– Да. Это ты, Руфус? – ответил тихий голос.
А ещё через мгновение послышался вздох облегчения.
* * *
А тем временем борьба внизу продолжалась. Жан Пуаро, Лизбет Фолькс и Амадеус Доффингер продолжали воевать с полчищами амфибий. Всех форм и размеров, какие себе только можно было представить, эти чудища словно вышли из самого мерзкого фильма ужасов! Гигантские лягушки с кровожадными челюстями! Трёхголовые жабы, каждая из которых обладала восемью когтистыми лапами! Огромные головастики, величиной со взрослую овчарку, чьи хвосты были утыканы острыми, ядовитыми шипами! И их на самом деле не брало никакое оружие, даже огнемёт. Наоборот! Казалось, он ещё больше раззадорил их. И теперь они обрушились на своих противников с десятикратной силой.
Самая первая лягушка – красноглазое, скользкое, тошнотворное существо размером с крупную таксу – сделала выпад вперёд и вонзила свои челюсти Жану в ногу. Вырвав с мясом кусок пластикового комбинезона, она с наслаждением принялась уплетать его, издавая громкое, кровожадное чавканье, от которого кровь стыла в жилах.
Жан дрожал как осиновый лист. Все трое шаг за шагом продолжали отступать, поднимаясь по лестнице всё выше и выше.
Жан уже сбился со счёта. Это, должно быть, третий или четвёртый этаж. Но что потом? Куда бежать, когда они доберутся до самого верха? Он даже представить боялся, что будет тогда… В висках тяжело стучала кровь, ноги почти не слушались. Он не хотел умирать!
Лизбет Фолькс тоже была близка к панике. Она то и дело издавала резкие, пронзительные вопли, от которых у Жана едва не лопались барабанные перепонки. При этом её даже ни разу не укусили. Всё это время она пряталась за спинами мужчин.
«Черт бы её побрал! Мало нам этих тварей!» – подумал Жан.
– Нам необходимо что-то предпринять! – истерично заорала Лизбет. – Не стойте, как идиоты! Думайте! Должен же быть какой-то выход! Иначе они просто сожрут нас!
Жан судорожно искал решение. Лучшей защитой была бы каменная стена, которая оградила бы их от толпы амфибий-убийц. Но где её взять? Разве что взорвать замок. Но единственный, у кого был динамит, был Бен Миллер. Так ведь попробуй найди его сейчас в этом огромном замке!
Жан лихорадочно размышлял, пытаясь отогнать самые страшные мысли. Он просто обязан был найти какой-то выход! Он не хотел погибнуть так нелепо! Быть съеденным заживо толпой слизистых лягушек? Нет, только не это!
Но что же делать? Их шансы избежать смерти таяли на глазах!
– Бегите! – раздался отчаянный голос Амадеуса. – Найдите какое-нибудь безопасное место и спрячьтесь! Я задержу их!
Жан не верил своим глазам! Амадеус бросился навзничь и лёг поперек лестницы, своим телом преграждая кровожадным тварям дорогу вперёд. Как же так? Неужели он решил пожертвовать собой, чтобы они с Лизбет могли спастись?
Нет, сейчас не время пускать сопли! Пора включать разум. Сейчас речь шла о жизни и смерти! Он решительно отшвырнул бесполезный огнемёт. Зачем ему этот балласт? Потом схватил за руку застывшую от ужаса Лизбет и потащил её по лестнице наверх. Она отчаянно отбивалась, крича, что они не имеют права оставить Амадеуса. Но Жан грубо встряхнул её и заорал прямо в лицо:
– Заткнись! Или ты хочешь, чтобы мы все погибли?
Она коротко замерла. Потом перестала вырываться и кивнула.
– Да, пошли. Выхода нет, – обречённо прошептала она.
Он отпустил её руку, и они побежали наверх.
К счастью для них, на четвёртом этаже прямо возле лестничного пролета располагался коридор, ведущий в соседнюю башню. Они с облегчением свернули в него.
Жан бежал что было сил! Холодный, липкий страх гнал его вперёд, не давая места слабости. Он старался не думать об Амадеусе. Главное сейчас – это выжить!
Лизбет едва поспевала за ним. Тяжело дыша, она бежала вперёд, стараясь не обращать внимания на иссякающие силы. И, как и Жан, она отчаянно пыталась отогнать мысли об умирающем товарище.
Амадеус всегда ненавидел лягушек. Ещё будучи ребенком, он не мог пересилить себя и прикоснуться к их скользкой, противной коже. Он до сих пор помнил то чувство отвращения, которое испытал, когда старший брат как-то раз сунул ему под нос огромную зелёную пупырчатую жабу. Он тогда с криком убежал прочь, крепко зажмурив глаза. Этот страх и отвращение преследовали его на протяжении всей жизни.
Уже когда он учился в университете, на занятиях по биологии им иногда приходилось препарировать лягушек. Это было сущим мучением! Амадеусу не раз приходилось покидать кабинет – его начинало тошнить. Возможно, он уже тогда в глубине души знал, что именно эти твари станут причиной его смерти?
Может, судьба сжалится над ним, и он потеряет сознание, прежде чем эти монстры разорвут его на куски?
Вокруг царила кромешная тьма. Спасаясь от кровожадной орды, он умудрился споткнуться о ступеньки и выронить свою лампу. Она с грохотом покатилась вниз по лестнице и тут же погасла. Свет исходил лишь от огромного полчища амфибий. Жутковатое, зелёное, фосфоресцирующее свечение…
И оно неумолимо приближалось.
Амадеус лежал поперёк ступенек, почти упершись в стену головой и ногами. Он буквально задыхался в своём пластиковом защитном костюме, с него градом катил пот. Защитный костюм? Смешно! Да это издевательство, а не защитный костюм! Как будто бы он мог защитить его от этих прожорливых тварей! Да ни на секунду! Наоборот! Похоже, этим монстрам очень даже по душе белый хрустящий пластик. Во всяком случае, уплетают они его с завидным аппетитом!
И вот они уже были на нём! Закрыв глаза, он приготовился к смерти. Даже через плотный материал своего комбинезона он чувствовал сотни лап и животов, прыгающих по его телу. А когда холодная скользкая масса подобралась к его лицу, его чуть не вырвало. Потом он услышал, как твари начали пожирать пластик. По всему его телу раздавалось громкое чавканье, сопровождаемое удовлетворённой отрыжкой и радостным кваканьем.
Хоть он и не верил в бога, сейчас он лежал и молился. Пусть это поскорее закончится…
Через несколько минут монстры покончили с комбинезоном, от которого они не оставили ни кусочка, и принялись за его футболку из полиэстрового трикотажа. Он чувствовал, как они пробуют его на вкус, облизывают каждую ниточку. Потом он услышал треск разрываемой ткани, сопровождаемый аппетитным чавканьем. Больше всего на свете ему сейчас хотелось потерять сознание… «Господи, сжалься надо мной!»
Доев футболку, кровожадные твари принялись за его бельё. Похоже, хло́пок тоже входил в их рацион. Амадеус чувствовал, как сотни липких языков прикасаются к его коже. Как же это было щекотно и противно!
Через несколько минут он остался совершенно голым. Сделав глубокий вдох, он приготовился к смерти… Но, сожрав всю одежду, мерзкие амфибии потеряли к нему всякий интерес и поползли дальше, по лестнице наверх. Он чувствовал, как по нему ползут полчища бугристых тварей, с ворсистыми, бородавчатыми перепонками и дряблыми животами.
Наконец, последнее чудовище перелезло через него…
А Амадеус остался лежать на ступеньках. Совершенно голый, но живой.
Он заплакал, как младенец.
Властелин мира
Лаура, её родители, Лиам, Мерле, Анук и Северин расположились в кабинете, который всегда занимала магистр Элиза, и держали совет.
Перед тем как начать, Валерия обработала йодом раны Петера. В шкафу у неё всегда хранилась маленькая аптечка на случай, если кто-то из учеников набьёт шишку или поранится.
– Всё не так страшно, как это выглядит на первый взгляд, – задумчиво произнесла она, окидывая пристальным взглядом лицо мужа. – Возможно, твой нос останется… немножко кривоватым. Но тебя это совершенно не портит!
Она рассмеялась и нежно погладила Петера по щеке.
– Ну, это я уж как-нибудь переживу, – буркнул Петер. – Главное, чтобы мы выбрались из этой передряги живыми.
– По крайней мере, кое-что нам удалось. Бернд и Марсель уже вне игры, – Валерия ободряюще улыбнулась. Но через секунду её лицо снова стало серьёзным. – Правда, я не знаю, сколько людей Бернд привёл с собой и сколько их сейчас находится в замке. Но следует исходить из того, что довольно много.
– И все они наверняка вооружены, – вставил Северин.
Разумеется, они обезоружили своих пленников. И сейчас вся амуниция лежала на каменном полу. Лаура то и дело бросала туда короткий взгляд, и каждый раз у неё пробегал мороз по коже. Много она разобрать не могла – в помещении было слишком темно, несмотря на парящие по комнате светящиеся шары, которые наколдовала её мама. Но она искренне надеялась, что им никогда не придётся воспользоваться оружием темповцев.
– Эта тьма просто сводит меня с ума! – воскликнула Валерия. – И главное, я не понимаю причины её возникновения! Неужели дело действительно в предохранителях? Тогда мир восьмого дня устроен совсем иначе, чем я предполагала. Похоже, всё это время я ошибалась. – Она расстроенно всплеснула руками. – Кстати, где магистр Корбиниан? Вернее, Корбиниан Весселбург. Он был со мной в комнате, когда на нас напали. И Дариус Фолленвайдер… Он тоже исчез.
– Этот паршивый предатель! – сквозь зубы прошипел Северин. Руки его сжались в кулаки.
Лауру тоже накрыла волна ярости. Ничего, кроме зла, Дариус им не принёс! Сначала этот негодяй фактически продал мир восьмого дня Бернду Ассхофу. Когда его поймали и уличили в содеянном, да ещё и прижали к стенке, он принялся громогласно вещать о своём раскаянии и обещал всё искупить. Но он оказался лживым, трусливым предателем! При первой же появившейся возможности Дариус вновь встал на сторону врага.
К тому же у Северина были с Дариусом свои счёты. Не далее как неделю назад тот запер Северина в безвременье. И если бы не магистр Гораций, Северина уже не было бы в живых. Лаура твёрдо пообещала себе, что никогда больше не будет его жалеть. Этот человек просто недостоин ни сочувствия, ни сострадания, ни милосердия! Ни капли!
Валерия тем временем попросила ребят подробно доложить ей о том, что с ними произошло. Она очень обрадовалась, когда узнала, что Оливия обладает способностью подчинять себе обитателей озера. А когда ребята рассказали ей о тумане, который наколдовала Ширин и с помощью которого им удалось сбежать, её лицо просто засияло от гордости. Но когда Лаура принялась описывать, как Оливия бросилась в озеро и как они её спасали, лицо Валерии стало серьёзным. Она обеспокоенно нахмурилась.
– Оливия очень долго пробыла под водой, – Лаура запнулась. Когда она вспоминала об этом, её каждый раз сковывал леденящий холод. – Но Мерле удалось вернуть её к жизни.
– Ага, Мерле, – Валерия перевела взгляд на сидящую в углу девочку. – Значит, ты обладаешь властью над жизнью и смертью…
Та сидела, повесив плечи.
– Я не смогу убить человека! – вырвалось у неё. – Никогда… Как бы я его ни ненавидела! Господи… это не дар, это проклятье! – Она подняла глаза и с ненавистью уставилась Валерии в лицо. – Вы не имеете права требовать от меня, чтобы я убила кого-то из этих людей! Я не буду! Я не убийца! – она почти перешла на крик.
– Поверь, этого от тебя никто не будет требовать, – тихим голосом возразила Валерия. – Ты уже и так оказала нам неоценимую помощь.
Внезапно Мерле судорожно всхлипнула и, закрыв лицо руками, зарыдала.
– Я… я не знаю, что произошло с Максом и теми двумя! Я не знаю, что я с ними сотворила! Честно, не знаю! А вдруг… вдруг они умерли? И это будет на моей совести! Это я их тогда убила! Я не хочу больше жить! Не могу!
Ребята растерянно переглянулись. Северин подошёл к плачущей Мерле, обнял её и попытался успокоить.
– Ты бы наверняка почувствовала, если бы они были мертвы, – уверенно произнёс он. – Смотри, ведь Ассхоф с его подельником живы, верно? Они просто потеряли сознание. И я уверен, с Максом и его товарищами произошло то же самое.
– Ты не понимаешь! – прошептала Мерле. – До того, как я оживила Оливию, я была ГОРАЗДО СИЛЬНЕЕ! ГОРАЗДО! – её плечи снова сотрясли судорожные рыдания.
Как же Лаура ей сочувствовала! Она прекрасно понимала, что испытывает её подруга. А если бы на её месте оказалась сама Лаура? Как бы она повела себя? Хотела бы она узнать, как сложилась судьба Макса и его сотоварищей, которых они оставили в парке? Или предпочла бы оставаться в неведении? Что лучше – горькая правда, даже если бы она узнала, что они мертвы, или же робкая, туманная надежда, что они, возможно, живы?
У Лауры свело живот от жалости. Бедная Мерле! Скорее всего, ей потребуется психологическая помощь. Разумеется, если им вообще удастся выйти живыми из этой схватки.
* * *
Дариус Фолленвайдер буквально раздувался от гордости. Внутри всё ликовало! Разве он не молодец? Так виртуозно выйти из почти безнадёжной ситуации, да ещё и положить всех на лопатки.
Ведь ещё совсем недавно, каких-то пару часов назад, всё выглядело совсем иначе. Изначально он наивно предполагал, что магистр Элиза и Корбиниан будут защищать мир восьмого дня до конца. Даже ценой своей жизни. Но как только Дариус собрался прижать Корбиниана к стенке, тот сдался. Вся его смелость напрочь испарилась, и как только произошло короткое замыкание и комната погрузилась в кромешную тьму, он с мольбой посмотрел на Ассхофа.
– Пожалуйста! – зашептал он. В тусклом свете снова вспыхнувших мониторов Дариус едва мог разглядеть его лицо, но в голосе звучали испуг и обречённость. – Пощадите меня. Я готов сотрудничать.
Что это было? Он не ослышался? Такого просто не может быть! Корбиниан согласен работать на компанию «ТЕМП»? Да чёрта с два! Скорее трава зацветёт цветами, чем я поверю в это! Дариус аж задохнулся от изумления.
Но Ассхофа, похоже, совершенно не смутила такая внезапная перемена.
– Вы можете расшифровать записи Горация и объяснить нам, что они означают? – деловито осведомился он.
– Разумеется, – Корбиниан кивнул и покосился на магистра Элизу, которая без сознания лежала на полу у стены. Хорошо, что она ничего не видит! – Единственное, о чём я прошу: пожалуйста, не разрушайте этот замечательный мир. Не ломайте это чудо…
– Посмотрим. Время покажет, – пробурчал Ассхоф и, повернувшись к двери, окликнул одного из своих подчинённых, которые, очевидно, всё это время ждали в коридоре.
– Это Бен Миллер – один из моих лучших людей, – пояснил Ассхоф, указывая на вошедшего. – Если кто-то и разбирается в квантовой физике, так это он!
Корбиниан и Миллер вполголоса обменялись парой слов. После этого Миллер сообщил шефу, что им необходимо отправиться в другую комнату, где находится главный сервер.
– Он сказал, что там вся необходимая информация, – сказал Миллер и, подтолкнув своего пленника, направился к выходу.
– Только будь осторожен, не дай себя обмануть! Чёрт его знает, что он может придумать! – прокричал ему вслед Ассхоф.
– Не волнуйтесь, шеф! Всё будет отлично! – уверенно отозвался Миллер. Он вручил Корбиниану лампу, чтобы тот освещал дорогу. Потом вытащил из-за пазухи пистолет и, направив дуло прямо ему в спину, взвёл курок.
– Пошли!
– А можно я пойду с вами? – Дариус неожиданно подался вперёд.
Внутренний голос подсказывал ему, что так надо, хотя он сам пока толком не понимал, зачем. Единственное, что ему было кристально ясно, так это то, что Корбиниан заблаговременно решил перейти на сторону победителя.
«Вот же хитрюга! Ай да молодец! – с восхищением размышлял Дариус. – А чем я, собственно, хуже? Возможно, и мне удастся отхватить кусок от этого жирного пирога».
– Я достаточно хорошо разбираюсь в этой программе, – он пристально посмотрел на Ассхофа. – И если мой коллега вдруг вздумает мухлевать, я наверняка замечу это. И сразу дам вам знать.
Ассхоф медлил. Было видно, что он сомневается. В конце концов он нехотя кивнул.
– Ладно, иди.
Прежде чем Ассхоф смог бы передумать, Дариус стремительно бросился за остальными. Но только он оказался в коридоре, как свет неожиданно погас. А ещё через секунду раздался глухой удар и какое-то копошение.
Дариус до конца не понял, как Корбиниану удалось так быстро уложить Миллера. Возможно, что, потушив лампу, он мгновенно обернулся и ударил его этой лампой по голове. Но почему Миллер не выстрелил? Его оружие сейчас валялось на каменном полу. Почему он не убил Корбиниана? Неужели в нём проснулась жалость?
Когда Дариус подошёл поближе, Корбиниан как раз тащил бесчувственного Миллера в сторону кладовых. Дариус незаметно поднял с пола пистолет и спрятал его за пояс. Корбиниан, чьё внимание было поглощено Миллером, ничего не заметил.
– Тебе помочь? – заботливо спросил Дариус.
Корбиниан опешил.
– Ты вообще на чьей стороне? – изумлённо воскликнул он. Он прекрасно знал, что Дариус в своё время предал мир восьмого дня.
Опять эти ужасные вопросы! Дариус едва смог сдержать стон. Но он неимоверным усилием воли взял себя в руки. Сейчас не время для соплей!
– На твоей, разумеется! Всё это был фарс! – он изо всех сил старался говорить убедительно.
Дариус чувствовал, что Корбиниан ему не верит. В его взгляде отражался скепсис. Но, по крайней мере, он позволил Дариусу помочь ему отнести бездыханное тело Миллера в маленькую кладовку, связать его по рукам и ногам пластиковыми пакетами и заткнуть рот кляпом из мужского носового платка.
– Спасибо, – ещё успел вымолвить Корбиниан, прежде чем уперся носом в дуло пистолета.
– Будешь делать то, что я прикажу, – пригрозил Дариус. – Иначе я тебя пристрелю.
Он сам удивился своему спокойствию. Такого он не испытывал ещё ни разу в жизни. На этот раз он победил. Он всех положил на лопатки и доказал, что у него самые крепкие нервы. Какой же он молодец!
– Я же знал, что тебе нельзя доверять, – с досадой прошипел Корбиниан. – Чего от тебя ещё можно было ожидать? Ты мерзкий предатель! Или как ещё назвать дешёвое представление, которое ты тут устроил?
– Молчать! Заткнись немедленно! – заорал Дариус. Спокойствие его пошатнулось, он уже не чувствовал себя таким сильным. – Никаких вопросов!
И вдруг… произошло нечто страшное.
Он ведь вовсе не собирался стрелять в Корбиниана. Он уже понял, что хочет не просто кусок от жирного пирога, а сам пирог! Целиком! И Корбиниан был ему необходим. С его помощью Дариусу, возможно, удалось бы уничтожить людей Ассхофа. А потом забрать власть в свои руки и создать свой собственный мир восьмого дня! В этом мире он воплотит все свои желания! И в этом мире он будет шефом!
Но Корбиниан начал задавать вопросы. И ведь он знал, что это самое больное место Дариуса! А этого Дариус уже не мог вынести. Нервы его сдали, в голове помутилось. И, не соображая до конца, что он делает, Дариус медленно надавил на курок.
Раздался тихий хлопок. Пистолет был оснащен глушителем, но Дариус не ожидал, что у него будет такая сильная отдача. Он покачнулся, потерял равновесие и чуть не упал. Спустя секунду с того места, где стоял Корбиниан, послышался тихий стон. Потом что-то тяжело упало на пол. И наступила гробовая тишина.
Несколько мгновений Дариус боролся с охватившей его паникой. Потом, стараясь не смотреть на тело, быстро поднял с пола лампу и выбежал из комнаты – не забыв прихватить с собой пистолет Миллера. Возможно, он ему ещё понадобится!
Он торопливо вбежал в компьютерный кабинет и плотно закрыл за собой дверь. Главный компьютер был включен. Дариус уселся напротив монитора. Перед ним на экране прыгали бесчисленные ряды цифр и символов… В глазах зарябило.
Дариус зажмурился и попытался сосредоточиться. Но у него ничего не получалось, он был слишком взволнован. Мысль о том, что он может стать властелином магического мира, заставила его забыть обо всём на свете! Даже о Корбиниане…
Он, кстати, почти не врал, когда говорил Ассхофу, что разбирается в программировании. Ведь он часто приходил в этот кабинет под каким-то надуманным предлогом и тайком наблюдал за работой Горация. К тому же, будучи студентом, он интересовался компьютерами и даже окончил курсы по базовому программированию. И пусть это не так уж много, но эти знания могли сослужить ему сейчас хорошую службу. По крайней мере, помочь разобраться в хаосе из цифр.
«У тебя ничего не получится! Оставь!» – прошептал ему внутренний голос.
Руки Дариуса сжались в кулаки. Как же он ненавидел этот голос! Ведь он сопровождал Дариуса с самого раннего детства! Этот мерзкий голос постоянно убеждал его в том, что он слабак, что он неудачник и что у него никогда ничего не получится. Этот голос заставлял его заикаться или молчать на экзаменах. Из-за этого голоса он так часто сдавал пустые листы, хотя прекрасно знал весь материал. По вине этого голоса Дариус три раза проваливался на экзамене по вождению…
Да, внутри него был ещё один голос, который давал ему полезные советы. Но он появлялся не слишком часто. Этот голос был очень добрым, он явно любил Дариуса. Именно этот голос посоветовал ему выкрасть ключ, которым Гораций заводил свой гигантский механизм. И этот же голос нашептал ему, что с помощью ключа и блокнота он сможет заработать кучу денег.
Дариуса до сих пор бросало в жар, когда он думал о тех невероятных суммах, которые Ассхоф заплатил ему за ключ и блокнот. С помощью этих денег Дариус планировал начать новую жизнь. Практически с чистого листа. Он собирался улететь в Калифорнию, где якобы проживал гениальный психолог, способный избавить его от давнего, мучительного недуга. Суть недуга была в том, что Дариус не переносил никаких вопросов. С каждым годом состояние его ухудшалось. Болезнь прогрессировала, и жить Дариусу становилось всё труднее и труднее.
Возможно, изначальной причиной этого расстройства был его застарелый страх перед экзаменами, который потом просто распространился на остальные сферы его жизни. Учащённое сердцебиение, внезапные скачки давления, потные ладони, резкая головная боль, неспособность мыслить, шум в ушах – всё это происходило, стоило кому-то задать ему любой, даже самый безобидный вопрос.
Это расстройство злым роком преследовало Дариуса на протяжении всей его жизни. Оно свело на нет его карьеру, разрушило личную жизнь. Дариусу пришлось оставить любимую работу – он был учителем в гимназии. Ведь с таким расстройством он не мог преподавать. И долгое время он был безработным. Тогда же он начал злоупотреблять горячительными напитками. Всё это продолжалось до тех пор, пока он не встретил магистра Элизу и та не предложила ему место преподавателя в её школе – Школе Вечности. Трудно описать, как он тогда был счастлив! Большинство ребят в новой школе с пониманием отнеслись к его «странностям» и старались не досаждать вопросами. Разумеется, были и неприятные исключения. Некоторые ученики не хотели придерживаться этого негласного правила. А некоторые даже намеренно провоцировали Дариуса, буквально закидывая его вопросами, пока он не срывался и в панике не покидал классную комнату. Такие ситуации совершенно выбивали его из колеи! И застарелый страх вспыхивал с новой силой. Он вновь чувствовал себя неудачником – слабым, беспомощным, над которым все издеваются.
Как же ему хотелось просто жить без этого мучительного страха! Быть свободным от своего недуга! Но даже деньги, полученные от «ТЕМПа», не помогли ему. Он и тут оказался неудачником, не способным даже купить билет на самолёт. Казалось бы, что в этом такого сложного? Но и с этим простейшим заданием он не справился. И все прекрасные мечты о новой жизни в Лос-Анджелесе, о психологе, который наконец вылечит его, – все его самые заветные мечты разбились в одно мгновение.
Но сейчас у Дариуса появилась надежда! Если он станет властелином мира восьмого дня, он просто запретит вопросы! И тогда никто – действительно НИКТО! – не посмеет его ослушаться и когда-либо поставить в неловкое положение.
Какое же счастье, что умный внутренний голос посоветовал Дариусу отдать Ассхофу не настоящий ключ, а бесполезную подделку! Настоящий же хранился в надёжном тайнике, о котором знал лишь он один. И как только Дариус завершит все приготовления, он сразу же достанет его… И приступит к главному.
Уже полностью уверенный в своей победе, Дариус торжествующе улыбнулся. Бесконечные ряды цифр на мониторе буквально гипнотизировали его, погружая в сладостное состояние транса. Ведь они были его входным билетом в новую жизнь и началом той дороги, которая должна была привести его к долгожданному счастью…
Его пальцы забарабанили по клавиатуре, набирая пароль доступа, который Гораций частенько бормотал себе под нос, в своей беспечности даже не задумываясь о том, что кто-то может его услышать.
«Он ещё горько пожалеет о своём легкомыслии!» – со злорадством подумал Дариус.
Итак… Поехали!
СвадьбаФей456
Нажав кнопку «ввод», Дариус вошёл в операционную систему. Ещё несколько секунд – и ему удалось извлечь исходный код. Теперь он мог совершать любые изменения в программе!
После короткого раздумья он навёл курсор на папку с надписью «Чёрное озеро».
Он должен сделать так, чтобы эти ненавистные мерзкие твари в будущем повиновались только ему и готовы были выполнять любые его приказы…
Наследие Горация
Лаура вздрогнула от неожиданности – в одно мгновение на улице стало светло.
Все тут же подбежали к окну. И действительно, во дворе сияло яркое солнце, а над головой раскинулось лазурно-голубое небо. Словно кто-то вновь повернул выключатель, включил дневной свет и прогнал прочь чернильную безрадостную тьму.
– Как такое может быть? – с недоумением спросил Северин. – Или кто-то снова включил электричество?
– Без понятия, – Валерия пожала плечами.
– Так я не поняла, это хорошо или плохо для нас? – Анук высунула голову наружу. Но, увидев во дворе человека в белом комбинезоне, она тут же отпрыгнула. – Там внизу один из темповцев.
Валерия тяжело вздохнула.
– Нам необходимо найти Ширин! Я недавно дала ей кольцо, которое усиливает магические способности, – она окинула Мерле долгим, задумчивым взглядом. – Теперь очередь за Мерле. Скорее всего, это наш единственный шанс сохранить мир восьмого дня.
Мерле отчаянно затрясла головой.
– Нет! Я же сказала, что не хочу и не буду убивать!
– Потери сознания будет вполне достаточно, – попыталась успокоить девочку Валерия. – Тем самым мы получим некоторое преимущество и выиграем время.
– Или зарази их каким-нибудь ядрёным желудочно-кишечным гриппом! – Северин ободряюще подмигнул Мерле.
Но та не обратила на него ни малейшего внимания. Она продолжала сидеть неподвижно, тупо уставившись в пол.
В этот момент в коридоре раздались какие-то странные звуки. Лиам метнулся к выходу и чуть приотворил дверь. Но, выглянув наружу, он отшатнулся и с грохотом захлопнул её. Прижавшись к ней спиной, он перевёл дух и испуганно посмотрел на ребят.
Рука Валерии потянулась за оружием, которое они забрали у людей Ассхофа.
– Что случилось? – тревожно спросила она.
– Там… жабы! – выдавил Лиам. – Сотни, а то и тысячи!
Лаура с облегчением выдохнула.
– Они слушаются Оливию. Нам нечего беспокоиться.
Лиам недоверчиво вскинул брови.
– Я бы не был в этом так уверен. Во всяком случае, коридор выглядит так, словно там снимают какой-то ужастик.
Лауру бросило в жар, ладони покрылись потом, а желудок предательски сжался. Неужели Оливия ошиблась? Но ведь Лаура своими глазами видела, как обитатели озера подчинялись ей! Как они ей кланялись! А может, они передумали? Если так, то дело плохо – Оливия была очень важной частью их плана…
– Смотрите! А что это с феями? – у неё за спиной раздался изумлённый голос Анук.
Лаура резко обернулась и краем глаза уловила, как что-то стремительно прожужжало мимо окна. Вздрогнув от неожиданности, она бросилась к Анук и, выглянув наружу, остолбенела. Стаи фей вихрем носились по воздуху туда-сюда. И все они были вооружены чем-то, что чертовски напоминало… лошадиный навоз. Похожие на миниатюрных куколок существа стремительно рассекали воздух, время от времени швыряя свои «снаряды» вниз.
– Ура! Попала! – торжествующе воскликнула Анук, увидев, как шмяк вонючей грязи шлёпнулся одному из темповцев прямо на плечи. Она невольно захлопала в ладоши.
Валерия же не разделяла её восторга. Подойдя к окну, она молча наблюдала за происходящим и лишь качала головой.
Тем временем человек в белом спешно ретировался. Спрятавшись у входа в башню, он с опаской наблюдал за происходящим в воздухе.
– Очевидно, феи решили помочь нам, – предположил Северин.
Внезапно по ту сторону двери послышался шорох. Все вздрогнули и резко обернулись. Через секунду раздался лёгкий скрип дверной ручки, и дверь приоткрылась.
Из проема появилась лягушка величиной с крупного шимпанзе. Оглядев комнату, она широко осклабилась, обнажив ряд жёлтых острых зубов. Лаура издала испуганный вопль. А Мерле решительно выскочила вперёд и встала перед гигантской лягушкой, явно готовая атаковать, если понадобится.
Тем временем дверь настежь распахнулась, и в комнату повалили полчища жаб и лягушек! Всех форм и размеров, какие себе только можно было представить. А некоторые из них выглядели так, словно кто-то начал было лепить жабу, но потом ему надоело и он бросил дело на полпути.
Вглядываясь в эту орду, Лаура с ужасом обнаружила, что Оливии среди них не было. Что же произошло? И что эти монстры с ними сделают? Без своей владычицы…
* * *
Дариус как одержимый стучал по клавиатуре. Ему казалось, что он всё лучше и лучше разбирается в программе. То и дело на мониторе выскакивали какие-то странные окна с непонятными действиями, которые надо было либо подтвердить, либо отклонить. Дариус решил довериться своей интуиции, и его пальцы машинально выбирали какое-то из двух решений, без того чтобы он действительно понимал, что оно означает.
Леденцовая гора / Земля изобилия / Спящая красавица / Сафари – Версия 2.0
О! Это звучит совсем неплохо! В животе у него заурчало. Интересно, сколько часов он уже не ел? Плевать! Он сейчас не может просто так встать и уйти.
Дариус радостно ударил пальцем по клавише «ввод», совершенно не подозревая, что он натворил и какие последствия это повлечёт за собой…
* * *
Руфус устроился рядом с Ширин на её кровати. Он сидел с закрытыми глазами, устало привалившись спиной к стенке. На коленях у него уютно свернулся калачиком Самсон.
Внезапно, словно по мановению волшебной палочки, за окном стало светло.
– Смотри-ка, – изумлённо произнес он. – Солнце снова тут!
Ширин подняла голову. Ослеплённая сверкающими солнечными лучами, которые неожиданно ударили ей в лицо, она сощурилась и часто заморгала.
За окном снова воцарился день, и всё вокруг выглядело как обычно. Словно и не было этой ужасающей непроницаемой темноты. Однако Ширин не покидало необъяснимое чувство тревоги. Кто знает, как долго продлится эта мнимая идиллия? Может, уже очень скоро их ожидает очередная неприятная неожиданность? А может, даже серьёзные потрясения?
Даже Ефимия выглядела какой-то беспокойной. Или это просто игры её воображения? Ширин решительно помотала головой, словно отгоняя дурные мысли.
– Мне нужно умыться, – она потянулась, пытаясь размять затёкшее тело, и встала с кровати.
– Никаких проблем! – Руфус чуть насмешливо улыбнулся.
Положив черепашку обратно в коробку, Ширин направилась в ванную комнату. Но, едва открыв дверь, она вздрогнула и с изумлённым воплем попятилась.
– Это ещё что такое?!
Их ванная комната всегда выглядела несколько необычно. Стены были расписаны потрясающими, экзотическими мотивами из жизни джунглей. Например, душ был похож на хобот слона. А ещё в этой ванной было магическое зеркало, которое постоянно изменяло возраст смотрящего в него человека, делая его отражение либо старше, либо моложе.
Но сейчас перед ней стоял НАСТОЯЩИЙ слон! Он встал на задние ноги и, вытянув хобот, с любопытством разглядывал её.
Ширин резко отшатнулась и захлопнула дверь.
– Что случилось? – Руфус с беспокойством посмотрел на неё.
– Слон, – почти беззвучно выдохнула Ширин. – Там. В ванной.
– Ох… Ты уверена? – недоверчиво спросил Руфус, поднимаясь с кровати.
Ширин бешено закивала.
– Ну, может, это своего рода… мираж? – осторожно предположил Руфус.
– Так пойди и убедись сам, если не веришь! – огрызнулась Ширин и отступила в сторону.
Не успел он приоткрыть дверь ванной, как оттуда мгновенно высунулся серый любопытный хобот. От неожиданности Руфус на мгновение растерялся, но потом улыбнулся и, протянув к нему руку, принялся поглаживать шершавую кожу.
– Хороший мальчик! Красавец! – он бросил восторженный взгляд на Ширин. – А ведь он действительно настоящий! Просто глазам своим не верю!
Ширин нервно закусила губу. Не то чтобы она боялась слонов… Нет! Но этот «мальчик» был поистине гигантских размеров! Он же занимал всю ванную комнату! И откуда он вообще взялся?
Руфус с трудом просунул голову в дверной проём. У него невольно вырвался возглас удивления.
– Ничего себе! Слушай, ваша ванная… а она всегда так странно выглядела? – поинтересовался он, повернувшись к Ширин.
– Что ты имеешь в виду? – не поняла она.
– Ну… как джунгли, – уточнил Руфус.
– Да, – Ширин заглянула внутрь и застыла от изумления. Видно было, что она всеми силами старается переварить увиденное. И неудивительно! Там, где когда-то были стены с рисунками, сейчас пышно цвели экзотические кусты и возвышались огромные деревья, покачивая разлапистыми ветвями и шелестя сочной изумрудной листвой.
Ширин аж задохнулась. На мгновение она потеряла дар речи. Ну и дела! Настоящие джунгли у них в комнате!
– Тут всегда была нормальная ванная… Не было никакого тропического леса, – в конце концов с трудом выдавила она. – Разве что узоры на кафеле. Я ничего не понимаю!
Да, конечно, в мире восьмого дня происходило много необычного и даже удивительного! Но до сих пор эти вещи как-то вписывались в рамки устоявшихся правил. Пусть даже магических правил. Они казались вполне логичными и даже в какой-то мере понятными. Но когда на втором этаже внезапно появляются целые джунгли, да ещё и со слоном в придачу – нет, этого она не могла понять даже при всём своём желании! Это просто не укладывалось у неё в голове!
– К-как т-так может быть? – заикаясь, прошептала она, растерянно глядя на Руфуса.
– Без понятия, – пробормотал Руфус. – Может, сдвинулась какая-то треклятая система координат?
– И что нам теперь делать? – прокряхтела Ширин, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
– Давай пойдём и поищем нормальную ванную комнату, – предложил Руфус. – Может, в какой-то из комнат ещё такая осталась.
Ширин с радостью согласилась.
* * *
Лизбет Фолькс и Жан Пуаро с трудом смогли сбежать от полчища кровожадных амфибий. Правда, сейчас Лизбет едва держалась на ногах. Но в глубине души она была счастлива, что с юности всё своё свободное время посвящала тренировкам. В прошлом году ей даже удалось выиграть марафон, а в этом году она планировала принять участие в очень престижных соревнованиях «Железный человек». Подружки не понимали её тяги к спорту. «Нельзя так себя изнурять!» – часто слышала она. А сколько раз ей приходилось видеть их недоумённые взгляды, когда она отказывалась от шопинга или похода в кафе, потому что ей снова нужно было в спортзал? Но теперь она знала точно: именно эти упорные тренировки и спасли ей жизнь.
Жан был так же вынослив, как она. С самого раннего детства он посещал разные спортивные секции и отличался прекрасной физической формой. Но и он уже почти выдохся.
И неудивительно. Ведь, пытаясь уйти от этой орды монстров, они наматывали бесконечные круги по замку. При этом им приходилось петлять по тёмным коридорам и то и дело перескакивать с этажа на этаж, чтобы запутать своих преследователей. Но теперь уже можно было с полной уверенностью сказать, что самое страшное позади – они наконец оторвались от погони.
Задыхаясь и хрипя от напряжения, они привалились к стене, пытаясь отдышаться.
На улице вновь стало светло.
– Представляю, что обо мне подумают, если я попробую хоть словом заикнуться об этом, – пропыхтел Жан, судорожно ловя ртом воздух. – Меня же прямиком отправят в психушку!
– Да не говори! Знаешь, а ведь я совсем иначе представляла себе этот мир, – призналась Лизбет. – Мне казалось, он должен скорее походить на Средневековье. Массивные каменные башни со старинными часами, тёмные своды, средневековая церковь, колокольни, купола… А ещё древний заброшенный монастырь или таинственное аббатство, где спрятано какое-то бесценное сокровище.
– Кстати, а что, собственно говоря, Ассхоф тут ищет? – спросил Жан.
– Насколько я поняла, Бернд ищет человека, который создал этот мир, – Лизбет задумчиво посмотрела на него. – И ведь он действительно гениален! Я имею в виду, всё это… – она сделала широкий жест рукой. – В какой-то степени реально! Ты действительно находишься в настоящем живом параллельном мире. Ты можешь его пощупать, ты чувствуешь вкусы, запахи…
– И ты можешь умереть, – тихо закончил Жан. – Знаешь, в этом смысле мне вполне хватает компьютерной игры. Наденешь очки – и всё выглядит не менее реальным. С одной небольшой разницей – там со мной ничего не может случиться! А если мне потребуется заряд энергии, так я лучше прыгну с парашютом или займусь банджи-джампингом. Выброс адреналина обеспечен.
В проходе послышались чьи-то шаги.
Лизбет мгновенно напряглась, рука её потянулась к оружию… Но внезапно она начала смеяться.
– Что случилось? – Жан удивлённо посмотрел на неё.
– Посмотри сам, – она нервно захихикала.
Медленной шаркающей походкой по коридору шёл Амадеус. Верхняя часть его тела была совершенно голой, а нижнюю он обмотал какой-то большой географической картой, которую приходилось постоянно поддерживать, потому что она сползала.
– Да, смейтесь, смейтесь, – мрачно процедил он. – Но будьте уверены, второй раз я не стану жертвовать собой ради вас.
– Ну, прости! – Лизбет подавила очередной смешок. На самом деле она была безумно рада, что Амадеус сейчас стоял перед ними, к тому же относительно целый и невредимый. – Просто тебе очень идёт эта карта.
– А что мне было делать, если эти твари сожрали всю мою одежду? – огрызнулся Амадеус. – Сначала они слопали комбинезон, потом обслюнявили и насладились футболкой, а на десерт принялись за… бельё. За это время я успел тысячу раз умереть от страха! – Он отчаянно замотал головой. – Я хочу убраться отсюда! И поскорее!
– Даже не говори! – подхватил Жан. – У меня те же мысли! Ты случайно не знаешь, где находится выход?
– Эй, ребята! – Лизбет растерянно смотрела то на одного, то на другого. – Это же настоящий бунт. Так нельзя! Мы не можем…
– Что мы не можем? – возмутился Жан. – Знаешь, дорогая, в моём договоре нет ни слова о том, что я обязан рисковать своей жизнью ради интересов компании «ТЕМП». – Он склонил голову набок и скептически посмотрел на неё. – Меня не интересует посмертное повышение зарплаты! У меня даже семьи нет, которой это могло бы принести хоть какую-то пользу!
– Согласен! – поддержал его Амадеус. – Я тоже сматываю удочки! – Он повернулся к Лизбет. – А если ты после всего ещё готова хранить верность Ассхофу – вперёд! Хотя я не считаю, что он этого заслуживает.
Лизбет судорожно вздохнула. Она снова почувствовала знакомый укол в груди. Бернд… Какое-то время назад ей казалось, что они любят друг друга. Лизбет влюбилась в обаятельного шефа с первого взгляда, с первого дня, как она пришла в фирму «ТЕМП». Сначала он почти не замечал новую скромную сотрудницу. Но потом она сделала несколько важных открытий, и тогда он впервые обратил на неё внимание. Он похвалил её, и она была на седьмом небе от счастья. Но потом Лизбет узнала, что Ассхоф выдал её открытия за свои собственные. В документации, посланной директору концерна, стояло его имя. И ни слова о ней. Скорее всего, этим он обеспечил себе неплохую прибавку к зарплате. Как же она тогда возмутилась! Она даже собралась было подавать заявление об уходе… Но, к её изумлению, Ассхоф неожиданно предложил Лизбет сопровождать его на очень престижную международную конференцию. И они проводили столько времени вместе! Она была так счастлива! Она думала, что наконец достигла предела своих мечтаний! Но она горько ошиблась. По возвращении с конференции Ассхоф начал избегать её. Он не реагировал ни на звонки, ни на сообщения. Он просто не замечал её. А через некоторое время Лизбет заметила, что он проявляет повышенный интерес к Валерии Лилиенштедт…
Лизбет сглотнула подступивший к горлу комок.
– Ты прав, он этого не заслуживает, – голос её звучал хрипло. – И я уверена, если перед ним когда-нибудь встанет выбор, кого спасти, себя или нас, наш шеф будет спасать исключительно свою собственную шкуру. Ладно, может, ещё Миллера. А на остальных ему плевать. Он без колебаний бросит нас умирать.
– Значит, мы все одного мнения, – подытожил Жан. – Тогда давайте попытаемся вернуться в реальный мир. И плевать, что Ассхофу пока не удалось откопать эти чёртовы формулы.
– Да, именно так, – кивнула Лизбет.
Оба вопросительно посмотрели на Амадеуса. Но тот словно не слышал их. Его взгляд был прикован к чему-то, что находилось у них за спиной. А в глазах отражалось такое изумление, будто он увидел по меньшей мере привидение. Он даже забыл, что нужно придерживать карту.
У Лизбет по спине пробежал холодок. Она резко обернулась и остолбенела.
На них надвигался огромный слон…
* * *
– Я не понимаю, куда они все делись! – воскликнула Оливия, в панике оглядываясь вокруг.
Никаких полчищ амфибий за ними больше не было. Все твари разом исчезли. Словно испарились.
Свернув в очередной коридор, Оливия с Александром просто потеряли всю армию.
– Так, не паникуй, – неуверенно пробормотал Александр. – Может, им просто надоело, и они вернулись обратно в озеро.
Оливия обиженно засопела. Какое разочарование! Один раз в жизни у неё был шанс стать настоящим героем, и вот такой облом. Весь план коту под хвост. Почему эти твари сбежали? Как они могли так всех подвести? Всё это просто не укладывалось у Оливии в голове.
Да ещё эта треклятая темнота! Оливии казалось, что она сейчас задохнётся. Нервы у неё окончательно сдали, и она не выдержала. Судорожно вдохнув, она привалилась к стене и громко зарыдала. Александр обнял её и крепко прижал к себе. А она, зарывшись лицом в его грудь, заплакала ещё громче.
– Я хочу домой! – всхлипывала она. – Я больше не могу! Меня всё достало!
Александр ласково погладил её по спине.
– Всё будет хорошо, Оливия, – прошептал он. – Рано или поздно эта страшная тьма наверняка уйдёт. Только не бойся. Всё наладится, поверь мне.
Оливия не знала, сколько времени они простояли, тесно прижавшись друг к дружке. Она совершенно потеряла ощущение времени. Был ли это час, два или всего лишь несколько минут? Возможно, она даже коротко заснула у него на груди – настолько она была усталой и измученной. Но, в конце концов, она очнулась и, покраснев, – «Как хорошо, что он меня не видит!» – торопливо высвободилась из объятий Александра.
– Ну что, пойдём дальше? – тихо спросил он.
Оливия кивнула. Но снова вспомнила, что он её не видит.
– Да, – прошептала она.
Взявшись за руки, они медленно, на ощупь двинулись вперёд, вдоль коридора. Пока они шли, Александр рассказывал Оливии о Школе Вечности. Ведь, по сути, она ничего не знала о ней – лишь те крупицы, которые ей удалось вытянуть из Лауры и Северина. Постепенно речь зашла о талантах, которыми обладал каждый, кто посещал эту школу. И Александр рассказал ей свою историю. О том, как он обнаружил свой талант.
– Как ни странно, но впервые я это заметил ещё в реальном мире, – начал он. – А дело было так. У меня была мечта – нырнуть на глубину пятидесяти метров. На тренировках я спокойно доходил до тридцати, но потом у меня заканчивался воздух. Раз за разом – ничего не получалось. А тут ещё приближалась школьная олимпиада, и на ней я просто обязан был блеснуть! Я начал тренироваться ещё упорнее. Каким-то чудом мне удалось достичь глубины в сорок метров. И тут я внезапно ощутил непреодолимый порыв сделать глубокий вдох. Скорее всего, из-за кислородного голодания мой мозг частично отключился, и я плохо соображал, что происходит. Иначе бы мне уж точно пришло в голову, что ЭТО НЕВОЗМОЖНО! Но, машинально поддавшись этому порыву, я вдохнул. И у меня получилось! Можешь себе представить, как я был поражён! Я просто не мог в это поверить! Разумеется, своему тренеру я не сказал об этом ни слова.
– Супер! – с восхищением выдохнула Оливия. – Это просто потрясающе, что твой талант действует и в реальном мире. Только представь, сколько всего ты можешь делать, что другим недоступно! А скольким людям ты мог бы помочь? Ты же можешь нырять на любую глубину без кислородного баллона! И если бы ты захотел, ты мог бы стать настоящей звездой среди спасателей!
Александр тихо рассмеялся.
– Да, да, ты права. Всё это, конечно, возможно. Но для начала мне вполне хватает того, что я спас тебя.
– Ты думаешь, я тогда действительно была мертва? – тихо спросила она. От одного воспоминания об этом у неё до сих пор всё холодело внутри. – Вот на самом деле… мертва?
– Мне кажется, да, – хриплым голосом ответил Александр. – Во всяком случае, так это выглядело. Но я же не врач… В любом случае я очень рад, что Мерле оказалась рядом и смогла вернуть тебя обратно – что бы там с тобой ни было.
Оливия судорожно сглотнула. Как же непредсказуема жизнь! И как неожиданно она может оборваться! Глаза её наполнились слезами от одной мысли о том, сколько дорогих её сердцу вещей она могла потерять. Долгие разговоры по душам с Лаурой, где они делились друг с дружкой своими девичьими секретами. Походы в кафе-мороженое с Северином. Весёлые игры с младшей сестренкой. Она бы не окончила школу, не освоила профессию, не училась бы в университете. И ей не суждено было бы выйти замуж и родить детей…
Похоже, Александр прочёл её мысли. Он ласково похлопал её плечу.
– Лучше не думай об этом, ладно? Главное, ты выжила. А остальное неважно.
Неожиданно стало светло. Ребята растерянно переглянулись, а потом, осознав, что произошло, с облегчением рассмеялись. Но уже через несколько секунд лицо Александра вновь стало серьёзным. Взяв Оливию за руку, он пристально посмотрел ей в глаза.
– Всё равно надо соблюдать крайнюю осторожность. Ведь мы не знаем, удалось ли нашим друзьям за это время одолеть темповцев. Пойдём, я тебе кое-что покажу.
С этими словами он решительно потянул её за собой. И Оливии ничего не оставалось, как просто довериться ему.
Он вел её через лабиринт коридоров. Вскоре Оливия совершенно потерялась. Но она даже и не пыталась понять, где они находятся или куда идут, – всё это не имело никакого значения. Она просто следовала за Александром, с восхищением смотря по сторонам. И оно того стоило – замок был поистине потрясающим! Как же ей хотелось тут учиться! Оливия тяжело вздохнула. В который раз она позавидовала Лауре.
– Это наша комната, – Александр распахнул одну из дверей и впустил Оливию внутрь. – Тут живём мы с Лиамом и ещё двумя мальчиками. Комната Руфуса и Северина двумя дверями дальше.
Оливия переступила через порог и с интересом осмотрелась. Это была небольшая комната с двумя двухъярусными кроватями – именно так, как ей это описывала Лаура. Однако в этом комнате царил невероятный бардак.
Повсюду валялась одежда, даже на полу. Оливии было достаточно одного лишь беглого взгляда, чтобы обнаружить с дюжину разбросанных по всей комнате носков, явно не первой свежести. Возможно, из-за этого тут так подозрительно… пахнет. Оливия едва смогла сдержать улыбку.
– А там наша ванная, – Александр указал на дверь. – Хочешь посмотреть?
Оливия энергично покачала головой. Не надо! Ещё, не дай бог, она там обнаружит мальчишечьи трусы! Нет, без этого она вполне может обойтись.
Вместо этого она подошла к окну и высунула голову наружу.
– О! Что это там летает? – изумлённо воскликнула она, разглядывая внутренний двор.
– Это феи, – Александр тоже подошёл к окну. – Они готовят и подают нам еду. Ну, что-то типа официанток.
Оливия была в восторге. Как же красиво они летают! Как стрекозы!
Одна из фей прожужжала прямо мимо их окна. «Мамочки, какое же у неё злое лицо!» – Оливия едва не поперхнулась. А фея, с ненавистью глядя на девочку, высунула язык.
– Что я ей сделала? – Оливия растерянно повернулась к Александру. – Что-то не так?
– Не обращай внимания, – улыбнулся тот. – Они всегда такие. Возможно, им не нравится, что их постоянно заставляют готовить и убирать. Ведь это огромный труд, знаешь ли. Вот и бесятся.
– Но то, что лежит у них в корзинках, – пробормотала Оливия, задумчиво наблюдая за феями, – это как-то не похоже на еду. Скорее, на навоз…