– Данные были зашифрованы! – Техник важно поднял вверх палец. – Сейчас штаб Альянса обрабатывает их. Как только местоположение «Наследия» будет определено, Президент выступит с обращением к гражданам Альянса. Наверняка правительство объявит набор добровольцев в рейд к «Наследию». Говорят, оно находится где-то в Канаде…

– Нет, оно в Мексике! – вмешался в разговор кто-то из пассажиров.

– Не в Мексике, а в Австралии! – поправил его другой.

– Все это ерунда! – К разговору подключился немолодой женский голос. – Мой кузен служит в секторе радиосвязи, он слышал от дежурного радиста, который принимал доклад нефтебазы штабу. «Наследие» в Индии!

Моментально вспыхнул спор, в который включились все пассажиры и даже члены экипажа. Одни утверждали, что «Наследие» находится где-то совсем рядом, другие, наоборот, что очень далеко, кто-то даже заявлял, что совершенно точно знает, что спрятано оно в африканской пустыне. В конце концов Дик сделал вывод, что истинного местоположения «Наследия» не знает никто, по крайней мере, из присутствующих на корабле. Надо ждать президентского обращения, оно даст ответы на все вопросы. Вот будет здорово, если ему удастся вернуться в «Гувер» к этому моменту! Было бы чертовски обидно пропустить самое важное событие последних двухсот лет. До стоящего на отшибе «Пэйджа» новости доходят слишком долго!

Периферийное зрение уловило какое-то движение на скамейке рядом с ним, и Дик посмотрел вниз. Из расколовшейся пластмассы торчал ржавый железный штырь.

– Что за… – недоуменно начал Дик, но его сосед уже сорвался с лавки, прижимаясь к наполненным песком мешкам.

– Лиги!!! – раздалось в наушниках, и спор мгновенно затих.

Людей буквально сорвало с лавок, они вжались в палубу, прячась за мешками, и ощетинились стволами. Дик, стараясь не высовываться слишком сильно, обшаривал взглядом нависшие над катером стены Гранд-Каньона, но заметить стрелка так и не смог. Что-то промелькнуло совсем рядом с его гермошлемом, и он услышал глухой удар. Дик поспешно убрал голову за укрытие и оглянулся. Недалеко от него из палубы торчал второй штырь, похожий на первый.

– Мощный арбалет, – тихо произнес техник, буквально растекшийся за укрытием, – прицельно бьет с такого расстояния, погань уродливая, заранее пристрелялся!

Словно в подтверждение его слов в борт корабельной рубки один за другим вонзились несколько арбалетных болтов. Спустя секунду на катер обрушился добрый десяток болтов из ржавого зазубренного железа.

– Черт! – воскликнул кто-то. – Откуда стреляют? Я ничего не вижу!

В этот момент с идущего позади катера дали пулеметную очередь, и его пассажиры открыли огонь по скалам. Кто-то из соседей Картрайта высунулся из-за укрытия и принялся стрелять куда-то вверх, остальные последовали его примеру. Дик вскинул штурмовую винтовку и дал пару коротких очередей, целясь в вершину гребня каньона, из которой сейчас множество пуль выбивало скальную крошку. На мгновение где-то там мелькнула пара неуклюжих горбатых силуэтов, ковыляющей походкой спешно отступавших от края обрыва, и стрелять стало не в кого. Дик растерянно повертел головой, пытаясь обнаружить врага, но так и не нашел ничего, кроме голых скал каньона.

– Прекратить огонь! – раздался в наушниках голос капитана катера. – Поберегите патроны, джентльмены!

Стрельба стихла, но люди еще долго не поднимались из-за укрытий, пристально вглядываясь в гребень обрывистых стен. Дик не сводил глаз с берегов до тех пор, пока катер не вошел в водохранилище Мохаве и достать его выстрелом с побережья стало невозможно. Только тогда Картрайт развернулся к лавке и с усилием выдернул из нее арбалетный болт. Неуклюже заточенный кусок проржавевшей арматуры вошел в пластик лавки на пару десятков сантиметров. Дик смотрел на лежащую в ладони железку и старался не думать, что бы было, если бы в тот момент он сидел на полкорпуса правее.



В ЦСГР «Дэвис» они прибыли далеко за полдень. Центр, как и положено, расположенный на левом берегу Колорадо, находился выше ГЭС по течению, и саму плотину Дик толком не рассмотрел. Зато внутри Центра к нему немедленно вернулось стойкое ощущение дежавю. Он зарегистрировался в армейском секторе и первым делом отправился на обед, где получил положенную ему по Программе Обмена двойную порцию. К хорошему привыкаешь быстро, отметил Дик, заканчивая возиться со второй тарелкой, вот будет невесело, когда это обжорство закончится. Он отодвинул тарелку и отхлебнул из стакана с водой. Меньше химикатов после «Гувера» в ней не стало. Что ж, издержки большого города, хмыкнул Дик и принялся неторопливо потягивать из стакана, разглядывая окружающих.

В столовой было людно. Не «Гувер», конечно, но сразу чувствуется, что население в Центре более чем вдвое превышает численность жителей «Пэйджа». Дик стал замечать, что иногда у него уже получается по чертам лица определять, откуда родом принимающие пищу люди. Он даже устроил своеобразную игру: угадывал, где родился тот или иной человек, сравнивая уже известные ему типы лиц и методом исключения пытаясь вычислить, как должны выглядеть граждане «Паркера», в котором он еще не был. За этим занятием его и застал посыльный.

– Рядовой Картрайт? – уточнил седовласый солдат, сверяясь с надписью на форменной нашивке Дика. – Вы должны немедленно явиться к дежурному офицеру сектора.

Дежурный офицер, невысокий полный майор лет пятидесяти, выслушал доклад Дика и воткнул его чип-карту в гнездо компьютерного терминала. Компьютер звякнул, майор, глядя на монитор, неторопливо произнес:

– Согласно сводке Программы Обмена, завтра вы должны быть в Центре «Паркер».

– Так точно, сэр! – вытянулся Дик.

– Вам повезло, рядовой! – заявил майор, поворачиваясь к нему. – Из участников программы вы один направляетесь в «Паркер».

Дик не очень понял, в чем же именно заключается везение, и ироничная ухмылка майора еще сильнее подстегнула зашевелившиеся в душе подозрения.

– Ты, наверное, сейчас гадаешь, что за везение свалилось на твою голову, сынок? – Майор вдруг стал нарочито серьезным. – Тебе когда-нибудь доводилось летать на самолете?

– Нет, сэр… – растерялся Дик, никак не ожидая такого вопроса.

– Тебе предоставляется редкий шанс! – загоготал майор. – Полетишь в «Паркер» на самолете! Да убережет тебя Шаро Предрекшая!

– Сэр… – Обалдевший Дик не сразу собрался с мыслями.

– Ты, наверное, хотел сказать «Да, сэр!», рядовой? – перестал ржать майор.

– Сэр, да, сэр! – отрапортовал Дик, снова вытягиваясь по струнке. Он понял, что ничего не понял, однако нездоровое веселье старого майора явно не добавляло этой новости радужных перспектив.

– Вот и отлично! – подытожил майор. – Из-за одного человека собирать караван никто не будет, а кормить тебя, дармоеда, лишних три дня я не собираюсь. К тому же это противоречит положениям Программы Обмена. Так что полетишь в «Паркер» на их самолете, он сегодня как раз отправляется назад. Иди, собирайся, сынок. Через час чтобы был здесь. Тебя отвезут на аэродром. Шевелись!

Весь скудный багаж Дика легко умещался в ранцевом отделении скафандра, и долго собираться не пришлось. Он вернулся в казарму, надел снаряжение и покинул гермокорпус, отправившись обратно к дежурному офицеру. Дик неторопливо брел по армейскому сектору и, пытаясь скоротать время, думал о том, что же это такое – полет на самолете. Ему одновременно было очень страшно и очень интересно. С одной стороны, донельзя обветшалые и изношенные самолеты почти все уже либо разбились, либо пришли в негодность. Поэтому известие о предстоящем полете рисовало в воображении Дика картины катастроф в самых жутких красках. С другой стороны, несколько самых прогрессивных Центров на континенте еще имели действующие самолеты и осуществляли авиаперевозки. Изредка, после долгих согласований и торгов посредством спутниковой радиосвязи, между такими Центрами заключались бартерные сделки, и аэропорт «Дэвиса» принимал у себя грузовой самолет с Севера или Востока континента. Во всем Альянсе только этот Центр имел полноценный аэропорт. Поэтому совершить полет на настоящем самолете – это было чем-то сродни абсолютной фантастике. Не то что в «Пэйдже», во всем Альянсе едва ли найдется больше десятка-другого человек, кто мог бы похвастать воздушными перелетами. И отказаться от такого приключения Дик ни за что бы не решился даже под страхом очень даже мрачных вариантов развития полета.

К дежурному офицеру он так и не попал. У входного шлюза в штабной гермокорпус Дика уже ждал чистенький пулеметный джип. Водитель, молодой парень, на пару лет старше Дика, увидев одетого в боевой скафандр солдата, коротко спросил:

– Картрайт? – и, получив утвердительный кивок, потянулся за лежащим на переднем сиденье гермошлемом. – Садись!

Джип покатился к входным воротам Периметра.

– У вас по территории ходят боевые автомобили? – поинтересовался Дик, кивком указывая на укрепленный над головой пулемет.

– Нет, конечно! – засмеялся водитель. – И рядовых у нас каждый день на авто не возят, словно полковников! – Он свернул на перекрестке, выезжая на другую дорогу, и продолжил: – Просто тебе повезло. Я только что забрал его из ремонта, электрики колдовали над солнечной батареей. Теперь возвращаюсь к постоянному месту службы, и нам с тобой по пути.

Водитель снова свернул, выходя на новую улицу. Дик прикинул географию Центра и заподозрил, что водитель специально выбирает маршрут подлиннее. Видимо, ему очень не хотелось возвращаться к этому самому месту службы.

– Ты служишь на аэродроме? – предположил Дик.

– Батальон охраны зоны полетов! – важно сообщил водитель. – Это тебе, брат, не шутки. Лиги повсюду, надо держать ухо востро. От нас зависит весь экспорт Альянса, а теперь еще и возрождение всего мира!

– Это еще как? – иронично улыбнулся Дик. Каждый солдат Альянса не упускал случая побахвалиться своими подвигами, и водитель исключением явно не был. – Собираетесь на днях перебить всех лигов?

Однако водителя издевка совершенно не смутила.

– Сразу видно, что ты из провинции, – снисходительно ответил он, – вот и не понимаешь таких вещей! Мы нашли «Наследие», и оно спрятано за тысячи миль отсюда. Как ты думаешь, на чем к нему отправится рейд? На своих двоих?

– А разве Президент уже выступал с Обращением? – Дик испугался, что пропустил это знаковое событие, пока был в дороге. – Он сказал, где именно находится «Наследие»?!

– Нет, найденный текст еще расшифровывают, – водитель отрицательно мотнул головой, – но я тебе точно говорю, оно на Аляске.

– Это еще почему? – недоверчиво поинтересовался Дик.

– Механики сказали. У них самая точная информация, они же обслуживают авто начальства!

Джип подкатил к главным воротам Периметра, водитель ткнул пластинкой пропуска в считыватель системы запирания, и они заехали в шлюзовой сектор.

Снаружи Периметра их ждали еще три джипа, полностью укомплектованные людьми. Дик с удивлением смотрел, как из переполненной машины вылезают двое солдат и пересаживаются к ним на борт. Один из вновь прибывших тут же встал за пулемет. Второй, оказавшийся сержантом, устроился на сиденье и махнул рукой кому-то из сидящих в другой машине.

– Выдвигаемся! – прозвучала команда в эфире ближней связи.

Небольшая колонна зарычала двигателями и тронулась в путь. Водитель в присутствии начальства мгновенно присмирел и больше не проронил ни слова. Судя по настороженным лицам солдат, путь предстоял хоть и короткий, но непростой, и Дик старался глядеть в оба. Что было не так просто: нещадно палящее солнце слепило глаза, а жестокая жара практически сводила на нет усилия системы климатического контроля скафандра. Дорога, едва выйдя из ворот Центра, практически сразу пошла в гору. Справа и слева от дорожного полотна, на скалистых вершинах Дик замечал небольшие укрепления, предназначенные для наблюдения за местностью и контроля дороги. Колонна прошла по горному пути несколько километров, и дорога спустилась к развилке, с которой хорошо просматривалось побережье. Отсюда Дик смог разглядеть ГЭС «Дэвиса». После грандиозного «Гувера» и высоченной плотины «Пэйджа», дамба «Дэвиса» совсем не выглядела огромной. Однако долго разглядывать плотину ему не пришлось.

– По сторонам лучше смотри, рядовой, не то шею свернешь! – одернул его сержант, едва они миновали стоящие на перекрестке укрепления и Дик обернулся, чтобы поглазеть на остающуюся позади плотину. – О ГЭС есть кому позаботиться. Лучше подумай о собственной заднице!

– Сэр, есть, сэр! – автоматически ответил Дик и тут же переспросил: – В этих местах высокая активность лигов, сэр?

– Когда как, – туманно ответил сержант, – но в такие дни, как сейчас, их хватает.

Дик хотел было уточнить, что означает «в такие дни» и почему они наступили именно сейчас, но не решился и принялся наблюдать за окрестностями. Дорога спустилась с гор и пошла по плоскогорью вдоль реки к развалинам города. В нескольких сотнях метров от дороги во все стороны уходили занесенные песком и закопченные руины городских кварталов. Далеко впереди, на левом берегу реки, виднелись обожженные остовы огромных небоскребов. Дик прикинул, выше или ниже они своих собратьев из Лас-Вегаса. Если смотреть отсюда, то вроде выше, но ведь там город погребен под десятками метров песка… В этот момент их колонна достигла перекрестка и свернула к видневшейся впереди огромной взлетно-посадочной полосе, обнесенной целым поясом собранных из чего попало укреплений. Дик оглянулся, удивленно глядя вдоль той части дороги, что оказалась у них за спиной. Она упиралась в мощный мост, когда-то соединявший берега реки. Вся средняя часть моста, не менее ста метров длиной, была взорвана, и самые крупные из ее обломков, торчащие из воды, можно было увидеть даже отсюда.

– Это сделали лиги, сэр? – не удержался Дик, указывая на взорванный мост.

– Это сделал Альянс, – ответил старый сержант, не сводя глаз с ближайших развалин, – еще лет сто назад. По мосту постоянно перли лиги, отрезая аэропорт от Центра. Стратегическая необходимость. Уроды все равно частенько перебираются через реку, но засечь их в момент водной переправы значительно проще. Не дает им покоя аэродром, дьявол их всех забери!

Сержант зло поморщился и достал бинокль. Он тщательно осмотрел приближающиеся развалины, но не обнаружил ничего подозрительного.

– Сэр, это город Лафлин? – спросил Дик, дождавшись, когда сержант опустит бинокль.

– Это Буллхед-сити. – Сержант махнул рукой кому-то из охраны въездных ворот, оборудованных в укреплениях аэродрома, и ржавые створы с протяжным скрипом неторопливо распахнулись перед их маленькой колонной. – Лафлин на том берегу. А вообще никакой разницы нет вот уже лет двести! – Он коротко хохотнул.

Было хорошо заметно, как напряжение покинуло людей, едва ворота укрепрайона захлопнулись за отрядом. Солдаты расслабились, их лица посветлели.

– Лерой, отвезешь рядового к самолету! – приказал сержант водителю, вылезая из джипа. – И сразу назад! И чтобы на этот раз без всяких задержек, ты меня понял? – Он грозно посмотрел на водителя.

– Да, сэр! – испуганно выпалил водитель. – Я понял, сэр!

Стоявший за пулеметом солдат тоже покинул автомобиль, и джип тронулся с места. Дик, затаив дыхание, смотрел на приближающуюся махину самолета, стоящего на широкой просторной площадке. Вокруг крылатой машины стояли грузовики и бензовозы, копошились люди, из чрева самолета по опущенной аппарели выгружали какой-то груз.

– Что, впечатляет? – подал голос Лерой. Оставшись без начальства, он мгновенно осмелел. – Но ты на нем не полетишь! – заржал водитель. – Тебя ждут вон там! – Он указал рукой вдаль.

Дик посмотрел в указанном направлении и увидел маленький самолетик. В первую секунду он не поверил своим глазам. Самолет был крошечный, жутко старый, весь клепаный-переклепаный, буквально собранный из металлических и пластиковых лоскутов разных размеров, и с пропеллером!

– Не может быть! – вырвалось у Дика.

– Еще как может! – еще сильнее загоготал Лерой. – Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, приятель! Если тебе станет от этого легче, скажу, что эта штука действительно летает! И довольно часто! Так что у тебя есть все шансы приземлиться в «Паркере», так сказать, одним куском! – Веселью водителя, глядящего на изумленное лицо Дика, не было предела.

Дик, не желая служить объектом насмешек, взял себя в руки и флегматично пожал плечами.

– Лететь так лететь, – философски заметил он, – не скажу, что мне доводилось летать раньше, но у нас в «Пэйдже» был поршневой самолет. Он отлично справлялся со своей работой.

Рассказывать про то, чем закончился его последний полет, Дик счел излишним.

– Да? – Лерой разочарованно успокоился. – Ну, тогда тебе проще. А вот меня туда силой не затащишь! Я лучше за баранкой посижу. Пусть уж старая колымага, которой я управляю, рассыплется на ходу, чем на лету!

Дик, все сильнее чувствуя неподдельный страх по мере приближения к допотопному летательному средству, собранному из вторсырья, поспешил сменить тему.

– Давно прилетел? – спросил он, указывая на разгружающийся грузовой самолет.

– Утром, – вздохнул водитель, – и с тех пор лиги уже дважды лезли на аэродром. А ему еще три дня тут стоять. Притягивают уродов самолеты… – он заметно сник, – а нам расхлебывать.

– Откуда он? – Дику захотелось показать, что он прекрасно разбирается в положении дел. – Центр «Бонневиль» или «Гранд Кули»?

– Из «Мак Нэви», – продолжал грустить Лерой, – и почему наши не расширят ангар всего на одно место? Это не так уж и сложно! Спрятали бы его от лигов, с их уродливых глаз долой! Так ведь нет же, надо обязательно подразнить уродов, а как же без этого! – недовольно брюзжал водитель.

– А у нас есть свои такие? – поинтересовался Дик.

– Ха! Конечно! – хмыкнул Лерой. – И даже получше! Вон, в ангарах. – Он ткнул рукой в служебные постройки. – Шесть штук стоят. Правда, на ходу всего один, да и тот еле дышит.

– А что остальные?

– Известно, что! – Водитель поднял брови. – Запчастей нет.

Джип подрулил к ржавому конструктору, который кто-то по ошибке назвал самолетом, и остановился.

– Вылезай, приехали! – заявил Лерой.

Дик вылез из джипа, озираясь по сторонам.

– А где пилот? – растерянно спросил он.

– Почем я знаю! – пожал плечами водитель. – Мне было приказано доставить тебя к самолету, я доставил. Подожди, может, придет когда-нибудь! – снова захихикал Лерой, довольный своей остротой. – Мне пора, иначе сержант живьем сожрет!

Он развернулся и укатил восвояси. Дик остался один и некоторое время бродил вокруг самолета, разглядывая его видавшую виды конструкцию. Вблизи слепленная из непонятно каких отходов машина вызвала еще меньше доверия. Спустя полчаса одинокого созерцания Картрайт всерьез стал задумываться, уж не сыграл ли с ним Лерой эдакую шутку. Привез к давно заржавевшему экспонату и бросил, теперь смеются всем взводом, наблюдая откуда-нибудь в бинокли… Дик оглянулся вокруг, пытаясь разобраться, есть ли где-то на посадочной полосе еще самолеты, более похожие на действующие, и увидел бредущую в своем направлении сутулую человеческую фигуру. Человек был облачен в такой же скафандр, как у тех, кто обслуживал сейчас грузовой аэробус, и толкал перед собой тележку, груженную небольшими транспортными контейнерами. Наверное, это и есть пилот, подумал Дик. Человек с тележкой приблизился к самолету, оставил телегу и подошел к дверному люку. Он вставил в замок допотопный ключ, распахнул створку и обернулся к Дику.

– Чего стоишь? Давай помогай! – заявил он вместо приветствия, снимая с тележки один из контейнеров.

– Да, сэр, конечно! – спохватился Дик, хватаясь за контейнер. – Меня зовут Картрайт, сэр, рядовой Картрайт.

– Да знаю я, что ты Картрайт, – буркнул летчик, залезая внутрь самолета, – будешь подавать мне груз! Тащи сюда ящики по одному. Начинай с тех, что побольше, они такие, зеленоватые.

Дик отложил в сторону контейнер, снял с тележки нужный ящик и понес его к раскрытому люку. Пилот подхватил груз и принялся размещать его в утлом грузовом отделении маленького самолетика.

– Сколько ты весишь, Картрайт? – донеслось изнутри.

– Шестьдесят восемь килограмм, сэр! – ответил Дик.

– Итого грубо восемьдесят пять, с учетом скафандра и оружия, – оценил пилот, – пойдет. Я думал, будет хуже, но не думал, что все так печально.

– Что вы имеете в виду, сэр? – не понял Дик.

– Я говорю, что уж больно ты худенький, – гермошлем пилота высунулся из дверного люка, – но для нас это хорошо, так как не будет перегруза. Еще ящики есть?

– Никак нет, сэр! – Дик указал на пустую тележку.

– Хорошо, – кивнул пилот, – тогда складывай ее и тащи сюда. Я пока раскреплю груз. Справишься?

– Приходилось, – ответил Дик.

Он немного повозился с тележкой, отпирая замки крепежных шарниров, и сложил ее в походное состояние.

– Готово, сэр. – Он вложил тележку в открытый люк.

– Молодец, Картрайт! – похвалил его пилот. – Залезай и садись вот в это кресло.

Дик послушно уселся на указанное место и осмотрелся, разглядывая приборную панель древнего самолета. Множество тумблеров, кнопок и всевозможных индикаторов немного заглушили страх перед предстоящим полетом. Высокотехнологичное устройство, как-никак…

– Страшно? – Появившийся из грузового отсека летчик плюхнулся в пилотское кресло. – Небось думаешь, эта старая рухлядь не пролетит и десяти метров?

На вид пилоту было лет сорок – сорок пять, таких черт лица Дику видеть еще не доводилось, и он решил, что летчик коренной уроженец «Паркера».

– Нет, сэр! – замотал головой Дик. – У вас очень приятный самолет…

– Брось! – весело оборвал его пилот. – Так думают все, кто видит эту развалюху! Даже я иногда так думаю, хоть летаю на ней уже двадцать лет!

– Двадцать лет? – не сдержал удивления Дик. – Правда?

– А то! – ответил летчик. – И, как видишь, еще жив. А все потому, что мы со старушкой Мэрилин понимаем друг друга с полуслова. Кстати, можешь звать меня капитан Индиана Джонс! Ну, или просто мистер Индиана.

Он подключил скафандр к внутренней сети самолета и указал Дику на свободный разъем. Картрайт завозился с коммутирующим штекером, вспоминая, где он мог слышать это имя. Почему-то оно казалось ему смутно знакомым, хотя он был совершенно уверен, что никогда не видел капитана Джонса раньше.

– Повезло тебе, парень, через пару часов уже будешь сидеть в столовой и уплетать свою двойную порцию компаунда, – заявил пилот, – так что радуйся. Если бы не мы с Мэрилин, до «Паркера» ты б добрался еще очень не скоро. И, возможно, не без неприятностей.

Он щелкнул тумблером, и в наушниках зашипели помехи эфира.

– Диспетчерская, это борт Пи-4, прошу разрешения на взлет.

Эфир какое-то время шипел, не принося ответа, и капитан Джонс повторил запрос.

– Борт Пи-4, взлет разрешаю, – раздался сонный голос.

– Понятно, – пилот обернулся к Дику и ослабился, показывая неровные желтые зубы, – спят, бездельники. Делать им, видите ли, нечего! Лучше бы за окрестностями следили, вон, лиги так и шастают! Последние дни покоя от них нет!

Маленький самолетик вырулил на огромную взлетно-посадочную полосу, взял короткий разбег, и, отчаянно дребезжа, оторвался от земли. За эти несколько секунд Дику трижды казалось, что гремящий, словно ящик со стреляными гильзами, самолет разваливается на части. Когда самолет взмыл в воздух, дребезжание утихло ненамного. Но Дик уже не замечал этого. Он, словно зачарованный, смотрел сквозь прозрачный пластик двери на проносящуюся внизу землю.

– Что, совсем не страшно? – удивился Джонс, перехватывая его взгляд. – На такой-то высоте?

– Нет, сэр! – улыбнулся Дик. – Я служу в роте наблюдателей «Пэйджа», мне не привыкать!

– Это которые на трубах сидят? – уточнил пилот. – Пятьсот метров высотой?

– Двести тридцать шесть, – поправил его Дик, – скажите, капитан Джонс, это нормально, что все так дребезжит?

– Все-таки страшно, да? – осклабился мистер Индиана. – Старушка Мэрилин прожила свой век, наверное, добрый десяток раз, и для нее это – в пределах допустимых отклонений. Я собственными руками перебираю ее каждую неделю и знаю, на что она способна. Половину запчастей сам изготовил, сработал из разного технологического хлама, что привозят археологические рейды. А что? Поршневой двигатель – штука несложная, легко ремонтируется, не требователен к топливу, мало жрет…

Дик вполуха слушал рассказ Джонса, глядя на проплывающий под крылом самолета Большой Каньон, тонкую змейку Колорадо, скалистые хребты и смутно угадывающиеся в бескрайних песках развалины некогда существовавших здесь человеческих поселений. Ему вдруг стало ужасно обидно, что такая великая цивилизация вдребезги разбилась за считаные десятки лет из-за собственной беспечности и глупости. Вот если бы у предков было бы больше благоразумия, он сейчас наверняка был бы пилотом! И водил огромные лайнеры-аэробусы через океан, на другой конец Земли, в какие-нибудь райские места, например в Антарктиду. Хо говорил, что раньше там была настолько прекрасная жизнь, что даже королевские фамилии имели там собственные земли. Один курорт вроде бы даже носил имя своей владелицы – Земля королевы Мод, или что-то в этом роде.

Дик представил себя сидящим за штурвалом огромной крылатой машины, стремительно рассекающей небесный океан. Вот он сверяется с радаром, уверенным движением слегка поворачивает штурвал, и могучий лайнер легко огибает висящую в небе белоснежную гору облаков…

– Капитан Джонс, а где у вас радар? – Дик пошарил глазами по приборной доске.

– Да вот же он! – хохотнул пилот, тыкая рукой в зияющую круглую дыру, из которой торчал пучок грязных проводов, придавленный пластиковой бутылью с какой-то мутной жидкостью.

– Это?! – недоумевающее переспросил Дик. – Боюсь, сэр, что я не совсем понимаю…

– А что тут понимать! – продолжал веселиться мистер Индиана. – Этой машине лет больше, чем моему деду! Все хоть сколь-нибудь сложное оборудование давно вышло из строя. Из навигации остался только компас, да и тот мне привезли из археологической экспедиции! Два дня пытался приладить его к приборной доске.

– Как же вы летаете? – удивился Дик. – Как ориентируетесь на местности?

– На глаз, как же еще! – ответил пилот. – Встал вдоль реки и пошел себе спокойненько. Она, родимая, сама тебя к Центру и выведет.

– А если вдруг пыльная буря? И ничего не видно? – не унимался Дик. – Как тогда? Так можно и заблудиться!

– Вот чудак! – Капитан Джонс с иронией поглядел на Дика. – Кто ж летает в бурю? В такое время надо сидеть внутри Периметра и попивать кипяток с малиновым подсластителем!

Дик промолчал, задумавшись о том, что на настоящем аэробусе, капитаном которого он обязательно станет, все должно быть по-другому. Не может быть, чтобы летчики вели самолет на глазок через океаны и континенты. Разве можно точно запомнить маршрут, глядя из кабины самолета на ползущие внизу тысячи однообразных миль? Он принялся смотреть вокруг, разыскивая ориентиры и пытаясь понять, смог бы он провести здесь самолет, не будь внизу Большого Каньона.

– Никогда не видел такого крупного рейда! – Дик указал рукой вдаль. – У нас в «Пэйдже» не такое большое население, как в «Дэвисе», и армия значительно меньше. Нам такую экспедицию не собрать!

Далеко внизу, на правом берегу реки, по дороге в направлении «Дэвиса» двигалась колонна из грузовиков и военной техники общей численностью единиц в двадцать.

– Интересно, куда они ходили? – задумался Дик. – Ясно, что в Калифорнию, раз по правой стороне возвращаются. Неужели в Лос-Анджелес?

– Ого! – оценил капитан Джонс, глядя в указанном Диком направлении, – действительно большой рейд! Я не слышал, чтобы «Дэвис» высылал рейд куда-либо…

Он присмотрелся к колонне и добавил:

– Кажется, там даже есть танки! Не думал, что у «Дэвиса» столько ресурсов. – Мистер Индиана обернулся к Дику и вальяжно произнес: – Если хочешь, сынок, я могу сделать круг над колонной. Посмотришь на них с высоты птичьего полета.

– Конечно хочу, сэр! – воскликнул Дик. – Если это не запрещено.

– Кто может запретить что-либо самому Индиане Джонсу, когда он находится в небе?! – воскликнул пилот и увел самолет в резкий вираж.

Старая машина задребезжала так, что Дик тут же усомнился в здравомыслии своей просьбы. В довершение всего мистер Индиана с диким боевым кличем ввел самолет в горизонтальное вращение, и мир закружился перед глазами Дика.

– Хватит, сэр, не то самолет развалится! – взмолился Дик, всем телом ощущая жуткое дребезжание и грохот плохо подогнанных друг к другу частей.

– Не реви, сынок! – залихватски заявил пилот. – Моя Мэрилин еще способна тряхнуть стариной!

Он вернул самолет в обычный полет, и Дик перевел дух. В эти секунды он натерпелся страха не меньше, чем на полях «очаровашек», и твердо решил, что капитан Джонс явно не от мира сего, и лучше не провоцировать его на новые эксперименты. Иначе есть все шансы не добраться до «Паркера» никогда.

– Колонна прямо по курсу! – объявил мистер Индиана. – Снижаюсь! Сейчас мы пройдем над ними на бреющем! Смотри внимательно, сынок!

– У меня от ваших переворотов в глазах искры! – пожаловался Дик, глядя на поблескивающие искорки, то тут, то там вспыхивающие в колонне, – машины сверкают…

Неожиданно лобовое стекло кокпита расцвело небольшой розочкой из трещин. Дик недоуменно разглядывал маленькую дырочку в ее центре.

– Господи Иисусе! – завопил мистер Индиана. – Да это же лиги!!!

Он рванул штурвал на себя, и самолет, надрывно взревев двигателем, задрал нос вверх, набирая высоту. Старенькая машина жутко задрожала, словно ветхий домишко, попавший в сильное землетрясение, и Дику оставалось только гадать, что произойдет раньше: их расстреляют лиги или допотопный самолет просто развалится в воздухе, не выдержав нагрузок. Разномастные куски обшивки, из которых был собран корпус, тряслись и вибрировали, словно готовясь рассыпаться, будто карточный домик.

– Диспетчерская! «Дэвис»! К вам движется танковая колонна лигов! Это борт Пи-4! – орал в эфир капитан Джонс, бросая машину в отчаянные маневры в попытке уйти от обстрела. – Кто меня слышит! Я атакован лигами! Я под огнем! Повторяю! Это борт…

Он непрерывно вызывал землю, но ответом ему был лишь шорох помех. Дик вцепился в поручни, стараясь хоть как-то противостоять ужасной болтанке, и в ужасе глядел на пробоину в лобовом стекле кокпита. Ему казалось, что даже сквозь грохот дребезжащего самолета он слышит, как множество вражеских пуль пробивают хрупкую обшивку, стремясь добраться до сидящего в пилотской кабине Дика.

– Черт! Меня никто не слышит! – Капитан Джонс прекратил орать в эфире. – Я не могу ни с кем связаться! Надо срочно возвращаться и предупредить «Дэвис»! Они даже не представляют, что происходит!

– Откуда у лигов танки?! – изумился Дик. – Они же не используют сложную технику, у них недостаточно интеллекта для ее освоения!

– Как видишь, уже используют! – огрызнулся пилот. – Это все этот ублюдок Круул, дьявол его забери! Откуда только он взялся! С тех пор, как он возглавил Сан-Франциско, лиги совсем обнаглели! Я даже думать не хочу о том, какую активность он там развил! Штаб Альянса должен что-то с этим делать, иначе это добром не закончится, последний раз лиги устраивали такое наступление лет сто пятьдесят назад!

Он оглянулся, глядя в окно.

– Все, ушли! – Пилот облегченно вздохнул. – Спасибо Шаро Предрекшей, что не оставила нас в эту тяжелую минуту! – Он перевел дух и воскликнул: – Чертовы уроды! Чуть не разодрали на части старушку Мэрилин! Но ничего, сейчас мы вернемся в «Дэвис», и армия встретит это гнойное отродье. Их перестреляют, как диких зверей, еще на переправе!



– Господи Иисусе! – завопил мистер Индиана. – Да это же лиги!!! Он рванул штурвал на себя, и самолет, надрывно взревев двигателем, задрал нос вверх, набирая высоту.



Он заложил вираж, и самолет немедленно зачихал мотором. Звук двигателя стал неровным, и Дик со страхом заметил, что вращение лопастей пропеллера стало замедляться.

– Что за чертовщина?! – Капитан Джонс защелкал тумблерами, но это явно не помогло.

Тогда он с силой постучал затянутым в перчатку скафандра пальцем по мутному стеклу прибора, в котором едва просматривались поблекшие от времени деления и цифры.

– Похоже, маслопровод задело! – Пилот коротко выругался. – Надо срочно садиться, пока еще можем!

При этих словах внутри у Дика все похолодело, и он вжался в сиденье, стиснув зубы, стараясь не показать охватившую его панику. Однако пилоту сейчас было не до него. Он лихорадочно терзал элементы управления, пытаясь не дать кашляющему двигателю заглохнуть.

– Под нами Лэйк Хавасу, – прокричал пилот, – тут, на левом берегу, когда-то был город, вроде так же и назывался. Километрах в десяти от него есть заброшенный аэродром, можем дотянуть! – Он сосредоточился на управлении самолетом.

Двигатель в очередной раз чихнул и неожиданно затих. Дик с ужасом смотрел на останавливающееся вращение пропеллера.

– Черт! – снова ругнулся мистер Индиана. – Но ничего, спланируем! – Он мельком бросил взгляд на бледного как полотно Дика. – Не бойся, сынок, старушка Мэрилин умеет планировать, мы дотянем, обязательно дотянем! Куда ж мы денемся…

Пилот еще что-то бурчал себе под нос, дергая за какие-то шнуры, щелкая тумблерами и нажимая на кнопки, но Дик его уже не слышал. Он никак не мог оторвать взгляда от замерших лопастей пропеллера, неподвижно торчащих перед глазами, на фоне которых увеличивалась в размерах приближающаяся с каждой секундой пустыня, засеянная буро-коричневыми зубьями невысоких скал.

Неожиданно мотор чихнул и завелся. Неподвижные лопасти завращались, набирая скорость, и быстро растворились в бешеной круговерти.

– Ага! – воскликнул капитан Джонс. – Так-то лучше! Давай, Мэрилин, работай, старушка, работай! Мне надо три минуты, всего три!

Пилот выровнял самолет, заходя над левым берегом параллельно реке, и начал снижение. Внизу не было ничего, кроме песка, упирающегося вдали в целое поле невысоких руин, и Дик с опаской поглядел на летчика, надеясь, что тот знает, что делает. Старую взлетную полосу он смог разглядеть лишь тогда, когда до нее оставалось не больше десятка метров. Она не столько была видна, сколько угадывалась по слишком ровной правильной полосе песка, из которой кое-где виднелись куски бетона, очищенные порывами ветра. За мгновение до посадки мотор снова заглох, и мистер Индиана, вцепившийся в штурвал, не оборачиваясь, крикнул:

– Держись!

Ржавый дребезжащий самолет, поднимая облака песка и пыли, ткнулся колесами в посадочную полосу и, подпрыгивая, побежал по земле. Несколько секунд Дика трясло, словно в камнедробилке, затем машина остановилась, и все стихло. Пару мгновений Дик сидел, не шевелясь и не веря в то, что все закончилось, после чего полубезумный дикий визг мистера Индианы едва не заставил его подпрыгнуть на месте.

– И-и-и-ха-а-а! – возопил пилот. – Я сделал это! Мы благополучно приземлились, и гнойным уродцам осталось только утереть слюни! – С этими словами пилот вырвался из кабины на землю и немедленно исполнил короткий, но весьма энергичный танец.

Дик подумал, что, наверное, именно так шаманы доисторических индейцев, накурившись галлюциногенной травы, отмечали жертвоприношения или какие-нибудь другие, не менее кровавые ритуалы.

– Ладно, теперь надо заняться моей старушкой! – Наплясавшись, капитан Джонс распахнул дверной люк в грузовой отсек. – Посмотрим, что эти ублюдки с ней сделали!

Он вытащил ржавый ящик с каким-то заляпанным толстым слоем масел и грязи инструментом и полез в моторный отсек. Дик, чувствуя, как трясутся руки и дрожат поджилки, тоже вылез из кабины, пытаясь успокоить взвинченную до предела нервную систему.

– Хвала Шаро Великой, я смогу это исправить! – раздался в наушниках голос пилота. – Парень, ты пока посмотри по сторонам, а то мало ли что! Мне тут придется повозиться… – Он снова углубился в работу.

– Да, сэр! Конечно! – Дик, радуясь возможности за работой снять нервное напряжение, достал из самолета свою винтовку и принялся ходить вокруг машины, бдительно наблюдая за окрестностями.

На испещренный свежими пробоинами корпус самолета он старался не смотреть.



Капитан Джонс закончил ремонт через два часа, когда солнце уже клонилось к горизонту.

– Готово! – сообщил летчик, победно потрясая каким-то неизвестным Дику инструментом. – Не капитальный ремонт, конечно, но до дома долететь сможем. А там я приведу старушку Мэрилин в порядок!

Он погладил рукой ржавый борт самолета, сложил инструменты в ящик и забросил его в люк багажного отсека. Закрыв люк, мистер Индиана обернулся к Дику и неожиданно заявил торжественным тоном:

– Объявляется посадка на борт номер Пи-4, следующий рейсом чертова пустыня – Центр «Паркер»!

Дик оставил свою позицию и поспешил к крылатой машине, терзаемый тревожными сомнениями, а не стала ли сегодняшняя аварийная посадка последней каплей, нарушившей, судя по всему, и без того хрупкое психическое равновесие капитана Джонса. Впрочем, в кабине летчик вел себя спокойно.

– Разве мы не возвращаемся в «Дэвис»? – спросил его Дик. – Надо же предупредить их!

– Думаю, что они уже в курсе, – покачал головой пилот, – пока я возился с этим чертовым маслопроводом, лиги наверняка дошли до передовых постов. Да и до дома лететь ближе. Там мощный радиоузел, и вообще, я же говорю, это не капитальный ремонт, не стоит рисковать и испытывать на прочность судьбу и старушку Мэрилин!

Дик прикинул скорость колонны лигов, сопоставил ее с потраченным на починку самолета временем и постарался не думать о ржавом, громыхающем запчастями самолете. В результате он пришел к выводу, что согласен с мистером Индианой. Пожалуй, чем быстрее они доберутся до «Паркера», тем лучше.

– Чего нам ожидать при взлете? – спросил капитан Джонс, кивая на виднеющиеся впереди руины.

– Несколько раз я видел движение в развалинах, – ответил Дик, – там совершенно точно кто-то есть. Но они не показывались на открытых местах. Думаю, наблюдают за нами из развалин.

– Значит, дикие, – определил мистер Индиана, – и их мало, а так бы уже наведались в гости. Лигов к самолетам тянет, что железку к магниту. Надо взлетать поскорее, пока они не собрались толпой и не осмелели.

Он запустил двигатель и начал руление.

– Откуда они здесь в таком количестве? – Дик тревожно вглядывался вдаль, сожалея, что у него нет бинокля.

– Здесь есть почва, вдоль побережья, – ответил мистер Индиана, – воды Колорадо несут большое количество наносов, а берега в этом месте не везде такие скалистые. Так сказать, заливные луга! Вот лиги на них и кормятся.

Самолет взял разбег, таща за собой след из песчаных облаков, и оторвался от земли.

– Вот так-то лучше! – осклабился капитан Джонс, вытягивая штурвал на себя, – скоро будем дома, как раз к закату!

Громыхающая расхлябанными сочленениями крылатая машина, надрывно кряхтя двигателем, пошла над руинами города. Дик посмотрел вниз. Даже несмотря на безраздельное царство песка, было видно, что стоявший когда-то на этом месте город был довольно большим. На несколько секунд внизу промелькнул какой-то засохший и засыпанный песком канал, и Дику показалось, что через него тянется мост. Но мост этот не был выстроен из железобетонных платформ и монолитных быков. Внизу был самый настоящий старинный мост, сложенный из камня. Будто он внезапно попал в мертвые руины, погребенные в песках хищной пустыни, из сказки про древние замки, в которых жили закованные в латы воинственные рыцари. Дик попытался было разглядеть диковинный мост получше, но дребезжащий самолет набирал высоту, и вскоре он уже перестал различать плывущую под крылом местность, погружающуюся в вечерние сумерки. Некоторое время Дик еще всматривался вниз, в мрачные руины, представляя себе, как в засыпанных песками развалинах собираются лиги, сползаясь отовсюду, словно термиты. Вот их было несколько, теперь десятки, потом сотни… Впервые он подумал, что его родной «Пэйдж» не такое уж и опасное место.

– А правда, что за «Паркером», ниже по течению, лигов еще больше? – Дик покосился на пилота, бубнившего себе под нос какую-то нелепую песенку.

– Угу, – кивнул тот и ткнул рукой куда-то вниз: – Это еще что! Так себе, жалкая кучка уродцев! Вот ниже нашего Центра вдоль берегов есть растительность, так там такое творится! Почти до самой Юмы лигов, словно песка!

– Не повезло вам с местоположением, – покачал головой Дик, – хорошо еще, что Центр не построили где-нибудь прямо возле Юмы!

– Смеешься?! – Пилот бросил на него удивленный взгляд. – Кто бы стал строить Центр рядом с Юмой?!! Там же в Колорадо впадает Гила. Ниже устья жизни нет. Там не то что лиги, мутафауна не живет! Это мы для удобства называем столицу лигов Юмой. На самом деле она немного севернее развалин настоящей Юмы, выше по течению.

– Гила? – переспросил Дик. – Та самая «Река Смерти»? Которая идет из Тусонской мертвой зоны?

– Она самая, – подтвердил капитан Джонс, – ее бассейн – это одно большое кладбище. Никто толком не знает, что там творится.

– Да, я помню, я изучал в колледже! – ответил Дик. – Ни один из посланных в Тусон археологических рейдов не вернулся, и туда больше не посылают экспедиций вот уже лет сто, кажется.

– Это точно, – вздохнул мистер Индиана, – туда никого не затащишь и под страхом смерти! – Он покачал головой. – А жаль! Город стоит нетронутый с незапамятных времен, задолго до наступления хаоса! Сколько всего полезного там можно было бы отыскать для моей старушки Мэрилин!

Дик замолчал, представляя, какие богатства хранит мертвый Тусон. Из исторических документов следовало, что это было высокотехнологическое место. Вот только лично он бы не хотел пытать счастья в поисках тусонских сокровищ. Никто еще не выжил в том районе, а мертвому, как известно, богатство ни к чему. Зато теперь, если удастся расшифровать координаты «Наследия», планета будет очищена. Вот тогда технологические сокровища Тусона будут весьма кстати. Вышедшее на свободу из обветшалых Центров человечество начнет восстанавливать науку и промышленность, и эти находки очень помогут людям. И он, Дик, будет в первых рядах тех, кто начнет на планете новую эру…

– Мы почти дома! – Голос мистера Индианы отвлек его от мыслей о возрождении человечества. – Вот он, «Паркер»! Скоро начнем снижение!

– Борт Пи-4 вызывает диспетчерскую «Паркера»! – передал в эфир пилот. – «Паркер», ответьте!

– Пи-4, это «Паркер»! – немедленно ожила рация. – Слышим вас хорошо! С возвращением, мистер Цукерман, мы уже думали, что атака лигов не позволила вам вылететь сегодня.

Мистер Индиана недовольно поморщился и ответил:

– Мы наткнулись на этих уродливых ублюдков возле Лэйк Хавасу и попали в заварушку. Пришлось совершать вынужденную посадку.

– Мы рады, что у вас все в порядке, мистер Цукерман! – передатчик в «Паркере» был действительно неплох, голос диспетчера звучал громко и чисто, словно тот сидел рядом с ними, – ваш пассажир не пострадал?

– В отличие от старушки Мэрилин мы оба целы и невредимы, – ответил капитан Джонс.

– Отлично. Приземляйтесь, мистер Цукерман, машина уже вышла за вами. Добро пожаловать домой! – Диспетчер отключился.

– Почему он назвал вас мистером Цукерманом? – удивленно спросил Дик.

– Ну… – Пилот замялся, стараясь не смотреть на Дика, и неохотно ответил: – Это мое второе имя. Дополнительное. Но я им редко пользуюсь! – Он закивал головой, словно подтверждая свои слова. – Да, именно! Очень редко! Все знают меня под именем капитан Индиана Джонс, понял, парень?

– Понял, – пожал плечами Дик. Джонс так Джонс, подумал он, так и не вспомнив, что же именно напоминает ему это имя.

Самолет начал снижаться, и Дик прильнул к окну, разглядывая желтый квадрат Центра, врезанный в невысокое скалистое плато по левому берегу реки. И хоть типовая конструкция ЦСГР «Паркер» ничем не отличалась от других Центров, в этом случае различие все-таки было. Центр не был прямо связан с плотиной. Ниже его по течению в Колорадо впадал какой-то приток, и вот именно по мосту через него и шла дорога, соединяющая Центр с ГЭС. Сама плотина была просто крохотной по сравнению с привычными ему гигантами.

– Какая маленькая дамба! – разочарованно протянул Дик, глядя на небольшую подкову плотины, возвышающуюся над нижним течением реки от силы метров на двадцать – двадцать пять.

– Ты не смотри, что она невысока! – заступился за родную ГЭС мистер Индиана. – Зато под ложем реки она углубляется на семьдесят два метра! Это самая глубокая плотина в мире, парень!

– Семьдесят два метра под землей? – изумился Дик, в который раз поражаясь уровню развития погибшей цивилизации. – Как можно было построить такое? Каким образом они контролировали реку, пока рыли такой глубокий котлован?

– Почем я знаю? – поднял брови пилот. – Да и вряд ли теперь кто-нибудь знает… Держись, сейчас будем садиться.

К удивлению Дика, маленький аэродром, к которому приближался отчаянно дребезжащий самолет, оказался на противоположном от Центра берегу Колорадо, прямо напротив истертого песчаными бурями и пожелтевшего от времени Периметра. Небольшое болотистое озерцо, в котором одним концом тонула узкая взлетно-посадочная полоса, отделяло крохотный аэродром от небольшой группы низких построек, плотно прижавшихся друг к другу. Постройки, болото и аэродром были обнесены небольшим поясом укреплений. Лет двести назад это была серьезная стена с огневыми точками и орудийными капонирами, теперь же многочисленные проломы и разрушения в ней были заполнены самыми разнообразными материалами. Видимо, жители «Паркера» дорожили этими сооружениями и любыми способами старались обеспечить их безопасность.

– Что это за сооружения, капитан Джонс? – Дик указал на обнесенный укреплениями район, когда старый самолет уже навис над посадочной полосой.

– Это? – насмешливо хмыкнул пилот. – Ну ты, парень, даешь! Ты точно из жуткой глуши! Это же пенициллиновая грибница «Паркера»! Сердце медицины Альянса!

Дик промолчал. Конечно, о знаменитой пенициллиновой грибнице, в которой выращивается сырье для фармакологии всего Альянса, знает каждый. Но он представлял ее себе как нечто грандиозное, сложенное из белоснежных бетонных блоков, подобно плотинам ГЭС, бликующее бронестеклом и сверкающее хромом и никелем хитроумных медицинских приспособлений… И никак не ожидал вместо этого увидеть скопище разномастных, грязных покосившихся строений, неуклюже слипшихся друг с другом под ржавой крышей. Такое же старье, как и все, выстроенное Альянсом…

Грохочущий плохо подогнанными кусками обшивки самолет коснулся колесами посадочной полосы, и дребезжание стало еще сильнее. Казалось, что в конце пути древняя машина все-таки развалится на части. Но самолет выдержал и, почти по-человечески кряхтя старым двигателем, замедлил бег.

– Молодец, Мэрилин! Хороша, старушка! – Мистер Индиана вновь издал нездоровый визг и направил самолет к покосившемуся ангару. – Завтра я займусь тобой как следует!

Дик молча поблагодарил Шаро Предрекшую за то, что этот полет наконец-то закончился, и с восторгом глядел в окно на приближающийся к ним старый проржавевший джип. Он вылезал из непонятно каким чудом до сих пор не развалившегося самолета и думал, что уже не может пожаловаться на недостаток приключений и что служба наблюдателя на высотной трубе завода не такая уж и тяжелая, а также что совсем не уверен в том, что мечтает стать летчиком.

Пока видавший виды джип, урча изношенным двигателем, вез их от ангара к воротам укрепрайона, Дик, которому ощущение твердой почвы под колесами вернуло былую уверенность, разглядывал знаменитую грибницу. Вблизи оказалось, что скопление невысоких сооружений было объединено общей кровлей, поверх которой была растянута полусгнившая сеть противогранатной защиты.

– Почему вы не перенесете все это внутрь Периметра? – поинтересовался Дик у капитана Джонса.

Мистер Индиана и сидящий за рулем джипа старый солдат одновременно засмеялись.

– Ты всерьез думаешь, что кроме тебя об этом за двести лет никто не догадался? – насмешливо заявил пилот. – Не ты один такой умный! – Джип сделал поворот, и ему пришлось ухватиться за верхний обрез двери. – Давно бы перенесли, да только не растет оно нигде, только тут. Сколько раз уже пробовали!

– Разве пенициллиновый грибок такой привередливый? – удивился Дик.

– Вот чудак! – Водитель и пилот вновь улыбнулись. – Тут же не только гриб пеницилл растет. Просто грибница так называется. А вообще у нас тут много чего есть. Я не особо разбираюсь во всей этой плесени, я не фармацевт! Спроси лучше чего полегче.

Они проехали мимо небольшой вереницы вымазанных в грязи лигов, бредущих под конвоем пары солдат от грязевого болота к одному из бараков.

– Много здесь пленных? – спросил Дик у пилота.

– Нет, – мотнул головой тот, – штук десять. Хотелось бы вообще обойтись без рабов, да уж больно едкая это гадость, болотная жижа. Со временем портит любой скафандр. А без нее никак, единственное удобрение для грибницы. Вот и приходится каждый месяц отлавливать новых уродцев.

– Не бунтуют? – Дик с отвращением смотрел на ковыляющих к бараку лигов.

Перекошенные тела, кривые руки с ложными суставами, ноги разной длины, изуродованные мутациями лица, покрытая гнойными язвами и струпьями кожа – день, когда «Наследие» очистит планету от этих тварей, воистину будет самым счастливым в истории Земли…

– Куда им! – махнул рукой мистер Индиана. – Они плотно сидят на обезболивающем. Оно для них и бог, и вождь, и мать родная! Кто ж поднимет руку на святое место, где оно производится? – Он ухмыльнулся. – Нет, они у нас смирные. Тихо работают, тихо дохнут. Только успевай новых ловить.

Джип покинул укрепленный район и встал на дорогу, ведущую к плотине. Водитель прибавил скорости, стремясь успеть попасть в Центр до наступления темноты. Оставшуюся часть пути все ехали молча, внимательно осматривая погружающиеся в вечерние сумерки окрестности.



В Центре Дик первым делом явился в армейский сектор и, согласно Уставу, зарегистрировался у дежурного офицера. Ему, как обычно, выдали кубрик и направление на приемы пищи. Ужинал он один, в большой столовой, кроме повара, больше не было никого, и звук от постукивания ложкой о тарелку негромким эхом разносился по пустому помещению. Дик вспомнил слова техника, с которым он добирался на катере в Центр «Дэвис». Похоже, и действительно в «Паркере» народа живет совсем немного.

К главному врачу медицинского сектора надо было явиться только завтра, и Дик решил перед сном прогуляться по Центру. После целого дня, почти полностью прошедшего во враждебном внешнем мире в тесном скафандре под палящими лучами солнца, дважды под обстрелом и один раз в аварии, произошедшей в паре километров над землей, было приятно налегке и не торопясь побродить по безопасным и спокойным улицам Центра. Дик вышел из корпусного шлюза и быстро убедился, что в «Паркере» спокойствия даже через край. Внутри Периметра стоял полумрак, и он удивился, почему уличные фонари включают только вдоль главных улиц. Он подумал, что, наверное, здесь, в «Паркере», действовал свой, какой-то особенный график работы освещения. Однако вскоре выяснилось, что все намного проще. Освещение всегда давали только вдоль центральных улиц. В периферийных гермокорпусах просто никто не жил. Вдали от центра царили безлюдность и запустение. Дороги и тротуары были занесены толстым слоем сухой грязной пыли, несколько раз Дик замечал в прилегающих к Периметру окнах разбитые, а то и вовсе отсутствующие стекла. Что являлось грубым нарушением Инструкции по жизнеобеспечению внутри герметичных корпусов. Видимо, эти корпуса не использовались уже довольно давно, и в будущем их эксплуатация не планировалась, раз здания содержатся в таком состоянии, и никому нет до этого никакого дела. Побродив по давно заброшенным улицам Центра пару часов, Дик вернулся в кубрик и лег спать.

С утра Дик явился на доклад в медицинский сектор. Главный врач, старый лысый полковник, ткнул пальцем в клавиатуру компьютера и несколько секунд изучал его файл.

– Понятно, – буркнул он себе под нос и снова ткнул пальцем, на этот раз в кнопку селектора: – Майор Кертис, зайдите ко мне!

Спустя пару минут в кабинет вошла высокая дородная женщина лет сорока в белом халате с нашивками майора медицинской службы.

– Ваш клиент, майор! – Полковник, не глядя на Дика, небрежно ткнул в него пальцем, словно тот был каким-то малоценным предметом типа восковой куклы.

– Рядовой Картрайт? – зычным голосом осведомилась майор.

– Так точно, мэм! – отрапортовал Дик. – Рядовой Картрайт, второй взвод, рота наблюдателей, Центр «Пэйдж», прибыл согласно предписанию по Программе Обмена генофондом, мэм!

– Прибыл, значит! – Майор пренебрежительно посмотрела на него сверху вниз, отчего Дик почувствовал себя маленьким ребенком, которого очень скоро накажут за совершенную шалость. – Следуй за мной, рядовой!

Она покинула кабинет полковника и, грузно ступая, направилась вглубь медицинского сектора. Дику пришлось прибавить шаг, чтобы не отстать. Через пять минут замысловатых поворотов по всевозможным коридорам, проходящим мимо множества дверей, обозначенных табличками с медицинскими названиями, зачастую Дику совершенно непонятными, они вошли в двери с надписью «Лаборатория ПОГФ». Находящееся за ними помещение оказалось довольно большим, заставленным различным медицинским оборудованием, вдоль стен от пола до потолка тянулись огромные блестящие медицинским металлом шкафы. За оборудованием возилось человек пять немолодых женщин в форме медицинской службы.

– Чип-карту! – грозно приказала майор Кертис, требовательно протягивая руку.

– Да, мэм… – Дик торопливо снял с шеи цепочку, впервые задумавшись о том, что его ждет.

– Посмотрим! – все так же грозно провозгласила майор, вставляя пластиковый квадратик в порт компьютера, – так… так… понятно… не важно… это еще что за чушь? Что за идиот составлял эту сводку! Не важно… не важно… понятно…

– Раздевайтесь, рядовой! – вдруг рявкнула она, вонзив в Дика взгляд, словно болт из арбалета лигов. – Полностью! Живо! Обмундирование – на вешалку за спиной!

Дик залился краской от смущения и принялся неуклюже снимать форму, стараясь не смотреть на окруживших его женщин.

– Живее, рядовой! – гаркнула майор. – У меня нет времени возиться с каждым ребенком, краснеющим при виде собственного голого зада!

Дик снял белье и замер, стыдливо закрывая пах руками.

– Чего сжался, рядовой?! – грозно протрубила майор. – Тут тебе не женская баня! Ты на осмотре у врача! Смир-р-рно! Руки в стороны! Нале-во! Руки по швам! Смирно! – Она разглядывала его со всех сторон, презрительно скривившись. – М-да! Совсем обмельчали нынче мужики! Напра-во! Руки в стороны! Кру-гом! Руки по швам! Кру-гом!

Дик обалдело вертелся, выполняя команды майора. Наконец, Кертис вернулась к компьютеру, оставив его стоять посреди лаборатории голышом по стойке «смирно». Пощелкав кнопками, она повернулась к нему и рявкнула:

– Вход в душевой отсек слева от тебя, рядовой! Там найдешь полотенце! Даю три минуты на принятие душа! – Она, поморщившись, ткнула рукой в направлении его паха: – И недоразумение свое вымой тщательно! Затем с полотенцем сюда! Выполнять!

Дик, красный словно рак, опрометью умчался в душ. Спустя три минуты, завернутый в полотенце, он вновь предстал перед майором Кертис. При виде его майор молча закатила глаза к потолку и указала на стоящее посреди лаборатории кресло с зажимами для рук, ног и корпуса, опутанное пучком проводов и контактов.

– Садись на кресло, рядовой! – загремела майор. – Полотенце снять и подстелить под свой тощий зад!

Дик выполнил команду, со страхом наблюдая, как медики фиксируют его зажимами на кресле.

– Что это, мэм? – выдавил он из себя вопрос.

– Как это – «что»?! – грозно рявкнула майор, словно башня, нависая над съежившимся Диком. – Аппарат для получения донорского эякулянта! А ты что, рядовой, ожидал получить здесь грудастую блондинку в одних чулках?! Электрическая стимуляция вызывает необходимое состояние, после этого второй электрический разряд инициирует эякуляцию! Процедура занимает двадцать секунд! Через сутки проводится контрольная процедура! А теперь, рядовой, заткнись и не мешай моим людям работать!