Когда мы вошли, тщательно затворив за собой дверь, Эд устало плюхнулся в кресло. Мы с Иветтой заняли диван. Только Кайя осталась стоять, не решаясь занять сове обычное место рядом с вожаком. Наконец, она тоже присела на краешек дивана.

Я пожал протянутую руку.

– Так чего такого вы хотели сказать, что вам потребовалось утащить меня от стаи?

— Очень приятно, а я мистер Шилд.

– Никто никого не тащил, - напомнила Иветта. - Просто есть вещи, которые стае лучше не знать.

– Например?

— А это миссис Керридж, моя… одна из наших слуг, — тут же поправился Чарльз. — Ей незачем было спускаться со мною, но она настояла.

– Например, кто настоящий отец Кайи, - сказала я.

– И кто же он?

Я кивнул миссис Керридж, она в ответ наклонила голову.

– Он демон, - тихо ответила Кайя. - Один из главных.

– Демон? - глаза Эда стали шире, чем полагается. Если он шибко верующий, то у нас возникнут проблемы, и Кайе, вполне вероятно, придется уйти из стаи. Вот блин! Все это пронеслось в моей голове, пока Эд пережевывал свои мысли. Но вот он, кажется, отошел от первого впечатления, и сказал. - Многое приходилось мне повидать, но с демонами сталкиваться не приходилось.

— Мне хотелось бы узнать, сэр, прибыл ли багаж мастера Чарльза в школу.

\"И слава Богу!\" - чуть было не ляпнула я. Но, к счастью сумела удержать язык за зубами. А то бы все испортила!

– Значит, ты тоже демон? - спросил Эд у девушки.

— Боюсь, я не знаю. Но уверен, его отсутствие не останется незамеченным.

– Нет, - вздохнула та. - Я полукровка. Моя мать была практически обычным человеком. Поэтому я и не могу остаться с отцом. Долгое пребывание в его мире губительно для меня.

– А он что же? - Эд почти в точности повторял мои вопросы.

— Хозяйка просила меня сообщить вам, что мастер Чарльз легко простужается. И если начнет холодать, то желательно поддевать ему фланелевую нижнюю рубашку.

– Ему запретили появляться в этом мире. Из-за меня… Из-за того, что я родилась.

– Потому тебя и подкинули? Но к чему этот маскарад? Мальчик-девочка, какая разница?

Мальчик фыркнул. Я кивнул с серьезным видом. Да, мои мысли были заняты одеждой нового ученика, но совсем не в том смысле, как хотелось бы миссис Керридж или миссис Франт. По своему ли собственному желанию или по прихоти матери мастер Чарльз был одет в отлично скроенную шинель оливкового цвета с черными аксельбантами. Под мышкой он нес фуражку с длинной красивой кисточкой, а в левой руке сжимал тросточку.

– Отец боялся, что меня станут искать, чтобы навредить. Это был способ маскировки. Не думаю, что самый лучший.

– Ладно, черт с этим. Но зачем были нужны все эти заговоры? Зачем ты заговорила мой кулон?

— Сейчас подадут карету, сэр, — сказала миссис Керридж. — А саквояж мастера Чарльза уже в прихожей. Вы не хотите перекусить перед поездкой?

– Чтобы защитить… тебя, - почти прошептала Кайя, закутываясь в пальто, словно здесь было холодно. Но холодно не было. Уж поверьте мне, я тут сидела черте в чем. Мой древнеегипетский наряд ну никак не вязался с обстановкой.

Мальчик нетерпеливо подпрыгивал.

— Нет, благодарю вас.

– Защитить? Меня? От чего? - такое для Эда было в новинку, он привык сам быть защитником.

– От смерти в этой битве, - голос девушки звучал тихо, но уверенно. Я даже удивилась.

— А вот и карета, — он подбежал к окну. — Да, это наша!

– Но если правда это, то и все остальное… - похоже, до вожака стала доходить суть произошедших событий.

– Выходит, ты пыталась завладеть моим сознанием? - глаза Иветты сурово сузились.

Миссис Керридж посмотрела на меня и нахмурилась:

– Не сознанием, телом, - поправила я. - Сначала хотела завладеть моим - не получилось, и она предприняла попытку с тобой.

— Бедный ягненочек, — пробормотала она тихонько, чтобы Чарльз не слышал. — Он никогда раньше не покидал отчий дом.

– Это так? - как сыч нахмурился Эд.

Кайя кивнула. В ее глазах не было ни капли раскаянья. Дерзко взглянув на вожака, она сказала:

Я кивнул и улыбнулся в надежде, что моя улыбка обнадежит миссис Керридж. Когда мы открыли дверь, лакей уже ждал у выхода, а паж-арапчонок, не намного старше самого Чарльза, стоял рядом с саквояжем. Чарльз Франт, снисходительно улыбаясь слугам отца, спустился вниз по лестнице с чувством собственного достоинства, приличествующим королевским гвардейцам, и лишь слегка подпортил картину, когда запрыгивал в карету. Мы с миссис Керридж шли позади мальчика чуть медленнее, словно два прислужника в церкви.

– Да, я хотела завладеть телом Лео или Иветты. Но у меня не хватило сил надолго удержать то, что я все-таки получила. И той ночью… той ночью, Эд, с тобой была я. Иветта была всего лишь зрителем. Именно этого я и хотела.

Эд как сидел, так и остался сидеть. С открытым ртом. Будто кто-то тихо подкрался к нему сзади и огрел пыльным мешком. Ошеломление - это уже предыдущий этап. Шок - это по-нашему.

— Он такой маленький для своего возраста, — пробормотала миссис Керридж.

– Зачем? - тихо, и даже как-то робко спросил Эд.

Я улыбнулся.

Я не выдержала, фыркнула:

— Красивый мальчик.

– Вот ведь дубина!

– Что-о? - брови Эда тотчас взметнулись вверх, как два гимнаста в прыжке.

— Весь в мать.

– Ты что, Эд, совсем слепой? - Остапа понесло, что называется. Слова так и рвались наружу. Куча нелицеприятных эпитетов в адрес Эда толпились в очереди. - А еще вожак!

– В чем, собственно, дело? - глаза вервольфа недобро вспыхнули. Но у меня припасен хороший огнетушитель, образно выражаясь. Глядя ему прямо в глаза, я выдала:

— А она не приехала с ним проститься?

– Кайя любит тебя, идиот! И очень давно.

— Ухаживает за своим дядюшкой, — миссис Керридж состроила гримасу. — Бедный джентльмен при смерти, очень тяжело отходит, иначе мадам была бы здесь. Но ведь с мастером Чарльзом все будет в порядке, сэр? Мальчишки бывают такими жестокими, он даже представить себе не может, он мало общался со сверстниками.

Эд опять вошел в ступор. Блин, какой мы нежный и легко зависающий механизм! Прям Windows 2000! Я переглянулась с Иветтой, она с усмешкой пожала плечами, словно говоря: \"Что взять с убогого?\" Мне уже подумалось, не стукнуть ли его для профилактики, чтоб в себя пришел. Но Эд сам заговорил:

— Да, сначала может быть непросто. Но большинство мальчиков находят, что и в школе можно хорошо проводить время. Как только привыкнешь.

– Он… она меня… любит? Кай… Кайя…

— Мать очень волнуется за него.

– Да, Эд, люблю, - подтвердила девушка. Нет, сейчас она казалась собранней, чем сам Эд. И совсем не робела. Мне это нравилось. - Люблю, несмотря на то, что ты меня фактически игнорировал, считал, что я лишь ребенок.

– Но я… я думал, что это другое. Ты же был… была мальчиком.

— Часто мы заранее представляем себе некое событие гораздо более страшным, чем оно оказывается в действительности. Вы должны попытаться…

– Некоторых это бы не остановило, - вздохнула Кайя, устало откинувшись на спинку дивана. Повернув голову к Иветте, она сказала, - Ты прости, что я так нагло воспользовалась твоим телом. Но я…

Я осекся, поняв, что миссис Керридж не смотрит в мою сторону. Ее внимание привлек экипаж, вихрем вылетевший на площадь с Монтегю-стрит. Это была легкая коляска, выкрашенная в зеленый и золотой цвета, запряженная парой рыжих лошадей. Кучер проскользнул между двумя другими колясками, и экипаж остановился за нашей каретой, между колесами и тротуаром оставалась пара дюймов.[9] Кучер снова сел на козлы с видом человека, чрезвычайно довольного собой.

– Эх, молодо-зелено! Все бы вам на баррикады бежать, - усмехнулась волчица. И, секунду подумав, сказала, - Ладно, я снимаю свой вызов.

– Так просто? - удивился Эд, ненадолго выпав из ступора, в котором, похоже, пребывал последние полчаса нашего разговора.

— О господи, — пробормотала миссис Керридж, но с улыбкой.

– Нет, ну если ты хочешь, чтобы я тебя еще потрепала, можем продолжить, - протянула Иветта. - При вновь открывшихся обстоятельствах я вижу, что твоя вина не так уж велика. Да и Кайю я понять могу.

Стекло опустилось. Я мельком увидел бледное личико и густые золотисто-каштановые локоны, частично скрытые широкой шляпой с отделкой из фая.[10]

– Спасибо, - поблагодарила девушка. По-моему - вполне искренне. Похоже, я начинаю ей симпатизировать.

– Что ж, - опять заговорил Эд, - Тогда дело можем считать закрытым.

— Керридж! — воскликнула девушка. — Керридж, дорогая моя. Я успела? Где Чарли?

Мы с Иветтой кивнули. Но Кайю подобный ответ не удовлетворил. Она встала с дивана и направилась к Эду. На ходу пальто распахивалось, показывая линию стройных ног едва ли не до талии. Эд не сводил с нее глаз. Да и вряд ли кому это было под силу. Преображенная Кайя оказалась чудо как хорошо.

Чарльз выскочил из кареты и бросился по тротуару.

Опустившись перед креслом вожака на колени, Кайя не посмотрела, а скорее воззрилась на него, спросив:

— Вам нравится этот костюм, кузина Флора? Просто отличный, правда?

– А как же я, Эд? Что ты решил насчет меня?

— Ты очень красивый, — сказала девушка. — Вылитый военный.

– Ты… - Вервольф старательно отводил взгляд.

Чарльз запрокинул лицо для поцелуя. Девушка наклонилась, и я рассмотрел ее получше. Оказалось, она старше, чем я подумал вначале, скорее молодая женщина, а не девушка. Миссис Керридж подошла за своей порцией поцелуев. Затем взгляд молодой женщины упал на меня.

– Да, я. Как ты поступишь со мной? - Кайя была непреклонна. - Я тебе безразлична?

Эд наконец-то поднял на нее глаза. Осторожно, будто с опаской, взял руку Кайи в свою, и я скорее по губам прочла, нежели услышала:

— А это кто? Ты нас представишь, Чарли?

– Нет.

– Что нет? - голос Кайи упал до шепота.

Мальчик зарделся.

– Ты мне не безразлична. Но столь разительная перемена…

— Прошу прощения, кузина Флора. Позвольте представить вам мистера Шилда, учителя из школы мистера Брэнсби, ну, где я буду учиться, — он сглотнул и пробормотал: — Мистер Шилд, моя кузина мисс Карсуолл.

– Только не говори, что любил во мне мальчика! - воскликнула девушка. - Я люблю тебя!

– Но я ведь намного старше тебя, - неуверенно возразил Эд.

Я поклонился. Мисс Карсуолл с большим достоинством протянула мне руку. Это была крошечная ручка, которая, казалось, утонула в моей. Насколько я помню, на ней были сиреневые перчатки в тон длинной мантилье, накинутой поверх белого муслинового платья.

– Какая чушь! Я хочу услышать твое сердце. Что говорит оно?

Сердце… Я усмехнулась про себя. Сердце Эда давно все решило. Каким-то образом я могла его прочесть даже несмотря на защитные барьеры. Наверное, сила Ашаны была слишком близко и позволяла увидеть то, что другим недоступно. Перед моим мысленным взором промелькнула целая вереница образов.

— Вы собирались отвезти моего кузена в школу, да? Не смею задерживать вас, сэр. Я просто хотела попрощаться с ним и передать ему вот это.

Я чувствовала смятенье Эда, но не только столь резкое изменение Кайи было тому виной. То, что она наполовину демон, вообще никак не повлияло на него.

Она развязала тесемки ридикюля и достала маленький кошелечек, который протянула мальчику.

Эд помнил, с каким восхищением и обожанием смотрел на него Кай, когда тот обучал мальчишку умению ходить по лесу. Помнил, какой тот легкий - они тогда снимали волан с дерева. Помнил, как иногда заходил в комнату Кая, когда тот спал, и гнал от себя противоречивые чувства. Вот в чем проблема. Эда всегда влекло к Кайе, и сейчас, когда все обстоятельства за него, Эд оторопел. Испугался последствий. Кайя казалась ему такой юной и хрупкой. Он банально боялся испортить ей жизнь. Хотя из них двоих, я бы сказала, что Кайя сильнее. Сильнее по духу. И неизвестно кто кого.

— Спрячь в надежное место, Чарли. Возможно, ты захочешь угостить своих друзей, — она наклонилась, поцеловала его в макушку, а потом легонько оттолкнула от себя. — Мама передает тебе сердечный привет, я с нею виделась мельком у дяди Джорджа.

– Мое сердце… - промямлил Эд. Вот сейчас он готов был все испортить!

На мгновение лицо мальчика потухло, исчезли следы радости и возбуждения.

Я не выдержала. Пробормотав сама себе: \"Я Купидон - любовь несущий\", я сказала:

– Эд, прежде чем что-либо решить, позволь мне высказаться.

Мисс Карсуолл похлопала его по плечу.

Он удивленно поднял бровь, но ничего не сказал, а молчание, как известно, знак согласия. Поэтому я продолжила:

— Она не может оставить дядюшку в такой момент, — мисс Карсуолл подняла глаза и посмотрела на меня и миссис Керридж. — Не смею вас больше задерживать. Керридж, дорогая, можно выпить с вами чаю перед отъездом? Как в старые добрые времена.

– Ты так долго искал кайо для себя и стаи. Ты предлагал стать ею совершенно чужим оборотням. Например мне и Иветте. И тут судьба сама за тебя все решила.

— Мистер Франт дома.

– Хочешь, чтобы я сделал ее кайо стаи Стального Когтя?

– Дело не в том, что хочу я, а в том, что хочешь ты, Эд. Я лишь скажу, что более подходящего кандидата тебе не найти. Ты хорошо знаешь Кайю, а ее сила укрепит твою власть, - я уж не стала говорить, что сила девушки превышает его собственную.

— Ой, — юная леди усмехнулась, и они с миссис Керридж обменялись понимающими взглядами. — Господи, чуть не забыла. Я обещалась заехать к Эмме Трентон. Может быть, в другой раз, и мы с вами почитаем что-нибудь, как раньше.

Эд, так и не выпустив руки Кайи из своей, посмотрел на нее, и я увидела, что нежность наконец-то разбила ледяную корку его собственных страхов. Он спросил у девушки:

Отъезд мисс Карсуолл был сигналом и к нашему отправлению. Я следом за Чарли сел в карету. Через мгновение мы повернули на Саутгемптон-роу. Мальчик забился в уголок и отвернулся, глядя в окно. Кисточка на его смешной фуражке раскачивалась и подпрыгивала.

– Ты действительно хочешь этого? Хочешь стать моей кайо?

Флору Карсуолл в отличие от миссис Франт нельзя было назвать красавицей. Но в ней чувствовалась зрелость, она была похожа на спелый фрукт, ожидающий, когда же его сорвут и съедят.

– Я готова быть кем угодно, лишь бы быть с тобой. Как ты этого не понимаешь?

– Понимаю. Но ты такая молоденькая, такая хрупкая. А кайо - это не только красивое слово. Если кто-то бросит тебе вызов?

8

– Пусть попробуют! - не слишком-то по-доброму улыбнулась Кайя, и ее глаза опять мерцнули тьмой.

В ту ночь я не мог уснуть. Меня охватило странное волнение, оно никак не оставляло в покое. Возникло ощущение, что в тот день я вступил в новую эру своей жизни, словно произошедшие события вдруг обернулись рекой, разграничивающей два государства. Я ворочался в узкой постели и вздыхал. По бою часов я определял, который час и сколько прошло времени. В конце концов, вскоре после того, как часы пробили половину второго, бессонница вытолкнула меня из теплой постели, и я пошел выкурить трубку.

Я сочла нужным снова вставить свои три копейки:

– Кайя, на данный момент, самая сильная самка в твоей стае, Эд. Просто раньше ее не принимали всерьез. Может, по доминантности она и уступает кому-то, - я имела в виду Жанну, - Но это до тех пор, пока она не стала кайо.

Нюхательный табак мистера Брэнсби был единственным приемлемым для джентльмена сортом табака, поэтому нам с Дэнси приходилось курить на улице. Но я знал, где спрятан ключ от черного входа. Через минуту я уже шагал по лужайке, и мои шаги по влажной траве были совершенно не слышны. Небо закрыли несколько облачков, но звезды светили достаточно ярко, чтобы разобрать дорогу. На юге темнота слегка рассеивалась, превращаясь в желтый туман, — это горели огни Лондона, города, который никогда не спит. Под кронами деревьев царила непроглядная тьма. Спрятавшись под буком, я выкурил трубку, прислонившись к стволу. Листья шелестели над головой. Еле слышный треск и шорохи у моих ног выдавали присутствие каких-то мелких скрытных зверюшек.

Эд пригляделся к девушке. Старался почувствовать ее силу. И Кайя ему это позволила. Ее сила потекла по комнате как что-то густое, почти осязаемое. Но не давящее. Как облако. Но как облако может стать грозовой тучей, так и в этой силе чувствовалась темная основа. Тьма в своей первозданной сути. Не зло и не добро. Просто тьма. Та, что в Древней Греции называлась Эреб.

Затем раздался другой звук. Визг. Настолько пронзительный, громкий и неожиданный, что я отшатнулся от ствола дерева и закашлялся. Звук шел от дома. Я услышал какой-то шум, но уже не такой громкий, царапанье металла о металл, за которым последовал сдавленный смех.

Надо сказать, сила Кайи впечатляла. Отец дал ей многое. Маг-перевертыш. Очень искусный и обладающей большим природным потенциалом. Вот уж действительно дочь Фенрира.

Да, такие способности могли быть опасны для Эда, но то, как Кайя на него смотрит… Если он ответит ей взаимностью то, пока она его любит, Эд будет непобедим. Очень мало кто сможет справиться с Кайей, а если учесть, что она может делиться своей силой, то и с Эдом тоже. Правда сама Кайя об этом, похоже, даже не задумывалась. Она не сводила глаз со своего возлюбленного, открываясь ему без остатка.

А Эд… коснувшись самой души девушки, он опять замер. Видимо, не ожидал ничего подобного. Но на сей раз он быстро обрел способность мыслить. Смахнув с ресницы что-то подозрительно влажное, он проговорил слегка охрипшим голосом:

– Прости. Я даже не думал, что ты… так…

Кайя виновато улыбнулась. Но ничего не сказала, она ждала, что скажет Эд. Да и мы с Иветтой тоже молчали, словно боялись спугнуть, сбить вожака с нужной мысли. А лицо вожака как-то просветлело, словно у него камень с души свалился.

Нежно тронув Кайю за лицо, Эд поцеловал девушку в щеку и сказал:

– Если ты только согласишься, я буду счастлив видеть тебя своей кайо, своей парой.

Я сгорбился, выколотил содержимое трубки на мягкую влажную землю и поспешил к школе, почти бесшумно двигаясь по опавшей листве и скорлупе прошлогодних буковых орехов. Глаза уже привыкли к темноте. Из окна чердака над крылом мальчиков свисало что-то белое, при этом сама комната была погружена во тьму. Я взял в сторону и побежал вдоль изгороди, где темнота сгущалась сильнее.

Кайя бросилась Эду на шею, одновременно впиваясь в него поцелуем. \"Что ж, - подумалось мне, - Кто-то должен быть более решительным\". Нет, в делах стаи Эд показался мне достаточно строгим и властным, бывают, конечно, и жестче, но все-таки. А вот в сердечных делах он оказался неожиданно робким. Ну да, думается мне, Кайя это изменит. Я это поняла по первой же фразе.

Чердак располагался не над тем крылом, где жили мы с Дэнси. Большинство учеников ночевали по десять-двенадцать человек внизу в общих спальнях. А на чердачном этаже мальчики жили в комнатах поменьше, но зато по двое-трое, если их родители изъявляли желание дополнительно оплачивать эту привилегию.

– Теперь нужно только сообщить стае о моем решении и провести обряд, - проговорил Эд, насилу выбравшись из кольца объятий. - Но некоторым это может не понравится.

– Что ж, им придется свыкнуться, что ты теперь мой, - улыбнулась Кайя. - Если будет нужно, я докажу это любому.

И снова я услышал, как кто-то задыхается от сдавленного хохота. Внезапно я понял, что это было, понял с такой яростной злостью, что она словно ослепила меня. Я быстро вошел в дом, зажег свечу, поднялся по лестнице на чердак над крылом мальчиков и очутился в узком коридоре. В тусклом свете я увидел пять дверей, все они были закрыты.

Эд рассмеялся и, кажется, не услышал рычащие нотки в ее голосе. Правда ему они и не предназначались.

– Да, - опомнился он. - Надо будет попросить у Жанны ее… благословления.

Я по очереди сунулся во все комнаты, пока не нашел нужную. Мерцающее пламя осветило три низеньких кровати. Из двух раздавалось громкое размеренное похрапывание, а из третьей — прерывистое дыхание человека, старающегося сдержать слезы. Окно было закрыто.

Кайя посерьезнела и почему-то переглянулась со мной. А мне сразу вспомнился наш с Жанной разговор тогда, поэтому я сказала:

— Кто живет в этой комнате? — спросил я, не потрудившись понизить голос.

– Мне кажется, она будет только за. Для нее главное, чтобы ты, Кайя, была счастлива, - а про себя подумала, что Эду нужно опасаться не этого, а знакомства с \"папочкой\". Судьба дважды сталкивала меня с демонами, и оба раза я многое бы отдала, чтобы этой встречи не было. Не самый приятный народ.

– Спасибо тебе, Лео, - Кайя, нехотя выскользнув из объятий Эда, пожала мне руку.

Один из мальчиков перестал храпеть. Зато второй начал храпеть с удвоенной силой. А третий мальчик, тот, что пытался не заплакать, затих.

– Не за что. Я преследовала свой интерес.

Я сдернул одеяла с ближайшей кровати и бросил их на пол. Хозяин кровати продолжал храпеть. Я поднес свечу к его лицу.

– Вот видишь, хорошо, что я не позволила тебе драться вместо себя, - усмехнулась Иветта.

— Квирд, завтра после утренних занятий задержитесь, пожалуйста.

– Ну да, тогда я вряд ли стала бы что-то выяснять и заставлять кое-кого признаваться. Я просто дралась бы до смерти.

У Эда на лице ничего не отразилось от моих слов, но он невольно дотронулся до плеча. Я знала, что Иветта оставила там довольно грубый отпечаток своих клыков.

Затем я повторил процедуру у следующей кровати. На этот раз провинившийся смотрел на меня, не притворяясь спящим.

– Ты бы попыталась, - сочла нужным напомнить Кайя.

– Нет, девочка. Магия против меня бессильна.

— И вы с ним за компанию, Морлей.

– Искра божественного… так, кажется, сказал Танат, - вспомнила девушка.

Тут моя нога зацепилась за что-то на полу. Я нагнулся и увидел веревку, свернувшуюся как греющаяся на солнышке змея, большая часть ее была затолкана под кровать Морлея.

– Только не говорите, что Лео - божество! - замотал головой Эд.

Я ничего не ответила, но слова \"возможно так оно и есть\" повисли в воздухе.

Зарычав от злости, я скинул покрывало с третьей кровати. На ней лежал Чарли Франт. Ночная рубашка задрана до подбородка, а рот завязан платком.

– Ладно, главное - все выяснилось, - решила разрядить обстановку Иветта. - И обошлось без смертоубийств.

Я выругался, потом поставил свечу на подоконник, поднял мальчика и поправил ночную рубашку. Он весь дрожал. Я развязал платок. Чарли выплюнул кляп, который старшие мальчики запихнули ему в рот. Его вырвало. А потом, не сказав ни слова, он снова упал на постель, отвернулся, спрятал голову в подушку и зарыдал.

– Уж в кои-то веки раз можно, - фыркнула я.

– Иветта, еще раз прошу простить меня, - Кайя виновато склонила голову. - Просто тогда это казалось мне единственно возможным выходом.

Морлей и Квирд вывешивали его за окно, привязывая за щиколотки к среднику окна, чтобы Чарли не выпал и не сломал себе шею.

Иветта стала серьезна и ответила:

– Насилие непросто забыть, Кайя. Это тяжелый удар, запомни. Но я не буду тебе мстить за это. Я не хочу тебе мстить.

— Увидимся с вами завтра, — услышал я собственный голос. — А пока не нахожу ни одной причины, которая помешала бы мне пороть вас дважды в день вплоть до Рождества.

– Я поняла тебя, - кивнула Кайя. - В свою очередь постараюсь больше никогда так не делать.

Я задумался, должен ли я увести юного Франта от его мучителей. Но что я буду с ним делать? Мальчику ведь нужно где-то спать. Да и суть-то собственно в том, что рано или поздно, днем или ночью, но юному Франту придется столкнуться с Квирдом и Морлеем. Наказать их — это одно, а пытаться оградить Чарли — совсем другое.

Не \"обещаю\", а \"постараюсь\" - умная девочка. Никогда не говори никогда. Те, кто попусту не разбрасывается обещаньями, всегда вызывают у меня уважение.

Я вернулся к себе и так и не заснул до рассвета. А когда, наконец, задремал, то оказалось, что до звонка, извещавшего о начале нового учебного дня, остались считанные минуты, и мне снова придется слушать, как маленькие дикари разбирают «Метаморфозы» Овидия.

– Как бы там ни было, - Эд снова обнял Кайю, словно теперь боялся выпустить ее из рук хотя бы на миг. - Я даже рад вашему приезду. Ведь иначе мы бы так и не обрели друг-друга, - похоже, он воспринял Кайю как подарок судьбы, тем самым устранив все недопонимание. - Мы всегда рады видеть вас в стае.

– Тебе еще объяснять ей своей выбор, - ответила Иветта, многозначительно улыбнувшись. - Но это уже не наше дело. Я только объявлю стае, что снимаю свой вызов, а вы уже объясните то, что сочтете нужным.

– Так и сделаем.

9

И мы, с видом заговорщиков, вышли из кабинета Эда. Когда мы вернулись на веранду, вся стая, ожидавшая нас, замерла, словно стоп-кадр нажали. Потом, пока Эд шел к своему креслу, началось нервное переглядывание. Я столкнулась взглядом с Жанной, и она глазами спросила:

Во время утренних занятий, до завтрака и после него, я наблюдал за Чарли Франтом. Мальчик отсел от остальных в самый дальний конец класса. Я не был уверен, переворачивает ли он страницы учебника и видит ли вообще, что там написано. Испачканная шинель перестала быть похожей на военную форму. На щеках — следы слез, на носу запеклись кровь и сопли. По пятнам на рукаве видно, как именно он вытирал нос.

– Ну, как?

– Все хорошо, - так же глазами ответила я, и было видно, как она успокоилась.

За завтраком я сообщил Дэнси о том, что произошло минувшей ночью. Более опытный Дэнси только пожал плечами:

– Стая! - пронесся над комнатой гулкий голос Эда, сразу привлекая к себе внимание. - Мы долго беседовали с Иветтой и ее кайо, но мы наконец-то устранили все недопонимание и смогли простить друг друга.

— Если парень поступит в школу Вестминстер, там ему придется намного хуже.

Иветта подошла к Эду, я от нее не отставала, и волчица сказала, обращаясь ко всем:

— Но мы не можем оставить сей инцидент без внимания.

– В свою очередь я хочу объявить, что снимаю свой вызов. Более того, я предлагаю заключить мир между нашими стаями.

Раздался одобрительный гул. Похоже, у всех присутствующих просто от сердца отлегло. Небось, многие приготовились уже к тому, что у них будет новый вожак.

— Мы не в состоянии помешать этому.

– Также у меня есть еще одна радостная новость, - продолжил Эд. - Я выбрал кайо.

— Но если бы ученики старших классов не просто демонстрировали свою власть над младшими, а в действительности брали бы их под свое крыло…

Многие опешили, некоторые стали выдвигаться поближе. Среди последних были Яна и Елена, ну и еще несколько самок. Жанна тоже заинтересовалась. Но, так как ее место находилось рядом с вожаком, то ей не нужно было никуда подвигаться. И так все видно.

Дэнси покачал головой:

– Кто она? - первой не выдержала Елена.

– Только не говори, что из этих, приезжих, - фыркнула Яна, на что Эд недобро взглянул, а Жанна подошла к ней, сказав свою коронную фразу:

– Ты забываешься, волчица, - та тотчас отступила, потупившись. Все-таки, при всей Яниной колкости, Жанна была для нее доминантом, и по иерархии стаи находилась выше ее.

— У нас тут не привилегированная частная школа, мы не привыкли к самоуправлению среди учеников.

В комнате вновь воцарилась тишина, и в этой тишине очень четко прозвучали слова Эда:

— А если я обращусь к мистеру Брэнсби, может, он если не исключит, то, по крайней мере, серьезно накажет их, я имею в виду Квирда и Морлея?

– Я избрал кайо стаи, это мой выбор. Стая Стального Когтя, примите же Кайю, как мою пару, запомните ее запах. Ее воля - моя воля, а моя - ее, и защищать будет вас, как я защищаю. Ибо отныне она вторая в стае после меня.

Далее началась стандартная процедура: вервольфы небольшими группками подходили к Кайе, чтобы дотронуться до нее, узнать ее запах. Потом должен был состоятся так называемый обряд посвящения. Но не сегодня. Для этого нужна полная луна.

— Вы забываете, мой дорогой Шилд, что на самом деле цель данного заведения — вовсе не образование детей. Если поразмыслить, эта школа всего лишь средство для зарабатывания денег. Вот почему мистер Брэнсби и вложил в нее свой капитал. Вот почему мы с вами сидим здесь и пьем жидкий кофе за счет мистера Брэнсби. И у Квирда, и у Морлея есть младшие братья, — снова губы Дэнси растянулись в полуулубке-полухмылке.

Мы не стали дожидаться, пока совет закончится, и под шумок удалились. Нам здесь больше делать было нечего.

— И ничего не сделать?

— Можете выпороть виновных, да так крепко, чтобы им было уже не до преследований несчастного товарища. По крайней мере, в этом вопросе я могу вам посодействовать.

Глава 42.

В одиннадцать утра после второго урока я выпорол Морлея и Квирда так, как никогда никого не порол. Им не понравилось, но они не жаловались. Привычка притупляет даже боль.

Чтобы дойти до машины Крис опять одолжил мне свой тулупчик. Потом мы ждали его в джипе Иветты, так как он любезно предложил сбегать собрать мою одежду, которая осталась валятся в сторожке.

Позже я заметил Чарли Франта на игровой площадке. Его с шумом окружили шестеро мальчишек, которые бросали его фуражку друг другу, а Чарли тщетно пытался поймать ее. Кисточка отлетела, какой-то остряк приколол ее сзади к оливковой шинели.

Не то, чтобы мне в моем древнеегипетском костюмчике было неудобно, но не по погоде наряд-то. До этого как-то ничего было, а вот сейчас стало ощутимо. Поэтому я сидела на заднем сиденье между Иветтой и Ами, тесно прижавшись к ним. Почему третьей была Ами, а не Глория? Просто я чувствовала необходимость быть рядом, прикасаться к кому-то из своего народа. Вряд ли я смогла бы объяснить зачем. Просто нужно и все.

— Ослик! — дразнились мальчишки. — Кто у нас тут ослик? Иа-иа-иа!

Шубка Ами была расстегнута, и я засунула руку под нее, в ласковое тепло, обхватив девушку за талию. Та доверчиво положила голову мне на плечо. Я чувствовала, что она улыбается. Потом робкий вопрос:

– Теперь все хорошо?

Когда после обеда уроки возобновились, Чарли за партой не было. Он где-то спрятался и зализывал раны. Я решил, что раз лорд Нельсон мог поворачиваться незрячим глазом к тем проблемам, которые не хотел видеть, то и я могу так поступить. Однако закрывать глаза на выходку Квирда и Морлея я не собирался. Их успехи, и без того весьма посредственные, и вовсе сошли на нет под моим неустанным оком. Я дал обоим задание переписать десять страниц из учебника географии к следующему утру.

– Да, теперь все хорошо, - подтвердила я.

– Благодаря тебе, Лео, - добавила Иветта. - Ты смогла все уладить без жертв с чьей-либо стороны.

Ближе к концу уроков к нам с Дэнси зашел слуга мистера Брэнсби и передал распоряжение хозяина немедленно явиться к нему. Мы обнаружили мистера Брэнсби в кабинете, он нервно расхаживал туда-сюда, его лицо густо покраснело от гнева, а жилет был испещрен следами нюхательного табака.

– Ну что тут сказать? Повезло, - усмехнулась я.

— Нет, вы только подумайте, какой переполох! — начал он безо всякого вступления, не успел я и дверь за собой закрыть. — И все из-за этого несносного мальчишки Франта!

— Он убежал?

– Ты сделала почти невероятное, - ответила Глория, развернувшись к нам с переднего сиденья.

Брэнсби фыркнул.

— Надеюсь, с ним ничего не случилось? — в голосе Дэнси прозвучали легкие нотки веселья, едва уловимые, словно шепоток не предназначенный для ушей мистера Брэнсби. — Он не… не причинил себе вреда?

Брэнсби покачал головой.

– Да ладно, - отмахнулась я. - Подумаешь. Уговорила одну…

— Судя по всему, после обеда он с совершенно невозмутимым видом вышел прогуляться. Прошел немного, а потом нашел экипаж, согласившийся отвезти его в Холборн. Насколько я понимаю, миссис Франт сейчас вдали от дома, но слуги немедленно известили о случившемся мистера Франта, — Брэнсби резко взмахнул письмом, сжимая его в кулаке, словно пытался прихлопнуть муху. — Мальчик-помощник конюха принес нам это.

– Не только, - возразила Иветта, мягко обняв меня за плечи. - Тогда, во время боя с Эдом, я вдруг так сильно ощутила тебя, словно мы стали единым целым. Твоя сила текла в меня, словно сосуд наполняла. Это было восхитительно, никогда еще я не чувствовала в себе столько сил. Я не думала, что твоя сила такая… настолько…

Он продолжал молча расхаживать по комнате. Мы осторожно наблюдали за ним.

– Непохожая на все?

– Да. Хотя, я ведь и ощущала ее раньше. И странно то, что я чувствовала все это, когда ты находилась так далеко…

— Самое досадное, — наконец продолжил Брэнсби, глядя то на меня, то на Дэнси, — что это происшествие затронуло мистера Франта! Человека, которого нам нужно постараться особенно ублажить!

– Тут-то как раз ничего непонятного. Крис касался тебя перед боем?

– Хм… ну да, пожелал удачи и пожал руку.

— Он намерен забрать мальчика? — спросил Дэнси.

– Ну вот, тем самым он активизировал нашу с тобой связь, и я почувствовала, что бой начался. И неважно, как далеко я находилась, главное, Крис был рядом.

— Нет, хоть здесь обошлось. Мистер Франт хочет, чтобы сын вернулся в школу. Но требует, чтобы мы должным образом наказали его за проступок, чтобы мальчик понял, что школьная дисциплина неразрывно связана с родительской властью. Мистер Франт изъявил желание, чтобы мы прислали помощника учителя забрать Чарльза, кроме того, он предлагает, чтобы помощник учителя выпорол мальчика в его присутствии, так сказать, в родных стенах. Мистер Франт считает, что так мальчик осознает, что нет другого выбора, кроме как подчиниться школьным правилам, это будет хороший урок, который сослужит ему добрую службу в будущем, — глаза мистера Брэнсби, спрятанные под тяжелыми веками, уставились на меня. — Без сомнения, вы должны взять на себя эту миссию, Шилд. На самом деле мой выбор в любом случае пал бы на вас. Вы моложе мистера Дэнси, а значит, у вас и правая рука сильнее. Кроме того, мне легче отпустить вас, чем мистера Дэнси.

– И ты так можешь действовать через любого своего кота? - удивленно воскликнула Глория. В глазах Иветты я читала тот же вопрос.

– Нет, только через того, кто стал моим Зеркалом.

— Сэр, — начал я, — но это…

– И с каких пор Крис твое Зеркало? - поинтересовалась Иветта.

– Ну… со вчерашнего вечера.

Дэнси, стоявший позади, ткнул меня пальцем в спину:

– Значит, вчера, когда мы попрощались…

– Именно, я привязала Криса к себе. Он идеальный кандидат. Леопард, и достаточно сильный, чтобы поток моей силы через него ему самому не навредил.

— Да, подобное поведение действительно несколько необычно, — вежливо, но твердо перебил он, — но я не сомневаюсь, что при данных обстоятельствах оно возымеет действие. Отеческая забота мистера Франта достойна всяческих похвал.

– И как же ты его привязала? - голос Иветты стал подозрительным. Похоже, она опасалась, что я сделала что-то безумно-опасное.

– Кровью, к тому же я его патра. Это было легко. И не волнуйся ты так, главное сработало все отлично.

— И когда будет удобно нанести визит мистеру Франту?

– Что сработало? - спросил Крис, влезая в машину и протягивая мне ворох одежды, которую я так впопыхах скинула.

– Ты отлично сработал, Крис, - улыбнулась я, потрепав его по руке.

— Чем скорее, тем лучше. Он ждет вас в доме на площади Рассела.

– Спасибо, Лео. Я всегда рад служить. Поедем в гостиницу?

Через минуту мы с Дэнси вышли из дверей, отделявших половину мистера Брэнсби от остальной части здания, и толпа перепачканных чернилами мальчишек бросилась врассыпную, шарахаясь от нас как от чумных.

– Да, - кивнула Иветта.

— Вы когда-нибудь слышали о подобной жестокости? — воскликнул я, стараясь не повышать голоса в страхе, что нас кто-нибудь услышит. — Это же варварство!

– Стоп, я с вами не поеду. Я же тут машину бросила, - вспомнила я. - Не могу я ее на ночь в лесу оставить!

– Но ты сейчас не в том состоянии, чтобы вести машину! - старалась урезонить меня Иветта.

— Вы имеете в виду мистера Франта или мистера Брэнсби?

– Да ладно! Тут ехать-то всего ничего! - отмахнулась было я, но тут Глория предложила:

— Мистера Франта. Он хочет устроить спектакль из наказания сына.

– Пусть Крис пригонит машину Лео. А я отвезу вас.

— И он вправе сделать это, разве нет? Вы ведь не будете оспаривать право отца проявить свою родительскую власть, как я полагаю? А напрямую или передавая свои полномочия вам — это уже совершенно неважно.

Я переглянулась с Иветтой, на что она сказала:

– Глория умеет водить, и довольно хорошо. Ее Эндрю учил.

— Разумеется. Кстати, я должен поблагодарить вас за своевременное вмешательство. Признаю, я несколько погорячился.

И все уставились на меня, ожидая, проснется ли во мне голос разума. Он, падлюка, проснулся, и я сказала:

— Мистер Франт и его банк могут купить всю нашу школу несколько раз кряду, — заметил Дэнси. — И мистера Квирда вместе с мистером Морлеем если уж на то пошло. Кроме того, мистер Франт — светский человек, который вращается в высшем обществе. Поэтому мистер Брэнсби будет делать все от него зависящее, чтобы ублажить мистера Франта. Ничего удивительного.

– Ладно, черт с вами, пусть Крис заберет мою машину, - я порылась в ворохе одежды. - Вот ключи. Я оставила ее с противоположной стороны охотничьего домика.

— Но вряд ли это справедливо. Если кто и заслуживает наказания, так это мучители мальчика.

– О`кей, найду и верну в целости и сохранности, - клятвенно пообещал Крис, захлопывая за собой дверцу.

А я откинулась на спинку сиденья, всем своим видом показывая: везите меня, куда хотите. Меня и повезли.

— Бессмысленно ругать то, что вы не в силах изменить. И помните, выступая в этом деле как доверенное лицо мистера Брэнсби, вы, вероятно, сможете в некоторой степени смягчить тяжесть наказания.