– Да я собственно ни на что не намекаю, – пожала плечами Виктория, – просто, по одной из версий, название растения связано с его тесно сближенными супротивными побегами.

– Как скучно! – фыркнула Мирослава.

– Есть ещё одна версия, может, тебе она понравится больше, – задумалась Виктория.

– Тётя, не тяни!

– Возможно, научное название жасмина дано ему в честь древнеегипетского царя Птолемея Филадельфа, покровителя наук и искусств, который не только обожал жасмин, но и занимался естественной историей.

– Ага, – сказала Мирослава, – вроде бы его мать Беренику, вернее, её волосы восславил в элегии «Локон Береники» Каллимах, а потом и римлянин Катулл написал поэму «Волосы Береники».

– И за что же ей такие почести? – улыбнулся Игорь.

– Береника отрезала свои роскошные волосы и принесла их в храм Афродиты в знак благодарности богине за победу её мужа над сирийцами. По одной из версий, волосы из храма пропали. По другой версии, вернувшийся царь был огорчён, увидев свою жену без её прекрасных волос. Назревал скандал.

– Я бы тоже не хотел лицезреть свою жену лысой, – фыркнул Игорь.

Виктория хмыкнула:

– Выход нашёл придворный астроном, математик и жрец Конон Самосский, между прочим, друг Архимеда, который сказал супругам, что волосы чудесным образом вознесены на небо и превратились в новое созвездие, которое и назвали «Волосы Береники».

– Да, даже цари подвержены внушению.

– К сожалению, не только цари.

– Тётя, а у тебя есть стихи про жасмин?

– У нас есть всё! – улыбнулся Игорь.

– Не мешай! – махнула на него рукой Мирослава и обратилась к Виктории: – Прочитаешь?

– Почему бы и нет, – отозвалась та.

Белые звёзды жасминаПадают на ладонь.Я женщина, ты мужчинаИ между нами огонь…Трепетный, не обжигающийНавстречу протянутых рук.И клятвенно обещающийЛюбовь навсегда. Без разлук.Над нашими головамиСветит луны полный круг,И нашими именамиПолон шёпот цветов вокруг.Если принять однаждыВеликую ценность Любви,То стать счастливым каждыйСумеет. Верь и зови.

Когда Виктория замолчала, Игорь тихонько погладил руку жены, а потом осторожно сжал её тонкие пальцы в своих заботливых руках.

Морис невольно перевёл взгляд на Мирославу. А она тем временем смотрела на тётку так ласково и тепло, что Морису захотелось похитить этот взгляд и спрятать его в своём сердце. Он перевёл дыхание.

– Спасибо, дорогая, – прозвучал голос Виктории.

Игорь сочувственно подмигнул Морису, должно быть, заметив его переживания, – в этой семье все друг друга понимают без слов.

– Даже кот, – грустно согласился с ним Миндаугас.

– Но мы тоже не лыком шиты, – приободрил его супруг Виктории, – пусть мы пока ещё не волшебники, но мы учимся.

Ответить Морису помешал нетерпеливый гудок автомобиля, и все сразу догадались, что подъехал Шура.

Морис отправился отворять ворота, а Виктория, глядя ему вслед, обратилась к племяннице:

– Хороший мальчик, ты не находишь, Славочка?

– Почему же не нахожу?! – фыркнула Мирослава. – Нахожу! Незаменимый сотрудник!

– Я не о том, – нетерпеливо сказала тётя.

– Тори, – Игорь улыбнулся жене, – твоя племянница тебя поддразнивает.

– Да уж вижу, – притворно вздохнула Виктория.

– А Морис и впрямь замечательный парень, – серьёзно проговорил Игорь.

– Наш человек, – кивнула Виктория.

– Драгоценные мои тётушка и дядюшка, – сладким голосом пропела Мирослава, – а вы не хотели бы открыть свою передачу?

– Какую ещё передачу? – не понял Игорь.

– Ну, что-то типа «Давай поженимся».

– Нет уж, это не по нашей части, – отрезала Виктория.

– Разве? – лукаво улыбнулась Мирослава.

– Мы только исключительно ради нашей деточки стараемся, – пропел, подражая сладкому голосу Мирославы, Игорь.

Мирослава расхохоталась и захлопала в ладоши.

– Чему это вы так радуетесь? Уж не меня ли аплодисментами встречаете? – раздался голос Шуры.

– Тебя, тебя, голубчик наш, – тотчас отозвалась Мирослава.

– Ну, тогда сначала накормите меня, напоите, а немного попозже спать уложите.

– Может, тебя ещё в баньке попарить? – спросил Игорь.

– Нет, в баньке не надо, а от душа, пожалуй, не откажусь. Устал как собака, – пожаловался Наполеонов. – Не провожайте, дорогу сам найду, – заявил он и скрылся в доме.

Морис тоже направился к крыльцу.

– Ты куда? – спросила Мирослава.

– Как куда?! За едой. Шура же не удовольствуется чаем. У нас там жаркое осталось и гарнир из гречки. На чью ещё долю захватить?

– Я пас! – Игорь поднял руки.

– Мы, девочки, тем более на ночь не едим, – ответила за себя и племянницу Виктория.

Когда благоухающий свежестью Наполеонов выплыл из дома, еда уже дымилась на столе. Шура сделал вид, что собирается в знак благодарности броситься Морису на шею, но тот благоразумно ускользнул от его объятий.

– Как хорошо жить не в городе! – с наслаждением выдохнул Шура, усаживаясь за стол.

Все были с ним согласны. Июньская ночь обволакивала и опьяняла. Казалось, что лиловые сумерки вот-вот зашелестят точно шёлк…

И молодая прозрачная луна казалась юной девой, укрывшейся за этим шёлком, дозволяя миру видеть только её мечтательный лик.

Наевшийся Шура удовлетворённо вздохнул:

– Спасибо этому дому! Но мы не пойдём к другому. Ребята, я останусь у вас ночевать. Не прогоните?

– Не говори глупости, – обронила Мирослава.

– Я просто кокетничаю, – сделал вид, что обиделся Шура, – надеялся, что вы меня уговаривать будете.

Кот Дон спрыгнул с кресла, на котором всё это время дремал, и протянул – мрр.

– Что он сказал? – спросил Наполеонов.

– Не дождёшься, – перевела речь кота хозяйка.

– Не верю! Он сказал: «Шурочка, дорогой, как мы счастливы, что ты с нами».

Все рассмеялись.

– Раз ты сытый и в благодушном настроении, – сказала Мирослава, – спой нам. – Она положила ему на колени гитару.

– Про своё настроение я бы не стал так говорить…

– Шурочка, не ломайся!

– Ладно, я вам сегодня спою песню про любовь.

Он пробежался пальцами по струнам гитары. Выдержал паузу и запел:

От тебя любви не скрою,Ненаглядный ангел мой,Если хочешь быть со мною,Будь, пожалуйста, со мной.На тебя молиться стану,Опасаясь и дышать.Может, поздно, может, рано,Ты не сможешь устоять.И моя любовь с тобоюБудет вечно, ангел мой.Станешь ты моей судьбою!Стану я твоей судьбой.

– Шурочка! Ты прелесть! – сказала Виктория, легко подплыла к нему и чмокнула в макушку.

– Тётя, ты меня опередила, – притворно вздохнула Мирослава.

Мужчины тихо зааплодировали. Наполеонов встал и раскланялся, не скрывая улыбки.

Вскоре после этого Виктория с мужем засобирались домой.

– Уже поздно, – сказала тётка, – мы поедем.

– Оставайтесь ночевать, – предложила племянница.

– Спасибо, но мы лучше домой.

Родственники распрощались и уехали.

– Я думаю, что нам тоже пора укладываться, – сказал Морис.

– Сейчас всё уберём и ляжем.

– Я сам уберу.

– Втроём мы сделаем это быстрее, – не согласилась Мирослава, – правда, Шура?

– Угу.

Они убирали со стола и обменивались с Шурой информацией.

– Что думаешь делать дальше?

– Ума не приложу! А ты?

– Думаю, что необходимо пообщаться со всеми родственниками.

– Начальство наше склоняется к тому, чтобы дело закрыть. Вроде бы всё ясно. И нет резона трепать имя великого актёра.

– Значит, доведение до самоубийства больше вами не рассматривается?

Шура пожал плечами.

– Не молчи!

– Я пока не буду закрывать дело, – ответил он, вздохнув, – но не уверен, что мне удастся оттягивать время больше двух недель.

– Попробуй потянуть месяц, – посоветовала она.

– Думаешь, стоит? Только, ради всего святого, не ссылайся на интуицию!

– Я тоже чувствую, что там что-то не так, – встрял Морис.

– Печёнкой чуешь?

– Чем, чем? – не понял Морис.

– Не обращай внимания, – посоветовала ему Мирослава, – Шура придуривается.

– А…

Глава 7

Тихий ветерок раскачивал ветви ясеней…

Лида стояла возле окна и пыталась сосредоточиться на колыхании листвы, ей хотелось верить, что шелест зелёных волн способен изгнать из её души тревогу и опасения.

Позади неё на журнальном столике лежало несколько газет и во всех было написано о таинственном самоубийстве её свёкра, некоторые из них с нескрываемым злорадством писали, что отец застрелился именно в тот день, когда к нему явился после долгой ссоры сын. А в двух газетах появились фотографии её и Сергея. И чего только там не было написано о них с мужем! Лида не сумела заставить себя дочитать до конца! Ей хотелось плакать и кричать: «Но ведь это неправда! Неправда!»

Она с ужасом думала о том, как будет переживать Сергей, когда увидит всё это. Сам он не покупает жёлтую прессу, но ведь недоброжелатели всегда найдутся и положат газету, раскрыв на нужной странице и в том месте, где она обязательно попадётся Сергею на глаза.

Лида думала, как же им пережить всё это, когда в дверь позвонили…

* * *

Мирослава собиралась договориться с Лидией Дарской о встрече по телефону. Но как раз тогда, когда она сняла трубку стационарного телефона, Морис бросил ей на стол кипу газет со словами: «Она не станет с вами разговаривать».

– Да? – Мирослава перелистала несколько страниц.

– Даже если вы скажете ей, что вы детектив, пропустив слово «частный».

– Интересно…

– Полиция не назначает свиданий ни в кафе, ни в парках, – заметил Морис.

– Много ты знаешь о методах современной полиции, – фыркнула Волгина.

– Ну-ну, – проговорил Морис и вышел из её кабинета.

Мирослава посмотрела на телефон и решила не звонить Лидии Дарской. Она вышла в приёмную:

– Я уезжаю.

– Далеко?

– К Лидии Дарской. Муж её на работе. Она одна.

– Думаете, она вам откроет?

– Конечно, ведь полиция приезжает к свидетелям для разговора без предупреждения, – с непроницаемым лицом ответила Волгина.

– Или вызывает повесткой, – отозвался он.

– Таскать в полицию в жару беременную женщину безнравственно, – заметила она на ходу.

– Надеюсь, Дарская оценит вашу заботу, – бросил ей вслед Морис и спросил: – Вы уверены, что она беременна?

– А ты не заметил этого по её фото в СМИ?

– Ну, – неопределённо протянул он и уткнулся в монитор.

Мирослава довольно быстро добралась до дома, где проживала молодая чета Дарских, оставила возле подъезда свою «Волгу» и стала терпеливо дожидаться, когда же появится кто-нибудь из жильцов, чтобы вместе с ними пройти в подъезд. Говорить с Лидией по домофону она не хотела.

Минут через десять ей повезло, к подъезду подлетели две яркие, как летние бабочки, девчушки. Одна из них быстро набрала номер нужной ей квартиры, дверь открылась, и Мирослава устремилась следом за ними.

Неожиданно одна из девочек проявила бдительность:

– А вы к кому? – спросила она.

– К Дарским. – Мирослава взмахнула у неё под носом удостоверением частного детектива.

– А, вы из полиции, – протянула её подруга, – бедная Лида.

– Почему бедная? – спросила Мирослава.

– Ещё спрашиваете! – хмыкнула первая. – Их же теперь полощут во всех газетах.

– Это скоро пройдёт.

– Пройти-то, может, и пройдёт, а осадок останется.

– И осадок со временем исчезнет, – уверенно заявила Мирослава.

Девчонка дёрнула плечом, но спорить не стала. В лифте они уже поднимались молча.

Мирослава позвонила в квартиру Дарских. Через какое-то время она расслышала неуверенно приближающиеся шаги.

– Кто там? – прозвучал тихий голос.

– Детектив. – Мирослава на миг прижала к глазку своё удостоверение.

Она, как и говорил Морис, пропустила слово «частный». Дверь осторожно приоткрылась…

Мирослава увидела совсем молодую женщину в лёгком халате, расписанном букетиками полевых цветов, с небрежно стянутыми в хвост светлыми волосами и широко раскрытыми глазами. Она смотрела на Мирославу удивлённо и растерянно.

– Я детектив, Мирослава Волгина, – она снова взмахнула удостоверением, – мне нужно с вами поговорить. Вы ведь Лидия Дарская?

Женщина печально кивнула вместо ответа.

– Я могу войти в квартиру? – спросила Мирослава.

– Да, конечно, – ответила женщина и отступила назад. – Проходите, – пригласила она.

Вскоре они оказались в небольшой уютной гостиной.

– Я частный детектив, – решила уточнить Мирослава.

– Частный? – Дарская напряглась.

– Да, меня наняла сестра вашего мужа. Она ничего не говорила вам об этом?

– Алевтина? Нет…

– У вас хорошие отношения с ней?

– Да, вполне. А зачем она вас наняла? Ведь полиция сказала, что Артур Владимирович застрелился.

– Алевтина Артуровна хочет знать, почему он это сделал. Вы ведь тоже хотите это знать?

– Да, конечно, – быстро согласилась Лидия, – но разве это возможно?

– Вообще-то на свете очень мало невозможного, – улыбнулась Мирослава ободряюще.

– Просто я думала, что трудно понять другого человека, тем более узнать о причинах его поступка.

– Я постараюсь это сделать. Вы поможете мне? – голос Мирославы зазвучал проникновенно.

– Я? – искренне удивилась Лидия.

– И вы, и другие, конечно, тоже.

– Я готова сделать всё, что от меня зависит, – вздохнула молодая женщина и добавила: – Ради Серёжи.

– Я понимаю вас. – Мирослава внимательно посмотрела на бледное лицо Дарской, отметила синие тени под глазами. Ей было жаль Лидию, но расследование требовало, чтобы детектив задавал вопросы всем причастным к случившемуся лицам…

– Расскажите мне, пожалуйста, как вы познакомились с Артуром Владимировичем? – попросила Мирослава. – Это случилось на вашей свадьбе или до неё?

– После неё, – тихо вздохнула Лида. – Серёжа и Алевтина поссорились с отцом из-за его развода с их матерью.

– А у вас хорошие отношения со свекровью?

– Прекрасные! – искренне выдохнула молодая женщина. – Ольга Сергеевна замечательный человек, и мы с ней подружились почти что с первой встречи.

– Ольга Сергеевна возражала против того, чтобы дети общались с отцом?

– Я про это ничего не слышала и не думаю, чтобы она настраивала их против отца.

– Значит, они сами решили оборвать отношения с отцом?

– Я думаю, что так решила Алевтина, а Серёжа поддержал сестру. Но видите ли… – Лида замолчала.

– Я внимательно слушаю вас.

– Серёжа очень любил отца и с детства был близок с ним. Он очень переживал.

– И как вы познакомились с его отцом?

– Я, конечно, знала Дарского как артиста, с детства, но воочию увидела его совсем недавно…

– Где? При каких обстоятельствах?

– Артур Владимирович позвонил нам домой днём, когда Серёжи не было дома, представился и сказал, что хочет поговорить со мной.

– Именно с вами, а не с сыном?

– Да, со мной. Он боялся, что Серёжа разговаривать с ним не станет.

– И вы разрешили ему прийти к вам домой?

– Нет. Мы встретились в «Избушке на курьих ножках». Может, вы знаете это кафе?

Мирослава кивнула. Она не только знала это кафе, но и хорошо была знакома с его хозяином Романом Савичевым. Официанты, бармены и прочий обслуживающий персонал были там наряжены кикиморами, лешими, русалками. А сам хозяин прекрасно справлялся с ролью Бабы-яги.

Помимо общего зала в кафе существовали ещё отдельные номера, представляющие собой мини-избушки. Внутри них стояли удобные стулья и стол.

Утром и днём кафе обычно заполняли родители с детьми, подростки и молодые пары. А вечером оно работало как ресторан. Обеспеченные люди почему-то любили справлять там юбилеи, корпоративы и прочее. Возможно, обстановка кафе на какое-то время помогала им возвратиться в детство, расслабиться, почувствовав себя защищёнными, оставив взрослые проблемы и ответственность за порогом «Избушки на курьих ножках».

– Вы встретились с Артуром Владимировичем днём?

– Да, в двенадцать часов дня. Я сразу узнала его. – Щёки Лидии окрасились нежным румянцем, а глаза радостно заблестели. – Многие начали нас узнавать, мне было неловко. Но Артур Владимирович всё предусмотрел, нам выделили отдельную маленькую избушку. Нам из неё всё было видно, а нас увидеть никто не мог. Это очень удобно, когда люди хотят поговорить, не привлекая к себе внимания.

Мирослава согласно кивнула и спросила:

– А чего хотел от вас Артур Владимирович?

– Как чего? – удивилась Лидия. – Чтобы я уговорила Серёжу помириться с ним. Для начала прийти к ним со… Снежаной в гости.

– И вам удалось уговорить мужа?

– Не сразу, – призналась она, – сначала он даже вроде бы рассердился. Но я знала, что на самом деле Серёжа сердится не на меня, а на сложившуюся ситуацию.

– Да, наверное, так и было, – согласилась Мирослава.

– Спасибо. – Лида была искренне благодарна ей за понимание. Спустя несколько секунд она продолжила: – Я не стала нажимать на мужа сразу, дала ему время обдумать, потом опять вернулась к этому разговору.

– И Сергей принял приглашение отца?

– Да, он согласился…

– А сестра его Алевтина знала об этом?

– Нет, мы ей ничего не сказали, – вздохнула молодая женщина и добавила: – Мы вообще никому не говорили об этом.

– А теперь расскажите мне, пожалуйста, о самом визите.

– Я даже и не знаю, что рассказывать. – Лидия прижала обе ладони к пылающим щекам.

– Начните с самого начала.

– Мы приехали к назначенному нам времени. Встретила нас Снежана. Она была очень добра к нам и предупредительна.

– А Артура Владимировича с ней не было? – уточнила Мирослава, хоть и заранее знала ответ.

– Нет, – запнулась Лидия, – мы тоже немного огорчились, но потом Сергей предположил, что отец просто заработался и потерял счёт времени. Муж рассказывал мне, что с Артуром Владимировичем это случалось нередко.

– Вас пригласили в дом?

– Да, Снежана провела нас в гостиную.

– О чём вы говорили?

– Можно сказать ни о чём… – После короткой паузы Лидия продолжила свой рассказ: – Обменивались любезностями, я поинтересовалась цветами. Там были очень красивые цветы в вазах, – поспешила объяснить она.

– А потом?

– А потом? – растерянно переспросила Лидия. – Потом Снежана сказала, что поднимется в кабинет мужа и поторопит его.

– Вас не удивило, что она просто не позвонила мужу на мобильник? – спросила Мирослава.

– Тогда я не придала этому значения, – призналась молодая женщина, а позднее Сергей объяснил мне, что его отец не любил, когда ему звонили на мобильник во время его работы в кабинете.

Мирослава кивнула и задала следующий вопрос:

– Снежана ушла одна?

– Да. Но через некоторое время прибежала девушка, кажется, горничная, и попросила мужа пойти с ней. Я тогда так поняла, что Артуру Владимировичу стало плохо с сердцем…

– Вы остались сидеть в гостиной одна?

– Нет, муж столкнулся в дверях с их домоправительницей и попросил её посидеть со мной.

– И вы всё время были с ней?

– Да, – кивнула Лидия.

– А когда вы узнали, что ваш свёкор застрелился?

– Когда приехала полиция…

– Вам сказала об этом полиция?

– Нет, началась страшная кутерьма. А сказал мне Серёжа… Потом нас всех допрашивали. Вот, собственно, и всё, что мне известно.

– А со Снежаной вы после того дня больше не общались?

Лидия покачала головой.

– А ваш муж?

– Насколько я знаю, нет.

– Я очень благодарна вам, Лидия, – сказала Мирослава, – что вы нашли возможным уделить мне время.

– Не за что, – грустно улыбнулась женщина.

Мирослава заметила, как её взгляд невольно упал на злополучные газеты.

– Выбросьте их, – сказала Мирослава, – и никогда больше не читайте жёлтую прессу.

– Но наши знакомые её читают! – выдохнула в отчаянии молодая женщина.

Мирославе хотелось посоветовать ей послать таких знакомых куда подальше, но вместо этого она сказала:

– Если ваши знакомые умные люди, то они не станут заострять на этом внимания.

Лидия неуверенно кивнула в знак согласия. Потом собрала все газеты и пошла провожать Мирославу.

Волгина, направляясь к лифту, успела заметить, что вся кипа газет полетела в мусоропровод. «Вот и умничка», – мысленно похвалила она Лидию Дарскую. Усевшись в машину, Волгина посмотрела на часы, по её прикидкам, скоро у Сергея Дарского наступит обеденный перерыв, поэтому она не стала медлить и набрала номер его сотового.

На этот раз она не стала умалчивать, что является частным детективом и телефон его получила от Алевтины Артуровны.

– Вас что, сестра наняла?! – ошеломлённо выдохнул Сергей.

– Давайте встретимся в подходящее вам время и в удобном для вас месте и всё спокойно обсудим.

– Нам нечего… – начал он, но потом резко передумал: – Хорошо в час дня встретимся возле «Заячьей лапки». Знаете где это?

– Да.

Кафе «Заячья лапка» хоть и было неприметным, но вполне уютным, а главное, с хорошей кухней. Располагалось оно за Старым парком.

– Как я вас узнаю? – спросил Сергей.

– Я сама вас узнаю, – отозвалась Волгина.

– Алевтина демонстрировала вам наши фотографии, – грустно усмехнулся он.

Мирослава оставила его реплику без ответа.

– И всё-таки, хотя бы на каком автомобиле вы подъедете? Надеюсь, не на такси?

«Сын своего отца», – подумала Мирослава и ответила:

– На серебристо-серой «Волге».

– На «Волге»? – переспросил он с недоумением.

– Вы не ослышались, – улыбнулась Мирослава и тотчас отключила связь.

Ещё только выруливая на стоянку возле кафе, Мирослава заметила симпатичного молодого мужчину в отлично сидевшем на нём летнем костюме шоколадного цвета, который внимательно приглядывался ко всем автомобилям, приближающимся к стоянке. Она догадалась по выражению его лица, что он вычислил её автомобиль. Спокойно вышла из салона, поставила «Волгу» на сигнализацию и направилась в его сторону. Он не спеша двинулся ей навстречу.

– Мирослава Волгина.

– Сергей Дарский.

– Вы часто здесь бываете? – Мирослава кивнула на кафе.

– Обедаю почти каждый день.

Едва они вошли в кафе, как официант поспешил им навстречу. Он едва кивнул Мирославе и обратился к Дарскому:

– Ваш столик ждёт вас, Сергей Артурович.

– У вас, оказывается, и столик свой здесь имеется… – улыбнулась Мирослава.

– Условно мой, – вернул ей улыбку Сергей. И решил объяснить: – Надеюсь, вы не подумали, что я пользуюсь именем своего отца?

Волгина промолчала.

И он продолжил:

– Просто здесь, как вы видите, столпотворения не наблюдается, поэтому мой столик чаще всего свободен.

– Официанты мягко предлагают посетителям, вздумавшим посягнуть на него, другие столики, – заметила Мирослава.

– Может быть, – снова улыбнулся он, – но я не просил их об этом.

– Конечно, – согласилась она.

Когда они расположились за столиком, Сергей протянул ей меню:

– Посмотрите, что будете заказывать.

Мирослава выбрала салат из капусты с морковью и пирожок с мясом.

Дарский заказал рагу, картофельное пюре и кусок пирога.

«Надо будет Шуру как-нибудь пригласить сюда, – подумала она, – наверняка он соблазнится тушёным кроликом в сметане и пирогом».

Когда они перешли к чаю, Дарский не выдержал и спросил:

– Надеюсь, вы объясните мне, зачем всё-таки вас наняла Алевтина. Ведь есть же полиция!

– Алевтина Артуровна не верит, что ваш отец покончил с собой спонтанно, она хочет знать причину его рокового шага.