У вас возникнет ощущение, что так было суждено: с самого начала, с того дня, когда они родились, с того дня, когда родилась их мать – как и в случае с божественными проклятиями, которые передаются из поколения в поколение, – все вело их к этому моменту, к совершенному им убийству, этому бегству и ожидающему их изгнанию. Они целуют малышку, и вот они в последний раз оказываются в коридоре здания. Дверь за ними закрывается.

— Мне жаль. Мне действительно жаль, если ты решила, что все будет по-другому. Обстоятельства нельзя изменить, Вайолет. Мне казалось, я дал тебе это понять. Прости, если какие-то мои слова или поступки заставили тебя подумать иначе. Я изо всех сил старался этого избежать.

Спустя несколько сцен мы оказываемся в машине, которая быстро мчится в сторону Арканзаса. Все три брата настроены очень серьезно и молчат. Хуан Габриэль сидит сзади. Он одет в полосатую рубашку, которую Пепе нашел для него на полках заправочной станции. Хуан Габриэль по-прежнему чувствует на своих губах вкус губ Лесли и своей прежней жизни.

Вайолет молча смотрела на него. «Морхарт много значил для тебя. Оливия много значит для Лайона. Как бы мне хотелось быть на месте Морхарта».

45.

Вайолет поняла, что, несмотря на сохраненный Флинтом цветок жасмина, она все равно ничего для него не значила. Ведь он ничего не знал о любви. Он признавал только верность и непреклонность.

На следующий день, возвращаясь с Еленой домой из школы, вы увидите, что входная дверь распахнута, а мать Елены сидит на кухне. Она с удрученным видом сообщит вам, что дверь больше не закрывается. Вы пойдете с ней посмотреть. Попробуете потянуть за ручку. Сосед будет наблюдать, как вы это делаете. Больше не закрывается, констатирует он. Да, у нас с ней некоторые сложности, заставит она себя ответить. Он перешагнет через ограду. Окажется рядом с вами, и вы почувствуете идущий от него запах мотоцикла. Он вытрет руки о джинсы. В самом центре его серой футболки Дятел Вуди будет задирать нос, сидя за рулем сверкающего «Харлей-Дэвидсона». Он скажет, встаньте с другой стороны и толкайте. А я буду тянуть. Он снимет бейсболку и проведет рукой по лбу. Ну что, готовы? Один, два. Три. Всем своим высоким и массивным телом он начнет тянуть, схватившись за ручку двери и упираясь кроссовками в плиту дорожки, а вы, с другой стороны, вы будете толкать, прижавшись друг к другу и к двери, так что ваши плечи от давления даже чуть-чуть поменяют форму, и в этом усилии ничто – никакие расчеты, никакие чувства, – не будет иметь значения, кроме пары плеч, которые будут давить, и вашего учащенного дыхания. Верхняя часть двери уже начнет сдвигаться, но нижнюю еще будет крепко держать паркет. Сосед призовет вас приложить все ваши силы. Он покраснеет. Дверь изогнется еще немножко и в конце концов хлопнет так, что сотрясутся стены. Ну ничего себе, получилось, с удовлетворением отметит сосед, поднимаясь на ноги. Женщина поблагодарит его через дверь, и он с другой стороны ответит: не за что. После этого не будет ясно, ушел ли он обратно к себе. Наконец вы услышите, как он говорит: ладно, я, наверно, пойду, оставляю вас. Он двинется прочь и перешагнет через ограду в обратном направлении. Поглядит на свой ремонт и тогда скажет, ну что же, а потом: наверное, с баком можно подождать и до завтра.

Он увидел ее лицо, вздохнул и откинулся на спинку сиденья, потом с горечью рассмеялся.

— Мне доводилось переносить кое-что похуже ненависти, Вайолет. Я переживу и твое презрение. Я уже понял, что это станет ценой моей удачи, и поверь мне, эта мысль не доставила мне радости. Я действительно думал, ты поймешь. Мне жаль лишь одного: что ты могла подумать иначе. Давай начинай ненавидеть меня. Ничего не изменится.

46.

Флинт ждал, что она скажет.

Сядьте вместе с женщиной на кухне. Вы будете обе еле переводить дыхание. Она покажется вам расстроенной. Возьмите ее руки в свои. Предложите ей воды, если почувствуете, что это необходимо. Она примет ее с благодарностью. Оцените ее состояние. Если в этот момент вам покажется, что она все еще слишком владеет собой, слишком уверена в себе и недостаточно потрясена изменениями, которые затронули ее за последние несколько недель, вам будет нужно ей помочь. Возьмите флакон, полученный в ресторане от официанта. Флакон Битца. Нам вспоминается Битц, упаковывающий свои флаконы в кухонной подсобке. Вы не видели ни клуба, ни этого человека, который был для нас так важен. Битц, наш общий врач. Он умел дать нужное восстанавливающее лекарство каждому, кто начинал сдаваться. Проводил дни в лесу и предпочитал остановиться под деревом, чем возвращаться слишком быстро. Если вы поговорите о нем с некоторыми из нас, вы увидите, что все вспомнят, как он отъезжал в сторону, позволял себя обогнать, ехал тихим ходом по второстепенным дорогам и в конце концов ставил свой мотоцикл под деревом.

Но больше говорить было нечего.

Гонки для Битца значили довольно мало. Он повторял всем, кто готов был его услышать, что ему наплевать на то, что он приезжает последним. Что он лишен спортивного азарта. Битц был забавным. Да, Битц был чертовски забавным. Говоря про лес, он всегда называл его «наш друг». Странд находил это смехотворным. Вот что мне сегодня дал наш друг, говорил Битц, вываливая перед нами то, что собрал за день. Потом он развил свою технику: нарезать, принять внутрь, записать наблюдения. Сколько раз мы находили Битца лежащим на грани жизни и смерти на кафельном полу подсобки? Или на склоне позади клуба? Рядом с ним всегда были Люф и Трувиль, готовые запечатлеть его путаные слова. Битц утверждал, что качество микстуры оценивается обратно пропорционально связности его речи после ее приема.



Вы увидите, что порошок Битца неоднороден, что на дно стакана оседают крупные кусочки, когда вы пытаетесь смешать порошок с водой. Несколько наперстков достаточно, чтобы немного изменить зрение и слух и расслабить тело. Не берите слишком много порошка.

Она выпьет. Вернет вам стакан. Ее руки мелко задрожат. Глаза завертятся в орбитах. Она поднимет их на часы и воскликнет, пять часов, боже мой, времени никакого нет, мне нужно пойти по магазинам, Мани придут через два часа. Она выпалит это, не пошевелив даже пальцем, словно ее тело отказалось от любого вида движения. Предложите ей свою помощь. Скажите, что отведете ее в лавку.

Уже там – это будет третий магазинчик, если идти по бульвару влево, – вы будете осматривать полки, толкать тележку, а она повиснет на вашей руке. Я планировала сделать баранью ногу, но я не взяла с собой рецепта, прошепчет она. Вы думаете, сделать баранью ногу – это хорошая мысль? Вы же поужинаете сегодня с нами, правда? Вам будет нужно ее успокоить. Будет нужно сказать, что все хорошо. Вы знаете рецепт. Вы возьмете ужин на себя. Она ухватится за вас еще сильнее. Вы сложите ингредиенты в тележку. Оказавшись перед замороженными продуктами, вы наткнетесь на одну из соседок, которую она вяло поприветствует. А потом в ужасе повернется к вам. Я не очень хорошо себя чувствую, признается она. Вы скажете, что скоро вы будете дома, но сначала надо закончить с покупками. Вокруг вас будут ходить перед полками несколько соседей, которых вы уже встречали в округе.

Глава 22



Вы подойдете к кассе. Поможете женщине достать из сумочки кошелек. Возьмете ее банковскую карточку. Спросите пин-код. Она прикроет рот ладонью и скажет его, смотря в сторону. Затем внезапно закричит: я его боюсь, показывая на мужчину, стоящего за вами в очереди. Это будет тот мужчина с черными волосами. В руках он будет держать упаковку яиц. Вам покажется, что он помолодел. На этом этапе – мы помним, как Порден, мастер прогнозов, это говорит, – мы все будем полны надежды. Мужчина с черными волосами сделает вид, что не узнал вас, и так будет правильно. Снова займитесь матерью Елены. Помогите ей убрать кошелек обратно в сумку. Кассирша будет наблюдать за вами с любопытством.

Смотря вам в глаза расширившимися зрачками, женщина повторит, что не очень хорошо себя чувствует. Вы вместе пойдете на выход. Что с ужином, внезапно воскликнет она, у нас есть все, что нужно? Не волнуйтесь, я возьму ужин на себя, повторите, ничего не добавляя. Она двинется за вами. Так, маленькими шажочками, вы покинете магазин под бдительным оком охранника, торчащего за своей стойкой, рядом с камерами хранения.

Печально известный всем морякам, плотный и безжалостный туман повис над Бискайским заливом сразу после того, как Флинт безвозвратно уничтожил все крупицы уважения, которые могла питать к нему Вайолет. Природа будто насмехалась над ним. Так же мрачно было у него на душе.

Снаружи вы найдете все таким же, каким оставили несколько минут назад: и улицу, и ложное спокойствие, и машины, едущие одна за другой, и коляски, и соседей, стригущих газон.

Неизбежное случилось. Ничего, он это переживет.

47.

Однако Флинт не был так уверен, сможет ли Вайолет. Он по опыту знал, что даже в глазах людей, в которых только что попала пуля, и то было больше надежды. Флинт никогда ей не лгал.

Вы приготовите ужин. Мать Елены вы отведете в гостиную. Нальете ей мартини. Из кухни вам будет удобно наблюдать за ней, за тем, как она, сидя на диване, теребит руками свой бокал. Вы увидите, как она потихоньку приходит в себя. Она смочит губы в бокале, спросит, чем вам можно помочь. Вы заверите ее, что все под контролем.

Словно в насмешку, в наказание за беспечность до встречи с Вайолет, целых два дня после выхода из порта Ла-Рошели они плыли в тумане. Флинт был слишком опытен, чтобы увидеть в этом какую-то тайну или романтику. Туман укрывал прячущихся в засаде пиратов, контрабандистов, был причиной кораблекрушений. Хотя вдоль этой части побережья Флинт мог с легкостью провести корабль — путь был прекрасно разведан моряками до него, каждая подводная скала, на которую могла наткнуться шхуна, нанесена на карту, — но в тумане он всегда прислушивался внимательнее. Звуки были обманчивы, их приглушала мгла.

И наконец за правым бортом Флинт услышал глухое ворчанье и несколько тяжелых ударов.

Вы достанете спаржу, нарежете куски мяса. Чтобы сделать соус, вы возьмете большую кастрюлю соуса и потушите в масле нарезанный кусочками лук-шалот, а потом добавите туда телячий бульон. Немного посыпьте соус порошком Битца. Впрочем, не бойтесь увеличить дозу.

— К оружию! — крикнул он.

Домой вернется мужчина, увидит ее в гостиной с бокалом мартини и спросит, все ли в порядке. Не произнося в ответ ни слова, она встанет и направится в ванную. Он зайдет к вам на кухню и слегка обеспокоенно примется вас расспрашивать. Вы его успокоите. Вам покажется, что его взгляд не такой уверенный, как раньше.

Он уже знал, что случилось, прежде чем увидел взбирающихся на корабль людей. У них в зубах зажаты ножи, за поясом торчат пистолеты и сабли. Эти звуки Флинту были знакомы как свое дыхание: ворчанье вырвалось у Грибера, когда ему ко лбу приставили дуло пистолета или нож к горлу, глухой удар — тяжелое падение его тела, после чего пират спрыгнул на палубу «Фортуны».

48.

Где Вайолет?

В семь часов в дверь позвонят Венсан Мань с женой. Ее заклинило, с вынужденным смехом скажет мужчина. Заходите через гараж. Что? – хором скажут супруги Мань. Через гараж, закричит он перед закрытой дверью, слегка наклонив голову. Подождет. Вы все еще тут? – заорет он. Что? – завопят супруги Мань. Тогда он уйдет вправо и скроется за дверью, ведущей в гараж. Через несколько мгновений он вернется с гостями. Мы и сами не знаем, паркет вспучился, посмотрите. Супруги Мань посмотрят, и Венсан Мань нахмурится, да, действительно, паркет весь искривился. Он опустится и тыльной стороной ладони постучит по полу, но никакого однозначного вывода не сделает. Может, это от жары. Мужчина объяснит, что они и сами не знают, что они позвонили в страховую компанию и что через три дня должен прийти эксперт из страховой. А у нас что-то с бойлером, признается Венсан Мань. Плохо работает. К нам придут его менять.

Флинт надеялся, что она внизу.

49.

Это была его последняя мысль, прежде чем на палубу выбежали матросы и все заглушили звуки взводимых курков, лязг выхватываемых из ножен сабель и топот ног по деревянному настилу. Его люди занимали позиции для защиты и нападения. Флинт выскочил из-за бака и ударил в грудь ногой пирата, который уже собирался перебраться через борт «Фортуны»: тот с шумом упал в воду, подняв тучу брызг.

Его матросы, да благословит Господь их черные сердца, были свирепыми и умелыми воинами, рубили ножами руки пиратов, осмелившихся зацепиться за борт корабля, словно лианы за деревья в джунглях, перерезали веревки, которыми те опутали «Фортуну». Повсюду раздавались крики, ругань, всплески от падения в воду тел, клацанье стали о сталь, глухие удары.

Женщина выйдет из ванной с бокалом мартини и воскликнет, Марин, поцелует в обе щеки Марин Мань, медоточиво протянет, Венсан, и расцелует Венсана Маня. Она успеет поправить себе прическу и накраситься: тональный крем и подводка для глаз. Супруги Мань пожмут вам руку, мужчина кратко представит вас и объяснит, что вы сегодня были так любезны, что приготовили ужин. Все рассядутся, чтобы выпить аперитив. У Венсана Маня будет хорошее настроение. Он пошутит. Все опустошат стаканы. Мать Елены улыбнется немножко не вовремя. Наступит время ужина.

— Пушки, Коркоран! — крикнул Флинт. — Матросов к пушкам!

50.

Вы пойдете за Еленой. Ее родители считают важным, чтобы дети ели вместе со взрослыми. Супруги Мань скажут, что Елена выросла. Женщина спросит вас, воспользовались ли вы возможностью позвать Шарля. Вы покачаете головой. Она скажет вам оставаться на месте. Встанет из-за стола. Вы услышите, как она зовет сына, стоя на лестнице.

— Есть, сэр!

Она вернется на свое место, и через несколько минут появится Шарль. Он посмотрит на приготовленный для него стул. Его отец будет в этот момент накладывать еду Марин Мань. Шарль спросит, мама – и по голосу будет слышно, что он уже приготовился к отказу, – я могу поесть у себя? Она ответит ему суховатым «нет», ты ешь с нами, давай, садись, все тебя ждут. Он насупится. И можешь поздороваться с Марин и Венсаном. Быстро оценив по глазам матери вероятность ссоры, он наконец едва слышно пробормочет: здравствуйте. Она попросит повторить. Он зло на нее взглянет и пойдет к Марин Мань, чтобы ее поцеловать, и к Венсану Маню, чтобы пожать ему руку. Потом снова повернется к матери. Мама, пожалуйста. Ох, ладно, давай, бери тарелку и уходи, уступит она, махнув рукой, словно прогоняя надоедливую муху. Исходящий от него запах кожаного мяча проникнет между вами и его отцом, он возьмет тарелку, случайно задевая вас при этом, и вас, и отца, и наложит себе еды. Когда он выйдет из комнаты, один из супругов Мань спросит: сколько ему уже?

Коркоран быстро занял место у орудия.

Где пираты, там и корабль, и как только они справятся с людьми, пройдет совсем немного времени, прежде чем разбойники откроют огонь по «Фортуне».

51.

В жарко натопленном камбузе Вайолет и Геркулес спорили о том, как лучше приготовить мясо к ужину, когда над их головой раздался громкий топот, словно пробежало целое стадо.

Все примутся за еду. Запихнут в рот первые кусочки. И нахмурятся. Покачают головами. Спросят, что это. Вы ответите не сразу. Они будут неприятно удивлены. К такому сильному вкусу они непривычны. Вы скажете, оленина. Оленина, изумятся они. Да, мы к такому непривычны. Они станут хихикать, как будто их веселит мысль, что они сейчас и в самом деле едят оленину. Очень нежно, заметит мать Елены. Со спаржей и укропом идет очень хорошо, добавит Венсан Мань, слишком старательно пережевывая свой кусок. Оленина – это оригинально. Это необычно. Такое ощущение, словно есть такой… привкус земли. Это соус? А вы себе соуса не положили? Вы покачаете головой. Мужчина захочет узнать, где вы нашли оленину, и вы ответите, что в лавке, ого, удивится он, они там продают оленину? Желая поддразнить мать Елены, Венсан Мань спросит, не надоело ли ей готовить свою обычную баранину, она прекрасна, действительно прекрасна, мы с Марин говорили об этом, когда собирались к вам, мы ее правда обожаем и, если уж говорить начистоту, собирались есть ее сегодня вечером. Она пожмет плечами. Вы увидите, как она крепко стиснет вилку и нож. Сожмет челюсти. Она повторит, что это вы сегодня готовили ужин. Скажет, еда превосходна, тоном, не допускающим никаких возражений. Посмотрит вам прямо в глаза и поблагодарит. Остальные подтвердят, да, это правда, еда превосходна.

Вайолет удивленно подняла голову.

Геркулес побледнел. Его нож застыл в воздухе.

Наконец его губы медленно растянулись в зловещей улыбке, и по спине у Вайолет побежали мурашки.

— Что случилось? — слабым голосом спросила она.

В этот момент до них донеслись сдавленные крики.

Геркулес со звоном бросил нож, нырнул под стол и извлек на свет кривую турецкую саблю с заостренным концом, длиннее, чем его рука. Отблески тусклого света играли на клинке.

Вайолет выронила нож. Ее ладони похолодели от ужаса.

— Геркулес, в чем дело?

— Пираты. Оставайтесь здесь.

Никогда она не слышала такой радости в голосе. Геркулес проворно выбежал из камбуза и вскарабкался на палубу.

О Боже, в ужасе подумала Вайолет. Может ли там оказаться Кот? Как такое произошло? Они ведь не везли никакого груза. Он знает, что она на борту?

Что, черт возьми, происходит?

Флинт убьет ее, если она появится на палубе; возможно, даже по-настоящему убьет.

Но если Лайон действительно среди пиратов, то, увидев Вайолет, он не причинит Флинту вреда.

Вайолет повертела в руках нож, но ее взгляд остановился на тесаке.

Когда в разгар битвы Флинт услышал душераздирающий вопль, то уже знал, что увидит Геркулеса, размахивающего ятаганом. Издавая устрашающий боевой клич, Геркулес налетел на пучеглазого пирата с усами, в нелепой полосатой рубахе, вооруженного саблей и пистолетом. Оружие описало дугу в воздухе и с грохотом упало на палубу.

Прямо к ногам Вайолет.

Инстинктивно она схватила пистолет и присела на корточки за лежащим баркасом. Ее сердце неистово колотилось, было трудно дышать. Вокруг слышался топот ног, вопли боли и крики: «Пригнись, Грибер!», «Осторожнее, капитан!». Вайолет прижала колени к груди и наклонила голову, стараясь стать как можно меньше и незаметнее. Она не знала, ранен ли Флинт и на борту ли Лайон. Это становилось невыносимым, и Вайолет осторожно выглянула из своего укрытия.

Разговор перейдет на другую тему. На тему каменной отделки стен. Марин Мань первая воскликнет, мне так нравится ваша стена, – первая, потому что стена будет прямо перед ее глазами, – отделка камнем, это так красиво. Вы повернете голову. Посмотрите на стену и внезапно увидите небольшие серые каменные бруски, которые ее покрывают. Вам сделается нехорошо от мысли, что вы не замечали их раньше. Вам в голову снова придет Льюи и длинные рассуждения обо всем, что окружает нас и ежеминутно от нас ускользает. По словам Льюи, всему виной – наши модели мышления. Вы живете здесь уже несколько недель, уже несколько недель ваш взгляд падает на все вокруг, и однако вы еще никогда по-настоящему не замечали эту стену, а с ней и весь дом покажется вам незнакомым. Мне особенно нравится отделка камнем, когда ее совмещают с современным дизайном, выскажет свое мнение Марин Мань, а ваши растерянные глаза примутся искать современный дизайн, но не обнаружат его нигде, ни у стульев, ни у овального стола, ни у четырех светильников у вас над головой, которые будут поливать вас, других людей, стол и стулья немного резким светом. Это как дерево с металлом, сочетается отлично, добавит муж Мань, расстегнувший верхнюю пуговицу рубашки, – его лицо уже приняло красноватый оттенок. А мужчина продолжит, да, у меня в кабинете как раз так, у этажерок каркас металлический, а полки деревянные, и, говоря откровенно, это выглядит отлично. А вы уже видели мой кабинет? В то самое мгновение, когда он произнесет эту фразу, он вспомнит, как был вместе с вами в этом кабинете, что именно он вспомнит, сказать трудно – может быть, как ваша голова лежит у него на плече, вы оба вспомните именно это: ваша голова лежит у него на плече, у него вид маленького мальчика, вы оба развалились на полу, в воздухе витает тяжелый запах его дыхания. Он начнет мелко дрожать, схватит стакан и выпьет залпом, потрет виски и больше не посмеет смотреть в вашу сторону. Вы встанете и пойдете в туалет. Вам будет нужно собраться с силами и избавиться от этих ненужных волнений.

Поймав прожегший ее насквозь взгляд желтых глаз пирата, она поспешно спрятала голову. Оказалось, это всего лишь мимолетно выбившийся из-за облаков луч солнца блеснул на его золотых украшениях.

Потом Вайолет увидела обезоруженного пирата, придерживавшего рукой распоротое, кровоточащее запястье, в то время как Коркоран и Геркулес волокли его под руки. Он лягался ногами и ругался на неведомом языке, пока они не сбросили его в море. Вода поглотила его, и крики стихли.

Боже правый… Если ей удастся остаться в живых, она никогда больше не решится ни на одну авантюру.

52.

Вайолет приподнялась на колени, чуть высунувшись из-за баркаса. В благоговейном ужасе она смотрела, как Флинт, не жалея себя, бросается в самую гущу битвы, получая и раздавая удары, поднимая свою огромную саблю над головой и скрещивая ее с другими смертоносными клинками, которыми он был окружен со всех сторон. Он хватал нападавших на его матросов пиратов и яростно швырял на палубу, выбивая из них дух; проворно, почти весело уклонялся от ударов сабель и кулаков. Его рубашка была заляпана чужой кровью.

Вайолет нигде не видела Лайона.

Когда вы вернетесь и сядете за стол, они будут накладывать себе добавку. Под их зубами мясо с укропом превратится в кашеобразную зеленоватую массу. Больше никто не будет хмурить брови, ничего подобного, теперь мясо будет им нравиться, они будут в восторге, они будут чуть что смеяться и накладывать себе добавку. Вам покажется, что они теперь никогда не захотят остановиться. Они будут наполнять рот едой и вином. Будут говорить о вине, набирая полный рот вина и еды. Они повеселятся от души. Будут соскребать с блюда остатки мяса. Это было просто потрясающе, похвалит вас Венсан Мань между двумя фразами сбивчивого диалога о росте ВВП и сложностях бронирования площадок для игры в сквош.

Внезапно в толпе пиратов возникла золотистая голова Лавея, крепкая фигура Коркорана и ярко-рыжая шевелюра Грибера. Вайолет не пережила бы, если бы кто-то из них пострадал.

Заговорит Марин Мань. Она упомянет школу пения. Мы недавно записали в нее Нико, объявит она. Она попросит каждого подтвердить, что это хорошая школа. И каждый согласится, да, это отличная школа, вы знаете, месье Ален был в свое время ведущим тенором, он много где пел, в том числе в «Травиате», в Милане, да, думаю, замечательно, да, слышала об этом, это очень хорошо для детей, и недалеко к тому же, нет? Недалеко, нет, совсем недалеко, и это вы теперь отводите туда Елену? Вы улыбнетесь и кивнете, а мать Елены на другой стороне стола как будто начнет медленно приходить в чувство. Она обратится к своей дочери: Елена, спой для Марин ту песню, которую ты выучила в школе, да, точно, песню, подхватят супруги Мань, встань на свой стул, Елена, прикажет ей мать, стараясь всеми силами держаться прямо, Елена откажется, ее мать будет настаивать, сонно покачивая головой, как боксер, пропустивший сильный удар, с застывшим взглядом и отяжелевшими веками, давай, вставай.

Она на мгновение повернулась к палубе спиной, прислонилась к лодке и попыталась собраться с мыслями, хотя от страха стало тяжело дышать. Курок пистолета был взведен. Просто чудо, что он не выстрелил, упав на палубу. У Вайолет не было времени проверять, есть ли в нем патроны. Если из пистолета уже стреляли, теперь он был все равно бесполезен. Но зато его можно использовать как дубинку или метательный снаряд.

В конце концов Елена заберется на свой стул. Твоя мама сказала, что ты очень хорошо поешь, подбодрит девочку Марин Мань, и вы увидите, как Елена отрицательно качает головой, смотрит на мать, а та снова просит ее спеть. Покажи Марин и Венсану, как ты хорошо поешь, Елена, давай, Елена захочет спуститься со стула, но мать станет ее удерживать, нет, нет, стой. Она выучила новую песню, называется Whispering Light, увидите, это очень красивая песня, о, Whispering Light, начнет Марин Мань, но потом спохватится, ах нет, я перепутала, нервно засмеется, я все перепутала, давай, Елена, продолжит упорствовать мать Елены, а Венсан Мань захлопает в ладоши, песню, песню. Именно в этот момент вы решите взять Елену за подмышки и отнести наверх. Ей нет никакого смысла оставаться внизу этим вечером.

Вайолет снова высунула голову из укрытия, и в этот миг перед глазами мелькнула золотистая копна волос: Лавей пытался обезоружить пирата, стремившегося нанести ему удар саблей. Вдруг она увидела то, чего не мог видеть Лавей: другого пирата, бежавшего к нему с саблей наперевес. Вайолет в ужасе закричала и тут же прикрыла рот рукой.

Уже в кровати она станет задавать вам вопросы об оленях. Она спросит, из того ли они леса, что и ежики. Вы скажете, да, они из того же леса и они проводят там ночь, не показываясь на глаза. Мы их ели? – слегка испуганно спросит она. Просто тихонько улыбнитесь. У вас впереди не так много времени.

53.

Но Флинт был начеку, от него ничто не ускользало, и в мгновение ока он оказался рядом. Острие сабли было всего в нескольких дюймах от Лавея, когда Флинт нанес разбойнику смертельный удар, выдернул из тела пирата меч, и тот, бездыханный, рухнул на палубу.

Спустившись вниз, вы еще из прихожей увидите, что Марин Мань стоит на стуле, подождите, сейчас я все вспомню, она нервно засмеется, как же там, протянет первую дрожащую ноту, нет, не так, мне кажется, что начинается ниже. Марин поет для нас песню, объяснят вам, ах нет, откликнется она, у меня ничего не получается, не давите на меня, и захихикает, обмахиваясь рукой с растопыренными пальцами, но свежести от этого никакой не будет, а только совершенно бесполезный поток воздуха, который эти пальцы словно будут гонять туда-сюда, и тут внезапно мужчина вскрикнет, десерт, я почти забыл про десерт, десерт, десерт, подхватит Венсан Мань, снова хлопая в ладоши, и вы отправитесь на кухню, сделав мужчине знак, что возьмете это на себя, потом достанете из холодильника принесенный супругами Мань десерт – клубничную шарлотку или абрикосовый пирог, что-то в таком духе, а мужчина пойдет за вами на кухню, вот к чему вам нужно приготовиться – к тому, что он заявится на кухню, неловко возьмет вас за руку, отчего пирог чуть не упадет на пол, постарается что-то вам сказать, напрягая до невозможности красное лицо, на котором выступит височная артерия, будет теснить вас с нетерпеливой энергией, и вы испугаетесь, что вас услышат, он с нежностью произнесет ваше имя и приблизит свои безумные глаза к вашим глазам, он будет что-то говорить, но вы ничего не поймете из того, что он скажет, речь будет идти о чувстве, тревоге, привязанности, а еще, может быть, о страхе, но вы ничего не поймете. Вы попробуете отстраниться, но он, не отдавая себе в этом отчета, не желая этого, будет крепко держать вас за руку, его пальцы будут слишком сильно сжимать ваше предплечье, и вы станете вырываться. Тогда он осознает, что делает вам больно, попросит прощения, еще раз попросит прощения, произнесет ваше имя, чуть ли не начнет плакать и снова заговорит, поспешно и неотчетливо, о тайном свидании, любви и нерабочем понедельнике, скажет еще что-то, а потом наконец затихнет. Он захочет прижать вас к себе. Оттолкните его и понаблюдайте за ним. Он будет трепетать как кролик, которого держат на ладони. Это слова Льюи: кролики трепещут.

Лавей лишь коротко кивнул, продолжая легко и изящно орудовать своей смертоносной саблей, и всего через несколько секунд второй пират лежал мертвым.

Это было так дико, ужасно и одновременно завораживающе и невероятно красиво.

Вайолет задрожала. Она не могла оставаться в укрытии и не могла уйти, и безмолвно молилась так, как никогда в жизни, горячо и отчаянно.

Вы подойдете к ящику со столовыми приборами и достанете из него пять ложек и нож. Разрежете пирог. Вы будете стоять спиной к мужчине, так что можете посыпать сверху еще немножко порошка Битца. Когда вы это сделаете, вернитесь к остальным, пирог, пирог, обрадуется, увидев вас, Венсан Мань, и они наполнят свои тарелки, появится мужчина, у него будет мокрое лицо, и вы догадаетесь, что он его ополоснул, в руках у него будет бутылка, которую он покажет всем по очереди и скажет, Asti spumante del Piemonte, подчеркивая созвучие итальянских слов, и супруги Мань дружно зааплодируют, мы обожаем «Асти», он нальет всем вина и спросит у жены, почему она не ест десерт, ты обязана это сделать, дорогая, он великолепен, его принесли Марин и Венсан, тебе надо постараться, да что такое с этой песней, никак не могу вспомнить, продолжит упорствовать Марин Мань, тихо и неуверенно напевая ноты этой шаткой мелодии, ты можешь ее поставить, Бертран? Конечно, Марин, конечно, и он завозится с пультом, пойдет звук: струнный перебор и голос, поющий поп-песенку на английском языке, и все это произведет электризующее действие на Марин Мань, таншуем, таншуем, обратится она ко всем, во рту и в руках у нее будут абрикосы или клубника, и она уже начнет вилять бедрами, а Венсан Мань, смеясь до слез, станет повторять, таншуем, таншуем, и возьмет жену за талию, в то время как мужчина пригласит вас танцевать, но вы не двинетесь с места, рядом будет мать Елены, она тоже останется за столом и будет глядеть в пространство, а в ее бокале будут бежать вверх пузырьки Asti del Piemonte — сама бутылка будет трястись в руках ее мужа, который попереминается перед вами с ноги на ногу, подойдет к вам и снова пригласит вас на танец, но вы снова ему откажете, ах, она не танцует, скажет про вас Венсан Мань, чьи растрепанные волосы будут слегка колыхаться при каждом движении головы в такт музыке, она не танцует, подхватит мужчина, но у нее есть другие достоинства, он осушит бокал, представь себе, она разбирается в финансовом менеджменте, в финансовом менеджменте? – да, она помогла мне провести переговоры с банком и благодаря ей мы получили ставку 1,20 по нашей ипотеке, 1,20? – завизжит Венсан Мань, на сколько? – на двенадцать лет, а следующая песня на диске будет спокойней и заволочет густой пеленой их головы, разгоряченные продукцией Битца, 1,20 на двенадцать лет, повторит Марин Мань и внезапно встанет на месте, лишь пошатываясь из стороны в сторону, как кегля в боулинге, с задумчивым взглядом, словно она переделывает в голове таблицы амортизации, и потом придет к выводу, – это будет словно озарение, – что это просто суперставка, да, поддержит Венсан Мань, суперставка, снимаю перед ней шляпу, Себастьен нам с этими вопросами не поможет, но тут, конечно, как повезет, скажет он, меряя вас взглядом, никогда не знаешь, кто попадется, когда обращаешься в такие компании, как ваша. И пока он будет сокрушаться, вы вспомните то, что мы вам рассказывали: как Мезаль сидел в клубе у телефона и отвечал на вопросы звонящих семей, в то время как Гиг просто уписывался перед стойкой, да, Мезаль с его невозмутимым голосом идеально подходил для этой роли, он прижимал трубку нашего старого телефона ко рту и воплощал собой уверенность и профессионализм. Вы прошли какую-то специальную подготовку? – захочет узнать Венсан Мань, продолжая слегка покачиваться, у него будет багровое лицо, а из-под расстегнутой рубашки будет выглядывать нательная майка, и он, как вам покажется, соберет все остатки вежливости, чтобы поговорить с вами, и вы ответите, да, конечно, я проходила всякого рода специальную подготовку. Но это не важно, добавите вы. Как это не важно? – спросит Венсан Мань, а мужчина сзади вас разгорячится не на шутку, она знает даже закон Дюффинеля, и это вызовет у Венсана Маня восторг, в то время как рядом с ним его жену начнет трясти все опаснее, а ее ноги будут упираться в пол, словно несъемные колышки от палатки, вы знаете закон Дюффинеля. Да, но это не важно, ответите вы. Как это? Ну конечно, закон Дюффинеля – это важно, заорет Венсан Мань, закон Дюффинеля – это архиважно. Нет, это не важно, повторите вы неожиданно серьезно, глядя на них по очереди, все, что вы считаете важным, таковым не является, и когда все рухнет, когда все, что вы знаете, исчезнет, вы поймете, что все это было не важно.

Она опустилась на корточки, когда раздался оглушительный грохот и воздух наполнился едким дымом. Над левым бортом поднялась огромная волна. Пираты выстрелили по «Фортуне» из пушки.

— Огонь! — взревел Флинт, продолжая отражать удары сразу двух пиратов, — Коркоран!

Ваши слова пробьют какую-то брешь в этом вечере, вызовут напряженную тишину, которую вскоре разорвет их дружный гогот, будет смеяться даже мать Елены, все еще сидящая на стуле, когда все рухнет, хорошая шутка, скажет Венсан Мань и, не в силах сдержаться, захохочет еще громче, хорошая шутка, механически повторит Марин Мань, и вдруг из нее вырвется полдецилитра густой зеленоватой массы, которая растечется по ее блузке, словно медленная лава, извергнутая больным вулканом, дорогая, Марин, но, салфетки, салфетки, скорее, салфетки! Венсан, меня вырвало, я плохо себя чувствую, но как же так, что с тобой случилось, тут, конечно, жарко, ты в порядке? Да, уже лучше, хочешь воды? Да, пожалуйста, и Марин Мань вытрется, ей нальют стакан воды, и она немного попьет, муж отведет ее в ванную, они вернутся, извините меня, мне очень жаль, наверное, нам пора домой, да, дорогая, пойдем, мы слишком много выпили, на самом деле – Венсан Мань постарается слегка приглушить свой восклик – мы совершенно напились! В любом случае спасибо за ужин.

Матросы повиновались. По фитилю, шипя, заскользило пламя, и корабль задрожал от пушечного выстрела. Тут же раздался оглушительный треск расколотого дерева.

Мужчина проводит гостей в прихожую, и Венсан Мань бросит вам издалека, какая вы забавная, как это вы сейчас сказали? Когда все рухнет? Очень смешно! Very funny! И блузка Марин Мань с круглым зеленоватым пятном на груди исчезнет за дверью, ведущей в гараж, а мужчина, пошатываясь, объявит, что отправляется спать, оставляю вас с женой, и пойдет по лестнице наверх, задевая плечом за стену, шух-шух-шух.

Главная мачта пиратского судна оказалась расколотой пополам, верхняя часть болталась, будто висельник на веревке.

54.

К ужасу Вайолет в этот миг примешались восторг и прежде неизведанная жажда крови. Она желала команде победы. Они могли победить, даже несмотря на численное превосходство врагов.

Ее веки будут биться о глаза, словно два потрепанных стеклоочистителя о машину. Она коротко вам улыбнется. Думаю, надо убрать со стола, скажет она. Потом быстро встанет и прижмет вас к себе. Спасибо, шепнет она вам в шею. Спасибо за ужин. Спасибо за все. Вы тоже обнимете ее. Обнимите ее как можно сильнее.

По палубе были разбросаны мертвые тела. Вайолет заметила блестящую, словно рукоятка пистолета, лысину Геркулеса. Взмахом сабли он отразил удары двух пиратов, а потом безжалостно зарубил их. Но в ту же минуту его атаковали еще двое. Геркулес выглядел устрашающе, но он был такой коротышка.

55.

Ах, Геркулес…

Вы вместе соберете приборы и тарелки. Уже на кухне вы предложите ей немного вина, чтобы допить бутылку, и она протянет вам свой бокал. Я уже совсем пьяна. Вы чокнетесь. С того места, где вы будете стоять, вам будет виден пол в прихожей. Не знаю, как все это решится, подумает она вслух. Надеюсь, страховая компания что-нибудь придумает. Она посмотрит на грязные тарелки, сваленные у раковины. Я не хочу сегодня все это убирать. Займемся этим завтра. Вам покажется, что она колеблется. И я не хочу сразу ложиться. Мне хочется еще немного посидеть с вами. Может быть, посмотрим одну серию, перед тем как идти спать?

Флинт подоспел вовремя. Как ему удавалось так быстро передвигаться? Вместе с Геркулесом он быстро и аккуратно прикончил обоих пиратов.

Когда Флинт обернулся, в грудь ему было направлено дуло пистолета.

56.

Он замер на месте.

В правой части экрана появится Лесли Джонс. Она прижимает к уху телефон. Она будет говорить, складывая пачки денег в чемодан, лежащий у нее на кровати:


– Where are you Juan?
Хуан, где ты?

– Will you be waiting for me there?
Ты будешь ждать меня там?


О Боже, Боже!

Она закроет чемодан и сядет на кровать, по-прежнему держа телефон в руке.

Через несколько секунд весть о пленении капитана разнеслась по кораблю.


– 30,000.
30 000.


— Прекратить огонь! — заревел пират.

Она приложит ладонь ко лбу.

— Прекратить! — крикнул Флинт своим матросам.


– Love you too.
Я тоже тебя люблю.


В этом не было необходимости. Вокруг воцарилась тишина, нарушаемая лишь стонами корчившихся на палубе раненых. Матросы смотрели на своего капитана, стоявшего под дулом пистолета, кое-кто бормотал сквозь зубы.

57.

Флинт по-прежнему прижимал к боку саблю. Пистолет торчал за поясом. Если он потянется за ним, это будет означать верную смерть.

Она заснет у вас на плече. Вы услышите, как по лестнице спускается сын, потом останавливается – вероятно, он удивлен, что вы все еще здесь. Он сядет на диван рядом с вами. Глядя прямо перед собой, он натянет уголок пледа на колени. И будет смотреть вместе с вами, как Лесли Джонс отправляется одна в свое безумное путешествие, как с наступлением темноты она садится в машину, на заднем сиденье которой лежит чемодан со всеми ее сбережениями в наличных. Вы уберете руку, которую он положит вам на бедро. Потом он тоже уснет. Вы досмотрите титры до конца, и все это время в темноте ночи и мрачной тишине гостиной будет звучать слегка меланхоличная рок-песня.

— Сдавайтесь, капитан Флинт. Положите оружие, и вы станете нашим пленником. Мы вас не убьем. Но если кто-нибудь из ваших матросов шевельнется, я застрелю вас на месте. Возражения есть?



Разбойник говорил со странным акцентом с перекатывающимися звуками «л». Он был высокий, костлявый и, угловатый, плащ, будто приспущенный флаг, спадал с плеч. Заплетенные в косичку грязные черные волосы повязаны красным платком. Тусклые черные глаза бесстрастны. Вайолет поняла, что этот человек давно привык убивать, и, возможно, ему это даже доставляло удовольствие.



58.

Она вспомнила сказанное об одном из пиратов за ужином у Эберов: «безобразный». Должно быть, это он, подходит под описание.

Утром вы встанете и у вас будет ощущение, что все движется слишком медленно. Однако никогда еще вы не были ближе к цели. Складки ночной рубашки оставят бороздки на вашей коже. Лицо покажется вам постаревшим. Вы приготовите себе кофе. Вернетесь в комнату. Почитаете еще несколько страниц протокола. К вам зайдет Елена. Она станет играть рядом с вашей кроватью. Позже проснутся и ее родители. Наверное, сначала мать. Вы услышите, как они жалуются на усталость и головную боль. Они тоже нальют себе по чашке кофе. Поднимутся обратно наверх.

Значит, Кот нипричем.

Вы будете читать. Страница за страницей. Вас снова сморит сон. Когда вы проснетесь, вы заметите в узком окне, освещающем комнату, несколько мимолетных облаков, пропитанных дождем, который они унесут куда-то вдаль. Елена во время игры будет издавать тихие звуки. Вы прислушаетесь. Вам покажется, что она поет. Но нет, это будет лишь что-то похожее на пение. Родители Елены придут за ней. Они робко постучатся в вашу дверь. Елена, дорогая, ты там? Они поведут ее в парк. Вы дождетесь того, когда, подгоняемые желанием подышать свежим воздухом, они поведут ее в парк.

Флинт хладнокровно оценил обстановку. Его грудь тяжело вздымалась после битвы, Вайолет дышала с ним в такт, как будто хотела помочь ему. Рубашка в пятнах пота и крови — врагов и его собственной — прилипла к телу.

59.

Никогда прежде Вайолет не видела Флинта, сдавшегося на милость людей или обстоятельств.

Это было невероятно, все равно что смотреть, как солнце навсегда утонет в море. Этого нельзя позволить.

— Давайте, капитан Флинт. Отдайте мне свою саблю, и мои люди прекратят сражение. Вы же видите, нас больше.

Вы будете бесцельно ходить по дому. Вы убедитесь, что все на месте. Посмотрите на это пространство, которое начало меняться: на вздувшийся паркет, еще крепкие растения. Поднимитесь на второй этаж. Зайдите в их комнату. Сядьте на их кровать. Вам там понравится. Постель будет прибрана. Вы вытянетесь на ней. Вот куда они приходят спать каждый вечер – в эту большую и пустоватую комнату. Ваши руки погладят вмятины, которые оставили ночью их тела. Повернув голову, вы заметите тумбочку матери Елены. На ней будет лежать книга. С другой стороны кровати вы увидите такую же тумбочку, но уже с несколькими спортивными журналами и финансовым еженедельником сверху. Не медлите больше. Пройдите в гардеробную. Слева вы увидите длинную перекладину, на которой будут развешаны мужские костюмы. Выберите один. Внизу вы найдете все его ботинки: черные и коричневые, почти одинаковые, идеально начищенные. Возьмите пару ботинок, стоящих в самом центре, – марки «Берлути», с двойной прошивкой, точно такие же, какие он носит каждый день. Затем пойдите к другой стене и достаньте из корзины для белья светлое платье матери Елены, то, связанное у вас с совместным походом в ресторан. Выйдите из их спальни и убедитесь, что плотно закрыли дверь. Отнесите платье в вашу комнату и оставьте его на кровати. Спуститесь на первый этаж. Пойдите в гараж и разместите ботинки вместе с аккуратно сложенным костюмом рядом с садовыми инструментами. Подвиньте газонокосилку, чтобы расширить проход. Найдите наверху этажерок, стоящих в глубине гаража, скрученные пляжные коврики и разверните их на полу.

— Было больше. Пересчитайте трупы на палубе, сэр. Теперь мы в равном положении.

— Однако сейчас именно я держу на прицеле капитана «Фортуны», ваша жизнь в моих руках, а значит, мы победили. Бросьте, капитан Флинт, опустите оружие, а мы посадим ваших людей в лодку и заберем ваш корабль. Вы так нелюбезно повредили наш.

Скай записал где-то слова Льюи о бесполезности того, что нас окружает, того, чем мы себя окружаем, всех этих предметов, которые загромождают наши гаражи и чердаки. Многие сходятся во мнении, что эти мысли так себе, что тут Льюи не на высоте своего таланта, но даже так Льюи все равно с нами, разве это не странно? Вернитесь в дом. Теперь вам нужно будет только ждать. Ждать и снова ждать, таковы были слова Льюи. Ожидание. Царство без добродетели – еще одна цитата. Царство и добродетель – вот под каким углом представлялись вещи Льюи.

— Откуда вы знаете мое имя?

60.

Флинт говорил так спокойно, как будто они сидели за пивом в пабе.

— Слава идет далеко впереди вас, капитан. Нам известно, что вы плаваете на «Фортуне» и перевозите ценный груз, об этом мы узнали от капитана Галликсона. Нам нужен ваш груз. Зачем я все это вам объясняю? Вы же не впервые в жизни видите пирата.

Позвольте себе принять ванну. У вас есть время. Надевайте их халаты, пользуйтесь их полотенцами, их кремами, их мылом. Лежащая в ванне, укрытая пеной, вы будете похожи на Лесли Джонс, расслабляющуюся после трудного дня. Вы представите, что рядом с вами съемочная группа с наведенной на вас камерой. Вы станете принимать разные позы. Например, лежать с закрытыми глазами, словно вы стараетесь забыть про все заботы. Или еще не отрывать глаз от пены, как это иногда делает Лесли Джонс, и это означает, что вы размышляете, зритель должен будет сразу понять, что вы глубоко погружены в свои мысли, а если вы чуть-чуть усилите выражение лица, у вас получится отупение – и застывший взгляд, камера приблизится к вам вплотную, и на экране будет видно ваше лицо – огромное, огромное и непостижимое. Будет воскресенье, вам останется воскресенье, и всё. Вы вытретесь. Ждать и снова ждать, не забывайте эти слова Льюи.

Но Вайолет знала, что на «Фортуне» нет никакого ценного груза. Галликсон пытался натравить на них пиратов! Должно быть, он хотел, чтобы их убили.

61.

— С кем имею честь говорить?

В устах Флинта слово «честь» было наполнено сарказмом.

И если все будет сделано в правильном порядке, с соблюдением всех мер предосторожности, если все пройдет по плану, если вы будете следовать нашим инструкциям, если они отреагируют так, как мы себе представляем, если все будет так, как мы надеемся, если ничто не было завершено раньше из желания поскорее со всем закончить, если все будет спокойно и попросту готово, если у вас будет обычный пульс, если вы не совершите никаких оплошностей и ваше положение будет уверенным, и они будут вас любить, и вы будете любить их, безусловно и беззаветно, в том смысле, в каком это понимает Льюи, то есть в смысле тесной взаимной связи, неизбежной близости между человеческими существами, и если – и только в этом случае – вы будете там, где нужно, то Родриго наконец сможет появиться.

— Вы говорите с самим Котом, месье.

62.

За изумленным молчанием последовал громкий треск — часть мачты пиратского судна рухнула на палубу. Это еще больше разозлило пирата.

Родриго будет от вас очень далеко, на ферме, в лицее, в цехе пекарни или в справочной супрефектуры. Не важно. Не важно, где будет Родриго. Может, он будет просто спать в кузове фургона.

— Какая чепуха! — В голосе Флинта слышалось удивление.

«Ради Бога, Флинт! Не надо сердить этого человека».

Вокруг него будет волноваться город. Вы узнаете, что он прозябает там уже несколько недель, но это ни на что не повлияет: в нужный день и нужный час Родриго будет у вас. Прохожие в центре города будут иногда задевать металлические стенки фургона, не подозревая, что внутри живет молодой человек, что он лежит там на тонком матрасе. В том же самом фургоне, занимая его вторую половину и смотря в ту же сторону, что и Родриго, будет стоять мотоцикл, прикрепленный к бортам с помощью ремней, образующих над ним крест. Зазвонит будильник на наручных часах Родриго, и он проснется. Или это будет телефон. Все еще сонный, он вытащит его из кармана джинсов. Прислонится к стене фургона. Будет коротко отвечать на указания собеседника.

— Почему вы меня оскорбляете, капитан Флинт? — прошипел пират.

Он схватится за один ремень и потянет, чтобы проверить, крепко ли закреплен мотоцикл. Он откроет защелку и ослабит ремни. Мотоцикл резко накренится. Родриго прислонит его к одному из бортов фургона. Он рассмотрит свое отражение в зеркале, которое будет висеть прямо на металлической стене на маленькой веревочке, обмотанной вокруг болта. Он проведет рукой по своим коротким темным волосам. Родриго спустя несколько недель после вашего появления будет двадцать пять с небольшим.

Вайолет заметила, что у него не хватает половины зубов; наверняка когда он говорил, то брызгал слюной.

Потом он станет действовать чуть решительней, чуть собранней, как будто все началось: его день, его миссия, его работа. Прохожие в центре города услышат звуки, доносящиеся из фургона. Но никто не остановится, когда они увидят, как он опускает пандус и выводит мотоцикл. Это будет бело-зеленый «Сузуки», с выпуклым протектором на шинах и резким ходом, как мы любим.

— Насколько мне известно, Кот и его команда не сражаются как перепуганные хищники, — спокойно объяснил Флинт. — Другими словами, честь имеет для них большое значение. Вы не Кот, — пренебрежительно закончил Флинт.

Родриго хлопнет задними дверями фургона, убедится, что они хорошо закрыты, что телефон у него в кармане, оседлает мотоцикл, тронется, быстро помчится по проспекту. Он поедет среди высоких домов, потом станет больше света, он неспешно заберется на холм, пронесется мимо водонапорной башни и решительно начнет спуск.

«Не надо его провоцировать, Флинт, не надо…»

Похожий на длинноногое насекомое, ухватившись за руль и округлив спину, словно панцирь, Родриго будет проглатывать белые полосы, а пейзаж вокруг едва уловимо начнет меняться, холмы разгладятся.

Флинт замер.

Он доберется до пруда и его поросших лесом берегов, и внезапно небо полностью очистится, новый асфальт, запах которого насыщает воздух в жаркие дни, лентой побежит под его колесами, он повернет еще раз налево, еще раз направо, и вы услышите гул его идеально сбалансированного двухтактного двигателя, услышите, как в нескольких сотнях метров от дома мотоцикл петляет среди дальних улиц района, приближается к дому по спирали, сначала с одной стороны, потом с другой, а потом Родриго появится в конце улицы и вскоре остановится на тротуаре у дома напротив. Сосед поднимет голову. Родриго стремительно пойдет по дорожке к дому, где вы уже будете ждать его у открытой двери гаража.

— Прекрасные слова от человека, который сейчас может все потерять, капитан Сноб.

Даже пираты не удержались от усмешки.

Когда он увидит вас, его лицо не выразит ни капли удивления. Ведь это должно было случиться, все идет по плану, мы позаботились о том, чтобы было именно так, чтобы каждый из вас делал то, что ему положено, чтобы ход вещей следовал по этому узкому пути одним образом, а не другим, так что, как мы и планировали, Родриго покажется вам совершенно холодным, отстраненным и сосредоточенным. Ваше ожидание наконец кончится. Вы не будете знать, откуда приехал Родриго, но это ни на что не повлияет. Его ледяной вид поразит вас со страшной силой, как внезапный порыв ветра в тихий день. Родриго будет похож как две капли воды на Хуана Габриэля Палмераса.

«Он что, хочет, чтобы его убили?» Вайолет вся покрылась потом от страха. Ее ладони были влажными, в животе будто застрял кусок льда.

63.

Пират злобно сузил черные глаза, оценивающе разглядывая графа, и медленно повернул пистолет в руке, так что дуло было направлено прямо в сердце Флинта. Биение этого сердца Вайолет слышала, когда он нес ее на руках в каюту, после того как она чуть не утонула. Это сердце билось в такт с ее, когда они поцеловались.

Он пойдет за вами. Тихо проведите его в глубь гаража. Возьмите с этажерки рубашку, помогите ему снять футболку. Дайте ему рубашку. Пока он будет застегивать пуговицы, снимите с него кроссовки. Он наденет костюм, потом наклонится, чтобы завязать свои «Берлути» и натянуть повыше темные носки.

Теперь ледяной комок стоял у нее в горле.

Теперь пусть он следует за вами к двери, ведущей в прихожую дома, он будет двигаться с расчетливой медлительностью, застегивая на запястье часы и вставляя в ухо серьгу.

Этого не может произойти.

Родители Елены будут на втором этаже. Мужчина поднимется немного отдохнуть, а она будет принимать душ. Пришел эксперт из страховой компании, объявите вы поставленным голосом. Вы свое дело сделали. Теперь черед Родриго показать себя.

64.

Спутанная борода пирата дернулась, и мясистые губы изогнулись в презрительной усмешке.

Родриго представится. Осмотрит паркет, обойдет комнату. Наклонит голову, проанализирует возможности. Он приложит ладонь к полу, словно чтобы оценить степень влажности или деформации. Он достанет из сумки рулетку и станет делать измерения. Вы будете смотреть, как он ловко хлопочет в костюме, как будто занимался этим всю жизнь. У мужчины напротив будет такой же костюм, как у Родриго. К вам спустится мать Елены, ее волосы будут еще влажными, это эксперт из страховой компании, объяснит ей муж. Родриго снова представится, он не скажет Родриго, он скажет Мишель, или Микаэль, Микаэль Мюллер, страховой эксперт. Он продолжит свои измерения, результаты которых будет заносить в небольшую записную книжку. Он вытащит калькулятор, перемножит какие-то цифры и забормочет, разбивая слова паузами, двенадцать целых пятьдесят четыре сотых квадратного метра. Она будет смотреть, как он все это делает, и вы увидите, что и она тоже поражена его сходством с Хуаном Габриэлем Палмерасом, что она, как и вы, подумала, что этот человек мог бы в самом деле быть Хуаном Габриэлем Палмерасом.

— Капитан Флинт, разговоры закончились, опустите оружие. Если вы откажетесь повиноваться, мне с сожалением придется вас застрелить.

Мужчина спросит у Родриго, понял ли тот, что случилось, из-за чего все случилось, и Родриго ответит, просочилась вода, скорее всего, просочилась вода. Чтобы узнать точно, нужно все здесь убрать. В любом случае вы же не можете пользоваться дверью, верно? Родриго попробует открыть дверь, но она даже не шелохнется. Должны прийти наши мастера, снять паркет и очистить стены, тогда станет понятно. Мы поймем, из-за чего возникла проблема и что можно сделать. Мужчина встревожится, вы собираетесь снять паркет во всей прихожей? Родриго поправит его, нет, не только в прихожей, но и на всем первом этаже. Мы снимаем пол и очищаем стены. Если где-то просочилась вода, необходимо обнажить конструкцию дома, чтобы понять, откуда она взялась. Мужчина побледнеет. Родриго сверится с записной книжкой. Послушайте, тут у вас все очень серьезно. Нужно действовать быстро. Мы можем назначить работы на завтра, у меня есть свободная команда. Завтра, так скоро? – удивится она. Она попросит еще раз подтвердить – она не уверена, что все правильно услышала, – что они снимут весь пол, и уточнит, вернут ли они потом все в прежнее состояние, Родриго не станет этого обещать, вернуть все в прежнее состояние часто невозможно, мы сделаем нечто, скорее, похожее. Потом он добавит, что ему нужно идти. Он не забудет оставить им небольшой кусочек картона, вот моя визитка.

— Флинт, — тихо, предупреждающе прошептал Лавей.

Пират, стоявший рядом, ткнул острие клинка Лавею в горло. На коже выступила капелька крови и блеснула в мглистом свете дня.

Вы пойдете его провожать, и, когда вы окажетесь в гараже, у вас будет всего несколько секунд, чтобы устроить его за газонокосилкой, там, где вы заранее положите на пол пляжные коврики. Родриго ляжет, скрючится, а вы схватите синий брезент, накрывающий велосипеды, и бросите на него. В дверь гаража постучат, Родриго еще чуть-чуть двинется под брезентом, а потом все, он больше не шевельнется, не дернется. В дверь гаража снова постучат. Вы откроете. За дверью, перед вами, будет стоять сосед, он спросит, все ли в порядке, и постарается заглянуть внутрь, захочет узнать, что за мужчина недавно заходил к вам, нет ли у вас каких-то проблем, все ли в порядке, и при этом ни на секунду с его губ не будет сходить неподвижная и пугающая вас улыбка, вы его прого́ните, на нем будет зеленая рубашка-поло, вся в пятнах. Он не должен зайти ни под каким предлогом. Прогони́те его, закройте дверь и заприте на засов. Обернувшись, вы увидите синий брезент, разостланный позади газонокосилки. Вам будет трудно представить, что под ним лежит Родриго. Все покажется вам тихим и неподвижным. Вам будет пора возвращаться в дом. Вы подниметесь в свою комнату. От ее платья, лежащего у вас на кровати, будет исходить ее запах, легкий и сладкий, словно от цветов лугового сердечника. Вы когда-нибудь уже нюхали луговой сердечник? Уберите платье в шкаф. Скоро оно вам понадобится.

Вайолет коснулась рукой горла. В ней закипал гнев.

65.

— Я бы сдался человеку, — небрежно заметил Флинт, — но как-то глупо сдаваться на милость крысы, сэр. Боюсь, это невозможно.

«Нет, Флинт!»

Вас разбудят сильные удары по стенам, скрежет шлифмашины, разрезающей трубы, треск планок, которые отрывают от пола ломом-гвоздодером, громкие разговоры. Четыре человека в комбинезонах будут суетливо перемещаться из комнаты в комнату, не обращая внимания на ваше присутствие. Родриго будет стоять в центре прихожей, сосредоточенно следя за надлежащим выполнением работ, его костюм будет лишь слегка помят. Прихожая успеет превратиться в пустырь, заваленный поломанными досками, кусками штукатурки и металлическими обрезками. Хозяева прижмутся к одной из стен. Не волнуйся, дорогая, услышите вы, они все восстановят, они решат проблему и все восстановят. Перед входной дверью на голом бетоне будет красоваться темное пятно.

Капитан стоял твердо, как его собственный корабль. Ладонь застыла на рукоятке сабли. Он походил на прекрасного, загнанного в угол дикаря, внешне спокойного, уверенного, сдавшегося на милость противника. Но на самом деле он был готов к прыжку, даже если ему самому придется погибнуть в борьбе.

Вайолет с силой прикусила губу, чтобы не выкрикнуть имя Флинта. Ей хотелось в последний раз перед смертью заглянуть в его глаза. Она знала то, что скорее всего знал и сам Флинт: ему все равно придется погибнуть от руки этого негодяя, которому неведомо понятие чести. Она знала, что его команда обречена, несмотря ни на какие посулы пирата. Поэтому Флинт не позволит подлецу использовать честь как оружие против него и не удостоит его даже притворным почтением. Этот пират был настоящим негодяем. Ему просто повезло, только и всего.

Из белого облака вынырнет рабочий с густыми бровями и позовет их: вам бы лучше чем-то накрыть ваши вещи. Вы сделаете вместе с ними несколько шагов в гостиную и поймете, что уже слишком поздно, что рабочие уже принялись за стены и всё – и стол, и телевизор, и музыкальный центр – уже покрыто штукатуркой, толстым равномерным слоем зернистой штукатурки. Мать Елены поднесет руку ко рту. Лицо мужчины вытянется, словно под резким действием силы тяжести. Они осознают, какие изменения происходят в их окружающем пространстве и как они повлияют на их жизнь. Родриго попросит мужчин принести из грузовика рулон пластиковой пленки. Один из рабочих отзовется и пойдет на улицу через гараж, пока другие отправятся в сад выкурить по сигаретке. Растопырив пальцы, они будут пропускать между ними растения. Один из них сорвет веточку лаванды и даст понюхать остальным, а те в ответ только скривятся. Они затушат сигареты о газон и вернутся к своей работе. В это время вниз спустятся дети, и им закричат, чтобы они были осторожны, потому что легко пораниться. Застыв на последней ступеньке, они будут постигать масштаб происходящих изменений.

А потом матросы Флинта погибнут от рук пиратов, после того как их капитан умрет с честью.

После этого они, конечно, найдут Вайолет. Она не сомневалась в том, что пираты сделают с ней.

— Очень хорошо, — прорычал пират. — На счет «пять» вы должны сложить оружие.

Позже, в то время как мать Елены примется обматывать мебель пластиковой пленкой, которая будет раздуваться как легкомысленная юбка, едва кто-то будет проходить мимо, мужчина устроит на кухне переговоры с Родриго. Уверяю вас, мы не были готовы к работам такого размаха, признается он, глядя на свою чашку. Я постарался вчера предупредить вас, сочувственно ответит Родриго. Сегодня все случилось так быстро, прошепчет мужчина. Да, согласится Родриго, но подумайте о том, что тем быстрее все закончится. Мужчина поднимет глаза на Родриго. Вы так считаете? Родриго не даст точного ответа, послушайте, дело быстро движется. Уже завтра мы возьмемся за второй этаж. Второй этаж? Да, нужно убедиться, что речь идет не о протечке на уровне крыши – потом вода могла в результате стекания негативно повлиять на прихожую. Взгляд мужчины потухнет, он повторит: стекания? Родриго скажет да, вода может следовать сложными путями, я предупреждал вас, что, не обнажив конструкцию, невозможно определить причины произошедшего. Мужчина напротив почешет подбородок. Пристально взглянет на Родриго, словно пытаясь раскусить дурную шутку. Родриго вежливо ему улыбнется. Дверь кухни позади них будет закрыта. Они примутся размешивать свой кофе. Мужчина отряхнет свой костюм от пыли, Родриго повторит за ним. Взгляд мужчины упадет на ботинки Родриго. «Берлути»? Родриго подтвердит это. И тогда мужчина забудет обо всем, он ухватится за ботинки Родриго, как за ниспосланный свыше знак, призывающий к оптимизму, он обрадуется, отличный выбор, смотрите, у меня такие же. Не каждый день встречаешь людей в таких ботинках. Вам в них удобно? Родриго посмотрит на свои ноги и скажет, да, мне в них удобно, мужчина с еще большей радостью станет разглядывать ноги Родриго, на лице его снова появится улыбка, он предложит Родриго выпить еще по чашке кофе, и Родриго охотно согласится. Они немного поговорят о качестве кожи французского теленка и о трудностях рынка роскоши. Родриго высморкается в кусочек промокательной бумаги. Такое ощущение, словно их можно носить всю жизнь, вернет он разговор обратно к ботинкам, и мужчина живо откликнется: вы знаете, есть такие, кто носит их всю жизнь! Родриго подойдет к мусорному ведру и выкинет туда бумагу. Вернувшись к столу, он скажет, а вот еще, не знаю, предупреждал ли я вас, но нужно будет отключить газ. Потом он расскажет о последствиях этого отключения: придется быть без газовой плиты и бойлера, а значит, использовать на кухне газовые горелки, а в смысле гигиены обходиться некоторое время без горячей воды.

Вайолет понимала, что пират из тех людей, кто выстрелит на счет «четыре», а потом будет хвалиться своей хитростью над телом Флинта.

66.

— Раз…

Они установят горелку на столе в кухне, чтобы приготовить равиоли. Поставят разогреваться кастрюли с водой, чтобы помыть Елену. Остальные обойдутся холодной водой. Сперва им это ужасно не понравится, но потом – вы знаете не хуже нас, как быстро привыкаешь к таким маленьким неудобствам. Их жизнь начнет наконец меняться по-настоящему. Обнажатся перегородки на первом этаже. Будет видно, как по голым стенам извиваются трубы из меди. Вскоре станут известны имена рабочих: Мартен, Люка, Вивьен, Филипп. Перед тем как садиться есть на кухне или за овальным столом в гостиной, придется вытирать слой белой пыли, который будет постоянно обновляться. Каждое утро Родриго будет появляться в доме, чтобы наблюдать за тем, как идут работы. А с наступлением вечера он будет возвращаться в гараж и ложиться на пляжные коврики. Его костюм потеряет свежесть. На третий день, когда он закончит особенно поздно, занесет в свою записную книжку список изменений, необходимых на завтра для улучшения хода работ, они предложат ему остаться на ужин.

Внезапно все вокруг застыло, очертания стали резче. Команда «Фортуны» стояла неподвижно, затаив дыхание, не в силах ничем помочь. Появилось солнце, и свежий ветерок рассеивал туман и клубы дыма. Скупой луч выхватил блестящие клинки, рукоятки пистолетов, серьги в ушах пиратов и их грязные шевелюры.

67.

— Два…

Пламя горелки, отражающееся в алюминиевых элементах интерьера, придаст этим торопливым ужинам очарование деревенских посиделок. Родриго сможет продемонстрировать остроумие, обстановка будет расслабленной. Однажды вечером Вивьен, рабочий с густыми бровями, тоже будет приглашен и насмешит всех этими своими бровями, поднимая и опуская их, как один известный политик. Мать Елены будет смеяться громче всех. Позднее она заговорит, но никто не поймет, что она хочет сказать. Время от времени она безо всякой причины будет разражаться рыданиями. Однажды она вернется домой с работы раньше, чем обычно, и вы заметите ее в саду в объятиях Родриго. Родриго будет нежно гладить ее по щеке.

Все звуки стали невероятно отчетливыми. Легкий плеск воды у борта. Хлопанье крыльев пролетающей чайки. Птица словно смеялась над ними, уносясь прочь. Все звуки и предметы остро запечатлелись в сердце Вайолет.

68.

Она медленно встала, не понимая, как ей это удалось. Руки и ноги онемели.

Что до мужчины, он посвятит себя вещам малозначимым. Станет переносить паркетные доски из одного угла в другой. Будет подниматься к себе, чтобы отдохнуть. Спускаться, чтобы раскладывать по коробкам книги из своего кабинета. Столкнувшись с вами, он будет говорить о том, как вы однажды сбежите вместе. О своей к вам любви. Он снова попробует прижаться своими губами к вашим губам. Соглашайтесь на это время от времени. Помогайте этим людям как можно лучше. Он будет говорить с вами о путешествии в Италию. Только мы вдвоем. Рим, Венеция. Он скажет вам, будьте готовы, через несколько дней у него будет командировка и вы поедете с ним, все проще простого. В окне его кабинета вы заметите фургон, припаркованный у соседей напротив.

— Три…

Бум!


Фил’ Лемуан
САНТЕХНИК * ЭЛЕКТРИК * ОТДЕЛОЧНИК


От грохота тишина разлетелась на осколки. В воздухе повисло эхо выстрела.

69.

Потом последовали яростные вопли и душераздирающие боевые кличи. Однако горестные стоны сменились сначала недоуменным шепотом, а потом молчанием, когда всем стало ясно, что случилось невероятное: Флинт остался стоять на месте.

Вы обратите внимание, что их одежда тоже теряет свежесть. На ней появляются небольшие пятна. В конце дня, когда вы будете падать с ног от усталости, посреди этого хаоса вы будете встречать Родриго. Обмениваться с ним усталыми взглядами. Потом подниматься к себе в комнату. Вы будете думать о том, как Родриго лежит на полу в гараже. А на следующий день вы снова встретите его в поблекшем костюме, ткань которого будет инкрустирована гравийной крошкой. Они снова предложат ему остаться на ужин. Мать Елены схватит его за руку, когда он соберется уходить, и у вас, вероятно, будет возможность увидеть, как они дарят друг другу нежные прикосновения. Каждый раз будет казаться, что она вот-вот упадет в обморок.

Его лицо было бесстрастным, он не двигался, ладонь замерла на рукоятке сабли.

«Минута удивления, а потом невыносимая боль», — вспомнила Вайолет слова Флинта.

70.

И тут наконец все находившиеся на палубе поняли, в чем дело, и все головы повернулись в сторону пирата.

Будьте настороже с сыном. Вы будете казаться ему все более и более подозрительной, и он начнет за вами шпионить. Что касается Елены, продолжайте читать с ней книгу Странда. Книга Странда – и каждый из нас смог лично это проверить – действует не сразу. По словам Льюи, она проникает в тебя и ослабляет постепенно, как все наши методы, которые должны применяться так, чтобы ослаблять постепенно.

71.

На его бородатом лице застыло нелепое выражение недоумения. Когда до него наконец дошел смысл произошедшего, его черты исказились сначала удивлением, потом ужасом и, наконец, помертвели. Пистолет выпал на палубу из ослабевших пальцев. На глазах пораженных матросов рубашка на груди пирата окрасилась красным, и в углах его рта показалась кровь.

Словно опавший парус, тело грузно опустилось на палубу.

Придется сбивать плитку в ванной. В саду начнет скапливаться строительный мусор. В тот день, когда Вивьен и Филипп соберутся ломать крышу второго этажа, вы будете готовы. Родриго в последний раз вернется под брезент. У себя в комнате вы достанете светлое платье матери Елены из шкафа, вдохнете еще раз его аромат, смешанный с запахом их стирального порошка. Вы наденете платье. Оно идеально обнимет ваше тело. Прямо в платье вы растянетесь на кровати и будете ждать, как Льюи, когда наступит ночь.

Он был мертв.

72.

Тут же раздались крики, лязганье клинков — обычные звуки битвы. Матросы спешили захватить оставшихся в живых пиратов.

Вскоре после полуночи вы встанете. Достанете из холодильника остатки еды. Приготовите первый сэндвич и положите его в полиэтиленовый пакет вместе с бутылкой воды, ножом и мотком веревки. Затем вы сделаете еще два сэндвича, для которых возьмете еще один пакет. Возможно, вы помните слова Льюи о еде, о необходимости запасаться ею, чтобы сохранить для себя возможность в нужный момент действовать, и это ровно о том, что вы делаете сейчас, о запасах, необходимых для будущих действий. Если все эти указания Льюи нам порядком надоели, надо признать, что мы сохранили некоторые изречения и еще вполне можем ими пользоваться. Поднимитесь на второй этаж и идите в комнату Елены. Она не проснется, когда вы возьмете ее на руки.

Каждый, кто мог передвигаться, поспешил посмотреть на стрелка.

Родриго будет ждать вас в гараже. Брезент у его ног будет похож на застеленную постель. Вы выйдете на улицу. Сосед за оградой, стоя на коленях, будет при свете переносного прожектора возиться у своего мотоцикла, который со стороны покажется полностью собранным. Вы подумаете, что в этом бьющем снизу свете его доброжелательный вид, запомнившийся вам с того далекого майского дня, когда вы только появились здесь, пропал окончательно.

Вайолет дрожащими руками опустила пистолет. Прекрасные синие глаза Флинта были устремлены на нее. «Жив, жив», — пело ее сердце. Она чуть не упала на колени. Ее охватило необыкновенное ощущение благодарности.

У нее будет время подумать о том, что она сделала ради него.

Увидев, как ваши три силуэта ныряют в сияние его прожектора, он встанет и спросит у Родриго, не его ли это «Сузуки» припаркован напротив. Родриго молча продолжит идти. Сосед перешагнет через ограду и преградит ему путь. Он будет настойчиво спрашивать, откуда этот «Сузуки»? У нас тут поблизости такую модель не продают. Где вы ее купили, у Филибера? Потому что у Филибера спортбайков не найти. Сосед повернется к мотоциклу Родриго. Нет, этот мотик точно не из тех, что продаются тут у нас. Где вы его купили? Когда сосед задаст этот вопрос, вы заметите, что в левой руке он держит железный прут. Это же модель для езды по бездорожью, продолжит он. А у Филибера, там все больше кастом-байки. Родриго сохранит спокойствие. Он махнет подбородком в сторону мотоцикла соседа: какого он года? Сосед помолчит, а потом скажет настороженным голосом: 96-го. Родриго незаметно даст вам знак пройти за ним и ждать его у «Сузуки». Он продолжит разговор с соседом: ну и нравится вам «Триумф» как марка? Ну конечно, она мне нравится, зло ответит сосед, почему она должна мне не нравиться? Родриго фыркнет и слегка улыбнется. Вы будете уже в десяти метрах от мотоцикла. Родриго снова заговорит, не сводя с соседа взгляда: а в чем у вас там проблема? Сосед замнется – он будет по-прежнему стоять на дорожке, сжимая в руке металлический прут, и вы увидите, обернувшись, что на самом деле это весьма внушительный вороток. Вы почти подойдете к мотоциклу Родриго, голова Елены все так же будет покоиться у вас на плече. Сосед скажет, что никаких проблем нет, мотоцикл как новенький, мне осталось только отрегулировать карбюратор, а потом сразу же добавит: а что, дама уезжает? С малышкой? А хозяева знают? Да, конечно, скажет Родриго, у этих старых байков регулировка карбюратора – мучительное дело. Все это знают, но не иначе как есть люди, которые любят тратить время зря. Что я точно знаю, грубо скажет сосед, так это то, что ваше лицо не внушает мне доверия. Понятия не имею, что вы тут задумали, но я привык смотреть в оба, когда имею дело с проходимцами на спортбайках. Как удачно совпало, парирует Родриго, потому что мы, мы терпеть не можем парней, которые разъезжают на таких вот махинах, как ваша, и он, согнув ногу, одним движением перекинет ее через ограду и толкнет «Триумф» в бок. Тот медленно повалится на землю, как раненый бык.

Лицо Флинта было бледным и напряженным, но в нем чувствовалась такая сила, что Вайолет сумела устоять на ногах.

Этот человек может выдержать на своих плечах весь мир, подумала она.

Сосед заорет и бросится поднимать мотоцикл. В это время Родриго подбежит к «Сузуки», запрыгнет на него и пустит из-под колес дым – а вы уже успеете сесть сзади на мотоцикл минуту или около того ранее, поднять глаза на второй этаж дома, опасаясь, как бы шум никого не разбудил, и увидеть в окне вашей комнаты сына, слегка освещенного прожектором соседа и смотрящего на вас: он следит за вами, как будто вы опасное животное, он видит свою сестру у вас на руках, за спиной у Родриго, не сводите с него взгляда, как бы бросая ему вызов: сможет ли он поднять тревогу, он смотрит на вас, видит, как дым, поднимающийся из-под заднего колеса мотоцикла, раздувает светлое платье, которое его мать надевала несколько дней назад, и вы кажетесь ему красивой, вне всякого сомнения, он совершенно зачарован, не отводите глаз, вы знаете, что в то мгновение, когда оборвется натянутая между вами нить, он придет в себя, бросится в коридор и разбудит родителей, дым наполняет ваши легкие, ваши ноги в сандалиях обжигает жар колеса, продолжающего шлифовать асфальт, Родриго переключает передачу, и внезапно мотоцикл срывается с места, ваше тело отбрасывает назад, вы хватаетесь за Родриго, Елена просыпается, но ничего не говорит, она видит, что вы смотрите на ее брата, и засовывает слабые руки в карманы костюма Родриго, сосед позади вас завел свой мотоцикл, а вы в мгновение ока оказываетесь у первого поворота, и вам больше не видно сына, вы по-прежнему слышите шум мотоцикла соседа, но вам не страшно, вы обнимаете Родриго и обнимаете Елену, зажатую между вами, вы в последний раз едете по улицам этого района, который больше никогда не увидите, вот и второй поворот и школа пения, Родриго замедляет ход и вы замечаете, что окно разбито вдребезги, сосед приближается к вам, но вот уже он остается позади, и с каждым поворотом, с выходом из каждого поворота отстает все больше, вы едете по главному проспекту, и впереди вас тротуары забиты шумящей толпой, жители высыпали на улицы, но какие-то фигуры все еще выбираются из домов, вдалеке кричат люди, окна разбиты, женщина в ночной рубашке внезапно падает на лужайку своего сада, и тут по ушам бьет шум мотоциклов, оглушающий шум десятков мотоциклов, которые разъезжают по району, выскакивают со всех сторон – из-за деревьев, с задних дворов, из распахнутых гаражей, – и повсюду на них, заводя мотор, забираются быстрые тени, забираются по двое, а между ними вопят дети, и Родриго едет зигзагами по суматошным улицам, и вы встречаетесь взглядами с теми, кто, как и вы, старается уехать отсюда как можно скорее, на них кидаются жители, и им нужно успеть их оттолкнуть, прежде чем дать полный газ, среди оглушительной мешанины шума моторов и детских криков, сосед появляется в начале улицы и тоже начинает ехать зигзагами, Родриго ускоряется и вместе с ним устремляются прочь и другие мотоциклы, вы замечаете во вспышке фар человека с черными волосами и ребенка, которого он отводил в школу, они оба прижались к водителю, низко-низко пригнувшемуся к рулю, в конце проспекта вы теряете его из виду, пятый поворот, и в глаза бросается пылающее очертание общественных бань, шестой поворот, и фасад здания сверкает перед вами в последний раз, вот вы и покинули пределы района, вот вы на длинном участке четырехполосной дороги, которую наводнили мотоциклы, расстояние между которыми, впрочем, вскоре начинает увеличиваться, а сосед теперь не более чем далекая фара, просто точка, Родриго мчится дальше, Родриго мог бы ехать всю ночь, Родриго не снижает скорость, вы думаете об исходящем от сына запахе кожаного мяча и о мотоцикле соседа, о блестящей краске на мотоцикле соседа, говорите себе, что у Родриго мотоцикл новее, что он едет быстрее, что Родриго лучше водит, говорите себе, тихонько смеясь, что поставили на правильную лошадь, и тотчас же вспоминаете суматоху и всех тех, кто на своих мотоциклах старается, как и вы, как можно скорее оставить позади свой район, где все наконец пришло в движение, может быть, вы думаете о том, как просыпаются родители Елены, об их всклокоченных волосах и фланелевых пижамах, а потом вы больше ни о чем не думаете, вы позади Родриго, Родриго прокладывает вам путь, вы еще не закончили, но вы движетесь в верном направлении, и Родриго жмет на газ, разгоняется еще больше, и электрические столбы мелькают вдоль дороги, а впереди уже начинает вырисовываться темная полоса леса, который фара мотоцикла через несколько часов найдет и обшарит, разрывая мрак как охотничий фонарь.

— Прошу прощения за то, что ослушалась приказа, сэр, — тихо произнесла Вайолет.

73.

Она повернулась, подхватила подол платья и быстро спустилась вниз по лестнице.



Вы проедете с Родриго по буграм и ухабам. Ваше сердце, которое будет то взлетать, то падать, узнает все эти дороги, по которым мы так часто ездили плечом к плечу в поисках скорости и адреналина. Елена потрет глаз и еще крепче ухватится за Родриго. Лес ночью покажется вам огромным, его будут пронизывать шум моторов и лучи света. За последним сужающимся поворотом появится поляна, вытянувшаяся перед стеклянным фасадом клуба наподобие озера.

Родриго остановится не сразу, а только проехав еще несколько десятков метров, вы будете трястись вместе с ним. Он будет искать опору среди затвердевших комьев земли, с трудом маневрируя, но приближаясь к широким окнам клуба, тем самым, за которыми сидел Странд, окнам, которые заливали зал прямым светом, все-таки здесь очень интересный свет, говорил Странд. Вы различите в свете фар следы нашей жизни того времени: пол, устланный спальными мешками, бутылки пива и журнальные вырезки на стойке, а на этажерке в глубине зала нашу коллекцию пластиковых посеребренных кубков с именами самых быстрых из нас, а это Порден, Скай, Мезаль. Там же, в глубине, на большом столе будут стоять резальные машины и принтеры, а также остатки нашего запаса бумаги. Вы подумаете о том, что последние слова Льюи по-прежнему находятся где-то здесь, среди записей, сделанных Скаем на листочке, теперь валяющемся на полу, или в каком-то журнале, или нацарапанных на обороте бирдекеля.

Родриго не сразу выключит мотор, вы будете делать то же самое, что и все вокруг вас. Вы поднимете Елену и поставите ее на землю. Тени мотоциклов и детей вытянутся в беспорядке по бугристой земле. Елена будет послушно выполнять ваши краткие указания. Это та полянка с ежиками? – испуганно спросит она. Вы заметите, что она перестала говорить «поянка», и это вас опечалит. Да, это она. Вам захочется поправить ее кофту, провести рукой по ее волосам или погладить по щеке. Вы дадите ей полиэтиленовый пакет, приготовленный для нее согласно нашим инструкциям, – в нем будут лежать нож, веревка, бутылка воды и сэндвич. Вы скажете ей ждать вас здесь. Но до этого еще раз повторите сказку, эту историю маленькой девочки, которая проводит ночь в лесу, вы расскажете ей об оленях, ежах, филине, посмотрите вокруг и никого не увидите, ни оленей, ни ежей, ни филинов, а только плачущих детей и пролетающих над вашими головами ночных мотыльков с серебристыми крыльями. Вы доведете историю до конца, не обращая внимания на шум моторов, на Родриго, который замрет на мотоцикле и будет ждать, когда это будет сделано, как и все остальное, на Родриго, тоже работающего уже долгое время и имеющего столь же четкие инструкции, как ваши, так что он будет ждать, когда вы закончите рассказывать, когда Елена возьмет книгу Странда, отпустит вашу руку и смирится с тем, что вы уедете. Она сделает несколько торопливых шагов за вами, а потом резко остановится. И посреди треска моторов вы услышите шуршание ее полиэтиленового пакета.

Глава 23

74.



Когда вы выедете из леса, у вас появится чувство, будто вы покидаете место, которое никогда не должны были покидать. Вам послышится, что кричит Елена, но никто не будет кричать. Вы будете слишком далеко.

По опыту Флинт знал, что отзвуки кровавой и яростной битвы стихают незаметно, словно шум отлива, поэтому он продолжал мерить шагами палубу, пока не почувствовал усталость.

Вы встретите еще один или два мотоцикла, вам захочется повернуть назад, но никто не будет кричать и будет слишком поздно. Родриго затормозит, лишь проехав пятьдесят километров, – он повернет вправо, к металлическим очертаниям круглосуточной заправочной станции, увенчанной светящимися вывесками.

Вайолет, Вайолет, Вайолет. Ее имя звучало у него в мозгу словно военный барабан. Он снова и снова вспоминал ее дорогое лицо, холодное, испуганное и прекрасное в своей ярости и целеустремленности.

Но Флинт — капитан корабля, и у него были обязанности, которые нужно выполнять.

Вы почувствуете себя потерянно среди этого призрачного света. Подумаете о Елене, оставшейся в темноте, и, подняв голову, увидите луну. Но это вас не успокоит. Родриго остановится у колонки и очень высокий, нескладный тип зальет ему полный бак. Вы спросите, есть ли у него кофе. Он скажет вам, машина там, и махнет в сторону здания. Вы подумаете о Елене. Представите ее одну, без шума моторов, среди детей, оставленных глубокой ночью перед окнами клуба, и это будет нормально, эти механические мысли не должны вас волновать. Вы пойдете выпить кофе. Родриго присоединится к вам. Некоторое время вы будете вместе расхаживать перед холодильными витринами. Никого не будет. Родриго покажется вам усталым.

Он быстро поручил Коркорану проверить, все ли в порядке с Вайолет, и тот вернулся с утвердительным ответом. Капитан проследил, чтобы тела двух пиратов сбросили за борт, раненых отправили к судовому врачу для перевязки и зашивания ран. Из матросов Флинта не погиб никто, но некоторые серьезно пострадали, а Макевой получил пулю в бедро и скорее всего проведет в лазарете неделю, хотя и сможет ходить.

Вы вернетесь к мотоциклу, у которого по-прежнему будет ждать высокий парень. Он понимающе вам улыбнется. Огонь! Время фейерверков! Вы не поймете, что он имеет в виду, тогда он повторит: огонь, потом выпучит глаза, зажмет язык между зубами и вдруг, резко взмахнув руками, с детской заразительной радостью крикнет: бум, и сунет вам в бок канистру бензина.

С холодной суровой решимостью Флинт приказал собрать и проверить оружие, отмыть палубу, осмотреть паруса и такелаж, поздравил матросов с победой, произнес слова утешения и благодарности. На корабле не было места для пленных, к тому же Флинт не хотел оставлять пиратов в живых. Туман немного рассеялся, и взгляду предстал накренившийся пиратский корабль с расколотой грот-мачтой. Палуба была полна воды из отверстия, сделанного пушечным ядром. Если матросы не отремонтируют корабль, он пойдет ко дну.

Вы возьмете канистру с собой. Сядете на мотоцикл, и Родриго заведет мотор. Вам станет интересно, что сейчас произойдет с человеком, которого вы оставляете позади. Вот, пожалуйста: он решительно закроет станцию, подойдет к мусорному баку, достанет оттуда кусочек картона, вынет из кармана зажигалку, крутанет колесико и подождет, когда картон загорится. Если он улыбнулся, когда увидел вас, так это потому, что он вас узнал и знает, что если вы здесь, если Родриго здесь, если «Сузуки» здесь, значит, все идет полным ходом, все стало принимать осязаемые очертания и что правда была за Льюи, нужно всего лишь самоорганизоваться.

Флинту было все равно.

Когда станция загорится, вы будете уже далеко, ваш бак – полон, Родриго поддаст газу, большого взрыва не будет, но все уже будет идти полным ходом, и, по словам Льюи, если что-то одно не удастся, получится другое, главное, что имеет значение, – это количество, вот о чем вы подумаете в этот момент, вы будете держаться за костюм Родриго, его галстук будет биться на ветру у него за плечом, а между ним и вами будет теплое пространство, где сидела маленькая девочка, которую вы взяли под свое крыло, словно птенчика – шутка в духе Льюи – особенно если взмахивать локтями и кричать пи-пи-пи, такая вот joke, типичная для Льюи, но все, no more птенец, никакого больше птенца между вами и Родриго, только канистра с бензином и свежесть ночи, его сосредоточенность и ваша.

На борту «Фортуны» остались два пирата: мрачный, необыкновенно волосатый грубый человек, который не говорил ни слова по-английски и после долгих расспросов на разных языках, произведенных Флинтом, оказался португальцем, и мальчишка-англичанин по виду лет двенадцати, тощий, грязный и испуганный.

75.

— Я сброшу их за борт, сэр? — спросил Грибер, у которого на лбу красовалась синяя шишка от удара рукояткой сабли.