Он усмехнулся.

— Здесь только ты и я, Кендра. И мне бы хотелось наконец узнать правду. Ты хочешь сказать, что в убийстве твоего мужа виновата не ты?

— Конечно, не я. Я считаю, что его убили вы!

— Ты ищешь не там, сестренка. Так что, по-моему, эти продюсеры не знают ни черта. Держи рот на замке, как мы и договаривались. Я дам тебе знать, когда придет время сделать следующий платеж. — Он пошел было прочь, но Кендра окликнула его.

— Лори Моран не сообщила мне ваше имя, но я все равно смогла его узнать, мистер Бреннер.

Губы Бреннера шевелились, но сейчас он стоял слишком далеко от Кендры, и его было не слышно из-за шума проезжающих мимо машин.

Кендра заговорила снова.

— Когда продюсер прислала мне вашу фотографию, я загрузила ее в поиск гугл-картинок, и система тут же выдала мне ваш сайт. Вас зовут Джо Бреннер, и думаю, у вас есть лицензия частного детектива, которую вы не хотите потерять. — Она сделала три шага в его сторону, и на экране Лори увидела написанный на ее лице страх. Но она явно помнила, что они ей сказали насчет того, что диктофон должен находиться рядом с Бреннером. — Вы пять лет угрожали мне передать эти ваши записи полиции. Но хороший коп может заподозрить, что это вы убили моего мужа, чтобы потом выкачивать из меня деньги до гробовой доски.

— Поосторожней, Кендра. Я не люблю угроз.

— Ты настоящий бандит. Ты с самого начала знал, что я невиновна, но продолжал шантажировать меня все эти пять лет. Но я больше не стану тебе платить. Просто скажи мне правду, и мы разойдемся. А если нет, я пойду в полицию, скажу им все, что знаю, и будь что будет.

Бреннер улыбнулся, покачал головой, но так ничего и не сказал. Затем выхватил из руки Кендры телефон и осмотрел его.

— Этого я и боялась, — вздохнула Лори. — Он понял, что она пишет его.

Он начал ощупывать перед платья Кендры, и она отшатнулась. До них донеслись звуки борьбы и громкое:

— Прекрати!

Бреннер внезапно выпрямился и принялся методично шарить глазами по кругу. Его взгляд остановился на их автофургоне с замаскированной камерой на крыше.

— Он нас раскусил, — сказал Лео.

Лори, не раздумывая, открыла заднюю дверь фургона.

— Лори, нет! — крикнул ее отец.

— Папа, он не станет стрелять, зная, что его снимают. Продолжайте съемку!

Водитель приближающегося такси нажал на клаксон, когда Лори бросилась бежать через улицу.

Глава 56

Бреннер повернулся, чтобы уйти, но идти было некуда. С обеих сторон пятачка несся поток машин.

— В моем фургоне находится отставной полицейский, и он вооружен, так что даже не думайте нападать на меня, — сказала Лори.

Он вскинул обе руки.

— Я не понимаю, что тут происходит, но это какое-то недоразумение. Я частный детектив. Я не нападаю на людей и уж тем более не убиваю их.

— Я могу неопровержимо доказать, что вы были наняты Дэниелом Лонгфеллоу и собирали доказательства связи его жены с Мартином Беллом. Затем Лонгфеллоу велел вам предъявить эти доказательства Кендре.

Он пожал плечами.

— Даже если это и так, то что с того? Это же обычная работа частного детектива.

— Вот только вы так ничего и не сказали Кендре о связи ее мужа, не так ли? Вместо этого вы увидели возможность вымогать у нее деньги. Записав на диктофон ее слова о том, что она хочет освободиться от своего мужа, вы убили его и с тех пор шантажируете ее.

— Вы спятили. Я хороший парень, а вовсе не злодей. Я не отдал Кендре фотки ее мужа с другой женщиной, потому что она и так уже была не в своем уме. Один бог знает, что бы она могла натворить, если бы я ей их показал.

Когда Бреннер выдавал это невинное объяснение, его лицо смягчилось, голос стал менее ледяным. Сейчас он был совсем не похож на того опасного малого, который говорил с Кендрой несколько минут назад.

— Все знают, что тогда Кендра была на грани.

— И вы воспользовались возможностью, чтобы шантажировать ее!

— Послушайте, дамочка, все было не так.

— Тогда зачем вы записали ее сетования на ее несчастливый брак?

Он достал из кармана куртки маленький цифровой диктофон. На нем горел красный огонек.

— Затем, что я частный детектив. Я записываю все. А потом стираю то, что мне не пригодится. Но потом, когда док был убит, я подумал, что это сделала Кендра. Ее муж хотел бросить ее. К тому же док и его родители собирались забрать у нее детей. Они намеревались оставить ее ни с чем.

— Если вы считали, что Кендра виновна, то почему не отдали эти записи полиции? — спросила Лори.

— Потому что знаю, как они работают. Мои записи не дали бы им достаточно материала для того, чтобы направить дело в суд. Она не могла застрелить его сама, поскольку в то время находилась в доме. Стало быть, за нее это сделал кто-то другой. Они бы взвалили вину на меня — как и вы сейчас, — и мне бы пришлось объяснять, почему я брал у нее деньги. Я просто пытался помочь. К тому же, если бы я пошел в полицию, наружу вышла бы интрижка Ли Энн Лонгфеллоу, и я растерял бы всех моих клиентов в Олбани. Да, я стараюсь заработать на жизнь, но я не убийца.

— Зато вы шантажист.

Он нервно огляделся по сторонам.

— Вы все не так поняли, дамочка.

— Мы засняли вас, Бреннер. Я дам тебе знать, когда придет время сделать следующий платеж. Что это, если не шантаж? И к тому же вы следили и за мной. Когда полиция начнет расследование в отношении вас, они выяснят, где вы были в понедельник вечером. Вы толкнули меня под колеса такси и ограбили. Это еще два тяжких преступления.

Когда в потоке машин появился просвет, он сказал:

— Дамочка, вы не понимаете, о чем говорите. Все, с меня хватит. — И, повернувшись спиной к передвижной телестанции, трусцой перебежал через Бауэри, после чего шагом двинулся на юг. Дойдя до угла, он достал из кармана телефон и, по-видимому, кому-то позвонил.

— Он так и не сознался, — сказала Кендра.

— У нас с самого начала было мало шансов на признание, — ответила Лори, — но поверьте, отснятый нами материал может вам помочь. И мы имеем железные доказательства того, что он виновен в шантаже.

— А что теперь?

Лори смотрела на Бреннера, который все еще говорил по телефону. Нет, пока еще рано его отпускать. Она достала свой собственный телефон и позвонила Джерри, машина которого была припаркована на Пятой улице.

— Заезжай сейчас на Бауэри, поверни направо и остановись на Шестой. И жди.

Она позвонила Лео.

— Он с кем-то говорит по телефону. Я хочу за ним проследить. В этом автофургоне мы за ним ехать не можем, но вторую нашу машину он не срисовал. Я буду наблюдать за ним из машины Джерри.

— Я с тобой, — сказал Лео.

Он перебежал через Бауэри, и они оба добрались до Шестой улицы, где на обочине стоял Джерри. На его шее висел бинокль. Открыв заднюю дверь его машины, Лори увидела, что заднее сиденье маленького хетчбэка разложено, чтобы освободить место для множества сумок и коробок.

— Извини, Лори. Я собирался перевезти кое-какие вещи на Файр-Айленд после того, как мы закончим наши дела.

Скоро Бреннер пропадет из виду, так что решать надо быстро, подумала она. Пусть Джерри это и не понравится, но раз уж она может взять с собой только одного человека, то куда разумнее будет следить за Бреннером в обществе бывшего полицейского, чем в обществе ее ассистента.

— Тогда… мы можем одолжить твою машину? И вот эту штуку. — Она указала на бинокль.

Глава 57

Джо Бреннер брел по Бауэри. Пять лет его встречи с Кендрой проходили как по маслу и приносили ему легкие деньги. Теоретически она могла бы попробовать отплатить ему его же монетой, но она этого не делала. Ни разу. Она слишком боялась. У нее имелись деньги, и она продолжала платить. Легкий заработок.

Но сегодня она выкинула неожиданный фортель. Она записала их разговор, и теперь эту запись услышат миллионы телезрителей — и, вероятно, смогут увидеть их встречу, если судить по сооружению на крыше того автофургона. Он проиграл их разговор в своей голове, понимая, что его дела плохи.

Он отрицал, что это он убил Мартина Белла — само собой, — но он сказал Кендре держать рот на замке, а это свидетельствовало о том, что ему есть что скрывать. И еще он что-то брякнул насчет следующего платежа. Теперь у них есть железное доказательство того, что он виновен в вымогательстве. Он потеряет свою лицензию и сядет в тюрьму.

Этого нельзя допустить.

Надо найти человека со связями, чтобы не дать всему этому хода. Он знает такого человека. Он достал свой одноразовый телефон. Голос, ответивший ему, звучал нервно, как и всегда, когда он звонил на этот номер.

— Это я, — сказал он. — Вам придется кое-что для меня сделать.

— Сколько на этот раз?

— Речь идет не о деньгах, — ответил он. — А об услуге. И после этого я больше никогда вас не потревожу.

— О какой услуге вы говорите? — В дрожащем голосе в трубке зазвучал еще больший страх.

— Не по телефону. — После того что устроила Кендра, у него, кажется, начиналась паранойя. Ему надо было прочистить голову, нужно было выбраться из города на открытое пространство. — Встретимся на Рэндалз-Айленд на парковке возле бейсбольного поля номер девять. — Иногда Бреннер ездил туда просто для того, чтобы оказаться в окружении зеленой травы.

Последовала долгая пауза, потом голос на другом конце линии сказал:

— Я выезжаю.

Глава 58

Лори смотрела, как Бреннер продолжает идти по Бауэри на юг, затем он сел за руль черного «Доджа-Чарджера». Теперь они осторожно следовали за ним, держась на безопасном расстоянии.

— В голове не укладывается, что эта тачка работает на электричестве, — сказал Лео. — В управлении она ведет себя как гоночный автомобиль.

— Веди осторожно. Джерри с нее пылинки сдувает. Куда же направляется Бреннер? Хорошо бы в Олбани — Джерри сказал мне, что мы можем проехать только шестьдесят миль, после чего машину надо будет заряжать.

— Мигает поворотником. Значит, едет к мосту Триборо. Может, он намылился в аэропорт Ла-Гуардия? Хочет сбежать? Погоди, он опять включил поворотник. Думаю, он направляется к Рэндалз-Айленд. — Это был остров на реке Ист-Ривер, находящийся между Восточным Гарлемом, Южным Бронксом и Квинсом. Большую часть острова занимал городской парк.

— Держи дистанцию, папа. В этом парке иногда бывает совсем мало народу, так что у тебя не получится затеряться в потоке машин.

— Знаешь, сколько раз твой старик вот так вел слежку? У меня все под контролем.

Лори навела бинокль на номерной знак машины Бреннера. И, быстро достав из бардачка бумагу и карандаш, записала ее номер.

— Это страховка на тот случай, если мы его потеряем.

— Это хорошая мысль, но я не собираюсь его терять, — ответил Лео. Затем, ткнув пальцем вперед, добавил: — Он заезжает на парковку, находящуюся возле бейсбольных полей.

— Не следуй за ним. Проезжай, не то он нас увидит.

Лори несколько раз привозила сюда Тимми, чтобы отпраздновать его день рождения, и знала здешние места. В парке имелось более шестидесяти спортивных полей. И даже в погожий день отнюдь не на всех шли игры.

— Положись на меня, — твердо сказал Лео, приближаясь к парковке, на которую заехал Бреннер. Лори низко пригнулась на своем сиденье, когда они проезжали мимо. — За этим полем есть небольшой редкий лесок. Мы можем припарковаться за ним. Возможно, он увидит нашу машину, но он никак не сможет разглядеть нас самих.

Вскоре Лори почувствовала, что машина остановилась.

— Папа, быть может, нам стоило бы вызвать подмогу.

— Пока еще рано. Мое чутье говорит мне, что после столкновения с тобой он позвонил кому-то и назначил встречу. И я не хочу спугнуть того, с кем он собрался встречаться.

Бреннер вышел из машины и курил сигарету, опершись на капот. Посмотрев на свои часы, он огляделся по сторонам, задержав взгляд на леске.

— Он смотрит на нас, папа.

— Не беспокойся. Нас он не разглядит.

На парковку заехал универсал «Вольво» и припарковался рядом с машиной Бреннера. Лори отрегулировала бинокль и смогла рассмотреть водителя.

— Это женщина, — сказала она. — И она кажется мне знакомой. Боже, папа, не верю своим глазам. Это же Ли Энн Лонгфеллоу.

Жена сенатора вышла из своей машины, внимательно огляделась по сторонам и подошла к Бреннеру. Хотя день был пасмурный, на ней были темные очки.

Ни Лео, ни Лори не обратили внимания на белый кроссовер, который заехал на парковку и двинулся в сторону следующего игрового поля.

Глава 59

Бреннер привык быть хозяином положения. В детстве он верховодил на игровой площадке, определяя, в какие игры играть, и терроризируя всех тех, кто смел бросить ему вызов. В колледже он точно знал, что хочет изучать — предметы, связанные с обеспечением законности и правопорядка. Он хотел принуждать к выполнению правил и иметь полицейский значок, дающий ему власть. А когда учеба оказалась скучной и монотонной, взял дело в свои руки и пошел в армию. Военная служба наверняка откроет ему дорогу в Полицейский департамент.

Даже когда его выгнали из армии за то, что он избил своего сержанта — он и сейчас считал, что тот получил по заслугам и что надавать ему по шее следовало давным-давно, — он все равно сумел взять ситуацию под контроль. Ему удалось сделать так, что его уволили со службы всего лишь с формулировкой «без почестей и привилегий», хотя начальство хотело отдать его под трибунал, чтобы тот приговорил его к «увольнению за недостойное поведение с лишением прав и привилегий». А когда оказалось, что в полицию его не берут из-за его армейского личного дела, он все равно сумел найти применение своим талантам — стал частным детективом. Когда его перестали нанимать адвокаты, он переключился на политиков и стал спецом по тому, что они называли «изучением политических противников».

И всякий раз, когда обстоятельства бросали ему вызов, он находил способ оставаться хозяином положения и хорошо заботиться о себе.

Но сейчас его всегдашнее умение справляться с любой ситуацией куда-то делось. У него в голове не укладывалось, что блестящий план, который он придумал пять лет назад, летит ко всем чертям. Эта история началась с самого что ни на есть банального заказа — ревнивый муж хотел узнать, не изменяет ли ему его жена. Но этот муж был не абы кто, а любимец политического бомонда Дэниел Лонгфеллоу. За все те годы, когда он сообщал своим клиентам и клиенткам дурные вести, он никогда еще не видел, чтобы обманутый супруг был так раздавлен изменой. Тогда ему казалось, что Лонгфеллоу вот-вот завоет прямо у него на глазах.

И если у него и было какое-то уважение к этому политику, оно сразу же испарилось, когда тот начал умолять его «заставить их прекратить свою связь». Бреннер назвал ему имена самых лучших адвокатов Нью-Йорка по бракоразводным делам, но Лонгфеллоу хотел одного — вернуть жену. И сказал ему отнести фотографии Кендре Белл.

— У них есть дети, — сказал он. — Она заставит его разорвать эту связь.

Иными словами, этот малый хотел, чтобы она выполнила за него его грязную работу. Но Бреннер никогда не упускал случая послужить своим собственным интересам. Вообще-то первой он начал шантажировать не Кендру, а Ли Энн, начал, как только до него дошли слухи, что губернатор подумывает назначить Лонгфеллоу на освободившееся кресло в сенате. Это было проще пареной репы — он просто солгал и сказал Ли Энн, что его наняла жена Мартина Белла, желавшая, чтобы он проследил за ее мужем, и что он готов продать уличающие фотографии ей, Ли Энн, если его устроит цена. Она зарабатывала больше своего мужа, к тому же было очевидно, что у нее есть большие планы на обретение звания первой леди. А будущих первых леди не застукивают за поцелуями с чужими мужьями. И она заплатила.

Ситуация с Кендрой была сложнее. Когда он впервые приблизился к ней у барной стойки, он еще не знал, в какую игру с ней лучше сыграть. Но он знал, что деньги водятся у ее мужа, значит, можно устроить гешефт. Какова была вероятность того, что она начнет изливать ему душу или что дока прикончат уже через несколько дней? Деньги, можно сказать, сами плыли ему в руки. Как говаривал его дедушка, «когда тебе в рот влетает печеная утка, не задавай вопросов — съешь ее». Две разные женщины, два источника стабильного дохода — и ни одна, ни другая так и не догадалась, что это нюня Лонгфеллоу запустил цепь событий.

Теперь ему надо было еще раз надавить на Ли Энн, но уже не из-за денег.

Она явно была рассержена, когда вышла из своего универсала, но осторожно огляделась по сторонам, боясь, что ее кто-то узнает. На парковке стояли и другие машины, но в них никого не было. Ведь уже шли назначенные на вторую половину дня игры в бейсбол и футбол.

— Вы не можете просто звонить мне и требовать, чтобы я сорвалась с места и поехала черт знает куда. К счастью, Дэниел сейчас в своем офисе, не то…

— Вашему мужу придется позвонить своим друзьям в Полицейском департаменте или офисе окружного прокурора или куда-то еще, чтобы они отмазали меня от тюрьмы.

Она презрительно посмотрела на него.

— Вы с ума сошли? Это что-то из дрянного детектива. В реальной жизни так не бывает.

Если бы Бреннер оставался сейчас самим собой — человеком, который всегда на коне, — он бы, вероятно, заметил, что ее голос не робок и не нервозен, как всегда, когда он разговаривал с ней прежде. И, возможно, тогда до него бы дошло, что эту уверенность в себе она вдруг обрела не без причины.

— Да нет, в жизни бывает именно так. Это происходит сплошь и рядом. Сынка сенатора такого-то обвиняют в управлении автомобилем в нетрезвом виде, и вдруг бац, соответствующие документы куда-то пропадают. Конгрессмена имярек ловят с наркотиками в его машине, и надо же, из хранилища вещдоков куда-то девается пакетик с наркотой. Люди то и дело пускают в ход свои связи, и теперь вы и ваш шишка-муж должны использовать свои связи, чтобы отмазать меня.

— Я не могу этого сделать, — сказала она. — Дэниел даже не знает о Мартине. Он все еще думает, что Мартин был просто человеком, с которым я познакомилась через наших родителей. Так как же я, скажите на милость, смогу объяснить мое знакомство с вами?

Он едва не рассмеялся. Она была так умна и в то же время так глупа.

— Поверьте, Ли Энн, он знает, кто я такой. Меня наняла не Кендра, а он. Он знает о Мартине и вас. И всегда знал.

Было видно, что эта информация выбила ее из седла.

— Как бы то ни было, он ни за что не сделает того, о чем вы просите — даже если бы это было возможно. Он слишком принципиален.

— Вот именно, поэтому-то мне и нужно, чтобы его об этом попросили вы. Ради вас он это сделает, потому что он вас любит и сделает все, чтобы у вас не было проблем. Я его знаю. Ради вас он готов подставить себя под пулю.

Она опустила глаза, и он понял, что она обдумывает возможные варианты. Она посмотрела на футболистов и софтболистов[20], играющих на ближайших полях. Потом перевела взгляд на машину, частично скрытую леском.

— Я опасаюсь, что меня могут узнать. Давайте поговорим в вашей машине.

Он дважды нажал на кнопку брелка, отпер двери своего «Доджа» и сел за руль. Усевшись на пассажирское сиденье рядом с ним, она сказала:

— Вы правы. Дэнни, и правда, любит меня. Поэтому-то я и не могу позволить вам испортить всю нашу жизнь.

Она сунула руку в карман и достала пистолет.

Глава 60

Лори смотрела в бинокль, как Ли Энн открывает дверь и садится на пассажирское сиденье рядом с Бреннером, сидящим за рулем. Машина, в которой они находились, стояла передом к ней. От игровых полей парковку отделял барьерчик из железнодорожных шпал высотой в один фут.

В голове Лори крутились мысли о расследовании. Все последние двадцать четыре часа — с тех пор, как Алекс узнал Бреннера на фотографии, — она была убеждена, что Бреннер убил Мартина Белла, чтобы затем шантажировать Кендру. Но сейчас в ее мозгу звучали слова, которые он произнес сегодня.

Мне хотелось бы наконец узнать правду. Ты хочешь сказать, что в убийстве твоего мужа виновата не ты?

Как же она не поняла раньше? Бреннера не нанимали убить Мартина, и сам он тоже этого не делал.

Продолжая смотреть в бинокль, Лори сказала:

— Папа, нам надо кое-что сделать. Убийца не Бреннер, а Ли Энн.

Она сразу отдала Бреннеру роль плохого парня, поскольку он идеально подходил под типаж — бритая голова, злобные мерзкие глазки. Но, хотя он и в самом деле был далеко не ангел, это все же не делало его убийцей.

А вот Ли Энн, напротив, с самого начала играла роль ни в чем не повинной случайной свидетельницы, оклеветанной болезненно ревнивой женой, которая без всяких оснований называла ее любовницей своего мужа. И Лори, как и все остальные, попалась на ее удочку.

Сейчас она думала так быстро, что ее слова едва поспевали за ходом ее мыслей.

— Папа, когда полиция проверяла алиби Ли Энн, оно целиком основывалось на показаниях Дэниела. Это он встречался с сенаторами. Это он предъявил гостиничный счет. Это он был запечатлен на фотографиях, напечатанных в газетах. И это он подтвердил, что его жена отправилась в эту поездку вместе с ним.

Она видела это так ясно, словно события разыгрывались перед нею сейчас, в режиме реального времени. Связь между мужем, недовольным своей женой, и женой, недовольной своим мужем. Мартин вступил в эту связь из-за депрессии Кендры, а Ли Энн из-за того, что ее муж пропадал в Олбани, где его карьера зашла в тупик. Она представила себе реакцию Ли Энн на имя ее мужа на устах у губернатора. Они смогут оставить столицу штата позади. Он станет политиком федерального масштаба. Они будут проводить время в Вашингтоне. И он станет реальным претендентом на Белый дом.

Но этого не хотел Мартин Белл. Ему была нужна жена, сидящая дома, и мачеха для его детей.

Ли Энн… Белл? Нет, это было немыслимо. Детьми Ли Энн были ее собаки. Для нее Мартин был всего лишь развлечением, когда ее идеальный брак временно забуксовал.

Но Мартин был не из тех, кто был готов услышать и принять слово «нет». Он был человеком, который вынудил свою жену отказаться от карьеры врача. Который говорил всем, что она сошла с ума. Который подсадил ее на наркотики вместо того, чтобы предоставить ей необходимое лечение, когда у нее начались проблемы с психикой.

Как Лори и говорила с самого начала — Мартин и Ли Энн были несовместимы.

Все было настолько очевидно.

— Папа, мы должны что-то сделать. Думаю, Ли Энн собирается убить Джо Бреннера.

Глава 61

Бреннер все понял, когда увидел в руке Ли Энн пистолет.

— Ну конечно, — холодно сказал он. — Это были вы. А я все это время думал, что это Кендра.

— Поезжай.

— Куда?

— Я скажу тебе потом.

Он запустил двигатель, включил заднюю передачу и начал медленно сдавать назад. Надо подать сигнал бедствия, попросить помощи, но как? И откуда может прийти эта помощь? Он подозревал, что машина, припарковавшаяся за редким леском, возможно, не случайно сидела у него на хвосте, но какой от этого прок, если Ли Энн сейчас пристрелит его? Если ему предстоит предстать перед судом за вымогательство, что ж, пускай. Сейчас ему хотелось одного — остаться в живых. Надо найти какой-то способ отвлечь ее.

— Я видел вас вместе, — сказал он. — Тебя и Мартина. Было видно, как вас тянет друг к другу. И он не представлял для тебя угрозы. Так зачем было его убивать?

Теперь Ли Энн была менее напряжена. Она по-прежнему была уверена в себе — именно таким обычно бывал он сам — и явно смогла преодолеть панику, которую он видел на ее лице, когда она только что достала пистолет. Он не знал, хорошо это или плохо, а знал только, что надо во что бы то ни стало сделать так, чтобы она продолжала говорить. Так он сможет выиграть время. Похоже, она не заметила, что он перестал сдавать назад.

— Я тоже считала его безвредным. Наверное, поэтому я и закрутила с ним роман. Я умирала со скуки, и Мартин отлично меня развлекал, когда рядом не было Дэнни. Но влюбиться? В него? — Она явно находила эту мысль смехотворной. — Когда он говорил о том, чтобы мы с ним оставили Кендру и Дэнни и поженились, я делала вид, что не имею ничего против, но я никогда не верила, что он толкует об этом всерьез. Мне совершенно не улыбалось стать женой какого-то там врача, не говоря уже о том, чтобы играть роль мачехи. Я вообще не люблю детей. А когда Дэнни узнал, что его назначают сенатором, я поняла, что у нас с ним все опять станет хорошо. Я сказала Мартину, что между нами все кончено, но он не желал этого принять. Он пригрозил мне, что расскажет о нашей связи Дэнни, если я с ним порву. Я ответила ему: «Можешь делать все, что хочешь. Дэниел меня боготворит. Он никогда меня не бросит, а просто будет еще больше стараться заслужить мою любовь». Но тут Мартин начал угрожать, что он расскажет о нашем романе СМИ, и это в то время, когда карьера Дэнни пошла в гору. Я не могла этого допустить.

И тут Бреннер понял, что он смотрит сейчас в глаза женщины, которая может оправдать абсолютно все. По ее разумению, в том, что она и Мартин решили закрутить роман, были виноваты Дэниел и Кендра. Мартин был виноват в своей собственной смерти, а он сам был виноват в том, что она всадит в него пулю.

— А твой муж знает, что ты сделала? — спросил он.

— Дэнни? Конечно, нет. Ему даже невдомек, что у меня есть пистолет. Я купила его для самозащиты, когда он начал подолгу пропадать в Олбани. Мне пришлось купить его нелегально, потому что не дай бог избиратели Нью-Йорка прознают, что их избранник держит дома пистолет. Собственно говоря, он был настолько убежден в моей невиновности, что, не колеблясь, сказал полиции, что в тот вечер я была с ним в Вашингтоне. Я сказала ему, что это самый простой способ сделать так, чтобы полицейские детективы сосредоточились на поисках настоящего убийцы.

У Бреннера было четыре ствола, но все они находились у него дома. Потому что он неизменно был уверен, что всегда будет оставаться хозяином положения, всегда будет на коне. Пять лет он считал, что и Кендра, и Ли Энн у него в кармане, и смотрел на каждую из них всего лишь как на свою вещь. Черт побери, и та, и другая наглядно продемонстрировали, насколько он был не прав.

— Я же сказала тебе ехать. — В голосе Ли Энн звучала сталь.

Бреннер переключил передачу и направил машину в сторону выезда из парка.

Он представил себе, как они заезжают на пустынную дорогу в какой-нибудь промзоне. Она оставит его с пулей в голове и обставит его смерть как самоубийство, вложив в его руку свой незарегистрированный пистолет. На него свалят вину за убийство Мартина Белла и похоронят в безымянной могиле на кладбище для бедняков и бродяг.

— По-моему, за кем-то из нас следят, — сказал он, показав на виднеющийся слева от них редкий лесок. Это был его шанс. На мгновение Ли Энн отвела от него глаза, и он, нажав на газ, резко крутанул руль влево. Двигатель мощностью в 707 лошадиных сил громко взревел, и машину понесло на барьер. Когда Ли Энн восстановила равновесие и опять направила на него пистолет, передние колеса его машины врезались в барьер. Машина взлетела в воздух, Ли Энн выстрелила, но пуля прошла мимо Бреннера и частично разбила ветровое стекло с его стороны.

Он схватил Ли Энн за предплечье и попытался вырвать у нее пистолет. Ему удалось ухватиться за ствол, но тут машина грохнулась обратно на землю, и он невольно разжал хватку. Схватив запястье Ли Энн, он попытался повернуть ствол в сторону приборной панели. Снова раздался выстрел, и пуля разбила навигационный экран.

Бреннер набросился на Ли Энн и, одной рукой сжимая ее запястье, другой схватился за ствол. Он резко дернул оружие на себя, рассчитывая вырвать его у нее, но тут послышался оглушительный грохот, его бросило сначала на приборную панель, потом назад, после чего, как ему показалось, раздался еще один выстрел. Машина остановилась, врезавшись в бетонное основание ограждения задней части основной базы бейсбольного поля. Обе подушки безопасности сработали, оглушив и Бреннера, и Ли Энн.

Ли Энн открыла глаза и увидела, что Бреннер обмяк на своем сиденье и голова его свесилась на грудь. Шевельнув ногой, она задела что-то на полу. Оттолкнув от себя сдувшуюся подушку безопасности, она нагнулась и подобрала пистолет.

Глава 62

Лори говорила со своим отцом, когда до них донесся рев двигателя машины Бреннера. Черный седан перескочил через барьер из шпал и устремился на бейсбольное поле.

— Позвони на девять-один-один! — крикнул Лео, и их машина, рванувшись вперед, тоже въехала на поле. На их глазах «Додж» Бреннера врезался в бетонное основание ограды домашней базы[21].

* * *

Я по-прежнему могу спастись, подумала Ли Энн. Ее плечи ныли от ожесточенной борьбы за пистолет. Она попыталась мыслить ясно. У меня есть моя машина. Никто не узнает, что я была здесь. А если узнают, мне все поверят, если я скажу, что застрелила его, защищаясь.

Бреннер застонал и, открыв глаза, попытался пошевелиться. Нацелив пистолет в его сердце, Ли Энн сказала:

— Передай Мартину привет от меня.

Ее палец уже начал нажимать на спусковой крючок, когда голос за ее спиной рявкнул:

— Полиция. Замри. Брось пистолет. И покажи руки.

Ли Энн повернулась и увидела Лео, направившего на нее пистолет. Он целился в ее голову.

— Я Ли Энн Лонгфеллоу… — сказала она, уронив пистолет на пол машины.

— Мне плевать, кто вы, — рявкнул Лео. — Держите руки так, чтобы я их видел.

Лео сделал знак Лори, и она, открыв пассажирскую дверь, забрала пистолет.

По-прежнему целясь в Ли Энн, Лео приказал:

— Выйдите из машины и сядьте на землю с поднятыми руками.

Когда Ли Энн подчинилась, Лео перевел взгляд на Бреннера, который только что пришел в себя.

— Я безоружен, — сказал он.

— Держите руки так, чтобы я мог их видеть, — приказал Лео, и Лори открыла водительскую дверь. Бреннер вылез из машины и, пошатываясь, побрел в сторону Лео. После чего опустился на траву в нескольких футах от Ли Энн.

Ли Энн принялась кричать на Лео и Лори.

— Какого черта? Кто вы такие? Вы знаете, кто я? Вам известно, кто мой муж? Он сенатор Дэниел Лонгфеллоу. Когда мой муж, сенатор, узнает, что вы тут делали со мной, вас тотчас уволят.

Она показала на Бреннера.

— Он пытался убить меня. Направил на меня пистолет. Он убил Мартина Белла и шантажировал меня. Он только что пытался похитить меня. Не стойте столбом, как идиот. Сделайте что-нибудь!

Бреннер поднес руку к карману своей куртки, и Лео быстро направил свой пистолет на него.

— Я сказал поднять руки. Что вы хотели достать?

— Сейчас увидите. Достаньте его сами, если не верите мне. — Не опуская рук, Бреннер указательным пальцем показал на карман своей куртки.

Лори посмотрела на Лео, и он кивнул. Осторожно подойдя к Бреннеру, она сунула руку в карман, на который он показал. И достала из него тот самый маленький цифровой диктофон, который был при нем на зеленом пятачке у «Купер Юнион». На передней панели диктофона горел красный огонек.

— Я записал все ее признание, — с хитрой усмешкой сказал Бреннер. — Думаю, окружной прокурор будет доволен, а как считаете вы?

Он, все так же ухмыляясь, повернулся к Ли Энн, которая смотрела на него волком:

— Увидимся через тридцать лет, если ты к тому времени выйдешь. Да, кстати, передай от меня привет сенатору.

* * *

При первом звуке сирен водитель белого кроссовера запустил двигатель и поехал вперед. Он подождет у выезда из парка, подальше от полицейских, которые наверняка прибудут на звуки стрельбы на Рэндалз-Айленд.

Надо полагать, она уедет на том же самом маленьком «БМВ». Она не сможет покинуть остров, не проехав мимо него.

Глава 63

Несколько минут спустя дорога вокруг бейсбольного поля номер девять на Рэндалз-Айленд заполнилась машинами экстренных служб. Ли Энн Лонгфеллоу и Джо Бреннер, закованные в наручники, сидели на задних сиденьях двух полицейских автомобилей, которые доставят их на Манхэттен, под арест.

Мобильник Лори зазвонил — уже третий раз подряд. Это был еще один звонок от риелторши, Роды Кармайкл. Лори нажала на «Отклонить вызов».

— Она сразу же нажмет на кнопку повторного набора, — сказал Лео. И действительно, несколько секунд спустя телефон зазвонил опять. — Избавь себя от головняка и ответь.

О чем Лори сейчас совсем не хотелось говорить, так это о квартирах, но она последовала совету Лео.

— Рода, я сейчас не могу говорить.

Рода быстро перебила ее.

— Лори, выслушай меня. Тебе никак нельзя упустить эту квартиру. Это новый дом на Восемьдесят пятой улице между Второй и Третьей авеню. Ее нынешние владельцы занимают весь шестнадцатый этаж. Там есть четыре просторные спальни, каждая с ванной комнатой. Они как раз собрались въезжать, когда он дал согласие занять пост в одном из крупных банков в Англии. Им нужно продать квартиру быстро. Агент по продаже недвижимости, занимающаяся этой сделкой, моя приятельница, и она согласилась разрешить тебе осмотреть квартиру до того, как завтра внесет ее в единую базу данных. Пока что цена очень умеренная, и я знаю, что другие покупатели станут предлагать больше, лишь бы эта квартира досталась им. Ты же не хочешь ценовой войны, если ее можно избежать, не так ли? Тебе и Алексу нужно приехать туда сегодня и посмотреть все на месте. Скорее всего, ты прибудешь туда раньше меня, так что я уже дала консьержу ваши с Алексом имена. Квартира пуста, и ее дверь будет не заперта.

Сидящий рядом с Лори Лео смеялся, представляя себе, что говорит Рода. Лори закатила глаза.

— Мы посмотрим ее завтра, лады?

— Нет, я же тебе говорю, что вы должны посмотреть ее сегодня, прямо сейчас. Завтра воскресенье и к тому же самый разгар сезона приобретения недвижимости. Любой агент продавца, у которого есть хоть капля мозгов, сразу же наберет толпу потенциальных покупателей, которые выстроятся в очередь и будут осматривать квартиру весь день.

— Сейчас не лучшее время, — упиралась Лори, уже чувствуя, что вот-вот сдастся под напором Роды.

— Нет, вам надо сделать это прямо сейчас, — не унималась Рода. — Это самая лучшая часть Верхнего Ист-Сайда, и дом расположен в двух шагах от парка и Метрополитен-музея. А также недалеко от квартиры твоего отца и школы Тимми. Это именно то, что ты искала, и здесь все совершенно новое, в идеальном состоянии.

— Звучит хорошо.

Лео сделал знак, что ему нужно что-то сказать.

— Если надо, поезжай. Тут все будет тянуться долго, а затем они в любом случае захотят, чтобы ты приехала в участок, чтобы поговорить с полицейскими детективами.

— Ты в этом уверен?

— Конечно, уверен. Я же Лео Фарли. Я пришлю тебе на телефон адрес участка, когда все будет готово, и ты сможешь встретиться с нами там. А меня туда отвезет кто-нибудь из полицейских.

— Хорошо. Уверена, что Джерри будет рад увидеть свою машину в целости и сохранности. — Вернувшись к своему разговору, Лори сказала Роде, что сейчас поедет на указанный адрес с Рэндалз-Айленд.

— Отлично. А я выезжаю из самого Хэмптонса — вот насколько я уверена в том, что эта квартира тебе подойдет. Позвони Алексу и скажи ему, чтобы он встретился с нами там. Если ты доберешься туда раньше меня, консьерж разрешит тебе подняться на шестнадцатый этаж.

Обговорив свои планы со старшим детективом и получив у него добро, Лори села в машину Джерри и мимо вереницы полицейских машин поехала к выезду из парка. Найдя в избранных номер Алекса, она позвонила, но после четвертого гудка поняла, что он, по всей вероятности, все еще смотрит игру «Янкиз» в компании своих клерков. Когда вызов был переадресован на голосовую почту, она оставила сообщение:

— Привет. Сегодня все прошло еще лучше, чем мы ожидали. Мне нужно столько всего тебе рассказать, но я еду осматривать очередную квартиру вместе с Родой. Присоединяйся к нам, когда освободишься, — сказала она и добавила адрес, который ей сообщила Рода.

Подъехав к выезду из парка, она включила радиостанцию 1010WINS и услышала, что «Янкиз» ведут в счете в начале девятого иннинга[22]. Если повезет, это может принести им победу. Она не заметила белый кроссовер, который поджидал ее и поехал за ней.

Глава 64

Сидя за рулем своего белого кроссовера, Уилли Хейс возликовал, увидев, как маленький «БМВ» подъезжает к выезду из парка всего с одним человеком внутри — наконец-то Лори осталась одна.

Уилли с немалой досадой наблюдал за сценой, развернувшейся на Рэндалз-Айленд. То, что поначалу показалось ему удачей — Лори, оказавшаяся в безлюдном месте, — обернулось разочарованием. Он изучил ее биографию вдоль и поперек и знал, что ее отец был в полиции большой шишкой. Его подозрение, что папаша Лео и сейчас носит с собой пистолет, подтвердилось, когда Лео и Лори на его глазах арестовали двух человек, которые разбили свою машину. Но затем, когда он уже решил, что дело не выгорит, Лори села в машину одна и поехала опять.

Пристроившись за ней на выезде с Рэндалз-Айленд, он поначалу хотел столкнуть ее с дороги, не доезжая до моста Триборо, но чтобы причинить ей такие тяжелые травмы, которые замыслил он, пришлось бы устроить серьезное ДТП, к тому же и тогда у него не было бы стопроцентных гарантий — он по своему собственному опыту знал, что гарантий в жизни не бывает никогда. Когда она свернула на Девяносто шестую улицу, он предположил, что она возвращается в свою квартиру. Раньше он никогда не видел, чтобы она вела машину и была за рулем одна. Где она припаркуется: на улице или в гараже? Будет ли у него возможность затолкать ее в кроссовер? Достаточно будет подстеречь ее одну на тротуаре и подойти сзади. В кармане его куртки лежал пистолет, из которого он ее и прикончит. Если бы только этот ствол был у него в тот вечер у бара с пианистом. Тогда дело было бы уже в шляпе.

У него упало сердце, когда она вдруг остановилась у пожарного гидранта и ожидающий ее там высокий долговязый парень помахал ей рукой. Уилли узнал его — это был ее приятель, тот самый, который пел ту слащавую песню о женитьбе на этой муторной вечеринке, устроенной в честь ее помолвки. Неужели он опять упустит свой шанс после того, как столько ждал?

Он уже собирался уехать, когда Лори бросила ключи от «БМВ» своему долговязому другу, и тот, сев за руль и весело посигналив, укатил. Уилли повел свой кроссовер вперед, готовый сделать ход, когда она опять его удивила, направившись вдруг ко входу в многоквартирный дом. Может, они уже переехали? Но, судя по имейлам, которые он прочитал на ее украденном им ноутбуке, они все еще находились в поиске.

В середине квартала со своего места на обочине отъехал грузовичок для доставки продуктов. Уилли медленно двинулся вперед, чтобы прицепиться к нему, наблюдая в зеркале заднего вида, как Лори разговаривает с консьержем. Затем она вошла в лифт, и Уилли заколебался, выйдя на тротуар. Видимо, она собирается посмотреть еще одну квартиру, подумал он. Чутье подсказывало ему, что действовать надо сейчас.

Он подошел к консьержу, который разговаривал по телефону.

— Простите, женщина, которая только что села в лифт…

— Вы ее муж? — спросил консьерж.

— Э-э, да.

— Шестнадцатый этаж. Дверь напротив лифта, — сказал консьерж и вернулся к своему телефонному разговору.

— Моя жена там одна?

— Пока да. Риелторша скоро подъедет. Она сказала, чтобы я позволил вам и вашей жене подняться в квартиру, если вы прибудете раньше нее.

Кивнув, Уилли прошел мимо него, вошел в лифт и, подождав, когда закроется дверь, нажал на кнопку шестнадцатого этажа. Когда лифт начал подниматься, он рассмеялся.

Глава 65

В кои-то веки Рода оказалась права, подумала Лори, войдя в квартиру. Со сводчатого потолка в прихожую лился свет. Слева виднелась просторная гостиная с камином. Она зашла и остановилась, чтобы полюбоваться видом.

— Привет, Лори.

От звука его голоса Лори вздрогнула.

— Привет. Я думала, что тут никого нет, — нервно сказала она. — Вы владелец этой квартиры?

— Нет, я определенно не он. — Он испытал огромное удовольствие, когда ее глаза округлились при виде пистолета в его руке.

Лори понимала, что смотрит на совершеннейшего чужака, но была абсолютно уверена — на уровне инстинктов, — что именно этот мужчина и толкнул ее под колеса такси после вечеринки, устроенной в честь ее помолвки. На вид ему было лет пятьдесят, и он, похоже, когда-то был в хорошей физической форме, но потом перестал следить за собой и дал своим мышцам превратиться в жир.

Ее инстинкт самосохранения подсказал ей поднять руки и тихо заговорить.

— Что бы тут ни происходило, мы можем это обсудить, — начала она, пытаясь сделать так, чтобы ее голос не дрожал. — Это же были вы у того бара с пианистом в понедельник, не так ли? Это были вы? — Она хваталась за соломинки, пытаясь уразуметь, каким боком этот малый связан с делом об убийстве Мартина Белла. — Вы работаете с Джо Бреннером? Он арестован. У него есть хорошая возможность заключить досудебную сделку с окружным прокурором. Вы могли бы поучаствовать в ней тоже. А если вас наняла Ли Энн, то вам следует знать, что она тоже под арестом. Вы могли бы получить полный иммунитет от всех обвинений, если согласитесь свидетельствовать против нее.

— Я вообще не понимаю, о чем ты, — сказал он, в изумлении оглядываясь по сторонам. — Ты купила эту квартиру? Должно быть, она стоит целое состояние.

— Нет, — быстро ответила она. — Я встречаюсь здесь с моей риелторшей. Пожалуйста, у меня маленький сын. Я не имею отношения к этой квартире. Я пришла сюда впервые. Дайте мне уйти и забирайте себе все, что хотите.

Мужчина переводил взгляд то на гостиную, то на кухню. Лори видела, что прежде он здесь никогда не бывал. И он явно был впечатлен. Это совершенно точно не было случайной встречей. Этот малый назвал ее по имени. Он здесь из-за нее, а не из-за этой квартиры. Скоро сюда явятся Алекс и Рода. А значит, надо сделать так, чтобы он продолжал говорить с нею до тех пор, пока они не придут.

— Может быть, мое телевизионное шоу отказалось взяться за какое-то дело, в котором у вас есть интерес? — спросила она, пытаясь найти причину, по которой у кого-то может быть на нее зуб.

— Телевизионный продюсер не может позволить себе приобрести такие хоромы, — заметил он. — Это все Алекс Бакли. Важная птица, живущая как сказочный король. Известный адвокат. Шикарная новая работа. Статья на первой полосе «Нью-Йорк таймс», когда его назначение утвердили в сенате. И вдобавок ко всему этому еще и красотка подружка, на которой он собирается жениться. Жаль, что ничего у него не выйдет.

Имя Алекса на устах этого типа прозвучало для Лори как гром среди ясного неба. При чем тут Алекс? Лори знала, что вследствие характера ее работы ей приходится сталкиваться с людьми, знающими опасные секреты, ради сохранения которых они готовы пойти на все, но сейчас речь шла о чем-то другом. Она понятия не имела, кто этот человек, но было очевидно — он хочет причинить ей зло.

* * *

Рамон остановил машину перед многоквартирным домом. Консьерж стоял внутри, в вестибюле. Алекс подошел к нему.

— Я Алекс Бакли, — представился он. — Насколько я понимаю, с вами говорила наша риелторша, Рода Кармайкл. Я должен встретиться с моей невестой и Родой, чтобы посмотреть квартиру на шестнадцатом этаже.

Выражение лица консьержа переменилось.

— Туда уже поднялась одна красивая молодая дама, а через несколько минут за ней последовал ее муж.

— Муж? — переспросил Алекс. — А эта дама назвала вам свое имя?

Консьерж взял со своего стола визитку.

— Она дала мне вот это. Ее зовут Лори Моран.

— И за ней в эту квартиру поднялся мужчина? — В голосе Алекса зазвучала тревога.

— Да, он сказал, что он ее муж. Я еще удивился. Он выглядел как-то не так.

Алекс уже мчался к лифту. Зайдя в кабину, он тут же набрал номер Лео. Хоть бы в лифте был сигнал, взмолился он.

— В квартиру вслед за Лори поднялся тип, выдавший себя за меня. Восток Восемьдесят пятой улицы, дом двести тридцать. Шестнадцатый этаж. Я в лифте. Пришли подмогу.

Лео отключился, не ответив.

Лифт открылся на шестнадцатом этаже. Алекс, радуясь тому, что дверь квартиры не закрыта полностью, а только прикрыта, начал медленно ее открывать. И увидел гостиную, где, подняв руки, стояла Лори и разговаривала с мужчиной, который был повернут к нему спиной.

— Твое время на исходе, Лори, — сказал мужчина. — Помолись.

* * *

За следующую секунду перед внутренним взором Лори предстало будущее, в котором ее уже не будет. Образы были так реальны, будто она все это прожила. Ее тело найдет либо Алекс, либо Рода. Наверное, Лео и Алекс вместе скажут Тимми, что ее больше нет. Тимми бросится в свою комнату и заплачет на своей кровати, уткнувшись лицом в подушку, чтобы никто не слышал.

В завещании она назначала Лео законным опекуном Тимми в случае своей смерти. Останется ли Алекс рядом с ними, когда она умрет? Ей хотелось думать, что да. Он станет для ее сына чем-то вроде дяди, вместо того чтобы стать его отчимом.

Будет ли ее убийство раскрыто? Она представила себе, как бразды правления в программе «Под подозрением» берет в свои руки Райан Николс, а помогать ему, вероятно, будет Джерри. Возможно, первоочередной их задачей станет расследование ее собственного дела. А возможно, и нет.

Воображение нарисовало ей, как Тимми заканчивает колледж. Как он женится. Как у него рождается дочь. Быть может, он назовет ее Лори.

Все это пронеслось в ее мозгу за одно мгновение. И тут до нее вдруг дошло, что все эти образы мелькали в ее голове и прежде. Грег получил пулю в голову в середине дня от убийцы, которого Тимми, в то время трехлетний малыш, назвал «дядькой с голубыми глазами». Несколько лет она думала, что ее мужа убил какой-то опасный тип, с которым Грег столкнулся, работая врачом в отделении неотложной помощи в медицинском центре «Маунт Синай».

Но Синеглазый оказался социопатом, который даже никогда не встречался с доктором Грегом Мораном. Его давно вынашиваемая злоба была направлена на совершенно другого человека — на заместителя начальника Полицейского департамента Нью-Йорка Лео Фарли. Чтобы разрушить жизнь Лео, он планировал убить всех, кто был ему дорог, начав с Грега, за которым должны были последовать Лори и Тимми.

Она смотрела в глаза человека, нацелившего на нее пистолет, и понимала, что чутье ее не обмануло. Он ничего не имел против нее лично. Дело было не в ней, а в Алексе.

Она знала Алекса менее двух лет, но ни у него, ни у нее не было никаких секретов. Пожалуй, она могла предположить, в чем заключалась претензия этого человека с пистолетом.

— Это из-за Карла Ньюмена, да? — спросила она, имея в виду инвестиционного банкира, который организовал финансовую пирамиду и нагрел своих клиентов на сотни миллионов долларов. — Даже Алекс был удивлен, когда его оправдали. Другие адвокаты по уголовным делам распустили бы хвост в выпуске новостей кабельной телесети, но Алекс не такой.