«Кровавая резня в вампирском логове! Срок ультиматума не закончился, но Джира нанесла удар. Услышала прозвучавший отказ и решила не давать Консулу дополнительное время на раздумье. Джира пообещала – Джира сделала. И если Консул считает, что вправе покрывать убийц Катерины Штраус – пусть принимает то, что прилагается к его упрямству…»
(«MG online»)
«Несколько минут назад в одном из домов по Стандартной улице прогремел мощный взрыв. Как сообщают наши источники, причиной взрыва стала утечка газа. К счастью, обошлось без жертв, а само здание устояло. Взрыв и последующий пожар произошли в пустующем подвальном помещении, в котором в настоящий момент работают экстренные службы…»
(«М24»)
«Сопротивление впервые нанесло удар. И какой удар! По не подтверждённым пока данным, Джира уничтожила не менее двадцати факторов Внутренней Агемы. Как ответит законная власть? Что сделает Консул? Мы не знаем. Однако уверены в одном: время игр закончилось…»
(«Тиградком»)
* * *
Неожиданный и неожиданно мощный удар взорвал Город.
Пока – не буквально, но только пока. Все понимали, что переполняющие жителей эмоции рано или поздно вырвутся, сорвут крышку осторожности и страха перед Внутренней Агемой, превратятся в яростную волну, у которой не будет смысла – только недовольство. Обязательно вырвутся. И все догадывались, что этот момент приближается. Но сейчас Город замер. Вздрогнул, вспыхнул, тряхнул головой, не веря в происходящее, и замер, ожидая, как ответит Консул.
Каков будет ответ разъярённого лидера Альянса? Насколько страшным? Кто будет назначен виновным?
Неужели все?
– Зелёные ведьмы заявили, что осуждают Джиру и приложат все усилия для её поимки, – громко сообщил последние новости Антон, глядя в экран смартфона. – Только что выступили с официальным заявлением.
– Предали её окончательно.
– Не сейчас предали, – заметил Сергей. – Они сразу сказали, что не одобряют её действия. Ещё когда Джира отказалась получать лицензию.
– Джира хотела остаться верной своему Дому…
– Джира осталась верной своему дому, – перебила Антона белокурая девушка. С зелёными глазами. – Осталась.
– Извини, – тихо сказал рыжий. – Осталась.
– Именно так. – Блондинка помолчала. – И за это её прессуют.
– А почему остальные сдались?
– Они не сдались. Они, типа, признали Альянс.
– Во имя мира и спокойствия! – скептически произнёс Антон.
И вновь был перебит:
– Да, во имя мира.
И все резко повернулись к дверям.
– Кровососы!
– Факторы Внутренней Агемы, – усмехнулся лысый, неприятный на вид вампир с тонкими губами и глазами навыкате.
– Надо же, кто-то из них выжил, – зло пошутили в толпе, однако кровососы сдержались. Глаза у них вспыхнули… яростно вспыхнули нехорошим огнём, однако вампиры сдержались. Было видно, что спокойствие даётся им с огромным трудом, но отвечать на острый выпад агрессией кровососы не стали.
Пока.
– Зачем явились? – недружелюбно осведомился бармен.
– Чтобы закончить то, что начали, – в тон ему отозвался лысый.
– В таком случае не хватает вашего главаря.
– Центур занят.
– Значит, сегодня ничего не закончится, – вдруг сказал Антон.
– Что ты имеешь в виду? – повернулся к нему лысый.
– Только то, что сказал, – смело ответил парень, глядя вампиру в глаза. – Ваш главарь трусливо прячется от Джиры, а значит, сегодня ничего не закончится.
– Закончится, когда девка сдохнет.
– Твои сородичи думали так же?
– Не нарывайся, – очень тихо попросил лысый. – Мы получили приказ вести себя сдержанно, но лучше не нарывайся – у каждой выдержки есть предел. – И, прежде чем Антон придумал остроумный ответ, вампир повысил голос, сообщив всем присутствующим: – Мы ведём официальное расследование исчезновения Катерины Штраус и хотим знать, кто из вас последним видел её?
– Открыли охоту на свидетелей?
– Следы заметаете?
– Собираетесь убить всех?
– Ты самый смелый? – попытался огрызнуться лысый, но замолчал под градом ответных фраз:
– Мы все смелые!
– Каждый из нас!
– Убийцы!
– Вы ответите за преступления!
– Джира заставит вас ответить!
– Вам нигде не будет покоя!
– Страх потеряли? – рявкнул кровосос.
– Тебе отдали! – рявкнул в ответ Антон. – Всё просто: или боишься ты, или мы. Нам – надоело!
– Нам – надоело! – поддержали полукровку друзья.
– Надоело!
– Убирайтесь!
– Must go!
– Твой хозяин должен уйти!
– Must go!
Вампиры растерялись. Они рассчитывали, что одним своим появлением заставят собравшихся нервничать, а получилось – разозлили. Причём сильно разозлили. Настолько сильно разозлили тех, кого привыкли называть пищей, что отступил даже инстинктивный страх жертвы перед охотником – главное оружие вампиров. Исчез абсолютно, словно его не было.
– Убирайтесь!
– Какая дерзкая пища…
– Такая дерзкая, что у тебя клыки сломаются!
– Беги и прячься!
– Вы препятствуете расследованию!
– А вы покрываете убийцу!
– Он сам убийца!
– Агема – сборище убийц!
Они шумели, бросали в кровососов обвинения, но черту не переходили. В буквальном смысле – при появлении вампиров все находящиеся в зале ребята собрались вместе и не двигались с места, сохраняя между собой и факторами около пяти ярдов. Те тоже не приближались, возможно, боясь не совладать с собой, и получилось так, что никто никого не тронул.
– Заведение закрыто, кровососы, – подвёл итог бармен. – Вам здесь не рады. До свидания.
– Не боишься так говорить с Агемой? – угрюмо поинтересовался лысый.
– Нет.
– А того, что мы вернёмся?
– А не испугаешься? – едко осведомился бармен.
– Чего? – не понял вампир.
– Вернуться.
И зал захохотал.
Радостно. Весело. Громко. Смеялись все, абсолютно все, и смеялись так, что кровососы отступили. Они просто не знали, что делать дальше. Атаковать? Им никто не угрожал. Продолжать препираться? Их легко затыкали. Угрожать? Как угрожать тому, кто над тобой смеётся?
– Мы ничего не имеем против Внутренней Агемы и Альянса, – с издевательской доброжелательностью продолжил бармен. – Мы просто просим вас уйти. И чем быстрее – тем дальше.
А когда вампиры вышли, к смеху добавились радостные крики:
– Мы это сделали!
– У нас получилось!
– Must go!
– Он должен уйти!
– Да! Пусть он знает, что должен уйти!
– Но что дальше? – довольно громко спросила Лисс.
И её простой вопрос вызвал неприятную заминку.
Нет, многие ребята продолжили смеяться и кричать, но те, кто услышал, – задумались.
Что дальше? Порадоваться, посмеяться, насладиться победой, поехать домой, завалиться спать, а завтра… Завтра проснуться и понять, что ничего не изменилось. И трястись от страха при мысли, что факторы Внутренней Агемы явятся к тебе или твоим родителям и потребуют объясниться. В лучшем случае – объясниться. Факторы сейчас злы и могут потребовать расплатиться, ответить за то, что осмелился высказать свои мысли. Расплатиться за то, что в отличие от большинства рискнул сбросить кандалы страха и гордо выпрямиться. За то, что перестал склоняться.
А может, и не завтра, а уже ночью – кровососы обожают приходить по ночам.
– Что дальше?
Сначала замолчали те, кто услышал, но постепенно вопрос прошелестел по всему залу.
– Что дальше?
– А что мы можем? – грустно спросил Хинус.
– Их больше! – поддержали эрлийца две рыжие подружки.
– Они сильнее!
– Консул сокрушил Великие Дома!
– Великие Дома – это мы! – очень уверенно произнесла Лисс. – Каждый из нас – и все вместе! Великие Дома – это наша история и наша храбрость. Великие Дома – это Джира, которая сказала Консулу «Нет!». Великие Дома – это наша гордость и наша свобода! И пока мы живы, пока мы готовы сражаться – мы не сокрушены. И не проиграли.
– Но что мы можем? – повторил вопрос Хинус.
– Больше, чем кажется, – рассмеялась Лисс.
– Рисовать на стенах буквы?
– Демонстрировать своё несогласие.
– И он, конечно, испугается и уйдёт в отставку, – иронично улыбнулся Сергей.
– Сегодня вся Агема ищет Джиру, – подал голос Антон. Убедился, что его слышат, взобрался на барную стойку и продолжил: – Объявлена крупная награда, а значит, все факторы и все наёмники будут землю рыть, чтобы отыскать её и отдать на расправу.
– И что?
– Мы можем им помешать!
– Как?
– Выйдем на улицы.
– Нас быстро загонят обратно.
– Но те, кто будет загонять, перестанут искать Джиру.
– И так мы ей поможем…
– Да!
– Да!
– Да!
Момент был выбран идеально. Воодушевление, вызванное победой над факторами, требовало выхода, не шептало, а кричало: «Ещё!» Ещё побед! Ещё прилива гордости за себя и уверенности в своих силах! Ещё ощущения себя частью чего-то большего, чувства сопричастности к важным событиям.
– А как же вампиры? – подал голос осторожный шас. – Сегодня они не станут церемониться.
– Для кровососов есть специальные подарки, – рассмеялся в ответ бармен и выставил на стойку коробку с артефактами.
– Откуда?
– Разве это важно?
– На какой энергии?
– На тёмной.
– А что за артефакты?
– Сами смотрите! Кому что повезёт.
Антон вытащил из коробки фонарик, направил смартфон на нанесённый на ручку QR-код и быстро прочитал появившиеся на экране описание и активирующее заклинание:
– «Протуберанец»!
– А у меня морок третьего уровня – вампиры точно не смогут посмотреть сквозь него.
– У меня «эльфийская стрела», – растерянно сказал Сергей.
– Шутишь?
– Сам смотри.
Несколько секунд ребята читали появившуюся на экране смартфона информацию, а затем перевели взгляды на бармена.
– Боевые артефакты?
– Не хотите – не берите, – развёл руками тот. – Я не знаю, что лежит в коробке. И не хочу знать.
И бросил быстрый взгляд на Лисс.
Которая подошла к стойке, остановилась около Сергея и протянула руку:
– Хорошо, «эльфийскую стрелу» возьму я.
И услышала то, что хотела:
– Не отдам.
///
– Лисс, ответь! Лисс, ты ведь знаешь, что я волнуюсь, возьми трубку… – Дориан с яростью посмотрел на телефон.
Нет, не возьмёт.
Да, девушка знает, что он волнуется, но не хочет говорить, чтобы не рассказывать, где она и чем занимается. Лисс оберегает его от правды, а значит, она где-то внутри беспорядков, разгорающихся сейчас на улицах Тайного Города, и не хочет, чтобы Машар приехал к ней. Или начал отговаривать от необдуманных поступков.
– Лисс! Не делай того, из чего даже я не смогу тебя вытащить!
Где её искать? Просто на улицах?
Великолепная идея, но другой у Дориана не было.
Поиск по генетическому коду ничего не дал: девушка поставила на себя «пчелиный рой» и на магический запрос пришло семь тысяч откликов. А у него десяток факторов на трёх машинах, и прочесать все отклики они попросту не смогут. Да и нет у них времени прочёсывать Город в поисках одной-единственной девушки – у них служба.
– Лисс!!!
Но вместо девушки позвонил Консул – со своего личного номера, который центур знал наизусть. Увидел на экране знакомую последовательность цифр, крепко сжал телефон, глубоко вздохнул, приводя нервы в порядок, и ответил:
– Консул.
И жестом показал факторам, что нужно подождать ещё немного.
– Ты был прав.
– Я этому не рад.
Комментировать эти слова Консул не стал. Выдержал паузу, показывая, что понимает настроение центура, и коротко велел:
– Говори, – дав понять, что ждёт совета.
– Выдержка и спокойствие, – мгновенно ответил Машар. – Только они: выдержка и спокойствие.
– Что ты имеешь в виду?
– Пусть бузят. Мы не нападаем, но и не отступаем. Только защищаемся и защищаем Тайный Город от беспорядков.
– Демонстрируем слабость?
– Показываем силу.
Пауза.
– Объясни.
– Против нас идут дети, это все видят, – твёрдо произнёс Дориан. – Мы можем заставить их умыться кровью, но это будет детская кровь, Консул. Они слабы, неопытны и ничего не умеют – только бузить. Город понимает, что мы можем разогнать их за час и запугать на всю жизнь. Но если мы так сделаем – завтра выйдут их родители.
– А как же насчёт «запугать на всю жизнь»?
– В какой-то момент страх исчезает. – Машар вздохнул. – Если мы начнём убивать детей – мы точно не удержим Город. Как бы мы потом ни оправдывались.
Пауза. Довольно долгая, секунд на десять. А учитывая, что лидер Альянса умел думать быстро и так же быстро принимать правильные решения, пауза означала, что он в затруднении.
Пауза, во время которой Дориан думал только о Лисс.
– Я не собираюсь оправдываться.
– Да, Консул.
– И мне не очень нравится твоё предложение.
– Да, Консул.
– Но я понимаю, что оно разумно.
– Да, Консул, – в третий раз повторил Машар.
– Но столь же разумно и моё решение карать бунтовщиков.
Значит, будет кровь. Детская кровь…
– Я не могу оспаривать ваше решение, Консул, поскольку оно разумно и взвешенно, – осторожно произнёс Дориан. – Вы позволите высказать одну мысль?
– Разумеется.
– Уберите с улиц вампиров.
Почему – объяснять не надо. С них всё началось, и они будут самыми беспощадными и безбашенными карателями. С ними крови будет больше. Намного больше.
– Я не могу отдавать приказы, которые не будут исполнены.
Да, Консул велик и у него огромная власть, но даже у его власти есть пределы. Он может приказать вампирам уйти, но те не уйдут. Приказ не будет исполнен. Авторитет пошатнётся. А власть зиждется не только на страхе, но и на авторитете. Консул это понимает. Дориан это понимает. Все понимают, поэтому вампиры останутся.
Значит, будет кровь. Детская кровь…
– Чего молчишь?
– Жду вашего приказа. – Дориан подобрался. Хотел закончить, но не смог и продолжил: – И надеюсь услышать то, что ожидаю услышать.
– Услышишь. – Центур понял, что Консул улыбается. – Проследи за тем, чтобы кровососы не увлекались.
– Насколько проследить?
– Настолько, насколько будет требовать обстановка.
– Да, Консул.
– И не увлекайся сам. Помни: вампиры – мои слуги. Так же, как и ты.
– Да, Консул.
Дориан отключил телефон, ещё раз набрал номер Лисс – безрезультатно, – вздохнул и подошёл к внедорожнику, возле которого собрались его факторы: восемь рыжих рыцарей и два белокурых люда.
– Вы знаете, что творится на улицах.
В ответ – тишина.
– Консул приказал Агеме навести порядок.
– Можно сказаться больным? – хрипло спросил один из рыцарей.
– Боюсь, что нет.
– Я не хочу сражаться с детьми.
– Это будет не сражение, а убийство, – поддержал его длинный приятель.
Белокурые одновременно кивнули.
– Я прекрасно понимаю ваше настроение и полностью его разделяю, – мрачно произнёс Дориан. – Но нам не придётся воевать с детьми. Нам приказано проконтролировать соблюдение законности факторами Внутренней Агемы.
Несколько секунд подчинённые обдумывали услышанное, а затем один из людов осторожно попросил уточнить:
– Что нам придётся делать?
– Жарить вампиров, если они увлекутся, – жёстко ответил Дориан. И усмехнулся.
– Не «если», а когда! – добавил повеселевший длинный.
– Так что не забудьте «протуберанцы».
– Отлично!
Настроение у подчинённых ожидаемо поднялось, но любопытный люд попросил об ещё одном уточнении:
– А если мы столкнёмся с протестующими?
Об этом Консул ничего не сказал, поэтому Дориан принял решение самостоятельно:
– Я изложил вам полученный приказ, фактор, мы занимаемся контролем сил правопорядка.
То есть, увидев детей, они просто-напросто отвернутся.
///
Никто не хочет связываться с детьми…
Ну, как никто? Вампиры – с удовольствием: изобьют, убьют, высушат… Вампиры не подведут, и даже в жестокости их не обвинишь – они просто такие. Они – ночные охотники, считающие остальных разумных – пищей, и не более того. Их не изменишь. А главное – их не очистишь. На их имени всегда пятно, даже не грязное – кровавое, и это пятно ложится на Агему, на Альянс, и если в ощущениях жителей Города Альянс сольётся с образом кровососов, неминуемый взрыв прогремит намного раньше ожидаемого. Город не потерпит над собой власть вампиров, но сейчас кровососы нужны, потому что магов, способных выполнить любой приказ – даже атаковать детей, – было не так много, как хотелось Консулу. При этом большая их часть была занята охраной наиболее важных объектов, и выводить их на улицы Консул не мог. Наёмники, которые охотно согласились открыть охоту на Джиру, категорически отказались от перспективы драться с детьми, прекрасно понимая, что с ними сделают их родители… И поэтому в качестве основных отрядов для подавления беспорядков Консул мог вывести на улицы только вампиров, злобных тварей Бестиария – монстры оказывали отрезвляющий эффект одним своим видом, и личный резерв…
Он разблокировал смартфон и набрал номер Гранни.
– Консул? – слегка расслабленно ответила девушка. Гранни всегда отвечала лидеру Альянса слегка расслабленно, словно флиртуя, хотя он давным-давно дал понять, что не интересуется её прелестями.
– Ты перебросила отряд в Город?
– Да, Консул. И операторы, и все «персы» находятся в месте дислокации и готовы действовать.
– Возвращайся порталом, – отрывисто приказал Консул. – Пусть Схинки сам закончит с птицей, ты нужна мне здесь.
И отключился.
///
Совершенно изумительное ощущение полнейшей безопасности.
Впервые в жизни Бри чувствовала себя в ночном Городе абсолютно спокойно, и дело было не в гигантском големе, который послушно брёл в шаге позади. Нет, голем, которого девушка назвала Джузи, был всего лишь мощной «куклой», приглядывающей за тем, чтобы хозяйке никто не досаждал. Дело было в ней самой: в её силе, ставшей следствием новых знаний. Бри поднялась настолько высоко, что спокойно наплевала на предписание Внутренней Агемы временно воздержаться от посещения центра, а его жителям – не покидать дома без настоятельной необходимости. В официальном заявлении говорилось, что факторы получили право задерживать любого подозрительного без объяснения причин, а Бри, и особенно её массивный спутник, выглядела подозрительнее некуда.
И возможно, именно поэтому девушка отправилась в центр: потому что внутренне сочла себя способной на равных сражаться с высшими магами Альянса, хотя…
«Даже думать об этом не смей!»
«Почему?»
«Они порвут тебя на куски!»
«Ещё посмотрим, кто кого!»
«Ты не готова».
«Они не знают моей подлинной силы».
«Если узнают, тебе будет грозить ещё большая опасность».
«Я не собираюсь вечно прятаться!»
«Ты не прячешься, ты готовишься».
«К чему?» – спросила Бри у себя, а в следующее мгновение себе ответила:
– Кажется, я вижу – к чему.
Она как раз проходила по короткому переулку: налево – улица, направо – тупик. А в тупике двое рыцарей готовились убить вампира. Ну, как «готовились»… Много времени на убийство не требуется – снёс голову, включил «протуберанец» и пошёл дальше, – но рыжие не торопились, действовали хоть и сноровисто, но неспешно. Каким образом они ухитрились подобраться к осторожному кровососу – осталось загадкой, но подобрались и вонзили ему в сердце деревянный кол. Не убили, конечно, организм вампира способен излечить даже пулевое ранение, иногда – даже пулевое ранение в голову, а вот дерево в сердце его парализует. Кровосос застыл, не имея возможности двигаться, стоял на коленях, насаженный на длинный деревянный кол, всё видел, понимал и готовился к смерти. Один из рыцарей как раз достал меч.
– Неужели Внутренняя Агема санкционировала внесудебные расправы?
Рыжие обернулись, но спокойно, без паники. Посмотрели на Бри, на голема за её спиной и переглянулись.
– Я думал, ты навёл морок, – сказал тот, который с мечом.
– Не сам, – ответил второй.
– Нужно было купить артефакт получше.
– Согласен, – вздохнул второй и обратился к Бри: – Тебе имеет смысл просто пройти мимо.
– А если у меня не получится?
Рыцари снова переглянулись. Они поняли, что девчонка – не враг, что у неё просто есть принципы, которые не позволили пройти мимо, и меченосец попытался объяснить:
– Это один из ублюдков Идо. Он причастен к убийству Катерины.
– Он признался?
– Он не идиот.
– То есть вы не уверены в том, что поймали убийцу? Какие же вы после этого факторы Агемы?
– Мы не служим Альянсу, – спокойно сказал второй. – Поэтому уходи, девочка. Просто уходи.
Тайный Город рассыпался на глазах. Или наоборот – собирался. Собирался с духом или пробуждал в себе ярость, Городу надоело молчать или он просто разозлился? Бри не знала. Но понимала, что эти двое – обыкновенные парни, которых задело выступление Джиры. Задело, что молоденькая зелёная ведьма указала им, привыкшим гордиться своими подвигами, на их слабость. Задело настолько, что они вышли на улицу и поймали первого попавшегося вампира.
Остановить их?
Бри не знала, что делать. Просто не знала. Ей не нравилось то, что здесь готовилось, то, что могло в любой момент произойти на её глазах. Но она понимала, что остановить рыжих можно только кровью. Ладно, остановит… но что потом делать с вампиром? Отпустить? Он расскажет обо всём ублюдкам Идо или факторам Агемы, что одно и то же, и рыжих парней ждёт незавидная участь…
Додумать девушка не успела.
Тот, который был с мечом, взмахнул, продемонстрировав превосходный навык обращения с клинком. Взмахнул и сделал шаг в сторону, брезгуя прикасаться к покатившейся голове.
– Вы совершили преступление, – тихо сказала Бри.
– Сегодня в Городе совершается масса преступлений, – ответил второй. – Надеюсь, мы больше не увидимся.
– И я…
Рыжие кивнули ей на прощанье, как своей, спрятали оружие и выскользнули из тупика. Имело смысл последовать их примеру, но Бри не стала торопиться: медленно подошла к откатившейся вампирской голове и посмотрела в распахнутые, до сих пор полные злобы глаза.
«Сегодня в Городе совершается масса преступлений…»
Что произошло сейчас: убийство или кара? Правильно ли она поступила, что не вмешалась? Правильно ли бы она поступила, вмешавшись в происходящее? Как понять? Голова вампира. Обозлённые рыцари. Надписи «MG» на стенах. Приказ Агемы не выходить из домов…
Город рушится или обретает себя?
А её сила… сумеет ли она распорядиться ею так, чтобы не было потом стыдно?
Как понять?
///
«Нам надоело терпеть!
«Мы не будем молчать!»
«Он должен уйти!»
Лозунги заполонили Город. На стенах, на окнах, на крышах, на деревьях и фонарях, на тротуарах и мостовых, на стёклах легковых машин и бортах грузовиков – они появлялись всюду, на любой пригодной поверхности и привлекали внимание не только размерами, но и яркими, светящимися в темноте красками.
«Мы больше не будем терпеть!»
Но чаще всего встречался короткий:
«MG!» или полная версия: «Must Go!»
Без указания адресата. Просто:
«Must Go!»
Поскольку стояла глубокая ночь, муниципальные власти ещё не оценили масштаб бедствия, а вот жители Тайного Города видели картину во всей красе, узнавали о происходящем в чатах и пабликах, присоединялись к спонтанному, зародившемуся в «Михельсоне» флешмобу и добавляли свои надписи. Пусть такие же, но свои, написанные лично и выражающие их мнение.
«Must Go!»
А тем, кто не рисковал выйти на улицу, о происходящем подробно рассказывали свободные репортёры, избегая, конечно, называть имена и показывать лица несогласных. Что же касается Агемы, то факторы пустили в Город все свои дроны, однако никто из вышедших на улицу не забыл активировать «накидку пыльных дорог», сделав бессмысленной видеосъёмку.
«Must Go!»