—
— Я просто хочу сказать ей, что ты здесь счастлив и что с тобой все хорошо, Дэнни, чтобы она больше не беспокоилась о тебе. Ты же хочешь, чтобы она могла спать по ночам, не так ли?
— Отличная идея, Сэм. Но надо действовать очень осторожно.
О своем плане они не рассказали никому. Со стороны лагерь выглядел совершенно обычно — так, будто люди собрались провести здесь ночь. Ярко горели костры, тихо переговаривались посты, расставленные Каубом.
Мальчик кивнул и по памяти назвал номер мобильного телефона Марси Бакли.
— —
Темнота плотным кольцом окружила лагерь. Все, кому разрешалось, спали.
Из сообщений в СМИ Дэниел знал фамилию детектива, руководящего расследованием исчезновения Дэнни, и потому заявил, что он коллега детектива Лэнгленд. После этого Марси подтвердила его худшие страхи. Они знали, что мальчик у него. Хуже того, полиция штата Нью-Йорк привлекла к делу ФБР, а раз так, значит, его брат, Чарли, не сможет спасти его от тюрьмы, как после того неприятного инцидента с Роузэнн.
Дарелл залез в палатку, но заснуть не мог. У него разболелась голова: сказывалась нелегкая дорога и напряжение последних дней, но усилием воли он подавил боль. Над лагерем повисла напряженная тишина. Воздух был холодным — это значило, что совсем скоро они доберутся до снега. На безлунном небе ярко сияли звезды. Сэм курил сигарету, смотрел на спящий лагерь и думал о Саре. Как ей сейчас одиноко! Алисе тоже нелегко… Но Дарелл не верил даже им.
—
— Ты звонил… Марси? — спросил Дэнни.
Было десять часов вечера. Сэм выкурил еще одну сигарету, вылез из спального мешка и вышел из палатки. Алиса и Сара спали в соседней палатке, Ганс растянулся у костра, а Руди — футах в десяти от него. Его рюкзак лежал рядом с ним. Дарелл бесшумно обошел палатку и присел недалеко от рюкзака, не спуская глаз с Руди. Тот спал как убитый. В костре затрещали дрова, искры полетели во все стороны, но Руди не проснулся. Сэм лег на землю, подтянул рюкзак к себе и тщательно перебрал его содержимое.
— Да. Она была рада услышать, что ты здесь и с тобой все хорошо. У нее есть и другие дети, — две настоящие ее дочери, — так что я бы не стал и дальше беспокоиться о Бакли. С ними все будет в порядке.
Ничего заслуживающего внимания он не обнаружил. Была там кислородная маска, кое-какие продукты, маленький радиоприемник, фонарь, запасная пара белья, компас. На дне лежал тяжелый конверт, паспорт и другие документы. Сэм внимательно просмотрел бумаги при свете костра. В конверте были письма от Сары из Нью-Йорка, она писала Руди в Канны. Читать их Дарелл не стал. Еще там была одна старая фотография: мужчина в свитере с длинными темными волосами и вызывающей улыбкой на лице. Он стоял на фоне Бранденбургских ворот, на которых развевалось знамя со свастикой. На обороте была надпись: «От дяди Франса маленькому Руди». Фотография была сделана явно в тридцатые годы. Дарелл пытался вспомнить, где он видел это лицо, но не мог. Этот человек был чрезвычайно похож на Руди. Сэм точно знал, что видел его раньше, но где? То ли в Вашингтоне, просматривая чье-то досье, то ли в Париже в разведцентре. Но сейчас это не имело значения. Карты в рюкзаке не было. Однако и это ни о чем не говорило: Руди мог ее кому-нибудь отдать, хотя бы той же Саре. Внезапно Дарелл ощутил опасность. Он попытался вскочить на ноги, но Что-то укололо его в шею. Кто-то стоял позади него.
Лицо Дэнни сморщилось, он зашмыгал носом, и Дэниел подумал, что он, возможно, зашел слишком далеко.
— Интересно, мистер Дарелл? — спросили сзади.
Это был Руди. Только теперь Сэм понял, что спальный мешок Руди был набит тряпьем, а сам хозяин бродил Неизвестно где и даже не думал ложиться спать.
— Эй, ты помнишь, как я сказал тебе, что чем больше я буду тебе доверять, тем больше привилегий ты сможешь получить?
Дарелл осторожно обернулся. Длинный охотничий нож угрожающе блеснул в руке австрийца, лицо же его оставалось непроницаемым.
— Нашли что-нибудь интересное? — повторил вопрос Руди.
Дэнни кивнул, и в его глазах отразились настороженность и надежда.
— Кто этот дядя Франс? — спросил Сэм.
— Как насчет того, чтобы прокатиться со мной на машине? Здешние пляжи прекрасны.
— Так, родственник. Человек, которого я очень уважал. Но он давно умер. Я думаю, вы удовлетворены осмотром? — Руди показал на раскрытый рюкзак.
— Нет. Мне нужно с вами поговорить.
— Правда? — У мальчика широко раскрылись глаза, и сердце Дэниела преисполнилось восторгом. Сейчас Дэнни впервые в его присутствии выглядел по-настоящему счастливым.
— Не понимаю, о чем. Вы меня в чем-то подозреваете?
— Вы отлично понимаете, о чем я говорю. Но ничего, придет время, и вы добровольно все нам расскажете.
Как же полиция смогла выйти на него? Он этого не понимал. Отправившись в штат Нью-Йорк, он поменял номера на своем «Крайслере» на другие, которые он снял с какой-то машины в округе Колумбия. А Мишель твердила, что она никому не говорила, кто настоящий отец Дэнни.
Руди убрал нож и улыбнулся.
—
— Мы живем в одном и том же мире — вы и я. Зачем же нам враждовать? Вы подозреваете меня в убийстве Джейн, не так ли? Зачем вы говорили об этом с Сарой? — его голос стал жестким. — Вы так ее расстроили!
Но это неважно. Важно то, что они ищут его, а он совсем не хочет, чтобы они его нашли.
— Где карта, Руди?
—
— Вы что, считаете меня дураком? Думаете, я прячу ее в рюкзаке?
Может быть, он даже позволит Дэнни обнять Марси в последний раз, чтобы попрощаться. Когда прибудет ФБР, они найдут ее тело на принадлежащем ему пустом участке за этим домом. Обнаружив, что произошло убийство, они развернут широкомасштабную операцию, в которой примут участие местная полиция и полиция штата в дополнение к агентам ФБР, уже едущим сюда. Начнется хаос, который даст ему достаточно времени для того, чтобы уехать из этих мест. Они с сыном станут жить в другом месте под другими именами, и их никогда не найдут. Роузэнн исчезла вместе с Беллой. А значит, он и его сын Дэнни смогут сделать то же самое.
— Что вы с ней сделали?
—
— Как вам сказать… Не помню!..
Дарелл не стал больше ни о чем его спрашивать.
—
Глава 62
В лагере было тихо. Руди залез в свой спальный мешок, Дарелл — в свой. Прошло еще полчаса. Сэм снова вылез из мешка и, крадучись, направился к одному из грузовиков, где, как он знал, лежал рюкзак Алисы. Он не успел даже дотронуться до рюкзака, как к нему подошла Сара.
—
— Я слежу за вами, мистер Дарелл, — она была тепло одета; похоже, что и она не ложилась спать. — Что вы ищете в вещах Алисы?
Когда Марси Бакли свернула направо с 9-го шоссе, система GPS сообщила, что до места назначения ей осталось ехать всего три минуты.
— Я ищу карту Бергмана, но я точно не знаю, здесь ли она. Руди мог незаметно сунуть ее сюда.
Если судить по карте, можно быть уверенной, что место, которое назвал ей детектив Миллер, находится в четверти мили от въезда на участок Дэниела Тернера, расположенный за следующим поворотом до начала территории парка штата. Эти места и впрямь были куда больше похожи на лес, чем на окраину людного курортного городка.
Сара побледнела от негодования:
Она только что поговорила по телефону с Эндрю, которому оставалось ехать сюда еще полчаса. Найдя в контактах номер Лори, она нажала на вызов. И, слушая гудки, проехала мимо женщины примерно того же возраста, что и она сама, которая чинила ограду. За женщиной на поле резвились два мини-козлика. У Марси защемило сердце, когда она представила себе, как Джонни кричит с пассажирского сиденья: «Мама, посмотри на этих козлят. Давай остановимся и поздороваемся с ними. Ну, пожалуйста!»
— Так вы обвиняете моего жениха не только в убийстве, но и в шпионаже?
Звук автоответчика Лори вернул ее в реальность.
Дарелл посмотрел ей прямо в глаза.
— Да.
— Привет, Лори. Я несколько раз звонила тебе, но все сразу переадресовывалось на голосовую почту. Сейчас я наконец хотя бы слышу гудки. Надеюсь, это значит, что ваш самолет уже сел. Мне позвонил детектив Эдди Миллер из Ист-Хэмптона. Он работает с детективом Лэнгленд и сказал мне, где я могу встретиться с агентами ФБР. Полагаю, такая же информация была сообщена тебе и Лео. Я не хочу сглазить, но, похоже, у нас все получится. Помолись за нас, хорошо?
—
Сара еле держалась на ногах, и Сэму стало жаль ее. Что знала она о прошлом Руди? Что знала она о Джейн Кинг? Да и хочет ли она знать об этом? Женщина, впервые испытавшая любовь, будет защищать своего любовника в любом случае, а тем более женщина с таким характером, как у Сары. Но надо попробовать хотя бы выкачать из нее информацию.
— Сара, Руди вам давал что-нибудь на хранение прошлой ночью?
—
Марси остановила машину, увидев покосившийся почтовый ящик, покрытый облупившейся зеленой краской. Номер дома на ящике, который она пыталась прочесть, почти стерся. За стойкой с ящиком она увидела следы шин, ведущие на участок, заросший нестриженой травой и сорняками.
— Я не понимаю, о чем вы говорите.
— Вы утверждали, что он всю ночь был с вами, но потом признались, что сказали неправду. Он давал вам что-нибудь? Это очень важно для всех нас.
Нигде не было видно признаков присутствия ни ФБР, ни других правоохранителей, но ей вспомнились заверения детектива Миллера: Там большие участки, по нескольку акров, и, по словам агентов, местность там лесистая, рядом находится парк штата. Мне сказали, что объект, который вы ищете, расположен по соседству с парком. Перед ним стоит почтовый ящик, от него надо повернуть налево и ехать по длинной грунтовой дороге.
—
— Я солгала вам тогда… Вы понимаете, почему я это сделала… Когда он вернулся, он попросил меня спрятать у себя какой-то конверт и несколько карт, — прошептала она.
Сейчас не время колебаться. Джонни провел в неволе девять дней. Как минимум она должна будет проехать по этой незнакомой земле, чтобы быть рядом с сыном, когда его освободят.
—
— Вы посмотрели, что это за карты?
Сделав глубокий вдох, она повернула налево, впервые после исчезновения Джонни испытывая настоящую надежду.
— Нет.
Глава 63
— Где они сейчас?
Она указала на рюкзак Алисы.
Дэниел Тернер проехал четверть мили от своей подъездной дороги до грунтовки, ведущей на семиакровый угловой участок за домом. Главный въезд на этот участок, к которому он и направил Марси Бакли, соответствовал его адресу на плане города. Сам он ехал по другой дороге, находящейся с другой стороны, но в конце концов их пути пересекутся.
— Я отдала их Алисе, чтобы она вернула их ему. Сама я не могла с Руди даже говорить, после того, что вы мне сказали. Я многое поняла тогда… Карты, наверное, еще здесь.
— Надо проверить.
Он купил этот участок три года назад у семейства Гарни, имеющего восемь сыновей, только четверо из которых, повзрослев, уехали из родительского дома. Оставшиеся сыновья по вечерам устраивали вечеринки четыре раза в неделю, а в дневное время гоняли наперегонки по участку на мотоциклах, стараясь делать это как можно более шумно. Даже когда Дэниел был фанатом «Харлеев», он никогда не одобрял тех мотоциклистов, которые нарочно производили как можно больше шума. К тому же, получив компенсацию за вред, причиненный ему ДТП с мотоциклом, он стремился к тишине и уединению. И, когда стало ясно, что сыновья четы Гарни намерены помешать осуществлению этих планов, он сделал их родителям предложение, от которого те не могли отказаться, и купил их собственность лишь затем, чтобы снести их дом и прибавить участок к своей земле, также поросшей лесом.
— Сэм, если все, что вы говорили, правда… — произнесла Сара глухим голосом.
— Вы сами понимаете, мисс Стандиш, что это правда. Не надо обманывать себя. Но Руди работает не один. Должен быть еще кто-то. Я должен узнать, кто это — только поэтому я не трогаю его.
Он заглушил двигатель своей машины у небольшого пруда, расположенного перед рощицей, через которую ему надо будет пройти, чтобы выйти на расчищенную землю, где прежде стоял обшарпанный дом Гарни. Джонни, сидящий рядом с ним на пассажирском сиденье, потянулся к застежке своего ремня безопасности.
Сара молчала. Дарелл опять принялся за вещи Алисы, но ему снова помешали. На этот раз Ганс. Лагерь, оказывается, жил напряженной жизнью. Ганс подошел к Сэму и положил на рюкзак свою огромную ладонь.
16
— Тебе надо остаться здесь, — сказал Дэниел.
— Мистер Дарелл, вы больше не дотронетесь ни до одной вещи, которая принадлежит Алисе, — сказал он, хмуро глядя на Дарелла.
— Одному?
— Вы тоже не спите?
— Я никогда не сплю, если Алисе угрожает опасность. Мы все здесь в опасности, особенно вы, мистер Дарелл.
В голосе его сына прозвучал страх, а он вовсе не хотел, чтобы его сын опять начал бояться.
— Вы мне угрожаете, Ганс?
— Не о чем беспокоиться. Это всего лишь еще один мой участок земли, и мне надо кое-что по-быстрому проверить, а потом мы с тобой поедем на пляж. — Он решил, что безопаснее всего будет оставить Дэнни в машине. Кто знает, когда сюда могут заявиться агенты ФБР.
Ганс посмотрел на Дарелла недобрым взглядом:
— Вы отбираете самое дорогое, что у меня есть, чего я добивался много лет. Но мы еще посмотрим, кто из нас вернется из экспедиции, мистер Дарелл. В горах чего только не бывает!
Однако, достав из стоящей в багажнике спортивной сумки свой пистолет, он специально показал его Дэнни, так, на всякий случай.
Появился полковник Кауб, и Ганс исчез в темноте. Дарелл обыскал все рюкзаки в грузовике, но карты так и не нашел. Кауб сообщил всем участникам экспедиции об их плане и приказал готовиться к отходу, но чтобы все было без шума. Пока все собирались, Дарелл рассказал полковнику о событиях последнего часа. Кауб мрачно выслушал его и задумчиво заговорил:
— Это чтобы перестраховаться, пока я буду осматривать этот участок, — добавил он.
Он заметил, что Дэнни сдвинулся на своем сиденье вниз, чтобы его было не так видно. Он был такой хороший мальчик и так послушно себя вел. Дэниел был уверен, что пока его не будет, его сын не убежит.
— Если карта движется вместе с нами к нашей цели, то все в порядке. Владелец карты окажется один против всех. Нам остается только ждать и наблюдать. Моя задача — обеспечить поиск никелевой руды, необходимой для нашей страны. Если все будет идти по плану и мы найдем ее, я сообщу об этом в центр по радио. Центр примет мою шифровку и пришлет сюда целую дивизию пакистанских войск, они обеспечат охрану месторождения. Правда, есть опасность, что это передвижение войск могут расценить как военную акцию. Мое правительство не желает дергать тигра за хвост без особой необходимости. Но если метки Бергмана все еще там — игра стоит свеч. Мы будем первыми. Я больше не намерен терпеть ничьего вмешательства в это дело!
Когда он уходил, на его лице играла довольная улыбка. Уже совсем скоро они начнут новую жизнь.
— У нас с вами одна цель, — сказал Дарелл после паузы. — Но среди нас есть предатель, а может быть, и два. Одного мы знаем.
По горной тропинке отряд двигался на север, стараясь идти как можно быстрее. Люди спешили — им во что бы то ни стало надо было уйти от солдат эмира. Тропинка неуклонно шла вверх. В тусклом лунном свете пики-близнецы казались сделанными из серебра.
Глава 64
Первые два часа они шли без напряжения, даже женщины не жаловались на усталость. Дарелл заговаривал то с Сарой, то с Алисой, но они неохотно отвечали на его вопросы. Погони они не заметили. Теперь озеро, которое недавно покинули, было далеко внизу, оно таинственно блестело в лунном свете, но вскоре скрылось за скалами.
Через несколько часов решили сделать десятиминутный привал. Сэм сел рядом с Алисой и предложил ей сигарету, но она отрицательно покачала головой. Потом, кутаясь в пуховый платок и, видимо, собираясь с мыслями, неуверенно проговорила:
Администраторша пункта проката машин в региональном аэропорту Солсбери протянула Лори три экземпляра договора и шариковую ручку.
— У меня нет того, что ты искал, Сэм. Та ночь в Равалпинди не дает тебе права требовать от меня предательства.
—
— Вам надо только расписаться, — бодро сказала она, и тут из «дипломата» Лори послышалась мелодия звонка.
— Ты что-то знаешь о Руди и скрываешь?
—
— Нет! — испуганно воскликнула она. — Из всей нашей семьи у меня остался только Руди. С годами, особенно если всю жизнь занимаешься только историей, начинаешь ценить чувство привязанности. Семья — это тоже особая форма привязанности. Сохранение имени, рода… В каждом новом поколении сохраняются черты всех предыдущих.
Стоящий рядом с нею Лео говорил по своему собственному телефону, все еще пытаясь преодолеть бюрократические препоны в системе ФБР.
— Их надо сохранять любой ценой? — спросил Сэм. — Даже если человек не стоит того, чтобы о нем помнили?
У них совсем не было времени. Лори взяла ручку. Чем скорее они отправятся в путь, тем лучше. Ее телефон перестал звонить.
— Я не берусь судить об этом. Мне просто не нравится твоя подозрительность. Я не могу поверить, что ты был прав. Прости меня, Сэм. Прости за все. Но нам с тобой никогда не понять друг друга.
Глава 65
Десятиминутный привал кончился. Маленький отряд продолжил свой нелегкий путь.
На рассвете снова пошел дождь. Они сделали еще один привал, чтобы отдохнуть и приготовить завтрак. Их окружали голые скалы, пронзительно выл холодный ветер — сказывались огромная высота и близость ледников. Солдаты Кауба быстро раскинули тент и устроили навес прямо под скалой, уходящей ввысь и теряющейся в тумане. Кауб выставил пост для прикрытия лагеря с тыла.
Марси проехала по участку уже четверть мили, ища глазами признаки присутствия агентов ФБР, когда примятая трава закончилась. Если она поедет дальше, ей придется пробираться сквозь заросли, вымахавшие почти на четыре фута.
Они оторвались от людей эмира благодаря простой уловке Сэма. Возвратился из разведки Залмадар: полковник Кауб послал его проверить тропинку, по которой им предстояло идти. Залмадар и полковник что-то негромко обсуждали, когда к ним подошел Сэм. Кауб резко к нему повернулся и недовольно проговорил:
Она заглушила двигатель минивэна, ожидая, что агенты ФБР объявятся с минуты на минуту. В тишине она вышла из минивэна и двинулась туда, где земля была расчищена, по-видимому, для строительства дома.
— Возникли сложности, Сэм. В миле отсюда тропинка кончается, точнее… Короче, Залмадар проверил дорогу. Недавно ее кто-то взорвал, на тропе громадные воронки. Обойти их нельзя: с одной стороны пропасть, с другой — такая же стена, как эта, — он показал на крутой утес. Но, надеюсь, Ганс Стрэйчер что-нибудь придумает.
По-прежнему никого.
— Кто мог это сделать? — спросил Сэм.
Она повернула обратно к своей машине, когда из леса, растущего за прогалиной, вышел мужчина.
— Не знаю. Может быть, это сделали раньше люди эмира, а может, и китайцы, хотя дорога далеко от их границы.
Отряд двинулся дальше, и довольно скоро они дошли до места, где тропа была взорвана. С трудом забравшись на завал, они увидели огромные зияющие воронки, преградившие им путь. Сзади находились люди эмира. Оставался один путь — вперед, но преодолеть эти воронки, казалось, невозможно.
— Миссис Бакли? — позвал он.
—
Ганс Стрэйчер, действительно, отлично знал свое дело. Он достал из рюкзака моток прочной веревки, стальные клинья-костыли и молоток. Забив в скалу первый костыль, он начал забираться на отвесную каменную стену, пытаясь обойти первую воронку. Ганс вбивал стальные клинья через равные интервалы. Казалось, огромная муха прилипла к стене, трудно было поверить, что по вертикальной стене может передвигаться человек. Но Ганс уверенно продвигался вперед. Сэм стоял рядом с Алисой и незаметно наблюдал за ней. Она была очень бледной и напряженно следила за Гансом, радуясь каждому его успеху.
Наконец Ганс преодолел первую воронку, оставив за собой натянутый белый канат, который крепко держали стальные костыли. На канат он надел специальные скользящие ручки, в результате чего получилась прочная канатная дорога. На преодоление первой воронки Гансу понадобилось лишь двадцать минут. Он сделал знак своим спутникам, что они могут следовать за ним, а сам направился к следующей воронке.
— О, здравствуйте. Я уже начала думать, что заехала не туда.
Первым к этой своеобразной переправе подошел полковник Кауб. Он уверенно взялся за ручки, оттолкнулся и заскользил над пропастью по натянутому канату, смешно болтая ногами. Вслед за ним еще несколько человек переправилось сначала через одну, а потом и через все остальные воронки. Настала очередь Сары и Алисы. Саре было страшно, но она ничем не проявляла свой страх. Алиса же была совершенно спокойна: ей не раз приходилось проделывать подобные вещи в походах с Бергманом. Все обошлось без происшествий, и обе женщины оказались на другой стороне расщелины.
—
— Ну что вы. Я специальный агент Грегори Дженсон. Остальные члены моей группы находятся в пятидесяти ярдах отсюда, вон в том лесу. Мы стараемся вести себя осторожно, чтобы нас никто не заметил. — Должно быть, он обратил внимание на настороженный взгляд, которым она окинула его тенниску и брюки цвета хаки. — Извините, я был не на работе, когда нас вызвали сюда. И приехал, не переодевшись.
—
Теперь была очередь Сэма.
Достав из заднего кармана брюк бумажник, он показал ей то, что издали выглядело как значок полиции или ФБР. Когда он убрал бумажник, она заметила, что за поясом у него имеется пистолет.
—
— Идите за мной, — сказал он.
Первую расщелину он преодолел легко, несмотря на ветер и усилившийся дождь. Вторую тоже. Но в конце третьей один из стальных костылей вылез из гнезда в стене. Дарелл полетел в пропасть, но на лету он успел несколько раз обмотать канатом кисть руки. Это спасло ему жизнь. Другой конец каната держал Ганс, подстраховывая таким образом скользящих над пропастью людей. Дарелл повис над бездной рядом со скалой, футов на пятьдесят ниже тропы. На лету он успел сгруппироваться и напрячь ноги, чтобы смягчить удар о стену. Однако до этого он почувствовал другую острейшую боль: когда веревка распрямилась и его подбросило на ней, как игрушку, его левая рука, которую он обмотал веревкой, вышла из сустава. Придя в себя, Сэм посмотрел наверх и увидел склонившиеся над пропастью головы Алисы и полковника. Рядом с Сэмом парила какая-то птица. Кто-то кричал, что его надо быстрее тащить наверх. Сэм посмотрел на Ганса: его жизнь находилась сейчас в руках гиганта, в прямом смысле этого слова, но рассчитывать на то, что тот спасет его, было бесполезно.
—
Ганс, бледный как полотно, напрягся и прыгнул на край тропы, стремясь принять более удобное положение. Обмотав канат вокруг пояса, он начал медленно, но без особых усилий поднимать Сэма.
Марси не дошла до леса трех шагов, когда мороз подрал ее по спине. Во второй раз за последнюю неделю ей вспомнились слова ее педагога по актерскому мастерству: Бери на заметку все, что узнаешь, потому что тебе может пригодиться любой опыт.
—
Дарелл, каждый миг ожидавший падения, почувствовал, что его тянут вверх. Упираясь ногами в отвесную скалу и используя для опоры каждый мельчайший выступ, он помогал Гансу как мог.
Сначала детектив Лэнгленд вроде как попросила какого-то своего коллегу, которого Марси не знала, сказать ей, чтобы она прибыла на этот адрес. А ведь до того Лэнгленд всегда связывалась с ней и Эндрю лично. А теперь ее встретил один-единственный агент ФБР, который просит ее зайти в лес. После исчезновения ее сына прошло уже восемь дней, и вдруг кто-то торопит ее приехать в район, где живет предполагаемый похититель, притом в одиночку. Тут что-то нечисто.
Ганс уверенно поднимал Сэма, но лицо его было мрачнее ночи. С момента падения прошло не больше десяти минут, но Сэму показалось, что прошла вечность. Все замерли в напряженном ожидании. Наконец показалась голова Сэма, Кауб протянул руку и вытащил его на тропу. Дарелл, лишившись последних сил, остался сидеть на краю пропасти, но вдруг, будто очнувшись, вскочил на ноги и отпрыгнул от бездны. Глубоко вздохнув, он посмотрел на Ганса: понять его он не мог.
— Я подожду в машине, пока сюда не приедет мой муж. Он сейчас находится в двух минутах езды отсюда, — солгала она, повернув к своему минивэну.
— Спасибо, Ганс.
Ганс стал еще мрачнее.
— Это не может ждать, миссис Бакли.
— В следующий раз, — сказал он вкрадчивым голосом, — меня может не оказаться рядом, а в горах так много сюрпризов, и к тому же неприятных. Все еще может случиться…
Она ускорила шаг, зная, что настоящий агент ФБР не стал бы говорить тоном, в котором звучат панические нотки.
Никто, кроме Дарелла, не слышал его слов. Что это было: угроза или предупреждение? Почему он не убил его сейчас? Все выглядело бы очень естественно. Сэм не находил ответа.
Она протянула руку к ручке двери своей машины, когда он ударил ее пистолетом по затылку. Она упала на землю и услышала его голос:
Отряд снова двинулся в путь. Они шли целый день, иногда делая привалы, но совсем короткие. Дождь лил как из ведра. Через несколько часов его сменил холодный туман, который, казалось, сгущался именно над ними. К вечеру подошли к маленькой деревеньке. Через широкий Индус перебрались на пароме, таком же старом, как старик-паромщик. На этот раз они разбили лагерь недалеко от древних захоронений. Ночь прошла спокойно.
— Встань на колени. Быстро.
Утром снова шагали по дороге, ведущей вверх, пересевая маленькие речушки и овраги, которые очень затрудняли движение. Один раз им пришлось переходить вброд неширокую, но глубокую и быструю речку. Шли по грудь в ледяной воде, предварительно связавшись одной веревкой. После этого они сделали очередной привал в полуразрушенном монастыре. Непонятно, кем и зачем он был построен в таком глухом месте. Полковник, не разрешил зажигать огонь, пришлось поужинать сухим пайком. Спали в спальных мешках прямо на голом полу монастыря, мощные стены которого защищали от холодного ветра. Вокруг стоянки полковник, как всегда, расставил посты.
Вдавив ладони в землю, чтобы приподняться, она повернула голову и увидела, как мужчина поднимает пистолет. Его зубы были сжаты, рот превратился в тонкую линию. Сейчас он прикончит ее.
На следующий день добрались до снега. Все достали ледорубы и нацепили на ноги специальные приспособления с острыми шипами, чтобы ноги не скользили по льду. Залмадар шел впереди, разведывая дорогу. Так прошел день, а утром они начали длинный спуск, двигаясь по диагонали крутого склона, что облегчало движение. Этот спуск требовал особой техники: надо было вытащить ногу из снега и осторожно сделать шаг вперед, замереть на месте, пока ступня ноги не окажется под определенным углом. И так шаг за шагом. Еще следовало быть осторожным и по другой причине: под снегом могла оказаться узкая, но глубокая трещина, попав в которую можно было легко сломать ногу. Когда спуск становился чересчур крутым, приходилось применять стальные костыли: Ганс вбивал их в скалу. Идти было тяжело, но никто не жаловался.
И вместо того, чтобы встать, она перекатилась под мини-вэн, затем быстро переползла на другую сторону и вскрикнула, когда раздался выстрел. Мини-вэн накренился. Он прострелил одно из задних колес. Теперь она не сможет уехать отсюда.
Одолев спуск, они оказались в длинной бесснежной долине. Ветер продувал ее насквозь и выдул весь снег. Эта узкая долина лежала между пиками-близнецами, которые возвышались теперь прямо над ними. Вдалеке, на другом конце долины, расположилась маленькая деревня, как оазис среди пустыни. С-5, когда они подошли к ней ближе, уже не казалась такой огромной, чему Сэм был очень рад. Здесь не жили даже животные, и было удивительно, как могли тут существовать люди — обитатели этой деревушки.
Вскочив на ноги, она, задыхаясь, поискала глазами, куда можно бежать, и бросилась в лес. Сзади послышался еще один выстрел.
Сара, румяная от мороза, принесла карту местности и показала, где находятся на карте пики-близнецы.
— Сколько до них, как вы думаете? — спросила она полковника.
* * *
— Миль семнадцать-девятнадцать, — подумав, ответил он. — Надеюсь, завтра мы будем там.
Джонни Бакли сидел, пригнувшись, на пассажирском сиденье машины дядьки, гадая, что у того на уме. Он притворился, что рад поездке на местный пляж, но на самом деле его радовала перспектива убраться из этого противного дома, который стал его тюрьмой.
— Вы знаете, полковник, у меня такое чувство, будто за нами всю дорогу кто-то следит.
Теперь, когда дядька оставил его одного, у него наконец появилась возможность сбежать. Машина была не заперта. Он видел, как дядька зашел в лес. Значит, можно бежать.
— Вполне возможно.
Чего ты ждешь? — спросил он сам себя. — Больше тебя никто не спасет. Давай, двигай.
— Я не ожидала, что здесь будет так мрачно, так пустынно.
— Вы жалеете, что пошли с нами?
—
Но вместо этого Джонни сидел неподвижно, нагнув голову, чтобы никто не смог увидеть его. Единственными звуками здесь был далекий шум прибоя и шелест листвы на слабом ветерке.
Сара ничего не ответила.
Подошел Сэм и без всяких предисловий спросил:
Затем безмолвие разорвал громкий хлопок, похожий на выстрел из пушки.
— Мисс Стандиш, вчера вы поссорились с Руди. Из-за чего?
—
За ним последовали еще два выстрела. Наверняка это дядька стреляет из своего пистолета.
Сара молчала.
Джонни расстегнул ремень безопасности, открыл дверь машины и бросился бежать.
— Я думаю, вам лучше рассказать, потом будет поздно. Здесь, в горах, не стоит хранить тайны, которые могут всем навредить.
—
Глава 66
— Это мое сугубо личное дело, мистер Дарелл.
—
Сэм молча пожал плечами и отошел.
Если не считать учебы в училище для медсестер, Гретчен Харпер все сорок три года своей жизни прожила в Льюисе, Делавэр, на тех самых десяти акрах земли, находящихся в двух милях от парка штата Кейп-Хенлопен, где ее отец, которого здесь все любили, некогда работал лесничим.
Вскоре отряд снова двинулся в путь. Слабое полуденное солнце освещало тонкую полоску облаков, плывущих на север. Становилось холоднее, бедная кислородом атмосфера быстро остывала. К четырем часам ветер усилился, огромные комья снега срывались со склонов и падали рядом с ними. В миле от них прогремела снежная лавина, сметая все на своем пути.
С тех пор, как она вернулась в родительский дом и стала жить здесь одна, ей даже начала нравиться работа на участке, которой прежде занимался ее отец. Она продела еще один пластиковый хомутик в мелкоячеистую проволочную сетку ограды и затянула его вокруг металлического столба, который только что поставила на прежнее место. Затем с силой дернула ограду, но та не шелохнулась.
Когда начало смеркаться, решили остановиться: двигаться в темноте было опасно даже по знакомой дороге. На этот раз покинутого монастыря поблизости не оказалось, пришлось ставить палатки.
— Надо думать, это не даст вам двоим опять выбраться за ограду.
Дарелл и Кауб разместились вместе. Сэм лежал в спальном мешке и слушал, как воет ветер, как стучат по натянутому брезенту крупинки льда. Ветер с каждым часом усиливался, его порывы становились все яростнее и опаснее. Казалось, он хочет сорвать и унести палатки вместе с их обитателями. Но несмотря на вьюгу, полковник каждый час выходил наружу и проверял посты, подбадривая солдат, которым было нелегко в таких условиях нести службу.
У ее ног на траве прыгали миниатюрные козлики, Эрни и Берт. В ближайшее время они больше не будут выбегать на дорогу, но на всякий случай надо добавить еще несколько пластиковых стяжек.
Дареллу не спалось. Один раз ему показалось, что там, в темноте, кто-то кричит. Он вылез из спального мешка и прислушался. Масляная лампа светила тусклым мигающим светом. Минут через пять в палатку ввалился Кауб, весь в снегу. Он вопросительно посмотрел на Дарелла, который напряженно вслушивался в завывание ветра.
Она закрепляла последнюю из них, когда мимо проехал зеленый минивэн. Приветливо помахав рукой, она подумала: интересно, куда едет эта машина? Единственный другой участок на этой улице когда-то принадлежал семейству Гарни. Может, этот чудак Дэниел Тернер наконец решил продать его? Тогда строительство нового дома займет несколько месяцев, а то и год. Но даже в этом случае от ее новых соседей будет меньше хлопот, чем от братьев Гарни.
— Мне кажется, я слышал крик, — сказал Дарелл.
Гретчен собрала свои инструменты и складывала их в сарае, когда до нее донесся громкий хлопок. Она не слышала таких звуков с тех пор, как ей пришлось звонить шерифу, чтобы он приехал и приструнил братьев Гарни, которые стреляли по мишеням на своей земле.
— Это ветер. Спите, Сэм.