал на лавку и начал бить стекло в окне.
По полу стелился густой дым и поднимался наверх, София стала задыхаться.
– Туалет, – произнесла девочка, потянув свидетельницу за платье.
– Что?
Девушка наклонилась над ней.
– Что ты сказала?
– Туалет. – Показала София, закашлявшись. – Там есть окно.
Свидетельница в пышном платье взяла ее за руку и пробралась через завывающую толпу.
– Идите за нами! Девочка знает, как выбраться!
– Туда. – Указала София.
Снова лопнуло стекло.
Из разноцветных витражей посыпались стекла.
– Сюда, – кивнула София, показывая дорогу. – Его можно открыть.
Свидетельница подергала шпингалет на окне и открыла его.
Высунув в него голову, она обернулась и крикнула.
– Сюда! Всем сюда!
Она взглянула на Софию.
– Давай, ты первая.
Помогла девочке встать на унитаз и на подоконник.
София посмотрела на землю.
И прыгнула.
86
– Кто-то вызвал пожарных? – крикнула Миа, подбежав к церкви.
– Да, они в пути.
Почему, черт подери, люди не выходят?
Поднявшись на лестницу, она получила ответ, когда услышала стук с другой стороны белой двери.
– Помогите! Мы заперты!
Изнутри кто-то навалился на дверь. Она трещала и выгибалась.
Раздался звук бьющегося стекла.
Осколки разноцветных витражей посыпались на площадь.
Миа крикнула журналистам.
– Уходите! Назад!
Она заметила Доротею Крог. Перепуганная старушка стояла у себя в саду.
Еще удар по стеклу.
И снова посыпались осколки.
– Помогите! Дверь заперта!
Языки пламени уже лизали стены.
Вдалеке послышались сирены.
Миа спустилась с крыльца и побежала в сад.
– Пойдемте, Доротея.
Миа обхватила ее руками.
– Вам нужно отойти подальше.
– Там София!
– У вас есть лом?
– Что?
– Лом. Нужно взломать дверь.
Доротея кивнула на сарай.
– Отойдите дальше на дорогу, – крикнула Миа.
Снова дребезг.
На горящую траву вокруг нее посыпался дождь осколков.
Закрывшись от жара, она вбежала в красный сарай.
Лом?
Вон он.
– Помогите!
Она услышала голоса мужчин в церкви.
– Раз-два-три!