– О да, господин Драконье! У старика Арно всегда только самый лучший товар! Длиннее этой нити не сыщешь… А как она хороша, просто загляденье!
Луноброд взволнованно зашевелил усами – нить! Ну конечно, этот жулик Арно имел в виду нить, а вернее, связку колбасок Луисона Бонне!
– Так значит, ты нашёл покупателя? – продолжал господин Арно – его глаза радостно заблестели. – Что? Он придёт к тебе сегодня в шесть? Чудесно, просто замечательно! Тогда я заскочу к тебе вечером и заберу свою долю. До скорого, приятель.
Наконец он закончил разговор и со звонким щелчком повесил трубку.
– Так вот где я слышал это имя! – Додо так и подскочил в темноте. – Жульен Драконье! Это же самый известный в Париже скупщик краденого!
Помпончик удивлённо вскинул брови:
– Купщик? То есть тот, кто кого-то купает?
Жозефина расплылась в улыбке и ласково хлопнула котёнка хвостиком.
– Купание здесь ни при чём, малыш. Скупщик – это тот, кто торгует краденым товаром!
Глава 5
В трущобах Парижа
Оставаться в квартире мистера Арно было опасно, поэтому Луноброд и его друзья молча побежали по тёмному коридору. Добравшись до балкона, они спустились тем же путём, что и пришли.
Только теперь, когда их лапы коснулись булыжной мостовой, коты могли свободно вздохнуть и поразмыслить над этим запутанным делом.
– Не знаю, как вам, – начал Луноброд, – а мне от этой квартирки стало не по себе. Таинственный полумрак, повсюду кучи краденого…
– А этот Арно и вправду тёмная личность, – заметила Жозефина. – Ну а теперь, Додо, может, объяснишь нам, кто такой Жульен Драконье?
Додо с напускным безразличием почесал лапой за ухом:
– Ну, это такой тип… У нас в трущобах его знает каждая собака…
Для всех Драконье был господином почтенного возраста, который держал ломбард на Монмартре, в двух шагах от площади Пигаль. На самом деле ломбард служил лишь прикрытием для тёмных делишек Драконье. А занимался он скупкой краденого.
– Все воры и бандиты Парижа рано или поздно несут свой товар Драконье, – объяснил Додо. – Он находит покупателя, а затем забирает свою долю. Теперь понятно? Видно, Арно украл колбаски Луисона и отвёз их Драконье… А теперь Драконье перепродаст их кому-то ещё.
– …Видимо, тому, кто наберётся наглости представить колбаски на конкурс, чтобы получить главный приз – «Золотого Поросёнка»! – добавила Жозефина.
По счастью, у котов была ещё одна зацепка. В телефонном разговоре Арно обмолвился, что таинственный покупатель придёт в ломбард ровно в шесть часов вечера. Стало быть, если коты хотят найти украденные колбаски, им надо туда явиться немного раньше.
– Живо, ребята, бежим в ломбард! – предложила Жозефина.
Но Додо наморщил нос и хмыкнул.
– Хм…
– Что значит хм? – удивился Луноброд.
– Эээ… В трущобы Парижа просто так не попадёшь… В районе Пигаль полно беспородного жулья, а у вас, с позволения сказать, на мордах написано, что вы коты из приличных семей.
У Луноброда от возмущения даже шерсть встала дыбом.
– Только без обид, приятель, – продолжал Додо. – Ну сам посуди, ты кот-американец, у тебя же шёрстка блестит как шёлк! Помпончик как сыр в масле катается в ресторане знаменитого повара, а Жозефина живёт припеваючи у известной актрисы. Мы, бродячие коты, таких, как вы, называем «шёлковыми лапками». А в трущобах с «шёлковыми лапками» разговор короткий – их там не жалуют!
Мистер Луноброд покачал головой:
– Значит, хочешь пойти один? Даже и не думай… Ограбили моего хозяина, «повелителя еды», а он мне как отец родной. Для меня это дело чести!
– Прошу прощения, – прервала его Жозефина. – Может, мы просто замаскируемся под трущобных котов? Это всё упростит…
Так они и сделали. После недолгих уговоров Додо решил взять дело в свои лапы и превратить трёх благородных котов в матёрых бродяг.
– Первым делом – шёрстка, – изрёк До-до.
И он принялся валять друзей по земле и песку до тех пор, пока их блестящий мех не стал грязным и клочковатым.
– Теперь боевые ранения! – продолжил бродяга. – Каждый бродячий кот гордится своими шрамами.
Додо нацепил чёрную повязку Жозефине на правый глаз.
Затем он перевязал плечо Луноброда, будто того только что отдубасили в уличной драке. Наконец, Додо налепил пластырь на хвост Помпончика.
– И, в завершении, самое главное, – объявил Додо, – запах помойки!
– Запах помойки?! – ужаснулся Луноброд. – А тебе не кажется, что это уже слишком?
– Вовсе нет. Вы, дорогие мои, благоухаете ароматами благополучных районов. А я вас угощу духами Пигáля!
Духами Пигáля называли запах трущоб, который шёл от помоек, где было полно гнилых рыбьих костей и овощных очистков.
Переборов отвращение, три кота нырнули в мусорный бак – там они сидели до тех пор, пока их шёрстка не пропахла помоями и тухлыми яйцами.
– Фуууууу! – сказала Жозефина, сморщив мордочку. – Теперь трущобный народ будет обходить нас стороной… А кто подойдёт поближе – задохнётся!
В таком виде компания направилась в самую опасную часть Монмартра, где трактиры были открыты всю ночь напролёт, а в игорных домах было полно тёмных личностей.
Едва Луноброд и его друзья показались в глухом тёмном переулке, как к ним с недобрым видом стали подбираться бродячие котяры, покрытые боевыми шрамами.
Но, завидев Додо, разбойники застыли посреди дороги:
– Эй, Марсельезыч, что за ушастых фраеров ты привёл? – спросили они на трущобном жаргоне. – С ними можно иметь дело?
– Спокуха! Это котаны в законе! – уверенно ответил Додо.
– Глянь-ка, один из них совсем сопливый! – заметил один из бродяг, с усмешкой указывая на Помпончика. – С каких это пор ты водишься с молокососами?
– Мне сорока на хвосте принесла, что тут рядом, на птичьем рынке, есть дельце, – оборвал его Додо. – Нужно пролезть в водосточную трубу – вот малыш и пригодится.
Главарь уличной банды понимающе кивнул:
– Ясно. Ну тогда проходите, – разрешил он. – Только передай своим приятелям – пусть хорошенько поваляются в луговой траве: от них разит, как от протухшей трески!
Луноброд метнул испепеляющий взгляд в Додо – это была его идея с помойкой.
Впрочем, теперь путь был свободен, и коты без труда смогли добраться до конторы Драконье.
Ломбард оказался убогим домиком с заляпанной витриной. Тусклый газовый фонарь едва освещал вывеску.
Каморка была до потолка набита всякой всячиной: тут были ночные горшки, музыкальные инструменты, драгоценности, столовые приборы, подсвечники, старенький велосипед, конская упряжь, картины, книги и куча другого хлама.
Едва коты зашли в ломбард, как колокольчик, привязанный к двери, отчаянно затрезвонил. Из-за прилавка вынырнула мрачная физиономия Драконье с козлиной бородкой.
– Брысь отсюда, паршивцы! – зашипел он, едва увидев котов.
Луноброд и его друзья сделали вид, что убегают, а сами шмыгнули за старые стулья, сваленные кучей у входа.
– Эй, ребята, чуете аромат колбасы с кориандром? – прошептал Додо, нюхая воздух.
– Я чую только запах помойки, – жалобно отозвался Луноброд. – И идёт он от нас!
Тут дверь ломбарда резко распахнулась, и колокольчик снова пронзительно зазвенел.
В лавку зашёл человек, лицо которого было наполовину скрыто шёлковым шарфом. На нём было изящное пальто и очень дорогой по виду цилиндр.
– Глядите-ка, что делается… – тихо мяукнул Додо. – Нынче господа из высшего общества спекулируют краденой колбаской!
– Ах, сударь мой, как я рад вас видеть! – воскликнул Драконье, отвешивая поклон таинственному гостю.
Посетитель бросил на него презрительный взгляд:
– Вы же знаете, что я не люблю приходить в вашу конуру. Впрочем, надеюсь, что на этот раз я терплю не зря!
– О, конечно, даже не сомневайтесь! Этому товару цены нет, уверяю вас! – прогнусавил старик Драконье. – Они необыкновенные, нежные, изысканные! А какова работа!
Коты обменялись многозначительными взглядами. Этот человек, несомненно, говорил о колбасках Луисона!
Коты только приготовились к прыжку, чтобы вцепиться в мошенников, как вдруг Драконье жестом фокусника вытащил из-под прилавка шкатулку и поставил её на стол.
Покупатель подошёл поближе, чтобы взглянуть на товар. Даже коты встали на задние лапки, пытаясь что-нибудь разглядеть.
Выдержав, как бывалый актёр, театральную паузу, Драконье торжественно воскликнул: «Вот она!» – и откинул крышку шкатулки.
У Луноброда, Додо, Жозефины и Помпончика вырвался дружный возглас:
– ААААХ!
Глава 6
Допрос мышонка
Как и сказал Драконье, нить, которая лежала в шкатулке, и вправду была необыкновенной. Но, к кошачьему сожалению, там лежала не связка колбасок, а… нитка жемчуга! Белоснежного, блестящего и крупного, как виноград, жемчуга!
– Вы только полюбуйтесь на это великолепие! На сказочную округлость жемчужин, на чудный перламутровый блеск! – расхваливал Драконье, бережно приподнимая ожерелье. – Эта вещица для истинных ценителей!
– Да-да, недурно, – процедил господин в цилиндре, вынимая из нагрудного кармана лупу, чтобы полюбоваться жемчужинами. – Но откуда пришёл товар? Мне надо знать правду, Драконье.
– Ну, полноте, вы прекрасно знаете, что этого я сказать не могу. Поверьте, товар пришёл от одного из самых толковых поставщиков. От настоящего… эээ… художника!
Мистер Луноброд фыркнул, вне себя от досады. Значит, колбаски украл вовсе не Арно. А его странное поведение объяснялось тем, что он стащил… бесценные жемчужины!
– Пора уносить отсюда лапы, – проворчал чёрный кот. – Это дела людей, пусть они ими и занимаются. А нам следует вновь пуститься по следу злополучных колбасок.
– Согласна, – мяукнула Жозефина. – Додо, выведи нас отсюда. А ты, Помпончик… Помпончик?! Где же наш Помпончик?
– О нет! – мяукнул Луноброд. – Не может быть, чтобы он снова пропал!
Однако на этот раз котёнок никуда не пропадал. Сначала он забрался на старую гитару, потом перепрыгнул на пожарную сирену с ржавой рукояткой и наконец залез в старинный шлем, сделанный, видимо, для какого-то спектакля.
Услышав, что его зовут друзья, Помпончик высунул мордочку из шлема и помахал лапой:
– Эй! Я здесь!
– Живее, Помпончик, – крикнул Додо.
– Смываемся отсюда…
Марсельезыч прыгнул на гитару, но так как бродяга был намного тяжелее котёнка, то инструмент накренился и рухнул прямо на старые барабаны. Раздался страшный грохот: Бум! Барабам! Дрям! Пататам!
Испуганный резким шумом, Додо подскочил и вцепился в рукоятку пожарной сирены – она пронзительно и тревожно завыла: УУУЭЭЭЭУУУУЭЭЭЭУУЭЭЭ!
– Полиция! – завопил господин в цилиндре, пускаясь наутёк.
– Полундра, легавые! – завизжал в ответ Драконье, быстро спрятал ожерелье и заперся в потайном закутке.
Коты под шумок выскочили из ломбарда и растворились в сумерках наступившего вечера.
Добежав до большой дороги, они дружно вздохнули и помчались вперёд, оставляя район Пигáль и мрачные трущобы далеко-далеко позади.
– А теперь что будем делать? – спросил Додо.
– Прежде всего я хочу принять ванну, – ответила Жозефина. – Ну и запашок идёт от нас! С меня хватит! Не желаю больше ходить в липкой и грязной шкурке.
– А я проголодался! – воскликнул Помпончик. – Сейчас как раз время ужина!
Котёнок был прав. К тому же после такого тяжёлого дня коты с лап валились от усталости.
– Ну что ж, тогда идём ко мне домой, – предложил Луноброд. – В этот час Бонне обычно отправляется бродить по бульварам и рисовать виды ночного города… А этот олух Луисон ещё долго будет шпионить за лавкой Лампоннар. Так что дома не будет ни души, сами увидите!
Итак, вся компания вернулась в мансарду на улице Виктóра Массé. Там мяуки быстро искупались в ванне, а потом полакомились копчёной рыбкой-барабулькой, которую хозяин Луноброда не доел вчера за обедом.
Закончив трапезу, Додо принялся насторожённо обнюхивать воздух.
– Скажи-ка, Луноброд, ты ведь говорил, что колбаски Луисона пахли кориандром? Да отсохнут мои усы, если это не кориандр!
– Верно! – потянув воздух носом, согласилась Жозефина. – И я чувствую его аромат. Может, он идёт от одежды Луисона? Впрочем… мне кажется, что запах довольно сильный.
Заинтригованные коты пошли на запах. Они пробежали через гостиную, зашли на кухню, потом залезли под буфет… И увидели небольшую круглую дырку, прогрызенную в стене.
Это была норка Люка Мышелло.
– Эй, прохвост и воришка! – закричал Додо. – Немедленно вылезай! С колбасками на выход!
Луноброд фыркнул:
– Боже мяу, Додо! Сколько раз я тебе говорил – прекрати пугать беднягу Мышелло! Даю хвост на отсечение, что он не имеет к краже никакого…
Но кот не успел закончить фразу, так как из норки вылез бедный Мышелло, весь трясясь от страха. И действительно… в лапках он держал кусочек колбаски с кориандром!
Мышонок и пикнуть не успел, как Додо сгрёб его когтями и перенёс на кухонный стол, освещённый керосиновой лампой. Бедный зверёк зажмурился, ослеплённый ярким светом.
– Что, Мышелло, попался? – зашипел на него Марсельезыч, грозя мышонку длинным когтем. – Считай, что ты арестован! Ты имеешь право хранить молчание. Откровенно говоря, тебе и вправду лучше держать язык за зубами, раз уж ты попался с поличным в лапах… То есть с колбасой!
– Постой, Додо! – перебила его Жозефина. – По крайней мере дай ему ответить!
Бедный Мышелло задрожал от макушки до хвоста.
– Я-я-я… не-не-не… во-во-воровал колбаски, – в ужасе пропищал мышонок. – То-то-то есть я стащил только одну колбаску. И лишь потому, что был страшно голоден!
– Не верю! – воскликнул Додо.
А вот Мистер Луноброд мышонку поверил. Он дружил с Люком уже много лет и знал, что тот был великим обжорой… И уж точно не спекулировал колбасками!
После долгих колебаний Люк Мышелло поведал о том, что приключилось прошлой ночью:
– Вчера после лёгкого ужина я рано лёг спать… Через несколько часов я проснулся от страшного грохота. Сначала я решил, что началось землетрясение, но потом понял, что это был кузен Луисон – он храпел, как паровоз. Под такие раскаты заснуть я не мог, поэтому подумал, что неплохо было бы перекусить. И вдруг я почувствовал аромат колбасы с кориандром!
На морде Додо появилась ехидная ухмылка, словно он хотел сказать: «Я же вам говорил!»
Но Луноброд кивнул Мышелло – мол, продолжай.
– Аромат шёл из вентиляционной решётки. В этом здании полно старых труб, которые соединяют разные квартиры… Воздуховод, ведущий к погребу Бонне, находился рядом с моей норкой. Поэтому я проскользнул по трубе и скоро оказался в чулане. На полу валялись два ящика с выбитыми крышками… В одном ящике застрял кусочек колбаски… Ну, я его и взял! Вот и всё.
– Значит, когда ты прибыл на место преступления, колбаски уже стащили? – спросил Луноброд.
– Именно так, сударь, – ответил Мышелло.
Жозефина озадаченно потёрла лапой мордочку, а Додо снова выпустил свой грозный коготь:
– Не верю!
– Но это правда! – воскликнул Мышелло. – И потом, куда мне прятать краденое? Моя норка такая крошечная – эти колбаски там просто не поместятся! К тому же, труба ведёт из норки прямо в чуланчик, других лазеек там нет. При всём желании я бы не смог их украсть!
Мышонок говорил правду. Луноброд подошёл к Додо и положил ему лапу на плечо. Затем он мяукнул:
– Отпусти его, Додо. Я хочу проверить то, что нам сказал Мышелло!
Глава 7
Тайна старинных часов
Из всех котов только малыш Помпончик смог протиснуться в норку Мышелло. Она была столь тесной, что котёнку даже пришлось наклонить голову.
– Прошу прощения за беспорядок… – пробормотал Мышелло, пытаясь спрятать пару засохших корочек сыра под одеяло.
Мышонок показал Помпончику ржавую решётку, висевшую на одном винтике. Она покачивалась над тёмной и узкой дырой.
– Это и есть та самая труба, – объяснил Мышелло. – Зимой тут неуютно, гуляют сквозняки, зато летом замечательно! Пойдём, я тебе всё покажу.
Мышонок быстро юркнул в трубу, а Помпончик еле-еле пролез вслед за ним.
– Ух ты! – воскликнул он. – Как тут скользко…
Мышелло проворно спускался по трубе, перебегая от одного болта к другому.
– Сюда! Осторожнее, сударь…
Помпончик, даром что котёнок, был намного крупнее Мышелло. Труба уходила вниз очень круто, почти вертикально!
– Ой-ой-ой, проваливаюююсь! – завизжал Помпончик, поняв, что его лапки соскальзывают с железных стенок. Потеряв опору, котёнок стремительно полетел вниз по трубе.
Он пытался затормозить, пуская в ход когти, но ничего не мог поделать.
– Поберегись, Мышелло-о-о-о-о! – закричал он, налетая на бедного грызуна, словно снежная лавина.
Один за другим послышались глухие удары – это от стенок трубы отскакивал то полосатый клубок шерсти, которым был Помпончик, то маленький клубочек цвета кофе с молоком – Мышелло. В конце концов они вылетели из трубы как пробка из бутылки. С налёта два клубка врезались в Додо – он как раз заходил в погреб Бонне.
– Пёс вас укуси! – пробормотал бродяга. – От вас нет ни минуты покоя!
Впрочем, этот головокружительный спуск по трубе лишь подтвердил слова Мышелло: в чуланчике не было даже небольшого окна. Попасть туда можно было только через дверь (в ночь кражи она была заперта на ключ) или через решётку трубы (которая вела в норку Мышелло и не имела других лазеек).
– Что-то тут не так, – мяукнула Жозефина, остановившись посреди погреба и медленным взглядом обводя всё вокруг. – Раз уж загадочный вор сюда зашёл, он должен был оставить хоть какие-то следы!
– Верно! – кивнул Луноброд. – Давайте тщательно обыщем чулан. Что-нибудь да и найдём! Но сначала… Додо, тебе не кажется, что ты должен перед кем-то извиниться?
– Гмм? – озадаченно буркнул Марсельезыч. Тогда Мистер Луноброд указал лапой на Люка Мышелло:
– Ты напугал мышонка до смерти, у него даже усики побелели от страха!
– Что ж, возможно, я немного погорячился, – признался Додо, шевеля усами. – Но… бродячий кот, который извиняется перед мышонком… Такого не бывает!
Конечно, такое объяснение никуда не годилось, но коты знали, какой у Додо несносный характер, и не ждали от него бóльшего. Мышелло же хотел поскорее вернуться в свою норку и забыть этот день как страшный сон.
Меж тем мяуки взялись за дело: Жозефина запрыгнула в один из ящиков с выбитой крышкой и принялась обнюхивать дно.
Луноброд внимательно искал следы на полу. Додо с видом заправского взломщика изучал дверь и замóк. А Помпончик осматривал старый хлам, который валялся в чулане: на полках стояли батареи бутылок и консервных банок, пустая оплетённая бутыль и пара старых чемоданов, поросших плесенью… Но особенно котёнку понравились солидные настенные часы с маятником. Корпус был сделан из цельного куска дерева: сверху – большой циферблат, а снизу – шкафчик с запылённой стеклянной дверцей, сквозь которую виднелся медный маятник.
Конечно, маятник уже давным-давно застыл на месте. К тому же часы были так изъедены жучком-точильщиком, что никому бы и в голову не пришло их вешать в гостиной. И всё же этот странный и громоздкий предмет крайне заинтересовал Помпончика.
Недолго думая, котёнок запрыгнул на старую бутыль, оттуда перемахнул на покосившуюся балку. Шасть – и котёнок уже наверху старинных часов. Но вот незадача, деревянный корпус так прогнил от влаги, что не смог выдержать веса малыша.
Хрусть! Дерево обломилось прямо под лапками котёнка. Помпончик провалился внутрь часов, перескочил с одного механизма часов на другой, полетел вниз и угодил в старый медный маятник.
Бооом! Внезапно ожив, пропели часы густым басом, который ещё долго отзывался эхом в подполе.
Остальные коты дружно повернулись к часам.
– Помпончик, ты не ушибся? – тотчас спросила Жозефина.
– Нет-нет, ничего… Это виновата сломанная рухлядь! – ответил Помпончик, пытаясь выбраться из шкафчика, скрывающего маятник. Малыш толкнул лапой дверцу, и она со скрипом распахнулась.
В эту минуту Мистер Луноброд застыл на месте, навострив уши.
– Здесь что-то не так! – пробормотал он. – Если кошачье чутьё меня не обманывает… Помпончик, не мог бы ты ещё раз проделать то же самое?
У Помпончика округлились глаза: ещё никто и никогда не просил его повторить шалость! Крайне довольный, что на этот раз его даже не побранили, котёнок шустро вскарабкался на самый верх часов и вновь грохнулся на медный маятник.
Старинные часы снова ожили: бооом!
– Ах! – воскликнул Луноброд. – Я так и знал, что мой слух меня не обманывает!
– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Додо, который не услышал ничего необычного.
– Бой часов. Вы слышали, какой раздался звук? Как будто… Как будто за часами скрывается дыра!
– Дыра?! – недоверчиво повторил Додо. Он живо подбежал к часам, одним прыжком забрался внутрь и принялся простукивать лапой заднюю стенку часов: тук-тук-тук! Пам-пам! Тук-тук!
Луноброд был прав. Посредине часов удары звучали совершенно по-другому, как будто за ними было пустое пространство.
– Ребята, это дерево прогнило насквозь! – крикнул своим друзьям Додо. – И если мы немного постараемся…
Коты поняли его с полуслова – Луноброд, Жозефина и Помпончик тотчас залезли в часы, чтобы помочь бродяге.
Мяукам пришлось изрядно поработать когтями и лапами. Наконец они пробили брешь в задней стенке часов. Сомнений больше не было – за старинными часами таилось круглое отверстие. Похоже, это был выход старой трубы диаметром примерно с кофейную чашку.
– Твоя правда, Луноброд! – мяукнул Помпончик. – Тут есть лаз!
– Вот тайна и разгадана! – воскликнула Жозефина, и её голубые глаза вспыхнули во тьме, как два сапфира.
– Разгадана, да не до конца… – возразил Додо. – Если вор пришёл по трубе, то непонятно, как он проник в чулан, ведь тут висели часы?
Луноброд просунул морду в брешь, которую коты только что пробили в деревянной стенке часов.
– Часы сильно перекошены, – объяснил он, деловито осматривая место. – А между стеной чулана и корпусом часов я вижу пространство, куда могут пролезть как минимум две лапы…
– Две лапы, говоришь? – задумчиво повторила Жозефина.
– Но это значит… – начал Додо, удивлённо округляя глаза.
– …что наши воры были совсем маленькие, а такое нам и в голову не приходило! – закончил Луноброд, повернувшись к своим друзьям.
Глава 8
Мыши, крысы и крокодилы
Четвёрка котов с подозрением уставилась на странную дыру, открывшуюся перед ними.
На первый взгляд лаз казался довольно широким – в него запросто мог пролезть целый кот. Видимо, трубу уже давно не использовали – внутри она была совершенно сухой и немного пыльной.
– Нюф-нюф, – внюхался Додо, просунув морду в дыру. – Кориандр! Здесь явно проносили колбаски!
– Значит, Луноброд был прав, – заметила Жозефина. – Вор проник по трубе, но человеку здесь не пройти. Значит, это были не люди.
Луноброд, не раздумывая, нырнул в трубу. С одной стороны труба заросла известняком, поэтому кот пополз по другой стороне. Жозефина, Додо и Помпончик последовали за ним.
В трубе было темным-темно, но так как коты прекрасно видели даже в кромешной тьме, то Луноброд и его приятели уверенно шли вперёд. К тому же мяуки отлично ориентировались в пространстве – они поняли, что вышли из дома Бонне и оказались под тротуаром улицы Виктора Массе. Коты спускались всё глубже и глубже, двигаясь под фундаментом особняка напротив, и вдруг…
– Решётка, – пробормотал Луноброд. – Мы дошли до конца. Странно всё это.
Чёрный кот подтолкнул ржавую решётку мордочкой, выпрыгнул из трубы и очутился на полу большого склада.
Мгновение спустя его друзья тоже вынырнули из трубы. Просторное помещение казалось безлюдным, вокруг – тишина.
Мистер Луноброд огляделся, втянул ноздрями воздух и тотчас понял, куда он попал. Запах муки! Это, без сомнения, был склад кондитерской Фриссон, закрытой уже очень давно.
Кот задумался о тайнах, которые могла скрывать старая кондитерская, но вдруг во тьме послышалось какое-то шуршание. Четвёрка котов замерла на месте, навострив уши.
Это были мыши. И, судя по шуму мышиной возни, на складе их было несколько дюжин.
Коты понимающе переглянулись и, не издавая ни звука, живо нырнули в темноту. Они прошмыгнули за колонной и вскарабкались по старому шкафу, оставляя на пыльной поверхности лишь лёгкие отпечатки лапок.
Луноброд уцепился за тёмную деревянную балку, забрался на неё и помог залезть Помпончику. Жозефина и Додо, запрыгнув на балку, очутились рядом. При этом коты не издали ни единого звука. Говорят, что коты и мыши люто ненавидят друг друга. Поверьте, это всё басни, придуманные людьми! На самом деле коты предпочитают есть не мышей, а бифштексы и свежие сардинки!
Правда, почему-то многие мыши до смерти боятся котов. Одна только тень кота может обратить в бегство целое полчище длиннохвостых. А надо заметить, что на складе мышей было пруд пруди. Со своего места Луноброду и его друзьям было всё прекрасно видно. Казалось, что пол был покрыт шевелящимся ковром из розовых хвостиков, острых зубок и серых шубок.
Додо сосредоточенно обнюхал воздух и неожиданно махнул облезлым хвостом на увесистый мешок, валявшийся на полу.
– Запах кориандра идёт отсюда, – уверенно сказал бродяга. – Клянусь своими усами – этот мешок набит колбасками!
Мистер Луноброд огорчённо вздохнул:
– Только этого не хватало. Если Луисон узнает, что мыши колбаски стащили, он не отправит свою продукцию на конкурс. Вы же знаете, какие привереды эти люди!
– Ну и что! – фыркнул Додо. – Тогда я сам их съем, делов-то. Впрочем…
Марсельезыч осёкся, увидев, что к мешку подбежали три грызуна.
Две особи были очень похожи на других мышей, что сновали на складе.
А вот третья, с тёмной шёрсткой и жёлтыми острыми зубами, была намного крупнее других. Это была не простая мышь, а крыса из канализации.
– Постойте-ка! Я знаю эту зверюгу! – прошептал Додо. – Это крыса из банды Тенардье!
При этих словах Помпончик задрожал как овечий хвост, а Жозефина и Луноброд тревожно переглянулись. Они слишком хорошо знали Тенардье. Это был крокодил, а точнее аллигатор-альбинос с такими огромными зубами, что железные балки он щёлкал как орешки. Он же был крокодилом!
Приехав в Париж ещё малышом, Тенардье устроил себе в городской канализации уютное гнёздышко (если честно, то нора у него была просто королевская).
Потом крокодил завербовал парижских крыс, наложил лапу на все помойки города и стал главарём мусорной мафии.
Тенардье был столь грозен и всемогущ, что наводил ужас на всех.
Но это ещё не всё. Так случилось, что аллигатор оказал котам услугу, и теперь за ними числился должок. Не так давно бандиты похитили Пьера Паштета, знаменитого повара и хозяина Помпончика. Тенардье и его подручные помогли котам, направив их по верному следу. «Долг платежом красен, – предупредил их тогда крокодил. – Теперь вы мои должники!»
– О, проклятье! – пробормотал Луноброд – Моё шестое чувство говорит, что на этот раз мы влипли не на шутку!
– Тссс… – шикнула Жозефина. – Эти мыши о чём-то говорят. Дайте послушать.
И в самом деле, грызуны остановились прямо перед мешком и тихонько запищали о чём-то.
– Ну что? – спросила канализационная крыса. – Вы точно выполнили указания? Если Тенардье останется недоволен, мы все познакомимся с его зубами. Скоро его день рождения, и он должен быть идеальным!
Один мышонок решительно кивнул.
– Всё прошло как по маслу! – пропищал он. – Колбаски в мешке в целости и сохранности!
– Гм… а они и вправду такие вкусные, как о них говорят?
– Так точно, сударыня! – воскликнул другой мышонок. – Перед тем как завязать мешок, мы решили съесть одну колбаску, чтобы оценить товар… Честное мышиное, ничего вкуснее мы в жизни не ели!
Канализационная крыса сверкнула злыми глазками:
– Ах, так значит, вы съели целую колбаску?!
– Да-с, сударыня! – ответил дерзкий мышонок.
– Там их было так много, что…
– Эх, мышиная твоя голова! – перебила крыса, шлёпнув зверька по голове. – Если Тенардье об этом узнает, он тебе откусит усы! Скажи спасибо, что у меня доброе сердце – я вас не выдам! Но смотрите, больше не проказничайте! И доставьте товар точно по адресу: набережная Сены, барак № 27. Ясно?
Глава 9
Вечеринка в разгаре
Мыши всё поняли с полуслова. Они подняли острые мордочки и пронзительно засвистели. В мгновение ока все складские грызуны собрались вокруг мешка.
– Живо, братцы, одна лапа здесь, другая там! – запищали два мышиных бригадира.
– Барак номер 27!
– Набережная Сены!
– Мы нужны хозяину!
Через минуту мыши подняли огромный холщовый мешок и уложили его на небольшую деревянную тележку, что стояла у входа. К тележке они привязали множество верёвочек. Каждая мышь схватила зубами по верёвочке и приготовилась тащить ценный груз.
– Почему мы не бежим за ними? – взволнованно спросил Помпончик. – Они уходят и уносят с собой колбаски!
Додо, растроганный наивностью котёнка, усмехнулся в усы.
А Мистер Луноброд грустно вздохнул:
– Это не так-то просто, малыш. Если мы набросимся на мышей, то обнаружим себя… А Тенардье не должен знать, кто ему испортит вечеринку. Поверь мне!
Коты похолодели от одной мысли о зубастой пасти крокодила.
– Ну и что? – спросила Жозефина. – Ты ведь не хочешь бросить расследование?
– Ни за что на свете! – воскликнул Мистер Луноброд. – Но вернуть колбаски будет непросто. И помните – мы все в долгу у крокодила… А вернуть долг – дело кошачьей чести!
Перво-наперво надо было обследовать склады, что тянулись вдоль Сены в квартале Берси.
В этих деревянных бараках перевозчики оставляли на зимовку свои лодки и хранили товар, ждущий отправки по реке. Со временем у берега скопилось много бесхозных лодочек – позабытые всеми, они круглый год стояли под солнцем и дождём.
Меж тем кондитерская Фриссон опустела. Поняв, что мыши ушли, коты со всех лап помчались прочь. Они сели на трамвай, потом проехали на такси, затем запрыгнули на крышу экипажа и наконец прибыли на место.
Было уже очень поздно. На улицах Парижа вспыхнули газовые фонари, а высоко в небе взошла луна – круглая и сверкающая, словно большой уличный фонарь.
Набережная реки Сены, где вереницей тянулись склады и бараки, была погружена во тьму. Кругом царила тишина – в столь поздний час товары уже не перевозили, а работники складов давно разошлись по домам.
И только в одном бараке горел свет. На стене этого здания тёмной краской были выведены две цифры: 27. Вокруг наблюдалось какое-то движение.
Барак, хоть и был больше соседних построек, производил грустное впечатление: крыша зияла дырками, а стены прохудились так, что сквозь щели можно было разглядеть, что внутри.
Луноброд и его друзья решили этим воспользоваться. Они беззвучно подкрались с тёмной стороны здания и прильнули к щёлке. То, что они увидели, лишило их дара речи!
Внутри барак был украшен причудливыми гирляндами из мятой бумаги, разбитых стаканов, расплющенных жестяных банок и других цветных и блестящих предметов, которые легко найти на любой помойке. Посередине земляного пола был выкопан широкий бассейн, наполненный болотной жижей. В нём весело плескались не меньше пяти гигантских крокодилов с острыми когтями и блестящими зубами. Они блаженно перекатывались с одного бока на другой, будто на свете не было занятия приятнее, чем барахтаться в липкой грязи.
Вокруг бассейна как угорелые носились дюжины крыс – они подносили крокодилам бокалы с напитками и лёгкие закуски.
– Пёс меня укуси, – тихо усмехнулся Додо. – Ну и зрелище! Никогда не думал, что увижу нечто подобное.