Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

Чжоу Хаохуэй

Знаки судьбы

Zhou Haohui

The Fate



宿命 周浩晖 Copyright © 2014 by 周浩晖 (Zhou Haohui).

© Шабрин А. С., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. «Издательство Эксмо», 2022

* * *

«Читая эту книгу, будьте готовы к тому, что ваш день внезапно закончится, а вы и не заметите».

– China Daily



«Романы Чжоу Хаохуэя сделали его культовой фигурой китайской литературы».

– The New York Times



«Серийные убийцы встречаются в остросюжетной литературе постоянно, но мало кто из них настолько терпелив и хитроумен, как этот…»

– Sunday Times



«Дьявольски изобретательно».

– Wall Street Journal



«Развязка романа повергнет читателей в шок – и заставит их жадно ждать продолжения».

– The Times

«Письма смерти» – ход событий

Когда 21 октября 2002 года в своей квартире был убит офицер полиции Чжэн Хаомин, хорошо известный в Чэнду, на месте преступления обнаружилось «извещение о смертном приговоре». Весть об этом разнеслась по всему городу и за его пределами.

Загадочную просьбу прибыть в Чэнду получил капитан Ло Фэй из полиции Лунчжоу. Здесь он узнал, что погибший входил в состав специальной следственной группы № 418, созданной восемнадцать лет назад после серии убийств, связанных с Полицейской академией провинции Сычуань, где в то время обучался Ло Фэй. Начальник отдела уголовного розыска Управления общественной безопасности Чэнду Хань Хао распорядился повторно созвать эту следственную группу, и расследование тех далеких событий началось фактически заново. К Ло Фэю присоединились помощник начальника полиции Инь Цзянь, психолог-профайлер и преподаватель криминальной психологии Полицейской академии провинции Сычуань Му Цзяньюнь, а также технический директор группы надзора и обеспечения безопасности интернета Департамента общественной безопасности провинции Сычуань Цзэн Жихуа. Еще один член группы, командир спецподразделения полицейского спецназа Сюн Юань, впоследствии погиб при исполнении служебных обязанностей; его заменил офицер Лю Сун.

После убийства известной бизнес-леди Хань Шаохун выяснилось, что за извещениями о смерти стоят некие палачи, именующие себя Эвменидами (в честь древнегреческих богинь мщения), и именно они выносили смертные приговоры и ей, и иным лицам, которых объявляли виновными в преступлениях, не повлекших за собой наказания. Эвменид, казалось, было не остановить. В финальной схватке 25 октября 2002 года следственная группа не сумела предотвратить убийство могущественного чэндуского криминального босса, известного как Мэр Дэн, несмотря на все усилия его телохранителя братца[1] Хуа; а начальника Хань Хао даже удалось спровоцировать обманным путем на роковой выстрел, оборвавший жизнь самого Мэра Дэн.

В итоге выяснилось, что бывший однокурсник и лучший друг Ло Фэя, Юань Чжибан – давно считавшийся мертвым, но на самом деле скрывавшийся под новой личиной, – тайно готовил себе преемника, создавая темную силу для отправления правосудия вне закона.

Итак, бывший начальник Хань взят под стражу, а Юань Чжибан пал жертвой собственных ухищрений. Теперь специальная следственная группа № 418 должна в срочном порядке найти своему начальнику замену и разоблачить новых Эвменид, прежде чем будет потеряно еще больше жизней…

Полиция Чэнду. Офицеры бывшие и нынешние

Дин Кэ – отставной начальник уголовной полиции Чэнду.

Хань Хао – бывший начальник уголовной полиции Чэнду, ныне в бегах.

Ло Фэй – офицер полиции, прибывший из Лунчжоу на службу в специальной следственной группе № 418 уголовной полиции Чэнду.

Сюн Юань – бывший начальник полицейского спецназа; убит при исполнении служебных обязанностей 24 октября 2002 года.

Комиссар Сун – нынешний начальник уголовной полиции Чэнду.

Хуан Цзеюань – отставной офицер уголовной полиции Чэнду.

Инь Цзянь – офицер уголовной полиции Чэнду, член следственной группы № 418.

Му Цзяньюнь – психолог-профайлер и преподаватель Сычуаньской полицейской академии.

Чжэн Хаомин – бывший офицер уголовной полиции Чэнду и член изначального состава следственной группы № 418; убит 21 октября 2002 года.

Лю Сун – начальник полицейского спецназа Чэнду.

Цзэн Жихуа – технический директор группы надзора и обеспечения безопасности интернета Департамента общественной безопасности провинции Сычуань.

Сюэ Далинь – бывший заместитель начальника уголовной полиции Чэнду; убит 18 апреля 1984 года.

Дела, расследуемые полицией Чэнду

12 января 1992 г. – расправа над Мешочником.

30 января 1984 г. – дело о заложнике; фигуранты Вэнь Хунбин и Чэнь Тяньцяо.

16 марта 1984 г. – разоблачение крупной сети наркоторговцев, возглавляемой начальником Сюэ Далинем.

7 апреля 1984 г. – ограбление дома бывшего заложника Чэнь Тяньцяо.

18 апреля 1984 г. – убийство Сюэ Далиня и взрыв склада, в результате которого погибла курсант полицейской академии Мэн Юнь.

Пролог

24 октября 2002 года, сумерки

Окрестности Чэнду

В густой тени стояли двое – где-то на окраине, возле прудика с затхлой водой. От мусорных залежей многомесячной давности несло гнусным зловонием.

Забредать сюда обычно отваживались разве что самые отчаянные бродяги, но двое мужчин – один значительно моложе другого – выбрали это гиблое место неспроста. В таких мерзостных, богом забытых местах они встречались уже больше десяти лет – своеобразная гарантия, что здесь их никто не потревожит. Однако эта встреча разительно отличалась от предыдущих.

Глаза того, что моложе, взволнованно блестели; пожилой, похоже, энтузиазмом не отличался.

– Тебе пора, – просипел он. – Все, что нужно, я уже сказал.

Лунный свет, тускло отражаясь от воды, неверными бликами поигрывал на его аскетичном, изуродованном шрамами лице.

Молодой некоторое время молчал, после чего отрывисто спросил:

– Где мы встретимся в следующий раз?

Вопрос был встречен скрипучим смехом, таким же жутковатым, как и изуродованное лицо:

– К чему эти ненужные вопросы? Ты же знаешь, что следующего раза не будет.

Молодой отвел взгляд. Он знал, что этот день рано или поздно настанет, но знать и противиться этому – вещи совершенно разные.

– Ло Фэй уже пронюхал о моем местонахождении. Нужно закрыть этот вопрос раз и навсегда, – прошелестел старший, цепко глядя в глаза молодому. – Бояться тебе нечего. Ты уже достаточно силен, чтобы взвалить всю ответственность на себя.

– Мне не очень ясен путь, лежащий впереди, – тихо признался молодой.

– Я понимаю, что ты чувствуешь. Но это путь, пройти который тебе необходимо. – Потрескавшиеся губы приоткрылись, обнажив ряд на удивление белых зубов. – Таков маховик твоей судьбы, запущенный восемнадцать лет назад.

– Но…

– Мне знакомы твои побуждения – и то, как ты жаждешь познать те стороны жизни, которые я прежде скрывал от тебя. Как только я уйду, ты должен будешь действовать в этом направлении. А познав их, постигнешь то, чему никогда не научился бы от меня.

Пожилой резко отвернулся, пряча слезы, проступившие на сморщенных веках, и с болезненным ворчанием заковылял по тропинке вдоль реки.

Молодой пристально вглядывался в ссутуленную спину своего наставника. Мучительно хотелось броситься за ним следом, но было понятно, что никакие слова не заставят его передумать. Поэтому он лишь молча стоял и смотрел, как человек со шрамами бредет прочь, а в голове кружились все те же прежние мысли: «Кто он? И кто я? Зачем я здесь?»

Последние восемнадцать лет не приблизили его к разгадке. Но сказанные напоследок слова наставника прорастали всходами надежды. Возможно, настало время пойти вперед – и наконец обрести ответы.

Глава 1. Новый начальник

26 октября 2002 года, 9:25

Полуразрушенный ресторан «Бифанъюань» на улице Синчэн

Минули уже без малого сутки после того, как взрыв превратил ресторан в руины, но в воздухе все еще стоял густой запах дыма и смерти.

Два десятка пожарных прочесывали завалы, методично разгребая при помощи тяжелого оборудования нагромождения из кирпича и бетона. Тут и там среди облаченных в красное фигур сновали люди в белом. Они работали парами, таская черные пластиковые мешки; время от времени, прерывая работу пожарных, поднимали какие-то фрагменты и складывали туда. Суровые, неулыбчивые лица этих людей смотрелись как маски.

Улицу Синчэн с обеих сторон обступали ряды офисных зданий. В одном из них на верхнем этаже стоял молодой человек и через раздвижную подзорную трубу смотрел на разрушенный ресторан. Наблюдая все детали разворачивающейся внизу сцены, он вскоре понял, что предметы, которые люди в белом (криминалисты из управления полиции) помещают в свои черные мешки, – это человеческие останки.

– Наставник, – произнес он невнятно.

Душу терзали горесть и досада, но более всего сбивало с толку смятение.

Наставник покинул его. Несмотря на ободрение, привнесенное стариком каких-то два дня назад, было трудно бороться с чувством, что мир вокруг разорван на части, точно так же, как этот ресторан за окном. Кто еще, кроме человека со шрамами, мог бы ответить на терзающие мозг вопросы?

Наставник говорил о пути, которого необходимо придерживаться; о запущенном маховике судьбы.

Настало время ступить на этот путь.



28 октября, 15:17

Отель «Ваньфэн»

Пятизвездочная гостиница «Ваньфэн» располагалась в оживленном районе Чэнду. Интерьер номеров в ней был оформлен с безупречным вкусом. Номера люкс находились на самой верхушке этого огромного тридцатишестиэтажного здания.

Учитель У Иньу за все свои пятьдесят восемь лет никогда еще не видывал такой роскоши. Тот вид, что открылся перед ним при входе в двухкомнатный номер на верхнем этаже отеля, поистине ошеломлял. Присаживаясь на гладь необычайно мягкого кожаного дивана, учитель У разместил обе руки у себя на коленях и осторожно выпрямил спину, словно боясь невзначай повредить этот роскошный предмет интерьера.

Его сопровождали трое старшеклассников – двое юношей и одна девушка. У всех в поведении сквозили ухватки мелких уголовников («отвязи», как о таких отзывается поколение родителей). Роскошный интерьер произвел впечатление и на них, но в отличие от учителя У они не проявляли никакой сдержанности – носились по номеру, с ногами влезали на дорогую мебель и бесцеремонно возились с пультом от массивной «плазмы» на стене.

У одного из юнцов в ухе дерзко поблескивала золотая серьга. Притомившись скакать, он ухнулся на диван рядом с учителем и выдохнул с восторженной истомой:

– Блин, клёво-то как!..

– Прошу вас, осторожней, – тихо воззвал учитель У, но парень с золотой серьгой проигнорировал это и сосредоточил внимание на своем сверстнике с курчавой завивкой, который в данную минуту открывал холодильник мини-бара рядом с изящным столиком.

Брови у Серьги взлетели вверх.

– Э! – бдительно рявкнул он. – Смотри не сожри там всё!

Когда Кудряш вынул голову из холодильника, в руках у него были две бутылки пива. Одну он кинул Серьге, а ко второй припал губами и, глотнув, смачно крякнул.

– Я бы поостерегся столь вольно обходиться с угощением, – вторично остерег учитель У голосом, мягким, как шелк. – Вы ведь не знаете, с кем за все это предстоит расплачиваться.

– Все равно не нам же! – бойко хохотнула круглолицая, крашенная под рыжину девица, подходя из угла комнаты. – Чего тут париться!

Кудряш протянул ей пиво:

– Хошь глотнуть?

– Да ну, пойло какое-нибудь, – поморщилась Рыжая и достала из холодильника банку колы. Щелкнув крышечкой, она озорно поглядела на их пожилого спутника. – Учитель У, а вы не желаете?

– Нет-нет, благодарю, – поспешно отказался тот.

Не меняя сидячей позы, одной рукой Серьга обхватил учителя У за плечо, а другой поднес к его губам горлышко бутылки.

– Да ладно, учитель, – свойски подмигнул он, – выпей с нами!

Учитель У вежливо отвел его руку.

– Прекратите, – попросил он печально. – Я же сказал, что не желаю.

– Учитель У говорят, что не желают, – передразнил его Кудряш. – Им в горло не лезет.

Все трое глумливо захохотали.

Учитель У беспомощно заерзал, чувствуя себя униженным и томясь от мысли: ну где же этот загадочный визави? Почему до сих пор не явился?

Постепенно насмешки стихли. У юнцов тоже назрели вопросы.

– Это чё вообще за дела? – напрягся Серьга. – Где тот парняга, который сказал, что встретит нас здесь? Может, это подстава?

Кудряш язвительно хмыкнул:

– По-твоему, тот перец устроил весь этот шик-блеск лишь для того, чтобы нас разыграть? Ты пораскинь мозгами. – И он снова хлебнул из бутылки.

– И все же это свинство, заставлять нас ждать здесь. – Рыжая надула губы. – Я уже сказала двум своим друзьям в интернете, что всплыву в чате позже. Ты скажи ему, чтобы поторопился, ладно?

Кудряш что-то прикинул, затем достал мобильный, набрал номер и прижал трубку к уху. Постепенно лицо его мрачнело.

– Что там? – спросила Рыжая, нависая над трубкой.

– Чш-ш. – Кудряш прижал к губам отнятый от бутылки палец и осторожно кивнул на дверь номера.

В комнате воцарилась тишина, и все расслышали слабое пиликанье телефона. Оно доносилось через незапертую дверь.

Пиликанье оборвалось. Дверь стала медленно отворяться. Под общие изумленные взгляды в номер ступил странного вида человек.

Во-первых, он сильно превосходил всех ростом. А во-вторых, на неброской в целом одежде резким контрастом смотрелись газовые перчатки, а к ним еще и лыжная маска, скрывающая лицо почти полностью – тем более ярко, казалось, блестели над ней глаза.

– Э-э… Вы кто? – спросил учитель У, медленно поднимаясь с дивана.

– Я – тот самый, кто просил о встрече.

Мужчина запер за собой дверь. Говорил он тихо, но четко и ясно.

– Брат, а ты это чё? Сразу после пластики сюда нагрянул? – неуверенно осклабился Кудряш.

Смехом, тоже несколько растерянным, его поддержали Серьга и Рыжая.

На шутку человек отреагировал тем, что подтянул к двери один из стульев, стоявших возле столика, и таким образом загородил проход. Так же молча он сел на этот стул. Взгляд его медленно прошелся по троим юнцам. В том, как он смотрел на них, не было ничего брутального, но в этом взгляде сквозила такая сила и был он столь пронзительным и властным, что Кудряш и остальные сразу осеклись и смолкли.

– Садитесь, прошу вас, – молвил незнакомец.

Учитель У тотчас сел обратно на диван. Трое юнцов обычно не привыкли повиноваться, но в данном случае на их лицах мелькнуло замешательство. Никто из них не понимал, отчего этот голос так на них действует, но что-то в самом его звучании заставляло поступить так, как было велено.

Серьга и Рыжая посмотрели на Кудряша, своего негласного вожака.

Секунду подумав, тот решил, что не станет терпеть наезды непонятно от кого, а потому, выпятив подбородок, вызывающе кашлянул:

– Мы согласились прийти сюда на определенных условиях. И тебе надо сперва выполнить их, а уже потом чего-то ждать от нас.

Незнакомец поднял правую руку. В ней были три алых конверта, из тех, что дарят на торжествах.

– Прошу.

Его прямота ввергала в растерянность. Кудряш чуть повременил, а уже затем шагнул и принял конверты.

– Верхний – тебе, – веско произнес незнакомец. – Второй отдай своей спутнице, а третий – своему другу.

Спустя считаные секунды все три конверта оказались в руках получателей. Учитель У безучастно взирал на все это, пытаясь уяснить, что же такое происходит. Отчего-то он чувствовал себя здесь не более чем зрителем.

Первым свой конверт вскрыл Серьга. Внутри находился аккуратно сложенный квадратик бумаги – явно не то, чего он ожидал.

– Это что еще за хрень?

Кудряш в это время рассматривал содержимое своего собственного конверта. Здесь на кусочке рисовой бумаги безупречной иероглификой был выведен небольшой текст:



«Извещение о вынесении смертного приговора

Осужденный: Се Гуаньлун

Преступление: унижение учителя

Дата казни: 28 октября

Исполнитель: Эвмениды»



– Это что еще, блин, за дурацкий розыгрыш?

Скомкав бумажку, Кудряш швырнул ее в незнакомца.

– Никто вас не разыгрывает, – ледяным тоном отозвался тот. – Вы – преступники, которых приговорили люди в Сети. А Эвмениды – это я, и я же привожу приговор в исполнение.

– Хорош по ушам ездить, ты! – гаркнул Кудряш. – Думаешь, раз маску напялил, так уж и Суперменом заделался? Катись давай из нашего номера!

Учитель У резко встал с дивана. Что-то здесь шло явно плохо.

– Что… Что происходит?

Он шагнул к Рыжей и уставился на ее листок бумаги.

Столбцы иероглифов в ее руках дрожали. Лицо девушки было белым, как снег.

– Это же Эвмениды! Вы разве не понимаете, что это означает? – задыхающимся голосом спросила она.

Серьга с Кудряшом лишь оторопело уставились на нее.

Девушка схватила Серьгу за плечо:

– Это же реальный, живой убийца! На той неделе он прикончил женщину, переехавшую на своем «БМВ» торговца фруктами… Весь интернет об этом гудит!

Паника оказалась заразительной. Друзья Рыжей не на шутку струхнули. Об убийстве бабы на «БМВ» они определенно слышали. Неужели ее убийца теперь реально стоит перед ними?

– Одиннадцатого сентября вы во время занятия подвергли неслыханному унижению своего учителя, У Иньу, – голос незнакомца наливался обличительной яростью. – Но и это не всё. То оскорбление вы отсняли на видео и выложили в Сеть. Несмотря на волну осуждения в интернете, в содеянном вы нисколько не раскаялись. Что вы можете сказать в свое оправдание теперь?

Руки Серьги тряслись так, что бумажка выскользнула у него из пальцев.

– Что, блин, делать-то будем? – Он подался к своему дружку.

– Сматываться, – буркнул тот. – Ну его на хрен, этого перца. Мотаем отсюда.

Однако на пути была помеха в виде стула с этим незнакомцем. Чтобы выбраться из номера, сначала надо было отодвинуть его.

– А ну, прочь с дороги! – визгливо крикнул Кудряш.

– Подойди сюда.

От тихого, почти нежного голоса незнакомца становилось не по себе – настолько, что по коже побежали холодные мурашки. Браваду сносило, словно листву под ветром.

– Позвольте мне сказать. – Между Кудряшом и гостем угловато встал У Иньу. Избегая глядеть незнакомцу в глаза, он произнес: – Они передо мной уже извинились. Умоляю, не нужно их трогать.

Было заметно, как губы незнакомца под маской разъехались в усмешке:

– Извинились, говоришь? Я наблюдал вас всех четверых по прибытии. Видел, как они с тобой обращаются. И ты можешь, не кривя душой, утверждать, что их поведение говорит о раскаянии хотя бы на йоту?

У Иньу поморщился. Конечно, незнакомец прав. Эти ученики никогда не уважали и не будут уважать его как учителя. Их так называемое извинение было чисто формальным.

Незнакомец поочередно оглядел каждого из этой троицы.

– Прощения за совершенное вам не будет, – проронил он.

Все трое юнцов боязливо отпрянули.

Морщась, как от боли, У Иньу превозмог свой страх и попробовал вмешаться снова:

– На самом деле все не столь серьезно, как вы полагаете. Это всего лишь дети! Записывая свое видео, они лишь развлекались.

Незнакомец перевел взгляд на У Иньу:

– Ты и в самом деле, как прежде, считаешь себя их учителем? – спросил он с гневной насмешкой. – Что ж ты не думал об этом, когда они громили твой класс? Ты хотя бы знаешь, что значит быть учителем?

Язык У Иньу застыл во рту.

– Назначение учителя – передавать мудрость, преподавать знания и разрешать сомнения. Посмотри на своих учеников. Что ты для них сделал? Обучил ли чему-нибудь, что-то преподал? Распутал ли хоть что-нибудь в их головах? Твоя роль в собственном унижении неоспорима. И тебя я нынче пригласил сюда из желания, чтобы ты увидел, что бывает, когда ты уклоняешься от своих обязанностей по отношению к твоим ученикам.

У Иньу вздрагивал от каждого упрека и в конце пристыженно опустил голову, не найдя, что сказать в ответ.

Зато вышел из ступора Кудряш. Движимый не отвагой, а скорее отчаянием, он выхватил топорик, который до этого прятал в кармане пальто, – примерная копия тех, которыми орудуют гангстеры в гонконгских боевиках, столь популярных среди молодежи.

– Ты уберешься с дороги или нет? – завопил он. – Или я тебе тут такое устрою!..

– Чего же ты ждешь? – с леденящим спокойствием спросил незнакомец.

Кудряш, стиснув зубы, ринулся на зловещего гостя. Топорик он вскинул высоко над головой, рассчитывая со всего маху рубануть борзого перца по шее.

На что тот спокойно перехватил в воздухе запястье Кудряша и крутнул. От боли тот согнулся пополам, а топорик грохнулся об пол. Сведя указательный и средний пальцы, незнакомец нежным движением провел ими Кудряшу по шее. Вопли буяна оборвались, лишь дрогнули чуть разведенные губы под расширенными притуманенными глазами.

На горле старшеклассника прочертилась длинная глубокая рана. Кровь из пореза, пенясь, хлынула на роскошный ковер. Не давая ей испачкать себя, незнакомец выпустил руку Кудряша, и тот упал на пол, где и замер после нескольких слабых конвульсий.

Девушка завизжала так пронзительно, что заложило уши, но незнакомец как будто не беспокоился, что ее услышат. Он и выбрал этот номер специально из-за толстых звуконепроницаемых стен.

У Иньу тяжело встряхнулся, словно отходя от морока.

– Ты убил его! Как ты мог! За что?

Чем больше он причитал, тем слабее становился его голос.

Девушка отступила в глубь комнаты, зато Серьга, углядев проем, кинулся к двери. Хотя для незнакомца его движения были до смешного медленны. Левая рука молниеносным рывком приткнула его к стене, как беспомощного ребенка. Незнакомец медленно поднял правую руку.

У Иньу пал на колени и начал кланяться, крепко ударяясь лбом об пол.

– Молю тебя! Заклинаю! Больше никого не убивай!

Правая рука незнакомца замерла.

– Ты хочешь, чтобы он не понес наказания?

У Иньу как был, на коленях, подобрался к гостю, давясь слезами:

– Пожалуйста, умоляю, перестань наказывать моих учеников! Это все моя вина. Это я не выполнил свой долг как учитель.

Слезы ручейками стекали по его лицу.

Какое-то время гость молчал.

– Ты хочешь исправить свои ошибки?

– Да, да! Хочу! Только отпусти моего ученика.

Незнакомец шевельнул носком ноги, и топорик, скользнув по ковру, замер возле самых колен У Иньу.

– Отруби себе левую кисть, – холодно сказал гость.

– Что? – У Иньу изумленно глянул на него снизу.

– Отруби себе левую кисть, – повторил незнакомец. – Если ты сделаешь это, я их отпущу.

– Но…

Колени У Иньу ослабли, и он растянулся на ковре.

– Выбор за тобой. Принуждать тебя я не буду.

Вблизи Серьга отчетливо видел смертельное лезвие, зажатое у незнакомца между пальцами. В ужасе старшеклассник пытался вырваться из беспощадной хватки, но безуспешно. Он бросил на своего учителя умоляющий взгляд и, с трудом перебарывая тиски железных пальцев у себя на шее, прохрипел:

– Пожалуйста…

– Сейчас, еще секунду…

У Иньу приподнял руку, успокаивая ученика. Сделав несколько быстрых вдохов, он поднял с пола топорик. Тот выглядел острым, как орудие мясника.

Глаза гостя зажглись предвкушением.

С резким вскриком У Иньу вскинул топорик над своим левым запястьем. Но вскрик превратился в заржавленный скрежет. Поперхнувшись, У Иньу медленно опустил топорик на ковер. Запястье осталось нетронутым.

Незнакомец разочарованно покачал головой. Правая его рука чиркнула по шее Серьги, и того постигла та же участь, что и Кудряша. Тело мягко сползло по стене на пол, а глаза бессмысленно уставились на У Иньу. Учитель свалился на ковер в обмороке, словно от удара дубинкой.

Секундой позже из кошмарного транса его вырвали вопли девушки. На глазах учителя незнакомец подошел к последней оставшейся в живых ученице и дернул ее за огненно-рыжие волосы. Она практически утратила волю к сопротивлению и лишь глухо молила прерывающимся от рыданий голосом:

– Учитель, прошу вас, помогите мне…

У Иньу снова вскричал, но на этот раз с необузданной яростью. Топорик с силой опустился вниз, точно и четко отделив кисть от остальной руки.

Отступив в сторону, незнакомец выпустил девушку, а та метнулась к учителю. Слезы прекратились: шок ошеломления оказался сильнее плача.

Превозмогая боль, с тяжелыми надсадными выдохами, У Иньу как мог перевязывал рукавом укороченную руку, стремясь унять кровь. На зловещего гостя он теперь взирал со стальной решимостью.

– Учитель! Учитель! – металась ученица, снова заливаясь слезами. Подобрав с пола отрубленную кисть, она беспомощно прижала ее к груди.

Несмотря на боль, У Иньу сейчас ощущал в себе нечто доселе небывалое. Тихую гордость.

Незнакомец кивнул с безмолвным одобрением. Глянув на окровавленное лезвие топорика, он глубоко вздохнул и с прищуром посмотрел на девушку.

– Так или иначе, я исполнил все приговоры. Ты хоть и жива, но в каком-то смысле прошла сегодня через смерть. И теперь станешь другой, с совершенно иным пониманием того, что значит быть живой.

Затем он пронзительно поглядел на У Иньу:

– А ты… Ты наконец нашел в себе мужество и ответственность, подобающие учителю.



19:35

Вокзал Чэнду

С экрана вокзального телевизора взволнованно вещал голос диктора: «По итогам предварительного расследования взрыва в пятницу на улице Синчэн напрашивается вывод, что это был террористический акт. В результате взрыва погибли два человека, однако больше жертв не было. Одной из убитых оказалась Го Мейжань, владелица ресторана «Бифанъюань». Вторым – Юань Чжибан, который и совершил подрыв. Полиция установила, что Юань Чжибан стоял и за другим унесшим жизни взрывом в Чэнду, восемнадцать лет назад; тогда в результате опять же погибли двое. По мнению полиции, Юань Чжибан – серийный убийца, действовавший под псевдонимом Эвмениды. Этот злоумышленник несет ответственность еще и за несколько преступлений здесь, в Чэнду; одно из них – убийство бизнес-леди Хань Шаохун, смерть которой вызвала горячую дискуссию как в интернете, так и в средствах массовой информации…»

С тихим вздохом Ло Фэй выбрался из скопившейся у экрана толпы и направился к кассе.

Не успел он потянуться за билетом, как откуда-то сзади послышался голос:

– Офицер Ло, минуту!

Обернувшись, Ло Фэй с удивлением увидел броскую фигуру Му Цзяньюнь. Красавица психолог быстрым шагом приближалась к нему, а с ней – еще двое полицейских. Тот, что слева, в очках и с взъерошенной шевелюрой, – компьютерный спец Цзэн Жихуа. А рядом с ним – Инь Цзянь, интеллигентно-строгий сотрудник среднего роста, до вчерашнего дня помощник начальника Хань Хао. Вместе с Ло Фэем эти трое составляли костяк специальной следственной группы № 418, собранной заново для пресечения деятельности Эвменид.

– Офицер Ло, вы не можете так взять и уехать, – без обиняков заявила Му Цзяньюнь.

– Это почему? – Он нахмурился.

– Цель не достигнута, вот почему, – вместо нее резко откликнулся Цзэн Жихуа. – Юань Чжибан, может, и мертв, но его подручный все еще где-то ходит-бродит… И новые Эвмениды с убийствами заканчивать не собираются. Любопытно, какие объяснения будут придумывать СМИ на следующие их убийства…

Ло Фэй на секунду замешкался, но затем решительно тряхнул головой:

– Все понимаю, но остаться никак не могу. Мне надо обратно к себе, в Лунчжоу. Отпуск на поездку в Чэнду я брал всего на неделю, сейчас там у меня дел невпроворот.

– Ничего, этот вопрос урегулирован. – Цзэн Жихуа лукаво усмехнулся.

Инь Цзянь достал из сумки сложенный лист и торжественно вручил Ло Фэю. Наверху жирным шрифтом было выведено: «Приказ о переводе». Ло Фэй прочел: «По предложению начальника Управления общественной безопасности Чэнду, рассмотренному и утвержденному отделом кадров Департамента общественной безопасности провинции Сычуань, решено перевести Ло Фэя, начальника отдела уголовного розыска Лунчжоу, на должность исполняющего обязанности начальника уголовной полиции Чэнду и штатного руководителя специальной следственной группы № 418. Полицейское управление провинции Сычуань выберет и командирует подходящего кандидата для временного исполнения обязанностей на освободившейся должности начальника отдела уголовного розыска Лунчжоу».

Ло Фэй застыл. Инь Цзянь между тем картинно взял под козырек: «Начальник Ло!»

Наконец, сложив приказной лист, Ло Фэй задумчиво почесал подбородок.

– Гм. Как-то оно… слишком уж внезапно, вы не находите?

– Приказ о переводе был оформлен в столь сжатые сроки во многом благодаря настоятельной рекомендации начальника Сун, – пояснил Инь Цзянь. – Он отдал распоряжение, чтобы вы срочно прибыли к нему.



20:46

Отдел уголовного розыска Чэнду, комната для допросов

У входа в допросную Инь Цзянь почувствовал, как у него сводит живот. Без сомнения, этот допрос будет одним из самых выматывающих.

Здесь его встретил дежурный полицейский.

– Что-то ты не торопишься, – упрекнул он негромко. – Иди, заменяй меня… Лично я для такой работы не годен.

– В смысле? – напрягся Инь Цзянь.

– Не говорит вообще ничего. Ждет тебя.

Инь Цзянь нехотя кивнул:

– Понятно. Ладно, свободен.

Дежурный, выдохнув с откровенным облегчением, удалился, а Инь Цзянь вошел и обреченно сел на освободившийся стул. Визави по другую сторону стола смотрел на него розоватыми от крови глазами.

– Начальник Хань… – нерешительно произнес Инь Цзянь, не зная, с чего начать.

– «Начальник»? Ты все еще меня так называешь? – Тот зло усмехнулся. – Ты сейчас должен обращаться ко мне «обвиняемый Хань Хао». Ты забыл, чему я учил тебя раньше? На допросе нужно делать все возможное, чтобы подозреваемый помнил о твоем авторитете и власти, а также об отсутствии таковых у него самого. В противном случае можешь забыть о каких-либо результатах.

– Начальник… Хань… – Как ни старался Инь Цзянь, но никак не мог заставить себя называть бывшего начальника как-либо иначе. Отбросив все претензии на превосходство, он перешел на примирительный тон: – Перестаньте всё так усложнять. Просто расскажите нам правду о том, что произошло.

Какое-то время Хань Хао угрюмо молчал, затем спросил:

– Почему ты пришел только сейчас?

– У нас тут кое-какие… внутренние перестановки. – Глубоко вдохнув, Инь Цзянь решил, что не будет особого вреда, если    раскрыть правду. – Произошла смена состава. Ло Фэй назначен на должность исполняющего обязанности начальника уголовной полиции Чэнду, он также возглавил специальную следственную группу.

Всего несколько дней назад Ло Фэй был у Хань Хао одним из главных подозреваемых. А теперь, гляди-ка, восстановлен в правах… а за решеткой оказался сам Хань Хао. Вот же какая ирония судьбы… Он горько улыбнулся:

– Когда вступает в силу его назначение?

– Приказ о переводе уже отдан. Полагаю, завтра он уже официально займет эту должность.

– Прекрасно. – Хань Хао, прикрыв глаза, вздохнул. – В самый раз, чтобы лично допросить меня…

И, безусловно, свести кое-какие счеты.

– Начальник Хань, не затягивайте дело до его прихода к вам. Просто расскажите то, что нам нужно знать. Вы ведь по-прежнему слуга закона независимо от того, по какую сторону стола сидите. В конечном итоге все мы хотим одного и того же.

Оба смолкли. Наконец Хань Хао покрутил головой:

– Не сегодня. Совсем измотался. Нужно хоть немного отдохнуть.

– Хорошо. – Инь Цзянь обратился к стоящим с боков полицейским: – Проводите начальника Хань обратно в камеру.

Застегивая на руках Хань Хао наручники, полицейский сказал:

– Начальник Хань, вам придется сдать вещи, которые имеются у вас при себе.