Ба стояла передо мной с растрепанными волосами и протягивала тонкими руками мой телефон.

– Той женщине, копу. В центре сказали, что Зак уехал, как обычно, со своим водителем.

Я взяла мобильный, дрожащими пальцами нашла в контактах Тиган и нажала вызов. Она ответила почти мгновенно.

– Зак… Брат… Пропал… – Оставалось надеяться, что она сумеет разобрать сбивчивую речь, прерываемую судорожными вдохами. Мне будто не хватало кислорода.

– Как давно он пропал? – Тиган звучала четко, спокойно, по-деловому. Это временно придало мне сил.

– С полчаса. Мы искали повсюду. Я вроде слышала, как он вернулся домой из центра – подъехала машина, стукнула дверь. Только когда я чуть позже вышла из комнаты, Ба спала в гостиной, а Зака нигде не было.

– Ты уже звонила в центр?

– Да. Они сказали, что отвезли его домой, как обычно.

– Я немедленно организую поиски. А пока проверь, не пропало ли что-то из его вещей. Например, любимый предмет или одежда.

Верно, как мне самой в голову не пришло?

– Посмотрю и сразу же тебе перезвоню.

– Он когда-нибудь уходил раньше?

– Никогда. Ты думаешь?..

– Не будем делать поспешных выводов. Держи себя в руках и проверь вещи.

Рассеянно кивнув, я повесила трубку.

– Что она сказала? – спросила Ба.

– Тиган организует поиски. А нам следует проверить, не пропали ли его вещи.

Мы поспешили в дом.

– Если Зак что-то с собой и взял, то определенно ведерко с лего, – заметила бабушка.

Мы кинулись в его спальню. Тумбочка, на которой обычно стояло ведерко, пустовала. Оставшиеся крупицы надежды рассыпались в прах. Как давно исчез мой брат? Он еще на территории округа? Штата?

– Пропало, – промолвила бабуля так тихо, что я едва расслышала. – Что же это?.. Неужели Зак его взял и куда-то ушел?

У меня по коже поползли мурашки. Бессмыслица какая-то.

«Не вороши прошлое».

Фраза отбивала барабанную дробь ужаса в моем сердце. Зак, такой невинный и уязвимый… Не понимает, что такое зло, и весьма ограничен в плане общения…

Я обессиленно опустилась на кровать и уронила лицо в ладони. Издалека донесся вой сирен.

Глава 23

Комнату обставили так, чтобы Зак чувствовал себя уютно.

Он сидел на диване. Сутулился. Его руки без остановки перебирали лего – зачерпнет пригоршню, бросит в общую кучу. Гр-р, гр-р-р – сыплется водопад из пластиковых деталек. Вновь и вновь – до зубного скрежета. Непрерывный грохот действовал мне на нервы. Хотелось забрать у него дурацкое ведро, только это могло вызвать еще больше шума. Мы находились вдали от цивилизации, но мало ли кто решит побродить в лесной глуши или покататься на лодке по ручьям…

Мне пришлось позаботиться о защите себя и своих тайн.

Вдруг Зак поднялся.

– Домой! – сказал он с упрямым выражением на лице.

– Сядь! И замолкни.

С людьми нужно быть построже – похоже, его бабушка и сестра этого не понимали. Мой отец никогда не сюсюкался с детьми и не боялся пороть их ремнем. Мое детство прошло в суровых, нищенских условиях лесной глуши, однако меня это закалило. В жизни надо бороться за каждую крупицу денег и власти – урок, преподанный мне еще в раннем детстве. Я никому не позволю разрушить мой мир. Мне не впервой.

Вдруг Зак швырнул ведерко с игрушками через всю комнату. Оно врезалось в стену, и сотни пластиковых деталек разлетелись по грубо ошкуренному полу. Парень попытался пройти к выходу, но мне удалось схватить его за руку:

– Ты будешь меня слушаться! Сиди и не рыпайся. Или пожалеешь!

Мой голос звучал ровно, а хватка едва ли оставит синяки. В этом не было нужды. Пока. Не хотелось прибегать к насилию – разве что в исключительных случаях и разумных пределах.

Однако если дойдет до крайности – рука не дрогнет.

Глава 24

Тиган

Джори с бабушкой сидели на краешке дивана, готовые в любую секунду вскочить. Огромные ошалелые глаза девушки ярко выделялись на мертвенно-бледном лице. Уверена: если бы пропали Линси и Люк, я выглядела бы не лучше.

Маленький домик и двор кишели людьми в форме.

– Мы делаем все возможное, чтобы найти Зака, – заверил Оливер самым обнадеживающим тоном. – Есть вероятность, что по возвращении он взял игрушки, вышел погулять и заблудился в лесу. Мы организовали поисковую группу из добровольцев для прочесывания ближайшей территории и отправили полицейских в центр, чтобы опросить работников – вдруг те заметили что-нибудь необычное.

Джори подошла к окну и отдернула занавески. Сгущались сумерки. Предметы отбрасывали длинные тени, а тепло сменялось легкой прохладой.

– Должно быть, он продрог. И напуган.

– Зак не умеет плавать, – вставила бабушка. – Если он упал в воду…

Повисла мрачная тишина. Совсем недалеко от участка протекал один из многочисленных извилистых ручьев, что пронизывали болота. В них кишели водяные змеи и порой попадались аллигаторы. С приходом весны рептилии пробуждаются от зимней спячки, спариваются и выползают греться на солнышке.

Бабушка Зака выглядела ужасно. Казалось, она постарела на десять лет с нашей последней встречи: хрупкие конечности дрожали, лицо приобрело болезненный пепельный оттенок, глаза покраснели и опухли. Она превратилась в бледную тень той боевой старушки, которую я впервые встретила.

– Это я во всем виновата, – бормотала она.

Джори широкими шагами подошла к дивану, села рядом и положила руку ей на плечи:

– Зака обязательно найдут! Прими лекарство и приляг. Сейчас ты ничем не поможешь.

Она слабо кивнула, и Джори сходила на кухню за таблетками и стаканом воды.

Зазвонил телефон. Оливер направился к выходу, отвечая по пути:

– Маллинс, что вы узнали?

Выйдя за ним на крыльцо, я наблюдала за выражением его лица, пока он слушал ответ. Наконец со вздохом кивнул:

– Ладно, давай к дому. Нам нужны люди для спасательной операции. Если не найдем его до темноты…

Я бросила взгляд через плечо – Джори с бабушкой скрылись в спальне и не могли нас услышать.

– Есть новости? – поинтересовалась я, когда Оливер засунул телефон обратно в карман.

– Нет. Маллинс и Хейвуд опросили сотрудников центра. Никто не заметил ничего необычного. Примерно в три двадцать Зак и два других посетителя сели в машину к своему водителю. Остальные добрались до дома благополучно.

– А водитель что говорит?

– Он высадил Зака перед домом, дождался, когда парень зайдет внутрь, и только потом уехал.

– Ему не показалось странным, что его никто не встретил?

– Нет. Бабушка Зака иногда подходит к двери, но не всегда. Он не придал этому значения.

– А вы что думаете? Он пропал сразу после того, как Джори угрожали. Неужели совпадение? По словам родных, Зак никогда не уходил из дома самостоятельно.

Распахнулась дверь. Джори.

– Что случилось?

Оливер пересказал ей разговор с Маллинсом.

– Как бабушка? – спросила я.

– Плачет в подушку. Лучше бы сегодня она не понимала, что происходит… Но ее ум ясен, как никогда.

– Ей надо поспать, – мягко заметила я.

– Это я виновата, – произнесла Джори. – Я кому-то досадила, и теперь они используют против меня Зака.

Мне оставалось лишь догадываться, что она сейчас чувствует. Однажды, когда двойняшкам было пять, мой бывший муж привез их с выходных на три часа позже. Наши отношения тогда переживали тяжелый период, и я испугалась, что он сбежал. Дома его не было, телефон не отвечал. Каждая минута без новостей тянулась как час. Даже при поддержке родственников я вся измучилась. Наконец он позвонил из автосервиса и сообщил, что у него заглохла машина, а мобильный разрядился. Беспечный, как всегда.

Джори была совсем одна. На ее юные плечи лег слишком большой груз, она давно здесь не жила и наверняка растеряла всех друзей. Я была решительно настроена ей помочь. А пока что держала рот на замке, воздерживаясь от банальностей и ложных заверений, будто Зак просто ушел гулять и его непременно скоро отыщут.

Возможно, не случайно он пропал сразу после угрозы. Неужели Зака похитил убийца Стрикленда? Тогда жизнь парня в опасности. Человек, пристреливший Рэя, доказал, что ему не сложно заткнуть своих недругов навсегда.

Глава 25

Джори

Я сидела на ступеньках крыльца за домом, нервно потирая предплечья и пристально уставившись на опушку леса, будто силой мысли могла вызвать оттуда Зака. Увы, мне лучше, чем кому-либо другому, известно, насколько бесплодны мои желания и мечты. Они не оживили Дикона, не уберегли от смерти маму и уж точно не помогали с деменцией Ба. С каждой минутой тьма в душе все больше сгущалась, поглощая надежду.

Ветер доносил до меня треск веток, шуршание листьев под ногами, негромкий гул голосов: десятки добровольцев вместе с полицейскими прочесывали окрестности в поисках Зака или хотя бы его следов.

Что-то теплое опустилось на мои плечи и спину, но я едва обратила на это внимание, погрузившись в пучину отчаяния.

– Ты продрогла, – заметила Тиган. – Я принесла тебе покрывало с дивана.

Мои пальцы подцепили края ткани и подтянули ближе. Я действительно дрожала, словно находилась на Северном полюсе.

– Есть предположения, из-за чего именно Зака могли похитить? – спросила она.

– По-твоему, его забрал тот, кто оставил змею?

– Ну, такую возможность исключать нельзя. Как думаешь, что стало причиной?

– Пару дней назад я ездила в Галфпорт и разговаривала с отцом Джексона.

– Как его зовут? – Тиган достала телефон, чтобы записать имя.

– Арди Энсли.

– И как все прошло?

Я быстро пересказала ей нашу беседу.

– Какой глупый шаг с моей стороны! Я буквально помешалась на стремлении узнать, что произошло столько лет назад и почему кого-то пугают мои поиски.

– Нужно немедленно связаться с Энсли. – Спрыгнув со ступеньки, Тиган решительно пошла к машине, однако остановилась и вновь взглянула на меня: – На всякий случай… у тебя есть подруга, которая может сегодня побыть с тобой, чтобы ты не переживала в одиночестве?

В мыслях невольно всплыла Дана. Но этот мост уже сожжен.

– Никого, – призналась я.

Коротко кивнув, Тиган отошла и позвонила коллеге с просьбой связаться с Энсли.

Мог ли отец Джексона похитить Зака? Бессмыслица какая-то… По-моему, он, напротив, хотел навсегда забыть обо всем, что связывало его с Энигмой, полностью посвятив себя новой семье и новой жизни. Похоже, визит к Энсли заставил понервничать моего врага.

Враг. Именно так я воспринимала того, кто ворвался в мой дом и посмел причинить вред члену моей семьи. Вновь меня охватило непреодолимое чувство вины: я эгоистично занималась своими делами, пока прямо у меня под носом похищали Зака. Подумать только, с самого приезда в город я ныла из-за обязанности присматривать за родными, а теперь готова была отдать все на свете, чтобы брат вернулся домой в целости и сохранности.

– Прости, мам, – прошептала я. – Я тебя подвела.

Моя ныне покойная мама просила об одном – позаботиться о Заке. Я справлялась с этой задачей отвратительно: сбежала в Мобил, скинув все на плечи престарелой бабушки. Вернулась, лишь когда она уже не могла присматривать за внуком. Прекрасная дочь, ничего не скажешь.

Где же Зак, черт побери?! Воображение рисовало череду жутких картин: потерянный, напуганный Зак ходит кругами по лесу, пытаясь найти дорогу домой; захлебывается в грязном болоте, которое затягивает его на дно; сидит с кляпом во рту, избитый моим врагом…

Глаза застилала пелена слез, которые потекли по лицу горячими солеными ручьями. Отчаяние и ужас сковывали мертвой хваткой, стало трудно дышать. Каждая секунда тянулась целую вечность. До костей пробирал холод, но вовсе не от вечерней свежести.

Я уставилась вперед невидящим взглядом, оцепеневшая, измученная. Внезапно из леса донесся крик:

– Зак! Он здесь!

Зак? Я поднялась на ватных ногах, чувствуя себя как пьяница после недельного запоя. Из темноты раздавались возбужденные вскрики.

Он… жив? Или?.. Сбросив покрывало, я бросилась в сторону переполоха, охваченная отчаянной надеждой и смертельным ужасом. Но не успела добраться до опушки, как из леса вышла группа полицейских, размахивая руками:

– Здесь! Он с нами!

И через пару мгновений я наконец его увидела. Зак шел неспешно, переводя недоуменный взгляд с одного человека на другого, словно пытался понять, из-за чего шумиха. Правой рукой он крепко сжимал ведерко лего. Один из полицейских похлопал его по плечу и указал на меня.

Я кинулась ему навстречу и крепко сжала в объятиях. Жив!.. От моей хватки Зак на мгновение одеревенел и поспешил высвободиться. Я рассмеялась сквозь слезы – брат не любил объятия. И хотя меня разрывало от любви и облегчения, пришлось себя сдерживать.

– Все нормально? – спросила я, потирая его ладони – только такую ласку Зак принимал.

– Нормально, – эхом повторил он.

Я внимательно его оглядела в поисках явных признаков жестокого обращения, однако не обнаружила ни синяков, ни крови, ни дыр на одежде.

– Нужно провести полный осмотр и допросить его, – сказал один из полицейских – кажется, сержант Демпси.

Я кивнула, понимая, что вряд ли удастся получить ответ, но, тем не менее, спросила:

– Зак, где ты был?

– Готово, – ответил он и, схватив меня за руку, повел к дому.

– Что это значит? – недоуменно поинтересовался Демпси.

– Он всегда так говорит, когда не хочет общаться, – бросила я через плечо, поспешив за братом.

– Спросите еще раз, – настаивал сержант, следуя за нами.

Я шла в ногу с Заком, стараясь не отставать: слава богу, он не хромал, не плакал и не выказывал иных признаков болезненных ощущений.

– Зак, где ты был?

– Ба знает, – пробормотал он. – Готово.

Сержант встал перед нами, преграждая путь.

– Что за Ба? – подозрительно спросил он.

– Наша бабушка. Она дома. Только она тоже не знает, – поспешила объяснить я. – «Ба знает» – одна из его коронных фраз, к которой он прибегает, когда не может ответить на вопрос. Как «готово», когда не хочет разговаривать, или «обувь», когда хочет гулять. Своего рода кодовый язык.

Сержант нахмурился, давая понять, что не купился на объяснение. Я вздохнула. Бедную Ба, вероятно, ждет допрос с пристрастием. Подозрительность и цинизм полиции вполне понятны – такая уж у них работа… Я впервые задумалась о возможных последствиях этого таинственного исчезновения. Вдруг нас сочтут неким образом причастными? Или решат, что мы ненадежные, неподходящие опекуны? Стыд за собственную халатность только усиливал мое волнение.

К нам робко подошла женщина лет тридцати в домашней одежде. Я узнала в ней соседку по кварталу.

– Может, он просто вышел погулять и случайно забрел слишком далеко?

– Нет. – Я адресовала ответ Демпси, чувствуя потребность заверить его, что исчезновение Зака – вовсе не случайность. Нельзя закрывать глаза на недавнюю угрозу. – Сержант, у меня есть основания считать его пропажу похищением.

Зак обошел мужчину, тщательно стараясь не задеть.

– Домой, – сказал он, нетерпеливо дергая меня за руку, и повел в дом, где нас, широко улыбаясь, ждала Тиган.

– Твоя бабушка еще спит. Вот она обрадуется, когда проснется и увидит Зака! Хочешь, я ее разбужу?

– Нет. Пусть поспит.

Словно не замечая окружающих, Зак направился в свою спальню.

– Мы не можем уехать, пока не проведем осмотр, – напомнил мне сержант.

– Я предпочла бы, чтобы его провела помощник Блэкуэлл, если она не против. Зак уже видел ее несколько раз, так ему будет спокойнее.

Тиган кивнула:

– Разумеется. Тогда давайте сразу покончим с формальностями.

Из спальни вышла Ба, преграждая нам путь к Заку.

– Что происходит? – спросила она, уперев руки в бока и сурово оглядывая шумную толпу в гостиной. – Что эти люди забыли в моем доме?

Бабуля не удивлялась возвращению Зака, словно сон стер из ее памяти последние часы.

Сержант вопросительно посмотрел на меня. Должно быть, он считал мою семью самой чудаковатой на свете. Однако после пережитого потрясения меня нисколько не заботило чужое мнение. Главное, чтобы Ба и Зак были в безопасности.

– Внимание! – крикнул сержант Демпси толпе. – Всем спасибо за помощь. Возвращайтесь домой или на рабочие места.

– Спасибо, – добавила я. – Мы искренне благодарны.

– Я уеду, когда удостоверюсь, что Заку не требуется медицинская помощь.

– Медицинская помощь? – удивилась Ба. – Он в полном порядке. А вы кто такой?

– Сержант Демпси, мэм.

Я решила вмешаться:

– Ба, не сваришь кофе? Я тебе позже все объясню.

Проигнорировав меня, она погрозила полицейскому пальцем:

– Молодой человек, покиньте мой дом!

– Извините, – пробормотала я, проходя мимо него.

Тиган усмехнулась, проследовав за мной в ванную. У меня возникло подозрение, что сержант Демпси ей не очень-то нравится.

Мы быстро осмотрели Зака и не обнаружили ни царапины. Однако, когда он одевался, из его джинсов выпал клочок бумаги.

– Что это? – спросила я. Зак проигнорировал меня и вышел.

Бумажка содержала лаконичное сообщение, напечатанное на компьютере:


ТЕБЯ ПРЕДУПРЕЖДАЛИ.
В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ОН НЕ ВЕРНЕТСЯ.


Я рухнула на твердый кафельный пол, чувствуя себя как после столкновения с грузовиком. Губы онемели. Выцветшие обои с маками кружились перед глазами, как фантасмагорическое поле из голубого и розового – водоворот, грозивший засосать прямиком в таинственную тьму.

– Джори, присядь. – В поле зрения попало лицо Тиган, которая схватила меня за плечи и прижала спиной к стене. – Положи голову между коленями и дыши глубоко.

Уровень адреналина в крови резко упал. Ужас от послания, навалившийся поверх сильнейшего стресса прошедших часов, совершенно меня истощил.

– Побудешь минутку одна? – спросила Тиган.

Я кивнула.

– Не трогай бумажку, – предупредила она, прежде чем выскользнуть из ванной.

У меня не было ни малейшего желания вновь к ней прикасаться.

Какое-то время из гостиной доносились приглушенные голоса, затем Тиган вернулась с бежевым конвертом под мышкой, натягивая резиновые перчатки.

– Посмотрим, удастся ли найти отпечатки, – сказала она, пряча улику.

Я апатично наблюдала за ее действиями: надежда иссякла вместе с силами. Похититель Зака слишком умен, чтобы оставить следы.

– Твоя бабушка приготовила кофе. Давай перейдем на кухню. Можешь встать?

Тиган наклонилась и подхватила меня под локоть, помогая подняться. Комната закружилась – раз, другой, а потом зрение начало проясняться.

По пути на кухню я заглянула в комнату Зака – брат на мгновение поднял голову и вновь нырнул в свой собственный мир. По нему и не скажешь, что последние пару часов он провел во власти убийцы.

– Надеюсь, Зак не травмирован произошедшим. Он выглядит спокойным, но кто знает, о чем он на самом деле думает?

Тиган склонила голову:

– Может, сводить его к психологу? Стоит посоветоваться с директором центра.

– Действительно.

В конце коридора я резко остановилась:

– Все ушли? А если похититель вернется?

– Не волнуйся. Ваш дом будут круглосуточно охранять как минимум двое суток.

Запах свежесваренного кофе и отсутствие посторонних взглядов – казалось, неодобрительных и обвиняющих – немного взбодрили, а вспышка гнева придала сил. Похитителя Зака необходимо найти и посадить. Он должен заплатить за то, что мы пережили.

Ба уже сидела за столом и потягивала кофе – руки больше не дрожали, глаза смотрели цепко и настороженно.

– Прости, Джори, – сказала она.

– За что?

– За то, что уснула. Поверить не могу, что Зак исчез прямо у меня из-под носа.

Видимо, память к ней вернулась.

– Мне самой следовало его встретить. Слава богу, ты не пострадала. Если б ты проснулась и увидела рядом с ним чужого…

– То убила бы сукина сына голыми руками! – прорычала Ба и с силой поставила чашку на стол – та лишь чудом не треснула.

– Сделаю вид, что ничего не слышала, – усмехнулась Тиган.

Впервые после исчезновения Зака уголки моих губ дрогнули в улыбке. Именно такую Ба я знала и любила – женщину, которой лучше не переходить дорогу. Мне необходимо перенять ее силу, чтобы справиться с невидимой угрозой, нависшей над нашей маленькой семьей.

Глава 26

Тиган

Я с удовольствием наблюдала, как лицо Джори вновь порозовело, а на губах появился намек на улыбку. Когда она рухнула на пол ванной, я испугалась, что она не сможет позаботиться ни о себе, ни о зависящей от нее семье.

Сейчас ей помогал гнев, выступая топливом для активной деятельности. А это уже первый шаг к тому, чтобы преодолеть образ мышления жертвы и начать борьбу с неизвестным врагом.

Пришло время для непростых вопросов. Оливер оставил их на меня, поскольку у нас с Джори сложились доверительные отношения и мне будет проще добиться успеха.

– Давайте поговорим начистоту, – начала я. – В подобных преступлениях почти всегда виноват кто-то из близких. Очевидно, похититель Зака хорошо его знает. Вы сами говорили, что вашего брата тревожат незнакомцы, однако он вернулся спокойным, невредимым и даже не голодным.

Обе женщины уставились на меня в недоумении. Либо из них вышли бы прекрасные актрисы, либо они еще не оправились от потрясения, либо действительно понятия не имели, кто мог забрать Зака.

– Хорошенько подумайте. Давайте начнем с семьи, а затем перейдем к друзьям. Кто близко знает Зака?

– Если вам так хочется кого-нибудь допросить, начните с сотрудников центра, – пробурчала ее бабушка, сверля меня злобным взглядом.

– Обязательно. Водитель Зака согласился пройти проверку на детекторе лжи. Он сейчас в участке. Было бы неплохо, если б и вы обе прошли детектор завтра в восемь утра.

Джори вздрогнула так, словно ей влепили пощечину.

– Чем быстрее мы исключим вас из списка подозреваемых, тем быстрее перейдем к другим версиям. Возьмите Зака с собой.

– Да, он будет в восторге, – Джори закатила глаза. – Куча незнакомцев, жуткий шум – прямо все, что он обожает.

– Кто-нибудь может с ним посидеть?

– Нет, – немедленно отрезала Джори. – Я никому не доверяю.

– А как же Дана? – спросила Оута Джин.

– Ей тоже.

– Кто она такая?

– Одна… подруга.

Я приподняла бровь, услышав сомнение в ее голосе:

– Точно подруга?

– По крайней мере, была ею, – призналась Джори. – Мы недавно поссорились.

– Могла ли она в отместку забрать твоего брата? Чтобы причинить тебе боль?

Глаза Джори расширились:

– В-вряд ли.

– Я с ней поговорю. Назови ее полное имя.

– Дана Адэр.

Женщина насмешливо фыркнула:

– Никогда не доверяла этой девчонке.

– В последнее время вы ссорились с кем-нибудь еще? С друзьями или родственниками?

Джори отрицательно покачала головой, а старушка продолжала буравить меня ледяным взглядом.

– Мне нужен список близких членов семьи, живущих неподалеку.

– Тресси Энсли, сестра Ба, дедушка Бадди, то есть Бадди Манфорд, Кристал Донли, моя двоюродная сестра со стороны отца…

Я прилежно записала с полдюжины имен различных родственников, чтобы связаться с ними вечером и установить алиби.

– Больше никто не приходит на ум? Недовольные соседи?

– Нет. Все соседи живут в отдалении, и я не представляю, кто может желать нам зла. – Джори повернулась к бабушке: – Ба?

– Разве не мог Зак сам уйти погулять?

– Вы сказали, что он не делал так прежде, – напомнила я. – С чего ему отступать от привычек сейчас? Кроме того, он вернулся с запиской, содержащей угрозу.

Старушка ахнула:

– С какой еще запиской?

Я показала ей конверт с уликами.

– Мы нашли ее в кармане штанов Зака, – призналась Джори.

– Что там написано?

Я повторила послание, поскольку Джори, похоже, хотела сменить тему. По вполне разумным причинам она стремилась защитить свою бабушку и отгородить от плохих вестей. Однако им обеим нужно ясно понимать происходящее, чтобы защитить Зака.

– И последнее, – добавила я, вставая, – мы обязаны сообщить о случившемся в соцзащиту. Вероятно, завтра они отправят к вам проверку.

– Потрясающе, – пробормотала Джори. – Только этого нам не хватало.

Ни одна из женщин не встала, чтобы проводить меня.

– Джори, можно тебя на минутку?

Она неохотно вышла на крыльцо, и я прямо сказала:

– Мне очень жаль. Я лишь выполняю свою работу. Вам с бабушкой нечего опасаться. Пройдите детектор, поговорите с соцработником и не спускайте глаз с Зака. Мы сделаем все возможное, чтобы найти виновных.

– Откуда тебе знать, что это не моих рук дело? – желчно спросила она. – Вдруг я втайне сумасшедший нарцисс, жаждущий внимания?

– Мне так не кажется. Послушай, я на твоей стороне. Мы обе хотим поймать преступника и обезопасить твою семью.

Ее гнев несколько утих, но она по-прежнему выглядела напряженной.

– Спасибо. Что-нибудь еще?

– Нет. Если только тебе нечего добавить. По-моему, ты не решаешься говорить открыто в присутствии бабушки.

– Мне нечего добавить.

Я кивнула, нисколько не удивленная такой сдержанностью. У нее выдался необычайно долгий, тяжелый день, и завтра тоже будет нелегко. Я предложила обратиться в службу поддержки семьи за сиделкой, однако сразу поняла, что Джори не доверит своих близких чужому, пока не найдут преступника.

– Звони, если что-то понадобится. – Хотя, конечно, вряд ли стоило ждать ее звонка.

Сойдя с крыльца, я направилась к машине. Взгляд пробежался по окружающим зарослям. Кто же затаился в них ранее, подстерегая Зака? Здорово, что парень вернулся целым и невредимым, но, тем не менее, я не могла отделаться от досады. Если б только кто-нибудь заметил хоть что-то – что угодно, за что можно зацепиться! Нити старых и новых преступлений сплелись в тугой комок – тайну, которая до сих пор не поддавалась разгадке. Впрочем, мы наверняка близко подобрались к ответам, раз Джори начали угрожать и даже похитили Зака.

– Кем бы ты ни был, я тебя отыщу.

Ветер с залива подхватил мои слова.

Глава 27

Джори

Какие демоны скрывались за улыбками друзей и родственников? По словам Тиган, наш преследователь – кто-то знакомый и весьма близкий.

На ум приходили только двое, у кого был и мотив, и возможности, – Дана и бабушка Тресси. Я пыталась сосредоточиться на подготовке ко Дню благословения, однако разум протестовал. Мотивом Даны могла послужить старая, глубоко укоренившаяся зависть – как бы нелепо это ни звучало, нельзя полностью исключать такой вариант. Что до бабушки Тресси, то Арди Энсли открыл мне глаза на ее истинную сущность – она вовсе не тот человек, за которого я ее принимала.

Я металась по маленькой гостиной, как тигр в клетке.

– Может, присядешь, посмотришь с нами викторину? – предложила Ба.

– Присядешь, – повторил Зак, указывая на пустое место рядом с собой.

– Ну, ненадолго, – уступила я, опускаясь на диван, и взъерошила брату волосы. – Всё хорошо?

Он с недовольным видом уклонился от прикосновения:

– Хорошо. Готово.

Мне не хотелось действовать ему на нервы, но все же сложно удержаться, чтобы при случае не коснуться или не обнять – целого, невредимого и, как всегда, довольного жизнью.

Сегодня утром приходила соцработник. Заверила, что бояться нечего.

– Всякое бывает, – утешила она нас. – Невозможно проявлять стопроцентную бдительность круглосуточно и без выходных.

Проверка на полиграфе потрепала гораздо больше нервов. Меня запихали в крошечный кабинет и облепили кучей проводов – сам по себе опыт довольно пугающий, пусть даже мне нечего скрывать. В это время с Заком сидела Тиган. Позже она рассказала, что несколько раз бегала к автомату за сладостями, чтобы его отвлечь. Ба прошла проверку совсем иначе. Утром она чувствовала себя не лучшим образом, сознание затуманилось, поэтому даже простые вопросы вроде имени и даты оказались ей не по силам. Наконец работник полиграфа сжалился над ней и отпустил с миром, признав попытки тщетными.

…Викторина утомила меня уже через пять минут, я вскочила с дивана и в десятый раз со вчерашнего дня принялась обходить дом, проверяя засовы на окнах и дверях, задернуты ли шторы и нет ли признаков вторжения.

– Сходи проветрись, – наконец предложила Ба. – Тебе полегчает.

– Нельзя оставлять вас одних.

Ба отвлеклась от вязания:

– Ну хотя бы ради меня. Твоя тревожность заразительна. Нельзя быть затворниками в собственном доме.

Я замерла в размышлениях. Да, свежий воздух не помешал бы.

– Чтобы тебе было спокойнее, приглашу Роуз. Она составит нам с Заком компанию.

– Ну если она не занята…

Пока Ба созванивалась со старой подругой, я вышла на крыльцо и набрала Тиган:

– Полиция точно будет следить за домом круглые сутки?