– Синяя пыль? Да, я случайно опрокинул его на себя.

– Ага! Вот почему ты смог войти в лес и нас увидеть. – По-прежнему паря в воздухе, она принялась изучать верхнюю часть клетки. – Это на самом деле простые чары. Сейчас.

Секундой позже клетка стала опускаться, остановилась в нескольких сантиметрах над землёй и разлетелась на сотни мелких щепок.

Лукас озадаченно плюхнулся на землю нос к носу с Педорой Улиндой Нафтет фон Хибалкой, которая со скучающим видом вылизывала лапки.

– Спасибо.

– Не за что. – Лицо Фелициты сияло. – Но разве вы не должны ночью спать? Или это собаки? Уроки о других живых существах такие скучные. Наверное, я на пару минут задремала на уроке про повадки людей.

– Мне это знакомо. Со мной такое постоянно бывает на математике, – сказал Лукас, поднимаясь.

Фелицита присела на корень дерева, скрестив ноги. На ней были изысканные туфельки, украшенные сверкающими камнями.

– Это бриллианты? – спросил Лукас.

– О, как мило, что ты заметил. Совсем маленькие, не больше четырёх карат. Красиво?

Лукас кивнул:

– Очень. Значит, ты тут живёшь?

В ответ она вздохнула:

– Это долгая история.

И Фелицита принялась рассказывать.

Эльфийский пансион



– Я не виновата, что гора разрушилась, – пояснила Фелицита.

– Гора? – Лукас смотрел на неё во все глаза.

– Маленькая горка. Я принцесса, знаешь ли. Я родилась, чтобы однажды стать королевой эльфов. Мне осталось до этого не больше двухсот лет. Но мой отец обращается со мной, как с маленькой эльфийкой. Ужас. И когда какие-то чары не удаются, он тут же норовит начистить мне крылышки.

В воцарившейся тишине слышался громкий храп. Пунхи прикрыла мордочку лапками.

– Я об этом позабочусь. – Фелицита с ликующим видом щёлкнула пальцами. В воздухе замерцали тысячи серебристых искорок. – Простые чары против шума.

С неприятным хрустом от дерева отломилась ветка и упала в нескольких сантиметрах от Рани.

– Ой… это всё потому, что ты на меня смотришь, я стесняюсь. – Фелицита откашлялась. – Обычно мои чары работают. В основном. Почти всегда. Тем не менее отец отдал меня в этот мерзкий пансион, где мне теперь приходится жить. – Она всхлипнула.

– Это просто ужасно, – поспешил заверить её Лукас, хотя, вспоминая ветку, которая чуть не придавила Рани, он мысленно похвалил эльфийского короля за это решение.

– Правда? – Фелицита немного придвинулась. – А ты? Живёшь во дворце? Ты принц? Я так мало знаю о людях.

– Вообще-то я всего лишь школьник.

– Это что-то вроде адепта?

– Наверное.

Фелицита издала радостный возглас:

– Значит, ты тоже умеешь колдовать?

– Разве что с помощью техники, – Лукас попытался пошутить. Увидев озадаченный взгляд эльфийки, он достал из рюкзака фонарик.

– Какая тяжёлая волшебная палочка, – прокомментировала Фелицита.

Ухмыляясь, Лукас нажал кнопку. Луч света упал на Пунхи, которая в ответ обиженно мяукнула.

– Извини.

Фелицита восхищённо рассматривала фонарик, облетая его со всех сторон.

– Я не чувствую магии. Наверное, это старые чары. Ты очень могуч.

Лукасу было немного неловко.

– Почему тогда ты тут гуляешь, если должна быть в пансионе? – быстро переменил он тему.

Эльфийка слегка зарделась.

– Уроки были такие скучные. Поэтому я решила немного исследовать лес. Это намного полезнее, чем слушать о волшебных существах в классе.

Хорошо, что этого не слышал отец Лукаса. Он бы не преминул прочитать им лекцию об упадке системы образования и о лени некоторых школьников. Мать возразила бы и стала рассказывать о вытесненных травмах, стадии упрямства в начале полового созревания и учителях, жаждущих всех контролировать. Большинство этих слов были Лукасу непонятны, но звучали они не слишком привлекательно.

– А ты что тут делаешь? – спросила Фелицита.

Лукас рассказал ей о краже, совершённой больдом.

– А с ним что делать? – Лукас указал на Рани. – Он ведь проснётся?

Фелицита с улыбкой махнула рукой:

– Не беспокойся. Шоколадное опьянение действует лишь несколько часов. Я могла бы применить магию и…

– Нет! – быстро перебил её Лукас, а Пунхи вновь негодующе замяукала. – Моя мама всегда говорит, что не стоит вмешиваться в естественный ход вещей.

– Ага. – Казалось, Фелициту его слова не слишком убедили. – Как скажешь. Завтра у него будет болеть живот, и он скажет, что больше ни за что не прикоснётся к шоколаду. И наверняка будет всю ночь жаловаться, как всё ужасно. Но не успеет он послезавтра проснуться, как слопает очередную плитку. Меноки совершенно не умеют держать себя в руках, когда речь идёт о шоколаде.

Лукас вспомнил, что, по словам автора книги, обитатели Шепчущего леса днём спят, а ночью активны. Поэтому, когда Фелицита говорит о том, что будет завтра и послезавтра, надо представлять себе следующие ночи, а не дни.

– Мне это знакомо, – хихикнул он. – Когда я был маленький, мне непременно хотелось за один раз съесть целую плитку шоколада. Отец хотел у меня её отнять, но мама разрешала мне слопать всё. Потом мне бывало так плохо.

– Я могу включить это в следующий доклад о людях, – пробормотала Фелицита. – Зависимость от шоколада – меноки и люди. Сравнение и анализ.

Лукас заметил, что стало прохладно. Он потёр руки. Странно, до этого температура в лесу казалась ему приятной.

Пунхи вскочила и беспокойно замяукала.

– Это принесёт мне дополнительные баллы, – рассуждала Фелицита со светящимися глазами. – Возможно, тогда отец заберёт меня домой.

Вдруг кошка прыгнула на Фелициту, толкнув её.

– Что?.. – Эльфийка вспорхнула и стала выписывать в воздухе фигуры. – Холодно!

– Я предложил бы тебе свой свитер, но он слишком большой.

Фелицита бросилась к Лукасу и схватила его за шиворот.

– Что, ты говорил, украл больд?

– Что ты хочешь?..

Принцесса потрясла мальчика за воротник.

– Там был какой-то волшебный предмет?

– Нет. Не знаю. Только книга о Шепчущем лесе.

– И ты говоришь это только сейчас?! Если там есть информация о лесе, то ему грозит опасность. Нам надо бежать.

Между тем ударил настоящий мороз. У Лукаса изо рта вырвались клубы пара.

Пунхи и Фелицита уже устремились в чащу леса. Лукас схватил менока, который оказался на удивление тяжёлым, забросил его себе на плечо и побежал за ними. Ветки били его в лицо и царапали кожу. Но Лукас не останавливался. С каждым шагом его всё больше охватывала паника, казалось, что его преследуют.

Вдруг густая зелень расступилась, и Лукас едва успел затормозить, чтобы не полететь в бурный водный поток. Находившийся перед ними мост провалился в середине.

– Это сделал больд! – в ужасе закричала Фелицита. – И варк уже почти здесь!

Эльфийка могла запросто перелететь на другой берег, но Пунхи, Лукас и менок – нет.

– В кусты! – приказала Фелицита.

Лукас молнией бросился в заросли, крепко сжимая менока.

И успел как раз вовремя.

Сквозь ветки он видел, как Фелицита и Пунхи отступили назад, к краю оврага, который они только что покинули. Перед ними стал сгущаться чёрный туман. Он постепенно принимал очертания и превратился в какое-то существо.

Наверное, это и был варк. Лукас едва сдержал крик.

Варк



– Сознаюсь. – Фелицита, съёжившись, сидела на земле и плакала навзрыд.

Варк что-то грубо прорычал. Лукас не смел даже дышать. Чудище напоминало огромную, ходящую на задних лапах ящерицу и было одето в лохмотья. Его чешуйчатые пальцы заканчивались грязными когтями. Оно было выше Лукаса на добрый метр.

– Ты украла книгу?

– Книгу? – озадаченно подняла глаза эльфийка. – Я имела в виду, сознаюсь, что прогуливала школу.

Снова послышалось рычание.

– Где книга? Знания о Шепчущем лесе вернулись, я отчётливо это чувствую.

– Может, в библиотеке? – пропищала эльфийка.

– Она здесь, в лесу, – возразил варк. – Вор проходил здесь.

Варк наклонился. Его когти слегка коснулись её щеки.

– Скажи мне правду.

Пунхи недовольно замяукала.

– Молчать! – проревел варк так громко, что по ветвям прокатился порыв ветра.

Тело Лукаса застыло. Сначала он подумал, что это просто от испуга. Но когда через несколько секунд, показавшихся целой вечностью, он попробовал пошевелиться, ничего не получилось. С Пунхи, похоже, было то же самое, так как она перестала издавать какие-либо звуки.

– Я не видела никакой книги, – уверенно ответила Фелицита.

Лукас восхитился храбростью этой хрупкой на вид малышки. Она не выдала его этому чудовищу.

Варк обнюхал её. Затем, снова зарычав, выпрямился.

– Ты говоришь правду. На тебе нет магии книги. Но я тебя предупреждаю! Я найду по следам и накажу каждого, кто прикоснётся к книге. И если ты будешь среди них, даже король тебя не защитит.

Значит, чудище знало, кто такая Фелицита.

– Я не вру, – солгала она.

У Лукаса по руке пробежала судорога. Чары ослабли, и он наконец снова смог пошевелиться. Вздохнув с облегчением, он заполз ещё глубже в кусты. Ему хотелось быть подальше от этого ужасного чудовища.

Вдруг он вздрогнул от громкого звука.

«Рани! Нет!»

Менок очень не вовремя и очень громко всхрапнул.

Варк молниеносно вскочил и развернулся. Он замахал своими когтистыми лапищами, от чего кусты задрожали. Рани окружил туман, поднял его в воздух и понёс вперёд.

Лукас на всякий случай ещё дальше отполз в кусты.

– Он тоже ни при чём, – пропищала Фелицита.

– Молчать!

Эльфийка с белым как мел лицом прильнула к Пунхи и принялась её успокаивающе гладить.

Варк занялся Рани. Он провёл когтями по шерсти пушистого зверька, обнюхал его и наконец приложил ухо к его мордочке.

– Шоколадное отравление.

Туман испарился. Рани плюхнулся на землю и спокойно продолжил спать. Даже гнетущее присутствие варка никак не потревожило его сон.

– Ох уж эти меноки! – Фелицита наигранно засмеялась.

Варк фыркнул:

– Я не чувствую на нём следов книги. Но откуда у него шоколад?

Лукас не думал, что эльфийка может стать ещё бледнее.

– Это был розыгрыш, – произнесла она еле слышно.

– То есть?

– Он вёл себя очень заносчиво. – Казалось, с каждым словом к Фелиците возвращалась уверенность. У неё хорошо получалось придумывать отговорки. – Поэтому мы с подругами захотели его проучить. Мы украли шоколад. – Она откашлялась и возбуждённо захлопала крылышками. – Мы в пансионе как раз проходим меноков, поэтому у нас есть запасы шоколада.

Варк молчал, что воодушевляло Фелициту врать дальше.

– Поэтому я сегодня и улизнула. Там, чуть дальше, менок расставил ловушку. Он хотел поймать кого-нибудь из людей. – Она снова наигранно засмеялась. – Такой дурачок.

Варк зарычал.

– Достаточно было подсунуть туда шоколад. Но я не хотела оставлять его там одного. Кто знает, что с ним может случиться. – Она пожала плечами.

Тишина.

Варк, казалось, обдумывал услышанное. Он медленно наклонился над Рани.

– И ты не видела никого с большой книгой?

– Нет.

– И не чувствовала соответствующей магии?

Эльфийка покачала головой.

– Возвращайся в пансион, – потребовал варк. – Принцессе не подобает разыгрывать обитателей Шепчущего леса. Если ещё раз тебя поймаю, доложу твоему отцу.

Фелицита усердно закивала.

Вокруг варка сгустился туман. Он обволок его, и вскоре было видно лишь густое тёмное облако. Оно медленно поплыло прочь.

– Он ушёл, – вздохнула с облегчением Фелицита спустя несколько минут.

Лукас выполз из кустов. Ему было холодно, и когда напряжение спало, он почувствовал себя сильно уставшим.

– Ты была великолепна.

– Правда? – Фелицита подлетела к нему. – Насколько я великолепна по десятибалльной шкале?

– На одиннадцать, – соврал Лукас, но это прозвучало так уверенно, как нечто само собой разумеющееся.

Фелицита зарделась.

– Вы, люди, мне нравитесь. Вы такие честные.

Пунхи вдруг вскочила и затряслась.

– Не бойся, варк ушёл, – успокоила Фелицита кошку. – Ещё бы чуть-чуть – и нам конец. Хорошо, что мне уже не раз приходилось придумывать отговорки. – Она повернулась к Лукасу: – Но у нас есть одна проблема. Если он найдёт книгу, то с помощью колдовства сможет увидеть всех, кто к ней прикасался. Тогда он узнает о тебе.

Лукасу стало не по себе. От мысли, что это чудовище однажды ночью явится к нему в комнату и протянет к нему свои когти, его бросило сначала в жар, а затем в холод.

– Мы должны найти книгу раньше него!

– Ты очень смелый, – произнесла Фелицита. – Если ты попадёшься варку в лапы…

– То что?

– Были воры, которых он превратил в живые статуи. Они не умерли, но больше не смогли двигаться. Только в их глазах осталась жизнь.

Лукас испуганно смотрел на неё:

– Это ужасно.

– Разумеется, он сделает это только в том случае, если заполучит книгу и сможет учуять в ней твой след.

– Чудесно, – сухо заметил Лукас. – Значит, у нас нет выбора. Но как нам найти книгу?

Фелицита указала на Рани:

– Сначала надо его разбудить.

Прежде чем Лукас успел среагировать, сверкнула волшебная пыльца. Чары подействовали.

И это было поистине потрясающе.

Волшебный кубик



Лениво поднялось одно веко.

– А я было подумала, что мои чары разорвут его на части. – Фелицита облегчённо выдохнула и улыбнулась.

Это было отнюдь не беспочвенное предположение, подумал Лукас. Волшебная пыльца подняла Рани в воздух, и он завертелся как волчок. Лукас не удивился бы, если бы от него полетели клочки шерсти. Но всё же в итоге зверёк вновь опустился на землю.

Поднялось второе веко.

– Почему ты больше не в клетке? – поинтересовался Рани.

– Он явно проснулся, – радостно прокомментировала Фелицита и возбуждённо запорхала. – Видишь, Пунхи? Он не взорвался и не окаменел.

Лукас предпочёл не представлять, что бы тогда было.

– Что?! – Рани вскочил. – Ты напустил на меня эльфийку? – Менок с обвиняющим видом направил свой хвост на Лукаса. – Какая наглость. Сначала отравил меня шоколадом…

– Но это было твоё желание.

– …а затем вы не дали мне даже выспаться. Ох, бедная моя голова.

– Сильно болит? – осведомился Лукас.

– Нет, совсем нет. Странно. – Он тут же снова повернулся к Лукасу: – Но это могло ужасно кончиться.

– Ты преувеличиваешь, – фыркнула Фелицита.

– Ну да. Скажи это обитателям Долины Семи Ручьёв.

Фелицита покраснела.

– Теперь это бесполезно.

– Что это значит? – спросил Лукас с любопытством.

– Скажем так: в Долине Семи Ручьёв больше никто не живёт, – выпалил Рани и тут же сменил тему: – А вы, люди, не исполняете случайно четыре желания?

– Нет, – проворчал Лукас. – Хватит уже желаний.

– Отравлен, превращён эльфийкой в пушечное ядро – и нельзя даже маленькое четвёртое желание. Это был бы сущий пустяк.

– Нет! – закричал Лукас.

– Нам нужна твоя помощь. – Фелицита подлетела к Рани поближе. – Вы, меноки, умеете чувствовать магические следы даже лучше, чем варки. Нам срочно надо найти одну волшебную книгу. – Она быстро ввела его в курс дела.

Рани прищурился и внимательно посмотрел сначала на Фелициту, затем на Лукаса и, наконец, на Пунхи.

– Нет.

– Что? – переспросила эльфийка.

– Я с вами и так уже потерял кучу времени. Меня ждёт моя наука. Это важнее, чем какая-то книга.

– Ты струсил. – Фелицита упёрлась руками в бока.

– Нет, конечно. Меноки ничего не боятся. Никогда.

Эльфийка окинула Рани взглядом, надув губы. Затем вдруг вскинула руку и указала на что-то за его спиной.

– Ой, варк вернулся!

В следующий миг захрустели ветки. Рани одним прыжком скрылся в кустах. Весь дрожа, он подглядывал сквозь листья.

– Вот так ты ничего не боишься! – ликовала Фелицита.

Рани выполз из кустов вне себя от ярости.

– Ты соврала.

– Ты тоже.

Зверёк выглядел так, словно его засунули в сушилку для белья. Шерсть торчала в разные стороны, вся в ветках и листиках.

– Нам нужна твоя помощь, – пояснила Фелицита. – И ты отказываешь, потому что боишься.

– Это инстинкт самосохранения, – поправил Рани. – Речь идёт о варках. Они служат Шепчущему лесу, не ведая жалости. Они делают всё, чтобы его защитить.

– И?

– Всё! – Лукас стал между спорящими и поднял руки в примиряющем жесте. – Мы теряем время. Если варк найдёт книгу раньше нас, будет поздно.

– Тебе не стоит волноваться, – успокоил Рани. – Даже если чары превратят тебя в камень, ты сможешь просто стать водой и потечь.

– Что за вздор? – изумился Лукас. – Мы, люди, не умеем превращаться в воду!

– Разве? – Рани запустил руку в шерсть и достал оттуда свою книжечку. Хвостом он достал карандаш и что-то им вычеркнул. – Вы огнестойкие?

– Нет.

– Умеете летать?

– Разве что вниз с обрыва.

– Зачем?

Лукас уклонился от ответа.

– А как насчёт волшебных предметов?

– Ну… – Не договорив, мальчик засунул руку в рюкзак и достал оттуда кубик Рубика. – Это как сказать. Если ты нам поможешь, то сможешь оставить его себе.

Книжечка и карандаш исчезли в кармашке в шубке. Рани вырвал кубик у Лукаса из рук и стал им вертеть. Это была головоломка, где каждая из шести граней состоит из трёх рядов по три квадрата разных цветов.

– Сколько граней – столько и цветов. Надо вращать так, чтобы каждая грань стала одного цвета, – пояснил Лукас.

– Да-да. – Рани увлечённо вращал кубик.

– Мы можем и на ходу развлекаться. – Лукаво ухмыляясь, Фелицита подтолкнула Рани. – Только воспользуйся своим волшебным чутьём. Лукас притрагивался к книге, так что ты можешь взять след, обнюхав его.

Не прекращая вращать кубик, Рани побрёл вперёд.

– Надеюсь, он действительно ищет книгу. – Лукас с недоверием смотрел на менока. – Иначе он приведёт нас прямо к шоколадной фабрике.

– Тсс, – прошипела Фелицита. – Тихо.

– Извини.

– Мы должны следить, чтобы он не ударился о дерево и не упал в речку, – сказала Фелицита. – Но он точно будет искать книгу.

Лукас быстрыми шагами следовал за меноком. Фелицита и Пунхи, выглядевшая слегка раздражённой, держались сзади.

Так как мост был разрушен, они пошли вдоль берега. Когда Рани грозила опасность споткнуться о корень, Лукас просто переносил его на руках. Один раз менок всё же полетел в кусты, но не придал этому никакого значения. Он был слишком увлечён новой игрушкой.

Наконец они подошли к другому мосту. Но, прежде чем Лукас успел ступить на доски, Фелицита его задержала.

– Нам нужно кое о чём позаботиться.

Сверкнула волшебная пыльца.

Вскрикнув, Лукас повалился на землю.

Преображение



Лукас вспомнил, как когда-то болел ветрянкой. Казалось, он был единственным в мире мальчиком, на которого не подействовала прививка. Как следствие, с утра до вечера у него всё чесалось. Так было и сейчас.

– Мои уши!

– Ты выглядишь, как принц. – Фелицита гордо порхала вокруг него. – Варк тебя не узнает.

– Что ты сделала? – Лукас ощупывал свои уши, которые были заострены и торчали.

– Маскировочные чары. Теперь у тебя эльфийские уши. Н-да, обычно они не синие, но ничего не поделаешь.

– Синие?!

– Мой любимый цвет. Иногда он появляется, когда я колдую.

Пунхи ударила себя лапой по лбу и мяукнула.

Рани ступил на мост. Он непоколебимо шёл по следу, не отрывая глаз от кубика Рубика.

– Но ты не можешь просто так наколдовать мне эльфийские уши! – Лукас был вне себя от ярости и упёрся кулаками в бока.

– Почему? Тебя нужно замаскировать, иначе тебя узнает первый попавшийся больд.

– Никто не примет меня за эльфа! Я высокий, и у меня нет крыльев.

– Это правда, – согласилась Фелицита. – Но скажем, что ты шпион, который только что вернулся. Ты ходил к людям в разведку.

– Вы что, посылаете к нам замаскированных эльфов?

– А как же, – подтвердила Фелицита. – Иногда наши лазутчики на какое-то время превращаются в домашних питомцев. Если кто-то спросит, скажем, что твоё обратное превращение прошло неудачно и поэтому ты высокий и без крыльев.

– Как хочешь, – проворчал Лукас и пошёл за Рани на мост. – Но до рассвета мои уши должны стать такими, как прежде!

– Хорошо. – Фелицита летела рядом с ними, хихикая. – Это всё так увлекательно.

Лукас сказал бы, что это всё большое безобразие, но, по крайней мере, эльфийка была действительно увлечена. То же самое можно было сказать о Рани. Лукас быстро схватил менока за шиворот и поправил его курс, прежде чем тот успел свалиться в воду.

В этом месте ручей превращался в бурный поток, который пробивался под ними между острых камней. Во все стороны разлетались брызги. От одного взгляда вниз у Лукаса закружилась голова. В этот момент эльфийские крылышки пришлись бы очень кстати.

– Возможно, нам стоит…

Треск досок не дал ему договорить. Лукас слишком поздно понял, что мостики Шепчущего леса не рассчитаны на вес человека.

Вместе с Рани они заскользили в сторону ревущего потока. Кубик Рубика плюхнулся в воду.

Фелицита вскрикнула. Пунхи одним прыжком оказалась подальше от опасного места.

Лукас в самую последнюю секунду ухватился за край образовавшейся дыры. Ему в руку вонзились щепки. Теперь, когда кубик исчез среди волн, в Рани вновь пробудился инстинкт самосохранения. Менок всеми четырьмя лапами и хвостом обхватил ногу Лукаса.

– Держись! – закричала Фелицита.

– Пытаюсь! – сердито ответил Лукас.

Он попробовал подтянуться, но доски тут же угрожающе заскрипели.

– Я могу поколдов…

– Нет! – перебил он её. – Если у тебя не получится, мы превратимся в корм для рыб.

– Я знаю! – послышался измученный голос менока. – Фелицита может загадать тебе желание, чтобы мы поднялись наверх, человек.

– Я не могу исполнять желания!

– Почему?

Лукас лишь гневно вскрикнул. Сейчас было не время убеждать упрямого менока, что люди не волшебные существа.

– Поторопитесь! Вода поднимается! – закричал Рани.

– Что?! – Лукас посмотрел вниз.

Вода бурлила. Пена поднималась всё выше, и образовался водоворот.

– Кажется, мы вот-вот уйдём под воду, – прокомментировал Рани. – Я всегда говорил, что неукрощённая вода под мостом опасна, но меня никто не слушал.

– Неукрощённая вода, конечно. Что ещё? – Лукас всеми фибрами души желал, чтобы всё это оказалось дурным сном и он поскорее проснулся.

Послышалось мяуканье.

– Пунхи, это же великолепно!

Лукас даже не заметил, что кошка исчезла. Теперь она вернулась с верёвкой. Точнее, присмотревшись, Лукас понял, что это лиана. Его это уже не удивляло. Казалось, здесь растут самые невероятные растения.

Фелицита бросила ему спасительную лиану.

Её конец шлёпнул Лукаса по лицу и скользнул мимо него. Ему вдруг стало легче: Рани ухватился за лиану и шмыгнул наверх.

– Мы привязали другой конец! – закричала Фелицита.

Поток поднялся ещё выше.

Брызги уже достигали его штанов. Лукас со стоном пополз вверх, прочь от ревущей воды. Вздохнув с облегчением, он выбрался на обломленный край моста.

На другом конце моста ждала Пунхи; рядом с ней сидел Рани. Фелицита порхала в воздухе перед Лукасом.

Он пополз по доскам. Очень медленно, сантиметр за сантиметром, мальчик приближался к противоположному берегу. Дерево под ним то и дело скрипело, на досках появлялись трещины. Вода внизу плескалась и, казалось, только и ждала, чтобы Лукас снова провалился. Но всё же она больше не поднималась. Словно сам мост был от неё щитом.

Наконец Лукас достиг другого берега и, тяжело дыша, опустился на землю рядом с Пунхи и Рани.

– Ещё бы чуть-чуть.

– Вы меня одурачили, – сердито закричал Рани. – Кубик должен был помрачить мой рассудок, чтобы вы воспользовались мною, как ищейкой!