Теперь понятно, почему незнакомая мне сестра мамы, тетя, которая чуть младше меня, племянницы, поселилась у нас.

– Представьте, как повезло! – вопила тем временем гостья. – Мы теперь соседи! Между прочим, цена на скромный особняк упала ниже плинтуса. Потому что в нем обитает привидение. Оно нападает на всех, кто там решает поселиться! А я с ним подружусь! Я со всеми в прекрасных отношениях! Вы уже ужинали?

– Да, только что, – кивнул Макс.

– О! О! О! А мне очень-очень кушать хочется. Ездила в город! Ах! Чуть с ума не сошла, пока машину покупала!

– Автомобиль? – уточнил Вульф.

– Да, да, да. Раз уж поселилась в деревеньке, то машина необходима. Как без нее? Хорошо, что сейчас проблем нет, повсюду салоны. Взяла милую машинку! Маленькую! Выбрала красненькую! Очень уж такой цвет люблю. Посмотрите! Миленькая, правда?

Мы с Максом приблизились к окну.

– Это что? – тихо спросила я.

– Маленькая, дешевенькая, миленькая, – чуть слышно хихикнул Вульф. – Странно, что она проехала в наши ворота, бока не помяла.

И тут раздался звонок в дверь. Македонский подпрыгнул и с громким «мяууу» кинулся в коридор.

– Маки! – восхитилась Роза Леопольдовна, торопясь следом. – Ты прямо красавец! А собаки ни на что не реагируют.

Да, Фира и Муся даже не вздрогнули. Словно желая проиллюстрировать замечание Краузе, мопсихи, которые мирно спали на диване, громко и разом захрапели.

– Евлампия Андреевна! – крикнула из холла Краузе. – Подойдите, пожалуйста.

Если Роза Леопольдовна окликает меня по имени-отчеству, а не как обычно, значит, пришел кто-то совсем посторонний.

Я поспешила в холл и увидела незнакомого мужчину.

– Хорошо, что застал вас, – пробурчал он.

Потом поднял руку и сделал такое движение, словно что-то бросил прямо в меня. Я невольно отшатнулась, Краузе возмутилась:

– Что вы делаете?

– Просто проверяю целостность поля, – ответил дядька. – Агнесса дома?

– Вы кто? – осведомилась я.

– Вопросом на вопрос отвечают личности со слабой защитой, – объяснил не пойми кто. – Где Агнесса Петровна?

– Вы кто? – повторила я.

– Ойкотен, – представился посетитель. – Закончил изучение нового дома! Блокировал черные дыры, через которые утекала положительная энергия. Запечатал выходы-входы. Теперь полный порядок!

– Ничего не понимаю, – призналась я.

– Профессор! – закричала Несси, выбегая в холл. – Как дела?

– Вам ничего не угрожает! – торжественно объявил Ойкотен.

– Вы гений! – восхитилась тетя. – Наверное, проголодались? Проходите скорее в столовую! Роза, накройте на стол! Живенько! Выньте все самое вкусное!

Краузе посмотрела на меня, я глянула на нее, потом спокойно произнесла:

– Уже поздно, мы с мужем собирались лечь.

– Конечно, конечно, – затараторила Агнесса, – отдыхайте спокойно, а мы посидим, покушаем. Роза! Что вы стоите? Действуйте.

– Рабочий день госпожи Краузе окончен, – объявила я. – И она не занимается кухней. Эта работа у Сюзанны, но и она уже отдыхает.

– Поеду домой, – решил мужчина. – Но перед уходом жду оплату наличными.

– За что плата? – спросила я.

– За избавление дома от черных сущностей, – спокойно пояснил Ойкотен. – Двести восемьдесят пять тысяч три рубля. Подсчет суммы идет по количеству пойманных энергетических сгустков. Если не приготовили наличные, можем поехать к банкомату.

– Лампочка, – нежно защебетала Агнесса, – я купила домик, машинку. Денег временно нет на карте. Но они скоро появятся.

Я оторопела. Но тут, на мое счастье, в холле появился Вульф.

– Максик, – кинулась к нему тетя, – Ойкотен потратил много времени. А у меня сегодня денежки закончились. Сумма ерундовая.

– Двести восемьдесят пять тысяч, – прошептала Роза Леопольдовна.

– И три рубля, – прибавил мужчина. – Многовато там черных сущностей.

Я прислонилась к стене. Сейчас Вульф скажет тетке все, что он думает об энергетических кровососах. Но Вульф неожиданно улыбнулся:

– Вам придется подождать пару минут.

– Дорогой Ойкотен, – затараторила Агнесса, когда Макс исчез из вида, – сейчас с вами расплатятся полностью!

Меня нельзя назвать драчуньей. Даже в детстве я никогда не выясняла отношения в кулачном бою. Желание дать кому-то в нос возникает у меня очень редко. Но сейчас стало понятно, что я не способна ему противостоять, и начала решать организационные вопросы. Чем лучше треснуть мужика? Бронзовой статуэткой мопса? А вдруг она погнется? Не хочется испортить подарок Чернова мне на день рождения. Наподдать креслом? Я его не подниму! Хотя, если вспомнить, как справилась со здоровенной бутылкой шампанского, когда вела свадьбу, то можно попробовать использовать мебель!

В холле снова появился Макс. Я обомлела. Муж протянул Ойкотену пачку купюр.

– Пересчитывать станете?

– Разумеется, – кивнул тот и прищурился.

Я села в кресло. Что происходит? Вульф сошел с ума? Он не понимает, что перед нами типичный прохвост?!

А Ойкотен тем временем, моргая и щурясь, сосредоточено шелестел ассигнациями. Агнесса внимательно следила за его пальцами. Вульф повернул голову, улыбнулся, подмигнул мне и снова принял серьезный вид.

– Еще три рубля, – сказал мужик, пряча добычу в карман.

– Лампа, глянь в шкатулке, – попросил Макс.

Я встала, подошла к зеркалу, взяла с полочки шкатулку, в которой лежат монеты. Даже сейчас, когда повсеместно в ходу карточки, порой требуется наличка, так что в кошельке неожиданно возникает мелочь. Придя домой, мы бросаем ее в эту деревянную шкатулку.

– Нашла? – поинтересовался Вульф.

Я протянула ему денежку.

– Это пять рублей, – заметил Макс, – надо три.

Я начала рыться в горе мелочи.

– По одному рублю нет!

– Ой, прекратите, – поморщилась Несси, – отдайте пятак!

– Надо три рублика, – возразил Вульф. – Ойкотен, с вас два рубля сдачи.

Мужчина прищурился, опустил одну руку в карман, вынул ее, потом замахал обеими руками, сжал правую ладонь и заявил:

– Поймал у вас энергопаразита. Моя работа стоит дорого, но сейчас с вас всего два рублика. И квиты.

– Хочется глянуть на этого паразита, – протянул Вульф, – я плачу за его смерть. Желаю убедиться, что капут вредителю моей жизни.

Ойкотен разжал кулак, на его ладони расплывалось ярко-красное пятно.

– Хорошо, – кивнул Макс, – можете не отсчитывать сдачу. Прощайте!

Мужик вмиг исчез.

– Вы даже не спросили, кого выгнали ночью во тьму голодным, – всхлипнула Агнесса. – Это лучший в России ловитель черной энергетики. Очень дорогой! У меня началась мигрень! О-о-о! Висок словно пилой кромсают! В глаз спицу воткнули!

– Могу принести цитрамон, – заботливо предложил Вульф.

– Какая наивность – считать, что дешевая таблетка уберет мои страдания, – простонала тетка и ушла.

Я наконец получила возможность сказать мужу:

– Не знала, что у нас дома так много налички!

Вульф тихо засмеялся:

– В библиотеке хранится десять миллионов.

– Сколько? – ахнула я. – На книжных полках? Не в сейфе?

– Эх, – почесал в затылке муж, – по старой советской привычке храню заначку в томах художественной литературы! Пушкин, Лермонтов, Достоевский… Хочешь посмотреть на банк?

Я кивнула. Мы с мужем поднялись на второй этаж, вошли в библиотеку, в которой стены заставлены книгами. Вульф открыл дверку и показал на коробки.

– Узнаешь? Что это?

– Конечно, – улыбнулась я, – настольные игры. Любимое занятие Кисы долгими зимними вечерами, да и нам с тобой нравится.

– Лично я предпочитаю «Банкира», – подхватил Макс, вытащил большую укладку, открыл ее, потом подмигнул мне. – Ясно?

– Деньги! – подпрыгнула я. – Пятитысячные купюры! Выглядят как настоящие, даже на ощупь похожи.

– И хорошо потрепаны, что придает им еще большую схожесть с реальными купюрами, – добавил муж.

– Ойкотен мог понять, что ему дали игрушечные деньги, – пробормотала я.

– Он сильно щурился, моргал – так ведут себя люди, у которых проблемы со зрением, а они не желают носить очки, – объяснил Макс. – Могло не сработать, но прокатило. Не знаю, что мужик собрался делать с этой суммой, но его ждет сюрприз и в магазине, и в банке.

– Пять рублей самые что ни на есть настоящие, – хихикнула я. – Агнесса Петровна попалась на удочку мошенника.

– Тетушка обладает странным видом жадности, – покачал головой Макс. – Судя по покупкам, она совершенно не нуждается. Но постоянно жалуется на отсутствие средств. Есть категория людей, которые, обладая хорошим капиталом, ходят в рванье, питаются из помойки. Это болезнь. Есть обеспеченный народ, который ждет распродаж, чтобы купить по скидке разные вещи. Но это разумная экономия, мы сами так поступаем. Многим из тех, кто на вершине успеха, безразлично, на какой машине ездить. Они не станут тратить деньги ради фирменного знака на одежде, купят то, что им нравится, им не надо ничего доказывать ни себе, ни окружающим, они уже все имеют. А у Агнессы очень странное поведение. Завтра кое-что проверю, а сейчас спать охота.

Глава четырнадцатая

– Если позволите, расскажу, что мне пришло в голову, – предложил утром Дмитрий, когда мы собрались в офисе.

– Интересно послушать, – кивнула я.

– Есть несколько версий, – начал Дмитрий. – Кто-то из близких Игоря Шелепина решил отомстить Светлане за смерть мальчика.

– Много лет прошло, – заметил Юра.

– Вовсе нет, – возразил психолог. – Подростку в день гибели было тринадцать лет. Светлане сейчас двадцать с небольшим. Вероятно, кто-то из друзей семьи только сейчас узнал о кончине паренька и решил отомстить младшей Морозовой.

– Ее не было в классе, когда Игорь выпал из окна, – вставила я, – девочка ушла за тряпками.

– Вероятно, организатор травли модели этого не знает, – предположил Громов. – Надо поговорить с родителями погибшего.

– Не получится, – сказал Чернов. – Мать Шелепина умерла, когда сыну исполнилось десять, отец после гибели школьника заработал инсульт и тоже умер. Была бабушка, но и она скончалась вскоре после похорон внука. Больше никакой родни у Шелепиных нет.

– Значит, версия о мести со стороны близких Игоря отпадает, – отметила я.

– Светлане мог начать мстить кто-то из ее любовников, – решил не сдаваться Дмитрий. – Она говорит, что не спит ни с кем за деньги, не связывается с женатыми, но сказать можно что угодно. И нельзя отказываться от такой версии: Морозова вступила в отношения с человеком, который не имеет законной супруги, но давно состоит в связи с женщиной, которая считает себя его женой. А тут появляется Светлана, отбивает дядьку.

– Каким образом простой человек может устроить масштабную травлю модели? – задала вопрос я. – Кто способен попросить или велеть СМИ и владельцам разных домов моды внести Светлану в черный список? Клиентка упоминала про разные фирмы, с которыми работала. С кем у нее были контракты? Вдруг имел место конфликт, о котором нам неизвестно? Можем выяснить?

– Легко! – обрадовался Чернов. – Она точно указана в ее портфолио. Сейчас! О! Светлана востребована, заказчиков было много.

– Интересно, кто ей давал заказы на сопровождение мужчин? – поинтересовалась я. – Хотя, она, конечно, на такой вопрос не ответит.

– Почему? – возразил Юра. – В списке есть агентство «Смук», у них на сайте сказано: «Если Вам необходима пара для мероприятия, мы готовы помочь. Наши сотрудники могут пойти с Вами на молодежную тусовку и сойдут там за своих. Но и на дипломатическом приеме они не упадут лицом в грязь. Заказчик может выбрать по каталогу того, кто понравится внешне и будет соответствовать статусу мероприятия». Ух ты! Очень даже симпатичные! Есть и фото Светланы, но там в описании указано: «Временно не работает».

У Дмитрия загорелись глаза.

– Можно узнать, кому принадлежит это агентство? Кто его хозяин?

– Сейчас, – согласился Чернов.

– Две версии озвучил, – потер руки Громов. – Одна не подошла, зато вторая в работе. Есть и третья. Светлана накосячила. Совершила какой-то плохой поступок. Украла деньги, например. Обманула заказчика, не выполнила полностью то, за что человек заплатил. Не пришла на мероприятие. Клиент разозлился и решил отомстить.

– Интересная картина! – воскликнул Чернов. – Компании, в которых Морозова работала и которые теперь от нее отказались, входят в холдинг «Модель города». Его владелец – Марк Хохорев.

– Можно про мужчину что-то узнать? – поинтересовалась я.

– Легко, – засмеялся Чернов, – о нем даже ленивые пишут. Если нет новостей, а начальство требует от журналиста информацию на злобу дня, иди в аккаунты Марка. Там море разливанное, клондайк всего. Марк – единственный сын Льва Марковича Хохорева.

– Того самого? – уточнил Дмитрий. – Думаю, да, фамилия редкая.

– Ты попал в яблочко, – потер руки Юра.

– Объясните, пожалуйста, – попросила я, – кто он, этот «тот самый»?

– Лев – сын простой учительницы, – пустился в объяснения наш властелин компьютеров. – Рос без отца, мать ему даже имя мужчины не сказала. Отчество у него от деда, Марка Семеновича. После окончания школы Лева отправился в армию, демобилизовался, начал нелегально делать ремонт в квартирах. Что с ним было в период с девяностого по девяносто шестой годы, покрыто мраком, нигде никакой информации нет. В девяносто седьмом он купил картофельное поле, построил там коттеджный поселок. И понеслось! Не могу перечислить все, чем мужик сейчас владеет! Легче сказать, чего у него нет. Есть у него сын Марк. Кто его супруга? Точно неизвестно, женщина нигде не появляется. В интернете сведений о ней нет. Сын – тусклая копия папы. С детства в шоколаде. Мамки, няньки, гувернантки, частная школа, колледж в Лондоне. Считает себя великим модельером, владеет сетью магазинов одежды по стране. Главный ньюсмейкер всея России. То придет на тусовку в женском платье на каблуках, то выкинет в окно журналиста. Недавно Марк посетил балет. Давали «Лебединое озеро». Естественно, наш герой сидел в ложе. В середине представления он встал, начал кидать на сцену булочки с криком «Бедные птички проголодались!»

Я засмеялась, а Юрий сдвинул брови.

– Самое противное, что ему за это не вломили по полной. Представление остановили, парня унесла местная охрана. Марк при этом вопил: «Посмотрите, какие они тощие! Ноги – спички, руки – ветки! Где грудь? Задница? Их откармливать надо!» Публика просто угорала. Конечно же, об этой выходке сообщили все СМИ, в не особо популярном театре теперь постоянно аншлаг. Ходят слухи, что Марку платят за эпатажное поведение, его выходки привлекают народ. Полагаю, это неправда. Любящий папа всегда даст сынишке мешок пиастров.

Глава пятнадцатая

Чернов на секунду отвернулся от ноутбука, чихнул и продолжил:

– Марк ни в чем себе не отказывает, летает по миру на частном самолете, два раза в одной одежде его никто не видел. Каждый вечер младший Хохорев появляется на трех-четырех разных тусовках в окружении толпы моделей. Сопровождение парня постоянно меняется. Но! Никаких слухов о его длительной связи с одной женщиной нет. С мужчиной, впрочем, тоже. Эпатажный Марк активен в соцсетях, может выставить себя, любимого, полуголого, в ванной. Публикует фото еды, машин, путешествий. У него тьма подписчиков и полно таких комментариев: «С жиру бесится, а мне не на что ребенку молока купить». Марк обычно не отвечает, но иногда все же откликается: «Не на что ребенку молока купить? Нахрена плодишь нищету? Иди наймись в домработницы к богатым. Фигли ты от пьяного недоумка родила? Зачем малыш, если нет бабла на его содержание? Думать надо головой. А если сдуру родила, то не жалуйся, что жрать нечего. Оглянись! Повсюду деньги валяются. Включи мозг, иди работать туда, где платят».

Чернов оторвался от ноутбука.

– Во время разговора с нами Светлана упоминала имя Надежды Волковой, назвав ее своей подругой. Но некоторое время назад наша клиентка заблокировала упомянутую девушку везде где только можно. Предлагаю поговорить с экс-приятельницей. Лампуша, ты как?

– Сама не знаю почему, думаю, что неприятности Светланы связаны с ее сестрой Ниной, – призналась я.

– Она тщательно скрывает родство, – добавил Дмитрий, – даже нам ничего о ближайшей родственнице не сообщила.

Юра засмеялся:

– Наивно думать, что в эпоху интернета получится спрятать какую-то инфу от людей.

– Ну почему? Сам сказал, никто не может назвать имя матери Марка, – возразила я. – И о любовницах парня ничего не известно.

Чернов махнул рукой.

– Лампудель, Хохоревы определенно платят «чистильщикам», которые каждый день отслеживают во всех углах и закоулках инфу и удаляют ее. Света красивая, вроде порядочная девушка. Но что она ответила на вопрос о наличии братьев, сестер и вообще родственников?

– Что у нее никого нет, – вздохнула я.

Чернов кивнул.

– А мы нашли Нину. Значит, наша клиентка способна утаить что угодно.

Мне понравилась Морозова, поэтому я захотела найти ей оправдание:

– Неприятно говорить о сумасшедшей сестре.

– Похоже, для нее есть много щекотливых тем, – снова присоединился к беседе Дмитрий. – Светлана, например, о личной жизни тоже сообщила кратко: пока одна. Вероятно, характер такой, закрытая она. Хотя, странно обращаться к сыщикам и не проявлять откровенность. Не зная подробностей, мы можем не справиться с ее проблемой.

– Позвони Волковой, – попросила я Чернова.

Надежда ответила сразу и сначала занервничала:

– Частное детективное агентство? Ничего плохого не совершала.

– Нет, нет, – ласково ответил Дмитрий, который вел разговор. – Вы дружите со Светланой Морозовой…

– С чего вы взяли? У нас рабочие отношения. Ее отовсюду выгнали, поэтому сейчас мы не общаемся! – вмиг рассердилась девушка.

– У нас есть несколько вопросов о Светлане, – соловьем пел психолог. – Ее все хвалят, говорят о ее волшебной красоте. Я, наверное, плохо разбираюсь в женщинах, но мне Морозова показалось серой мышью! Вот у вас уникальная внешность.

Я покачала головой. Такой откровенный подхалимаж не понравится Волковой. Ясно же, что собеседник хочет расположить ее к себе, поэтому посыпает сахарной пудрой свои слова.

Но Волкова обрадовалась:

– Верно! Просто не умею интриговать, врать, подлизываться ко всем, как Светка. Да, конечно, многое про нее знаю, но бесплатно рта не раскрою.

– За так только птички поют, – поддержал девушку Громов. – Когда можете уделить время для общения?

– Если скинете мани-мани, то в час дня. У меня съемка до двенадцати тридцати. ТЦ «Лукошко». Сумму сейчас в сообщении напишу. Имейте в виду: если опоздаете больше чем на десять минут, уйду и деньги не верну. Гонорар – прямо сейчас.

– Уже едем! – обрадовался Дмитрий. Потом он отдал телефон мне со словами: – Вот сколько она хочет, вели Юре на карту бросить.

– Девушка дорого себя ценит, – отметила я. – Надеюсь, ее рассказ окажется интересен. Пошла в гараж.

– А я? – заморгал Дмитрий. – Так и сидеть, как дураку, в офисе? Давайте вспомним, кто уговорил Волкову на интервью.

– В кабинете хватит и одного дурака, – хмыкнул Юра, – второй не нужен. Лампа, бери Дмитрия с собой.

Громов молча встал и ушел.

– Он точно психолог? – скривился Юра.

– Да, – подтвердила я. – Похоже, новый сотрудник тебе не нравится. Подожди делать выводы. Человек недавно появился, пусть привыкнет.

– Езжай, а то опоздаешь, – пробурчал Чернов.

Всю дорогу Дмитрий молчал, а когда мы вошли в торговый центр, произнес:

– До встречи еще сорок минут!

– Отлично! – обрадовалась я. – Забегу в обувной! Хочу туфли купить, да никак не найду нужные!

На самом деле мне требовался комплект нижнего белья. Но не говорить же об этом коллеге по работе, с которым недавно познакомились. Вот Чернову могу спокойно сказать, что побегу за лифчиком и трусиками.

– А мне куда деваться? – нахмурился мой спутник.

Я старательно улыбнулась. Душевед мне здесь сейчас нужен как рыбе зонтик, но он сам напросился на поездку. Напоминать ему об этом не стану, но и развлекать парня не собираюсь.

– Сидеть на скамеечке? – продолжал Дмитрий. – Рассматривать народ?

– Здесь полно магазинов, вон там план этажа висит. Встретимся в кафе! Пока-пока!

Я помахала рукой парню и помчалась в магазин с вывеской «Бельишко для девочек». Надеюсь, психолог не захочет туда пойти!

Глава шестнадцатая

Не успела я оказаться в магазине, как ко мне метнулась девушка и затараторила:

– Добрый день. Консультант Антонина. Готова помочь во всех вопросах. Что хотите?

Ничто так не мешает делать покупки как горячее желание продавца дать совет покупателю.

– Спасибо, – улыбнулась я, – просто погуляю по залу.

– Без меня не разберетесь, – не поняла намека девица. – Бродить бесцельно не стоит, давайте определим ваши желания.

– Мое желание – спокойно погулять здесь в одиночестве, – объяснила я.

– Прекрасно, что хотите купить? – не сдалась консультант.

– Ничего, – пробормотала я, – хочу всего лишь посмотреть!

– Замечательно! – кивнула продавщица. – Что разглядывать станем?

Я быстро пошла вперед, надеясь, что чрезмерно заботливая особа отстанет. Ан нет, Антонина нагнала меня и зашептала:

– Повседневный комплект? Или вариант для особого случая?

– Я давно замужем, – на ходу буркнула я.

Антонина всплеснула руками:

– Женщина, чем дольше живете с супругом, тем больше надо его удивлять! Обычные трусики, бюстик, халатик и ночнушка ему уже неинтересны.

Я тихо засмеялась:

– Сомневаюсь, что смогу поразить Макса.

Консультант огляделась по сторонам и снова зашептала:

– Многие покупательницы того же мнения. У вас есть комплектик для врача?

Я заморгала:

– Для какого?

– Ну не для стоматолога же, – засмеялась Антонина. – Симпатичный бюстик и трусишки, которые надеваются исключительно для похода в медцентр. Чтобы не стыдно было раздеться.

– У меня все белье красивое, – ответила я, – а на обследование хожу раз в год. Странно держать в шкафу набор красивого белья и не носить его.

– Та-а-ак, – потянула Антонина. – Вы единственная, кто постеснялся ответить, остальные честно признаются, что обладают набором для доктора. Я советую им купить и красивенькое для мужа – с бантиками, кружевами. У вас такое на каждый день? Или любите практичные варианты для пенсионерок – трикотажная пара без украшений, просто трусы и лифчик? Для кого бабушкам наряжаться? У них дедушки плохо видят. Вы что носите? Старушечье или симпотненькое, сексуальненькое?

Признаваться, что предпочитаю самый простой вариант, не захотелось, поэтому соврала:

– Все кружевное.

– Ага! – хищно улыбнулась девушка. – Розовенькое, да?

– Зеленое, – из чистой вредности возразила я.

На мне сейчас надет обычный набор цвета новорожденного поросенка.

– И за таким же пришли? – зааплодировала Антонина. – Представьте реакцию мужа. Вы перед ним вечером туда-сюда ходите в своей зелененькой кружевной униформе. И чего? Ничего! Не реагирует, в ноутбук уставился, в «танки» рубится. Нет у вас счастливой любви вдвоем! Решили супруга конкретно соблазнить – в салон сбегали, маникюр-педикюр-эпиляция, ужин забацали, вина выпили. Побежали, одежду скинули и перед парнем туда-сюда, сюда-туда в своем зелененьком. А тот в «танчики» играет! Ноль внимания. Почему? Догадываетесь?

Я промолчала.

– Объясню, – продолжала Антонина. – Он к вам привык, как к рыбе на ужин. Ничего нового, интересного, не ждет. Ну опять она в зелененьком тут выкаблучивается! А мужик – охотник! Ему интересна новая дичь! Начались проблемы в спальне? Купи другое бельишко! Наблюдаешь отсутствие интересных объемов тела? Увеличь их!

– Вероятно, кое в чем вы правы, – не пойми зачем вступила я в ненужную беседу, – но делать пластические операции никогда не стану!

– И правильно! – одобрила Антонина. – Только дурочки ими увлекаются. Они что думают? Приехали к хирургу утром – чик-брык, со всех сторон всю себя прекрасной сделали. Попа петушком, грудь арбузами. И через день – домой, восхищать мужика! А на самом деле как? Месяц потом все адски болит, надо особое медицинское белье носить. Ладно, вытерпела. Мужу понравилось. День, два, неделя… Потом он привык! Сидит в своих «танчиках». А вам куда деваться? А еще некоторые парни губу надувают: «Нафига ты себе резиновые клизмы вставила? Раньше лучше выглядела!» Представляете? Что делать? Вы не знаете, рыдаете. А я сейчас покажу потрясающую вещь, которая решит все проблемы. Называется новинка «Каждый день я новая». Ваш мужчина превратится в страстного леопарда. В понедельник вы со своим…

Антонина окинула меня взглядом.

– …минус нулевым размером вверху и попой как у комара. Во вторник – с роскошным бюстом пятого размера и задницей африканки. В среду – опять скромно, но прилично: грудь второго размера…

Я рассмеялась:

– Забавно, только это невозможно.

Антонина вытянула вперед руку.

– Станете меняться каждый день. На что спорим? Давайте на покупку. Если я права, то вы приобретаете оригинальное изделие. Если же у меня не получится на ваших глазах стать другой, тогда можете взять любой товар бесплатно, даже если на сто тысяч найдете!

От такого предложения трудно отказаться. И я вот совершенно уверена, что девушка какой была, такой и останется. Я пожала ладонь консультанта.

– Идет!

– Пойдемте! – скомандовала Антонина и открыла дверь. – Не пугайтесь, здесь зона обслуживания вип-клиентов. Садитесь в кресло. Предстану перед вами в белье.

Антонина нырнула за занавеску и почти сразу вышла в комнату.

– Посмотрите. Это я. Правда, красивый комплектик?

Потом она исчезла и через пару минут вновь возникла в комнате. Я приоткрыла рот.

– Произвела впечатление? – засмеялась консультант. – Пятый номер! Оцените попу! Увы, вы проиграли спор.

Девушка встала ко мне спиной.

– Как вы такое проделали? – поразилась я.

– Секретик, – пропела Антонина. – Он откроется вам, если приобретете нашу роскошную новинку. Учтите, образ зависит исключительно от ваших желаний или капризов партнера. И вдобавок получите роскошные подарки. Набор супер-париков – разные прически и цвет волос. Плюс много особой косметики! Ваше лицо станет меняться тоже.

– И сколько стоит комплект? – осведомилась я, услышала цифру и ойкнула.

– Забыла сказать, – всплеснула руками консультант. – Естественно, ко всем прибамбасам для тела прилагаются роскошные кружевные комплекты. Дорого? Да! Но сделаю вам отличную скидку! И что может быть дороже восторга мужа и вечного медового месяца?

– Ну, – протянула я, – ну…

– Можно взять набор в кредит, – продолжала искушать меня консультант. – В беспроцентный! Ни копеечки не переплатите. На полгода. Размер первоначального взноса – в третьем пункте.

Мои глаза побежали по тексту.

– Отлично, – сам собой произнес язык, – беру. Но возник вопрос. В белье стану красивой и разной, но настанет момент, когда его снять придется. А там-то я уже обычная.

Антонина прищурила один глаз.

– Первый год замужем?

– Нет, – засмеялась я, – срок семейной жизни намного больше.

– Солнышко, – нежно пропела консультант, – неужели вы, дама с опытом, до сих пор не уяснили простую истину? Главное – уложить мужика в постель, а потом ему все равно, где у вас что и какого оно размера. Это как с теленочком! Не хотел он на пастбище идти, потом пастух ему лужайку с сочной зеленой травкой показал. Дурачок туда рванул, не понял, что хитрый погонщик его привел совсем в другое место. Ест коровеночек пожухлые одуванчики, думает, это салат свежий! Ну? Берете?

– Да! – выпалила я.

Минут через десять я вышла из магазина с пакетом, прошла немного вперед и увидела в витрине платье мечты. Именно такое давно хотела купить, но оно мне не попадалось. И вдруг! Неожиданно зайдя случайно в торговый центр, вижу ЕГО! Забыв обо всем на свете, я ринулась в магазин, на ходу вынимая телефон.

– Весь внимание! – торжественно ответил Дмитрий.

– Попала в небольшую пробку, – соврала я, – если опоздаю минут на пять, займи Надежду беседой на какую-то постороннюю тему. Про Морозову разговор не начинай.

– Ладно, – после короткой паузы ответил Громов. – Странно, однако, что ты на автомобиле по этажам катаешься. Лампа, ты забыла, что мы вместе сюда прибыли?

Я не нашлась что ответить.

Платье село идеально, правда, оказалось чуть широко в талии, но у меня есть подходящий к нему пояс. Весь процесс примерки и покупки занял десять минут.

В кафе я ворвалась точно в нужное время, села за стол, поздоровалась и сразу, без предисловий, перешла к делу:

– Вы хорошо знакомы со Светланой Морозовой?

Глава семнадцатая

– Не знаю, почему вас Морозова заинтересовала, но Светка хитрая, – поморщилась Надежда. – Со всеми ласковая, уси-пуси, но что у нее в голове, никто не знает! Думаю, она живет с очень богатым женатым мужиком! Со стариком.

– Почему вы так решили? – поинтересовалась я.

– Сами подумайте, – засмеялась Волкова. – Лицо у нее никакое, поэтому стилисты в восторге. На морде без признаков красоты что угодно намалевать легко. Морозова косметикой умело пользуется и постоянно в новых шмотках. Всем врет: «Подарили на съемках». Ну, баки заливать она кому угодно может, но не мне – я сама в этом бизнесе. Да, иногда что-то перепадает от клиента, в основном дешевка всякая. А вещи Морозовой выглядят просто, но тому, кто в моде сечет, понятно, что материал дорогой, пошив качественный. Если это юбка, то она на подкладке. Сейчас фирмы, которые для нищеты работают, в один голос вопят: «Подкладка давно устарела! Так лишь бабки одеваются!» Ха-ха! Подкладка удорожает вещь. Ладно, юбка еще кое-как может без нее обойтись, да и то если она летняя. Впрочем, даже для легкой одежды не помешает подъюбник. А зимой, когда вещи из тяжелого материала, тогда просто он обязателен. Если вам в магазине соловьем поют: «Советую это роскошное кашемировое пальто! Цена чуть выше, чем у других моделей, но качество отменное». Вот пока в уши ерунду льют, включите разум, посмотрите состав ткани. Стопроцентно убедитесь, что да, кашемир присутствует – три процента. Остальное – голимая синтетика. Нет подкладки? Сразу ясно, что дешевка! Вот подобное пальтецо фирма способна модели подарить. Но цена ему копейки и это за километр видно. А Светлана роскошно одевается! А какой парфюм у нее!

Надежда закатила глаза.

– Уж я-то знаю, что он продается только в Париже на улице Сент-Оноре. Это центр моды. К ней перпендикулярно прилегает рю Камбон, там находится головной бутик Шанель и ее квартира, там обшивают самых богатых людей мира. На Сент-Оноре – бутики лучших фирм. Светкины духи авторские, флаконов десять в год делают. Откуда они у нее?

– Подарили, – предположила я.

– Во, – засмеялась Волкова. – Вы в курсе, где эта «симпатяшка» живет?

– В небольшой квартире, которая ей от родителей досталась, – ответила я, – в не самом хорошем районе.

Надежда взяла еще одно пирожное.

– Уверены? В гости к ней приходили?

Я сделала глоток чая.

– Не довелось!

Собеседница поставила локти на стол.

– Один раз, осенью, в ноябре, еду из области от приятелей. И у моей машины колесо – бумс! Спустило. Погода сказочная! Дождь. Мрак. Холод. Темнота. Время – около одиннадцати. Ищу мобильный в сумке, а нет его. У друзей забыла. И что делать? Куда податься? Стою в переулке у жилого дома. Убитая «панелька», «пятиэтажка». На углу табличка, читаю: «Морозовский развал, один». У меня в голове щелкнуло! Вспомнила, как недавно сидим со Светкой в кафе, и я ей сказала: «Прикольно! Это мое заведение». Она удивилась: «В смысле?» Я ей меню показываю, надпись: «Кафе «Надин Волкова» предлагает…» Светка развеселилась: «Потребуем скидку! Или… у тебя паспорт с собой?» Я ответила ей: «Нет, только права». Светлана официанта кликнула, сказала ему: «Почему хозяйку не узнаете? Надя, покажи ему документ». Я права на стол положила. Парень убежал, минут через пять подходит к нам полная немолодая женщина, спрашивает: «Надя Волкова кто?» Я рукой помахала. Она к нам за столик села: «Привет, отчество свое скажи!» Оно у меня простое – Михайловна. Владелица кафе – это оказалась именно она – обрадовалась: «Отлично! Мы с тобой полные тезки. Поэтому сегодня бесплатно ужинаешь. И твоя подруга только половину за себя платит». Я обрадовалась, а Светка и говорит: «Вот бы мне предложили за коммуналку не платить! Прописана на окраине Москвы, можно сказать, почти в Питере. Морозовский развал, дом один, и квартира под тем же номером. Морозова в Морозовском развале. Могли бы мне платеж скосить!» Посмеялись на эту тему. А когда в непогоду, поздно, на такой улочке с проколотым колесом очутилась, вспомнила разговор в кафе. Обрадовалась. Ну, думаю, пойду к Светке, вряд ли она спит. Подъезд без домофона оказался. Воняло там!

Надю передернуло.

– Наверное, весь район подъезд под сортир приспособил. Дверь первой квартиры – перед лестницей, лифта нет. Звоню, звоню – тишина. Потом женщина в подъезд зашла, увидела меня, спросила: «Чего тут делаешь? Уходи по-хорошему! Не гадь у нас». Я ей объяснила ситуацию. Незнакомка приятным человеком оказалась, руками развела: «В этой квартире никто уже много лет не живет. Никогда не видела, чтобы у них в окнах свет горел». Я удивилась: «Там прописана моя подруга, Светлана Морозова». «Она зарегистрирована в Туле, – остановила меня женщина, – а на самом деле давно в столице. Странно, что твоя подружка жилье не сдает». – «Далеко от центра, – аккуратно подбирая слова, чтобы не обидеть милую тетушку, начала я. – Первый этаж. Наверное, трудно найти желающего тут поселиться». Моя собеседница засмеялась: «В этом подъезде все приезжие, включая меня. Около Кремля, наверное, жить престижно, да цены в том районе ломовые. Продукты в магазинах втридорога, воздух плохой. Таким, как я, на окраинах лучше, потому что дешевле. Правда, Морозовский развал совсем уж поганое место. У меня подруга переехала в Новую Москву, квартиру по реновации получила, выехала из “одноэтажки” типа барак. Дали им с мужем и тремя детьми как многодетным очередникам аж четырехкомнатную. Ремонт делать не надо, ламинат повсюду, лоджия застекленная, электроплита, раковина, ванная, на кухне мойка. Ну да, дом у леса, до метро далеко, школы и поликлиники рядом нет, но обещают все построить. Но воздух не как на Садовом кольце. Прямо слов нет, живи и радуйся. Чего этот Морозовский развал не расселят? Хотя, если даже и решат так поступить, мне ничего не достанется – не прописана я в Москве».

Волкова доела пирожное.

– Поняли, да? Светка на помойке не живет! Устроилась где-то в хорошем месте. И, обратите внимание, халупу не сдает. Дорого за аренду дерьмища не заплатят. Но если с деньгами плохо, то любой сумме будешь рада. Делаем вывод: Морозова хорошо устроилась.

– Возможно, вы правы, – согласился Дмитрий, – но, наверное, не в курсе, что сейчас Светлана без работы. Почему-то от ее услуг все отказались.

Надежда вздернула подбородок.

– Я-то все знаю! А вам, наверное, никто не сказал. Светочка-конфеточка заболела. СПИД у нее.

– СПИД? – переспросила я. – Вы уверены? Откуда знаете?

Волкова прищурилась.

– Да все говорят. И по какой причине Светку все, с кем она сотрудничала, далеко послали? Точно она нездорова. А вот не надо с каждым мужиком спать! Даже за очень большие деньги.

Больше ничего интересного Надежда не сообщила.

Когда она покинула кафе, Дмитрий вздохнул.

– Ты, наверное, в офис не вернешься. Мне придется на метро в контору ехать.

– Вход в подземку – прямо из торгового центра, – объяснила я, – а ехать до работы меньше минуты.

По дороге я позвонила Чернову.

– Слушаю, – мрачно произнес Юра.

– Что случилось? – удивилась я.

– Психолог в миноре, – вздохнул наш компьютерный гений. – Дмитрий очень расстроен. Ты ему не позволила вопросы задавать.

Я удивилась:

– Он сидел молча, не выражал желания вступить в разговор.

– Мне он сказал другое, – фыркнул Чернов. – Ты так злобно на него посмотрела, что Дмитрий испугался, побоялся смотреть на тебя, а ты сама повела беседу, ни разу не предложила душеведу что-то сказать. Неприятно, когда с тобой так обращаются.

На секунду я потеряла дар речи, но быстро обрела его.

– Сколько лет мы работаем вместе?

– Много, – отозвался Юра. – Правда, был перерыв. Но тут я сам виноват.

– Можешь припомнить, чтобы я кому-то заткнула рот?

– Нет, – после паузы ответил Юра.

– Тогда почему поверил Дмитрию?

– Да понял, что он врун, – повысил голос Юра. – Не в первый раз уже у меня возникает вопрос: а Громов точно психолог? Ну ладно, я иногда психую. Но не учился на душеведа.

– Похоже, наш психолог странный на всю голову, – вздохнула я.