Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

Анна Джеймс

Книжная магия

Pages & Co.:

Tilly and the Map of Stories



© Родина А.Ф., перевод на русский язык, 2021

© Курочкина Т.И., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Посвящается Адаму, мне так нравится писать нашу с тобой историю вместе


Ранее в «Тилли и книжных странниках»

В книге «Тайная библиотека» Матильда Пейджиз обнаруживает, что она – книжный странник и может путешествовать по своим любимым книгам. В поисках давно пропавшей мамы она вместе со своим другом Оскаром выясняет, что её папа был вымышленным персонажем, а значит, она сама тоже наполовину книжная героиня.

В книге «Потерянные сказки» Тилли и Оскар сталкиваются с братом и сестрой Ундервудами. Мелвиллу Ундервуду удаётся подчинить себе Британскую Тайную библиотеку, а его главная цель – установить контроль над всеми книжными странствиями. В это время его сестра Децима проводит эксперименты с книжной магией в попытке овладеть бессмертием, которое кроется внутри книг. Децима полагает, что особенное полувымышленное происхождение Тилли и есть ключ к её поискам.

После всех книжных странствий в руках у Тилли и Оскара оказывается несколько особенных артефактов – подсказок. Дети начинают подозревать, что перед ними некая карта, позволяющая найти Архивариусов – защитников книжных странствий, которых никто не видел уже много-много лет.

1. Дельный план

– Я ищу одну книгу…

Матильда Пейджиз и её дедушка подняли глаза от вороха карточек для книжных рекомендаций, которые как раз заполняли, чтобы развесить их на полках магазина под книгами, и увидели стоящего у прилавка мужчину. В магазине «Пейджиз и Ко» царила тишина и сквозь высокие окна внутрь струился золотой свет заходящего солнца, отчего всё вокруг казалось особенно томным и умиротворённым.

– Так-так, сейчас разберёмся, – тут же поднялся дедушка. Он явно был рад покупателю. – Что за книгу вы ищете?

– Названия я, к сожалению, не помню, – сказал мужчина. – И фамилию автора, пожалуй, тоже не назову. Но у неё должна быть синяя обложка. Кажется, синяя.

– А относительно её содержимого вы что-нибудь можете сказать? – задал наводящий вопрос дедушка. Тилли улыбнулась: она любила, когда дедушка вот так, по мельчайшим крупицам информации, умудряется выяснить, о какой книге речь.

– Да знаете, не особо… – туманно ответил гость. – Вот странность! Пришёл в магазин специально за ней – в детстве это моя любимая была… Или мамина любимая? Запамятовал. Ну вот, а теперь не могу о ней вспомнить решительно ничего. Что ж, может, не такая уж она и особенная была…

– Похоже, для вас она всё-таки многое значила, пусть и когда-то давно, – заметил дедушка. – Думаю, если вам удастся вспомнить о ней хоть что-то, я смогу высказать пару-тройку догадок. Или, может быть, помочь вам подобрать что-нибудь другое почитать?

– Вы очень любезны, – вежливо поблагодарил покупатель, уже, впрочем, посматривая в сторону выхода. – Однако, честно говоря – пусть мои слова и не очень-то уместны в книжном магазине, – но мне как-то уже всё равно.

Дедушка вскинул одну бровь.

– Прошу прощения, я не хотел показаться грубым, – продолжил покупатель. – Видите ли, чем дольше я тут стою, тем меньше помню, за чем вообще сюда пришёл.

– За книгой, – напомнил дедушка, – вы пришли за книгой. В синей обложке.

– Да не так уж я и уверен, что она была синяя, – пожал плечами гость. – В любом случае спасибо за помощь. – И он вышел.

– Престранный субъект, – заметил дедушка.

– Да ладно, в мире полно людей, которые не помнят, что хотят найти, – возразила Тилли.

– Да, но обычно, если уж они дошли до книжного магазина, то настроены чуть более настойчиво. Иногда даже сердятся, если с ходу не определишь, что им надо. А этот, судя по всему, забыл, за чем пришёл, пока мы разговаривали.





– Вроде такой случай у нас уже был, – припомнила Тилли. – Тут на днях пришла женщина, постояла перед книжной полкой минут десять, ничего не взяла, не полистала, а когда я подошла спросить, не нужна ли ей помощь, сказала, что сама не знает, и побрела к выходу.

– Хм-м, странно, странно, – сказал дедушка. Однако его внимание тут же перекинулось на цифры на экранчике кассового аппарата, и он озадаченно нахмурился. – Что ж, будем надеяться, что это не станет постоянной тенденцией, – пробурчал он. – Что-то в последние месяцы продажи у нас всё хуже и хуже. Может, конечно, просто потеплело, и все потихоньку выбираются из дома, радуются погожим денькам… Главное, именно сейчас, когда и без того полно проблем… Ты как, нормально обходишься без книжных странствий?

– Да ужасно, – пылко ответила Тилли. – Просто кошмар! Ни сама в странствие отправиться не могу, ни с Аней поговорить, ни с Оскаром по книгам прогуляться, но особенно меня сердит, что эта парочка, Ундервуды, смогли просто так взять и отнять это у меня, словно имели на это право.

После того как Мелвилл Ундервуд занял должность Главного библиотекаря в Британской Тайной библиотеке и назначил свою сестру Дециму официальным советником, они вдвоём воплотили в жизнь старую угрозу ограничить книжные странствия и закрыли доступ к изданиям Источников. В ряде крайне официозных заявлений они упоминали об этом как о кратковременной мере – якобы обезопасить книжные странствия, пока они оба не освоятся в должности. Однако в слова этих негодяев никто из семьи Пейджиз не верил.

– Напомни, как там эта блокировка Источников работает? – спросила Тилли у дедушки. – И зачем вообще кому-то пришло в голову её изобрести?

– Не кому-то, а собственно блокировщикам, – принялся объяснять дедушка. – Это была такая группа библиотекарей много лет назад. Они хотели сами решать, кто может отправиться в книжное странствие, а кто нет. И для этого использовали книжную магию – то чёрное липкое вещество, которое ты видела в сказках на месте разорванного сюжета. Варварство это, конечно, – так использовать книжную магию. Ровно обратно её первоначальному смыслу…





– Так как это работает? Ты сам когда-нибудь делал блокировку?

– Блокировать книгу можно только в очень особых случаях, – ответил дедушка. – А иных послушать, так и вообще нельзя. Пока я был Главным библиотекарем, мы заблокировали только одно издание, и я до сих пор не уверен, что поступили тогда правильно. Но сам процесс в целом несложный. Нужно только начертить книжной магией X поперёк первого слова в Источнике, и всё, он как будто заперт.

– И что, Ундервуды проделали это для всех Источников?

– В Британской Тайной библиотеке – видимо, для всех. И то, зная их, могу предположить, что всю работу делали их приспешники – небось библиотекари, которые вообразили себя продолжателями дела тех самых первых Блокировщиков. Но ты не волнуйся, солнышко, мы скоро что-нибудь придумаем.

– Не волнуйся?! Не понимаю, как ты можешь оставаться спокойным! – снова разъярилась Тилли, от одной мысли о том, как беспардонно у неё отобрали возможность странствовать по книгам, в её жилах вскипела кровь.

– Я совсем не говорил, что спокоен на этот счёт, – ответил дедушка. – Я зол не меньше твоего, но конфликт этот слишком серьёзный, чтобы вот так просто встрять с бухты-барахты и заварить ещё бóльшую кашу. Прежде всего надо позаботиться о целости и сохранности Источников, а заодно о безопасности сотрудников Тайной библиотеки. Тут нужен дельный план.

– Я уже предложила дельный план, – напористо вставила Тилли.

– Ну да, ты думаешь… Точнее, я понимаю, с твоей точки зрения… – заколебался дедушка, явно пытаясь высказаться, при этом ничего особо и не говоря.

– Да знаю я, ни в каких Архивариусов ты не веришь, и что я могу их найти, тоже не веришь, – прервала его мучения Тилли. – Не надо снова объяснять. Ты меня всё равно не убедишь. О том, что есть такие карты, с помощью которых они сами подсказывают своё местоположение, мы с Оскаром слышали уже дважды, от двух разных людей, и у меня есть такая карта.





– Никакая это не карта, солнышко, – мягко возразил дедушка. – Это ряд разрозненных предметов, которые ты нашла и считаешь связанными между собой, потому что хочешь помочь. За что мы тебя очень любим. Однако следовать подобным наводкам – дело весьма сомнительное… Да и потом, им же, собственно, невозможно следовать. С чего, например, начать?

Тилли аж глаза закатила.

– Начать с Библиотеки Конгресса в Америке, – в сотый раз забубнила она, точно повторяя несмышлёному ребёнку. – Туда ведёт первая подсказка. На ней этот, как его? Мама говорила, этот, почтовый… код?

– Почтовый индекс, – подсказал дедушка.

– Вот, индекс. И ещё на ней же библиотечный шифр – а ты сам сказал, что шифры, они как карты, у меня тогда всё и сложилось!

– За одной книжкой в Америку не полетишь, – заметил дедушка. – Ладно, дай мне спокойно просмотреть ещё раз продажи… Может, сходишь пока к маме, проверишь, что она там делает, а, золотце? Вот умничка.

За что Тилли любила своих бабушку с дедушкой больше всего – так это за то, что они почти всегда разговаривали с ней как с взрослым самостоятельным человеком, который в состоянии понимать разные вещи, у которого есть эмоции и которому приходят в голову ценные идеи. Но именно поэтому её особенно задевали такие моменты, когда они всё-таки разговаривали с ней как с ребёнком, неспособным вникнуть в дела настоящих взрослых.

Тилли встала и, ни слова не говоря, отправилась было за мамой – обсудить карту с ней, однако не успела дойти до лестницы, как у кассы зазвонил телефон.

– День добрый, «Пейджиз и Ко», – ответил дедушка. – Арчи слуша… А, Себ, ты? Ну здравствуй, как там у вас? Ах да?.. Мм, вот оно как… – Он поднял глаза на Тилли и, убедившись, что она ещё не успела уйти, сделал ей знак остаться. – Да-да, она тут, – сказал он в телефон, и у Тилли по спине пробежал холодок. Тут дед с размаху брякнул трубкой, подскочил к ней и потащил её к двери, со-единявшей книжный магазин и личную квартиру семейства Пейджизов.

– Ты что делаешь? – воскликнула Тилли, пытаясь вывернуться. – Деда, мне больно!

– Прости, золотко, – отчеканил дедушка, – но тебе нужно спрятаться. Срочно. Звонил Себ. Сюда едут Ундервуды, и едут они за тобой.



2. Тень сомнения

– Да зачем я им? – выдавила Тилли, пока они вдвоём бежали через кухню к лестнице.

– Боюсь даже представить, – ответил дедушка, – с учётом того, что на последней вашей встрече они пытались завладеть твоей кровью…

– Но что они мне могут сделать тут, в «Пейджиз и Ко»? – пропыхтела Тилли, еле поспевая за дедом, который тащил её по лестнице на самый верхний этаж, в её комнату. – И потом, им же больше нечего мне предложить, раз все книжные странствия они уже запретили.

– Проверять я не намерен, – сказал дед. – Для них ты в гостях у подружки. Мы с бабушкой сами с ними поговорим и выясним, чего они хотят, а с тобой пока посидит мама. Дверь в магазин я запру, и обещай мне, что вниз не полезешь?

– Обещаю, – честно сказала Тилли.

– Пожалуй, это первый раз в моей жизни, когда я не рад, что ты не можешь отправиться в книжное странствие и просто где-нибудь взять и пропасть, – хмуро заметил дедушка и плотно запер дверь.

Тилли дослушала, как стихли его шаги на лестнице, и тут же поняла, что оставила телефон внизу, в магазине. Значит, даже написать Оскару, лучшему другу, и всё сообщить не выйдет. Есть, конечно, целый книжный шкаф, но сесть и сосредоточиться на чтении в такую волнительную минуту у неё вряд ли получится. Хотя, судя по целой стопке начатых книг у кровати, сосредоточиться на чём-то одном ей уже давно не удаётся. Тилли вдруг поняла, что за последнюю неделю не дочитала ни одной книги, а неделя – это серьёзный срок для книголюба её уровня.

Тилли пробежала пальцами по полкам, стараясь воскресить в себе веру в закономерность книжного ряда: как правило, когда надо, нужная книга сама находится. Авось и сейчас попадётся что-то достаточно занимательное. Обычно шкаф стоял битком набитый, так что вытянуть из него книжку было делом нелёгким, но сейчас Тилли обратила внимание, что между томиками появились зазоры. А что было на месте зазоров, Тилли вспомнить так и не смогла – наверно, оставила эти книжки внизу или дала Оскару почитать.

На верхней полке красовалась шеренга из странных предметов – тех самых, которые, по мнению Тилли, были наводками, способными привести её к Архивариусам. Пусть бабушка с дедушкой твердят, что Архивариусы – не больше чем легенда книжных странников, но здесь дело ясное: каждый из этих предметов оказался у Тилли своим путём, а для простого совпадения это многовато.

Тоненькая брошюрка и клубок красной пряжи – подарки сотрудницы Французской Тайной библиотеки, ключ из «Таинственного сада» и мешочек с хлебными крошками – из «Гензель и Гретель». Все эти вещицы пришли к ней тем или иным способом в течение нескольких дней. Уж конечно, они что-то да значат. Но теперь, когда они лежали перед Тилли в рядок, тень сомнения закралась к ней в душу. Трудно было не проникнуться дедушкиным скепсисом: просто набор несвязанных предметов, которые она насобирала за время странствий по книгам и теперь выдаёт их желаемую связь за действительную.





Тилли вздохнула и в который раз подумала: вот бы сейчас нырнуть в книгу. Попробовать найти ещё подсказок, послушать мнение Ани Ширли на этот счёт, да и вообще – просто отвлечься от мыслей о том, что сейчас творится внизу, в магазине. Вся их семейка, конечно, пыталась отправиться в странствие и после того, как Себ известил их о мерах Ундервуда, но ни у кого из них ничего не вышло. Бывали редкие моменты, когда казалось:

вот оно, знакомое чувство, тебя вот-вот затянет в книгу, в животе всё ухает вниз, а вокруг уже чудится аромат поджаренного зефира – но затем вдруг наступало ощущение, точно к тебе сзади была привязана резинка, которая натянулась до предела и теперь выдёргивает тебя из книги обратно.


Тилли взяла с полки случайную книгу и в отчаянии уставилась на заголовок. «Алиса в Стране чудес». Излюбленная история для странствий, да и сама Алиса раньше частенько встречалась Тилли в залах их книжного магазина.

Тилли открыла книгу и, припомнив дедушкины слова относительно блокировки, взглянула на первое слово. Действительно, на нём как будто лежала едва заметная тень. Тилли попыталась стереть её, даже ногтем поскребла, но ничего не вышло. На слове точно был неясный знак, отзвук книжной магии, что запечатывала издание Источника где-то там, в недрах Тайной библиотеки. Тилли полистала книжку и открыла на давно выученной наизусть сцене безумного чаепития – именно сюда она попала, когда впервые оказалась в книге.

Тилли плюхнулась на кровать и стала читать эту сцену вслух, стараясь воскресить то чувство восторга, которое охватило её тогда, в первый раз, как только книга начала затягивать её на свои страницы.

«Под деревом перед домом стоял накрытый стол, а за ним, распивая чай, сидели Заяц и Шляпник.

Животное из породы грызунов, известное под именем Соня, сидело между ними и крепко спало – так что Заяц и Шляпник пользовались им, как диванной подушкой: положили на Соню локти и разговаривали поверх её головы…»[1]

Тилли всё читала и читала, погружаясь в повествование с головой. Немного погодя она чихнула.

– Дурацкая пыльца, – буркнула Тилли и сердито отмахнулась от цветков, которые уже прямо-таки лезли в нос, как вдруг осознала, что ещё минуту назад никаких цветков в её комнате не было. – Да откуда вы взялись? – удивилась она, подняла глаза и обнаружила, что взялось ещё много чего. Вместо деревянного пола под ногами оказался ковёр из травы, благоухающий свежестью, слегка влажный от росы. Из углов комнаты тянулись ввысь другие цветочки, попестрее, а в воздухе совершенно отчётливо заслышалось пение птиц, хотя потолочное окно было плотно закрыто – всё-таки на дворе стоял апрель и часто моросило. Прямо из травы на глазах вырастали четыре деревяшки – кажется, ножки стола; скрипнув, они замерцали и прочно воплотились в реальность.

Тилли ошарашенно уставилась на эту картину. Книга выпала из рук на кровать и захлопнулась. В то же мгновение всё исчезло.

– Да что
здесь
происходит? –
прошептала Тилли.


3. Всегда любила поиски сокровищ

Тилли сидела на кровати, уставившись на «Алису в Стране чудес».

Ей вспомнилось, как перед прошлым Рождеством она случайно вытянула из книги к себе в комнату таинственный сад, а ещё, как к ней в поезд по пути в Париж перенёсся сказочный лес из «Красной Шапочки». Она снова, уже немного с опаской, взяла «Алису», перелистнула пару страниц и остановилась на том моменте, когда Алиса встречает хитрую гусеницу, сидящую на шляпке гриба.





Желая поскорей разобраться, что же всё-таки происходит, Тилли постаралась сосредоточиться и вытянуть сцену из книги, однако почти ничего не добилась – разве что в комнате запахло грибами. Тилли снова отложила книгу и потянулась к шкафу, где провела пальцами по большому витиеватому ключу; в прошлый раз он оказался у неё в комнате уже после того, как сам таинственный сад исчез. Тилли обвела комнату взглядом, не осталось ли чего и на этот раз – может, даже новая подсказка появится; однако о виденном напоминал только слабый запах весенней травы.

– Небось, Ундервуды бы от злости полопались, если б узнали, – буркнула она себе, ехидно улыбаясь. – Меня-то они, может, и горазды в книги не пускать, зато не пускать книги ко мне – это уж фигушки!

Однако удовольствие от того, что она нашла способ хоть в чём-то обойти ундервудовские ограничения, продлилось недолго. В конце концов, прямо сейчас там, внизу, в «Пейджиз и Ко» сидели и Мелвилл, и Децима. Внешне до крайности похожие – оба худощавые, светловолосые, с холодными глазами, – они тем не менее отличались по характеру. Мелвилл занимал в Тайной библиотеке высочайшую должность руководителя, однако все их хитрые схемы зиждились на идеях его сестры Децимы. Мелвилл добился власти сладкими словами и обаянием, которое умел включать по заказу, а вот книжную магию и её возможности по-настоящему понимала именно Децима. Это она догадалась, что в крови Тилли, получеловека-полуперсонажа, может быть заключена сила вечного бессмертия, свойственная книжным историям.

И теперь, даже сидя четырьмя этажами выше, отделённая от этой парочки чередой дверей, из которых как минимум одна была заперта, Тилли всё же словно нутром чувствовала их присутствие там, внизу, и коленки у неё задрожали от желания тут же встать и пойти высказаться в свою защиту. Но от выбора слушаться или не слушаться дедушку её спасло мягкое тук-тук в дверь.

– Это я, Беа, – послышался мамин голос. – В смысле, это я, мама.

После того, как Беа одиннадцать лет просидела в заточении внутри «Маленькой принцессы», они так и не пришли к окончательному решению, как же Тилли стоит её называть – мамой или по имени. Иногда и то и другое звучало как-то неловко.

– Заходи, – крикнула Тилли, и мама проскользнула в дверь.

– Как ты тут? – спросила Беа, отодвинула «Алису в Стране чудес» и села рядом с Тилли на кровать.

Тилли пожала плечами, не зная толком, что ответить.

– Немного страшно, немного неопределённо и вдобавок немного тошно, – сказала она наконец. – Как-то так.

– И всё это мне очень понятно, – сказала Беа.

– Ты не знаешь, чего Ундервуды хотят? – спросила Тилли.

– Пока нет. Дедушка меня оттуда прогнал, как только они подкатили.

– Но они же не могут ничего плохого натворить, да? – спросила Тилли. – Там же покупатели вокруг, и вообще.

– Наверное, нет, – вздохнула Беа. – Не знаю, Тилли. Чего бы они ни хотели, Себ достаточно напрягся, чтобы позвонить нам и предупредить. Мы всё узнаем, когда дедушка с бабушкой за нами поднимутся. Ну а пока мы тут с тобой наедине… – Беа пошарила глазами по комнате и отыскала взглядом дочкину коллекцию таинственных наводок. – Расскажи-ка мне ещё раз, что ты там уже успела выяснить насчёт всего этого?

– Как, ты веришь? – удивилась Тилли.

– Я всегда тебе верю, – сказала Беа. – И хочу разобраться в том, что ты думаешь по поводу Архива, потому что не знаю, как другие, а я просто уже не могу сидеть сложа руки и смотреть, что эти два мерзавца выкинут ещё, тем более что они так сосредоточены конкретно на тебе.

– В общем, есть цепочка цифр и букв, которую мы в брошюрке нашли, – начала Тилли. Она даже немного позабыла про страх, пока выдалась возможность рассказать о своих теориях кому-то, кто готов воспринимать их всерьёз. – Дедушка сказал, что это похоже на библиотечный шифр, по которому находят книгу в библиотеке.

– Ну да, – согласилась Беа. – И поэтому ты считаешь, что по этой подсказке мы должны отыскать что-то в Библиотеке Конгресса в Вашингтоне, потому что на эту библиотеку указывает почтовый индекс?

– Именно, – сказала Тилли. – Видишь, ничего сложного.

– Ну хорошо, а с остальным что? – спросила Беа, указывая на оставшиеся предметы на полочке. – Они как с этим связаны?

– Пока не знаю, – призналась Тилли. – Но уж, конечно, они у меня не просто так оказались. И бабушка Оскара в Париже тоже сказала, что есть карта, которая ведёт в Архив.

– Как же ключ, клубок ниток и какие-то крошки могут быть картой? – уточнила Беа.

– Наверно, карта – просто неудачное слово, – ответила Тилли и взглянула на маму. – У нас тут, скорее, расследование по уликам. Вроде как поиски сокровищ.

– Всегда любила поиски сокровищ, – улыбнулась Беа. – И потом, пожалуй, следовало изначально предполагать, что найти самое таинственное собрание книжных странников за всю историю будет немного сложнее, чем просто проследовать за красной пунктирной линией.

– Вот именно, – подтвердила довольная Тилли. – Только что мы с этим можем сделать, пока сидим тут взаперти?

– Ну, всегда есть варианты, – расплывчато начала Беа. – И потом… – Но её прервал негромкий стук.

Дверь в комнату открылась, и в проёме показалось бабушкино лицо, белое, как снег, от волнения.

– Ушли, – тихо сказала она.

– А чего хотели? – нервно спросила Тилли.

– Может, спуститесь к нам вниз, попьём чайку с тортиком, обсудим всё нормально, – проговорила бабушка. – Магазин мы на сегодня закрыли.





Через несколько минут все четверо членов семейства Пейджизов собрались вокруг своего видавшего виды старинного кухонного стола. Последнее время, с тех пор как началась эта история с блокировкой Источников, бабушка отводила душу на беспрестанной выпечке, и теперь перед ними стоял шикарный морковный торт под шапкой из сливочно-сырной глазури; однако все только ковырялись вилками в своих тарелках, нервные до тошноты.

– Ну так что? – слегка нетерпеливо спросила наконец Беа.

– Ундервуды желают получше ознакомиться с природой твоего происхождения, Тилли, – начал дедушка. – Сидели тут сейчас такие, сама любезность, думали нас сладкими словами на свою сторону переманить.

– Они стремятся к единогласию между книжными странниками, – вставила бабушка, – и хотят, чтобы мы, и ты в том числе, помогали им по доброй воле.

– Мы? Им? Да с какой стати?! – опешила Тилли.

– Вот именно, – с яростью отозвался дедушка. – Но они же бьются за звание полноправных хранителей книжных странствий, а это как-то нехорошо смотрится, когда против тебя прямо в открытую бастует один из бывших Тайных библиотекарей и вся его семья.

– Раз хотят почёта и уважения, нечего было кровь у ребёнка вымогать! – вспылила Беа.

– Ещё раз, мы тут все одну кашу расхлёбываем, – постаралась успокоить остальных бабушка. И по тому, что на сей раз, когда бабушка сказала свою любимую поговорку, дедушка даже не подумал пошутить, как обычно, насчёт бабушкиной стряпни, Тилли отчётливо поняла, что дело очень серьёзное.

– Они просят, чтобы Тилли добровольно участвовала в их экспериментах с книжной магией, – сказал дед. – Свои происки они позиционируют как важнейшие исследования в области книжных странствий и потенциала книжной магии, откуда как бы следует, что те, кто против них, якобы против прогресса.

– Но мы же и так всё это уже знали, разве нет? – спросила Тилли. – Зачем они пришли? От меня-то им чего было надо?

– В общем, – ответила ей бабушка, – они предложили, чтобы ты явилась к ним в Тайную библиотеку и поучаствовала в их экспериментах в сопровождении одного из нас. Разумеется, это исключено.

– Значит, наш ответ нет, – подытожила Тилли. – Что ж, пока не очень страшно. А что они мне сделают, если я не приду?

– Положат конец книжным странствиям, – откликнулся дед.

– Так они же уже их запретили, – возразила Тилли.

– Временно, – заметил Арчи. – И потом, если бы они новым запретом грозились, мы бы это приняли – а пока выиграли бы время продумать следующий шаг. Но они ведь угрожают не этим.

– Если мы не будем им содействовать, – хмуро продолжила бабушка, – то они закроют все книжные странствия для всех детей. Навсегда.

4. Погоня за тенью

– Для всех детей? – ахнула Тилли.

– Именно, – откликнулся дедушка. – Тут они высказались очень конкретно.

– Ну тогда я пойду, – сказала Тилли, стараясь придать голосу храбрости, хотя внутри всё ухнуло в пятки. Она сделала усилие над собой, чтобы собраться с духом. Пожертвовать собой ради высшего блага – так поступили бы все её любимые литературные героини. И она тоже будет как… как… Тилли вдруг обнаружила, что на ум не приходит ни одно конкретное имя, но в любом случае они бы так поступили. Уж это точно.

– Нет, – отрезала Беа. – Ни в коем случае.

– Это даже не обсуждается, Тилли, – подтвердил дедушка, и, к своему стыду, Тилли почувствовала, как на неё нахлынуло огромное облегчение. – Во-первых, по личным соображениям, потому что мы тебя любим и заботимся о тебе, а во-вторых, из принципа, потому что с такими людьми мы не сотрудничаем.

– Подождите, но как они собираются прекратить именно детские странствия в книги? – спросила Беа. – Ведь если заблокировать Источник, то он заблокирован для всех.

– Ну, видимо, они вынуждают остальных смириться с новым режимом, а затем собираются отыскать для них способ пролезть в заблокированные книги – ну или, по крайней мере, сулят им такую возможность в будущем, как они посулили нам – как будто это могло бы склонить нас на их сторону. Но, честно говоря, я не уверен, что они действительно способны что-то такое провернуть. Думаю, это просто уловка, чтобы набрать побольше сторонников, пока готовится следующий шаг.

– А какого именно соучастия они ждали от меня? – поинтересовалась Тилли.

– Этого мы не знаем, – призналась бабушка. – Но уж конечно, хорошего от них нечего ждать. – И она обменялась взглядом с дедушкой.

– Надо поскорее найти Архивариусов, – твёрдо сказала Тилли. – Больше нам ничего не остаётся, вы разве этого ещё не поняли?

– Нет, не поняли! – огрызнулся дед. – Тилли, хватит уже мечтать об Архивариусах! Спустись, наконец, с небес на землю!

– Да почему вы мне не верите? – взвыла Тилли, еле сдерживая слёзы.

– Потому что нет никаких доказательств, что твои Архивариусы вообще существуют, а гоняться за тенью по всему свету вслед за какой-то писулькой я вам не позволю.

– Пап… – попыталась возразить Беа.

– И ты туда же, – оборвал её дедушка, хватаясь за голову. – Да послушайте же, я знаю, что говорю.

– Я просто ума не приложу, как ты можешь верить в странствия по книгам – настоящее волшебство! – и не верить при этом в Архивариусов, – упорно заявила Тилли, намеренно избегая остерегающих взглядов бабули.

– Например, так, что по книгам я путешествовал сам, – ответил дедушка. – Я испытывал это на себе, на собственном опыте. Книжные странствия – это тебе не какие-нибудь там небылицы, не фантазии, не досужие сплетни, в отличие от Архивариусов. Тилли, золотце, ты знаешь, как я тебя люблю, но кучка разнородных предметов, которые ты нашла внутри книг или тебе кто-то подарил, – это не основание для того, чтобы бросаться на поиски сказочных спасителей.

– Но ведь сказки действительно существуют! – в отчаянии крикнула Тилли.

– Не в этом дело, – заметил дедушка.

– Тогда я не знаю, в чём ещё дело! – рявкнула Тилли.

– Дело в том, что сейчас у нас трудный момент, – вздохнула бабушка. – Но наша семья справится, потому что мы – команда, и вместе мы придумаем хороший план. Арчи, может, позвонишь Амелии, поставишь её в известность насчёт последних событий?

Дедушка кивнул.

– Извини, детка, что накричал на тебя, – сказал он внучке, вставая. – Просто… просто я не хочу подвергать тебя опасности. Никого из нас не хочу.

– Мы никого и не будем подвергать, – твёрдо сказала бабушка.

– Если наш план – и дальше сидеть в своей безопасности, то эти Ундервуды так и будут к нам подступаться, пока что-нибудь из этого не выйдет, – сказала Тилли. – Прятаться в домике – это не тактика. Надо пойти уже и найти какое-нибудь решение.

* * *

Когда дедушка ушёл в пустой магазин звонить Амелии Уиспер, бывшей Главным библиотекарем до тех пор, пока Мелвилл Ундервуд не сместил её с должности, бабушка испустила глубокий вздох.

– Ну и дела-а, – протянула она. – Вот это времечко настало.

– Почему вообще так устроено, что Главные библиотекари властны такое творить? – спросила Тилли. – Должно быть, чтобы книжные странствия не мог запретить никто.

– Ты права, золотце, – сказала бабушка, – но всё-таки кто-то же должен руководить. Сейчас мы наблюдаем воочию, что система не приспособлена для ситуаций, когда кто-то в руководящей должности намерен злоупотреблять полномочиями. Все вокруг боятся, вот и верят в россказни Ундервудов насчёт научного прогресса или чем они там прикрывают свои потуги по захвату власти. Хотя, конечно, есть и такие, кто искренне разделяет их взгляды, просто до этого стеснялся их высказывать – замечу, совершенно обоснованно.

Пока они говорили, Беа тихо сидела, поглощённая своими мыслями, и только изредка посматривала на Тилли – ничего, однако, не говоря.

– Ты, случайно, в скором времени не собиралась встретиться с Оскаром? – спросила она дочку в конце концов.

– Он вроде как завтра приезжает, – ответила Тилли. – А что?

– Да так, просто подумала… Хорошо бы его повидать. Пойду звякну Мэри, что ли… Узнаю, какие у неё планы, – расплывчато закончила Беа, встала и вышла.

Тилли осталась наедине с бабушкой. Бабушка протянула руки через стол и крепко сжала внучкины ладони.

– Всё образуется, – сказала она, – вот увидишь. Не бойся, зайка.

– Я и не боюсь, – ответила Тилли, хотя она и не была так уж уверена, что совсем-совсем не боится. – Только я очень не хочу, чтобы из-за меня у всех детей мира навсегда отняли возможность странствовать по книгам. Если я могу этому хоть как-то помешать, я же обязана попытаться! Например, можно хотя бы просто сходить посмотреть, что конкретно им надо…

Бабушка ничего не сказала, но на долю мгновения как будто заколебалась.

– Может, они всё-таки сказали, чего хотят? – осторожно спросила Тилли.

У бабушки бессильно упали плечи.

– Деда твой не хочет тебя пугать, – сказала она.

– С этим я справлюсь, – заверила её Тилли. – А вот скрывать от меня такое, как мне кажется, не совсем честно.

– Это да, верно, – согласилась бабушка в нерешительности. – Как бы то ни было, думаю, ты и сама примерно представляешь. Чего они хотели, когда заманили тебя в ловушку в том сборнике сказок, ты знаешь. Они думают, что твоя кровь, ну или, по крайней мере, что-то, присущее тебе от природы, даёт вечный доступ к источнику бессмертия, заключённому в литературных произведениях. В таких условиях мы просто не имеем права рисковать – кто их знает, до чего они способны дойти.

– А проверять это мы не собираемся, – послышался голос Беа, вставшей в дверном проёме.

Тилли с бабушкой подняли головы. Они и не заметили, как Беа вернулась.

– Оскар будет у нас сегодня ближе к вечеру и останется с ночёвкой, – продолжила Беа, после чего повернулась к бабушке. – Мам, можно тебя в магазин к нам с папой на пару слов?

Тилли уже открыла рот, чтобы запротестовать, но уловила в мамином взгляде что-то такое, отчего её протест тут же угас.

– Пойду постелю ему постель для ночлега, – сказала она вместо этого, и Беа слегка улыбнулась ей, прежде чем уйти в магазин. Им двоим ещё предстояло получше узнать друг друга, однако Тилли уже сейчас могла сказать совершенно точно: мама что-то задумала. А что – Тилли скоро обязательно узнает.

* * *

Вечером, спустя несколько часов, как приехал Оскар и они вместе поужинали картошкой со шпинатом под соусом карри, двое друзей устроились поболтать на диване перед камином в «Пейджиз и Ко». Ещё какая-нибудь неделька-другая – и бабушка камин вычистит и заставит цветами на лето, но пока что от него ещё веет теплом и уютом.

Тилли теперь везде таскала с собой ключ из «Таинственного сада», будто способ его применения мог внезапно ей открыться на кухне или на улице, и сейчас задумчиво теребила его в руках, глядя на язычки пламени в камине.

– А есть ещё какие-нибудь идеи, зачем он тебе достался? – спросил Оскар, указывая на ключ.





– Не-а, – вздохнула Тилли. Когда они обсуждали это с мамой, всё казалось таким логичным и ясным, но теперь, после всех нападок бабушки с дедушкой, сложно было сохранять былую уверенность в своей правоте, не говоря уже о том, что новая угроза Ундервудов висела над ней дамокловым мечом, и отныне выбирать свои дальнейшие шаги Тилли приходилось под давлением.

– Тут столько всего случилось на Рождество, и мне казалось, что всё это что-то значит, а теперь я совсем не уверена.

– У тебя там ключ, тонюсенькая книженция и ещё что-то? – уточнил Оскар.

– Ещё нить, – напомнила Тилли. – Красная. Просто не могу отделаться от ощущения, что они нужны для чего-то. Сказала маме, что похоже на карту для поисков сокровищ – как будто если я найду между ними связь, то сразу откроется путь к цели. Но теперь мы даже по книгам путешествовать не можем и в Тайную библиотеку нас не пускают, так что я представить не могу, что мы можем с этим всем сделать. Ещё бабушка с дедушкой вечно злятся, когда я про это разговор завожу, а сами против Ундервудов ничего не предпринимают.

– Можно я тебе кое-что странное скажу? – спросил вдруг Оскар.

– Давай.

– Кажется, меня больше бесит сам запрет книжных странствий, чем то, что я реально не странствую. Глупо, наверное?

– Да нет, звучит понятно, – призналась Тилли. – Знаешь, это, наверно, как выучить язык или научиться играть на инструменте, или что-то такое, потому что если это умение не используешь, то оно потихоньку от тебя уходит. И потом, у меня иногда появляется какое-то нехорошее предчувствие насчёт всего этого, но пока не понимаю, от чего именно.

– Сумасшедшие полгода, – заметил Оскар. – Сначала нашли твою маму, потом съездили в Париж, затерялись в сказках, потом разбирались с этим… как его?

– Ты про кого? Мелвилла?

– Не, не, – отмахнулся Оскар. – Про другого, как его? Он вроде был у Ундервудов этим… дворецким? У него ещё была такая… шляпа? И там был, мм… огонь? А может, я путаю с какой-нибудь книгой.

– Не представляю даже, о чём ты, – сказала Тилли. – Какая ещё шляпа?

– Мм… знаешь, я и сам не могу вспомнить, – сказал, наконец, Оскар. – Забудь. Очевидно, перепутал с чем-то из книг. Странно. Бывает.

На долю секунды Тилли почудилось, будто ей всё-таки что-то такое знакомо, но мысль ускользнула так же быстро, как и возникла, и Тилли только пожала плечами. И без того полно забот. И они принялись обсуждать последние кулинарные шедевры Джека в книжном кафе, а про дворецкого, шляпу и огонь больше не вспоминали.



5. И, хоть мала…[2]

Когда Тилли проснулась, стояла глубокая ночь и над ней сидела Беа, прижимая ей палец к губам. Вокруг было ещё совсем темно, только мягкий отблеск лондонских фонарей едва проникал через верхнее окно.

– Что-то случилось? – прошептала Тилли и взглянула на Оскара, который мирно посапывал на надувном матрасе в другом конце комнаты.

Беа кивнула.

– Ты мне доверяешь? – очень тихо спросила она. Над ответом Тилли и думать не надо было. Она кивнула.

– Тогда что-нибудь надень, собери, что нужно с собой, только очень быстро и тихо, и я отвечу на все твои вопросы в такси.

– В такси? – удивилась Тилли, и сердечко у неё застучало, разгоняя последние остатки сна. – Я так и знала, что ты что-то затеваешь! А куда мы едем? И что с Оскаром?

– Его тоже берём, – ответила Беа. – Мэри я сегодня звонила, насчёт всего с ней договорилась.

Она подошла к Оскару и легонько потрясла его за плечо. Он пробурчал что-то не совсем приличное, что Беа с Тилли деликатно пропустили мимо ушей.

– Чего? – спросил он затем, ещё немного спросонья. Наконец мальчик сосредоточил взгляд на Беа, огляделся в темноте, осознал происходящее и сел. – Ох, уже едем? Мне вроде говорила мама, что вы спрашивали у неё разрешения взять меня в какую-то поездку, но я как-то не понял, что это будет посреди ночи. А куда мы едем?

Тут он взглянул на Тилли, которая пожала плечами.

– Одевайтесь в удобное, – сказала Беа, – и прихватите что-нибудь на случай погоды потеплее. Ах да, и паспорта не забудьте.

– Паспорта?! – воскликнула удивлённая Тилли, и Беа тут же сделала резкий знак, мол, тише.

– Обещаю, всё в такси. Давайте, ребят, пошустрей.

– А… а бабушка с дедушкой в курсе, что мы едем? – спросила Тилли, сама прекрасно зная ответ.

– Нам пора уже брать дело в свои руки, – сказала в ответ Беа. – Пойду захвачу ваши зубные щётки, и чтобы через десять минут были готовы.

Она на цыпочках прокралась в коридор, оставив Тилли и Оскара в недоумении пялиться друг на друга.

– Ты что, правда знал, что мы куда-то едем? – выдвинула обвинение Тилли. – И ни слова мне за весь вечер не сказал!

– Я думал, ты тоже знаешь! – оправдывался Оскар. – И потом, в маминой версии это звучало так, как будто вы всей семьёй отправляетесь куда-то за город с ночёвкой – уж точно не куда-то, где нужен паспорт! Как думаешь, может, написать ей?

– Давай сначала узнаем, куда едем, чтобы лишний раз её не волновать, – решила Тилли. Она порядком нервничала, но её не покидало чувство, что сейчас им выпадает единственный шанс и ничто не должно путаться под ногами. Они быстро оделись, Тилли выхватила из шкафа кое-какую одёжку про запас и запихала её в маленькую сумку на колёсиках, которую успела приготовить для неё мама.

– Ну как, готовы? – шёпотом спросила Беа, просовывая в дверь сначала голову, а затем косметичку с ванными принадлежностями.

Дети кивнули, Тилли сунула косметичку в чемоданчик, и, трепеща от радостного волнения, они шмыгнули в коридор. Вслед за Беа они крадучись спустились по лестнице, прошли через студёную кухню – весенний ночной воздух давно успел прогнать дневное тепло – и пробрались в тёмный и пустой магазин. Тилли, не переставая, думала о бабушке с дедушкой, о том, как они завтра проснутся, а их с Беа нет.

Надо думать, мама оставила им записку.

На улице в оранжевом кружке фонарного света их ждала машина. Водитель помог Беа загрузить сумки в багажник, и они помчались на запад, прочь из города.

– Ну теперь-то ты можешь рассказать, что происходит? – повернулась Тилли к маме. По мере того как «Пейджиз и Ко» оставался всё дальше позади, она с каждой минутой ясней осознавала, что они натворили.

– Думаю, настало время довериться твоей интуиции по части Архивариусов, – сказала Беа. – У того, что ты делаешь и что с тобой происходит, должна быть причина, Тилли, и причина также должна быть у этих подсказок, которые как-то все в итоге у тебя оказались. Обычно книжные странники относятся к Архивариусам как к желанной мечте, но, по-моему, на свете просто обязана существовать такая сила, которая способна остановить людей вроде Ундервудов. Я верю тебе, Тилли. И Оскар тоже верит.

– Ой, да? – удивлённо пискнул Оскар. Беа и Тилли уставились на него. – В смысле, конечно, верю, – поспешно подхватил он. – По крайней мере, в общем и целом.

– Сойдёт, – ухмыльнулась Тилли. – Я тебе тоже верю… в общем и целом.

– Короче, – продолжила Беа. – Я лично не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, пока Ундервуды ещё больше всё испортят, ограничат и запретят. Совершенно очевидно, что им-то самим плевать с высокой колокольни, чем их произвол для других оборачивается. Но… – тут она помедлила, – всё-таки твоих дедушку с бабушкой я убедить не смогла. Этим вечером у нас с ними был последний разговор, и они убеждены, что рисковать не стоит. Только сейчас не время, чтобы сидеть и выжидать: с этими Ундервудами надо бороться. Вы, наверно, слышали такое выражение: если не мы, то кто? И если не сейчас, то когда? Вот я именно так и думаю. Тилли, по-твоему выходит, что карта – или квест, как ни назови – начинается с Библиотеки Конгресса, значит, оттуда и будем плясать.

– Погоди-ка, – проговорила Тилли, переваривая услышанное. – Мы что… едем в Америку?

– Мы едем куда? – ахнул Оскар. – А моя мама знает?

– Ну, почти, – уклончиво ответила Беа. – Она знает, что ты едешь за границу и что за тобой будут присматривать. Кстати, познакомитесь с моим старым другом по университету! У него тоже книжный магазин, а его близкий друг работает в Библиотеке Конгресса библиотекарем. Я посвятила их в нашу историю. Оба они, разумеется, книжные странники. Тилли, твои подсказки я положила тебе в рюкзак – проверь, пожалуйста, что они все на месте.

Тилли заглянула в рюкзак и удостоверилась: брошюрка есть, ключ есть, клубок нитей есть и мешочек с крошками тоже.





– Всё на месте, – подтвердила она.

– Отлично. Сейчас я вас довезу до аэропорта и провожу до проверки багажа, а по прилёте вас заберёт Орландо.

Тилли в ужасе уставилась на маму.

– Как, ты с нами не едешь?!

– Прости, детка, я не могу. Но фото Орландо я тебе пришлю, чтобы ты знала, как он выглядит и кого искать в аэропорту, и ещё я ему дала пароль. Когда встретитесь, он должен сказать «Гермия».

– Почему «Гермия»? – спросила Тилли.

– Это персонаж из шекспировского «Сна в летнюю ночь», – улыбнулась Беа. – Там есть место, где другая героиня говорит о ней: «И, хоть мала, неистова она»[3]. Мне при этих словах всегда ты вспоминаешься.

– Это всё, конечно, очень мило, – вставил Оскар, – но давайте заострим внимание на том факте, что вы посылаете нас одних в Америку. Почему вы не можете поехать с нами?

– Потому что мне нужно кое-что уладить здесь, – ответила Беа, и решимость зазвенела

в её голосе,
как сталь.


6. Уверена процентов на восемьдесят

Более подробно обсуждать причины своего решения Беа отказалась, и это взволновало Тилли ещё больше, чем предстоящая поездка.

– А моя мама знает, что вы просто сажаете нас на самолёт, а дальше мы сами? – не унимался Оскар.

– Не в таких подробностях, – ответила Беа. – Но я уверена, она примерно так и поняла.

По лицу Оскара было ясно, что он уверен в обратном.

– С твоей мамой я договорюсь, – пообещала Беа. – И в Вашингтоне вы будете в полной безопасности – вас же заберёт Орландо. Он из числа самых лучших моих друзей, и к тому же он отлично понимает, что происходит. Но главное, его друг Хорхе работает в Библиотеке Конгресса, и они вас туда отведут. – Она глубоко вздохнула и продолжила: – Мы должны дать вам всякую возможность найти Архивариусов. Подсказки, или карта, или что это – оказались у вас, и Ундервуды знают, что все ниточки тянутся к вам. Больше всего на свете они боятся, что вы двое начнёте действовать. Они ведь не только твою кровь, Тилли, хотят: они хотят не допустить, чтобы вы им помешали, потому что знают, что вы – самая опасная угроза их планам. Поэтому-то мы и должны взяться за дело.

– Но ты-то почему не можешь с нами поехать? – воскликнула Тилли, совершенно потрясённая.

– Я должна помешать им кинуться за вами в погоню, – коротко объяснила Беа, и больше на этот счёт от неё ни слова было не добиться. – Так, приехали.

Тилли никогда до этого не бывала в аэропорту и, уж конечно, не летала на самолёте. Беа убедилась, что у ребят всё есть, включая фото Орландо и все адреса-пароли-явки. Пройти с ними через проверку багажа ей не дозволялось, но она предъявила охраннику специальный заполненный бланк, и Тилли с Оскаром выдали бейджи «несовершеннолетний без сопровождения», после чего заверили, что на посадку их проводят, а в Америке пройдут с ними через таможню.

– Держитесь вместе, – сказала им напоследок Беа. – Главное в команде – взаимное доверие и забота. А если кто и может найти Архивариусов, то только вы.