По вечерам, если Гэри не работал в ночную смену, они сидели перед телевизором и мечтали о том, как он выйдет на пенсию и у них появится больше свободного времени. У них были кое-какие накопления: на эти деньги можно будет купить большой дом на колесах со всеми удобствами и отправиться в долгое путешествие. Им так хорошо вдвоем – они никогда не заскучают! Даже на своем небольшом кемпере они часто выезжали в разные места, где были кемпинги «Лейжер Тайм Резорт» – клуба, членами которого состояли родители Гэри. Достаточно было просто добраться туда; на территории кемпинга имелись и электричество, и душевые, и кафе. Оставалось лишь гулять и наслаждаться красотами природы.

В отпуск Гэри повез Джудит в Рино в Неваде. Впервые она летела на самолете – это было здорово! Они посмотрели горы и озеро Тахо и даже заглянули в казино. В другой раз они слетали в Диснейленд. Именно о такой жизни Джудит всегда мечтала.

Они с Гэри все делали вместе. Вместе ходили по магазинам, вместе готовили и смотрели сериалы по телевизору. Он никогда не сердился, не говоря уже о том, чтобы приходить в ярость. На его лице всегда была улыбка. Джудит не могла его потерять. Никогда, ни за что! Она сама сделала ему предложение. Точнее, сказала:

– Теперь, когда мы прожили вместе три года, ты от меня уже не избавишься. Нам надо пожениться.

Гэри ответил:

– Да? Ну так давай.

Глава 14. Неуловимый

Шел 1985 год, и исчезновения проституток со «стрипа» прекратились. С одной стороны, это была хорошая новость, с другой – существовали подозрения, что убийца переместился в другой штат. И подозрения эти были небезосновательны.

13 июня 1985 года в Орегоне во время расчистки участка под земледелие водитель трактора заметил в земле, которую только что вскопал, человеческие кости. Похоже, он наткнулся на труп.

На место прибыли эксперты из штата Вашингтон. В последнее время они только и занимались тем, что выкапывали и исследовали разложившиеся останки, поэтому довольно быстро сумели определить, что в раскопе обнаружены череп, два женских таза и несколько ребер. На черепе имелось небольшое отверстие – от пули или хирургической операции. Патологоанатом предполагал, что кости были захоронены в Орегоне примерно год назад. Удалось установить, что они принадлежали Дениз Дарсел Буш. Отверстие осталось от шунта для отвода жидкости из черепа – операцию ей сделали еще в детстве. Но Дениз Буш пропала со «стрипа» в Сиэтле три года назад. Где же ее останки или она сама пребывали в течение двух лет?

Похоже, убийца начал играть со следствием в игры. Теперь он расчленяет трупы и развозит фрагменты по разным местам. От Сиэтла до Тулатина в штате Орегон, где нашли кости, 270 километров. Неужели он поехал в такую даль, чтобы выбросить их? На место обнаружения останков немедленно отправились Франк Адамсон, Дэвид Райхерт и еще несколько детективов из следственной группы. Им показалось, что они испытывают дежавю: участок лежал сразу за поворотом дороги, как и прочие «свалки трупов» Убийцы с Грин-Ривер.

Во втором наборе останков вскоре опознали Ширли Мэри Шерил, тоже пропавшую из Сиэтла. Получалось, что убийца привез ее – живую или мертвую – за 270 километров в Тулатин, чтобы там похоронить.

Этим находки в Орегоне не ограничились. При тщательном просеивании почвы были обнаружены кости еще двух человек. Пока что опознать их не удалось.

Во время командировки в Орегон детективы следственной группы узнали еще кое-что важное. В конце апреля 1985 года там же, в Тулатине, было совершено нападение на пятнадцатилетнюю школьницу. Девочку подсадил к себе мужчина на темно-зеленом пикапе. Он попытался сначала изнасиловать ее, но она так отбивалась, что нападавший начал ее душить. Она лягнула его в мошонку, мужчина ослабил хватку, и девочке удалось выскочить из машины и сбежать. В полиции с ее помощью был составлен фоторобот преступника. И этот фоторобот очень и очень походил на описания Убийцы с Грин-Ривер. Зеленый пикап тоже упоминался в материалах дела.

Какой из этого следовал вывод? Убийца перебрался из Сиэтла в Орегон? Или начал вывозить своих жертв туда? Детективы взялись перетряхивать свою базу данных подозреваемых. Есть среди них кто-то, кто переехал в последнее время в Орегон? Но в группах «А» и «В» такого не оказалось.

Полиция не исключала вероятности того, что настоящий убийца никогда не попадал в сферу их внимания или мог оказаться в категории «С», самой общей. Допускался и вариант, что преступник, спугнутый активными действиями следователей в окрестностях Сиэтла, начал увозить трупы подальше, за пределы своей «охотничьей зоны». Ведь по всему округу Кинг бродили теперь скауты, поисковые отряды, детективы-любители, экстрасенсы и прочие любопытствующие, мечтающие найти новый скелет и попасть в газеты.



В июле 1985 года начались исчезновения молодых женщин, занимающихся проституцией, на другом конце Тихоокеанского побережья, в Сан-Диего, на границе с Мексикой. Первым был обнаружен раздетый труп 22-летней проститутки Дейны Джентиле; экспертиза показала, что перед смертью она имела половой контакт. Рот девушки был забит песком и мелкими камешками; девушку задушили.

Однако Дейна работала строго по вызову и принадлежала к высокооплачиваемой категории проституток-эскортниц. Убийца с Грин-Ривер никогда с такими девушками дела не имел.

Далее в пустыне, в расселине близ междугородного шоссе, обнаружили еще одно мертвое тело, также обнаженное. Экспертиза показала, что перед тем как труп бросили в расселину, его какое-то время тащили по песку и камням. Это были останки белой женщины, около 25 лет, задушенной руками. Перед смертью она также имела половое сношение. Личность ее установить не удалось.

Вскоре после этого в двух километрах от второго трупа нашелся третий, нагой, связанный веревкой. Тело принадлежало, как выяснилось, местной проститутке Терезе Брюэр, 26 лет. Все трупы явно относились к одной серии убийств, имевшей значительное сходство с убийствами на Грин-Ривер. Жертвы являлись проститутками, были задушены, их трупы находили обнаженными. Следствие допускало предположение, что Убийца с Грин-Ривер переехал не в Орегон, а на другой конец побережья, в Калифорнию.

В целом для властей Сиэтла это было кстати. Расходы на следственную группу по убийствам на Грин-Ривер давно следовало сократить, поскольку поиски не приносили результата, а новых жертв – если считать формально – не появлялось с 1984 года. Следственная группа занималась раскопками и идентификацией обнаруживаемых останков. Они действительно время от времени возникали.

Так, в начале зимы 1985 года скауты, отправившиеся в поход по горной тропе Маунтин-Вью на юго-востоке от Сиэтла, увидели рядом с ней человеческий скелет. Полицейские, прибывшие на место, сразу вспомнили, что в 1983 году поблизости оттуда был найден выброшенный из машины череп Кими-Кай Питсор. Местность следовало прочесать заново. В результате этих поисков были обнаружены останки еще трех женщин. Маунтин-Вью оказалась очередной «свалкой трупов» Убийцы с Грин-Ривер. Скелет Кими-Кай Питсор находился среди них. Наконец раскрылась загадка с отделенным от тела черепом. А вот два других набора останков идентифицировать не удалось. Тем не менее это явно были жертвы одного и того же преступника: все трупы оказались голыми, лежали возле приметных ориентиров природного происхождения, принадлежали девушкам не старше двадцати пяти лет, а время смерти соответствовало периоду активности Убийцы с Грин-Ривер.



Наступил новый, 1986 год. Следственная группа – по-прежнему под руководством Фрэнка Адамсона – продолжала свою работу. В марте женские останки были найдены при расчистке местности на территории парка Коттонвуд. Правда, там лежал только торс, без головы и конечностей. От места его обнаружения до моста Пек-Бридж, где в 1982 году мальчишки заметили в воде мертвое тело, было меньше полукилометра.

2 мая 1986 года патрульный полицейский наткнулся на скелет возле 90-го шоссе. Экспертиза установила, что он принадлежал Морин Фини – девятнадцатилетней воспитательнице из детского сада, которая нашла себе «денежную подработку», став проституткой.

Там же, возле 90-го шоссе, в районе Твин-Фоллз были найдены новые человеческие кости. Они принадлежали Ким Нельсон, пропавшей в ноябре 1983 года сразу после выхода из тюрьмы.

Следствие уже привыкло иметь дело только с костями и разложившимися останками, когда в Сиэтле вновь пропала девушка. 19-летняя Патрисия Барчак исчезла 18 октября 1986-го – спустя два года после окончания периода активности Убийцы с Грин-Ривер. Она была хорошенькая, немного полная, с густыми кудрявыми волосами каштанового цвета. Недавно Патрисия окончила курсы кондитеров и собиралась открыть собственный бизнес – печь на заказ торты для свадеб. Пока же она устроилась пекарем в кондитерскую «Уинчелл Донат». Конечно, в таком возрасте ей хотелось любви, и она начала встречаться с парнем по имени Чед – у того была неплохая работа и, по его словам, блестящие карьерные перспективы. Когда выяснилось, что Чед ее обманул и на самом деле он простой бродяга, без работы и без денег, она попыталась выгнать его из квартиры, которую снимала на свою зарплату, но это оказалось не так просто. Чед ни за что не хотел съезжать. Они постоянно скандалили, и однажды Патрисия договорилась встретиться с подругой в кафе – излить душу и немного передохнуть. Она искренне надеялась, что, когда вернется домой, Чеда там не будет. Но нет, Чед никуда не делся и продолжал спать на диване в ее гостиной.

Патрисия съехала сама. Она поселилась в мотеле близ аэропорта Сиэтл-Такома и там познакомилась с местными проститутками. Они в один голос советовали привлекательной Патрисии попробовать себя в их ремесле. И она попробовала. Правда, постоянную работу тоже не бросала.

18 октября Патрисия должна была зайти в кондитерскую за зарплатой, но ее чек так и остался лежать в кассе. Обеспокоенная мать девушки позвонила в полицию.

Выяснилось, что в мотеле ее не видели уже несколько дней; менеджер заглянул к Патрисии в номер и увидел, что вещи девушки остались на месте. Ни в ближайшее время, ни впоследствии Патрисия Барчак за ними не явилась.

Детективы, конечно же, заподозрили ее парня, Чеда, тем более что при обыске у него нашли кое-какие украшения, принадлежавшие Патрисии. Вот почему ее случай не попал в поле зрения следственной группы по делу Убийцы с Грин-Ривер.

Еще одно исчезновение, также ускользнувшее от внимания следственной группы, произошло позднее, в феврале 1987 года. На этот раз исчезла 21-летняя проститутка Роберта Хейс. Она отличалась от типичных жертв Убийцы с Грин-Ривер, поскольку обычно не ловила клиентов на Си-Так, а каталась с дальнобойщиками по всему Тихоокеанскому побережью. Роберта была опытной в своем деле, неоднократно попадала в полицию, приторговывала наркотиками и перед исчезновением отсидела за проституцию очередной двухнедельный срок в исправительном учреждении.



В октябре 1986 года власти штата Вашингтон наконец приняли давно назревавшее решение о сокращении следственной группы, но официально о нем было объявлено только в середине декабря. Сокращения касались оперативного подразделения группы, в котором отпала необходимость – больше не надо было следить за проститутками, их сутенерами и клиентами на улицах, поскольку новых похищений не происходило. В канун Рождества шериф Верн Томас вызвал Фрэнка Адамсона к себе. Он сказал, что не хочет никаких споров и конфликтов. Решение уже принято. Фрэнка переводят на должность начальника полицейского участка в Мэпл-Вэлли. Либо он может уйти в отставку. Так или иначе, но руководителем следственной группы его не оставят.



Власти штата понимали, что не оправдали надежд общественности: убийца не был пойман и предан суду. Они стремились скорей изгладить любые воспоминания о нем; вот почему из бюджета было выделено 10 миллионов долларов на обустройство близ Грин-Ривер большого ландшафтного парка. Из места преступления река должна была стать зоной отдыха. Департамент природных ресурсов поручил ландшафтному дизайнеру Майклу Маккаферти разработать проект парка протяженностью около 50 километров. Маккаферти собирался устроить там видовые площадки, расставить бронзовые скульптуры, запустить в реку рыбу и подсадить водоросли, а на берегу установить небольшой мемориал в память жертвам убийств. Но комиссия, которая должна была одобрить проект, воспротивилась, заявив, что памятник не нужен. Убийцу еще не поймали, и он может подумать, что памятник поставлен в его честь. Возможно, когда он окажется в тюрьме, к идее с мемориалом они еще вернутся. В действительности власти надеялись, что об убийствах забудут и Грин-Ривер снова станет всего лишь рекой, где можно ловить лососей, любоваться цветущими берегами и спокойно отдыхать.

В результате десять миллионов были потрачены на устройство беговых и велосипедных дорожек, большого поля для гольфа, цветочных клумб и альпийских горок. Мемориала жертвам так и не появилось.



Новым руководителем следственной группы стал капитан Джим Помпей. Он служил в полиции с 1972 года, а звание капитана получил в 1983-м, когда возглавлял отряд особого назначения. Дэвид Райхерт в который раз испытал горькое разочарование. Он вел дело Убийцы с Грин-Ривер с самого начала, знал до мельчайших деталей, но его снова обошли. Дэвид не совсем понимал, на каком основании назначили Помпея. Чернокожий капитан ранее занимался поиском и спасением на водах: на территории округа Кинг много рек и озер, поэтому несчастные случаи на воде происходили там достаточно часто.

Помпей был настоящим спортсменом: отлично плавал и увлекался погружениями с аквалангом. Он регулярно тренировался в спортивном зале и находился в прекрасной физической форме.

Новый начальник дал приказ еще раз пересмотреть дела подозреваемых из категории «А». Некоторые из них с начала расследования были полностью оправданы, но таких оказалось немного. Кроме того, всегда имелся шанс, что детективы наткнутся на новую кандидатуру. Компьютер продолжал проверять связи между жертвами и возможными подозреваемыми.

Помпей распределил список кандидатов из категории «А» по своим детективам. Мэтту Хейни предстояло заняться Гэри Риджуэем.

И тот сделал несколько неожиданных открытий.

Оказалось, что в 1982 году патрульный офицер застал Риджуэя с проституткой в машине, припаркованной близ аэропорта Си-Так. Девушку звали Кели Макгиннес, и она числилась в списке пропавших.

Однажды его опрашивали как свидетеля на «стрипе» – полицейский заметил Риджуэя в зале KFC, неподалеку от места исчезновения нескольких жертв.

Он ездил на старых пикапах, подходивших под описания, которые давали свидетели похищений.

Кроме того, в 1983 году он проходил свидетелем по делу об исчезновении Мэри Мальвар. Правда, подозрения с него были сняты, поскольку никаких доказательств причастности не нашлось, да и девушка, кажется, уехала сама и потом объявлялась в других штатах.

И он не отрицал, что однажды напал на проститутку, Ребекку Гуарди Гуэй, которая якобы его укусила. Тогда его проверяли на детекторе лжи, и он прошел проверку. Тем не менее слишком полагаться на данные полиграфа не стоит – каждому полицейскому это известно.

Против версии о причастности Риджуэя к убийствам говорило то, что он состоял в стабильных отношениях с женщиной, с которой познакомился в клубе «Родители без партнеров». Почти два десятилетия работал на одном месте – автомаляром в компании «Кентуорт». Вырос в полной семье, ходил в школу в паре кварталов от «стрипа», много лет стригся у одного и того же парикмахера, подростком подрабатывал в местных отелях. Вполне вероятно, что все зацепки, обнаруженные Хейни, – простое совпадение.

Тем не менее Мэтт Хейни принялся за разработку Риджуэя всерьез.

Глава 15. Подозреваемый номер один

Детектив Хейни изучил показания, полученные в ходе расследования инцидента с Ребеккой Гуарди Гуэй. Проверил данные кредитной карты Риджуэя на предмет снятия наличных, мест заправок и совершения покупок. Просмотрел базу данных по предыдущим правонарушениям.

А потом вспомнил, что недавно, когда было найдено тело Кими-Кай Питсор, полиция еще раз допрашивала ее сутенера, Стивена Смита. Перед исчезновением девушки тот видел, с кем она уезжает на пикапе, и запомнил внешность водителя. Стивена Смита вызвали еще раз, и Хейни предъявил ему планшет с фотографиями подозреваемых, включив туда снимок Гэри Риджуэя. До этого ни сутенерам, ни проституткам – за исключением Ребекки Гуарди Гуэй – фотографий возможных убийц не показывали. Смит уверенно опознал Риджуэя по этому фото.

Мэтт Хейни решил привлечь к делу еще одну свидетельницу – Пейдж Майли, у которой клиент расспрашивал о подруге, блондинке Ким Нельсон. Пейдж удалось отыскать достаточно легко.

На допросе в полиции Пейдж рассказала, что в 1983-м, когда Нельсон пропала, они жили в одной комнате в мотеле. 30 октября 1983 года Нельсон освободилась из тюрьмы округа Кинг, где сидела за проституцию. Их сутенеры были знакомы между собой; они приводили клиентов к девушкам в мотель, и тем не было необходимости выходить на «стрип». Единственный раз, когда они оказались там вдвоем, – в тот самый день, 1 ноября, после которого Нельсон исчезла.

Майли требовались деньги на оплату мотеля, клиентов не было, и она решила «подработать» на пересечении Си-Так и 144-й Южной улицы. Ким Нельсон пошла с ней. Они встали на автобусной остановке, под крышей. Довольно скоро Майли посадил к себе в машину клиент, пожелавший оральный секс, и Нельсон осталась на остановке одна. Когда Майли вернулась спустя десять-пятнадцать минут, подруги на месте не оказалось.

Майли продолжила выходить на «стрип», поскольку шансов поймать клиента там было больше. Где-то через два дня к ней подъехал мужчина на бордовом пикапе с белой крышей. У него были каштановые волосы и усы; возраст – около тридцати лет. Мужчина был в клетчатой рубашке, джинсах и бейсболке, в руке он держал банку «Будвайзера». Сначала он спросил, ходит ли Майли «на свидания», а потом поинтересовался, куда подевалась ее подруга, «та, крупная блондинка». Это сильно удивило Майли, поскольку на «стрип» они выходили с Нельсон всего один раз и простояли вдвоем лишь недолгое время. С чего мужчина взял, что они подруги?

По описанию Майли мужчина, расспрашивавший ее, сильно походил на Риджуэя. Мэтт Хейни решил ей тоже показать планшет с фотографиями. Да, это был Гэри Риджуэй.

Утвердившись в своих подозрениях, Мэтт Хейни подал начальнику следственной группы Джиму Помпею докладную записку следующего содержания:

• По признанию самого подозреваемого, сделанному в 1984 году, он был знаком минимум с пятью проститутками из списка жертв.
• Его размер обуви соответствует следу, оставленному убийцей.
• Его вторая жена, Марша Уинслоу, заявляла, что Риджуэю нравилось заниматься сексом на природе. Он отлично знает окрестности Сиэтла. Увлекается туризмом и рыбалкой, всегда возит с собой в пикапе рулон полиэтиленовой пленки, чтобы ставить на нее палатку. Также возит мусорные мешки зеленого цвета, в точности как тот, которым было накрыто тело одной из жертв.
• Марша Уинслоу упомянула об одном месте, где они с Риджуэем занимались сексом: в непосредственной близости оттуда было найдено тело Деборы Мэй Абернати.
• Во время секса он несколько раз пытался душить Маршу; один раз имитировал преступное нападение, но потом отрицал этот факт.
• Подруга одной из жертв, Ким Нельсон, узнала его в человеке, который спрашивал ее об исчезновении Нельсон.
• Бойфренд и сутенер Кими-Кай Питсор опознал Гэри Риджуя по фотографиям как человека, с которым уехала на пикапе Кими-Кай перед исчезновением.
• В ноябре 1982 года Риджуэй напал на Ребекку Гуарди Гуэй и пытался ее задушить.
• В заключении записки Мэтт Хейни практически напрямую называл Риджуэя Убийцей с Грин-Ривер.


Изучив докладную Мэтта Хейни, Помпей дал распоряжение о проведении в отношении Риджуэя «активных следственных действий»: наблюдения, опросов родных, коллег и знакомых.

Слежка за Риджуэем показала следующее:

• Работал он посменно – в период наблюдения во вторую смену, с 15:40 по 00:10, с понедельника по пятницу на заводе «Кентуорт Тракс» на Ист-Марджинал-уэй. Наблюдение велось с момента выхода субъекта из дома и до его прибытия на работу. Риджуэй ездил на пикапе «Форд» 1977 года выпуска. Несколько дней за ним наблюдали по пути с работы до дома.
• Во время наблюдения Риджуэй демонстрировал отличное знакомство с районом, прилегающим к Южно-Тихоокеанскому шоссе, иначе Си-Так, в том числе с полосой отчуждения вокруг аэропорта. Он часто проезжал там и останавливался на парковках, где проститутки ловят клиентов. Чаще всего его видели возле «Ларрис Маркет», на пересечении Си-Так с 144-й Южной улицей, и на парковке «Севен-Элевен», на пересечении Си-Так с 142-й Южной улицей. С этих парковок пропало значительное количество жертв Убийцы с Грин-Ривер, включая Сандру Габберт, Ким Нельсон, Тину Томпсон, Дениз Буш, Терри Миллиган, Шонду Саммерс, Кэрол Кристенсен и Ивонн Антош.
• Риджуэй неоднократно обедал в ресторанах быстрого питания, расположенных в непосредственной близости от «Ларрис Маркет» и «Севен-Элевен».
• Несколько раз Риджуэй посещал своих родителей в их доме на пересечении Си-Так с 175-й Южной улицей.
• Единожды за период наблюдения Риджуэй ездил на Рейнир-авеню, где катался взад-вперед без видимой цели. Это место также популярно у проституток, и оттуда пропало несколько жертв Убийцы с Грин-Ривер, включая Лизу Йейтс, Эйприл Баттрам, Пэмми Авент и Мэри Уэст.
• В период наблюдения Риджуэй не превышал лимита скорости и ездил очень внимательно. Часто, проезжая по Си-Так, он сворачивал на боковую улицу, возвращался назад и еще раз проезжал в том же направлении. Очевидно, ему хорошо знакомы все ответвления шоссе и развороты.


Выписка с кредитной карты показала, что его можно достаточно уверенно связать с двадцатью семью исчезновениями девушек. В дни их пропажи он находился в отпуске или на выходных, делал покупки или заправлял машину в непосредственной близости от мест исчезновения.

С января 1982 года он проживал по адресу 21859, Южный Кент, штат Вашингтон, то есть в шести кварталах от пересечения Си-Так с 216-й Южной улицей, откуда пропали Дебра Боннер и Гейл Мэттьюз и где в последний раз видели Мэри Мальвар.

Брат подозреваемого, Томас Риджуэй, владеет пикапом «Додж» 1970 года выпуска бирюзового цвета с белой крышей, подходящим под описание автомобиля, который видел свидетель, нашедший на обочине дороги череп Кими-Кай Питсор.



Мэтт Хейни подходил к Риджуэю все ближе. Настала очередь побеседовать с его второй женой, Маршей, тем более та жила неподалеку и разыскивать ее не требовалось. Маршу уже опрашивали после нападения Риджуэя на Ребекку Гуарди Гуэй, и тогда она сказала, что Гэри нравилось заниматься сексом на природе, причем одно из мест, где это происходило, впоследствии оказалось «свалкой трупов» Убийцы с Грин-Ривер. Теперь детектив Хейни попросил ее проехать с ним по всем местам, где они с мужем занимались сексом. Картина вырисовывалась крайне тревожная. Куда бы они ни приезжали – на берег Грин-Ривер, к мосту Пек-Бридж, на озеро Стар-Лейк, в Гринуотер и Энамклоу, – Марша указывала на те участки, где находили тела или скелетированные останки жертв. Она сообщила Хейни, что они с мужем часто катались по 90-му шоссе, останавливаясь на перекрестках. При этих остановках Риджуэй требовал от нее орального секса.

Ее показания подтверждали подруги Риджуэя, с которыми он встречался после развода. Дайана (имя изменено) тоже упоминала о том, что ему нравилось заниматься сексом на природе. Они выезжали с Гэри к аэропорту Си-Так, на 90-е шоссе, на озеро Стар-Лейк и на Грин-Ривер. Дайана поведала детективу, что Риджуэй любил игры со связыванием и порнографические фильмы в духе садо-мазо. В первый раз разговор о связывании зашел у нее дома; Дайана согласилась попробовать, и Риджуэй немедленно принес из своей машины нейлоновый шнур. Он связал ей запястья и щиколотки, но как только она попросила ее развязать, подчинился. Несколько раз на вылазках в лес он привязывал ее к деревянному шесту, который возил с собой в кузове пикапа, – также с ее согласия. Он засовывал ей во влагалище виноградины и бананы. Со временем его постоянное желание секса начало ее утомлять. Собственно, потому они и расстались.

Первая жена, Клаудиа Барроуз, которую Мэтт Хейни, хоть и с трудом, нашел, вспоминала, что они еще до свадьбы любили колесить на машине по окрестностям Сиэтла. Они занимались сексом, сворачивая на проселочные дороги, в том числе на Милитари-роуд, где впоследствии поселился Риджуэй.

Они поженились в Сан-Диего, когда Риджуэй служил в армии, и, пока он был на Филиппинах, Клаудиа закрутила роман с их общим знакомым. Клаудиа в то время снимала на двоих квартиру с подругой – бойфренд подруги был чернокожим. После демобилизации Риджуэй вернулся домой к родителям, в Сиэтл; он хотел, чтобы Клаудиа присоединилась к нему. Она приехала ненадолго, но потом объявила, что хочет развода, и вернулась к мужчине, с которым у нее был роман. Впоследствии она вышла за него замуж.

Тем временем другие подружки Риджуэя, Эшли и Мэри-Энн (имена изменены), вспоминали, что он рассказывал им, будто, вернувшись из армии, обнаружил, что жена живет практически в притоне, с чернокожими любовниками. Он называл ее исключительно «эта шлюха» и жаловался, что заразился от нее генитальными бородавками. В действительности, по данным военного врача из части, где служил Риджуэй, тот неоднократно заражался гонореей от филиппинских проституток. Сама Клаудиа наличие у себя венерических заболеваний отрицала.



Эшли – женщина, с которой Риджуэй встречался после Дайаны, – о необычных эротических практиках или сексе на природе не упоминала. По ее словам, они занимались сексом только дома, у нее или у него, на Милитари-роуд. Одновременно с ней Риджуэй виделся еще с несколькими женщинами, а с одной из них, Мэри-Энн, даже жил впоследствии и собирался жениться. Эшли казалось, что у него очень занижена самооценка; Риджуэй во всем подчинялся матери, Мэри. При этом он не был близок с Томом, отцом. Однажды он сказал, что родители его усыновили – он будто бы не родной сын Тома и Мэри Риджуэй.

Как-то раз, на вечеринке в ресторане «Уайт Шаттерс», Риджуэй упомянул в разговоре с Эшли о том, что едва не убил человека. Эшли поняла, что речь идет о женщине, предположительно проститутке. Их перебили, и закончить свой рассказ Гэри не смог; впоследствии они к этой теме не возвращались.

Мэтт Хейни опросил Мэри-Энн, на которую Риджуэй переключился после Эшли. Она сообщила, что они познакомились на рождественской вечеринке клуба «Родители без партнеров» в 1982 году. Риджуэй тогда встречался с другой, но они все-таки занялись сексом, и Мэри-Энн обнаружила, что заразилась генитальным герпесом. Своей вины Риджуэй не признал. Ближе к лету, когда он разошелся с Эшли, они стали встречаться у Мэри-Энн по выходным. Также они продолжали посещать мероприятия клуба «Родители без партнеров». Несколько раз она, заезжая к Риджуэю без предупреждения, заставала его с другими женщинами из клуба. Он не был ей верен.

Про свою вторую жену, Маршу, он рассказывал, что она постоянно ходит по барам, танцует в стриптиз-клубе и пренебрегает родительскими обязанностями. У Мэри-Энн сложилось впечатление, что он сильно задет обстоятельствами их с Маршей развода. Тем не менее он никогда не был к ней агрессивен и поддерживал отношения с бывшей женой ради сына.

Они собирались пожениться в июне 1984-го, но Мэри-Энн познакомилась с другим мужчиной и порвала с Риджуэем. Спустя год она узнала, что он нашел себе в клубе другую женщину, Джудит Линч.

Временные подруги Риджуэя – все три – подтверждали, что он время от времени пользовался их автомобилями. В частности, у Мэри-Энн был коричневый «Плимут-Сателлит» 1973 года выпуска; она купила его в 1983-м, а в феврале 1984-го продала Гэри. Также ей принадлежал пикап «Форд» 1970 года, бледно-зеленого цвета, который достался ей после развода. В 1983-м Мэри-Энн его продала. Бирюзовый пикап «Додж», на котором ездил брат Риджуэя, Том, раньше принадлежал Гэри, и тот несколько раз его перекрашивал, в том числе в темно-синий цвет. Том купил его у Гэри в июле 1981-го.

Также Риджуэй пользовался машинами отца. Томас Риджуэй владел пикапом «Додж» 1977 года выпуска, золотистого цвета, который продал в 1983-м. Впоследствии он купил красно-белый пикап «Форд», новый, и ездил на нем до августа 1986 года.

У самого Риджуэя был бордовый пикап «Форд» 1977 года, купленный в 1984 году. Он сам установил на нем вместо багажника кемпер. До этого он ездил на пикапе «Додж» 1975 года, красно-коричневом, с пятнами грунтовки на борту. Крышу на нем он неоднократно менял; в основном все крыши были белыми. После аварии в 1984 году пикап был списан по страховке и уничтожен.

Все данные, собранные Мэттом Хейни, говорили о том, что Гэри Риджуэй может стать подозреваемым номер один по делу Убийцы с Грин-Ривер. Сам Мэтт был практически уверен, что убийца найден. Основываясь на его отчетах, Джим Помпей отдал приказ об аресте Риджуэя и обыске у него дома, в его шкафчике в компании «Кентуорт» и в его автомобилях. От офиса генерального прокурора ордер на обыск подписали Эл Мэттьюз и Мэрилин Бреннеман. Кроме того, у подозреваемого предполагалось взять образцы крови, слюны и волос для выделения ДНК. Если Гэри Риджуэй – убийца, то его безнаказанности пора положить конец.



8 апреля 1987 года в дом Риджуэя, где он жил с постоянной партнершей Джудит Линч, нагрянула полиция. О том, что за ним ведется наблюдение, Риджуэй не подозревал; он был заметно удивлен появлением детективов у себя на пороге. Джудит не верила своим глазам: ее Гэри, такой тихий и добродушный, который и мухи не обидит, подозревается в убийствах?

Мало кто в округе Кинг мог похвастаться столь малой осведомленностью о деле Убийцы с Грин-Ривер, как Джудит: она не читала газет и старалась поменьше смотреть новости. Они ее не интересовали. Телевизор Джудит включала, когда там шли сериалы или кино. Конечно, кое-какие слухи до нее доходили, но она не обращала на них внимания. Где-то в городе пропадают проститутки. Какое ей до них дело?

И вдруг к ним в дом – тот, в который она успела вложить столько сил и любви, где даже ковры выбраны по ее рекомендации, – являются полицейские! В тот момент у них с Гэри в гостях была его мать, Мэри Риджуэй. Она, в отличие от Джудит, не стала изумленно стоять в стороне. Мэри возмущалась таким вторжением. У них в семье нет и не может быть преступников. Ее Гэри – послушный и добрый мальчик. Кому, как не матери, это знать.

Показав ордер, подписанный в прокуратуре, полицейские приступили к делу. Им предстояло обыскать нынешнее жилище Гэри Риджуэя, его машину и машину Джудит. На заводе «Кентуорт» другая группа тем временем досматривала шкафчик подозреваемого.

В первую очередь они обращали внимание на мелкие волокна или следы краски, которые помогли бы связать подозреваемого с жертвами. Детективы искали частицы серебристой автоэмали, обнаруженной на телах четырех жертв. Их интересовали также вещи убитых: украшения, предметы одежды – что угодно, лишь бы установить его причастность. Джудит вспомнила, что потеряла свой браслет в машине у Гэри. Что, если его найдут и решат, будто браслет обронила другая женщина?

Она немедленно заявила о браслете полицейским, и те зафиксировали это в протоколе. Самого Риджуэя тем временем увезли в управление полиции на допрос. Он вел себя достаточно спокойно, а от присутствия адвоката отказался. Это само по себе означало полную лояльность подозреваемого и готовность сотрудничать со следствием.

На допросе Риджуэй, не отпираясь, подтвердил, что хорошо знал местных проституток и пользовался их услугами. Он доходчиво объяснил, что в период с 1981 года, после развода со второй женой, и до 1985-го, когда они познакомились с его нынешней спутницей, Джудит, находился в «активном поиске», то есть встречался с разными женщинами и часто обращался к проституткам. Ему нравится секс, он считает его естественной потребностью мужчины. В отсутствие постоянной партнерши проститутки очень выручают.

Но с тех пор, как они встретились с Джудит, о проститутках он и не думал. Она полностью его удовлетворяет. Джудит – прекрасная женщина, и они собираются пожениться. С момента встречи с ней он не обращался к проституткам ни разу. Данные наружного наблюдения это подтверждали.

Риджуэю предложили сдать образцы ДНК – кровь, слюну и волосы. На это он тоже согласился без раздумий. Правда, пока следствие не могло извлечь ничего полезного из этих образцов, поскольку в сухой сперме ДНК выявляли в течение трех лет, а в сухой крови – целых пять. С момента последнего убийства, при котором остались следы ДНК – сперма подозреваемого, – прошло уже четыре года, так что тут наука помочь следствию не могла. Тем не менее методы идентификации совершенствовались, и образцы взяли с заделом на будущее. Риджуэй покорно сдал кровь, пожевал кусок марли – так брали образцы слюны. У него пинцетом выдернули несколько волосков с головы, рук и лобка. В глубине души полицейские надеялись, что подозреваемый может раскрыть себя под таким психологическим давлением, но нет, Риджуэй по-прежнему хранил спокойствие.



Результаты обыска в доме Риджуэя, его шкафчике и автомобилях оказались обескураживающими. Никаких улик, связывающих его с убийствами на Грин-Ривер, обнаружено не было. Единственным положительным моментом оказалась скрытность, с которой проводились процедуры наблюдения, опросов свидетелей и обыска: журналисты не узнали о них, и нового града упреков в адрес полиции, схватившей невиновного, не посыпалось. Собственно, пресса уже утратила интерес к этому делу, давно не сулившему броских заголовков.

А вот на работе для Гэри последствия были – правда, смешные, а не трагические. Он считался ценным сотрудником, многие компании хотели, чтобы их грузовики разрисовывал именно Риджуэй, потому начальству и в голову не пришло его увольнять. Да, из-за дислексии он мог перепутать название краски, ошибиться с химическим компонентом, но всегда безропотно все исправлял и переделывал. У него было прозвище – Ошибочка, – но так Риджуэя называли только за глаза.

Теперь же, когда коллеги прознали, что его допрашивали в связи с убийствами на Грин-Ривер, а у них в раздевалке побывали полицейские и изъяли вещи у Риджуэя из шкафа, за ним закрепилась новая кличка – Грин-Ривер Гэри. Инициалы «ГР» – «Гэри Риджуэй» – повторяли название реки, Грин-Ривер. Эта кличка прилепилась к Риджуэю на много лет. Потому что вскоре – не прошло и трех дней – он вернулся на работу, полностью оправданный. Обыск ничего не принес, полицейские поняли, что поймали не того человека. Да и кто поверит, что тихоня, вечно пытавшийся присесть к другим в столовой, как-нибудь пошутить, примкнуть к разговору, мог в течение двух лет десятками убивать проституток и скрываться от полиции? Быть такого не может! Достаточно вспомнить, каким жалким он выглядел, когда изредка заглядывал в пивную, где коллеги собирались после работы. Ему очень хотелось считаться среди них своим. Но он был какой-то странный, не вписывался в коллектив.

Женщины его сторонились, поскольку иногда он мог попытаться обнять их, помассировать плечи. Мужчин не интересовали его разговоры на библейские темы – он посещал какую-то местную церковь или отделение секты, кто их разберет. Разве что про рыбалку они еще могли поговорить. В целом друзей в «Кентуорте» он так и не завел, хоть и проработал там почти двадцать лет. И на следующие годы превратился в Грин-Ривер Гэри.



Джим Помпей распорядился исключить Риджуэя из числа перспективных подозреваемых и сосредоточиться на других кандидатурах. Конечно, он был разочарован тем, что обыск и допрос не принесли желаемых результатов. Но у них попросту не было улик, чтобы привлечь Риджуэя к ответственности. Материалы по нему пришлось отложить в долгий ящик. Мэтт Хейни, по-прежнему уверенный, что с Риджуэем не все чисто, занялся по приказу начальства другими подозреваемыми.

К несчастью, в скором времени с капитаном Помпеем произошел трагический инцидент. Он давно увлекался погружениями с аквалангом и подводной охотой. В тот раз они решили понырять с другим детективом из офиса шерифа, Бобом Стокхемом, его братом и Роджером Данном, частным сыщиком. Их излюбленным участком для погружений был Ричмонд-Бич на северной оконечности Сиэтла. Недавно Помпей купил новое ружье для подводной охоты и горел желанием его опробовать.

На глубине около тридцати метров Помпей понял, что у его акваланга возникла неполадка – сломался регулятор подачи кислорода. Стокхем увидел, что Помпей запаниковал, и попытался поднять его на поверхность, но их разнесло в разные стороны, и Помпей вынырнул слишком быстро.

На поверхности он оказался уже без сознания; остальные спешно вызвали на помощь катер береговой охраны. Спасатели повезли Помпея в госпиталь, но его легкие пострадали так сильно, что до камеры декомпрессии он не дотянул.

Джим Помпей скончался от легочной эмболии. Ему не было еще и сорока, а по физической форме он превосходил большинство своих коллег в полиции. Однако Помпей погиб.

Временным исполняющим обязанности начальника следственной группы стал Грег Бойл, а в декабре 1987-го на эту должность был назначен Боб Эванс.

Глава 16. Кочевник

Следственная группа наблюдала за тем, не происходят ли случаи, схожие с убийствами на Грин-Ривер, в других штатах.

В сфере ее внимания находились серии преступлений в Орегоне и Калифорнии, теперь же новости об убийствах стали поступать из Ванкувера в Британской Колумбии, до которого от Сиэтла было четыре часа пути. Казалось, по всему Тихоокеанскому побережью, включая Канаду, прокатилась волна убийств проституток.

Убийства в Портленде, штат Орегон, в 1987 году были раскрыты, а убийца найден. Им оказался Дейтон Лерой Роджерс тридцати трех лет. Он работал ремонтником в доках в Вудберне, был женат и имел двухлетнего сына. До того он уже привлекался к ответственности за нападения на женщин, сидел в тюрьме и страдал психическим заболеванием. Он часто посещал проституток, и у него был свой фетиш – женские ноги. Трупы в Портленде зачастую находили с отрезанными стопами, и это в первую очередь указывало на непричастность Роджерса к убийствам на Грин-Ривер.

Ни у одной проститутки, похищенной со «стрипа», останки которой были впоследствии найдены, не отрезали стоп – очевидно, в Портленде действовал собственный серийный убийца. Дейтон Роджерс предстал перед судом и получил пожизненный срок.



В Калифорнии к 1988 году появились новые трупы. С местного «стрипа» – бульвара Эль-Кахун – пропало в общей сложности сорок четыре женщины. Там тоже рассматривалась версия о полицейском, убивающем проституток, и правоохранительные органы пытались установить его личность с помощью анализа ДНК.

Насчет пропавшей в 1985 году Дейны Джентиле выяснилось, что ее похитили вскоре после довольно дерзкого интервью, данного местной прессе, где упоминались коррумпированные представители властей. Поиски убийцы превратились, по сути, во внутреннее полицейское расследование.

На помощь детективам в Сан-Диего прилетели представители следственной группы по убийствам на Грин-Ривер. У них хотели узнать, насколько эффективна организация следственной группы, кого в нее следует включить и каких подводных камней надо ожидать. Кроме того, предстояло определиться, мог ли в Калифорнии действовать тот же самый убийца.

Дэвид Райхерт, прибывший в Сан-Диего с верной напарницей Фэй Брукс, не мог с уверенностью утверждать, что следственная группа – эффективный метод ведения дела. Они проработали в разных составах шесть лет, но убийцу так и не нашли. Группа то увеличивалась, то сокращалась, отрабатывались тысячи версий, проверялись десятки подозреваемых, а нескольких даже допрашивали и проводили обыски. Но до суда так и не дошло.

Насчет того, мог ли Убийца с Грин-Ривер переехать в Калифорнию, у Дэвида также не было решительного ответа. Тем не менее пик убийств в Сиэтле пришелся на 1982–1984 годы, а в Калифорнии проституток начали убивать в 1985-м. Останки двадцати шести женщин, найденные полицией в окрестностях Сан-Диего к 1988-му, соответствовали профилю жертв с Грин-Ривер.

Этот факт сильно заинтересовал Дэвида Райхерта. Следственная группа занялась проверкой подозреваемых из Сан-Диего, но очевидных совпадений с подозреваемыми с Грин-Ривер не нашла. Убийцей проститутки Дейны Джентиле оказался отставной военный; судя по всему, он был наемником и убил ее за деньги, в отместку за громкие заявления прессе.

Тем не менее для властей штата Вашингтон выгодней было считать, что убийца переместился на юг – опять же из соображений постепенного сокращения численности следственной группы. В прессе заговорили об «убийце-кочевнике», который теперь похищает проституток в Сан-Диего. Пресса умалчивала очевидные факты: в Сан-Диего убийца выбрасывал мертвые тела возле дорог, в пустынной местности, никак не пытаясь их прятать, в то время как Убийца с Грин-Ривер всегда скрывал трупы жертв, а порой разбрасывал их останки на большом расстоянии.



Родители девушек, тела которых до сих пор не были обнаружены, продолжали надеяться, что их дочери найдутся. Возможно, они все-таки живы. Например, Мэри Мальвар – она ведь, кажется, звонила домой в 1987 году? Семья ее родителей распалась после исчезновения дочери. Несколько лет они устраивали общие ужины в ее память, зажигали свечу и молились, чтобы Мэри вернулась. Но с тех пор ее отец, Хосе, запил и развелся с женой. Он вернулся на Филиппины, женился повторно, и у него была маленькая дочь, названная в честь пропавшей, Мэри. Мать девушки осела в Калифорнии; теперь она страдала деменцией, и сестра Мэри, Мэрилин, единственная ухаживала за ней. Четверо братьев разъехались по разным штатам.

Родители Дебры Эстес, Том и Кэрол, выступили 20 января 1988 года в шоу Опры Уинфри. Они просили любого, кто знает хоть что-нибудь о Дебре, сообщить им. Звонков поступило немало, но результатов они не дали. Кто-то вроде бы видел Дебру Эстес в баре, где-то на юго-востоке Америки. Возможно, она содержится в исправительном учреждении в Новой Англии – там есть одна девушка, похожая на нее. Но это оказалась не Дебра.

30 мая 1988 года строители устанавливали забор вокруг недавно возведенного в пригороде Сиэтла жилого комплекса и обратили внимание на пару двух высоких сосен – там удобно было повесить качели. Под одной из сосен лопата внезапно натолкнулась на что-то твердое. Сначала рабочие решили, что это камень, но нет – под сосной лежали человеческие кости. Экспертиза установила, что в раскопе обнаружена левая бедренная кость, колени, щиколотки, лопатка, несколько шейных позвонков и череп. Сохранились также обрывки одежды, ногти, некоторое количество волос. Жертва была в черном свитере с люрексом и черном бюстгальтере. На них остались частицы белой краски, которые передали в лабораторию в Иллинойсе, специализирующуюся на исследованиях промышленных химикатов. Оказалось, что это дорогая разновидность автоэмали бренда «Имрон», принадлежащего «Дюпонт». Высокая цена краски определялась ее износостойкостью: такой эмалью окрашивали преимущественно коммерческие автомобили. В числе компаний, на производствах которых использовалась краска «Имрон» белого цвета, оказалась и «Кентуорт».

На стройке, где были найдены останки, начались активные следственные действия. Были собраны списки всех маляров, штукатуров, электриков, сантехников, шоферов, прорабов, подрядчиков и субподрядчиков, появлявшихся там. С помощью компьютера их сопоставляли со списками знакомых жертв, их клиентов, опрошенных свидетелей и так далее.

Строительство в этом месте несколько раз замораживалось и возобновлялось снова, но ранее команда строительной компании играла там в софтбол, и многим запомнился резкий запах мертвечины, шедший из ближайшего леса. И еще главный инженер видел там как-то мужчину, который в нерабочее время бродил по участку и тыкал в землю палкой. Заметив, что на стройке он не один, мужчина быстро развернулся и ушел. Это было в 1982 году.



Сравнив сохранившиеся зубы со стоматологическими картами пропавших девушек, судмедэксперт Билл Хаглунд выяснил, кому принадлежали останки. В развилке между двух сосен лежала Дебра Лоррейн Эстес, исчезнувшая шесть лет назад. Если бы не случайное совпадение, она могла бы остаться там навсегда.

Теперь, когда личность жертвы была выяснена, полицейским предстояло сообщить печальные новости родителям Эстес. Это следовало сделать до того, как об открытии проведают репортеры. К Тому и Кэрол Эстес отправились двое детективов, которые вели дело Убийцы с Грин-Ривер с самого начала, – Дэвид Райхерт и Фэй Брукс. К тому времени оба стали заметно старше. У Дэйва уже проступила на висках седина, у Фэй залегли морщинки в уголках губ. Работа в полиции никому не прибавляет здоровья, тем более когда не можешь раскрыть дело на протяжении шести лет.

В восемь часов утра Дэвид и Фэй постучали в двери Эстесов. Им открыла Кэрол; улыбка на ее лице тут же померкла. Мать догадалась, что ее Дебби больше нет в живых. Дэвид и Фэй изложили супругам Эстес обстоятельства обнаружения останков Дебры. Кэрол попросила разрешения поехать туда, где их нашли. Полицейские убеждали ее этого не делать, но женщина настаивала.

После проведения судебно-медицинской экспертизы останки Дебры выдали ее родителям для захоронения. Кэрол и Том попросили Дэвида Райхерта в числе четверых других родственников нести на похоронах гроб их дочери. Дэвид согласился.

Во время похорон полиция с разрешения родителей жертвы вела скрытую съемку всех присутствующих, кладбища и подъездов к нему. Детективы не исключали, что убийца мог появиться там.

Но в июне 1988 года он был занят совсем другими делами.

Глава 17. Новобрачный

12 июня 1988 года состоялось официальное бракосочетание Джудит Линч и Гэри Риджуэя. Об обыске и допросе Гэри в полиции Джудит предпочитала не вспоминать. Тогда он объяснил ей, что полицейские допрашивали всех мужчин, которые ездят на старых пикапах. Кажется, у них есть описание какого-то преступника с усами и рыжими волосами. Когда он был в управлении полиции, там сидели еще несколько человек с похожей внешностью. На полицейских он не обижался – они делают свою работу. Риджуэй не стал обращаться в прессу с заявлениями о необоснованном обыске и вообще зажил своей обычной жизнью. Джудит, подумав, решила, что произошла ошибка. Всякое бывает.

Тем более ее Гэри никак не может быть убийцей – это же очевидно. Он такой мягкий, заботливый, всегда спокойный. Соседи знают его; никто не может сказать про него ничего плохого. Он живет в округе Кинг с самого детства. Будь с ним что-то не так, это давно бы заметили.

Они решили устроить простую свадьбу во дворе у соседей, Хэвенсов. Боб Хэвенс вызвался быть ведущим. Джудит заказала себе платье – не белое, конечно, она ведь не в первый раз выходит замуж, а нежно-розовое, кружевное, с атласным поясом. Джудит была блондинкой, и розовый цвет очень ей шел. Прическу она сделала сама, с помощью младшей дочки, и украсила ее гребнем с цветами. Еще одна соседка, Кэролайн, испекла свадебный торт.

Они постарались сделать больше фотографий, чтобы потом вставить в рамки и развесить по дому. Джудит отлично выглядела – миниатюрная, со светлыми кудрями, элегантно подкрашенная. Всех соседей, собравшихся на свадьбу, новобрачные угостили тортом и недорогим шампанским. Двор Эвансов украсили надувными шарами и бумажными гирляндами, на гриле поджарили гамбургеры и сосиски, и получился пикник в стиле кантри, как они с Гэри оба любили. Их ожидала счастливая долгая жизнь.

В свадебное путешествие они поехали в Канаду по шоссе «Северные каскады». Джудит любовалась величественными горами и водохранилищем Росс, над которым стояла огромная плотина. Погода была прекрасная – жаркая, но не слишком. По случаю бракосочетания Гэри дали на работе неделю отпуска.

Они по-прежнему останавливались на своем трейлере в кемпингах клуба «Лейжер Тайм Резорт». Впоследствии супруги путешествовали еще не раз: побывали и в Оушен-Шор на Тихоокеанском побережье штата Вашингтон, и в Кресценте, и в Грэнди-Крик.

Вскоре после свадьбы семья Риджуэй переехала в Демойн. Они купили дом побольше и с любовью его обустроили. С ними переехали их кошки – к тому времени их стало четыре, – и два белых пуделя. По вечерам, когда Гэри возвращался с работы в первую смену, они с Джудит выходили прогуляться с собаками. Те любили побегать и частенько оказывались на соседских участках, но соседи не сердились. Риджуэи были очень симпатичными людьми – незлобивыми и всегда готовыми помочь.

Они часто проводили у себя во дворе гаражные распродажи. Им обоим нравилось отыскивать на блошиных рынках старые вещи, а чтобы те не копились и не загромождали дом понапрасну, периодически Риджуэи устраивали у себя чистки. Тогда и объявлялась распродажа. Они вывешивали на заборе большой плакат, приглашая всех заглядывать. Это куда дешевле, чем арендовать собственное место на барахолке. Свой двор – бесплатная торговая площадка.

Тем более что они облагородили его, посадили деревья, цветущие кустарники и тщательно ухаживали за газоном. Садоводство стало еще одним хобби для Гэри и Джудит. Они выискивали подходящие саженцы, стараясь купить их подешевле. Обзавелись надежной подержанной газонокосилкой с бензиновым мотором. Гэри смазывал ее, заправлял и не реже чем раз в неделю вывозил на участок. Он стремился поддерживать газон в идеальном состоянии, и это ему удавалось. Соседи даже завидовали тому, каким красивым становится участок Риджуэев.

Правда, дом в Демойне обошелся им недешево. Супруги взяли часть денег в ипотеку, и чтобы выплачивать ее, Джудит устроилась на работу. Она научилась строчить на промышленной швейной машинке и выполняла заказы для фирмы, которая шила костюмы для подводного плавания. Потом, когда сидеть за машинкой ей надоело, перешла в детский сад «Киндеркэа» там же, в Демойне, поблизости от дома.

Гэри так и работал маляром на заводе «Кентуорт». Он очень следил за чистотой своей одежды и обязательно переодевался, прежде чем уйти со смены. Маляры работали на линии в защитных комбинезонах, но краска, которую распыляют из пульверизатора, имеет свойство разлетаться крошечными капельками и оседать повсюду – на лице, шее, бровях. Гэри перед уходом с работы приходилось даже расчесывать усы, чтобы избавиться от нее.

Их социальный статус неуклонно рос. По выслуге лет Гэри Риджуэю регулярно повышали зарплату, их дом был просторным и уютным, участок – выше всяких похвал. Джудит было чем гордиться. Брошенная в сорок лет первым мужем-гомосексуалом, она не растерялась и не сдалась. Нашла работу, встретила новую любовь и зажила еще лучше, чем раньше. Она может помочь дочерям, если тем понадобится, и Гэри никогда не будет против, потому что любит их, как собственных детей. Со вторым мужем ей, безусловно, повезло.

Об эпизоде с допросом в полиции им напомнило разве что шоу, на которое они случайно наткнулись по телевизору вечером 18 октября. Полицейские – и что только не придет им в голову, лучше бы преступников ловили! – обращались к населению страны с призывом помочь в поиске Убийцы с Грин-Ривер. Там показывали следователей из Сиэтла, и Джудит стало интересно, не помнит ли Гэри кого из них. Он ответил, что с ним разговаривали совсем другие люди. Тем не менее шоу его заинтересовало, и он попросил не переключать канал. Они досмотрели программу до конца.

Джудит, кажется, впервые узнала подробности того дела. Ведущий рассказывал, что убийца орудовал сначала у них, в округе Кинг. Около реки нашли несколько выброшенных им трупов, потому журналисты и окрестили его Убийцей с Грин-Ривер. Но на самом деле он избавлялся от тел в разных местах по всему округу.

Потом похожие убийства начались в Портленде, штат Орегон. В шоу показали несколько репортажей оттуда; те же самые следователи копались в кустах и в лесных зарослях. Дальше преступник перебрался в Калифорнию… Джудит надоело следить за перипетиями шоу, и она пошла на кухню сварить кофе. Гэри так и сидел перед экраном; когда она вернулась с подносом, на который поставила две чашки кофе с молоком и блюдце с печеньем, шоу уже заканчивалось. В студию поступали звонки; ведущий обещал, что горячая линия будет работать еще несколько недель. Пусть работает. Может, этого убийцу все-таки поймают. А им пора спать. Завтра Гэри опять вставать в пять часов, он работает в первую смену.



Звонков на горячую линию поступали тысячи. Информацию, полученную оттуда, полиция внимательно сортировала и при необходимости проверяла. Но наибольшее внимание обратила на себя кандидатура подозреваемого, на которого указывало сразу несколько человек. Уильям «Билли» Стивенс, тридцать восемь лет, живет в Спокане. Здоровенный, как медведь. Очень похож на фоторобот убийцы, который показывали в шоу. Учится на юриста в Университете Гонзага. С виду неплохой парень, но ведет себя порой очень странно. Его точно надо проверить.

И детективы взялись за дело. Не придавая полученные сведения огласке, они выяснили для начала происхождение Билли Стивенса. Он родился в Уоллесе, штат Айдахо, 6 октября 1950 года. Когда младенцу было меньше недели, его усыновили Уильям Стивенс, аптекарь из Спокана, с женой Адель. Вот уже тридцать лет Стивенс владел аптекой, расположенной близ Университета Гонзага, и там же они жили вместе с женой. Их приемный сын Билли ходил в младшую школу при иезуитском монастыре и в старшую школу при университете, которую окончил в 1969 году.

Билли мало интересовался отцовской работой – он мечтал стать полицейским. Его любимыми игрушками были пластмассовые пистолеты и полицейские значки. Летом отец заставлял его помогать в аптеке, но Билли фармакология не интересовала. Он пытался поступить на службу в департамент полиции Сиэтла, но его не приняли из-за многочисленных нарушений правил дорожного движения. Билли поступил на факультет психологии в Университет штата Вашингтон, а потом прошел специализацию по фармакологии и окончил учебу в 1979 году. Тогда же его поймали на грабеже. Он сидел в тюрьме округа Кинг, в отделении, откуда заключенных выпускают для исправительных работ. Однажды утром он вышел оттуда и больше не вернулся.

Когда детективы следственной группы по делу Грин-Ривер узнали, что именно украл Уильям Стивенс, то поняли, что он действительно может быть их подозреваемым. Из магазина на Си-Таке Стивенс вынес полицейскую форму, устройства слежения, бронежилет и другое полицейское оборудование. Магазин располагался в непосредственной близости от мотеля «Три медведя» и нескольких кафе, откуда пропадали жертвы убийцы в 1982–1984 годах. Там же, на «стрипе», Стивенс снимал себе небольшую квартиру.

Полиция Сиэтла получила ордер на арест Стивенса и обыск в доме его родителей в Спокане, где он временно проживал. При обыске было обнаружено двадцать шесть номерных знаков с автомобилей и двадцать девять единиц огнестрельного оружия. Также Стивенс владел полицейской машиной, которую купил с аукциона и где держал рацию и наручники. У него имелся мотоцикл той же модели, на которой ездят полицейские. С учетом версии о том, что Убийца с Грин-Ривер может быть полицейским или притворяться им, находки в доме Стивенса переводили его из разряда возможных подозреваемых в категорию «А», приоритетную.

Несмотря на учебу в юридической школе Университета Гонзага, Стивенсу не удавалось устроиться на должность юриста из-за многочисленных совершенных им правонарушений. Друзьям он говорил, что служил в армии и в патрульной службе полиции Сиэтла. На самом деле все это время он должен был находиться в тюрьме.

Адвокат Стивенса подал суду прошение об освобождении под залог, обосновав это тем, что родители подозреваемого люди пожилые и нуждаются в уходе. Он утверждал, что Стивенс отбыл свое в исправительном учреждении и полностью искупил вину. Судья поинтересовался, почему он не вернулся в тюрьму, несмотря на два выписанных на его имя ордера. Стивенс объяснил, что выдал кое-какую информацию о сокамерниках полиции и боялся, что его жизни угрожает опасность. Поэтому, уйдя утром на работу, не решился вернуться обратно. Конечно же, полицейским информатором он в действительности никогда не был.

Перейдя границу Канады после побега в 1981 году, он поселился у супружеской четы, которой его рекомендовал приятель. Супругам он представился как Эрни и сказал, что собирается начать в Канаде собственный бизнес. За квартиру он не платил, но регулярно покупал продукты, помогал с уборкой и мыл посуду.

В конце лета 1981 года Эрни уехал – вроде бы в Сиэтл. А дальше, уже под именем Джона Тернбула, объявился в Портленде. Купил себе там дом за 108 тысяч долларов с гаражом на две машины и жилым подвалом. В этот подвал он, чтобы выплачивать ипотеку, пускал постояльцев. Дом, где жил Тернбул/Стивенс, располагался в нескольких километрах от Тулатина, где были найдены останки четырех девушек.

Никто не мог сказать, откуда Стивенс брал деньги, – если не считать арендной платы за подвал, которая не превышала двухсот долларов. Но одна из его постоялиц, Матильда Бейкер (имя изменено), снимавшая жилье у Стивенса с сентября 1984-го по январь 1985-го, рассказала о нем неприятную историю.

Она тогда развелась с мужем и подрабатывала санитаркой в больнице, чтобы свести концы с концами. Обитательница подвала часто слышала сверху, из комнат Стивенса, которого знала как Джона Тернбула, женские голоса, но при этом никогда не видела его с девушкой или подругой. Он вел ночную жизнь и часто выходил на улицу жарить сосиски на гриле в два, а то и в три часа пополуночи.

Матильда считала, что хозяин дома – полицейский или агент ФБР, потому что временами он носил форму. Правда, эта форма была у него не единственной – он одевался и как представители электрических или газовых компаний. Стивенс коллекционировал оружие и читал детективы. Он часто пугал ее, незаметно подкрадываясь со спины. У него была масса телефонного оборудования и какой-то прибор, который, по его словам, позволял изучать отпечатки пальцев. Он никому не позволял фотографировать себя.

Когда у Матильды Бейкер пропало свидетельство о браке, она заподозрила в краже хозяина дома. Однажды она увидела у него несколько женских манекенов – на них была одежда, которую Бейкер недавно выбросила. Потом он порубил эти манекены на куски.

Напуганная происходящим, Бейкер решила съехать и уведомила об этом Стивенса. Она перевезла свои вещи из его дома, а когда вернулась за оставшимися, Стивенс, злорадно усмехаясь, показал ей в подвале потайную комнату, о которой она не знала, и сказал, что прослушивал ее оттуда. На прощание он пытался всучить ей стопку видеокассет с порнографией.

Арест Стивенса сильно удивил его однокашников из юридической школы в Университете Гонзага. К нему там хорошо относились, он входил в студенческий союз и одно время даже его возглавлял. Правда, учился он не особенно прилежно и часто пропускал лекции. При этом никто не мог ему позвонить – он не давал знакомым номер своего телефона. Не раз он упоминал о том, что после университета собирается пойти в полицейский патруль; это было довольно странно, поскольку для работы патрульного университетское образование не требуется.

Следственная группа проверила, насколько было возможно, его перемещения в период активности Убийцы с Грин-Ривер. В это время Стивенс постоянно циркулировал по северо-западу штата, часто оказываясь поблизости от мест похищений. Знакомым он не раз рассказывал, что ненавидит проституток. Он обвинял их, в частности, в том, что они распространяют ВИЧ. В разговоре с близким приятелем он напрямую заявлял, что «их всех надо перебить». Романов Стивенс не заводил и заводить не стремился. С этим же приятелем, Дэйлом Уэллсом, Стивенс много обсуждал громкие преступления, включая серию убийств, совершенных Тедом Банди.

На вопросы следователей о том, на какие деньги Стивенс жил после побега из тюрьмы, тот ответил, что занимался перепродажами подержанных автомобилей и даже собирался оформить дилерскую лицензию. Полицейские получили ордер на обыск во втором доме, находившемся во владении семьи Стивенс, – этот дом родители Билли сдавали, а когда тот пустовал, пускали в него сына пожить. Там, в подвале, были найдены коробки с порнографическими журналами, фотографиями женщин в непристойных позах, любительская порнография – фото и видео – с участием самого Стивенса. Видеокассет полицейские насчитали около двух тысяч. Все их необходимо было пересмотреть, чтобы проверить, нет ли там жертв Убийцы с Грин-Ривер.

Помимо огромного объема материалов процесс осложняло еще и то, что девушек на пленках было очень трудно узнать. Проститутки, которых похищал Убийца с Грин-Ривер, часто перекрашивали волосы, обильно пользовались косметикой и носили парики. Да и качество любительского видео оставляло желать лучшего.

Все время, пока шло расследование, Билли Стивенс сидел в тюрьме округа Кинг. Так или иначе, по предыдущему приговору ему предстояло отсидеть пять месяцев; в случае оправдательного приговора это время зачли бы ему за неотбытый срок. Из тюрьмы он передал через своего адвоката обращение к прессе и общественности, где заявлял, что не является Убийцей с Грин-Ривер. Следственная группа обошлась с ним и его семьей отвратительно и несправедливо. Его выставляют убийцей, хотя это не так. Люди должны знать, что ни разу в жизни Билли Стивенс не причинил ни одному человеку вреда. Он утверждал, что полиция оправдывает собственные раздутые бюджеты и многолетнее бездействие, сваливая на него вину за убийства на Грин-Ривер.

Билли Стивенс собирался отсидеть положенные ему несколько месяцев и с чистой совестью выйти на свободу. Его семья действительно переживала трудные времена: Адель Стивенс, мать Билли, летом умерла, а отец, Уильям Стивенс-старший, страдал раком мозга, и жить ему оставалось недолго.

Однако полиция стояла на своем – они докажут, что поймали убийцу. Билли Стивенс – именно тот, кого они искали столько лет: он белый мужчина среднего возраста с развитым интеллектом и социопатическими чертами, хитрый и изворотливый, притворялся полицейским, постоянно разъезжал по округу Кинг и играл в игры с настоящими полицейскими.

Внезапно в следственную группу поступила ошеломляющая новость – единственный друг Стивенса, Дэйл Уэллс, покончил с собой. Хозяйка квартиры, которую он снимал, забеспокоилась из-за длительного молчания арендатора и взломала замок: он лежал на матрасе без простыней с простреленной головой. Никто из его близких, даже невеста, не мог указать никаких причин для самоубийства. Он не оставил предсмертной записки, но среди его вещей нашли письмо, адресованное журналисту, много занимавшемуся убийствами на Грин-Ривер. В письме – скорее это был черновик – он сравнивал Стивенса с Тедом Банди и находил немало совпадений. Он просил отправить ему материалы, которыми журналист владел, для изучения. Похоже, Уэллс подозревал, что его приятель Стивенс – тот самый убийца.

Стивенс с адвокатом заявили, что обсуждать убийства на Грин-Ривер со следственной группой не собираются, и это затянуло расследование еще на несколько месяцев. В конце концов брат подозреваемого Роберт предоставил фотографии с их семейного отдыха на Восточном побережье. Даты на снимках и выписки с кредитных карт подтверждали, что большую часть 1982 года, когда Убийца с Грин-Ривер активно орудовал в штате Вашингтон, Билли Стивенса там не было.

Среди порнографических материалов, найденных у Стивенса дома, выявить жертв Убийцы с Грин-Ривер также не удалось. Руководитель следственной группы Боб Эванс был вынужден признать, что Стивенс – не их преступник.

Стивенс немедленно созвал пресс-конференцию, на которой набросился на детективов за то, что те бесцеремонно обыскали дом его родителей и подвергли всю семью тяжелейшим психологическим испытаниям, которых его престарелые родители не перенесли.

Эванс ответил на это, что полиция не виновата в том, что Стивенс сбежал из тюрьмы, рассказывал друзьям, что надо убить всех проституток, коллекционировал огнестрельное оружие и номерные знаки. Если бы Эванс проигнорировал факты, говорившие против него, то был бы уволен – и вполне справедливо.

6 декабря 1989 года Стивенс на судебном заседании признал свою вину в побеге из тюрьмы и владении огнестрельным оружием. Судья должен был вынести ему приговор: по соответствующей статье Стивенсу грозило до десяти лет тюремного заключения и штраф до 250 тысяч долларов.

Однако еще до вынесения приговора у Стивенса выявили рак печени и поджелудочной железы в последней стадии и отпустили на поруки. Несмотря на то что тяжелая болезнь превратила его в жалкую тень того громилы, каким его знали в Университете Гонзага, в последний год, проведенный на свободе, Стивенс умудрился совершить еще одно преступление – его арестовали за кражу. В сентябре 1991-го, в возрасте сорока одного года, Уильям Стивенс-младший скончался.

Глава 18. Конец и начало

Пришел конец и существованию следственной группы по делу Убийцы с Грин-Ривер. Ее бюджет был слит с бюджетом отдела тяжких преступлений. Некогда группа насчитывала почти семьдесят человек, впоследствии была сокращена до семнадцати, и теперь их тоже пришлось по-тихому вывести из состава.

Многие из этих детективов занимались делом Грин-Ривер с первых эпизодов в 1982 году – в том числе Дэйв Райхерт, который теперь получил звание сержанта. Кто-то из его коллег успел выйти на пенсию, кто-то уже умер. И все испытывали глубокое разочарование. Последняя надежда, вспыхнувшая с появлением нового подозреваемого, угасла. Похоже, они так никогда и не арестуют этого неуловимого маньяка.

Родители жертв умоляли Дэвида Райхерта не бросать расследование. Он отвечал, что никогда не бросит – ни за что. Цель его жизни – найти Убийцу с Грин-Ривер и предать его суду. Но у него есть служебные обязанности. Он должен раскрывать и другие дела. Он сержант полиции и подчиняется начальству.

Дело Грин-Ривер вел теперь один-единственный детектив, Том Дженсен. Он присоединился к следственной группе в 1984 году, когда в ней числилось пятьдесят сотрудников. Они собрали впечатляющую базу данных и огромное количество вещественных доказательств. Тому предстояло прорабатывать их в попытке установить связи, не обнаруженные до сих пор. Задача казалась невыполнимой – тем более для одного человека. Как обобщить и проверить такой массив материалов? Славный дружелюбный Том Дженсен, скандинав со светлыми волосами и густыми усами, несколько раз просил, чтобы его перевели на другое задание. Вместо этого ему в подмогу выделили еще одного детектива, Джима Дойона.

К ним поступали сведения обо всех человеческих останках, которые находили в округе Кинг и которые можно было отнести к делу Убийцы с Грин-Ривер.

В октябре 1989 года на полосе отчуждения аэропорта Си-Так был найден разложившийся женский труп – он лежал неподалеку от того места, где ранее нашли останки еще трех жертв: Мэри Михан, Констанс Наон и Келли Уэр. Тогда всю полосу отчуждения обыскивали со служебными собаками, но последнего трупа не нашли. Разлагающиеся останки имеют свойство постепенно уходить под землю: их накрывает осенняя листва, поверх нее оседает пыль и грязь, и постепенно они оказываются под поверхностью.

Установить личность погибшей патологоанатомам удалось по стоматологической карте. Ею оказалась девятнадцатилетняя Андреа Чайлдерс. Она родилась в Калифорнии, но после развода родителей поселилась в Сиэтле с отцом и мачехой. Андреа пропала в апреле 1983 года и изначально была включена в список предполагаемых жертв Убийцы с Грин-Ривер. Но затем следствие установило, что женщина с таким именем год спустя пересекла канадскую границу и въехала на территорию Британской Колумбии, поэтому из списка ее имя изъяли.

В сентябре 1990 года грибники нашли разрозненные кости и обрывки одежды возле 410-го шоссе близ Энамклоу. Но только в январе 1991 года удалось установить личность их обладательницы, Марты Ривз.

Марте было тридцать шесть лет; она сбежала из семьи – от мужа и четырех детей – из-за пристрастия к кокаину. Чтобы раздобыть денег на наркотики, Марта занималась проституцией в Сиэтле. В марте 1990-го она в последний раз позвонила мужу и попросила у него взаймы. Тот отказал. В апреле на его имя пришло письмо – точнее, конверт, в котором лежали водительские права Марты. Очевидно, кто-то нашел их и бросил в почтовый ящик, надписав на конверте адрес, указанный в данных водителя. Муж Марты передал конверт в полицию, но на нем было столько отпечатков, что выделить хотя бы один четко не представлялось возможным. С последнего звонка Марты Ривз домой до обнаружения ее останков прошло полгода.

В сентябре 1991 года к северу от 410-го шоссе – снова рядом со съездом на проселок, уходивший к заброшенной ферме, – был обнаружен человеческий скелет. Его нашли лежащим поверх камней, обрушившихся с обочины в овраг между 1986 и 1987 годом. Получалось, что попасть в овраг раньше скелет не мог – его выбросили, когда обвал уже произошел. Рядом не было ни личных вещей, ни предметов одежды. Спустя почти полгода удалось установить личность жертвы – Роберта Хейс. В последний раз Роберту видели живой 7 февраля 1987-го. Ее не относили к числу жертв Убийцы с Грин-Ривер, поскольку Хейс пропала гораздо позже пика его активности.

Поскольку теперь в распоряжение следственной группы попадали исключительно разложившиеся останки, разобщенные скелеты и фрагменты костей, у патологоанатомов возник чуть ли не суеверный страх – они хранили их все до единой, боясь потерять даже крошечную косточку. Вдруг когда-нибудь по ней удастся определить личность еще одной жертвы? В архивах по делу Грин-Ривер уже хранилось более девяти тысяч вещественных доказательств.

Обычно тела жертв находили на открытом воздухе, и улик, указывающих на личность преступника, при них было очень мало или не было совсем. Тем не менее у некоторых оставались предметы одежды.

На многих трупах присутствовали микроскопические волокна разного цвета и состава.

На восьми остались частицы краски, которые на момент обнаружения идентифицировать не удалось.

На восемнадцати телах были обнаружены волоски, не принадлежавшие жертвам.

Имелись основания связать убийцу с минимум восемью автомобилями – все были подержанными пикапами разных цветов, американского производства, один с пятнами грунтовки по борту.

Обобщенный портрет убийцы представлял собой мужчину в возрасте около тридцати лет, среднего роста, в клетчатой рубашке и бейсболке. Многие свидетели упоминали о том, что он носил усы.

Но все это пока не помогло его отыскать. Оставалось надеяться, что с развитием науки удастся идентифицировать что-то из улик – волокна, волосы, следы спермы или частицы краски – и связать их с кем-то из списка подозреваемых. Туманная перспектива с учетом и без того многолетней продолжительности следствия.

Тем временем Фрэнк Адамсон, некогда возглавлявший следственную группу, стал начальником криминальной полиции округа; Роберт Кеппел получил докторскую степень, написал несколько книг, мгновенно ставших популярными, и теперь читал курс с говорящим названием «Убийство» в Университете штата Вашингтон. Шериф округа Кинг Джим Монтгомери получил повышение, и должность оказалась свободной. Дэвид Райхерт решил претендовать на нее.

Дэвиду уже было под пятьдесят, и он быстро седел, но сохранял завидную физическую форму. Он бегал по утрам и занимался в спортзале несколько раз в неделю. Дэвид считал себя идеальной кандидатурой на пост шерифа и повел активную избирательную кампанию. Его поддерживали и Адамсон, и большинство персонала офиса шерифа – все эти люди знали Райхерта уже много лет. Он стал зрелым, уверенным в себе. По-прежнему носил полицейскую форму, хотя многие его коллеги перешли на обычные деловые костюмы. Привлекательный внешне и умевший убедительно говорить, Райхерт воплощал образ идеального стража закона. Выборы он выиграл без труда.

В 1999 году Дэвид Райхерт стал шерифом округа Кинг. Он по-прежнему ставил своей целью поимку Убийцы с Грин-Ривер и был уверен, что найдет его. Он собирался возобновить следствие по делу, и Том Дженсен поддерживал нового шерифа в этом начинании.

Больше всего подозрений у Райхерта по-прежнему вызывал Гэри Риджуэй. В 1987 году они были как никогда близки к его поимке, но в тот раз никаких подтверждений причастности Риджуэя к убийствам выявить не удалось.

Дэйв собрал «ветеранов» того расследования. Он предлагал еще раз заняться вещественными доказательствами и изучить новые возможности для анализа ДНК. У них имелись образцы спермы, найденные на трупах Марсии Чэпмен и Кэрол Кристенсен. После допроса у Риджуэя взяли образцы волос, крови и слюны. Что, если теперь удастся сличить ДНК Риджуэя с той, что выделят из образцов с останков жертв? Дэвид Райхерт обещал изыскать средства на проведение такого анализа, и это ему удалось.

В 2001 году федеральные власти выделили значительную сумму на проведение исследований по проверке совпадения ДНК в образцах, которые были получены в ходе расследований, не завершившихся поимкой преступника, – иными словами, «висяков». Таких расследований оказалось около 150 тысяч, и появилась возможность продвинуться в одном из них.

В марте 2001 года Том Дженсен отправил образцы с трупов шести жертв Убийцы с Грин-Ривер в криминологическую лабораторию штата Вашингтон. Детективы надеялись, что криминалисты смогут выделить из них ДНК в количествах, достаточных для сличения. В 1988 году образцы уже направляли в лабораторию «Лайфкод Корп» в Нью-Йорке, но ответ оказался обескураживающим: «недостаточное количество молекулярного веса человеческой ДНК».

Лаборатория была перегружена, и только в октябре 2001 года образцы, полученные с тел Опал Миллз, Марсии Чэпмен и Кэрол Кристенсен, подверглись новому анализу. Совсем недавно – в 2000 году – у криминалистов появился новый метод исследования ДНК – так называемый «метод коротких тандемных повторов». Для него требовалось меньше материала, и он обеспечивал невероятную точность: вероятность ошибки равнялась 1 на 100 миллионов миллиардов!

Образцами из округа Кинг занималась криминалист Беверли Хаймик; первым делом она исследовала сперму, полученную из влагалища Марсии Чэпмен. Материал сохранился плохо, и особых надежд на то, что из него получится извлечь ДНК, Беверли не питала. Тем не менее ей это удалось. И, что самое удивительное, профиль коротких тандемных повторов совпал с профилем одного из подозреваемых. Беверли не верила собственным глазам. Она срочно взялась проверять следующий образец – на этот раз из волоса, найденного на трупе Опал Миллз. Профиль, полученный в этот раз, совпал с обоими предыдущими – и подозреваемого, и мужчины, оставившего сперму во влагалище Чэпмен.

Фамилию подозреваемого Беверли записала на листке и запечатала в конверт. На следующий день она обратилась с просьбой к коллеге, Джин Джонсон, не проведет ли та контрольную проверку.

Джонсон проверила образцы спермы, найденные на ягодицах Кэрол Кристенсен, которую убили в мае 1983 года. Этот профиль также совпал с профилем одного из подозреваемых. Его фамилию Джонсон, по просьбе Беверли Хаймик, запечатала в еще один конверт. Они обменялись конвертами и разошлись по разным кабинетам, чтобы их открыть.

А открыв, кинулись звонить детективу Тому Дженсену. Они настаивали, чтобы он скорее приехал в лабораторию – его ждет сногсшибательная новость. Том отправился немедленно, а приехав, был сильно удивлен: девушки в белых халатах, сотрудницы лаборатории, распивали виски прямо на рабочем месте! И у них был для этого повод.

В обоих конвертах оказалось одно и то же имя: Гэри Леон Риджуэй. С учетом вероятности ошибки – один к ста миллионам миллиардов – и общей численности населения Земли в шесть миллиардов человек выходило, что только Риджуэй мог являться обладателем ДНК-профиля, полученного из образцов с трупов жертв. Они нашли Убийцу с Грин-Ривер!



Том Дженсен отличался скандинавской сдержанностью и сухим чувством юмора. Но даже у него дрожали руки и срывался голос, когда он явился к Дэвиду Райхерту с папкой в руках. Дэвид, теперь большая шишка – шериф! – сидел за рабочим столом. Том встал напротив и выложил перед ним три листа бумаги, лицевой стороной вниз. По очереди он начал переворачивать листы.

– Это ДНК-профиль из образцов Чэпмен.

Том сделал паузу, давая Райхерту возможность посмотреть документ.

– Этот из образцов Миллз.

Профили были одинаковые.

– А это – ДНК-профиль одного нашего подозреваемого.

Дэвид Райхерт сидел, не решаясь задать вопрос, крутившийся на языке. И Том продолжил сам:

– Точно совпадает с двумя предыдущими. Вот здесь его имя.

Том протянул Райхерту запечатанный конверт. Шериф, не открывая конверта, поднял на него глаза.

– Я знаю, кто это. Гэри Риджуэй.



Когда Фэй Брукс узнала, что их убийца найден, слезы брызнули у нее из глаз. Теперь они могли обвинить Риджуэя в убийствах трех жертв, найденных в Грин-Ривер 15 августа 1982 года.



Заново созданной следственной группе предстояло запастись доказательствами, чтобы арестовать Риджуэя и привлечь к суду. По данным ДНК-экспертизы была установлена его связь с тремя жертвами: Опал Миллз, Марсией Чэпмен и Кэрол Кристенсен. Поскольку труп Синтии Хиндс был найден одновременно с трупом Марсии Чэпмен и обеих убийца придавил к речному дну камнями, причастность Риджуэя доказывалась легко.

Получалось, что у следствия на руках имеется четыре дела, по которым Риджуэю можно предъявить обвинение. Конечно, арест, обвинение и приговор были основными целями детективов, но потенциально Риджуэй мог дать им гораздо больше. Если учитывать всех известных жертв, другие возможные убийства и пропавших, подходивших под профиль, их общее число достигало семидесяти. Пока следствию были известны судьбы лишь сорока восьми. И если бы Риджуэй рассказал об остальных, их семьи получили бы долгожданную определенность.

Надо было пересмотреть все улики и все собранные материалы по делу, и в первую очередь заняться образцами краски, найденной на телах восьми девушек. Найти Риджуэя и установить за ним наблюдение, чтобы он больше никого не убил. Разыскать свидетелей, дававших в прошлом показания против него, убедиться, что они живы и готовы выступить в суде. А также подготовиться к допросу, чтобы на этот раз Риджуэй точно не ушел безнаказанным.



17 октября 2001 года за Риджуэем была установлена слежка. Пока что он исправно ездил на работу, на завод «Кентуорт Тракс», и обратно домой, в Оберн. Правда, по самому длинному пути – через Си-Так. Он по-прежнему не нарушал правил дорожного движения и не превышал положенной скорости. Однажды остановился и заговорил с какой-то женщиной – судя по всему, проституткой.

По Си-Так он всегда двигался медленно, неоднократно разворачивался и повторял свой маршрут. Из-за таких задержек дорога на работу, занимавшая не более двадцати минут, растягивалась у него на целый час.

Несколько раз он петлял по парковкам на «стрипе», присматриваясь к проституткам, которые ловили там клиентов. Он посещал и Рейнир-авеню – еще одно место сбора «жриц любви».



В Оберне Риджуэй проживал с женой, Джудит Линч, теперь ставшей Джудит Риджуэй. За четыре года, прошедших с покупки дома в 1997 году, они превратили свой участок в роскошный сад с рододендронами, можжевельниками и цветочными клумбами. Комнатных растений у Джудит тоже было столько, что и не сосчитать.

Их дети выросли. Дочери Джудит жили собственными семьями, а сын Гэри, Мэттью, служил в армии. Они купили дом на колесах, о котором давно мечтали, – дорогой «Флэйр-Моторхоум». Гэри ездил на хорошем надежном пикапе «Форд Рейнджер», она – на удобном седане «Меркюри-Сэйбл». У супругов имелись значительные накопления и сейф в банке. Благодаря пенсионному фонду, страховкам и этим накоплениям Джудит чувствовала себя в полной безопасности. Часть наличных она хранила дома и еще часть – в трейлере, чтобы уберечься в путешествиях от любых случайностей.

Отец Гэри, Том Риджуэй, умер в 1999 году, мать, Мэри, скончалась совсем недавно, 15 августа 2001 года. До последнего с ней жил младший сын, Томас Эдвард. Родительский дом следовало, конечно, продать, но братья никак не могли решить, кому достанутся деньги. Том утверждал, что львиная доля должна отойти ему – он ухаживал за родителями, когда они стали старыми и немощными. Гэри порой заезжал к брату, пытался обсуждать варианты продажи, но Том стоял на своем. Джудит считала, что деньги следует разделить по справедливости между тремя братьями. В конце концов, сумма немалая – почти 200 тысяч долларов. Свой дом в Оберне они с Гэри купили за 189 тысяч и еще выплачивали ипотеку. Деньги от раздела могли бы им пригодиться.

Она по-прежнему вела всю домашнюю бухгалтерию. Гэри получал от жены оговоренные суммы на завтраки в «Дэнни’с» и на бензин. В ноябре он работал в первую смену – вставал в половине пятого, умывался, брился и в пять выходил из дома. В закусочной покупал оладьи с кленовым сиропом и чашку кофе. Смена начиналась в 6:30, и он никогда не опаздывал.

Вечером пятнадцатого числа он попросил у Джудит дополнительные тридцать долларов, сказав, что они нужны на какую-то деталь для его пикапа. Она выдала мужу деньги и записала этот расход в семейной бухгалтерской книге. А на следующий день, 16-го числа, вскоре после окончания рабочей смены, Гэри позвонил ей из полиции. Его арестовали – он сам не понимает за что. Пускай Джудит не волнуется, детективы разберутся и отпустят его. Наверное, придется заехать за ним в участок – его машина осталась на парковке на Си-Так. Потом они вместе ее заберут.

Джудит не находила себе места. Что могло случиться? С какой стати полицейским арестовывать Гэри, он же просто ехал домой с работы?

На самом деле Гэри Риджуэй был задержан в результате подставы, организованной полицейскими. В том месте, где он притормаживал чаще всего, возле «Мотель-6» на Си-Так, они выставили девушку-полицейскую, переодетую проституткой. Таких агентов под прикрытием у них было несколько – они следили за передвижениями Риджуэя и любой его активностью на «стрипе». Риджуэй притормозил возле нее, помахал в окно машины несколькими десятидолларовыми купюрами и сказал, что хочет поговорить. Пусть она пройдет немного вперед, к парковке. Он остановится там, и они договорятся о «свидании». Девушка тут же подала службе наблюдения условный сигнал. Как только Риджуэй припарковался, его арестовали и обыскали. В кармане у него лежало тридцать долларов наличными и латексные перчатки. Риджуэя увезли в участок по обвинению в «cклонении к проституции».

Глава 19. Мой муж – убийца?

Джудит помчалась в участок. Гэри к тому времени уже готовились отпустить; ему выдали повестку в суд, который должен был определить сумму штрафа. Жене он сказал, что это просто ошибка. У его пикапа открылось заднее окно, он не мог дотянуться до него с водительского сиденья и был вынужден притормозить на парковке. Когда он вылез, полицейские его скрутили. Якобы он уговаривал какую-то девушку заняться сексом за деньги. Но она-то, Джудит, знает, что это ерунда! Может, он кому и улыбнулся – просто чтобы показаться вежливым. Но не более того. Супруги заехали на парковку перед «Мотель-6» забрать пикап Гэри, а потом вернулись домой.



Следственная группа сделала из ареста Риджуэя совсем другой вывод – он не оставляет своей преступной деятельности и по-прежнему охотится на проституток. Его следовало арестовать как можно скорее. От офиса генерального прокурора делом Риджуэя занимались Джефф Бэрд и Патрисия Эйкс. Они готовились выдать ордера на его арест и обыски в домах и машинах к 7 декабря. Но после инцидента на «стрипе» процедуру ускорили, и ордер на арест был получен рано утром 30 ноября.

Больше всего на свете Дэвиду Райхерту хотелось присутствовать при том, как на Риджуэя наденут наручники и возьмут под стражу. Но теперь, став шерифом, он не мог участвовать в поимке преступников – его делом было командование, информирование общественности и взаимодействие с прессой.



Детективы на машинах без опознавательных знаков поехали на завод «Кентуорт», где работал Риджуэй. А Мэтт Хейни, в 1987-м объявивший Риджуэя Убийцей с Грин-Ривер, и его коллега Сью Питерс отправились к ничего не подозревающей Джудит. В 15:30 они постучали в двери их с Гэри дома в Оберне. Ровно в этот момент на заводе Гэри Риджуэй был арестован. А Джудит с улыбкой встретила детективов на пороге. Пригласила пройти в гостиную – через холл, где стоял велотренажер. Казалось, появление полицейских ее немного удивило, но и только. Джудит думала, что они пришли по поводу того случая на Си-Так.

На самом деле Хейни и Питерс хотели пощадить жену убийцы и сообщить ей об аресте лично, прежде чем появятся сообщения в прессе. Они предложили ей вести беседу под запись на магнитофон, и Джудит согласилась. Первым вопросом было, знает ли она, что Риджуэя недавно привлекали в полицию. Джудит ответила «да». Можно попросить ее немного рассказать об их совместной жизни? Конечно.

По просьбе Хейни Джудит рассказала об их с Гэри знакомстве на встрече клуба «Родители без партнеров». Это было в 1985 году. Кажется, встреча проходила в ресторане «Уайт Шаттерс». Он сразу показался ей привлекательным. Такой добрый, улыбчивый. Да он и сейчас такой, нисколько не изменился.

Есть у него друзья?

Пожалуй, нет. Они – лучшие друзья друг для друга.

А женщины? Есть женщины-подруги?

Нет. Совершенно точно. Джудит знала бы. Когда Гэри не на работе, они все время проводят вместе. Она всегда старается быть дома, когда он возвращается со смены. Ей приятно, как он расспрашивает ее про прошедший день. Узнает, не надо ли с чем-то помочь. Если течет кран или ломается стиральная машина, сразу берется чинить.

Что Джудит знает насчет его бывших жен?

Немного. Его вторая жена, мать Мэттью, поет в кантри-группе. Они потому и расстались – она слишком часто отсутствовала дома. Вроде бы между ней и Гэри были какие-то трения. Джудит судит по тому, что он не ездил к Марше забирать Мэттью на выходные – это делала его мать, Мэри.

Говорил он о том, что Марша была ему неверна?

Кажется, да. Очень давно. У нее появился кто-то в их кантри-группе.

Про первую жену, Клаудию, Джудит не знала вообще ничего. С тех пор прошло столько времени!

Сердился ли когда-нибудь ее муж? Случались у него приступы гнева?

Нет. Никогда. Он и голоса-то не повышал практически ни разу.

Гэри мог ее ударить? Грубо схватить? Ей не приходилось обращаться в полицию с жалобами на домашнее насилие?

Господи, нет!

Джудит уже начинала недоумевать. С какой стати ей задают такие странные вопросы? Домашнее насилие – о чем говорят эти люди?!

– Гэри – лучший мужчина в мире, – приподняв подбородок и выпрямив спину, заявила детективам она. – Он прекрасный муж и отец. У нас очень теплые отношения с Мэттью. Мальчик сейчас в армии. В Калифорнии. На день рождения мы отослали ему немного денег в подарок.

Гэри и о родителях всегда заботился – каждый день заезжал к ним после работы, когда у Тома Риджуэя началась болезнь Альцгеймера. И этот дом, чересчур просторный для них двоих, они купили именно потому, что надеялись переселить родителей Гэри к себе. Ужасно жаль, что те так быстро умерли.

Ее спросили насчет их общей с Гэри любви к барахолкам и распродажам. Джудит, до того говорившая поспешно, словно убеждая саму себя, сделала паузу. Потом кивнула: да, они обожают такие места. А свалки? Ну, свалки, куда люди выбрасывают разный мусор? Джудит опешила: зачем им туда ездить? Нет, на свалках они не копаются. С чего бы?