– Сработало? – спросила Перла.

Часы лежали у них под ногами.

– Ещё нет, – прошептала Имоджен. – Тише!

Конья наблюдала за ними из своего логова, свёрнутого из покрывал на кровати. Она была совершенно неподвижна, только кончик её хвоста мерно покачивался из стороны в сторону.

– Ничего не происходит, – сказал Миро, выпуская руки девочек.

Он всё ещё дулся на Имоджен.

– Но Очи сказала, что эти часы читают будущее! – топнула ногой Имоджен.

– Они сломаны, – проворчал Миро, плюхаясь на кровать. – Ты их сломала. Ты сломала часы моего отца.

– Может быть, мы просто неправильно рассуждаем? – предположила Перла. – Когда у меня возникают трудности с картой, я пытаюсь посмотреть на неё под другим углом.

Она повертела в руках деревянную фигурку.

Но дети из часов хранили свой секрет. Перла, встряхнув статуэтку, перебросила её Конье. Снеголика мгновенно приняла охотничью стойку.

– Эй! – возмутился Миро, хватая фигурку. – Это деталь от моих часов!

Конья бросилась на фигурку, полоснув когтями по ладони Миро. Кровь брызнула из его пальца.

Кап. Кап. Кап. Кап.

– Ой, прости, – пролепетала Перла. – Она подумала, что ты с ней играешь.

– Скорее! – крикнула Имоджен. – Залижи царапину!

Миро скосил глаза, остолбенело уставившись на свою ранку. Имоджен испугалась, что он сейчас хлопнется в обморок.

– Я понял, – медленно начал Миро, а потом с воодушевлением повторил: – Я понял, как починить часы! Что, если эти деревяшки не просто держатся за руки? Что, если они заключают договор?

«Ну конечно! – сообразила Имоджен. – Почему я сама до этого не додумалась?»

Конья с удовольствием жевала фигурку, так что дерево скрипело под её зубами.

– Что нужно сделать, чтобы заключить договор? – спросила Перла.

Миро вытащил из-за пояса нож.

– Нужна кровь. По капле от каждого.

Дети встали в центре чердака. Под ногами у них лежали сломанные часы, над головами мерцали нарисованные звёзды.

– Я клянусь спасти Томила и Мари, – произнёс Миро. – Я сделаю для этого всё, что потребуется. Клянусь своей честью.

Имоджен хотела возразить. Ей хотелось спросить, как он собирается спасать обоих детей сразу. Может быть, они находятся в разных концах света, и вообще, Миро ей первой пообещал найти Мари – но Миро уже полоснул себя ножом по руке.

Имоджен ничего не оставалось, как взять нож.

– Я клянусь спасти Томила и Мари, – повторила она, уперев кончик лезвия в свою ладонь.

Нож проколол кожу – и Имоджен передала его Перле.

Перла сделала то же самое, сдвинув брови от усердия.

– Ради Томила и Мари, – прошептала она.

Дети протянули друг другу руки.

Вот и всё. Договор был скреплён кровью. Звуки из таверны стихли, весь мир затаил дыхание.

А потом раздалось тиканье.

Стрелки часов завертелись. Драгоценные звёзды пришли в движение. Дети присели на корточки, чтобы лучше видеть. В тот самый миг, когда стало казаться, будто часы сейчас взлетят, поднятые в воздух бешеным вращением стрелок, всё стихло.

Маленькая дверца распахнулась, и оттуда вышла новая фигурка. Это был мужчина в короне.

– Король Чтибор! – прошептала Перла.

Деревянный мужчина царственно покачал рукой и снова скрылся в часах.

– Прекрасно, – сказала Имоджен. – Давайте нанесём ему визит.

– Имоджен! Пора спать! – донёсся снизу голос Марка.

Имоджен закатила глаза.

– Одну минуточку! – крикнула она в ответ. Потом понизила голос и зашептала, обращаясь к Миро и Перле: – Где живёт король Чтибор?

Перла бросилась к стене, почти подпрыгивая от возбуждения.

– Вот здесь! – воскликнула она, тыча в карту. Под её пальцем был город, окружённый реками. – Водниславия, столица Низинного королевства.

– Отлично, – кивнула Имоджен. – Отправимся в путь ночью, когда взрослые уснут. – Миро хотел что-то возразить, но она подняла руку. – Нет. Мы ничего не скажем Марку.

– Но мы не можем просто так сбежать! – пролепетала Перла, широко распахнув глаза. – Что подумают мои родители?

Имоджен почувствовала укол раскаяния. Несомненно, родители Перлы придут в ужас. Так же, как её бабушка и мама.

– Что они сделают, если мы им обо всём расскажем? – спросила она. – Как думаешь, они тебя отпустят?

Перла прикусила губу.

– Они скажут, чтобы я оставалась на чердаке, в безопасности, – ответила она. – Они боятся лютомужей.

– Вот именно! Марк точно такой же. Он хочет, чтобы я сдалась и вернулась домой. – Имоджен повернулась к Миро. – А ты, между прочим, убежал от Подхализля. Вообще-то это одно и то же.

– Это совершенно не одно и то же, – возразил Миро, слегка напрягшись. – Марк совсем не такой, как Подхализль.

– Имоджен! – прогремел снизу Марк. – Спускайся сейчас же! Уже давно пора спать.

– Иду! – заорала она и снова посмотрела на своих друзей. – Ладно, если хотите, можете оставаться. Сидите тут и делайте вид, что всё нормально. Но с меня хватит! Я больше не собираюсь играть по правилам взрослых. Я иду искать Мари. Раз часы показывают, что она у короля Чтибора, значит, я иду туда.

– Но что, если Марку понадобится наша помощь? – неуверенно спросил Миро.

Имоджен строго посмотрела на него. Похоже, королевская должность плохо сказалась на мозгах Миро! Раньше такой вздор никогда не приходил ему в голову.

– Марк взрослый, – отрезала она. – Взрослые сами о себе заботятся.

Глава 38

Имоджен отвели самую маленькую спальню в таверне. Марк спал в соседней комнате. Она выждала целый час после того, как он лёг, потом выбралась из-под одеяла, натянула штаны, куртку и сапоги.

Она задумала бежать до наступления рассвета.

Имоджен сама не знала, что заставило её выглянуть в окно. Снаружи было темно, почти ничего не видно. Но там, с той стороны оконного стекла, порхала бабочка с серебристо-серыми крылышками.

– Вот и ты, – прошептала Имоджен.

Она открыла окно, чтобы впустить бабочку внутрь, но та полетела прочь от таврены, словно хотела повести Имоджен за собой – туда, откуда она пришла.

– Нет, только не это! – всхлипнула Имоджен. – Я не могу вернуться домой, понимаешь? Не сейчас. Аннешка похитила мою сестру!

Имоджен больше не была уверена в своём плане. Она не могла признаться в этом Миро или Перле, но она чувствовала себя разорванной пополам, растянутой между мамой и сестрой. Она ощущала это почти физически, как будто её сердце рвалось на части. Это было так больно, что Имоджен невольно прижала ладонь к груди.

Она знала, что каждый день её отсутствия убивает маму и всё это ужасно, но… но если она не отправится на поиски сестры, Мари никогда не вернётся домой.

«Что бы сделала мама, – задумалась Имоджен, – если бы она очутилась здесь, на моём месте? Мама побывала во многих трудных ситуациях, и она всегда знала, как лучше поступить».

Ответ пришёл сам собой – мама никогда не вернулась бы домой без своих дочек.

Сумеречная бабочка присела на подоконник и закрыла лёгкие крылышки, сложила их, как миниатюрный серебряный зонтик. Имоджен была рада, что бабочка всё поняла. Какое-то время они сидели в тишине и смотрели на луну.

– Я очень тревожусь о маме, – сказала наконец Имоджен. – Наверное, она думает, что мы больше никогда не вернёмся. – При мысли о мамином лице – измученном, залитом слезами – рука Имоджен сама собой легла на сердце. Она потёрла ноющее место между рёбрами. – Как бы я хотела дать ей знать!

Бабочка пошевелила усиками влево, и Имоджен невольно затаила дыхание.

– Ты так думаешь? Ты… ты можешь передать маме весточку?

Бабочка повернулась вправо. Иможден не знала, что это означает. Конечно, нельзя требовать так многого от обычного насекомого, тем более что бабочки не умеют говорить, но Имоджен хорошо помнила, что ей когда-то рассказывали. Бабочки могут быть вестницами. С давних времён они были посланницами между людьми и скретами! Так почему бы не передать послание маме?

– Я только хочу, чтобы она знала, что мы живы, – сказала Имоджен, – и что мы вернёмся домой, как только сможем. Если бы ты могла хоть немного её утешить… я была бы очень благодарна.

Сумеречная бабочка распахнула крылышки и распушила тоненькие волоски на спинке и, похоже, прекрасно поняла, о чём её просят.

– Спасибо, – сказала Имоджен, когда бабочка полетела прочь. – Если я смогу как-нибудь отблагодарить тебя за…

Но бабочка уже скрылась в ночи.

– Вот и правильно, – решила девочка. – И нам тоже пора.

Имоджен, Миро, Перла и Конья тихо прокрались через опустевший бар, пол которого был весь липкий от пролитых напитков, осторожно отперли входную дверь и выскочили наружу.

Кто-то запер конюшни, но Миро молча взял пару булавок для плаща и повертел ими в замочной скважине. Послышался тихий щелчок – и двери конюшен распахнулись. Имоджен вынуждена была признать, что в деле вскрытия замков Миро по-прежнему не знает себе равных.

Войдя в конюшню, они оседлали лошадей. Имоджен втайне надеялась, что Перла не обратит внимания на то, с каким трудом она забирается на своего пони. Ведь она сказала девочке, что живёт в этом мире!

Наконец дети выехали за ворота. Было темно, но лошади прекрасно видят в темноте. Миро ехал впереди на чёрном жеребце. Перла скакала на лошади своей матери. Волкокошка бежала рядом с ней.

Пони Имоджен шагал следом. Звёздные часы, запертые в ящик, были крепко привязаны к её седлу вместе с другими вещами.

Только теперь, сидя на трусящем пони, который уносил её прочь от таверны, Имоджен наконец-то почувствовала облегчение.

Она приняла решение избавиться от Марка. Больше никаких приказов, наставлений и прочих «я лучше знаю». Она едет в Водниславию, чтобы спасти свою сестру, и никто на свете не заставит её повернуть назад.

Глава 39

Аннешка верхом на белом пони ехала через Водниславию. Город был выстроен в месте слияния трёх рек, и всюду, куда ни посмотри, вода глубоко вгрызалась в землю.

Мари плелась за пони, крепко привязанная к седлу верёвкой.

– Я есть хочу, – жалобно сказала она.

– Хоти на здоровье, – отрезала Аннешка.

Здания в Водниславии были низкие. Здесь не было ни одной высокой стены или особняка. Даже церковным шпилям не хватало полёта. Если бы не совершенно немыслимое количество лодок, Аннешка решила бы, что приехала не туда, куда надо.

– Где мы? – спросила Мари.

– В столице Низинных земель, – бросила Аннешка. – Это царство, где мне предназначено править.

Она слезла с пони и развязала Мари руки. Кругом были люди – а люди, надо сказать, не привыкли видеть детей на привязи.

– Я думала, ты будешь править самым большим королевством на свете, – сказала Мари. – Откуда ты знаешь, что это оно и есть? Разве люди тут очень счастливы? Или у них есть роботы, которые выполняют всю работу?

Аннешка пристально посмотрела на свою пленницу. Лицо у девочки было бледное, грязное после дальней дороги, с тёмными кругами под глазами и синяком на щеке.

Роботы… Счастье… О чём она вообще болтает?

– Это единственное царство, в котором есть дракон, – отрезала Аннешка и посадила девочку в седло. Пусть горожане принимают их за мать с дочерью. Так они будут привлекать к себе меньше внимания.

– Какой дракон? – удивилась Мари.

Широко распахнув глаза, она заозиралась по сторонам.

Аннешка вспомнила пожар в замке Ярославии, своё прекрасное подвенечное платье, превратившееся в пепел, свои мечты, ставшие дымом.

– Необычный, – буркнула она. – Водяной дракон. Очень могущественный.

Какой-то старик сидел около колодца.

– Простите, – обратилась к нему Аннешка. – Где я могу найти королеву Водниславии?

Старик уставился на неё сквозь облачко жёлтого дыма.

– Тута нету никаких королев.

Сердце Аннешки забилось чаще. Это была судьба! Трон ждал её!

Но старик ещё не договорил.

– Тут у нас только король Чтибор да его дочка. – Он посмотрел на девочку, сидевшую на спине пони. – Вы, видать, не местные, верно?

– Нет! – выпалила Аннешка, прежде чем Мари успела открыть рот.

Ладошкой она отогнала облачко табачного дыма от своего лица.

– Оно и видно, – кивнул старик. – Местные прячут своих деток, хотя и это не всегда спасает. Взять хоть моего соседа. Он прятал своего сына в садке для ловли угрей. И что ты думаешь? Прошлым летом лютомуж всё равно его забрал. А племянница моя своих близнецов закрывает в печке. Пахнут они оба ну прям как пирог!

Всё ясно, старик выжил из ума, вот и мелет всякий вздор. Аннешка отвернулась от него, приготовившись ехать дальше.

– Да что говорить, ежели даже король потерял первенца! – вздохнул старик. – Ну и переполох тогда поднялся!

Аннешка застыла.

– Король потерял… ребёнка?

– Говорю же, дочку перворождённую он потерял. Случилось это много лет назад. – Старик пососал свою трубку, что-то подсчитывая в уме. – Сдаётся мне, сейчас ей было бы столько же, сколько тебе… Случилось это задолго до того, как лютомужи начали у нас тут безобразничать, но король убеждён, что это их лап дело. Люди-то давно толковали об этих чудищах. Боюсь, что мы своей болтовнёй и призвали их… на свою голову. – Он перевёл взгляд на Мари. – Ты уж береги дочурку-то, слышишь? Ни на шаг от себя не отпускай.

И тут Мари, к ужасу Аннешки, громко ответила:

– Я не её дочь! Меня похитили!

– Простите, – прошипела Аннешка и, рывком натянув поводья, пустила пони вниз по улице.

Скорее свернуть налево и скрыться с глаз.

За углом Аннешка сбросила Мари с седла, так что та упала лицом на дорогу.

– Только попробуй ещё хоть раз доставить мне неприятности!

– Я хочу вернуться к сестре! – заплакала Мари. – Я хочу домой, к маме!

В окне ближайшего дома появилось чьё-то лицо, поэтому Аннешка поспешила поднять девочку на ноги.

– Звёзды послали мне тебя с какой-то целью! – проворчала она. – Но берегись, слышишь? Как бы не получилось, что эта цель тебе совсем не понравится.

Она прижала Мари к себе, делая вид, будто утешает её. Плечи девочки тряслись от рыданий. Наконец лицо в окне исчезло.

– Давай договоримся, – Аннешка оттолкнула от себя плачущую Мари. – Если не будешь осложнять мне жизнь, я отпущу тебя, когда ты больше не будешь мне нужна.

Мари перестала всхлипывать и подняла глаза, блестящие от слёз и вспыхнувшей надежды.

– Но если ты всё-таки осложнишь мне жизнь, – продолжила Аннешка, – я скормлю тебя водяному дракону. Всё ясно?



Замок короля Чтибора стоял в излучине реки и, на вкус Аннешки, выглядел совершенно непрезентабельно: низенькое, приземистое строение как будто вросло в землю, словно боялось свалиться в воду.

Замок соединялся с городом узкой полоской земли, которую охраняли вооружённые стражи. Аннешка пошла прямо на них, ведя за собой пони, на котором сидела Мари. Дорога была такой узкой, что можно было легко оступиться и свалиться в реку; Аннешка слышала громкий гул воды с обеих сторон, но держала голову высоко и смотрела только на стражей.

Это были странные солдаты, совсем не похожие на королевских стражей Ярославии. Вместо пернатых шлемов на головах у них красовались какие-то железные вёдра. Вместо щегольских камзолов они были затянуты в кольчуги. Два стража были совсем маленького роста.

– Кто идёт? – спросил самый низкорослый голосом, похожим на скрежет металла по камню.

Аннешка остановилась, пытаясь скрыть своё изумление. Светящиеся глаза уставились на неё сквозь прорези в шлеме.

Скрет.

Что делают эти твари в Низинных землях?

Только один из трёх стражей был человеком.

– Прошу вас, позовите короля, – сказала Аннешка.

– Мы задали вопрос, – проскрипел скрет.

Аннешка обернулась и бросила грозный взгляд на Мари. Взгляд означал – заткни рот.

– Мы пришли издалека, – сказала Аннешка, обращаясь к человеку.

– Кто вы такие? – спросил он.

– Вы не узнаёте моё лицо? Ах, конечно, прошло столько времени…

Она грациозно осела и упала на колени, словно у неё подкосились ноги. Солдат поднял шлем и опустил копьё.

– Осторожнее, – предупредил его скрет. – Мало ли, что у неё на уме.

Аннешка понизила голос до слабого шёпота:

– Прошу вас… передайте королю Чтибору… что его дочь вернулась.

Солдат выронил копьё и подхватил её прежде, чем она разыграла глубокий обморок.

Глава 40

Солнце низко стояло в небе, когда Имоджен, Миро и Перла доехали до реки Кликатар. Всю дорогу Имоджен то и дело оглядывалась, проверяя, нет ли за ними погони. Но если Марк и отправился на поиски детей, он либо ехал слишком медленно, либо вообще в другую сторону. Похоже, им всё-таки удалось сбежать.

– Странно, – сказала Перла. – Моя карта указывает, что здесь должна быть переправа.

Она взяла с собой столько рисунков, сколько смогла унести, – в основном это были изображения Низинного королевства, Кустошей и земель, лежавших за ними.

Имоджен огляделась по сторонам. Река была широкая и очень быстрая. Возле воды росли красно-бурые деревья, воздух дрожал от гудения насекомых. И никакого намёка на мост. Значит, карты Перлы всё-таки были скорее фантазией, чем реальным изображением…

– Дай-ка мне взглянуть, – попросил Миро, беря карту из рук Перлы.

Имоджен слезла с пони и пошла в сторону реки. Она устала, ссадины, натёртые седлом, горели огнём. На середине реки вода бурлила и закручивалась в водовороты, а возле берегов бежала тише. Если смотреть вдаль вниз по течению, то можно было различить какие-то высокие камни – судя по виду, не природного происхождения. Для этого у камней были слишком гладкие стороны и чересчур ровные углы.

– Эй! – позвала Имоджен. – Идите сюда! Смотрите!

Из камыша торчала каменная арка, а чуть поодаль из воды выступала ещё одна. Видимо, это было всё, что осталось от переправы.

– Это и есть наш мост, – раздался позади голос Перлы. – То есть был.

Конья обнюхала груды камней.

– Что будем делать? – спросил Миро.

– Должен быть другой путь в Водниславию, – сказала Перла. – Что показывает карта?

Миро впился глазами в лист бумаги.

– Можно перейти севернее, но это ещё несколько дней пути.

– У нас нет столько времени! – закричала Имоджен. Перла приподняла брови, и Имоджен стало стыдно. – Простите… я не хотела орать.

Дети привязали лошадей и молча сели перекусить. Никто из них не знал, как развести костёр, поэтому они жались друг к дружке, чтобы согреться, а Конья втиснулась между ними.

Имоджен вытащила часы и прислонила их к дереву, но звёзды и стрелки не давали никакого ответа. Когда солнце село, появились кусачие насекомые. Одно из них с гудением зависло над ухом Имоджен.

– Хорошо, что Марк нас не видит, – прошептала она. – Только сбежали – и сразу застряли.

– Я могу сказать то же самое про Подхализля, – усмехнулся Миро и заговорил смешным тоненьким голоском: – Короли не сидят на земле! Короли не едят руками! – Он покосился на Перлу. – А что сказали бы твои родители?

– Наверное, что-нибудь насчёт лютомужей.



Когда над рекой сгустилась ночь, тишину прорезал низкий громкий звук. Он был похож на голос сломанного фагота, бесконечно повторяющего одну и ту же ноту.

– Что это? – удивилась Имоджен.

Миро потянулся к ножу.

Но Перла только тихо рассмеялась.

– Неужели там, откуда вы пришли, не водятся лягушки?

Новые звуки присоединились к лягушачьему концерту. Откуда-то из-под поваленного дерева доносился визг трубы. Над водой гремело ритмичное кваканье.

– У нас нет таких лягушек, – сказала Имоджен. – По крайней мере, в Англии.

Перла сдвинула брови.

– Что такое Англия?

Ой, вот и проговорилась. Она же сказала Перле, что она из Ярославии… Имоджен стала лихорадочно подыскивать подходящий ответ, но её спас новый звук.

– Добрый вечер, малёчки, – прошелестел шелковистый голос.

Трое детей вскинули глаза. Из камышей на них смотрело лицо… лицо женщины, ноги которой скрывались в воде… или это были не ноги, а хвост?

Имоджен вскочила.

– Осторожнее, – предупредила Перла, а Конья зашипела. Даже лягушки вдруг смолкли. – Речные духи очень опасны… У вас дома они водятся?

– Нет, – покачал головой Миро. – У нас их нет.

Но Имоджен не собиралась упустить этого духа! Женщина оперлась локтями о берег. По всей видимости, она нисколько не боялась испачкаться. Зелёные волосы густым плащом укрывали её плечи.

– Здравствуйте, – сказала Имоджен. – Вы не подскажете, как мы можем переправиться через эту реку?

Женщина моргнула. Веки у неё сдвигались сверху и снизу, как заслонки.

– Это легко, – ответила она. – Вплавь.

– Течение слишком сильное, – заметила Перла.

– Я ей не доверяю, – еле слышно прошептал Миро.

Речная фея поймала языком муху. Где-то вдали раздался топот копыт.

– Мы не поплывём, – сказала Имоджен женщине. – Есть какой-нибудь другой способ?

Женщина раздвинула камыши, открыв взорам детей три огромные кувшинки. Каждый лист этих кувшинок был гигантского размера, с восковым блеском и загнутыми вверх краями.

– Я могу вас перевезти, – сказала она, сладко улыбаясь детям.

Зубы у неё были белые, как жемчуг, и острые, как иглы.

Миро стал нервно крутить свои кольца, как он всегда делал, когда волновался или боялся.

Топот копыт становился всё громче и громче, а потом в свете полной луны Имоджен увидела двух приближающихся всадников. В том, кто скакал впереди, она узнала отца Перлы, второй был похож на Марка.

Кровь отхлынула от лица девочки. Мужчины их не заметили… пока.

Но это был лишь вопрос времени.

– Я жду, – пропела речная фея, покачивая гигантский лист кувшинки.

Глава 41

Король Водниславии встретил свою давно потерянную дочь с распростёртыми объятиями и приказал устроить пир в её честь. Аннешка же хотела немедленно увидеть водяного дракона, но благоразумно рассудила, что находится в замке короля Чтибора, а значит, какое-то время ей придётся играть по его правилам.

– Всё ли хорошо, любовь моя? – спросил Чтибор, обращаясь к Аннешке со своего трона во главе стола.

– У меня нет аппетита, батюшка, – ответила Аннешка. – Я переволновалась.

Она никогда не любила рыбу, а теперь перед ней на тарелке красовалась целая жареная форель в окружении груды бурых моллюсков. Глазки форели превратились в мерзкое белёсое желе.





Мари, по всей видимости, испытывала те же чувства.

– Я вегетарианка, – прошептала она.

Аннешка понятия не имела, что это значит.

– Когда эта дама со мной поиграет? – спросила девочка, сидящая рядом с Мари.

Девочку звали принцесса Казимира, младшая дочь короля Чтибора – шестилетняя наследница его трона. Точнее, она была наследницей до появления Аннешки.

– Я уже сказал тебе, милая, что эта дама – твоя сестра, принцесса Павла! – Глаза короля увлажнились. – Она вернулась домой после стольких лет…

– Сестра, – повторила принцесса Казимира и посмотрела на Аннешку. Рыбий жир капал с её подбородка. – Когда моя сестра поиграет со мной в куклы?

Король улыбнулся дочери:

– Павла устала, мой сливовый пирожочек. Она непременно поиграет с тобой завтра утром.

Принцесса Казимира схватила вилку и вонзила её в рыбью голову.

– Я хочу играть СЕЙЧАС!

Лицо Мари исказилось от ужаса. «Да уж, – подумала Аннешка, невольно потеплев к Мари. – И король, и его дочурка так же отвратительны, как их еда!»

Но тут Мари поразила Аннешку. Она посмотрела на Казимиру.

– Если хочешь, я поиграю с тобой.

– Великолепная мысль! – просиял король Чтибор.

Лакей поставил перед Аннешкой тарелку с мелкими варёными яйцами.

– Лучшие яйца Водниславии, – похвастался король.

Аннешка скривила губы, но заставила себя вежливо кивнуть. Даже яйца здесь воняли рыбой. Она положила одно в рот. Фу! Оно же солёное! Аннешка поперхнулась. Что ей теперь делать? Проглотить эту гадость? Нет, это было выше её сил. Она прижала к лицу салфетку и выплюнула яйцо.

«Я точно попала туда, куда нужно? – спросила она себя. – Неужели в величайшем королевстве может быть такая отвратительная кухня?»

Король приподнял брови.

– Попалось несвежее, – выдавила Аннешка и потянулась за бокалом.

«Воднислав славится не своей кухней, – напомнила она себе. – Его сокровище – это водяной дракон и его волшебная сила».

Она сделала большой глоток, чтобы смыть мерзкий вкус во рту.

– Так расскажи же нам, – сказал король, – куда тебя утащил лютомуж? Чего хотело это чудовище?

– Ах, батюшка… Мне бы не хотелось об этом говорить, – ответила Аннешка. – Это слишком тяжело.

– Бедная моя куколка! – вскричал Чтибор. – Он причинил тебе боль?

– Я устала! – взорвалась Аннешка. – Отложим расспросы на потом.

– Конечно, – согласился Чтибор, но на его лице отразилось разочарование.

Мысли Аннешки вернулись к дракону. Заполучив в союзники такое чудовище, она свернёт горы…

– Батюшка, – нежно пролепетала она. – Когда я увижу дракона?

Король потёр красный нос и засопел.

– Зачем тебе понадобилось его видеть?

– Я столько о нём слышала, – настаивала Аннешка. – Неужели правду говорят, будто он может затопить целые города?

– Не волнуйся! Водяной дракон защитит Водниславию. Я держу его во дворце, надёжно запертым на замок.

– Он ест детей? – спросила Мари и сильно побледнела.

Этот вопрос поставил короля в тупик.

– Дракон поедает наших врагов, – ответил он.

Принцесса Казимира запрыгала на своём стуле.

– Дракон, дракон, дракон! – запела она. Потом схватила с тарелки варёное яйцо и раздавила его в кулачке. – Я тоже хочу посмотреть на дракона!

Лицо короля опало, как плохо пропечённый пудинг.

– Боюсь, это невозможно, зёрнышко моё.

Казимира пронзительно завизжала, а Мари закрыла ладонями уши.

Аннешка сверлила глазами Чтибора. Что он скрывает?

– Конечно, батюшка, – кротко сказала она вслух. – Как скажешь.

Под столом она вытащила из кармана своей юбки пузырёк с сонным зельем. Бутылочку она прихватила у Очи. Это средство отлично сработало в домике лесной ведьмы, почему бы не пустить его в ход и здесь?

Спрятав флакончик в рукаве, Аннешка поднялась из-за стола.

– Я хочу предложить тост! – громко воскликнула она.

При этом Аннешка едва заметно наклонила руку над кувшином, капнув туда несколько капель из склянки.

– Замечательно! – закричал король, улыбаясь до ушей.

Аннешка до краёв наполнила королевский кубок и налила немного принцессе.

– Мне не налили, – сказала Мари.

Аннешка даже не взглянула в её сторону.

– За семью! – провозгласила она, поднимая свой кубок.

Чтибор и Казимира последовали её примеру.

– За сестёр! – взвизгнула младшая принцесса.

Аннешка молча смотрела, как они пьют.

Глава 42

– Сюда едут Марк и папа Перлы, – шёпотом сказала Имоджен своим друзьям, ныряя в камыши. – Нужно садиться на эти кувшинки – и быстро!

– Но как же наши лошади? – спросил Миро. – Кувшинки их не выдержат!

Он был прав. Кувшинки были большие, но не настолько.