— То, что сказал верховный епископ по поводу заражённых разломов, правда?

— Абсолютная. В этом мире больше не осталось ни одного заражённого разлома. И верховный епископ это прекрасно знает. Почему? Вопрос очень злободневный, и у меня есть не самый популярный ответ.

— Намекаешь, что наш общий знакомый может иметь какое-то отношение к появлению заражённого разлома на турнире?

— Какое-то? Прямое! Этот разлом был создан или им самими, или по его прямому приказу. Стопроцентных доказательств у меня нет, но их и не требуется. Не тот случай. Я не собираюсь останавливать графа Вяземского или армию генерала Хабенского. Если каменоиды их случайно прикончат, печалиться не стану. У меня другая задача. До тех пор, пока тёмные не прознали о том, что заражённых разломов больше не существует, хочу присвоить все ресурсы разломов. Мне ещё с вами торговаться.

— Меня напрягает твоя открытость. Раньше из тебя слова было не вытащить, сейчас ты сам всё выкладываешь, — заметил Кималь Саренто. — Заболел?

— Мы сейчас на одной стороне, господин ректор. И чем больше вы знаете о том, что происходит, тем эффективней сможете принимать решения. Встреча, что только что произошла, наглядно показала настоящий расклад сил. Хабенский и Вяземский. Третьего не существует. Если этой парочке в чём-то не угодить, начнётся то, что происходит с моим Кострищем. Так что пока угроза не устранена, мы в одной лодке. Насколько я помню, у графа Вяземского к вам тоже имелись какие-то претензии. Если внезапно меня не станет, все наработки по лишению репутации обратятся против магической академии. Так что диверсионные группы, неприятности и устранение провокаторов наш нынешний путь. И в нём нужно друг другу доверять. Хотя бы на верхнем уровне. Раз пошёл такой разговор, про доверие, у меня возник вопрос. Как думаете, Заракская империя сильно опечалится, если внезапно центральная крепость ночной гильдии прекратит своё существование? Включая всех обитателей, что в ней засели в настоящий момент?

— Силёнок-то на такое хватит? — недоверчиво спросил ректор.

— Хватит. Если кто-то думает, что ему позволительно нападать на моих гонцов, то он глубоко заблуждается. Я с лёгкостью закрою глаза на пренебрежение договорными обязательствами. Просто больше не буду работать с этими людьми. Я проигнорирую попытки изолировать мой город или натравить на нас фанатиков. Это глупо и бессмысленно, и говорит только о скудном воображении человека. Но убийство моих людей прощать не намерен. Так что я собираюсь войти в центральный дом гильдии убийц и всех там уничтожить. К слову — я не спрашиваю разрешения, вопрос с этим уже решён. Я интересуюсь последствиями такого действия. Ибо у меня нет планов умалчивать о том, кто это сделал и по какой причине. Заракская империя должна понять, что произойдёт, если люди из Кострища начнут умирать.

— Во дворце ночной гильдии, как ты назвал этот дом, находятся несколько десятков пленников. Некоторые из них имеют вполне ощутимую ценность. Например, Миральда Лертан. Я ошибся, отпустив её на вольные хлеба. Император почувствовал силу и начал пренебрегать прежними договорённостями. Если тебе удастся вытащить истинную наследницу Заракской империи из плена и спрятать её в Кострище, моей признательности не будет границ. Это опасно — убийцы гарантировали императору, что его племянница мертва, но сохранили её жизнь для лучших времён. Ибо все в этом мире хотят контролировать друг друга. И Император, и убийцы сделают всё, чтобы Миральда не дожила до двадцати одного года. Когда она может заявить о своём праве на трон. Но, если ты готов рискнуть — принцессу можно сделать символом Кострища. Обложкой. Использовать против графа Вяземского его же оружие — слухи и искажение информации.

— Сделать Кострищ не пристанищем тёмных, а местом спасения истинного наследника трона? — идея, которую продвигал Кималь Саренто, попахивала авантюрой, но мне она нравилась. Тем не менее слепо следовать её никто не собирался. Вначале поговорю с Элеонорой. Мне хватило уже общения с герцогом Турбским, фанатиком, жаждущим вернуть прежнюю власть. Таких, как он, хватает и они могут стать той силой, на которую я смогу опереться в противоборстве с графом Вяземским. Вот только нужно ли мне это? Как только Миральда почувствует власть, то превратится в полную дуру. Уже проходили. В Кострище и без того напряжёнка, чтобы там ещё и полоумная принцесса бегала. В общем, нужно думать.

Тем не менее идея Кималя Саренто навела меня на мысль, что мне стоит пройтись по логову ночной гильдии более продуктивно. Не просто уничтожая всех направо-налево, а делая это с пользой для Кострища. Ресурсы, золото, драгоценности. Всего этого должно иметься у убийц в огромном количестве, так зачем мне всё это им оставлять? Эти люди сами выбрали свою судьбу.

— Адрес подсказать? — ухмыльнулся Кималь Саренто, когда я поднялся с кресла.

— Найду по запаху. Очень надеюсь, что в логове не будет ваших людей, господин ректор. Потому что жалеть сегодня я никого не намерен. Гильдия убийц взялась не за тот контракт. И сегодня будет тот день, когда им об этом в открытую объявят.

Глава 4

Огромное здание находилось неподалёку от центральной площади Турба. Ночная гильдия настолько утратила страх, что даже не пряталась. Каждый раз, когда против убийц выступала какая-то сила, эта сила по той или иной причине быстро заканчивалась. Или умирала, или передумывала, так как родственники внезапно попадали в лапы безжалостных тварей. Дошло до того, что гильдия стала обрела вес в политическом мире. С её мнением начали считаться. Управляли убийцами три меняющихся главаря. Ротация была постоянной, так что в тот или иной момент времени вся верхушка ночной гильдии побывала на этой должности. Считалось, что это крайне эффективное средство против любой агрессии — бесполезно вырывать зубы змее, если она тебя душит. Конечно, ходили ещё некоторые слухи о лидере, что, собственно, и курирует процесс смены власти в гильдии, но подтверждений этому нигде не было. И, как мне кажется, никогда не будет. Убийцы тщательно следили за такой информацией.

Вот только мне было глубоко наплевать на все эти хитросплетения мироустройства ночной гильдии. Я не собирался уничтожать её полностью. Пусть живёт. Непросто признавать, но невидимки являются крайне приятным инструментом контроля и получения информации. Либо устранения неугодных, если на то пойдёт. Однако я собираюсь спросить за шестерых курьеров, что были загублены силами этой братии. Причём спрашивать буду не в соотношении один к одному. В соотношении все против моих людей. Ибо для меня каждый человек даже не на вес золота, он бесценен!

— Чем-то могу помочь? — на входе меня встретила милая и приветливая девушка. Казалось — лучик Света в этом царстве тьмы и жути. Улыбающаяся, красивая, с идеальной фигурой. Не девушка — мечта! Вот только «Анализ» показал, что передо мной не просто крайне опасный человек, а матёрый убийца! Вряд ли простой администраторше, что приветствует гостей, выдадут «Призрака» тринадцатого уровня. Конкретно эта дама могла спрятаться в тенях практически от любого человека!

— Конечно можете, — улыбнулся я в ответ. — Хочу, чтобы вы где-то сделали себе пометку. Я — эрцгерцог Валевский. Пришёл сюда для того, чтобы убить всех, кто находится в этом здании. Включая такую милую и обаятельную девушку, как вы. Но не хочу этого делать до того, как информация обо мне не будет записана и передана в вышестоящие инстанции.

— Как мило, — на лице девушки не дрогнул ни один мускул. — Какой изощрённый способ самоубийства, ваша светлость. Желаете, чтобы мы сообщили вашим родственникам? Или завещание вы уже написали?

— Милая девушка, вы пометку о моём прибытии сделали? — реагировать на сарказм убийцы было глупо. — У вас тридцать секунд, прежде чем…

Атака была стремительной, но малоэффективной. Силуэт девушки растворился в воздухе и очутился в нескольких шагах от меня. Сверкнули искры, и моя несостоявшаяся убийца отлетела в противоположную стену. Умудрившись сориентироваться, девушка развернулась в воздухе и, врезавшись в стену двумя ногами, тут же оттолкнулась, устремившись обратно в мою строну. В этот раз в её руках были не клинки, а что-то стеклянное. Наверняка какой-нибудь гадкий смертоносный яд, способный проникнуть сквозь любую защиту. Что было не лишено смысла. «Золотистый купол защиты» не защищал от жидкостей.

Вот только владелица приёмной ночной гильдии не учла два обстоятельства. Первое — я не был самоубийцей, врывающимся в логово убийц только с одной магической бронёй. Второе — я был не менее быстр, чем она. Сделав шаг вперёд, я позволил размазать по своей защите яд и, вогнав руку в грудь, игнорируя несколько типов защиты, включая амулет на смертельный урон, вырвал целую гроздь магических камней. На лице девушки застыло выражение искреннего недоумения. Она так и не поняла, что её убило. Смахнув кровь, я положил добытые камни в карман. Когда я узнал про эту особенность мифриловой брони, захотелось прыгать от радости — отныне у меня имелся встроенный рюкзак для хранения малогабаритный предметов, недоступный всем другим людям. Магические камни, эликсиры, золото, драгоценности — всё, что было не больше моей головы, с лёгкостью могло в нём разместиться. Экспериментальным путём было установлено, что объем рюкзака безграничный, но масса предметов, в отличие от инвентаря, не теряется. То есть если я найду три тонны золота и засуну это всё в карман, то вряд ли сдвинусь с места.

Тем не менее определённые подвижки были и в этом плане. После того, как основные страсти по убийству моего деда улеглись и я смог разобраться с мифриловой бронёй, что предоставил мне Храм Скрона, первым делом я отправился к алтарю развития. Мастер Мерам был прав, утверждая, что основа любого мастера, работающего с символами — это усиление собственного тела. Усилился я на максимум, единоразово потратив на это двести очков развития. Остановило меня лишь сообщение перед глазами, уведомившее, что в ближайшие двенадцать месяцев кристаллы галло становятся для меня бесполезны. Произошло перенасыщение.

Никаких записей, конечно же, убийца не делала. Пришлось исправлять её ошибку и самому вписывать себя в журнал посетителей. Гильдия убийц вела строгий учёт всех, кто входил в её логово. Проверив стол на предмет чего-нибудь ценного и ничего не найдя, я двинулся дальше.

Я шёл из кабинета в кабинет, уничтожая на своём пути всё живое. Даже тёмную ауру не пришлось включать — в ней не было смысла, убийцы бежали ко мне сами, даже не пробуя прятаться. Хотя некоторые всё же прятались — в тенях, нападая на меня в самый, как им казалось, удобный для них момент. Вот только благодаря браслету я понимал, что невидимки находятся в помещении, а прокачанное восприятие позволяло определить, где конкретно они находятся. Мне даже не требовалось видеть своих жертв. «Рывок» в сторону, откуда веяло опасностью и чужим присутствием, и, благодаря «Коварному удару», невидимки возвращались в обычное состояние. Мифриловая перчатка приводилась в действие и в моих руках появлялись очередные магические камни.

Первый раз включать тёмную ауру мне пришлось в просторном зале минут через пятнадцать после начала шествия. Члены ночной гильдии осознали, что происходит что-то из ряда вон выходящее и, собравшись, решили дать отпор безумцу. Меня атаковало сразу десять человек. Тактика была грамотной и, признаюсь, даже в чём-то идеальной. Скорость и сила ударов оказалась такой, что мой купол защиты смело за считанные секунды! Учитывая уровень магических камней поддержки, окружавших «Золотистый купол защиты», эта десятка явно входила в число лучших бойцов ночной гильдии. Вот только результата они достичь не смогли — я даже не стал возвращать купол назад, ограничившись одним мифриловым доспехом. Оружия, способного его пробить, у убийц не было. Как они не прыгали вокруг меня, пытаясь найти сочленение доспехов или их слабое место, всё было напрасно. На меня даже удары особо не действовали — доспех умудрялся поглощать большую часть импульса, позволяя мне оставаться на месте. Несколько раз использовав «Рывок», в надежде остановить молниеносных убийц, я был вынужден признать, что это бесполезно. Шустрые твари успевали выбраться из-под моей атаки раньше, чем я оказывался рядом с ними.

Значит, усли двадцать пятого уровня. Я не мелочился — жалеть или давать хоть какой-то шанс выжить членам ночного братства не собирался. Не было ни дёрганий, ни стонов. На пол рухнуло десять искорёженных мёртвых тел — внутренности убийц взорвались. Тонкие душевные натуры не выдержали тьмы разлома. Мне было без разницы, откуда забирать камни — из живых, или мёртвых людей. С мёртвых даже проще. Не так много крови, да и амулеты остаются целыми. Идеальное решение для того, что я задумал.

Нельзя сказать, что мой поход по логову ночной гильдии был стремительным. Я никуда не торопился. Каждую комнату, куда входил, тщательно исследовал на предмет чего-нибудь интересного. Мой новый рюкзак начал постепенно заполняться — самоцветы, золото, различные украшения и даже несколько красивых статуэток уже начинали увеличивать мой вес. Я прекрасно понимал, что всё самое интересное находится ниже — с одного из убитых мне досталось нечто, похожее на карту. Мужчина вёл «статистику» посещений тех, или иных комнат, создав структуру логова. Полагаю, если бы кто-то из руководства это увидел, не сносить этому бедолаге головы. Либо это был шпион, внедрившийся в ночную гильдию, а цифры были не количеством посещений комнат, а количеством убийц, имевших туда доступ. В общем, к бумажке имелись определённые вопросы, но на ней была нарисована структура здания, пусть и неполная. Если ей верить, в логове убийц имелось три подземных этажа. И, как подсказывала логика, самое интересное находилось именно там, внизу.

Тем не менее первый этаж я прошёл полностью. Сказывалась привычка разломов. Только там были тёмные твари, здесь — невидимые люди, что умудрялись атаковать меня даже с потолка. Мало того, в какой-то момент я понял, что часть атак проходит с тех комнат, которые я уже прошёл — к логову ночной гильдии стягивались дополнительные силы. Судя по всему, несколько шустриков умудрилось выскочить на улицу через окна и помчались туда, где им могли оказать помощь. Вряд ли все убийцы столицы находились в одном месте. Многие отдыхали дома, в каких-нибудь тавернах, были на деле. Но меня такой поворот событий только радовал — чем больше тварей мне удастся убить прямо сейчас, тем действенней будет мысль, которую я собрался донести до убийуц. Я знал, что гильдия будет мстить. Они сделают всё, чтобы прикончить либо меня, либо моих близких, вот только сделать это уже сложно. Невидимки в Кострище теряют своё главное преимущество — невидимость. А никто, кроме меня, из автономного города в ближайшее время выбираться не планирует.

На второй этаж я решил не идти. Тёмная аура, что действовала на постоянной основе, должна пробивать перегородки, так что там не осталось ни одного живого человека. Конечно, можно подняться, чтобы забрать камни, но меня буквально тянуло вниз. Вновь привычка, связанная с разломами. Самое интересное всегда находится ниже.

Если верить схеме, туда вело сразу три лестницы. Плюс, наверняка, некие тайные проходы, о которых шпион просто не знал. Я решил действовать наверняка и не допустить, чтобы убийцы умудрились сбежать. Помогли клинки из вирмы — с их помощью я разворотил стены и закидал два прохода огромными балками и камнями. Теперь, если кому-то захочется воспользоваться этими лестницами, придётся постараться. А там и я подтянусь на шум.

Вторую атаку я прозевал. Когда дошёл до третьего прохода, из него неожиданно в мою сторону полетели огненные шары, молнии и каменные шипы. Каким образом мне удалось уйти в сторону, объяснить не могу. Видимо, сработало новое усиление тела, превратившее меня в сверхчеловека. «Рывком» я ушёл в сторону из-под атаки и тут же ещё одним «Рывком» добрался до магов. На этом атака захлебнулась — тела атакующих взорвались изнутри. Но это обстоятельство заставило меня нахмуриться. Я искренне полагал, что на минус первом этаже не осталось ни одного человека, а тут, оказалась, целая группа обладателей атакующих способностей не только выжила, но и попробовала меня атаковать.

Новая информация заставила меня по-иному посмотреть на второй этаж. Что, если там тоже народ живой? Может такое быть? Вполне. Значит, следует обязательно пройтись и там. Но для этого нужно заблокировать третий проход вниз. Потом разберу его. Нельзя, чтобы убийцы сбежали от моей карающей длани. Сегодня выпускать никого я не желаю.

Завалить проход много времени не составило. Поднявшись наверх, я не обнаружил ни одного тела. Все, кто здесь находился, сбежали. Моя хвалёная аура не смогла пробиться через перекрытия этажей, что говорило о том, что… Я наклонился и сделал надрез лезвием вирмы. Да, ночная гильдия основательно подошла к своему жилищу. Перекрытия между этажами были сделаны из толстых стальных балок, уложенных друг на друга в несколько слоёв. Одна из лучших защит против магов — даже если они явятся в это логово и пожелают его уничтожить, всё, чего добьются — обломают себе зубы и лишатся маны. Ибо ни один огненный шар не сможет пробить такую защиту. Не смогла и моя тёмная аура.

Оставалось только пройтись по этажу, выискивая что-нибудь ценное. Отбив несколько атак, я понял главное — основная часть членов ночной гильдии, что находилась на втором этаже, сбежала через открытые окна. Я прошёлся по комнатам и нашёл несколько открытых сейфов. Люди уносили не только ноги, но и ценности. Что плохо.

Пришлось возвращаться. Со стороны улицы слышались какие-то крики, но внутрь огромного дома входить никто не решался. Скорее всего прибежали стражники, но, осознав, куда их позвали, застыли в нерешительности. Без тайной канцелярии его императорского величества сюда никто не сунется, а те вряд ли будут скоры на подъём. Им тоже выгодно, чтобы в столице убийц стало меньше.

Устроенная мной баррикада вылетела из лестничного проёма, как пробка из бутылки. Не сама — её продавил достаточно мощный огненный шар. Во всяком случае диаметр этого чуда внушал уважение. Нацепив «Золотой купол защиты», я устремился вперёд. Снизу поднималась третья группа. Она выглядела гораздо внушительней предыдущих. Эти оказались одеты в латные доспехи, причём полные, имели щиты, двигались строем и были готовы к любой неприятности. Только не к усли с двадцать пятого уровня разлома! Тем не менее это оказались первые члены ночной гильдии, кто не взорвался. Стальная броня смогла погасить какую-то часть тёмной ауры, так что люди просто покатились по лестнице вниз. Пришлось их догонять и извлекать камни прямо через стальную броню. Даже интересно, что подумают те, кто явится сюда разгребать последствия моего появления. Откуда в стальной кирасе появилась дырка, словно от копья баллисты?

С третьего отряда добычи оказалось значительно больше, чем с предыдущих. Здесь были не только отличные камни десятого уровня, но и целая россыпь защитных и атакующих амулетов, несколько десятков флаконов с зелёным ядом, какие-то непонятные эликсиры, что я тоже прибрал к рукам. Склянка разберётся, что это такое и как их можно использовать. Особенно порадовал один из нападавших — у него и камни были пятнадцатого уровня, и на руке обнаружилась знаковый перстень. Обладатель её называл себя одним из трёх. Значит, с текущего момента у ночной гильдии осталось всего два руководителя.

Первый подземный этаж принёс много интересных открытий. В большинстве своём — открытий сейфов, которые находились практически в каждой комнате. На золото я уже не смотрел, даже выгреб всё, что успел насобирать к этому моменту. Без особый проблем я смогу утащить килограмм двести жёлтого металла, не больше. Потом стану медленным и неповоротливым. Любой шустрик сможет до меня добраться, так что не стоит оно того. Нельзя давать шанс противникам придумать оружие против моей брони. Но вот что действительно стоит складывать в свой бездонный рюкзак — украшения, от которых ломились сейфы убийц. Драгоценности и весили значительно меньше, и стоили на несколько порядков дороже. Кольца, серёжки, кулончики, цепочки, браслеты… Целая россыпь ювелирных изделий перешла в мою собственность и отказываться от неё я теперь точно не собирался. Особенно от одного из комплектов — два кольца, серьги и ожерелье. Он выглядел настолько привлекательно, что мне без труда удалось представить его на своей Алие. Ей такое точно понравится.

Убийцы ещё дважды собирались в группы, чтобы дать мне отпор, но каждый раз это заканчивалось полным провалом. Мне достаточно было «Рывком» сократить дистанцию, как любые сопротивления заканчивались. Несколько раз со мной пытались поговорить. Даже нашлись особо одарённые люди, что угрожали как мне, так и моей семье. Я не обращал на это никакого внимания — шёл вперёд, уничтожая всё на своём пути. В мифриловых доспехах, тем более в таком тесном пространстве, я был неуязвим.

Минус второй уровень не принёс изменений — всё те же комнаты, всё те же сейфы, всё те же люди. Не такие, похожие, но сути это не меняет. Начали попадаться какие-то документы. Они тоже отправлялись в мой рюкзак — даже если окажутся полным бредом, пойдут на растопку каминов. Книги я тоже изымал — у меня возникла идея создать в Кострище собственную библиотеку. Причём не из простых книжонок, коих в любой лавке было под завязку. Меня интересовали древние работы. Такие, какие хранились в ночной гильдии. Здесь тоже имелись свои ценители.

Передо мной появилась очередная массивная дверь. Как и все предыдущие, эта оказалась заперта. Видимо, за ней тоже схоронились те, кого боялась вся империя. Ещё бы — страшные люди, что умеют прятаться в тенях. Но стоит прижать эти людей к стене, встать напротив с тёмной аурой, куда только девается вся их крутизна? За такие вот огромные двери? В надежде, что я пройду мимо, не сумев прорваться?

Клинок из вирмы с лёгкостью вошёл в дверь. Я сделал огромный круг, прорезая проход. Возиться с замками мне не интересно. Щёлкнули несколько арбалетов, появились искры моей защиты, в очередной раз повалил едкий зелёный туман. Убийцы настырно, раз за разом, желали меня отравить. Видимо, им и в голову не могло прийти, что существует настолько герметичный доспех, что в нём какое-то время можно ходить по дну реку. Но ведь для всего мира на мне не было доспеха! Я не стал придавать мифрилу форму красивой железки. Зачем, если броня работала и так?

Кусок двери провалился внутрь. Я шагнул следом и узрел двух мужчин. Одного я знал — мы встречались с ним раньше. В глаза сразу бросились перстни, что украшали пальцы каждого из мужчин. Двое из трёх. Вернее, уже двое из двух. Последние живые руководители ночной гильдии.

— Господа, — я картинно кивнул им, как равным. Вновь два арбалетных болта впечатались в защиту и, создав красивый фонтан искр, отлетели в сторону. Судя по вытянувшимся лицам, болты были не из простых. Вирма? Наверняка. Оружие, что никогда не подводило, дало сбой. Причём с ним справился обычный защитный купол.

— Ситуация следующая — я не собираюсь убивать всех членов ночной гильдии. Один из вас останется в живых и спокойно покинет это здание. Предлагаю вам самим решить, кто из вас будет этим счастливчиком.

— Зачем ты это делаешь? Ты ведь знаешь, что за этим последует? Тебя и твой город уничтожат! — судя по вопросу, меня всё же знали. Уже хорошо.

— Ночная гильдия совершила весьма глупый поступок — она приняла контракт на убийство моих людей. Курьеры, которых вы перехватывали, служили мне. Вы их убили. Пытались убить других моих людей. Мне это не нравится, поэтому я здесь с ответным визитом. Чтобы до вас дошло, против кого можно идти, а с кем лучше не связываться. Угрожаете тем, что уничтожите мой город? Не вопрос — попытайтесь. С удовольствием доделаю то, что начал. Только я ограничусь уже не только вашим центральным логовом, а пройдусь по всем крупным городам. За любую глупость нужно платить, господа. Полагаю, что ночная гильдия практически выплатила свой долг.

— Практически? — оскалился один из главарей. Тот, которого я ещё не встречал.

— Один из вас ещё живой. Да и на третьем этаже я ещё не был. Хочу посмотреть, что там. Вдруг среди ваших гостей найдётся тот, кем я заинтересуюсь? Время, господа. Или вы желаете, чтобы выбор сделал я?

— У меня другое предложение, — продолжил скалиться главарь. — Сдохни!

Одновременно со своими словами он нажал на какой-то рычаг и передо мной, прямо из пола, выросли стальные прутья толщиной с большой палец! Аналогичные прутья, судя по шелесту, появились позади меня. Они упирались в потолок, формируя надёжную ловушку. Расстояние между прутьями было таким маленьким, что через них даже рука не могла пройти. Но одними прутьями дело не ограничилось — с потолка появились острые колья и медленно начали опускаться вниз. Послышался довольный смех — видимо, эта парочка любила наслаждаться таким зрелищем.

Шипы спускались медленно. Жертва, попавшаяся в такой простенький капкан, должна была осознать всю незавидность своего положения. Усмехнувшись, я активировал лезвия из вирмы и нанёс удар по прутьям. Раздался металлический звон и моё оружие отлетело в сторону. Это была не сталь. Ночная гильдия создала клетку из чистой вирмы! Смех стал ещё более неприятным — главари убийц явно наслаждались. Развернувшись в сторону спускающихся шипов, я нанёс удар и по ним. Результат был аналогичный — вирма ничего не могла сделать против вирмы. Мало того, пол и тот оказался создан из ценнейшего металла! Специально проверил, попробовав его на прочность. Даже представить не могу, откуда у убийц столько вирмы. Здесь килограмм пятьдесят, не меньше!

Вот это я удачно зашёл! Ни грамма здесь не оставлю. В отличие от драгоценностей, даже обработанная вирма прекрасно разместится в инвентаре. Оставалось дело за малым — выбраться из текущей ловушки. И на это у меня имелся один крайне ценный аргумент, о котором ржущие главари ничего не знали. Перчатки из мифрила!

Потребовалось всего два удара, чтобы создать достаточно широкую дырку, чтобы выбраться на свободу. Мифрил пронзал вирму с той же лёгкостью, с которой крушил сталь. Куски, которые я отрывал, не выбрасывал — они действительно сумели разместиться в инвентаре. Торопиться мне было некуда — выход из комнаты был перекрыт опускающейся плитой. Повернувшись, я оценил, с какой точностью шипы вошли в специальные пазы в полу — для них были сделаны специальные отверстия. Плита полностью опустилась на пол и так же медленно начала подниматься. Судя по грузам, что опускали этот пресс, жертву должно было превратить в лепёшку независимо от того, в какой броне он будет. Вот тут-то я и начал беспокоиться — если плита сейчас вернётся на потолок, то исчезнут и штыри. Как я их потом извлекать буду? Пришлось забыть про главарей, что превратились в две белоснежные статуи и сконцентрировать всё своё внимание на прутьях. Мне удалось присвоить больше половины, прежде чем механизм отработал окончательно. Клетка, вернее то, что от неё осталось, исчезла. Последнее, что мне удалось сделать — вогнать руку в пол и, стоя рядом, одним рывком поднять пластину из вирмы. Тонкая, но даже такой хватило, чтобы заблокировать мои лезвия. Мне срочно нужен целир. Материал, добываемый с девяностого уровня разлома и способный резать всё, что только можно. Кроме, разве что, мифрила и высших сущностей.

— Вы определились? — как ни в чём ни бывало спросил я у главарей, когда пластина тоже отправилась в инвентарь. — Кто же из вас сейчас умрёт, а кто побежит рассказывать всему миру о том, что здесь только что произошло? Быстрей, пожалуйста. У меня на сегодня ещё несколько дел намечены. Причём куда более сложных, чем уничтожение вашего зажравшегося логова. Даже странно, что этого никто не сделал до меня. Итак?

Глава 5

— В сторонку, пожалуйста, — я заметил за спиной главаря ночной гильдии нечто, похожее на сейф и решил проверить, что там находится.

— Ты что делаешь? — единственный выживший главарь ночной гильдии только что грудью не встал на защиту своего добра.

— Забираю добычу, — ответил я, искренне не понимая, с чего вдруг появились такие вопросы. — То, что я сохранил тебе жизнь, не значит, что не собираюсь основательно разорить это логово. Кстати, ты можешь уходить. Конкретно к тебе сейчас претензий нет. Есть совет — не стоит принимать заказы на Кострищ. В следующий раз оставлять в живых никого не планирую. Хотя стоит признать — поступил ты разумно.

Главарь, что остался в живых, действительно поступил грамотно. Когда стало понятно, что на меня не подействовала ловушка, он выхватил нож и ловкими движениями отправил своего партнёра в вечный сон. Несколько коварных ударов в спину были настолько мощными и быстрыми, что у второго не было ни единого шанса на спасение. Не помогли даже амулеты, блокирующие смертельный урон. Я не поленился и, наклонившись, пронзил грудь убитого главаря, забирая магические камни и оставшиеся амулеты. Со стороны это выглядело жутковато. Я даже ухмыльнулся, представив, как будет обо мне рассказывать этот главарь. Пришёл человек в красивой одежде и голыми руками ломал самый крепкий металл, какой только есть в этом мире. Даже хорошо, что я решил оставить жизнь этому человеку. Когда никто не понимает, что происходит, это порождает гору слухов. Чем их будет больше, тем с большей опаской народ будет смотреть в сторону Кострища. Тем меньше появится желающих уничтожить мой город. Хотя они, эти желающие, будут обязательно.

— Эрцгерцог Валевский, вы же разумный человек, — внезапно в выжившем проснулось уважение. — Не стоит делать того, чего вам точно не простят. Одно дело прийти мстить за своих людей, другое — устраивать глобальный грабёж. Уверен, вы и так основательно прошлись по верхним этажам.

— Прошёлся, — я с интересном посмотрел на сейф. Желание его вскрыть усилилось. Главарь просто заговаривает мне зубы, пытаясь спасти своё добро. — Вот только то, что я нашёл, является недостаточной компенсацией за нанесённый моему городу ущерб. Полагаю, здесь, конкретно в этом сейфе, находится нечто, что сделает меня счастливейшим человеком на планете.

— Что сделает вас мёртвым человеком, — главарь ночной гильдии даже угрожать пытался. Удивительная наглость! Это вынудило меня ещё ближе подступить к сейфу, как неожиданно я услышал небывалое предложение: — Ночная гильдия заплатит вам сто тысяч золотых, если вы не будете открывать этот сейф!

Я с удивлением уставился на главаря, опешив от такого предложения. Тот понял, что сморозил глупость и поправился:

— Я предлагал вам сто тысяч? Свет великий, какая непростительная ошибка! Пятьсот тысяч золотых! Ночная гильдия предлагает Кострищу пятьсот тысяч золотых ради того, чтобы содержимое этого сейфа осталось на месте.

Пятьсот тысяч — это уже хорошая сумма, сопоставимая со стоимостью двух-трёх высокоуровневых разломов, если добытые из них ресурсы кому-нибудь продать. Проблема была лишь в том, что в Заракской империи, да и у тёмных, было не так много людей и организаций, что готовы были расстаться с такой суммой. Для Кострища пять сотен тысяч будут сейчас очень полезны. Кстати, может, заново запустить процесс лечения народа? Вдруг после этого нас перестанут боятся? Нужно поговорить с Элеонорой на эту тему.

Однако сходу соглашаться на такое предложение я не собирался. Деньги, конечно, нужны, но их ещё нужно как-то получить. Даже если последний из трёх главарей ночной гильдии сейчас выпишет чек, где я его обналичивать будут? Пятьсот тысяч золотых — это много тонн круглых монеток. Просто так их в карман не положишь.

— Вижу, некие сомнения всё же появились? — главарь умудрился правильно интерпретировать моё замешательство. — Видимо, мне просто не удалось угадать с точной суммой? Конечно, что такое пятьсот тысяч для единственного эрцгерцога не только Заракской империи, но и всего светлого мира? Миллион! Ночная гильдия предоставит эрцгерцогу Валевскому миллион золотых, откажется от всех контрактов, связанных с Кострищем или устранением людей оного эрцгерцога. Мало того, мы самостоятельно доставим указанную сумму в автономный город в качестве платы за беспокойство. Скажем, через две недели. Это достаточный стимул для того, чтобы не открывать этот сейф?

Я в очередной раз посмотрел на сейф. Неужели там фигурирует имя того таинственного человека, что назначает главарей ночной гильдии? Во мне включился владелец города. Даже если я присвою всё, что находится в этом логове, миллиона золотых мне не добыть. Эта сумма слишком огромна, чтобы её просто так игнорировать. Чем дольше Кострищ существует в режиме изоляции, тем больше ему требуется финансов, чтобы поддерживать привычный уровень жизни и не замораживать стройку. Последнее делать я точно не хотел.

— И как я могу быть уверенным, что ночная гильдия выполнит свои обязательства? — спросил я.

— Достаточно одного моего слова, — заверил главарь. — Ночная гильдия никогда не отказывалась от своего решения. Если мы что-то обещаем, мы делаем это даже в ущерб себе. Так что скажете, эрцгерцог Валевский? Один миллион золотых ради того, чтобы вы забыли о существовании этого сейфа!

— Но к пленникам ваше предложение не относится? — на всякий случай уточнил я.

— С удовольствием составлю компанию и покажу всех гостей нашего поместья. О нас ходят разные слухи, мол, в недрах нашего дома томятся тысячи и тысячи невинных граждан, так что вы будете удивлены, увидев то, что есть на самом деле. У нас гостят всего два человека и, если вы так желаете дать им свободу, мы поможем с транспортировкой в Кострищ. Всё за наш счёт.

Я ещё раз посмотрел на сейф. Слова убийцы подкупали. Они выглядели приятными и желанным. Всё было так красиво, так убедительно, что эрцгерцог в какой-то момент едва не умудрился победить. Если бы не куча договоров с различными родами, которыми сейчас максимум что можно было сделать — подтереться, то я запросто мог бы и согласиться на такое безумие. Мог бы поверить главарю ночной гильдии, согласиться на миллион золотых, возможно даже получил бы их. Вот только я здесь не для этого. Не от всего в этом мире можно откупиться золотом. Если кто-то думает иначе, то у меня для него есть неприятная новость. Он мало чем отличается от продажной дамы, что предпочитает называть себя куртизанкой.

— Нет! — когда я нанёс удар по сейфу, отрывая боковушку, главарь даже вздумал дёрнуться в мою сторону, но, наткнувшись на защитный купол, отлетел в сторону. Взглянув внутрь, я даже хмыкнул — сейф оказался с сюрпризом. Если бы я ломился напролом, через дверцу, то находящиеся внутри склянки с горючей жидкостью превратили бы всё содержимое сейфа в пепел. Тот, кто проектировал этот сейф, явно не думал о том, что у кого-то хватит мозгов взломать его сбоку. Ведь устройство, как стало понятно, было изготовлено из вирмы. Откуда её столько у ночной гильдии? Вкупе с ловушкой выходило уже довольно приличная масса, явно недоступная обычным смертным. Стало понятно, что с пытающимся подняться на ноги человеком пре предстоит долгий разговор. Мне требовались ответы. Стараясь не трогать склянки с красной жидкостью, я осторожно вытащил из сейфа нечто, похожее на регистрационный журнал. Имена, даты, сроки. Причём первая запись уходила в прошлое на четыре сотни лет. Я начал листать журнал и практически сразу остановился. В глаза бросилась выбивающаяся из стройного ряда фраза:

Координатор № 1 сложил свои полномочия. Координатор № 2 приступил к должности.

Запись была сделана другим почерком, чем предыдущие. И дальше, вплоть до информации, что к должности приступает Координатор № 3, все строки были написаны одной рукой. Ещё раз оценив надписи, я понял, что попало ко мне в руки — журнал движения руководящего состава ночной гильдии. Все смены руководства, причём максимальный срок, который я сумел найти — полтора года. Столько находился у власти две сотни лет назад некий Лорган Брыщ. Главарь поднялся на ноги, но новых попыток напасть на меня не делал. При этом и сбегать не собирался — он просто стоял и хмуро следил за моими действиями. Я же добрался до последней записи о том, что в должность вступает Контролёр № 14 и моё сердце забилось. Смена произошла порядка двадцати лет тому назад. Все записи после этой даты были сделаны одной рукой. Добравшись до последней строчки, я положил журнал на стол и сел, задумавшись над тем, что же происходит в этом мире? Мне был знаком этот почерк. Видел его много раз. И сейчас, осознав, кто на самом деле стоит за ночной гильдией, не знал, как поступать. Потому что всё, что этот человек говорил мне раньше, теперь стоит воспринимать как откровенную и безоговорочную ложь. Ибо то, что он говорил, совершенно не сходится с тем, что он делал. Хотя многое становится понятно. Очень многое.

В сейфе больше ничего не было. Только журнал и гора склянок, призванных его уничтожить. Я катнул свою добычу по направлению к главарю. Тот схватил журнал и прижал к себе, как ребёнка.

— Нужно сделать так, чтобы Контролёр не узнал о том, что я видел этот журнал, — произнёс я. — Это в твоих же интересах.

— Можно сделать вид, что я ушёл с базы раньше, чем вы добрались до нашего кабинета, — тут же послышалось предложение. — Понимая, что грозит опасность, я забрал журнал и вместе с ним покинул базу. Только в этом случае я не смогу сопроводить вас на третий этаж. Меня не должны видеть вместе с вами.

— Не должны, — согласился я. — Осталось решить последний, не менее важный вопрос. Где находится ваша сокровищница?

Главарь даже дёрнулся, словно его огрели плёткой.

— Ты же понимаешь, что я не могу тебя отпустить, не получив этой информации? Боюсь, мне придётся выбивать её из тебя через боль. Если ты думаешь, что тебе поможет яд, которым напичкано твоё тело, то сразу тебя расстрою — ты не умрёшь. Я этого не позволю. Так что ты сэкономишь нам всем кучу времени, а себе нервы, если сообщишь, куда мне следует сходить. Чтобы на тебя не пали подозрения, для всего мира информацию о сокровищнице мне сообщил вот этот неприятный тип со шрамом через всё лицо. Тебя к тому моменту, как я вошёл на этот этаж, на базе уже не было.

— Кто вы такой? — ошарашенно прошептал главарь, продолжая прижимать к себе журнал.

— Человек, которому вы слегка насолили. И который пришёл за платой за свои нервы. На всякий случай, чтобы ты не думал, что я блефую. Это даже не десять процентов того, через что тебе придётся пройти. Это гораздо меньше.

Я этими словами я активировал усли пятого уровня. То, как захрипел главарь, говорило о том, что с разломами он дел не имел. Я продержал усли всего десять секунд. Не хотел уничтожать пленника. Однако тот, по глупой своей наивности, активировал одну из встроенных капсул. Глаза закатились, из рта пошла пена. Пришлось вытаскивать бедолагу с того света. Нужно было видеть его глаза, когда он их открыл и осознал, что всё ещё жив и находится рядом со мной. В них было столько ужаса и страха, что я даже забеспокоился за его психическое состояние. На всякий случай я использовал «Лечение» ещё несколько раз, чтобы заблокировать даже малейшую вероятность того, что сердце мужчины не выдержит таких переживаний.

Выдержало. Поднявшись, главарь ночной гильдии вновь обнял журнал, как ребёнка.

— Повторю — это был всего лишь пример. Самый слабый из того, через что тебе придётся пройти, если я не получу нужной мне информации. И, как ты понимаешь, уйти героем ты не сможешь. Я не позволю. Где сокровищница и как в неё попасть? Какая там стоит система безопасности и как её избежать? Слушаю тебя внимательно.

Больше вопросов не возникало и вскоре я спускался на третий уровень логова ночной гильдии. Здесь обстановка разительно отличалась от предыдущих этажей. Это оказалось открытое пространство, усыпанное клетками. Не камерами — маги могли повредить камни, из которых те состояли. Именно стальные клетки, блокирующие любую магию. Главарь, оставшийся где-то сверху, не обманул — несмотря на размеры, этаж оказался пуст. За исключением двух клеток, находящихся в противоположных частях. Я подошёл к первому заключённому. Им оказался весьма заросший мужчина. Внешность не позволяла оценить возраст — нестриженные долгое время волосы висели огромными колтунами, а запах, что исходил от этого человека, едва не вызвал рвотный позыв. Исхудавшее тело походило на меня во время героических посещений разломов, однако, несмотря на такой жуткий вид, мужчина твёрдо стоял на ногах, а его взор был чёток и ясен. Не было никаких мутных стеклянных глаз или безумия. Человек, который находился в клетке, умудрился сохранить разум даже в таком состоянии. Прежде чем кого-то спасать, я хотел выяснить, с кем имею дело.

— Меня зовут эрцгерцог Валевский. Я занимаюсь тем, что зачищаю это логово от ночной гильдии. Кто ты и почему находишься в клетке?

— В тебе есть тьма, — послышался низкий голос.

— Я тёмный, признанный Цитаделью. Ты не ответил.

— Мне нет дел до вопросов тёмного, явившегося искушать мою душу.

— Ладно, а если так? — мне стало даже интересно, кем являлся этот человек, так что я вытащил «Золотистый купол защиты». Он может проверять людей через стальную клетку? Довольно редкий дар. — Тьма всё ещё есть во мне?

— Нет, — после паузы ответил пленник. — Я не понимаю.

— Ты и не должен понимать. Кто ты?

— В тебе нет тьмы. Но она была. Это невозможно. Человек не может менять свою предрасположенность по собственной воле. Только боги имеют на это право.

— Я сейчас пойду ко второму пленнику, после чего вернусь к тебе. Если ты не будешь отвечать на мои вопросы — останешься здесь. Полагаю, ночная гильдия обрадуется такому подарку.

— Постой! — воскликнул пленник. — В тебе нет тьмы. Я не знаю, как меня зовут сейчас, двадцать лет тому назад я был верховным епископом Заракской империи, контролёром тьмы по имени отец Лок. После того, как меня лишили сана, нового имени мне не дали. Последние двадцать лет меня называют Безымянным.

— Для пленника, который сидит в клетке двадцать лет, ты слишком хорошо сохранился.

— Обернись. Здесь не всегда было так пусто. Мне помогла выжить вера и несчастные, которых закрывали в клетки рядом со мной. Я поддерживал их и наставлял, помогал обрести веру. Это поддерживало и меня. Не давало сломиться. Свет даёт испытания каждому по силе его.

— Мне не нравился имя Безымянный. Буду называть тебя отцом Локом. Так что, отец Лок, есть у тебя желание сбежать из этого Светом забытого места? Или ты и дальше хочешь сидеть в этой клетке и наставлять бедолаг?

— С каких пор в Заракской империи появился наследный титул герцога? — ответа вновь не последовало.

— С тех пор, как в нём появился автономный город. В котором есть одобренный Цитаделью и Крепостью торговый портал с тёмными. За двадцать лет, что ты сидел в клетке, мир изменился, отец Лок. Поэтому я и спрашиваю, нужно ли тебе туда? Тёмные уже не такие тёмные, какими они были раньше. С ними начинают сотрудничать. Не со всеми, конечно, только с теми, кто стал серым, но сути это не меняет.

— Меняет, — послышался ответ. — Те, кто стал серым, сделали первый шаг от Скрона. Они стали ближе к Свету. Да, эрцгерцог Валевский, я хочу обрести свободу.

Свернула вирма и замок на дверях клетки пришёл в негодность. Открыв дверцы, я отошёл в сторону, готовый блокировать атаку. Кто знает, что стало с человеком за двадцать лет? Однако отец Лок вышел из клетки без каких-либо сюрпризов. Разве что поёжился, осмотревшись. За двадцать лет он привык к замкнутой конуре, тут же попал в конуру побольше. Значительно больше.

— Не отставай, — произнёс я и отправился ко второму пленнику. Им действительно оказалась Миральда Лертан. Вот только по сравнению с той девушкой, которую я знал, эта была лишь отдалённо напоминающей её тенью. Прежде всего во внешнем виде — пленница уменьшилась, казалось, в два раза. А ведь только два месяца прошло, как я видел её в последний раз! Но самым печальным были глаза девушки. В них с трудом можно было найти разум. Специфика огромного «склада людей» ночной гильдии заключалась в том, что здесь практически всё просматривалось, включая процесс похода в уборную. Вернее, в маленькую дыру в центре клетки. Видимо, Миральда не смогла справиться с тем, что на неё будут смотреть в этот момент, потому что несло от неё, как от навозной кучи. Девушка сидела на полу и тихонько подвывала, тихонько раскачиваясь. Появилось дикое желание вернуться и прикончить третьего главаря. Потому что доводить человека до такого состояния, в каком находилась сейчас Миральда, нельзя. Гуманней было просто её убить.

— Выходи, — приказал я, выломам дверцу. Меня не услышали — принцесса замкнулась в себе и весь мир для неё ограничивался размерами её клетки. Всего два месяца! Где та самоуверенная и наглая мадам, что бесила большую часть магической академии?

— Свет едва зиждется в её глазах, — произнёс отец Лок. — Она практически сдалась, но ещё есть шанс её вернуть. Кто это?

— Миральда Лертан, дочь императора Девалона Шестого. Убитого императора. Сейчас на троне её дядя, Зурган Первый и он отдал приказ ночной гильдии прикончить ту, что может стать проблемой в будущем. По какой-то причине убийцы делать этого не стали, превратив Миральду в это…

— Я видел, как её ломали. Насиловали. Издевались. Морили голодом. Обливали помоями. Холодной водой. Не давали спать. Ни один человек не смог бы выдержать такое. Не смогла и она. Но надежда ещё есть. В её глазах всё ещё есть Свет.

— Её нужно привести в человеческий вид. В таком виде принцессу вытаскивать отсюда нельзя. Отец Лок, займётесь? У той стены, если я правильно понял, есть вода.

— Ты оставляешь нас? — нахмурился бывший церковник. Хотя, как показывает практика, бывших церковников не бывает.

— Ненадолго. Хочу пройтись по этажу и посмотреть, не спрятался ли здесь кто-нибудь ещё. Оставлять в живых уродов, что делают с людьми такое, у меня права нет.

— Да прибудет с тобой Свет, — произнёс отец Лок, после чего без всякой брезгливости вошёл в клетку и вынес Миральду на руках. В этом плане я был благодарен мужчине. Прикасаться к существу, в которое превратили девушку, я очень не хотел. Убедившись, что в помещении больше никого не осталось, я пошёл дальше. Если верить рассказу выжившего главаря ночной гильдии, сокровищница находится на четвёртом уровне. Да, был здесь и четвёртый уровень, о котором знали единицы. Вход туда находился в пыточной — не самом популярном месте. И в самой пыточной проживали пятеро тварей, что давно утратили человеческий облик. Нет, они всё ещё выглядели как люди, но мозгами давно стали зверьми. Ненасытными, бездушными, упивающимися чужими страданиями.

Уподобляться пятёрке толстяков я не стал. По-хорошему им нужно было устроить то же самое, что они делали со своими жертвами, но мне даже прикасаться к этим тварям не хотелось. В разломе монстры и то человечней, что ли. Так что я вошёл в пыточную с тёмной аурой двадцать пятого уровня, позволив палачам просто взорваться. Причём брезгливость настолько сильно меня накрыла, что я даже «Анализом» не стал проходиться по этим нелюдям, не говоря о том, чтобы забрать их магические камни или амулеты. Есть вещи, к которым нельзя прикасаться.

Если бы мне точно не пояснили, где конкретно искать дверь в сокровищницу, я бы её никогда не нашёл. Замаскировали её очень хорошо. А так, вырвав несколько кусков стеновой обшивки, отрезав несколько блоков, я добрался до плавного широкого спуска. Ночная гильдия тащила в своё логово кучу всякой всячины, да и платили им хорошо, так что проход в сокровищницу должен был быть хорошим. Никакой охраны или дополнительных ловушек здесь не было. Четвёртый подземный уровень базы невидимок не то место, где могут свободно перемещаться воры. Так что я смело спустился и вырезал последнюю дверь, открывая доступ в святая святых ночной гильдии. Мне не сказали, каким образом включать свет, так что пришлось использовать световой кристалл. Когда пространство осветилось, я невольно сглотнул. Сокровищница убийц была огромной. Значительно больше по размерам, чем та, что находилась в Кострище. И практически всё пространство оказалось занято забитыми под завязку стеллажами. Золото, золото и ещё раз золото. Монет было так много, что я даже опешил — в одно лицо это всё не вытащить. Если убрать отсюда миллион золотых, как предлагали мне, то сокровищница пропажи даже не заметит. Я ходил между рядами, поражаясь запасливости убийц. Пожалуй, даже императорский банк не мог бы похвастаться наличием такого количество денег. Однако не одним золотом ограничивалась сокровищница. Я посмотрел на кучу серого неприметного металла, что была аккуратно сложена на одной из полок. Пятьдесят килограмм вирмы. Как поведал мне главарь, металл, из которого была сделана ловушка, был получен несколько столетий тому назад от одного из кураторов. С тех пор убийцы тряслись над каждым граммом этого материала. Как и над многими другими ресурсами, добытыми из разлома. Всё было аккуратно сложено в ящики и даже подписано. Вирма, трам, дорим. Ресурсы из высокоуровневых разломов говорили о том, что торговля с тёмными была налажена ещё в далёком прошлом, просто тщательно скрывалась.

На самой дальней от входа стене обнаружилось удивительное место. Здесь оказалось вполне просторно, даже кресло стояло, чтобы некто мог прийти и насладиться небывалым зрелищем. На стене висело несколько артефактов. Пять синих, три золотых и один красный. Артефакты оказалась неидентифицированными — ночная гильдия смогла их добыть, но не смогла разобраться с тем, что конкретно добыла. Не стал прямо сейчас разбираться с этим и я. Закинув артефакты в специальное хранилище, я подошёл к стене и уставился на небольшой клочок бумаги, что был размещён в защитную рамку и лежал на бархатной подушке.

Почему-то начало бешено колотиться сердце. Я знал эти места. Там прошло моё детство. Эти реки, леса, граница с океаном. Всё было мне знакомо. Кроме, разве что, странного крестика, что находился там, где всегда были леса. Перед моими глазами появилась карта Заракской империи. Одна карта наложилась на другую — вокруг этого крестика находилось сразу три разлома четвёртого уровня. Причём располагались разломы таким образом, что формировали правильный треугольник, а крестик оказался в самом центре этой геометрической фигуры.

Видимо, вскоре мне придётся вернуться в родные земли. Потому что пришло понимание, что может скрываться за невзрачным на первый взгляд крестиком. Не просто так Валевские поселились в тех землях, ох непросто.

Глава 6

— Эрцгерцог Валевский? — обращённый, что прибыл прямиком в логово ночной гильдии, был мне смутно знаком. Пересекались на каком-то приёме ещё до того, как я научился определять этих тёмных тварей. Барон какой-то там. Уже не важно. Этот человек выбрал свой путь и не мне его в этом разубеждать. Когда мы встретимся вновь, я постараюсь жахнуть по нему тёмной аурой. Чтобы эта тварь больше не перерождалась. Однако даже сейчас я не сумел удержаться от комментария, когда явившийся начал расстёгивать куртку.

— Не жалко всё бросать?

— Здесь я обычных заштатный барон, который никому не интересен. Там мне была обещана вечная жизнь, к тому же Скрон поднимет меня на одну ступень, если я сейчас выполню его задание. У меня появится шанс сбежать в Тёмные земли. Прикоснуться к великому! Здесь, среди светлых, нет свободы. Церковь Света обрубает любое начинание. Любое отклонение. Там этого нет. Там все равны.

— Спорное утверждение, но разубеждать тебя я не собираюсь. Формируй портал.

— Это обращённый! Убей его! — в дверях показался отец Лок. После того, как принцессу вымыли, она потеряла сознание, так что песнь, что запел тёмный, на неё не действовала. Как и на бывшего верховного епископа. Контролёры тьмы инертны к таким вещам.

— Это наш путь из столицы, — ответил я, наблюдая за тем, как бывший барон вспарывает себе живот и достаёт внутренности. Спустя пару мгновений появилась мерцающая арка и в логово ночной гильдии вошёл минотавр.

— Храм Скрона тебя ждёт, эрцгерцог Валевский, — пробасило рогатое чудовище. Я посмотрел на побелевшего отца Лока.

— Есть два пути. Либо ты идёшь со мной и обретаешь свободу, либо остаёшься здесь и встречаешься с тем, кто засадил тебя сюда на двадцать лет. Полагаю, ему будет интересно встретиться с тобой в иной обстановке. Ты же с ним уже встречался, верно? Он приходил, причём не раз. Не мог не прийти. Только не этот человек.

Глаза отца Лока сверкнули, но он ничего не ответил.

— Я не видел твоего почерка, отец Лок, но почему-то не сомневаюсь, что, когда попрошу написать тебя хоть строчку, станет понятно, что ты являешься тем, кто двадцать лет назад именовался не только отцом Локом, но и Контролёром номер тринадцать. Тот, кто назначал трёх главарей этого здания в течении десяти лет, пока его не сверг более шустрый конкурент. Ответишь на вопрос? С каких пор ночная гильдия стала филиалом Крепости?

— С момента основания, — после долгой паузы ответил отец Лок. — Изначально убийцы были представителями церкви Света.

Ещё бы они ими не были! В нашем мире просто так камни уровня «Призрак» не получить. Даже за большие деньги. Учитывая, что механизмов интеграции камней всего два, в академии и Крепости, вариантов с тем, кому на самом деле принадлежат убийцы, немного. Я мог бы и сам догадаться без использования подсказок в виде почерка верховного епископа. Отец Лок кивнул на портал и спросил:

— Это безопасно?

— Сейчас — да. Храм Скрона заинтересован в сотрудничестве со мной и моим городом.

— Осталось решить ещё один вопрос, эрцгерцог Валевский. Зачем ты меня вытащил? Даже не так, вытащил меня ты до того, как узнал, кто я такой. Зачем я тебе сейчас?

— Ответ прост — сокровищница Крепости. Кто знает о ней лучше, чем верховный епископ? Пусть даже и бывший. Сейчас, когда я окончательно понял, что такое Крепость, у меня появилось неизгладимое желание попасть в это место. Светом в Крепости даже близко не пахнет. Для этого ты мне и нужен. После того, как сообщишь о сокровищнице, будешь свободен. Сможешь заниматься всем, чем пожелаешь. Мы будем квиты.

— Крепость никогда не простит тебе проникновения в свою сокровищницу. Это не ночная гильдия, за церковниками сила.

— А за мной правда. В любом случае — это вопрос не ближайших пару дней. Даже не недель и месяцев. Сейчас мне необходима просто информация, чтобы в удобный для меня момент ею воспользоваться. Так ты будешь мне помогать? Или расходимся? В мои планы не входит возня с ещё одним верховным епископом. Мне бы с отцом Ургом разобраться.

— Хорошо, эрцгерцог. Я расскажу тебе о сокровищнице Крепости всё, что знаю сам. Давай убираться из этого места. Ради того, чтобы отомстить, я готов даже воспользоваться порталом тёмных.

— Портал в Кострищ? — на всякий случай спросил я у минотавра. Получив утвердительный кивок, указал на мерцающую пелену отцу Локу. — Проходи и не беспокойся за столб света, что появится над твоей головой. В моём городе это нормальное явление.

Спустя несколько мгновений я тоже оказался в двух дня пути от столицы. За время моего отсутствия ничего не изменилось, разве что рядом с порталом обнаружился туманный служитель Храма Скрона. Отец Лок, сияя огромным столбом света, стоял неподалёку от тёмного и во взгляде бывшего верховного епископа скользила нескрываемая ненависть. Уверен — если бы не Миральда, которую мужчина всё ещё держал на руках, он бы не удержался и бросился с голыми руками на ненавистную тварь. Правду говорят, что бывших церковников не бывает. Даже если они управляли не только Крепостью, но и ночной гильдией.

— Эрцгерцог Валевский, у нас мало времени. Портал уже готов. Нужно отправляться прямо сейчас, — судя по голосу, этого тёмного я не знал. Наверняка из второй десятки.

— Через тридцать минут буду готов, — ответил я. Добавив Миральду и отца Лока в список гостей города, я кивнул на них стражникам:

— Накормить и привести в человеческий вид. Это гости города. Элеонора, ты нужна мне в сокровищнице. Желательно как можно быстрее.

У меня не было ни морального, ни юридического права отправляться на сражение с каменоидами, имея заполненный инвентарь и рюкзак. Жизнь штука непредсказуемая, никогда не знаешь, что с тобой может произойти или куда тебя закинет. Всегда нужно иметь пустое пространство для добычи.

— Макс! — послышался радостный крик, когда я практически закончил разгружать рюкзак. Обернувшись, я не удержался от улыбки. В дверях стояла Алия. Живая, здоровая и, что было крайне важно для девушки, не имеющая больше ни одного намёка на ожоги тёмного огня. Элеонора всё же договорилась с кланом Бартоломео и те очистили мою женщину до того, как я взял Наиру в жёны. Тёмные решили сделать мне приятное? Видимо, поспешили закрепить договорённости, чтобы у меня не было возможности соскочить.

— Иди сюда, — произнёс я и девушка очутилась в моих объятьях. Стало невероятно тепло и приятно. Только сейчас я действительно ощутил, что вернулся домой. Туда, где тебя любят.

— Клан Бартоломео принял твоё предложение, — следом подошла Элеонора. Управляющая была деликатна — она дала нам несколько минут побыть наедине. — Свадьба состоится сразу после того, как ты выполнишь задание Храма Скрона. Что хотел?

— Со мной прибыли двое гостей. Миральда Лертан и отец Лок.

— Принцесса жива? — удивилась Элеонора. — Её же официально уже похоронили.

— Ей нужна реабилитация. Боюсь, как бы она мозгами не поплыла. Тело я подлатал, но её два месяца ломали профессионалы.

— Поняла, сделаем. Есть у меня знакомый мозгоправ. Что за церковник?

— Прежний верховный епископ, — вместо меня ответила Алия. — Макс, но он ведь умер давным-давно!

— Полагаю, тебе стоит поговорить с этим человеком. Особенно тебе. Краткая информация — база ночной гильдии в Кострище уничтожена. Убийцы будут мстить, так что готовьтесь к их прибытию. У тройки главарей есть координатор, который назначает их на должность каждые девять месяцев. Одного из главарей я оставил в живых. Отец Лок, которого я притащил, не только бывший верховный епископ, но и бывший Координатор убийц. Тринадцатый по списку за всё время существования ночной гильдии.

— Хочешь сказать…, — начала Элеонора, но умолкла, посмотрев на Алию. Вот только я молчать не собирался.

— Всё верно, отец Ург является четырнадцатым. Я не собираюсь скрывать от Алии правду. Она должна знать, к кому хочет вернуться. Поговори с отцом Локом, солнце моё. Уверен, ты узнаешь много чего интересного и нового. Проклятье! Хотел вам подарки вручить, но сейчас даже и не знаю, есть ли в этом смысл.

— Что за подарки? — спросила Элеонора, закрывая щекотливую тему. — Мы, девочки, очень любим подарки. Они помогают нам забыть о всяких глупостях. Показывай!

— Вот, — я вытащил из рюкзака три заранее припасённых комплекта украшений.

— Свет великий! Красота какая! — изумилась Элеонора. Судя по тому, как встрепенулась Алия, ей украшения тоже понравились.

— Позволишь? — я подошёл к своей личной служительнице. Поколебавшись с мгновение, та всё же протянула руку. Колечко оказалось чуть великовато, но это ничего — в Кострище есть ювелир, он это поправит. В отличии от артефактов, обычные изделия под размеры человека не подстраивались. С серёжками пришлось повозиться — я не был знаком с принципом крепления, зато ожерелье идеально заняло своё место внутри манящей ложбинки. Аналогичные действия я проделал и с Элеонорой, разве что комплект был другим. Алии достался нежный и холодный бриллиант, Элеоноре — красные и огненные рубины.

— Это Наире? — Элеонора кивнула на третий комплект. Тоже из бриллиантов, но чуть попроще чем тот, что был надет на мою женщину. Мне оставалось лишь кивнуть. Как ни крути, но тёмная является моей женой. А жёнам нужно делать подарки.

— Правильно, её тоже нельзя забывать, — Элеонора погладила выступающий животик. — Ты уже ревизию всего того, что приволок, делал? Или я могу запускать хранителей? Судя по тому, что я вижу, ночная гильдия будет мстить знатно. Я бы точно обиделась, если бы у меня забрали такую гору ценностей. Там, к слову, осталось кому обижаться?

— Одного главаря я точно оставил в живых. Мне нужны были свидетели. Да, вот ещё! Элеонора, в Турбе остались Густав и слуги. Поместье переходит под управление Крепости, нужно забрать оттуда всех наших.

— Сделаем.

— Алия, на тебе Миральда Лертан. Постарайся привести её в чувство. Если кто и сможет это сделать — только ты.

— Сразу вопрос на засыпку — зачем она нам? — спросила Элеонора. — Принцесса, которую все считают умершей, не самое полезное приобретение для опального города.

— Будем делать символ. Превратим Кострищ из пристанища тёмных в место, где хранятся традиции. Где находится истинная правительница Заракской империи.

— Я напомню тебе этот высокий посыл, когда к нашим стенам подойдёт армия. Им даже в город входить не придётся — издали закидают камнями, сравняв Кострищ с землёй. Против такой атаки мы бессильны.

— Через пять дней никакой армии в Заракской империи не станет. Они идут навстречу каменоидам.

— У генерала Хабенского две армии, если ты не знал. Первой управляет он сам, второй заведует его сын. Вторая, кстати, какое-то время стояла под нашими стенами. Это слаженный механизм, Макс. Нельзя так безрассудно к нему относиться. Даже если каменоиды уничтожат одну армию, всегда останется другая. И против неё мы ничего не сможем поделать. Поэтому я повторю свою мысль — превращать Кострищ в центр противодействия Турбу, тем более в такой близи от столицы, не самая лучшая затея. Не сейчас, когда у нас даже стена ещё до конца не достоена. Услышь меня.

— Миральда будет жить, — настоял я. — Я не в восторге от того, что она появится в моём городе, но благодаря ей мы вырулим из той ситуации, в которую нас загнали. Самостоятельно, при всём желании, сделать этого мы не сможем. Что касается армии… Для начала вы верните Миральде разум. Превратите её обратно в человека. Потом будем разговаривать дальше.

— Что делать с отцом Локом? Это ещё один человек, нахождение которого в Кострище может пагубно на нас повлиять. Даже если император ничего не предпримет, верховный епископ не успокоится, пока существует живой свидетель того, кем на самом деле является отец Ург. Не удивлюсь, если приказ убить этого пособника тёмных поступит Алие. Или, как вариант, нас объявят окончательно погрязшими во тьму, и даже протекция Цитадели не спасёт от гнева людской толпы. Если я правильно поняла, текущий Контролёр ночной гильдии сделает всё, чтобы уничтожить предыдущего. И ресурсы у него куда больше тех, которыми обладает император. Ты готов противостоять сразу двум силам?

Я молча смотрел на Элеонору, не зная, что и сказать. Её мысли были правильны, доводы разумны, аргументы безупречны. Она заботилась о городе, о нашем ребёнке, о том, чтобы Кострищ простоял не два-три месяца, а несколько тысячелетий. Правильный посыл. Вот только и скатываться в скотство, которое творится в Заракской империи, я не хотел. Закрой глаза, откажись от людей, не смотри в ту сторону, пусть сильные мира сего творят всё, что им заблагорассудится, а ты не вмешивайся. Будь удобным и тогда твоя жизнь будет в безопасности. По таким лекалам живёт большинство. Большинство, но не все. Есть и другие. Те, кто несмотря ни на что продолжает оставаться человеком. Кто готов бросить вызов сильнейшим и по праву занять их место, привнося в этот мир свою философию. Хочу я оставлять детей в мире, в котором люди смотрят друг на друга как звери? В котором люди ведут себя так, как даже звери не способны? Полгода назад, когда я только попал в смертники, я был готов подстраиваться под всех, чтобы выжить. Сейчас, когда я обрёл силу, у меня есть возможность и право заявить о том, как я желаю жить дальше.

— Я поняла, — кивнула Элеонора. Видимо, все мои мысли читались в глазах. — Мне нужна неделя, чтобы закончить основную часть стены. За это время мы восстановим Миральду и отца Лока, после чего явим их этому миру.

Всё, что мне оставалось сделать — кивнуть. Служитель Храма Скрона никуда не девался — он ожидал меня возле портала. Разве что его мой внешний вид шокировал. Ещё бы — я выглядел так, словно хоть сейчас мог с лёгкостью отправиться на какой-нибудь званный вечер. Строгий костюм, белая рубашка, лакированные ботинки. Не покоритель разломов, а жених! Кем я, собственно, и был. Дошло до того, что туманный тёмный даже спросил:

— Вы не будете переодеваться в более удобную одежду?

— Разве я выгляжу плохо? — я даже картинно посмотрел на себя, словно пытался найти изъян. Но его не было. — Первое впечатление, как известно Храму Скрона, является самым важным. С каменоидами мне раньше пересекаться не приходилось, так что на первой встрече я должен выглядеть идеально.

— Но вы же идёте туда не для того, чтобы с ними вести переговоры? — тёмный наотрез отказывался принимать мой внешний вид.

— Кто сказал такую глупость? Поговорить с хорошим существом всегда приятно, если только это существо умеет говорить. Мы будем припираться по поводу моего внешнего вида, или всё же отправимся разбираться с каменными чудовищами?

На это служитель лишь покачал головой и что-то скомандовал минотаврам, но меня он натолкнул на здравую мысль. Почему каменных гигантов нужно обязательно уничтожать? Как показал опыт общения с иномирцами, с ними вполне можно было торговать. Нужно было только найти, чем конкретно. Осквернённая кровь мне до сих пор не даёт покоя. Слишком сильное было оружие. Слишком желанное. Даже обидно, что мне не удалось им завладеть хотя бы на несколько часов. Возвращаясь к каменным гигантам — раз они передвигаются из одной точки в другую, значит у них есть какой-то разум. Значит с ними можно вести переговоры. Может даже торговать. Вдруг они фанатеют по обитателям тумана Фарафо? Натравлю их на Чёрную гору и дело с концом! Пусть две силы поубивают друг друга. Правда, Фарафо хотелось бы подержать как можно дольше. Ибо на него слишком много завязано. Например, мой мифриловый доспех. Нет, туманный монстр пусть живёт. Он мне не мешает.

Пространство на мгновение размазалось, чтобы превратиться в бескрайнюю степь. Голую, ни единого деревца не было видно до самого горизонта. При этом также не было ни холмов, ни возвышенностей, ни рытвин. Просто ровная степь с начавшей сохнуть невысокой травой. Осень уже вступила в свои права и вскоре в наш мир нагрянет суровая зима. Нужно будет выяснить, как с ней дела обстоят в Кострище. В имении Валевских, к примеру, находящимся значительно южнее, было весьма холодно.

Однако степь оказалась не такой и голой. Да, с точки зрения ландшафта придраться было не к чему, но не с точки зрения биологии. В значительном отдалении от нас находилась каменная река, плывущая с севера на юг. Пространство было заполнено гулом перемалываемых камней. Сейчас, когда я воочию видел тварей, пришло осознание, что художник со Стены был вполне неплохим. Ему удалось практически идеально передать внешность существ, что состояли из отдельных блоков. Да, расстояние не позволяло рассмотреть детали, но общая картина была понятна. Я привстал на носки, пытаясь увидеть начало или конец этой каменной реки. Её не было! Передовой отряд уже добрался до горизонта, в то время как арьергард ещё даже не показался.

Вот только если на рисунках командира центрального пролёта Стены были изображены четыре типа тварей, то здесь их было значительно больше. Особо выделялись огромные монстры, превосходящие всех собратьев раза в два-три и находящиеся друг от друга на значительном удалении. Выглядели они как огромные командиры, что следили за своим войском. Они перекатывались с места на место, словно огромные горы, подминая под себя зазевавшихся собратьев. Но не убивая их! На моих глазах монстр наехал на группу поменьше, размял её в лепёшку, но после того, как гора проехала дальше, казавшимися раздробленными камни собрались обратно! Физический урон, как мне уже сказали ранее, этим монстрам не был страшен.

— Как же вы их умудрились запечатать? — ошарашенно спросил я.

— Храм Скрона не имеет такой информации, — послышался ответ. Рядом со мной стоял Четвёртый. — Карина Фарди смогла ненадолго остановить эту волну. Сосуд Скрона ещё слаб и может отдавать своё тело богу всего на пятнадцать минут. Однако даже этого хватило, чтобы значительно замедлить продвижение каменных монстров. Мы не понимаем, что ими движет. Не понимаем принципа их функционирования. Не знаем, каким образом этих существ заперли раньше. Но нам нужно это остановить.

— Пробовали получить ответы у Туманника? Ключ у вас есть. Второй, как я понял, уже начал активничать.

— Ключ был использован для других целей. Если у тебя есть ещё один, Храм Скрона готов его приобрести.

— Моему городу нужны строительные бригады, в которых не будет обращённых. Нужны ресурсы. Нужна защита от осады. Храм Скрона может всё это обеспечить? Помогите отстроить и защитить Кострищ и вы получите ключ на арену Туманника. Условия приемлемы? Отлично, обсуждайте, пока же давайте определимся, что вам от меня требуется? Хотите, чтобы я пошёл в смертоубийственную атаку, зная только то, что каменные монстры как-то неровно дышат к тёмной ауре? Или нужно что-то иное?

— То, что ты видишь — это боковая ветвь основной армии, что движется в Керукс. Самая малая ветвь. Каменоиды движутся медленно, но уже завтра окажутся возле Зудара, центрального города клана Вальдес. Они уничтожают всё на своём пути, не оставляя ни единого живого существа. Убивают даже животных и птиц, не говоря про людей. Мы находимся под защитным куполом — нас не видят. Как только эти существа узнают, что здесь находятся живые, мгновенно изменять свой путь и ринутся их уничтожать. Поэтому мы и выбрали это место. Чтобы ты своими глазами увидел, что происходит. Чтобы мог проверить свои силы.

— Но откуда их там много?

— Этой информации тоже нет. Считалось, что каменоиды весьма закрытая раса с ограниченным объёмом живой силы. Храм Скрона не будет оплачивать тебе уничтожение или попытку уничтожения тварей. Если сейчас не остановить эту лавину, она нагрянет в светлые земли. Эта беда всего мира, не только локации Керукс. Время выходит, эрцгерцог Валевский. Используй тёмное зеркало и останови этот ручей. Через два часа мы явимся, чтобы оценить результат.

Явимся? Я резко обернулся в сторону Четвёртого, но его уже не было на месте. Как и остальных тёмных, что притащили меня в это Скроном забытое место. Что говорить — даже минотавры ушли! На моих глазах портал схлопнулся и на землю упали останки обращённого, что формировали портальную арку. Внезапно каменный грохот остановился, чтобы через мгновение значительно усилиться. Повернувшись в сторону каменоидов, я грязно выругался. Храм Скрона подставил меня под удар! Вместе с порталом исчезло и маскирующее поле, из-за чего каменные чудища меня заметили.

Когда я вернусь в Кострищ, а я вернусь в Кострищ во что бы то ни стало, эти туманные уроды хорошенько мне заплатят за такое поведение! Сейчас же, приложив руку к бедру, я произнёс:

— Алия, я на какое-то время пропаду. Ухожу в Бездну, мне нужна консультация по тому, как сражаться с тварями.

— Поняла. Спасибо, что предупредил! Люблю тебя!

— Я тоже тебя люблю. Предупреди Элеонору. Постараюсь не задерживаться.

Пока я говорил, в моей второй руке появился таинственный треугольник, что вручила мне одна сила этого мира. Положив его на землю, я, сохраняя хладнокровие и не глядя на несущихся в мою сторону каменоидов, аккуратно выложил вокруг десять сущностей кронов. Появилась искра и все сущности всосались в треугольник. Тот ярко вспыхнул, на мгновение закрашивая мир белым светом, когда же яркая вспышка исчезла, я очутился напротив белого серафима. Бездна приняла мой дар.

— Бездна вновь приветствует тебя, человек. У тебя есть вопросы, у меня есть ответы. Ведь тебя интересует то, как победить каменоидов? Ради этого знания ты здесь?

— Вижу, временного лага в пятьдесят лет больше нет? Информация из большого мира поступает мгновенно?

— Твой мир всё также закрыт для меня, как и раньше. Однако я не мог не почувствовать, что одной силой стало меньше. Иномирцы ушли, а вместе с ними ушла и вся их рунная магия. Много столетий тому назад один человек сумел запечатать прародителя каменоидов, не сумев его уничтожить. Он не знал, каким образом это можно сделать, поэтому пошёл по пути наименьшего сопротивления. Были использованы рунные печати. Теперь, когда иномирцев нет, нет и печатей. Каменоиды вырвались на свободу. Бездне не нужно знать, что происходит в мире прямо сейчас. Бездна умеет думать. У человека в прошлом не получилось победить каменоидов, даже используя плоть Фарафо и рунную магию. Однако победить их вполне возможно. Осталось определиться с тем, что ты готов отдать за это знание? Скажу сразу — плата за это должна быть немалой.

Глава 7

На душе стало гадко. Меня вновь использовали. Что тёмные, оставив одного против огромной толпы каменных тварей, что Бездна. Не сейчас — раньше, когда кинула затравку о том, что иномирцев можно победить. Даже рассказала, как это сделать, лишь бы у меня не угасло желание отказаться от этой идеи. Проклятье! Как же меня бесит нормальный доступ к информации! Ещё раз глянув на белого серафима, я не удержался от реплики:

— Получается, Бездна знала, что изгнание иномирцев повлечёт за собой появление каменоидов, но не предупредила об этом?

— Ты не задавал такого вопроса, человек. Бездна честна перед тобой. Ты узнал то, что желал. О последствиях изгнания ты не спрашивал.

— Тем не менее Бездна знала, что за этим последует. Знала, что я ещё раз приду к ней за ответами и приготовилась к торгам, верно?

— Верно. Знания — основа моего существования. Как и торговля ими. В прошлый раз ты говорил, что у тебя есть сущность Хозяина разлома. Бездна готова рассказать тебе о том, каким образом можно уничтожить каменоидов, в обмен на такую сущность.

— Уничтожение каменоидов как-то повлияет на этот мир?

— В Бездне нет бесплатных вопросов, человек. Любой вопрос должен быть оплачен. Таковы правила.

— Правила установлены тобой, — не согласился я с такой постановкой вопроса. — И ты можешь их изменить. У меня есть информация, что сосуд Скрона умудрился остановить лавину каменоидов на целых пятнадцать минут. Уничтожая неуязвимых монстров, как тараканов. Если ответ Бездны по поводу того, каким образом можно уничтожить каменоидов будет на уровне — отзеркаль тварь разлома с двадцать пятого уровня, то грош цена такому совету. Это я знаю и сам. За что я должен заплатить?

— Тьма разлома, которую ты можешь использовать, способна остановить каменоидов, но не победить, — после паузы ответила Бездна. — Попав в тьму, душа, что даёт жизнь каменным монстрам, возвращается к прародителю, откуда вновь начинает свой поход. Это всё, что я могу сказать бесплатно, человек. Дальше только за сущности.

Я уселся на пол перед белым серафимом и разложил перед собой десять сущностей. Когда-то они были заражёнными, но исчезновение иномирцев изменило и на моё хранилище. Оно вновь перемешалось и шарики, что носили статус «заражённый», вернули себе оригинальное состояние.

— Прародителя можно уничтожить или изгнать из нашего мира? — начал я допрос, не спеша расставаться с сущностью Хозяина.

— Эти два названия одного и того же состояния, — две сущности, находящиеся передо мной, исчезли. — Уничтожив источник силы, ты изгоняешь его из этого мира, освобождая пространство тем силам, что остаются на планете. Делая их сильнее. Последняя сила, которая останется на планете, будет всемогущей.

— Значит, цель Бездны — стать сильной и захватить этот мир? Подмять под себя Скрона и Свет?

— Моя цель — вернуть власть над разломами. В идеале — уничтожить Фарафо и его туман. Встать на один уровень с силами первого порядка. Мелкие сошки, вроде иномирцев, каменоидов или механоидов, Бездне не интересны.

На этот ответ ушло сразу пять сущностей. Мой собеседник не церемонился, оценивая свои ответа по одному ему ведомой шкале. Я дополнил ряд до десяти сущностей. Их у меня было много, к тому же следовало очистить место перед грандиозным забегом на сорок два разлома, что мне предстоит в ближайшие две недели. Отказываться от этой работы я не намерен. Нужно будет только придумать, как совместить её с уничтожением каменных тварей.

— С каменоидами можно общаться? Наладить торговлю?

— Нет. Прародитель не обладает разумом в том понимании, которое присуще людям. Это разумное существо, но его разум находится за пределами вашего понимания. Как и его желания. Вы не сможете их удовлетворить.

Минус три сущности.

— Каким образом можно было договориться с иномирцами? С ними можно было торговать, но как?

— Иномирцев больше нет в этом мире, вопрос не имеет ценности. Спроси что-нибудь другое.

— Тем не менее мне нужен ответ, за который я готов платить. Иномирцы обладали такой способностью, как осквернённая кровь. После того, как я близко с ней познакомился, у меня появилось навязчивое желание её заполучить. Но иномирцы исчезли, а вместе с ними исчезла и эта способность. Хочу понять, что я не доделал? Где ошибся?

— Этот вопрос лишён смысла, так как иномирцы покинули этот мир, — слишком быстро ответила Бездна. Подозрительно быстро.

— Спрошу по-другому. Есть ли возможность сейчас получить способность «Осквернённая кровь»? Если да, то каким образом это можно сделать?

Пауза, что возникла после моих вопросов, настораживала. Внезапно рядом с моими сущностями появилось десять других.

— Бездна не будет отвечать на эти вопросы. Это компенсация за потраченное время.

— Бездна не станет отвечать, даже если я предложу ей за ответ сущность Хозяина?

— Это та тема, которая находится под запретом. Спроси о том, как уничтожить каменоидов.

— Две сущности Хозяина разломов пятнадцатого уровня и выше. Ты получишь их здесь и сейчас, если ответишь на мой вопрос. Каким образом можно получить способность «Осквернённая кровь»? То, что она осталась в нашем мире, я уже понял. То, что она может навредить Бездне, тоже осознал. С её помощью можно сражаться с каменоидами? Скроном? Светом? Хаосом?

— С Хаосом нельзя, — Бездна выдержала настолько длинную паузу, что я начал подозревать о том, что наше общение вообще закончилось. — «Осквернённая кровь» является способностью Хаоса. Сущности первого порядка, хотя, как мне кажется, она вообще находится вне категорий и явилась на эту планету в качестве арбитра, что поддерживает целостность этого мира. Если ты желаешь получить информацию о том, каким образом можно получить в своё распоряжение «Осквернённую кровь», тебе стоит обратиться к Хаосу.

— Ты говоришь о Дознавателе и Инквизиторе?

— Это лишь мелкие отголоски Хаоса, тесно связанные со Скроном и Светом. Призванные приводить мир к порядку. Тебе нужен истинный Хаос. Большего я сказать не могу. Даже у Бездны есть слабые места, и эта тема является одним из них.

— То есть рассказать, где я могу найти Хаос, ты тоже не можешь?

— Его нельзя найти. Он приходит сам, когда того пожелает. Когда появляется достойный, удовлетворяющий определённым условиям. Человек, ты должен мне две сущности Хозяина. За ту информацию, что ты только что узнал, Бездну могут жёстко наказать.

— Какие условия нужно выполнить, чтобы меня навестил Хаос? — как и договаривались, я вытащил две сущности. Они исчезли ещё в моих руках, едва появившись на свет. Пространство ощутимо тряхнуло, словно Бездна испытала что-то сродни оргазму. Или её основательно тряхнули со стороны, предупреждая о том, что тема является закрытой

— Бездна не имеет права тебе об этом рассказать. Ни я, ни Туманник. Возможно, ответ есть в закрытых локациях древних людей. Ведь изначально с Хаосом начали работать именно они, чем и навлекли на свой мир беду. Первой силой, что явилась в этот мир, был именно Хаос. Остальные пришли позже, получив его разрешение.

— Бездна знает, где находятся закрытые локации древних, в которых можно найти ответы на мои вопросы?

— Пятьдесят лет назад оставалось всего три таких места. Два из них находятся на противоположной стороне мира, один в землях, принятых именоваться светлыми. Если ты желаешь знать, где конкретно находится это место, тебе придётся хорошо заплатить. Пять сущностей Хозяина тридцатого уровня разлома и выше. Это та информация, из-за которой меня могут уничтожить.

Передо мной практически не осталось сущностей. Бездна, выплатив мне неустойку за отказ от ответа, старательно поглощала все шарики назад, оценивая едва ли не каждое своё слово. Да, у меня сущностей было много, но с такой бездонной глоткой, как у Бездны, даже их надолго не хватит.

— Пожалуй, вводных вопросов достаточно. Я готов обменять сущность Хозяина разлома на информацию о том, каким образом можно уничтожить каменоидов, а также на информацию о том, на что это повлияет. Не возникнет ли ещё какая-нибудь внезапная сила, что дремала тысячелетие? Ответ должен быть полным. Вот моя плата.

— Принимается! — пространство вновь основательно тряхнуло, когда из моей руки исчезла сущность Хозяина. Да, всё же это что-то наподобие оргазма. Бездна возвращала себе силы. — Тьма и молния. Вот ответ на твой вопрос.

— Ты издеваешься? — опешил я. — Нужны подробности!

— Тьма является катализатором, отделяющим душу каменоида от физического тела. Прежде, чем она отправится к прародителю, эту душу можно уничтожить молнией, тем самым ослабив прародителя, потому что он и все каменоиды, что появились на планете — одно существо. Чем больше мелких тварей уничтожить — тем слабее будет прародитель. В прошлый раз человеку удалось загнать тьмой все отростки в одну точку и запечатать их забвением. Но он не знал по поводу молний. Не желал платить за знания. Каменоиды принадлежат самой слабой силе третьего уровня. Тебе даже не потребуется привлекать силу Скрона, чтобы изгнать их с этого мира. Достаточно тьмы и молнии. Да, потребуется сильная молния. Минимум тридцатого уровня, с меньшим уроном даже не стоит пробовать уничтожить прародителя. Но результат будет достигнут. Изгнание этого существа ни на что не повлияет. Он низший. Ниже только люди. Это полный ответ.

Молния и тьма? Чего-чего, а молнии у меня точно нет. Сделать себе «Громовержца»? Звучит заманчиво, но нет — я не собираюсь отказываться от мифрилового доспеха. Не думаю, что рукотворный комплект будет работать вместе с плотью Фарафо. Использовать своих женщин? Даже странно, что я об этом подумал. Что Алия, что Элеонора являются глубоко беременными дамами и возня с каменными тварями им явно не добавит душевного и морального спокойствия. Здесь нужен человек, что оперирует молниями на высоком уровне и для кого увеличение камня до тридцатого уровня не ударит по жизненным силам. Как я упорно хожу вокруг да около, не желая назвать имя единственного человека, который может мне помочь.

Кималь Саренто. Единственный высокоуровневый маг из всех, кого я знаю, способный быстро адаптироваться к магическому камню тридцатого уровня. И, чего греха таить, единственный обладатель значительной силы, рядом с которым я не буду постоянно оглядываться, ожидая удара в спину. Что тёмные, что светлые в этом плане достаточно непредсказуемы. Осталось дело за малым — привлечь ректора и создать пять эликсиров на увеличение уровня камня с двадцать пятого уровня до тридцатого. Надеюсь, Кималь Саренто меня не разочарует, и его основная способность прокачана на максимальные значения, что были доступны доступные этому миру до того, как я начал активно закрывать разломы.

— Почему каменоиды уничтожают всё живое? — этот вопрос я тоже не мог не задать. Гораздо проще сражаться, когда понимаешь противника.

— Они питаются душами и сущностями живых и полуживых существ. В этом заключается смысл их существования. Почти семьсот лет каменоиды находились в забвении. Прародитель голоден. Он желает насытить своё бездонное брюхо, поэтому отправил себя повсюду, где чувствуется жизнь. Каменоиды могут её чувствовать, могут её поглощать. Так они растут. Так их становится больше. Они как вирус, что распространяется во все стороны, уничтожая всё на своём пути. Когда мир падёт, прародитель покинет его, отправившись в новое место. Твоё время в Бездне закончилось, человек. Когда у тебя появятся вопросы, ты знаешь, где их можно получить. Но не более одного раза в неделю. Человеческая душа не может долго выносить разлуку со своим миром. Ты можешь перестать быть человеком.

Перестать быть человеком? В памяти всплыли последние слова моего деда. Он больше не считал себя человеком.

— Кем был Вальдемар Валевский? — прокричал я, успев вытащить три сущности. Бездна поняла мой вопрос правильно. Шарики исчезли и, прежде чем пространство вновь озарилось ярким светом, я успел услышать:

— Смешав силу древних со Скроном, он стал тем, кого древние называли заражённым. В нём больше не было души.

Свет исчез, а я очутился посреди наполненной каменными монстрами степи. Твари носились неподалёку, взрывая землю, словно пытаясь понять, куда это исчез источник их драгоценной пищи. Орать каменоиды не умели, но то, как они застыли и, осознав, что я всё же вернулся, устремились ко мне, было сродни радостному воплю. Шум от перемалываемых камней стоял такой, что в ушах закладывало.

Усли двадцать пятого уровня вырвался на свободу, и я помчался навстречу каменной толпе. Бегать от них я не собирался. Наоборот — мне требовалось проверить, как тьма действует на каменоидов и сколько времени будет у Кималя Саренто, чтобы прикончить монстров своей молнией.

Ответ меня порадовал — пять секунд. Ровно столько держались камни, прежде чем начинали рассыпаться бесформенной грудой. За это время каменоид не двигался, не дёргался, вообще не предпринимал никаких действий. Просто стоял и ждал, пока его душа окончательно отделится от камней и вернётся к прародителю. Причём не требовалось стоять рядом — достаточно было одноразово повлиять тьмой на каменоида, чтобы тот запустил процесс самоуничтожения. Однако сразу же обнаружилась старая проблема — маленький радиус моей способности. Тринадцать метров в каждую сторону — мелочи по сравнению с тем потоком, что двигался в сторону клана Вальдес. Я ещё раз посмотрел на модель развития, но ничего, что хоть как-то могло увеличить мою ауру, там не нашёл. Единственное, за что можно было бы зацепиться — это несколько ключевых параметров, что можно было найти на кристалле развития, но и здесь имелись свои ограничения. Увеличивая радиус действия моей ауры, они едва ли не в три раза срезали её эффективность. Какой смысл в усли двадцать пятого уровня, если для всех он будет шестого?

Так что пришлось вспоминать времена тренировок со Злым Инженером и бегать едва ли не на пределе своих возможностей. Неожиданно пришло новое открытие — мифриловый доспех не только не мешал, но и всячески поддерживал бег, умудряясь каким-то образом перераспределять нагрузку. Несколько раз я не удержался и проверял каменных монстров мифрилом — перчатка с лёгкостью входила в тела застывших тварей, но ничего из них не доставала. Игнорировал каменоидов и «Поглотитель». Для него ничего ценного здесь не существовало.

За два часа, которые выделили мне тёмные, мне удалось совершить главное — добраться до начала «ручейка», который двигался к клану Вальдес. Его возглавлял такой огромный монстр, что я сомневался, что моя аура сможет добраться до его вершины. Видимо, предводитель или что-то в этом роде. Однако моим опасениям не суждено было сбыться — каменный монстр попробовал кинуть в меня глыбу, промазал и застыл, оказавшись в зоне действия ауры. Только после того, как я удостоверился в том, что ни одного живого каменоида больше не осталось, побежал в обратную сторону. Мне удалось обрезать даже не ручеёк — только верхнюю его часть. Шествие каменных монстров это не остановит.

Поразительно, но я ошибся — когда я вернулся к тому месту, с которого начал свой стремительный забег, каменоидов уже не было. Лишь на горизонте ещё виднелись какие-то силуэты. Вскоре исчезли и они. Твари, потеряв своего предводителя, стремились вернуться в главный поток. Ручеёк, что мог снести клан Вальдес, был оборван.

Неожиданно неподалёку от того места, где я находился, замерцало магическое поле и исчезло, явив моему взору активный портал, минотавра и туманного служителя, что притащил меня в эту локацию. У меня даже слов не было, чтобы описать весь спектр чувств, нахлынувших на меня в этот момент. Служитель Храма Скрона не сбежал — он переместился в другой портал, чтобы со стороны наблюдать за тем, каким образом я буду уничтожать каменоидов. Или как они будут уничтожать меня, что тоже не было лишено смысла.

— Храм Скрона желает знать, куда ты исчез практически на пять минут? — сходу заявил туманный тёмный.

— Кажется, я уже говорил, но повторюсь ещё раз — Храм Скрона может желать всё, что ему угодно. Это право, которое никто забрать не может. Однако, как у вас есть право хотеть, у меня есть право не хотеть. И сейчас я на полном серьёзе подумываю о том, чтобы полностью прекратить все отношения с Храмом Скрона. В том числе убрать портал из Кострища. Мне всегда казалось, что мы партнёры, но я ошибся. Партнёры друг друга одного с степи без объяснения причин не бросают. Вы оставили меня без прикрытия, без информации о том, что будете наблюдать за мной со стороны, без связи с внешним миром, без информации о том, что умеют каменные твари. Храм Скрона поступил так, словно я являюсь его рабом.

— Храм Скрона действовал с максимальной эффективностью, обеспечив группы прикрытия в случае непредвиденной ситуации. Если бы эрцгерцог Валевский знал о том, что его охраняют, он не достиг бы того результата, который мы видим. Клану Вальдес больше ничего не угрожает. Тем не менее Храм Скрона не получил ответ на свой вопрос. Куда и каким образом ты исчез на пять минут?

Открыв карту, я тяжело вздохнул — мы находились не просто далеко, а очень далеко от границы локации Керукса и светлых земель. Для того, чтобы добраться до Кострища без портала, мне потребуется дней пять, не меньше.

— Действие тёмной ауры не уничтожает каменоидов. Оно отправляет их в исходную точку, откуда они вновь устремятся за живыми существами. Эти твари достаточно умные — когда они осознали, что потеряли предводителя, вернулись в основной поток. Сколько таких предводителей и потоков — вопрос вопросов. Но одно я знаю точно — каменоиды не угрожают светлым. Даже если все тёмные земли окажутся под властью каменных монстров, к нам они не сунутся. Потому что я знаю способ, как их уничтожить окончательно и бесповоротно. Сделать то, что не получилось у первого императора светлых земель семьсот лет тому назад. Вместо того, чтобы начать сотрудничество, предложить мне хорошие условия и заинтересовать, Храм Скрона начинает расспрашивать меня о личном. О том, каким образом я становлюсь сильнее. Каменную заразу можно не просто остановить, но уничтожить. Но сделать это в одиночку я не могу, мне нужен помощник. И единственный человек, способный мне помочь — Кималь Саренто. Теперь прошу вернуть меня в Кострищ — мне нужно подготовиться к тому, чтобы уничтожить сорок два заражённых разлома. Вы уже согласовали график с Элеонорой?

— Эти каменоиды не уничтожены? — если бы не туман, то на безликом лице манекена, что называется служителем Храма Скрона, появилось бы изумление.

— Нет. Тьма не уничтожает сущность или, если хотите, душу каменных тварей. Она отправляет их к прародителю. Главному идеологу всей этой братии. Если уничтожить его — не станет и каменных монстров.

— Семьсот лет назад этого сделать не смогли, почему ты уверен, что такая возможность появилась сейчас?

— Потому что они не знали способ. Я знаю. Поэтому уверен в том, что каменоиды не сунутся в светлые земли. Они не захотят терять часть своей жизненной силы. Эти твари обладают разумом, пусть и непохожим на человеческий. Но бояться они умеют и это главное.

— Для чего тебе Кималь Саренто? Храм Скрона может предоставить тебе гораздо более сильного мага. Тебе нужна именно молния, или сгодится любая стихия?

— Кималь Саренто нужен по той причине, что я ему могу доверить прикрывать свою спину. Тёмному, которого вы можете мне дать, верить я не стану. Даже если это будет сам Второй.