— Не имеет смысла! — отрезал адмирал Теков, косясь на экран системы связи, с которого на него взирал некто, судя по всему, гораздо более высокопоставленный начальник. — Наша Империя располагает продвинутыми научно-техническими достижениями в области робототехники. Мы способны разрабатывать метановые планеты без посторонней помощи. Более того, наличие на подобных разработках населения сокращает площадь доступной под разработку территории. Плодовитость вашего вида не вызывает сомнений. Со временем вы увеличитесь в количестве настолько, что вам потребуется вся солнечная система целиком. Мы не видим никаких оснований для того, чтобы доводить ситуацию до подобного положения. Вам предлагается покинуть границы Империи по-хорошему. Мы уже пошли вам навстречу, предоставив сутки на подготовку к дальнему гиперпрыжку. Согласитесь, претор, это не час, как случалось у вас ранее!

— Не час. — Ошу-Риа с прискорбием вздохнула. — Мы благодарны вам за проявленное сочувствие. Быть может, могущественная Империя сможет помочь нам хотя бы советом? Нам некуда идти. Без ресурсов мы обречены, заключать с нами партнёрские взаимоотношения никто желания не изъявляет… Где у нас есть шанс выжить?

— Не могу помочь вам в данной проблеме! — Адмирал Теков нахмурился. — Я — солдат, а не политик. Вы хотите получить от меня ответ на непрофильный вопрос!

Он хотел было добавить что-то ещё, но неожиданно тот, кто молча надзирал за ходом переговоров с экрана системы связи, властно заговорил, и адмирал мгновенно умолк, вытягиваясь по струнке.

— Империя, — лингвотрон претора переводил речь высокопоставленного Тека голосом Патриарха цивилизации Ун*Мирт, — не может давать подобные советы представителям сторонних цивилизаций. Ибо это может быть расценено государствами, в чьё пространство вы отправитесь к исходу суток, как завуалированное сознательное недружественное действие, спровоцировавшее приток нежелательных мигрантов.

Он сделал многозначительную паузу и закончил:

— Не вызывает сомнений, что никто не будет рад появлению в своих границах претендентов на ресурсную базу. Социальные группы, подобные вашей, чаще всего оседают в необитаемых системах и образовывают незаконные вооружённые формирования, промышляющие пиратством и контрабандой. Однако у Империи имеется информация о том, что в соседней галактике, частично входящей в Нейтральные Территории, крупным объединениям беженцев иногда удаётся наладить полноценное существование. Учитывая наличие эскадры крейсеров, у вас есть шансы повторить подобный успех. По имеющейся у нас информации, в Нейтральных Территориях востребованы услуги по дальнемагистральной доставке и вооружённому сопровождению грузов. Помимо этого, пиратские картели Нейтральных Территорий зачастую испытывают заинтересованность в притоке новых бойцов.

На этом Император Теков закончил разговор и без какого-либо предупреждения отключился. Имперский адмирал проявил неожидаемое от Двуногих сочувствие, предоставив Ошу-Риа звёздные карты Нейтральных Территорий, и даже согласился оказать содействие в прокладке межгалактического курса. Претор вернулась к соплеменникам, и несколько часов объединившийся в единую конференцию флот беженцев совещался, выискивая варианты выживания.

Какая-то часть соплеменниц была за то, чтобы продолжить поиски места жительства в мёртвых ничейных системах, и предлагала прыгать всё глубже, в центр спирального рукава. Они упирали на то, что галактика огромна, это один триллион звёзд, и среди них должно быть множество необитаемых систем. Но таковых было меньшинство. Большинство же возражало, заявляя, что необитаемых систем в галактике миллиарды, это несомненно, но в необитаемых системах беглецам не выжить, ибо у них нет никакого специального оборудования, помимо дальнемагистральных гражданских судов и двух десятков крейсеров. Ни отстроиться, ни начать разработку полезных ископаемых им нечем.

Единственными вариантами выжить остаются либо подрядиться к какой-либо неметановой цивилизации на глобальные работы, связанные с эксплуатацией метановых планет, либо организовать транспортно-логистический бизнес. И то и другое подразумевает существование в соседстве с некими цивилизациями, то есть нахождение в чьих-либо границах. Но живые планеты галактики поделены миллионы лет назад, а то и поболе. И пускать на свои территории чужаков до сих пор никто не захотел. Не факт, что не удастся найти добрых соседей вообще никогда, хотя на данный момент эта перспектива кажется предельно туманной. Но одно совершенно ясно: слишком долго подвергать новорождённые зародыши гиперпрыжкам нельзя. С каждым таким переходом количество зародышей, которые потом выйдут из криогенной заморозки живыми, сокращается. Может статься, что к тому времени, когда доброе соседство окажется найдено, будет уже поздно.

В итоге большинство беженцев пришло к выводу о необходимости переселения в Нейтральные Территории. Изучение предоставленных Теками карт показало, что речь идёт о Галактике Пограничная, являющейся частью пространства высоких энергий. Из всех территорий четырнадцати энергонов Галактика Теутио Тик*Аль была к ней ближайшей, и эмиграция отсюда туда не являлась чем-то немыслимо редким или из ряда вон выходящим. Зато в Нейтральных Территориях никто не мог заявлять права на звёзды, внутри солнечных систем которых не имел каких-либо эксплуатируемых строений и сооружений глобального характера. Просто так выгнать беглецов из необитаемой системы никто не сможет. А начинать войну с полутора тысячами пусть даже гражданских судов, каждое из которых имеет хоть какое-то вооружение, станут далеко не все. Кроме того, Предписание о Нейтральных Территориях прямо запрещает всем, кто пожелал создать в тех местах анклав своей галактики, империи или цивилизации, держать там сверхмощные боевые соединения.

В тех или иных деталях ко всему вышесказанному имелись какие-то исключения, углубиться в тонкости которых не хватало информации, но в общем и целом уверенно вырисовывался главный аспект: в Нейтральных Территориях двадцать миллиардов звёзд, из которых порядка миллиона являются носителями живых планет. Там однозначно можно найти незанятое место для жизни в относительной близости от тех или иных обитаемых планет. В этом свете слова Императора Теков о логистическом бизнесе уже не выглядели абсурдными или странными.

К исходу отведённых Двуногими суток все приготовления были завершены: криокамеры получили профилактическое обслуживание, суда с маломощными гиперприводами намертво сварили с дальнемагистральными кораблями, единый курс тщательно согласован, поправки на увеличившуюся массу флота выработаны и так далее. В назначенную минуту флот беженцев ушёл в прыжок, вставая на гипертрассу до окраинной солнечной системы Галактики Пограничная со странным названием «Талах», и беглецы, снедаемые страхом перед неизвестностью и воодушевлённые надеждой на лучшее, погрузились в восьмимесячный анабиоз.

* * *

Четвёрка атмосферных строительных барж зависла над мегалитом научной лаборатории, острая вершина которой утопала в густых метановых облаках, и с неспешной, но стабильной скоростью возводила неподалёку вторую исполинскую пирамиду. Жёлтые сернистые почвы были слишком мягки для безфундаментной кладки, и для обеспечения надлежащей надёжности конструкции лаборатории, рассчитанной на функционирование в течение следующих двухсот тысяч лет, пришлось закладывать основание из девятиметровой каменной толщи на соответствующую глубину. Деяние сие бригаде Зодчего Добровита было не в новинку, но главная сложность заключалась в точной выверке центральных осей будущей лаборатории согласно основным векторам энергетических возмущений, приходящих из центра данной луны, являющейся местом строительства.

Сама же луна, которую каста Творцов прозвала Крупинкой за соотношение габаритов со своим хозяином, висела, словно прибитая, на геостационарной орбите крупного газового гиганта, получившего имя Грос. Грос был единственной планетой в системе местного солнца, являющегося жёлтым карликом, но находился от светила довольно далеко и потому в глаза бросался не сразу. Сразу взору путника, вышедшего из гиперпрыжка в системе Желти, представали россыпи астероидов, несколькими массивными очагами простирающиеся в разных частях экзотического вида газовой туманности. Туманность сия, как и подавляющее большинство её аналогов, образовалась во времена Второй Великой Ассы, в ходе сражения Высокомерных, сошедшихся в жестоком бою один на один.

Древние Скрижали той эпохи гласят, что Эмиссар Тёмного был силён и почти не уступал своему Высокомерному Светлому противнику. Для того чтобы полностью уравнять шансы, Эмиссар разгонял имеющиеся в системе планеты до скоростей, тысячекратно превосходящих скорость фотона, и швырял их в своего Светлого оппонента. Планеты испарялись на лету, меняя атомарное состояние на волновое, и образовавшийся фронт смертельной энергии служил Эмиссару дополнительным оружием. Одолеть Высокомерного Светлого ему так и не удалось, и, ощутив неизбежность поражения, Эмиссар спасся бегством. Война тогда была в самом разгаре, сражения шли всюду, и Высокомерный Светлый немедленно переместился на другой участок фронта.

Среди уничтоженных Эмиссаром планет не имелось живых или имеющих собственное магнитное поле, и в итоге никто не стал тут ничего восстанавливать. Места на солнечных орбитах, ранее занимаемые погибшими Землями, даже сейчас вполне понятно угадывались по остаткам пыльных шлейфов и очагам обломков. Колоссальных размеров пылевые рукава давно уже не представляли собой особой угрозы, зато россыпи космических валунов вполне могли послужить хорошему делу. Строительные корабли брали на гравитационную сцепку наиболее подходящие астероиды и отбуксировывали их к атмосферным баржам для применения в качестве строительного материала.

Внутри каждой баржи четвёрка Тусклых Строителей, зависших в свечениях энергий профессиональных Кристаллов, объединялась в единый Круг и совместными усилиями продавливала пусковые каскады кастового оборудования максимальной мощности. Гравитационный ковш вычерпывал сернистую породу и формировал котлован, тепловой луч плавил каменную плоть астероидов, формовочное поле придавало расплаву нужную конфигурацию и укладывало получившиеся многометровые фрагменты мегалита согласно деталям проекта, после чего оные фрагменты окончательно застывали и тахионные резцы зашлифовывали поверхность там, где в этом оставалась необходимость.

Но просто так выкладывать безликую пирамидальную махину было скучно, и потому искусный Зодчий выплавлял на поверхности мегалита изящный орнамент, повторяя структуру энергетических меридианов, что вскоре потекут сквозь громаду лаборатории.

— Отличное решение, Добровит. — Ас Гастомысл оценил воплощённые в камне векторы силовых потоков. — Не только красиво, но и полезно: пригодится тем представителям касты Творцов, кто будет посещать эту лабораторию впервые. Сразу видна общая схема взаимного переплетения силовых полей аномалии.

— Даже странно, что столь мощное энергетическое возмущение возникает в столь небольшой луне, — откликнулся Зодчий, мысленно указывая на сложный образ объёмных проектировочных чертежей. — Луна, конечно, не то чтобы совсем кроха, размером точь-в-точь с Лелю, что является спутником Мидгарда, но для развития аномалии подобной силы всяко маловата!

— Внутри луны аномалии нет. — Ас Гастомысл объединил всех Дэев Тусклых в единый контур системы связи и послал общий информационный образ, демонстрирующий суть происходящих процессов: — Сама аномалия существует в недрах газового гиганта и питается производными процессов термоядерных и химических реакций, проходящих в его глубинах. Всплески её воздействий столь мощны, что не просто доходят до луны, но и периодически меняют свойства и характеристики различных веществ как на её поверхности, так и внутри земного шара. Это довольно редкое явление. Каста Творцов изучает его с целью разработки новых методик синтеза веществ.

— Но уже имеющаяся лаборатория суть мегалит, способный функционировать самостоятельно, без присутствия Сияющих, в течение сотен тысяч лет. — Добровит дождался, пока соседняя баржа завершит формирование очередного гигантского каменного блока, получаемого из расплавленного астероида.

Искусный Зодчий убедился, что новый блок идеально встал на предназначающееся согласно чертежам место, сливаясь воедино с соседней кладкой, и продолжил вести орнамент по новой поверхности, ювелирными воздействиями биополя создавая нужный узор на быстро затвердевающей каменной толще, одновременно обеспечивая вновь созданному блоку собственно затвердевание.

— И новый мегалит также рассчитан на автономную работу, — продолжил он. — Вся конструкция пирамиды выстроена и выровнена по векторам приходящих от аномалии энергетических потоков. Они обеспечивают лабораторию энергией с большим запасом. Хватит даже на запитывание противометеоритной обороны. Выходит, что каста Творцов не собирается действовать в лаборатории непосредственно силами учёных?

— Им тут особо нечего делать, — объяснил седовласый Ас. — Сбор информации подобного рода предполагает скрупулёзное накопление данных, фиксируются не только малейшие изменения, происходящие в структуре тех или иных химических элементов под воздействием аномалии, но и любые изменения вообще. Поэтому количество накапливаемой информации огромно, при этом поле для активной деятельности зачастую отсутствует. В лаборатории имеются несколько Скрижалей, они аккумулируют поток данных. По мере заполнения Творцы прилетают сюда и меняют Скрижали на новые. Заполненные ёмкости увозятся на большие Земли для изучения накопленных данных. Непосредственно сюда представители касты Творцов прибывают лишь тогда, когда возникает необходимость проверить тот или иной аспект полученной информации на практике. Это периодически происходит, ибо на основании полученных этой лабораторией данных сделано немало усовершенствований в области синтеза химических элементов. Так что от нас требуется создать максимально долговечную автономную конструкцию.

— Мы не подведём, — улыбнулся Зодчий. — Пусть мы Тусклые, но когда мы вместе, то сильны изрядно! Наша бригада возводила геотемпоральные маяки на Земле Ния[13], там размеры были поболе этих, но сообща мы справились. Справимся и здесь.

* * *

Автоматика анабиозной камеры вновь вышла из строя, и система аварийного пробуждения вывела экипаж флагманского крейсера из криогенной заморозки в третий раз за пять месяцев. Но на этот раз починить неисправность своими силами не удалось, и оставшиеся три месяца гиперперехода пришлось провести бодрствуя. Ошу-Риа озадачила корабельную команду изучать архивы, имеющие хоть какое-то отношение к Нейтральным Территориям, и несколько дней возилась с адаптацией гипнограмм Теков к оборудованию цивилизации Ун*Мирт. Без инженеров осуществить этот процесс было крайне непросто, но Озу-Миа осталась на танкере, там её присутствие многократно важней, а других профессионалов подобного уровня в команде крейсера не оказалось. Сражение за судьбу потомства стоило жизни многим хорошим специалистам, а последующее отчаянное бегство и борьба за выживание были сумбурными, времени тщательно подготовиться к столь глобальному переселению фактически не представилось. Как только флот беженцев доберется до ближайшей тихой гавани в Нейтральных Территориях, необходимо перераспределить инженерский состав.

Лишь бы только этот переход прошёл спокойно. В ходе предыдущих сражений флот беженцев делал всё, чтобы танкер с потомством не пострадал. Его держали в самом центре пересечения защитных полей и закрывали собой, защищая от вражеских ударов ценой собственной жизни. Множество женских особей погибло в прошедшие дни, некогда огромный флот беженцев сократился до полутора тысяч разномастных космических судов, но танкер уцелел. Теоретически ничто не должно помешать ему без проблем пережить этот затянувшийся гиперпереход. Чего нельзя сказать об остальных кораблях.

Сражения были слишком жестокими для наскоро сформированных из кого придётся корабельных экипажей. Любой корабль флота беглецов имел множество повреждений, и хорошо, если все они являлись мелкими и не влияли на гиперпривод. Флагманский крейсер, как казалось поначалу, не пропустил вражеских ударов в районе отсеков с оборудованием, необходимым для преодоления гиперпространства. Но как выяснилось уже во время затяжного скольжения, сбоит что-то в системе анабиозного сохранения экипажа. Наверняка последствия РЭБ-удара, но исправить их полностью у полицейского экипажа не хватает квалификации. Бес с ней, с криогенной системой, три месяца можно просто переждать. Главное, чтобы последствия РЭБ-удара не сказались на криогенной заморозке потомства, находящегося сейчас в недрах танкера. Всё делается ради будущих детей! Материнский инстинкт сейчас единственное, что не позволяет женским особям впасть в деструктивную апатию.

К моменту выхода в реальный космос экипаж флагманского крейсера был весь на нервах и занимал свои боевые посты, то серея от сосредоточенности, то чернея от страха перед неизвестностью. Первое, что сделала каждая из полицейских, едва безликое ничто гиперпространства на обзорных экранах сменилось космической чернотой, это отращивание десятка зрительных усиков, нацеленных на поиск танкера. К великому всеобщему облегчению, танкер вышел из гипера в том же месте флота, в котором уходил в прыжок, и Ошу-Риа немедленно установила связь с Озу-Миа.

Несколько секунд система связи сообщала о перегрузке канала, потому что весь флот первым делом ринулся связываться с танкером, потом танкер объединил всех в конференц-связь, и претор увидела на экранах измождённую Озу-Миа. Инженер и её команда несли на себе следы сильного истощения, при этом их тела были белыми от счастья.

– Думаю, ты поняла, что я сказала.

— Что с потомством?! — выдохнула претор. — Почему вы в таком состоянии?!

– Ну да, в какой-то мере он мой… напарник. Иннокентий практически эскомбер, как и я. Очень многие органы тела у него усилены, плюс вшитый в позвоночник нейробокс.

— У нас система анабиоза отказала через месяц полёта, — устало объяснила счастливая Озу-Миа. — Танкер слабо защищен от РЭБ-ударов, несколько узлов криогенной заморозки получили повреждения и вышли из строя под нагрузкой.

– Нейрочипы и у нас имеются. Но я хотела спросить о другом: он реальный рукопашник или зашитый?

Она увидела всеобщий запрос и торопливо заверила всех:

– Не спрашивала, – пожала плечами Стефания. Лавиния имела в виду программы, с помощью которых можно было вырастить в психике человека знание любой технической специальности или приёмов боя. – Но вряд ли Иннокентий уступает вашим мальчикам. Он говорил, что его специально готовили к диверсионным операциям и даже противостоянию киллерботам.

— Потомство удалось сберечь! Мы демонтировали несколько систем обеспечения жизнедеятельности экипажа и пустили их на изготовление дублирующих узлов для поддержания непрерывного криогенного процесса в танках с зародышами. Это позволило избежать сбоев. Но мы остались без систем производства пищи и анабиоза. Еда закончилась, пришлось сильно экономить, несколько особей находятся в голодной коме. Кто-нибудь может прислать нам еды?

Посетители палаты заговорили громче, воспоминания Стефании пропали.

— Сейчас организуем! — Ошу-Риа немедленно отрастила зрительный усик в сторону ближайшей из своих офицеров, и та устремилась заниматься продовольственной помощью. — Это счастье, что всё закончилось хорошо!

– Такая красота, – глядя на неё, проговорил с сожалением толстый лысоватый тип в летнем сером гражданском наряде, – и майор разведки! Ей бы на подиуме выступать или в рекламе сниматься.

— Ещё не закончилось. — Тело Озу-Миа начало принимать серый оттенок. — Потомство нельзя выводить из анабиоза, ибо второй раз мы его не заморозим! Криогенное воздействие вместе с последствиями стольких гиперпрыжков убьют зародышей. Мы полгода проводили всевозможные расчёты, но ничего не в силах изменить — потомство нельзя подвергать таким условиям! Необходимо как можно скорей отыскать пригодное для жизни место, вывести потомство из анабиоза и начать подращивание! Иначе мы потеряем более половины всех эмбрионов!

– Она дополненная штучка, – сказал спутник директора, худощавый, невысокий, с неприятным презрительным лицом. – Может, вся её красота – бодипро.

— Сколько у нас осталось времени? — Претор буквально ощутила, как вместе с ней в эту секунду напрягся весь полуторатысячный флот.

Ему не ответили.

— Месяц, от силы — полтора! — сообщила инженер. — Нужно торопиться! Организовать переговоры с местными! — Она запоздало отрастила зрительный усик в сторону навигационных экранов: — Где мы сейчас? Вокруг мёртвый космос!

– Может, всё-таки приведём её в относительный адекват? – добавил худой. – Только она знает, чем на самом деле занимался Иннокентий Лобов и каким образом отрывается от слежки.

— Где-то возле границы гравитационного колодца системы Талах. — Претор вывела на общую линию конференц-связи уточняющие данные: — Или координаты были старыми, или галактики сместились относительно друг друга, не знаю. Но нам ещё повезло, мы вышли из прыжка совсем рядом. Сейчас перегруппируемся и допрыгнем до Талаха за несколько минут.

– Чем занимался – известно, – сказал Кулик. – Его работа в министерстве затрагивала проблемы расширения памяти и дополнения психоматрицы человека. Он даже диссертацию защитил по теме «Оптимизация деятельности человеческого мозга с помощью увеличения объёма нейросвязей». Но как это связано с его способностью исчезать как привидение с места происшествия, неизвестно. «Баталер» не зря дал задание ведущим пси-лабам найти этот способ.

— За время ожидания я изучила всю информацию, которая у нас была. — Озу-Миа стала глубоко-серой. — Ситуация неутешительная. К счастью, нас действительно не станут вышвыривать отовсюду, ибо это Нейтральные Территории, и поделить их между собой целиком и полностью никто не имеет права. Но сами по себе они существуют в таком виде полтора миллиарда лет, за это время все планеты, на которых можно жить, известны наперечёт. Везде живут конкурирующие виды! Нам придется либо сражаться с местными, чтобы изгнать их с планеты, либо договариваться с ними, чтобы они позволили нам организовать собственный анклав.

– Безусловно, это очень важно, однако подождём, пока майор придёт в себя полностью, – отрезал Самсонов. – Уверен, что Иннокентий Лобов ещё не раз объявится перед видеокамерами, судя по его посещениям прифронтовых зон.

— Я тоже изучала имеющиеся данные. — Претор посерела подобно инженеру. — Для Нейтральных Территорий нас довольно много, почти полторы тысячи судов. Можно рискнуть и напасть на кого-нибудь… Но боевых кораблей у нас всего два десятка, военнослужащих и полицейских особей мало, противостояние с серьёзным боевым флотом может закончиться для нас гибелью. Нам очень не хватает информации! Предлагаю пока остаться здесь и выслать в систему Талах парламентёров. Я могу слетать туда вместе со своей эскадрой! На двадцать крейсеров сразу нападать никто не станет.

— Не опасно ли оставлять танкер без боевого прикрытия? — обеспокоилась Озу-Миа. — У нас тут много кораблей, но все гражданские!

– Он появлялся и в Крыму, – уточнил Мухин, нервно разминая руки.

— Пока никто не знает, что мы здесь, предлагаю рискнуть, — заявила претор. — Давайте проведём подготовку! Расставим флот в глухие оборонительные позиции, в случае угрозы вы закроете танкер и сразу уйдёте в прыжок! На выходе пришлёте нам координаты места встречи!

– Мы усилили наблюдение за полуостровом, – сказал Кулик. – Местный офицерский клуб с его генсеком Кресовцем у нас под колпаком. Если Лобов снова заскочит в Крым, мы его возьмём.

Предложение претора было принято большинством голосов, и флот беглецов приступил к подготовке. Пока Ошу-Риа выстраивала гражданские суда в оборонительные формации, выяснилось, что проблемы с анабиозным оборудованием были много у кого и едва ли не половина флота сидит впроголодь, а порядка трёх десятков судов и вовсе не дошли до точки назначения, так и не выйдя из гипера. К проблеме отсутствия места для развития потомства прибавилась нехватка пищи, и стало ясно, что флот беглецов находится на грани катастрофы. Спешно закончив все приготовления, претор взяла боевую эскадру и совершила прыжок в систему Талах.

– Если только он не сбежит, как в последний раз, – брюзгливо заметил Мухин. – Даже индивидор на него не подействовал. Кстати, с ними был и другой парень, копия Иннокентия. Но про него нет ни малейших сведений в наших базах данных.

Там сразу же начались проблемы. Талах оказался поделён на части пиратскими синдикатами, и каждый из них требовал платы уже только за одно лишь пребывание на своей территории. Местных денег у эскадры Ошу-Риа не было, чтобы разобраться в соотношении эквивалентов, требовалось время, и сначала всё сильно затянулось, а после едва не закончилось конфликтом. Потому что в итоге выяснилось, что заплатить эскадре нечем, и местные пираты предложили купить один из крейсеров по совершенно бросовой цене. Ошу-Риа попыталась добиться реальной стоимости, но пираты к тому моменту уже поняли, в каком бедственном положении находится эскадра, и уступать не желали. Время затягивалось, так называемых полицейских сил пиратов вокруг становилось всё больше, и ситуация начала накаляться.

В этот момент от танкера пришёл сигнал бедствия, и эскадра крейсеров, ничего не объясняя хозяевам текущего сектора Талаха, ушла в гиперпрыжок. Вернувшись к флоту, Ошу-Риа застала его окружённым пиратскими эскадрами. Оказалось, что пираты вычислили, откуда в Талах пришли крейсеры претора, и отправили туда своих разведчиков. Те оценили ситуацию по-своему, как полагается космическим бандитам, и выслали к беженцам крупные силы, объединившись парой или тройкой синдикатов.

– Очнётся майорша, узнаем.

— Эти идиоты поняли, что мы охраняем танкер! — Возмущению Озу-Миа не было предела. — И теперь требуют десять процентов от его содержимого! Тупые животные в разумном обличье! Они не верят, что мы охраняем своё потомство! Считают, что у нас в танках нечто очень редкое и дорогостоящее! Даже делают предположения относительно того, какие изотопы мы могли украсть у себя в Галактике и бежать с ними сюда! Нам нечем заплатить им выкуп, и они грозятся расстрелять танкер!

– Надо увеличить количество индивидоров. Чтобы каждый квадратный километр территории Донбасса имел не меньше сотни запрограммированных пуль.

– К сожалению, снабженцы тормозят с доставкой необходимого количества индивидоров. Все два предприятия в Воронеже и Туле по их изготовлению находятся в частной собственности, а владелец – гиперлиберал, которому вечная конфронтация полезнее, чем мир. Может быть, права «ИИмперия», что хочет убрать частную и личную собственность как изживший себя социальный класс?

С появлением двух десятков крейсеров ситуация несколько остыла, но ненадолго. Претор успела взять под охрану танкер, и её действия ещё больше укрепили пиратов в своём мнении. Капитаны пиратских эскадр предъявили ультиматум, требуя выкуп либо частью содержимого танкера, либо сотней кораблей, в число которых вошли наиболее современные лайнеры. Возмущению беглецов не было предела, все прекрасно понимали, что это грабёж, и в крайнем случае данные корабли стоило продать по выгодной цене, дабы обеспечить себя средствами хотя бы на какое-то время. Обстановка вновь начала накаляться, и Ошу-Риа предприняла последнюю попытку договориться, надеясь убедить пиратов в том, что беженцы просто уйдут из зоны их влияния навсегда.

– Только не личную, – покривился Мухин. – Это что будет, если у каждого отберут машину или варфон?

– Не у каждого есть машина, – буркнул Самсонов, – а тем более варфон. Проблема глубже, и, возможно, математик прав, начав бить тревогу о запрете собственности. «ИИмперия» – мыслящая в какой-то степени машиносистема, и ей действительно будет легче управлять массами, но согласятся ли массы?

Но тут из системы Талах прибыл крупный пиратский флот, адмирал которого заявил, что эскадра крейсеров претора несколько часов находилась на платной территории синдиката, после чего покинула систему, не заплатив. И потому он налагает на должников штрафные санкции и даёт им полчаса на стопроцентную оплату, после чего начинает бой. А для того чтобы должники вновь не попытались сбежать, не заплатив, адмирал привёл с собой РЭБ-эскадру, которая начала воздействие на танкер и его окружение, дабы подавить гиперприводы. Система криогенного сохранения потомства сообщила о нарастающем под РЭБ-воздействием критическом сбое, и флот беглецов открыл огонь, не дожидаясь истечения ультиматума.

– Китайские уже живут так пару лет, европейцы, по сути, близки, остались только самые несознательные – мы.

Самсонов повернулся к двери.

– Делайте всё необходимое, доктор.

Вспыхнула кровавая мясорубка, в ходе которой гражданские суда начали нести тяжёлые потери, и Озу-Миа призвала всех защитить танкер. Поток гражданских судов, внутри которых находились ядовито-зелёные от всепоглощающей ненависти женские особи, ринулся на пиратскую РЭБ-эскадру всем скопом прямо через плотный огонь противника. Две сотни судов погибли в момент прорыва, ещё столько же пало в результате самоубийственных таранных ударов по РЭБ-эскадре. Сама РЭБ-эскадра перестала существовать в считаные минуты, и не ожидавшие столь безумного фанатизма пираты дрогнули. Эскадры противника отступили для перегруппировки, и Ошу-Риа, воспользовавшись возникшей паузой, увела флот беглецов в прыжок.

– Разумеется.

– Как только пациентка будет способна вести разговор, сообщите мне лично.

Позже выяснилось, что прыгнуть смогли не все, и тех, чей гиперпривод оказался повреждён в ходе боя, пираты взяли на абордаж. Всех пленённых при этом беглецов пираты перебили, объявив захваченные космические суда частью оплаты в счёт погашения долга. После чего выслали следом за беглецами сильный боевой флот, который преследовал их до тех пор, пока беглецы не покинули скопление созвездий, составляющих зону пиратского влияния.

– Сообщу.

Поредевший до тысячи вымпелов флот Ун*Мирт укрылся в одной из сотен окружающих необитаемых солнечных систем и собрался на всеобщий совет. Положение дел являлось катастрофическим, и уцелевшие изо всех сил пытались найти решение.

– Над госпиталем есть индивидоры?

– Так точно, – ответил Мухин, – запущены пять единиц.

— Нужно продать несколько кораблей, — предлагала одна из инженеров. — Раз пираты хотели отнять их у нас, значит, корабли можно продать! На вырученные средства нужно купить добытчики ресурсов! Мы сможем добывать здесь или ещё где-то хоть что-то! И продавать, чтобы выжить!

– Увеличьте до десяти.

Посетители палаты и врач вышли.

— Для выгодной торговли нам необходимо иметь деловые связи с какими-нибудь цивилизациями! — возражала ей вторая. — Мы никого не знаем! Установление контакта потребует времени, а у нас потомство в криогенной заморозке, которую необходимо снимать как можно быстрей! Нам требуется инкубатор! И как можно скорее! Давайте разошлём гонцов ко всем цивилизациям нашего типа, пусть выставят свои условия, а сами тем временем подыщем подходящую для установки инкубатора планету или орбиту в крайнем случае!

Стефания закрыла глаза. Позвала мысленно:

«Кеша, где ты?»

Иннокентий не отозвался.

— Инкубатор стоит огромных средств! — ужаснулся кто-то ещё. — Нам придётся отдавать за него наши лучшие корабли! Если продавцы поймут, что наше положение критическое, к нам может нагрянуть ещё один флот вымогателей! Безопаснее начать с приобретения сборщиков ресурсов и продавать добытые ископаемые!

«Не попадись, дорогой мой! Здесь тебя ждёт засада!»

— Безопаснее для нас, но не для потомства! — тут же возразили ей. — Потомство необходимо выводить из анабиоза! Мы не найдём пустую метановую планету сернистого типа, тут всё занято полтора миллиарда лет, как везде! Реальней разыскать инкубатор и выменять его на корабли!

Россия-дальняя

— Нам есть нечего! — тут же заявила команда следующего судна. — И потомству тоже потребуется подкормка! Оно провело в анабиозе опасное количество времени! Придётся отдавать слишком много кораблей! Чем и как мы тогда будем защищать инкубатор? Где станут жить те, кто лишится своих судов? Мы рискуем остаться без средств к существованию и без защиты одновременно! Это чревато тем, что очередной пиратский синдикат захватит или уничтожит инкубатор! Нам необходимо наладить приток средств! Нужно найти источники доходов!

22 июля, ночь

Споры и предложения длились сутки, после чего флот вновь сплотился вокруг танкера, укрытого в глубине астероидного поля, и к ближайшим цивилизациям были высланы гонцы, благо в системе Талах удалось получить актуальные геополитические данные. Риск оказаться в ситуации, аналогичной талахской, пришлось принять как неизбежное, и потому в полёт отправились только самые малоценные космические суда. Спустя неделю от гонцов начала поступать информация, и флот беглецов вновь собрался на общую видеоконференцию.

Он плыл сквозь темноту и тишину, борясь со стаями пираний, рвущих тело и голову острыми зубами, и судорожно пытался всплыть, надеясь, что бездна кончится и он вынырнет на поверхность непонятного водоёма боли и страха.

— С одной стороны, всё оказалось не столь агрессивно. — Ошу-Риа подводила итоги сеансов связи с гонцами, находящимися в различных солнечных системах. — Цивилизации, не являющиеся пиратскими, не демонстрируют агрессии к одиноким гражданским судам и не требуют платы за одно лишь появление в своём пространстве. Все ведут себя настороженно, но от переговоров не отказываются.

Ещё не осознавая реального положения, он на всякий случай переключил метаболизм с нормального кислородного на бескислородный. Но легче не стало.

Претор загрустила, принимая голубой окрас:

Как долго длилось это состояние, определить не удалось. Но в какой-то момент его подтолкнули вверх облачка крохотных «креветок», и лёгкие наполнились воздухом. Иннокентий вздохнул, закашлялся, судорожно ощупывая пространство вокруг, и открыл глаза.

Ничего не увидел.

— С другой же стороны, легче нам не становится. Никто не собирается пускать конкурентов в своё пространство. Кроме того, ближайшие к нам цивилизации оказались цивилизациями Двуногих. Нормальных Рас почти нет, основное их количество, как выясняется, расположено далеко отсюда. В радиусе месячного гиперпрыжка нет живых метановых планет сернистого типа. Дальше этого расстояния имеется несколько различных цивилизаций, сходных с нами по условиям существования, но с ними нам только предстоит связаться, и времени становится до опасного мало. Наши гонцы по рекомендации принимающей стороны выходили с одной из таких цивилизаций на радиосвязь и провели предварительные переговоры. Запись я только что отправила в общий доступ. В двух словах: делиться с нами территорией никто не заинтересован. Помочь могут, за соответствующую плату нам выстроят инкубатор по нашим чертежам. Это тоже требует времени.

Запаниковал ненадолго.

— Судя по переговорам, — Озу-Миа одним зрительным усиком просматривала запись, вторым же продолжала взирать на экран системы связи, демонстрирующий претора, — времени на изготовление инкубатора требуется больше, чем у нас осталось. Мы неизбежно превышаем безопасный срок! Половина потомства погибнет!

Напряг зрение.

— Зато уцелеет другая… — без энтузиазма ответила Ошу-Риа, голубея всё более. — Это хотя бы что-то… Что мы можем сделать? Не доверять же строительство инкубатора цивилизациям неметанового типа… Малейшая ошибка в конструкции приведёт к гибели всего потомства…

Глаза укололи иголочки звёзд. Спину холодила плотная щербатая поверхность, лицо обвевал холодный стылый воздух, насыщенный запахами бетона, плесени, гниющей древесной коры и ржавого железа.

— До метановых цивилизаций ещё предстоит добраться, — возразила капитан одного из лайнеров, подаренных напоследок родной цивилизацией. — И за работу придётся чем-то заплатить. Здесь повышенный спрос на новые технологии. Мы можем продать один-два новейших лайнера и обеспечить себя сборщиками ресурсов. Это даст стабильный доход. У нас есть грузовики, которые могут перевозить добычу, и крейсеры, которые обеспечат охрану. Нужно наладить быт и самостоятельность и только потом заказывать инкубатор.

Воля собрала чувства воедино, и он сосредоточился на анализе нервной системы, подключив все свои биорезервы.

— Но тогда безопасный срок неизбежно истечёт, — ужаснулась Озу-Миа. — И мы потеряем половину потомства, а может, и более!

Он лежал на бетонной площадке в окружении редких засохших кустиков полыни. Небо над ним, чернеющее к горизонту, мигало мириадами звёздных игл, и можно было прикинуть время – где-то два часа ночи.

— Шансы на то, что нам удастся не превысить безопасный срок, слишком малы, — возразила капитан лайнера. — А мы до сих пор не смогли решить проблему с едой. Вскоре последние запасы подойдут к концу, и мы начнём впадать в голодную кому.

Датчики наноформов определили вредоносность среды: ничего угрожающего жизни, радиация почти в норме, воздух достаточно чист, – однако позвоночный биокластер впрыснул ему порцию адаптогена на всякий случай.

— Надо рискнуть и заказать инкубатор ближайшим Двуногим! — чернея от страха, предложила одна из инженеров. — Нужно договориться, чтобы нам дали возможность контролировать процесс производства! И тогда всё будет выстроено без ошибок!

Стало легче, а главное, «высветились» нарушения в психосоматике (ноги и руки затекли) и нервных ганглиях. В него стреляли! И не из обычного огнестрельного оружия: в голову и в шею попали две умные пули, несущие мощные нейротропики! Вот почему он так долго приходил в себя, пока наноэскулап нейтрализовал последствия парализующих уколов.

— Это если у ближайших Двуногих окажется достаточно технологий для такого строительства! — парировала капитан лайнера. — Я против! Лучше рискнуть частью потомства, пусть даже большей, чем всем сразу!

И тотчас же заговорила память.

Стефания!

Вновь разгорелся спор, позиции беженцев разделились в равной степени, и всё затянулось ещё на сутки. К исходу которых в солнечной системе неожиданно высадилась небольшая эскадра мощных боевых кораблей, сопровождающая дипломатическое судно высшего класса. Судно вышло на связь с флотом, и Ошу-Риа увидела на экранах изображение высокого сухопарого гуманоида с серой кожей, курчавой чёрной шевелюрой, уложенной в убранную бриллиантами прическу, и маслянисто-чёрными глазами, на вид лишёнными зрачков.

Он даже привстал, шаря глазами по сторонам, но покрылся потом и снова лёг, успокаивая сердце.

— Я — Бессмертный Оки, владелец цивилизации, которую недавно посетили ваши гонцы, — представился Двуногий. — Вник в вашу ситуацию и могу предложить выход, если для вас приемлемы военные риски.

Нет ни её, ни Таллия. Что это может означать? Только одно – при ударе индивидорами сторож организма от неожиданности завопил, а психика самостоятельно привела в действие механизм кьюар-трекинга. В результате беглеца зашвырнуло куда-то в глубины эвереттовского саксаула, и теперь он находится в одном из реалов в самом глубоком «подвале» Мультиверсума. Но где именно? Падение было счётным или спонтанным? Он просто «сорвался с обрыва», не ведая, где его вынесет в реальность?

— В чём они заключаются? — насторожилась Ошу-Риа.

Иннокентий снова приподнял голову, но уже не суетливо, медленно, оглядел картину запустения: ни зима, ни лето, поле, жухлая трава, редкие кустики, ни одного дерева и ни одного строения до горизонта. Куда, чёрт побери, его забросил взбесившийся кьюар-алгоритм?

Срочно отращенный зрительный усик, обращённый к экранам внутренней конференц-связи флота, показывал общее настроение беглецов: мотивация на критически низком уровне, и каждая особь сейчас согласна рассмотреть любые предложения, лишь бы оные давали потомству возможность уцелеть.

Собравшись с силами, он сел, отдышался, начал сеанс обновления нейросети организма, прокачивая «правильные» файлы, пока не прошла боль в голове. Пощупал висок, который пропахал индивидор. Царапина осталась, хотя и неглубокая. Подлечил её, убрав шрамик. Потом вытащил вторую пулю, формой напоминавшую клюв дятла, застрявшую под челюстью. Нанобокс мгновенно и без участия сознания установил блокаду в месте поражения, перекрыл сосуды и остановил кровь. Но это не помешало нанитам пули проникнуть в мозг и отключить сознание.

— На расстоянии трёхнедельного гиперперехода имеется некая солнечная система, носящая название Желти, — неспешно объяснил Бессмертный. — В системе лишь одна целая планета, это довольно крупный газовый гигант. Остальное пространство системы либо заполнено пылевой туманностью, либо очагами астероидных облаков, либо пустует. Астероиды давно не имеют ресурсной ценности, но газовый гигант можно разрабатывать. Готов продать вам соответствующее оборудование или же выступить посредником в соответствующей сделке. В том секторе нет цивилизаций, специализирующихся на разработке газовых гигантов, так что со временем ваши инвестиции окупятся. Но главная ценность системы Желти заключается в наличии у газового гиганта сернистой луны метанового типа.

В эту секунду претор всей своей цитоплазмой ощутила, как весь флот беглецов, словно одна особь, ринулся изучать информационные архивы.

Иннокентий встал, начиная ощущать плотность костюма (родной «скорпион» цел, уже хорошо, аппаратура работает), сделал несколько шагов по хрустящему осколками камней бетону.

По-видимому, его вынесло на поле со старым бетонным покрытием, в котором кое-где виднелись ржавые крышки канализационных люков, но что здесь находилось раньше, стоянка машин, аэродром или производственные сооружения, определить было невозможно.

— Луна действительно там есть! — возбуждённо произнесла Озу-Миа, высылая претору краткую сводку. — Спутник газового гиганта, размер в половину нашей родной планеты, гравитация ноль шесть от привычной, сернистая структура, метановая атмосфера и много серных болот в южном полушарии! Но во всех полученных нами атласах система Желти отмечена как место максимальной степени опасности! Она принадлежит Сияющим!

— Нам известно о существовании системы Желти. — Ошу-Риа придала своему голосу сдержанные интонации, дабы не выдавать подозрительному чужаку состояние крайней степени уныния и безысходности, в котором длительное время пребывает флот беглецов. — Она принадлежит Сияющим. Это очень опасная цивилизация. Недаром система Желти отмечена в космических атласах как запретная зона.

Тогда он сосредоточился на изучении «мысленных шлаков», оставшихся в памяти помимо воли в момент экстремального воздействия. Шаг за шагом размотал узел психосвязей и примерно определил глубину погружения: триста реалов. Может быть, чуть больше. Но что означает абсолютно пустое поле без каких-либо следов инфраструктуры и военных действий? Неужто в этом реале не случилась СВО? Не может быть! Уже давно понятно, что кьюарходцы могут переходить из реала в реал только по той ветви Мультиверсума, в которой идёт специальная операция. Так где он очутился, туды вашу в качель, как сказал бы Шалва Топирадзе с весёлой кличкой Штопор?

— Вынужден с вами согласиться, — не стал юлить Бессмертный. — Сияющие действительно являются весьма опасной и агрессивной формой жизни. Именно по этой причине не все хотят с ними связываться, и потому степень угрозы, указанная в вашем атласе, значительно преувеличена. В действительности всё обстоит несколько иначе. Сияющие не живут в системе Желти. Они имеют там научную лабораторию. Как раз на интересующей вас луне. Лаборатория автоматическая и большую часть времени работает без персонала. Время от времени туда ненадолго прилетают научные группы в сопровождении небольшого боевого отряда. Если вы захватите луну в честном бою, то она перейдёт к вам согласно законам, действующим в Нейтральных Территориях.

Иннокентий включил рацию, потом сменил диапазон на мобильные частоты, вызывая по очереди Итана и Тараса, но не преуспел. Никто из «братьев» не отозвался. Эфир был тих и печален, посвистывая редкими радиоразрядами.

— Разве это не спровоцирует цивилизацию Сияющих на ответную агрессию? — Ошу-Риа сохраняла видимое спокойствие, лихорадочно разыскивая информацию о Сияющих.

Ладно, к чёрту! Нет времени выяснять, куда его занесло, делом надо заниматься. В первую очередь выяснить судьбу Стефании и Таллия, во вторую – связаться с Кресовцем в Крыму, узнать, как продвигаются разработки программы для индивидоров, и завершить операцию нокаутированием «Баталера». Только после этого можно будет расслабиться. Но как узнать судьбу спутников? Не случится ли такой же трюк с нападением умных пуль? Ведь, судя по ночной атаке, «Баталер» накрыл тучей дронов весь Донбасс. Или не весь, а только города? Но атака была проведена не в самом Донецке, а за его пределами. Крупная база? Их тоже накрыли слоем индивидоров? В таком случае, чтобы избежать неожиданного нападения, надо выйти в безлюдном месте. Где там в тылу безлюдное место? Кругом поля, равнина, нигде не спрячешься. Или есть где?

В старых архивах, привезённых из Галактики Теутио Тик*Аль, говорилось о высочайшей степени их опасности. Из новых данных, полученных гонцами недавно, следовало, что Сияющие давно утратили былое могущество и продолжают деградировать, сидя в некоей системе Ярило где-то очень далеко от обсуждаемой системы Желти.

Память напомнила о шахтах. Вспомни, математик, где там в родном реале стоят угольные шахты с терриконами? Важно, чтобы они не работали вблизи Донецка. Найдутся такие?

— Сияющие — это Светлая Раса, — дружелюбно объяснил Бессмертный. — Им запрещено покидать Рубеж. Поэтому они не станут зубами держаться за всего лишь лабораторию, находящуюся глубоко в пространстве низких энергий. У них хватает забот с системой Ярило и её обширной инфраструктурой. Если бы Желть была заселена их представителями, то, несомненно, ситуация была бы совершенно иной. Но законы Нейтральных Территорий гласят, что тот, кто живёт на планете, и является её владельцем. Здесь нельзя «забронировать», «зарезервировать» или ещё каким-либо способом закрепить за собой живую планету, при этом её не заселяя. Тут все потенциально обитаемые места наперечёт и известны если не каждому, то уж точно каждому, кому подходят по параметрам. Думаю, это вы уже поняли.

— Что вы нам предлагаете? — Ошу-Риа поставила вопрос прямо. — Атаковать научную лабораторию и объявить луну своей?

Он развернул в уме перед глазами карту Донбасса, нашёл кляксы производственных комплексов и выбрал Авдеевку в десяти километрах от Донецка. Этот пригород столицы ДНР был взят российскими войсками ещё в феврале две тысячи двадцать четвёртого и в настоящий момент представлял собой жуткий скелет города, состоящий из «костей» почти полностью разрушенных зданий. Восстановить его было невозможно как другие города Донбасса, и правительство республики приняло решение очистить Авдеевку от обломков и создать на месте города мемориальный комплекс. В километре от него располагалась и шахта, которую тоже решили не реанимировать. Она была затоплена покидающими город нацистами, а по документам следователей было известно, что в шахту украинцы сбрасывали своих бойцов и российских пленных.

— Атака на пустую лабораторию может быть признана вероломной оккупацией, — возразил Бессмертный. — У Сияющих весьма своеобразные представления о критериях враждебности. Чтобы получить луну, вам надлежит атаковать охрану научной экспедиции Сияющих. В случае успеха система Желти становится вашей. Скажу прямо: воевать со всей цивилизацией Сияющих крайне контрпродуктивно. Но бой с небольшим их отрядом вам вполне по силам. Если уничтожите их до того, как они взмолятся о подкреплении, победа будет за вами. Со своей стороны окажу посильную поддержку: обеспечу продовольствием и информацией. Для вас это будет безвозмездно.

Иннокентий сориентировался, зашагал на северо-запад.

— Почему вы собираетесь нам содействовать? — вновь наполнилась подозрениями претор. — В чём ваша выгода?

Из-за квантово-механической запутанности реалов кьюар-алгоритм переносил человека точно в ту же географическую точку на поверхности земли, поэтому можно было в чужом реале сориентироваться таким образом, чтобы в другом выйти точно по тем же координатам. Промахнуться было невозможно.

— Имею достаточно оснований, — с готовностью ответил Бессмертный. — Не скрываю, что считаю Сияющих своими врагами и всегда рад нанести им урон или доставить проблемы. Кроме того, рассчитываю на взаимовыгодный бизнес между нами. Вы будете разрабатывать газовый гигант, продам вам предназначающееся для этого оборудование. А после стану покупать добытое вами сырьё, которое могу выгодно продать крайне далеко от системы Желти, не составляя вам конкуренции. Помимо этого, рассчитываю на дипломатический и военный союз впоследствии. Это Нейтральные Территории, здесь в одиночку выжить можно. Но выживать в союзе значительно легче. Кроме того, как бы странно это ни звучало, не люблю Двуногих. Они чрезмерно агрессивны, кровожадны и ненадёжны. В этом, собственно, и лежит суть моей вражды с Сияющими. Вы можете не отвечать на моё предложение сразу, не тороплю с ответом. Пришлю сюда своего дипломатического представителя, он дождётся вашего решения. В качестве жеста доброй воли направлю к вам караван с продовольствием. Надеюсь, правильно определил пищевые потребности вашей Расы!

Вернувшаяся мысль о возможной засаде на несколько минут остановила первый прыжок. Иннокентий прошагал в выбранном направлении около километра, обнаружил груду взломанных бетонных плит: впечатление было такое, будто в этом месте произошёл подземный взрыв, – и присел, размышляя.

Так как Таллия вместе с ним в этом мире не оказалось, следовало полагать, что он либо остался в восемьдесят восьмом, либо высадился раньше, сорвавшись с кьюар-трека. Такое было возможно при неплотном контакте путешественников, когда пальцы обоих соприкоснулись, но между ними оставалось не меньше метра дистанции.

Бессмертный провёл в солнечной системе ещё пару часов, освещая те или иные аспекты своего предложения, после чего ушёл в прыжок вместе с эскортом. Через несколько часов в системе действительно появился караван с продовольствием, оказавшийся довольно крупным и вместительным. Даже с учётом того, что полученная пища была распределена среди тысячи кораблей флота, проблема голода отодвинулась на несколько суток. За это время всем гонцам была поставлена задача собрать как можно больше информации о Сияющих, и вскоре последовали новые радиодоклады.

Что касается Стефании, то она точно должна была остаться между военными машинами, потому что её и математика разделяло не меньше пяти-шести метров.

Слова Бессмертного Оки подтвердились полностью, причём все гонцы, находящиеся в разных цивилизациях, получили одни и те же данные, различающиеся незначительно. Флот беглецов вновь собрался на совещание и в итоге решил принять предложение черноглазого. Представителю Бессмертного было сообщено о согласии, и вскоре к беженцам прибыл его адмирал, который привёз с собой обилие военных подробностей и согласовал детали предстоящей миссии. В назначенное время подготовившийся к немедленной битве флот совершил прыжок, и три недели гиперперехода Ошу-Риа продумывала варианты тактических действий, основанные на рекомендациях новых союзников.

Так что же делать, господин Лобов? Какую стратегию выбрать? Куда податься в первую очередь? Ведь прав один из героев фильма «Свадьба в Малиновке»: белые приходють – грабють, красные приходють – грабють… Хоть смейся, хоть плачь.

* * *

Что-то сверкнуло в небе, будто вспыхнула и погасла звёздочка спутника.

Четвёрка патрульных крейсеров ходила неторопливыми размеренными кругами по дальней орбите сернистой луны, осуществляя обычное боевое охранение ведущихся строительных работ, и издали наблюдала за наладочными испытаниями противометеоритной защиты. Тройка строительных кораблей, зацепив гравитационной тягой пару сотен разновеликих метеоритов, запускала их в сторону обновленной лаборатории то скопом, то по отдельности. Четвертое строительное судно находилось ниже уровня каменных пирамидальных вершин и потоками своей энергии настраивала защитные Кристаллы мегалитов, придавая им необходимую чувствительность.

Так! Всё-таки жизнь тут имеется. Но почему не видать ни одного следа ракетных или снарядных воронок? Ведь в тех реалах, где удалось побывать, невозможно было без содрогания смотреть на следы бомбардировок и разрушений. Практически вся Украина была покрыта кратерами. Где всё это здесь? Может быть, местность заражена радиацией или смертоносной химией? Но датчики молчат. Чёрт, как интересно! Как узнать, что здесь произошло?

Сквозь туман нерешительности пробилось имя: Стефания!

Корабль Зодчего Добровита выбросил в сторону луны последнюю порцию метеоров, имитируя скоростной поток мелких частиц, и искусный Строитель оценил результат. Защитное поле исправно поглощало удары, не вкладывая в свою напряжённость лишней энергии и не перегружая общий энергоконтур мегалита. Новая лаборатория вышла превосходной. Для пространства высоких энергий она, конечно, слабовата, зато для низкоэнергонных территорий подходит идеально. У Тусклых получилось даже лучше, чем у Сияющих, — ибо меньшая сила личных потоков подразумевала строительство сооружения с меньшими допусками на величину резонансных амплитуд общего энергоконтура сооружений.

Иннокентий отбросил сомнения и выбрал путь.

В пространстве низких энергий столь высоких экстремумов синусоида энергетических всплесков не испытывает. В пространстве высоких энергий при максимальных значениях волновой активности аномалии газового гиганта лаборатория может обрушиться, но здесь подобные экстремумы отсутствуют — в условиях пространства низких энергий пик энергоактивности галактик невозможен. Собственно, по этой причине у Тёмных не существует Гармоничных, а рождённые в Священное Лето превосходят своими параметрами обычных Людей не столь заметно, как это происходит у Светлых. Зато само строительство упрощённых конструкций происходит быстрей, ибо подобная конфигурация строений имеет меньшие размеры. Позже, через двести с лишним тысячелетий, когда весь этот спиральный рукав уйдёт внутрь Рубежа на пару сотен миллионов лет, Потомки выстроят на месте данных мегалитов более мощные и функциональные лаборатории. До тех же пор творения строительной бригады Добровита будут стоять век за веком и приносить пользу Расе.

Первый кьюар-бросок он сделал ради проверки действия алгоритма, выйдя из мрака кьюар-скольжения на десять «ступенек» выше.

— Ещё один круг испытаний, — определил Зодчий, — и деяние можно смело назвать завершённым! Сообщим Творцам, пусть присылают научную группу принимать строение.

Мрак слегка рассеялся, и он ощутил себя стоящим между громадами каких-то сооружений. Ночь царила и тут, пахло горелым железом, пластмассами, соляркой, керосином и ещё чем-то едким, как перец, и со всех сторон доносились странные звуки: скрежет, скрип, посвистывание, сопение – будто на прогулку выбралась стая крыс, грызущих всё подряд.

Подключилось волновое зрение, ночь расцвела всеми оттенками красного цвета от тускло-оранжевого до тёмно-багрового.

Соратники выразили согласие, и строительный корабль устремился к астероидному полю за новой партией метеоритов. Один из крейсеров воинской касты направился следом, быстро обгоняя гражданское судно, и несколькими мощными импульсами своих Кристаллов просканировал ближайший край астероидного поля. Добровит невольно улыбнулся. Корабли его бригады черпают отсюда астероиды с самого утра, но воины не устают всякий раз идти к астероидному полю на опережение и искать затаившихся в нём врагов. И это с учетом того, что где-то в глубине каменного скопления затаилась ещё одна четвёрка крейсеров, которую не видно.

Громады вокруг превратились в разбитые и сгоревшие самолёты, а сам путешественник стоял на лётном поле, испещрённом шрамами взрывных воронок.

Но переживали воины зря. Строительство прошло без каких-либо эксцессов, за минувшие восемь суток никто даже мимо системы Желти не пролетал, не то чтобы высадиться где-то внутри её гравитационного колодца. Все чужие давным-давно осведомлены, что тут находится лаборатория Сияющих, которую ежедневно патрулирует воинская каста, и потому никому до нее дела нет, хоть Тёмным, хоть Светлым. А вскоре не будет и самим Сияющим, потому что завтра каста Творцов примет лабораторию у касты Строителей, запустит её в рабочий режим стандартной автономии, и в следующий раз Творцы появятся здесь не скоро, быть может, даже не этим летом.

Ладно, здесь хоть всё понятно, а фронта не слышно из-за удалённости полосы боевого столкновения. Интересно, куда он отодвинулся? На запад или на восток?

А в том, что мегалиты выстроены идеально, сомневаться не приходилось. Недаром Ас Гастомысл вернулся в систему Ярило ещё двое суток тому назад. Знаменитый Строитель, могучий Разум которого участвовал в возведении грандиозных объектов по всей системе Ярило, без труда оценил уровень качества деяний бригады Добровита. Иначе не рекомендовал бы искусных Зодчих для этого важного и трудоёмкого процесса.

Иннокентий подумал, качнул головой. Не верилось, что украинские войска прорвали оборону российских сил и дошли до Азова. Сердце подсказывало другое.

Формирование области выхода из гиперпространства увлечённый сбором астероидов Добровит заметил не сразу. Сначала он увидел, как крейсеры касты воинов, полыхнув сиянием боевых полей, устремились навстречу врагу, уже выпустившему поток смертоносных боеголовок. Оказалось, что одномоментно в реальный космос вышло порядка тысячи различных кораблей неизвестного противника. Поток врагов, имеющих характерные гребенчатые обводы, ринулся на сближение, на ходу разливаясь на две волны с целью провести окружение, и Кристалл Связи зажёг в корабельном контуре образ Даарийского воина:

Новая кьюар-бездна подхватила математика, швырнув ещё выше (или ниже, если подумать, поскольку ориентиров кьюар-трекинг не даёт, а счёт реалов – изобретение собственного воображения), и он вышел в сто одиннадцатом реале, где жил Таллий. Не промахнулся, судя по радиоактивному свечению почвы и строений какого-то поселения невдалеке. В реале «брата» украинцы нанесли по тылам российской армии удар «грязной» атомной бомбой, и площадь заражения почвы здесь достигала многих тысяч квадратных километров.

— Всем строительным судам начать форсаж к области гиперпереходов и совершить прыжок по указанным координатам! Не отходить от корабля охранения!

Иннокентий снова включил радиостанцию, вернее, обе: персональный брейнкомплекс – чип связи в голове – и рацию в шлеме «скорпиона», подождал несколько минут и выключил. «Сто одиннадцатый братишка» не ответил. Вероятнее всего, он таки остался в восемьдесят восьмом реале вместе со Стешей. Но проверить это можно было, только высадившись в том дубле «эвереттовского саксаула».

Пилоты-Арганавты слитным манёвром направили строительные корабли за одиночным крейсером воинской касты, соратники которого приняли на себя первый удар врага, и судно Добровита повторило манёвр, отбрасывая собранные астероиды. Сейчас воины свяжутся с системой Ярило, цитадель Мидгард зажжёт ноль-переход, и уже спустя часть здесь будут эскадры воинской касты. Чужим не поздоровится, кем бы они ни были…

Вспомнив, что несколько «соседних» ответвлений реальности не так опасны, как знакомые двадцать третий и сорок первый, он шагнул в темноту кьюар-колодца и вышел в сотом, где побывал однажды.

Внезапно усеивающие окружающий космос звёзды исчезли, сменяясь призрачной коричневой мутью, и Добровит ощутил резкое падение общего энергопотока.

Здесь тоже царила ночь, но вокруг вставали тихие массивы леса, снаряды не взрывались и пушки не грохотали. В сотом реале безоговорочно победила Россия.

— Потеря хода! — в корабельном контуре зазвучал голос пилота. — Отказ силовой установки! Отказ защитных полей! Отказ системы связи! Прямо по курсу сверхкрупный корабль Тёмных в форме куба! Не могу маневрировать! Опасность столкновения! Всем переместиться в стазис-капсулы! Быстро!

Впрочем, для Иннокентия в данном случае это было неважно. Главное, можно было спокойно решить задуманное, не страшась угроз.

Но было уже поздно. Что-то мощно ударило строительный корабль в борт, заставляя его содрогнуться, сразу последовал второй удар, затем третий, и пилот, изо всех сил манипулирующий корабельными Кристаллами, выкрикнул:

Сориентировавшись по звёздам, он двинулся в путь, выбрался на край поля, и, обходя воронки и остовы сгоревших бронемашин, отмахал от места выхода по крайней мере три километра, пока не дошёл до какой-то речушки. Проанализировал в уме диспозицию: шахты в этом реале не было, но он точно находился в том месте, где в восемьдесят восьмом реале стояла угольная шахта. Можно было не сомневаться.

— Нас взяли на абордаж! Тащат прямо к кубу!

Отдохнул, попил водички, собрался, насколько позволяли нервы, досчитал до пяти и шагнул в темноту.

Опешивший Добровит запоздало увидел откуда ни возьмись появившиеся корабли Тёмных, имеющие совсем другой внешний вид, чем только что напавшие на систему Желти враги. Новых противников было всего трое, но они явно были сконструированы именно для похищения кораблей, потому что не вели огонь и вообще никак не повреждали потерявший ход и защитные поля строительный звездолёт Сияющих. Вместо этого похитители прилепились к нему с одной стороны, друг над другом, и стремительно толкали добычу в сторону куба. Не прошло и четверти части, как строительный корабль оказался в мрачном чреве вражеского исполина, и всё вокруг погрузилось в темноту. Энергоконтур корабля дрогнул, и пилот напряжённо произнёс:

Выход не принёс неожиданностей вроде атаки индивидоров или дронов. Ночь продолжалась, но среда, в которой оказался кьюарходец, была другой, и запахи были другие, и окружавшие точку выхода объекты: конус террикона, башня шахты, её строения и заборы. И не слышно фронтовой полосы. Лёгкие извергли застрявший в них воздух: он дома! Но не расслабился, помня о недавнем нападении умных пуль.

— Энергетика пространства резко обеднела! Нас провели через ноль-переход. Мы где-то в пространстве десяти энергонов… — Он торопливо обменивался потоками энергии с корабельной Скрижалью и почти сразу воскликнул: — Это был корабль Бессмертного! Это Поле Подавления Высокомерных Тёмных! Вот почему все боевые системы вышли из строя! Сейчас Серые будут штурмовать наш корабль! Нужно приготовиться к абордажному бою! К оружию, братья!

Определив направление на восток, зашагал и вышел прямо к железнодорожной станции, источавшей знакомые запахи шпал, рельсов, масел, железа и каменного угля. Станция располагалась на границе шахтной территории, тёмная и тихая, ни одного огонька в её строениях не было видно, а в небе не было видно ни одного дрона.

Добровит и его соратники устремились в трюм, извлекать из пилона консервационного хранения Боевые Кристаллы носимого оружия, и Зодчий запоздало подумал, что не ощутил ничего из того, что почувствовал Арганавт, а ведь оба они принадлежали к Великому Роду Туле. Но разница в силе потоков велика. Эх… сейчас бы быть Сияющим! Тусклым не выдать столь же мощный заряд антивещества из Боевых Кристаллов, урон по врагам пройдёт значительно меньше…

Станция же вовсе не была разрушена, как ожидал гость. Судя по отсутствию воронок, по путям никто не стрелял, а на рельсах виднелись два состава пустых вагонов и несколько вагонов отдельно. Один из них стоял совсем рядом, и математик определил в нём мотоплатформу.

Враги пошли на штурм спустя две части. Живых противников во чреве куба не оказалось, вместо них в атаку устремились роботы и дроиды, с воздуха прикрываемые малоразмерными боевыми дронами. Вражеские бойцы подтянули какое-то тяжёлое вооружение, несколькими выстрелами пробили лишённый силовой защиты корпус гражданского судна и ринулись в образовавшийся пролом. Тусклые с Сияющим во главе встретили противника в наиболее узком месте корабельного коридора, и посреди тускло светящихся коридорных стен вспыхнул отчаянный бой.

Откуда-то доносились приглушенные голоса и ритмические звуки, словно в землю забивали трубу. Никаких опасных движений настроенный на защиту организм не обнаружил, и Иннокентий снова удивился мирной жизни конкретного участка территории Донбасса. В течение нескольких минут оценив обстановку, он вызвал Таллия, но ответа не дождался. На душе стало тревожно, так как впереди в таком случае его ждал трудный поиск парня в других реалах.

Первую атаку удалось отбить благодаря слаженным залпам антивещества, разворотившим половину корабля вместе с нападающими роботами. Для второго штурма враг подтянул дополнительные силы, и стальных абордажников стало вдесятеро больше. Удержать столь мощный натиск не хватило сил, и экипаж строительного корабля был вынужден отступить в центральный отсек.

Подождав ещё немного, Иннокентий вызвал в памяти криптономер персон-линии Стефании.

— Их слишком много. — Тяжело дышащий Добровит с трудом слился с Кристаллом Наблюдения и разглядывал ряды вражеских боевых механизмов, заполонивших большой и пустынный стальной мешок, представлявший собой внешний ангар ребристого куба. — Нам их не победить!

Какое-то время, показавшееся вечностью, в голове стояла хрупкая тишина. Стефания не отвечала. Затем, когда он уже собрался сдаться, в ушах послышался тонкий всхлип криптозащиты рации и едва слышимый голос разведчицы выговорил короткую фразу:

— Продержимся, сколько сможем! — твёрдо заявил Арганавт, застывший с протянутыми ладонями над соратником Зодчего. Сияющий наскоро исцелял Тусклому глубокую царапину, перечеркнувшую руку от локтя до кисти. Кровотечение уже прекратилось, но для полноценного исцеления требовался Кристалл Регуляции, который находился в соседнем отсеке. — Потом взорвём корабль!

– Донецк… мединститут… засада…

— Не взорвётся, — зло поморщился исцеляемый Строитель. — Поле Подавления не позволит — вся энергия стравливается в него!

Иннокентий чуть не закричал от радости, вовремя зажав рот ладонью.

— Не вся, раз наши Боевые Кристаллы способны синтезировать антивещество, — возразил Араганавт. — Это слабое Поле Подавления, раз так. Если все вместе подадим общий поток энергии на Кристалл Силовой Установки в дестабилизирующей фазе, он должен взорваться! Серые не получат нас в качестве пленников!

– Стеша?!

— Тогда за дело, братья! — решительно воскликнул раненый, отстраняясь от исцеления. — В Волхалле вылечусь, если меня туда пустят! Идём в отсек силовой установки, будем держать оборону там!

Она не ответила. Связь оборвалась. В ушах лопнула гитарная струна, и ничего больше. Но этот звук сказал ему всё, что он хотел узнать: Стефания находилась под медикаментозным контролем, а его в каком-то мединституте ждали.

— Подождите! — Добровит вглядывался в полумрак трюма. — Там что-то происходит! В темноте, в дальнем углу ангара! Как будто кто-то взламывает стену снаружи!

Губы раздвинулись в угрожающей улыбке, показав небу зубы. Ждёшь, ублюдок?

Все поспешили слиться с Кристаллом Наблюдения, и сразу же выяснилось, что Добровит не ошибся. Стену в дальнем углу ангара прочертила огненная окружность, свидетельствуя о применении плазменного резака, и вырезанный сегмент с гулким взрывом выбило вовнутрь. Снаружи в ангар хлынул поток боевых дроидов значительно более крупных размеров и непохожей конфигурации. Новые дроиды устремились в атаку на местные боевые механизмы, те ринулись навстречу пришельцам, и ангар запылал вспышками выстрелов и десятками разрывов. Некоторое время было непонятно, кто одерживает верх, но через дыру в ангаре из космоса каждый миг прибывали всё новые увеличенные дроиды, и вскоре местные начали терпеть поражение.

Он даже представил «Баталера» в виде человека.

Прекрасно, жди! Я приду!

Десяток старых врагов вырвался из всеобщей мешанины боя и попытался ворваться в строительный корабль, но Зодчие встретили врага в развороченном сражением коридоре и в жаркой схватке уничтожили всех прорвавшихся. К тому моменту новые дроиды почти полностью перебили старых, быстро организовались в атакующую фалангу и устремились штурмовать ребристый борт куба Бессмертного. Ангар ощутимо дрогнул, едва не уронив на пол всех Тусклых, и неожиданно отделился от куба. Удаляющийся куб, стремительно уменьшаясь в размерах, утонул в черноте космоса. Новых дроидов рвануло прочь декомпрессией, но давление иссякло мгновенно, и боевые механизмы удержались внутри ангара, цепляясь за стальной пол всевозможными конечностями и манипуляторами. Батальон одержавших победу дроидов замер, и Добровит ощутил, как слабо теплившийся корабельный контур испытывает всплеск энергии.

Жест в виде среднего пальца к небу закончил общение с видеокамерами неведомых спутников.

— Поле Подавления исчезло! — воскликнул Арганавт. — Всем занять операторские посты! Мы ещё можем сражаться!

Соратники бросились в центральный отсек, и вскоре строительный корабль, вспыхивая сиянием силовых полей, вылетел из ангара, вдребезги разбивая преградившую путь ребристую стену. Слившийся с кораблём воедино Добровит увидел вокруг обеднённую энергией черноту космоса, негусто пересыпанную светящимися точками далеких звёзд, и успел заметить, как далеко впереди куб Бессмертного спешно уходит в гиперпрыжок.

— Здесь ещё один! — выкрикнул Добровит, указывая на вторую кубообразную громаду, окружённую флотилией техногенных боевых кораблей. — В бой, братья! Пока он не включил Поле Подавления! Взорвём его вместе с собой!

Россия-23. Донбасс

— По моей команде всем подать на Кристалл Силовой Установки всё, что только сможете! — Пилот спешно переводил силовую установку в режим катастрофической перегрузки. — Ударим Бессмертного на форсаже! Его механические слуги будут закрывать хозяина своими кораблями, нам придётся выдержать несколько таранных ударов! Компенсатор ускорения может не выдержать, будьте готовы к перегрузкам!

22 июля

Строительный корабль ринулся в разгон, и корабельный Кристалл Связи сообщил о принятии запроса на установление радиоконтакта посредством техногенного передатчика.

Взрыв раздался в десять часов три минуты утра по местному времени: взлетел на воздух первый корпус районной больницы в Новоазовске, а четыре этажа второго сложились один на другой, образовав гигантский горб, похожий на конус террикона. Поднялась паника, взвыла сирена. К больнице устремились машины тревожных служб, МЧС, спасателей, скорой помощи и полиции. Позже подъехали сапёры, помогая спасателям.

— Бессмертный хочет запугать нас? — презрительно произнёс пилот. — Пусть попробует! — Он принял техногенный сигнал, и корабельный контур зажёг изображение черноглазого гермафродита в женской фазе, одетого в подчёркнуто безобидный костюм светло-серого, почти белого цвета.

С интервалом в десять минут сюда же прилетела вторая ракета – «Точка У», но была перехвачена зенитно-ракетным комплексом «Панцирь», охранявшим город.

— Моё имя — Бессмертная Еви, — вежливо представилась Бессмертная. — Могу узнать, по какой причине вы атакуете меня в моём доме? Разве началась война? Что-то пропустила?

Впоследствии оказалось, что всего ракет было пять. Первые две, ракетные обманки ADM-160 MALD, были выпущены двумя самолётами – Су-24 и Ф-16 – для отвлечения ПВО города и послужили как бы для отвода глаз. Затем третья – английская CCALP, которую отвёл в сторону комплекс РЭБ «Алабуга». Четвёртую – «Точку У» – сбил российский «Панцирь», однако хватило и одной ракеты, учинившей панику районного масштаба, убившей тридцать семь лежавших в госпитале бойцов и ранившей ещё сорок. Как оказалось, в этом же госпитале лечился и единственный сын командующего фронтом Сапрыкина. Он тоже был убит.

— Ты и твои прихвостни напали на нас первыми! — зло заявил Добровит. — Что тебя удивляет, Серая?

— Меня? — Бессмертная подняла брови. — Меня всё удивляет! С каких это пор Сияющие стали нападать на мирных Людей без причины, да ещё столь нагло и неприкрыто фабриковать обвинения?! Сколько живу — ни разу такого не видела! Или вы не заметили, что это мои войска вытащили вас из грязных рук Бессмертного Оки?

В момент нанесения удара Шелест находился в расположении разведбата под Запорожьем, разрабатывая разведывательно-десантную операцию по ликвидации подразделения ВСУ «Дракон», расстреливающего собственных же солдат при попытке отступления. Получив сообщение о ракетном ударе, полковник сразу понял, что от него потребует Чащин, и напряг все подконтрольные ему агентурные сети и связи, как на фронте, так и глубоко в тылу врага. Поэтому когда командующий силами ГРУ на Донецком направлении позвонил ему в одиннадцать часов утра, Олег уже обладал нужной информацией.

— Хочешь сказать, что вы не заодно? — недоверчиво прищурился Добровит.

Разговор состоялся в блиндаже второй полосы обороны, оборудованном всего в километре от «передка», за которым начиналась пересечённая местность до окраин шахтного посёлка Новогиреево, а за ним виднелись дома Запорожского левобережья. Блиндаж был замаскирован новейшим пузырём из сетчато-волокнистого материала с голографическим эффектом, скрывающего весь район командного состава, имел комплекс спутниковой связи, также замаскированный под деревья и кустарники, и украинская «арта», как бойцы называли артиллерию, ещё ни разу не стреляла по этому месту.

— Живу тут! — всплеснула руками Бессмертная. — Только идиот притащит Сияющих к себе домой! Чтобы следом за похищенными сюда явилась пылающая ненавистью воинская каста Сияющих и всё тут превратила в кровавую пыль?!

Шелест сел за добротно сколоченный из досок стол с ГЛОНАСС-приставкой и увидел в створе монитора связи лицо генерала, изредка передёргиваемое судорогами помех. Украинцы тоже имели хорошие глушилки, переданные им немцами и французами, поэтому иногда накрывали каналы связи полосами шума.

— Зачем же тогда твой сотоварищ притащил нас сюда? — с угрозой в голосе поинтересовался Арганавт.

– Звонил Сапрыкин, – без всяких предисловий начал начальник ГРУ. – Убит его сын Артур.

Шелест кивнул.

— Он мне такой же сотоварищ, как вам! — отрезала Бессмертная. — Между Бессмертными не бывает дружбы, либо вражда, либо вооружённый до зубов нейтралитет! Мы с Оки враждуем ещё со времен Всеобщей Войны! Несложно догадаться, зачем он сделал это! Он притащил вас сюда и подставил меня под удар ваших маньяков из воинской касты! Теперь мне придётся искать себе новый дом! Тем более что до меня дошли слухи о том, что Бессмертный Оки где-то там, у вас в Пограничной, натравил на вас какую-то несчастную группу беженцев из другой галактики. Наивные создания даже не подозревают, что их бросили на убой ради мелкой мести! Они всего лишь хотели обрести дом, им негде жить и негде вывести потомство, эмбрионы умирают из-за затянувшейся криогенной заморозки. Но вместо того чтобы разобраться и покарать уже наконец этого идиота, воинская каста Сияющих, как обычно, вырежет несчастных улиток, или инфузорий, или кого там ввёл в заблуждение Бессмертный Оки, уж не знаю!

– Девятнадцать лет, – добавил Чащин, бледный, незагоревший, несмотря на жаркое лето, с тёмными кругами под глазами.

— Почему же ты не рассказала об этом раньше? — парировал Арганавт.

Шелест кивнул.

— Оно мне надо?! — искренне удивилась Бессмертная. — Лезть к вашему Бесовому Рубежу, в пасть к воинской касте?! Нет уж, спасибо, как-нибудь тут посижу! Предлагаю вам сделку: оправляю вас обратно, у меня есть генератор ноль-перехода, так что окажетесь, где пожелаете! Взамен вы не присылаете сюда своих головорезов! Не такая дура, чтобы остаться тут после всего произошедшего, но меня совсем не прельщает перспектива скрываться от погонь, поисков и ваших шпионов! Живу в своём пространстве, вас не трогаю! Вот и вы меня не трогайте! Если совсем невмоготу поохотиться на Бессмертного, то хотя бы охотьтесь на того, кто вам на мозоли наступает! Ну, так как? Вы принимаете сделку?! Очень хочется поспешить, пока сюда не заявился десяток-другой «Белой Смерти»!

– Есть соображения? – закончил Чащин.

Добровит мгновенно считал образы, переданные в корабельный энергоконтур своими соратниками, и озвучил общую позицию:

Шелест кивнул.

— Мы принимаем сделку! Открывай ноль-переход в систему, откуда нас выкрали!

– Удар нанёс третий дивизион сто седьмой реактивной артиллерийской бригады из-под Харькова. Приказ отдал командир бригады полковник Сергей Сученко, исполнил подполковник Евгений Рожин, операторы наведения – англичане.

— Легко! — воскликнула Бессмертная. — Как только скажете, где Оки сделал это!

– Я спросил, есть ли соображения. Нужна очень жёсткая ответка.

— Система Желти в Мире Пограничной! — объяснил пилот. — Могу дать пространственные координаты, если подождёшь, пока я переведу биоэнергетический сигнал в техногенный!

Олег помолчал.

— Спасибо, не стоит, — ухмыльнулась Бессмертная. — Все ваши солнечные системы помечены на звёздных картах как особо опасные для посещения! Найду без труда!

– Можно попытаться сориентировать «Кобру». Но вероятность поражения не будет стопроцентной. Бить придётся сразу по трём объектам.

Спустя пару частей неподалёку от строительного корабля действительно вспыхнуло зеркало ноль-перехода, и Бессмертная предупредила:

– А если послать Лобова с его командой?

— Судя по показателям выходного каскада, там идёт сражение! Вы уверены, что не хотите переместиться в место поспокойнее?

Шелест вгляделся в глаза Чащина, выглядевшего уставшим и опустошённым. Разговор с командующим дался ему нелегко.

— Уверены! — решительно заявил Добровит. — Прощай, Серокожая! Мы сдержим слово! А сейчас пора прекратить бойню!

– Лобов не волшебник, Глеб Борисович.

Строительный корабль устремился к зеркалу и пронзил эфемерно подрагивающую изнанку материи пространства, оказываясь в системе Желти.

– Может быть, и не волшебник, но он выходил из таких положений, какие простому смертному не по силам представить.

* * *

Олег вспомнил лицо капитана (по легенде, полковника Лобачевского), словно выточенное из камня, твёрдое, скуластое, с волевым подбородком и синими глазами. Не дай бог встать такому на пути! Тарас действительно имел талант выживания в экстремальных условиях, и на него можно было положиться как на ангела-хранителя. Тут же рядом возникло лицо Снежаны. Сестра не зря влюбилась в парня и не раздумывая взяла на себя обязанности такого же ангела-хранителя для любимого. Пара получилась отменная.

Бессмертная Еви отключилась от очередного аватара, оказываясь в цифровой ёмкости Планетоида Бессмертия, и скромно поздравила себя с успехом. Ещё одно увлекательное приключение закончилось успешно, принеся обилие позитивных эмоций. Всё закончилось немного быстрее, чем хотелось бы, но в целом получилось довольно недурно. И главное, никто ничего не понял! Фишка в том, что месяц назад случилось то, чего Бессмертная Еви ожидала на протяжении семисот тысяч последних лет. А именно: какие-то искатели ресурсных месторождений, обшаривавшие мёртвый космос между несколькими солнечными системами в Галактике Юр, натолкнулись на «Стерилизатор» давно почившего Бессмертного Мше. Рано или поздно это должно было произойти, но стоило признать, что дело затянулось.

– Полковник?

Олег очнулся.

Кто бы мог подумать, что покойный Мше спрячет «Стерилизатор» не просто в какой-нибудь глухой дыре, а в мёртвом космосе между тремя глухими дырами. Искатели сокровищ натолкнулись на него случайно, у них забарахлил изношенный гиперпривод, и они прервали скольжение ради ремонта, пока не стало поздно. Их выбросило в реальный космос чуть ли на верхнюю плоскость «Стерилизатора», видимо, посреди бесконечной пустоты единственная масса оказалась некоей точкой притяжения. А может, всё это ерунда и просто сработал закон случайных чисел. Должен же он был сработать за семьсот-то тысяч лет! Как бы то ни было, ажиотаж в том скоплении созвездий вспыхнул немалый. Желающих прибрать к рукам «Стерилизатор» оказалось множество.

– Я поговорю с ним.

Одни хотели заполучить его себе в частную коллекцию, другие — продать Сияющим, третьи — продать кому-нибудь ещё, четвёртые — изучать в надежде на что-нибудь, непонятно, на что именно. Воссоздать «Стерилизатор» хоть и непросто, но можно, ведь Бессмертный Мше как-то его создал, получив от Эмиссара чертежи. А вот выстрелить из него без Ключа невозможно. Система наведения «Стерилизатора» существует в пятимерном пространстве, и дотуда не дотянуться никому. Кроме Бессмертной Еви! У которой данный Ключ уже есть, и есть довольно давно.

– И с его «братьями».

В общем, пришлось организовать увлекательнейшую миссию с погонями, сексуальными боевыми скафандрами и шпионскими похищениями. И в этот раз Еви превзошла саму себя! Она украла у всех «Стерилизатор»! Да-да, здоровенную такую дуру размером чуть ли не с мини-планету! Украла и спрятала у себя, и никто не понял, как она сделала это! Словом, было очень весело.