– Но раз ее больше нет, значит, все будет в порядке.

Мужчина понизил голос, поэтому я не расслышала, что он сказал. Мой внутренний поисковый радар работал на полную мощность, и я зашла внутрь.

По сравнению с яркой, солнечной улицей, помещение церкви казалось тусклым и темным. Сначала я ничего не видела, но потом заметила двух людей, стоящих в нескольких футах от меня. Я моргнула, и, когда глаза привыкли к полумраку церки, смогла кое-что различить. Эти двое торопливо выходили из, как я теперь поняла, небольшого предбанника, ведущего в основной зал. Мельком я разглядела темноволосую женщину, но с ней мы не были знакомы. А вот лысого мужчину я знала. Это был управляющий местного банка – Митч Полсон.

Глава 12

Я так и осталась стоять в дверном проеме, пораженная тем, что я услышала и увидела. Слова женщины вновь зазвучали у меня в голове.



Мне очень стыдно за то, что я сделала.

Но раз ее больше нет, значит, все будет в порядке.



С этой женщиной все будет хорошо.

Что она такого сделала? И она говорила об Иде?

Вполне вероятно. Иды, безусловно, больше нет, и у нее была какая-то связь с Митчем Полсоном. Не знаю, что это за связь, но что-то там было. И не думаю, что проникать на место преступления под покровом темноты – типичное времяпрепровождение для управляющих банками.

Две девушки, визжа от смеха, выбежали из главного зала и побежали к двери. Я быстро отошла, и они пронеслись мимо меня прямо на залитую солнцем улицу. Я отвлеклась от своих мыслей и вдруг вспомнила, зачем приехала в церковь. Я вышла из тусклого предбанника и направилась в ярко освещенный главный зал.

Столы, накрытые белой скатертью, заполнили все пространство. Почти все они были заняты людьми разных возрастов, которые наслаждались чаем, изысканными сэндвичами и множеством мини-десертов. Я осмотрела толпу в поисках знакомых лиц. Четыре женщины среднего возраста сели за стол, и за ними я заметила блондинку.

Лавируя между столами и стульями, я подошла к Ли. Она стояла рядом с длинным столом, перед которым также стояли две пожилые дамы, вручая деньги тому, кто, казалось, отвечал за кассу.

– Ли! – позвала я блондинку.

Она обернулась, услышав мой голос.

– О, Марли! – Она сунула кошелек в сумочку. – Я отправила девочек занять нам столик. Она осмотрела комнату и затем кивнула на столик, за который сели три ее дочери.

– Я принесу ваш заказ в один миг, дорогая, – сказала ей одна из пожилых дам.

– Спасибо, – сказала Ли. – Присоединяйся к нам, Марли?

– С удовольствием.

– Что будешь пить, милая? – спросила женщина, когда я передала ей немного денег. – У нас есть чай, кофе и лимонад.

– Чай, пожалуйста.

– Присаживайтесь, я скоро принесу.

Я поблагодарила женщину и направилась к Ли и ее дочерям.

– Привет, Марли! – поприветствовала меня старшая дочь Ли, десятилетняя Аманда.

– Привет, девчонки.

Семилетняя Брианна подпрыгнула на своем месте и улыбнулась мне, а пятилетняя Кайла расчесывала волосы у куклы, которую она держала на коленях.

Женщина, которая приняла мой заказ, подошла к столу вместе с другой седой женщиной. Одна из них несла поднос с напитками, а другая – поднос с едой. Вскоре на столе появились тарелки с бутербродами и чаем, и одна из женщин заверила нас, что десерты тоже будут скоро. Девочки принялись за бутерброды, которые они запивали лимонадом, а я оглядела комнату.

– Это событие и впрямь пользуется популярностью, – заметила я, глядя на десятки людей.

– Да, – согласилась Ли. – Сюда всегда приходит много людей.

– Здесь так вкусно! – подхватила Аманда, жуя сэндвич.

– Особенно клубника, – вмешалась Брианна. – Мам, когда они принесут клубнику?

– Скоро, – сказала Ли. – Ешь бутерброд.

– Да это ненастоящая клубника, – сказала Аманда сестре, закатывая глаза.

– Я знаю! – выпалила в ответ Брианна.

– Девочки, тихо, – вмешалась Ли. – Успокойтесь.

Девочки замолчали и занялись бутербродами и лимонадом. Я взяла сэндвич. Мне достался со сливочным сыром. Вдруг я заметила темноволосую женщину, которая разговаривала с Митчем Полсоном. Я кивнула в ее направлении и спросила Ли:

– Знаешь эту женщину?

Ли проследила за моим взглядом.

– Ты про Динну Полсон? Немного.

– Это жена Митча Полсона? – спросила я.

– Да. Мы с ней здороваемся, но я ее знаю не очень хорошо.

Я задумалась над этой информацией. Была ли пара как-то связана со смертью Иды? Динна сказала, что сожалеет о том, что сделала. Может быть, она убила Иду? Если так, то ее муж тайно отправился домой к Иде и искал улики, которые могли бы вывести полицию на его жену?

Я наблюдала за этой женщиной: она болтала и смеялась с двумя парами за ее столиком. Митч подошел к ней и поцеловал в щеку, а затем сел рядом. Ли тоже все еще смотрела на них:

– Они всегда выглядят как идеальная пара, – сказала она.

– А они и правда идеальная пара? – спросила я.

Ли пожала плечами и взяла чашку кофе.

– Может, и так, но кто знает, что у них творится за закрытыми дверями.

Это точно. И судя по тому отрывку разговора, что я услышала, не все в мире четы Полсонов было так радужно. Но не знаю, в чем дело: либо жизнь их омрачала какая-то мелкая неурядица, либо дело было в их причастности к убийству.

Отбросив мысли о Полсонах, я спросила девочек, как они проводят летние каникулы. Мы поболтали пару минут, пока доедали бутерброды. Вскоре подошла одна из пожилых женщин и поставила посреди нашего столика двухъярусное блюдо. Мы поблагодарили ее и стали разглядывать вкусности, которые нам принесли.

– Я хочу это! – воскликнула Брианна, указывая на изящную птичку с розовой глазурью.

Ее сестры с энтузиазмом высказывали свои предпочтения, и Ли помогла им выложить на тарелки выбранные десерты – вместе с марципановой клубникой для каждой девочки. Я наслаждалась шоколадным мини-кексом, а затем попробовала марципановую клубнику. Сиенна и Ли были правы: на вкус – восхитительно.

К тому времени, как мы закончили трапезу, девочки уже подпрыгивали на своих местах, поэтому Ли отправила их на улицу поиграть, а мы остались допить кофе и чай. Когда чашки опустели, Ли взяла свою сумочку:

– Пойду посмотрю, что они там замышляют. Пойдешь с нами на цветочный фестиваль? Надолго мы не останемся, но я хотела посмотреть.

– Конечно, пойдем.

Поблагодарив пожилых женщин, мы вышли из церкви и увидели девочек Ли. Они играли в салки, и лица их раскраснелись от жары.

– Девчонки, пошли, – крикнула им Ли.

– А Марли пойдет с нами посмотреть на цветы? – спросила Кайла, подскочив к нам с куклой в руках.

– Пойду, – ответила я. – Какие у тебя любимые цветы?

– Розы, – ответила она без колебаний. – Они так здорово пахнут.

Она взяла меня за руку, и мы пошли через улицу к единственной начальной школе в городе. Там в спортивном зале и проводился цветочный фестиваль. Даже после короткой прогулки приятно было уйти с солнца. Как только мы вошли в спортзал, мы почувствовали прекрасные ароматы – повсюду стояли столы с великолепными цветами.

Все еще держа меня за руку, Кайла потянула меня к розам, и я подняла ее на руки, чтобы она понюхала все вазы. Она все время болтала без умолку, и когда я опустила ее обратно, она увидела еще одну маленькую девочку в другом конце зала.

– Смотри, мама, это Айша. Можно я схожу поздороваюсь?

– Хорошо, – сказала Ли, – только не выходи из спортзала.

– Хорошо, – сказала Кайла, убегая к своей подруге.

Аманда и Брианна разглядывали цветочные композиции, так что мы с Ли ходили по залу вдвоем. Мы остановились перед особенно красивой вазой с розами, желтые лепестки которых по краям становились персиково-розовыми. Рядом на столе лежала лента с надписью «Первое место» и наградная розетка, судя по которой, эти розы получили больше всего очков в своей категории. Я взглянула на бирку участника в нижней части вазы и увидела на ней имя Джоан Креншоу.

– Я познакомилась с Джоан только недавно, – сказала я Ли. – У нее и правда красивый сад.

– Сад ее я никогда не видела, но розы очень красивые, – сказала Ли. – Знаю, что она получала этот приз и раньше, но не последние несколько лет. Уверена, она очень рада победе. Думаю, все будут рады, что результаты отличаются от прошлого года.

– Да? А почему? – спросила я с интересом.

Ли понизила голос:

– В прошлом году победила Ида. Никто особенно не обрадовался.

Я собиралась что-то ответить, как вдруг услышала, что кто-то зовет меня по имени. Я обернулась и увидела Патришу. Ли коснулась моей руки:

– Я пойду удостоверюсь что с девочками все в порядке и они не хулиганят.

Она направилась через весь зал к своим дочками, а я обернулась к Патрише.

– Привет, Марли, – сказала она с улыбкой. – Как тебе выставка?

– Очень красиво. А вы выставляли свои цветы?

– Нет. У меня дома только пара горшков и подвесные корзинки, но мне нравится приходить и смотреть, что у кого выросло.

Патриша хотела сказать что-то еще, но посмотрела куда-то мне за спину.

– Привет, Шерил.

Я обернулась и увидела, что Шерил Хайнз собиралась пройти мимо нас, но услышала Патришу.

– Привет, Патриша.

Затем Шерил заметила меня:

– И здравствуй, Марли. Нравится выставка?

Мы обе ответили утвердительно.

– Вижу, вы получили несколько призов за ваши розы, – сказала я, кивая на ближайший стол. – Поздравляю!

– Спасибо. Садоводство – одно из моих любимейших увлечений, и в выставке участвовать всегда весело.

– Как ты поживаешь? – спросила Патриша у Шерил. – Наверное, ужасно, когда прямо рядом с твоим домом происходит убийство?

Шерил схватилась за нитку жемчуга, висевшую у нее на шее.

– Да, ужасно. Марли тоже пришлось нелегко. Это ведь она нашла Иду.

Шерил перевела свой взгляд на меня:

– Я слышала, что тебя, кажется, в чем-то подозревают. Я понимаю, как это грустно.

Меня вовсе не обрадовало, что новости обо мне распространились по городку так быстро, но ничего удивительного. Тем не менее последнее заявление Шерил показалось мне любопытным.

– А тебя шериф тоже подозревает? – спросила Патриша, опередив меня.

Шерил оглянулась и понизила голос, ее пальцы все еще играли с жемчужинами.

– Не меня, а Мелинду. К сожалению, в день смерти Иды произошел неприятный инцидент.

– Да, я слышала, – сказала Патриша.

– Конечно, Мелинда не имеет никакого отношения к смерти Иды, – продолжила Шерил, – но инцидент привлек к себе довольно нежелательное внимание со стороны шерифа и его помощников.

– А что ее так расстроило тем утром? – спросила я, надеясь, что она не вспомнит, что в день убийства я этот вопрос уже задавала.

– Думаю, все дело в переднем дворе Иды. Там как будто свалка, – быстро сказала Шерил, щеки ее порозовели. – Понимаете, я хочу в ближайшее время продать дом, и подобное соседство снижает стоимость недвижимости.

– Так это правда, что вы планируете переехать во Флориду? – спросила Патриша.

Шерил сказала, что да, но я почти не обратила внимания на эту новость. Вместо этого я задумалась, что так смутило Шерил в моем вопросе? Не соврала ли она? Если так, то почему и она, и Мелинда так скрывают, из-за чего они тем утром ругались с Идой?

Я вновь подключилась к разговору и, как только появился удобный момент, спросила:

– А у Мелинды есть алиби?

– Она все утро была со мной, – ответила Шерил.

– Значит, она вне подозрений?

– Надеюсь, что да, – сказала Шерил. – Неужели они хоть на секунду могли подумать, что Мелинда – убийца? Вот поэтому мне и хочется как можно скорее уехать из этого города.

Я не знала, что ответить, но тут вступила Патриша, которая спросила, когда Шерил планирует уехать во Флориду.

– Все зависит от того, когда мы продадим дом. Мы с Мелиндой разбираем вещи, решаем, что оставить, а что выбросить. Это, конечно, большой труд, так что и не знаю, когда мы выставим дом.

Шерил обратила внимание на нескольких женщин ее возраста и сделала шаг им навстречу.

– Было приятно поболтать!

Шерил уже ушла, и мы даже не успели попрощаться. Поболтав с Патришей еще пару минут, я пошла посмотреть георгины за соседним столиком. В какой-то момент я подняла глаза и заметила Гэвина Полсона, беседующего с Джоан в другом конце зала. Оставив георгины, я решила к ним присоединиться.

– Привет, Марли, – сказала Джоан, когда я подошла. – Ты знаешь Гэвина?

– Да, мы знакомы. Рада тебя видеть.

– Я тоже, – сказал он с улыбкой.

– Марли у нас что-то вроде сыщика-любителя, – сказала Джоан.

Я отошла в сторону, пропуская Джейка, продавца в магазине Кирка Джарвиса. Он протиснулся мимо, следом за ним – фигуристая брюнетка, которая держала его за руку.

– Да нет, – сказала я, как только Джейк и его спутница исчезли. – Я просто хочу вернуть себе доброе имя.

– Получается? – спросила Джоан с неподдельным интересом.

– Надеюсь, но я не уверена.

Джоан собиралась сказать что-то еще, но тут заговорил Гэвин:

– Боюсь, мне пора бежать. Я обещал помочь убрать в церкви после чая.

– Это очень мило с твоей стороны, – сказала Джоан.

Гэвин пожал плечами:

– Просто помогаю друзьям бабушки.

Он отступил от нас на шаг, но затем остановился:

– Кстати, Джоан, у мамы есть еще одна коробка с одеждой для комиссионки. Могу занести сегодня вечером?

– Хорошо, приноси. Увидимся.

Джоан повернулась ко мне, как только он ушел:

– У его бабушки деменция. Бедная женщина. Сейчас она в доме престарелых в Порт-Анджелесе.

Мы еще немного поболтали. Я поздравила Джоан с победой. Мы с Джоан распрощались, я осмотрела еще несколько столов с цветами, а затем увидела Ли и ее дочек у двери. Аманда все еще была в хорошем настроении, а две девочки помладше выглядели уставшими и капризничали.

– Больше они не выдержат, – сказала мне Ли тихим голосом. – Отведу их домой.

– Я тоже пойду домой. Спасибо, что позвала за ваш столик!

– Я рада, что ты пришла. Было приятно увидеться вне работы. Увидимся в среду.

– Увидимся, – повторила я, когда мы вышли на улицу и отправились в разные стороны.

Я подошла к своей машине и открыла водительскую дверь. Машина все это время стояла на солнцепеке, так что я какое-то время подержала дверцу открытой, надеясь, что салон, наполненный горячим воздухом, хотя бы немного проветрится. Когда сиденье и руль немного остыли и перестали обжигать кожу, я села внутрь.

Я была рада, что выбралась и на чаепитие, и на цветочный фестиваль. Хотя и не отвлеклась от мыслей об убийстве Иды, я получила большое удовольствие и отлично отдохнула.

По дороге домой я все думала о подозрительных словах Динны Полсон и решила, что ей тоже самое место в моем мысленном списке подозреваемых. Мне определенно надо узнать о ней больше.

Все еще размышляя об Иде, я сделала небольшой крюк и проехала по ее улице. Сбавила скорость, когда приближалась к ее дому, потому что заметила движение во дворе. Подъехав к тротуару, увидела Джульетту Тран. На ней были джинсовые шорты, футболка и рабочие перчатки. Вместе с мужчиной (я предположила, что это ее муж) они разбирали мусор в Идином дворе. Рядом стояло несколько набитых черных мешков для мусора.

Джульетта с мужем оторвались от работы и одновременно с любопытством и настороженностью посмотрели на мою машину. Поскольку на участке Иды совсем недавно произошло убийство, мне не хотелось, чтобы они что-то заподозрили и сообщили шерифу. Поэтому я остановилась, опустила стекло со стороны пассажира и помахала Джульетте. Она бросила мусорный мешок, который держала в руках, и подошла к бордюру.

– Кажется, это вы обнаружили тело Иды, – сказала Джульетта, внимательно всмотревшись в мое лицо.

– Так и есть, – я посмотрела на ее мужа, который вернулся к работе. – Очень мило с вашей стороны взяться за уборку ее двора.

Джульетта застенчиво улыбнулась.

– Не думайте о нас слишком хорошо. Мы на полгода собираемся в Австралию и надеемся сдать наш дом в аренду.

Она ткнула большим пальцем через плечо в сторону дома Иды.

– А с этой свалкой под боком мы не сможем запросить высокую арендную плату. Так что хотим, чтобы все здесь было аккуратно.

– Вы окажете услугу Шерил Хайнз.

– Потому что она хочет выставить свой дом на продажу? Да, я думаю, мы окажем услугу всем соседям. Нехорошо так говорить, но не думаю, что кто-то переживает из-за Идиной смерти.

Как ни печально, но я знала, что Джульетта, вероятно, права. Меня не особенно тронуло, что Иды больше нет, хотя я бы никогда не пожелала ей смерти. И особенно насильственной.

– Не буду вас больше отрывать, – сказала я.

Джульетта вернулась к мужу, который помахал мне через ее плечо. Я помахала ему в ответ и по вечернему солнцу поехала домой, думая, что Иду все-таки немного жаль.

Глава 13

Остаток дня я бездельничала с книжкой на пляже, потом поужинала на заднем крыльце. Оладушек бродил по двору, ловил жучков и наблюдал за пролетающими птицами. После ужина я взяла свой мобильный и увидела сообщение от Бретта. Он поговорил с ветеринаром, операция Бентли прошла хорошо.

Скучаю – добавил Бретт в конце сообщения.

Хорошо, что операция прошла хорошо, ответила я. Я тоже по тебе скучаю.

Я положила телефон на подлокотник своего кресла и посмотрела на океан. Маленькая рыбацкая лодка шла по направлению к суше, на берегу в маленькой шлюпке возились трое детей. Они смеялись и катались по кругу. Дул приятный ветерок, вечернее солнце мягко пригревало, и погода была идеальной для отдыха на веранде.

Как бы я ни хотела распутать тайну убийства Иды, я не могла перестать думать о Бретте. Я не видела его весь день и очень скучала, и я знала, что не прощу себе, если поставлю наши отношения под угрозу. Но меня все еще не покидало слабое беспокойство, которое усиливалось всякий раз, когда я думала о Бретте.

Что, черт возьми, со мной не так?

Разве можно представить себе кого-то лучше, чем Бретт? И все же…

Разочарованная сама собой, я вздохнула. И что все же?

Может быть, меня сможет понять кто-то, кто хорошо меня знает? Потому что я себя не понимала.

Через несколько секунд я уже звонила маме, как только она взяла трубку и я услышала ее голос, я улыбнулась.

– Как дела, милая? – спросила она, когда мы обменялись приветствиями.

– Отлично, – я сомневалась, стоит ли рассказывать, что я оказалась замешана в расследовании убийства, но в итоге эту новость решила оставить на другой раз. Сейчас меня волновало другое.

– Но мне немного… – я с трудом могла подобрать нужные слова.

– Немного как? В чем дело?

Я вздохнула, на мгновение закрыв глаза, когда морской ветерок коснулся моего лица.

– Дело в Бретте. То есть нет… Дело во мне.

– А что такое? Мне казалось, у вас все складывается хорошо.

– Так и есть, – заверили я маму. – Просто… Не знаю. Все было хорошо, пока мне вдруг не стало страшно.

– Страшно из-за чего?

– Не из-за чего. Я не знаю, – мои слова звучали потерянно и беспомощно – так я себя и чувствовала.

– Тебе кажется, что Бретт тебе не подходит? С ним что-то не так?

– Нет, ничего такого. Бретт потрясающий, и я от него без ума.

– Может, в этом все и дело? – спросила мама.

– Что ты имеешь в виду?

– Вы с Бреттом становитесь все ближе, а ты давно ни с кем не сходилась…

Я обдумала мамины слова.

– Да, так и есть.

И тут меня осенило. Все это так ясно и так очевидно, что я едва поверила, что до сих пор не додумалась сама. Я закрыла глаза, и внезапное осознание тяжким грузом осело у меня на сердце.

– Милая, – сказала мама, – страх не должен мешать тебе жить и любить.

– Но если я влюблюсь в него, а потом что-то случится…

– Я понимаю, милая. Я понимаю.

Да, мама понимала.

– А как тебе удалось справиться со страхом? – спросила я. – Ты же обручена с Грантом. Как перестать бояться, что можешь потерять близкого человека?

– Это непросто, и я до сих пор боюсь. Но я решила, что мои страхи не помешают мне жить полной жизнью. Если ты ото всех закрываешься, потому что боишься потерять любимого человека, то ты много чего упустишь. То, что мы пережили, потеряв семью, ужасно, но мы-то все еще живы. И нужно жить дальше, а это значит открывать сердца другим.

По щеке у меня побежала слеза, и я вытерла ее тыльной стороной ладони.

– Ты права.

– И я знаю, что у тебя все получится, – сказала мама. – Почему ты не расскажешь Бретту, что с тобой происходит? Уверена, он хотел бы знать.

– Я расскажу, – согласилась я. – Я просто не знаю как.

– Ты придумаешь, я уверена. Если Бретт – достойный человек, то ты придумаешь.

Я всем сердцем надеялась, что мама права.



Хотя на следующий день в закусочной был выходной, я по привычке проснулась как обычно. Открыла окно в спальне, глубоко вдохнула ароматный морской воздух и решила пробежаться, пока не стало слишком жарко. Покормила Оладушка и пару минут потратила на растяжку, а затем вышла из дома на Уайлдвуд-роуд и побежала по направлению из города.

Войдя в устойчивый ритм, я наслаждалась пением птиц и свежим летним запахом моря. На обратном пути решила изменить маршрут и свернула на протоптанную тропу, по которой можно добраться к пляжу в восточной части бухты. Добравшись до песка, замедлила шаг и вскоре сняла кроссовки. Я шла по мелководью, следуя изгибу береговой линии, к дому.

Шла по кромке воды, сверкающей на солнце, и радовалась тишине и покою утра. Еще парочка жаворонков тоже выбралась на пляж, но они сохраняли тишину и слышен был только плеск волн и крики чаек, круживших в небе. Какой-то парень бросал в воду мяч, а его собака, виляя хвостом, приносила его обратно. Я вспомнила о Бретте и Бентли, очень надеясь, что Бретт сможет взять пса себе.

Добравшись до дома, я поднялась наверх по пляжу, отряхнула песок с ног, а затем собралась пойти в душ. После завтрака вернулась на пляж, переодевшись в шорты и майку и с книгой в руке. Возможно, дело было в разговоре с мамой или в том, что я выспалась, но чувствовала я себя гораздо спокойнее, чем в последние дни, и легко увлеклась повествованием в книге.

Я прочитала несколько глав, а потом услышала, что кто-то ко мне идет. Бросила взгляд через плечо и увидела младшую сестру Бретта. Она спускалась по пляжу с моего участка, пробираясь через бревна, и ее длинные светлые волосы блестели на утреннем солнце.

– Привет, Хлоя, – крикнула я.

Ее лицо озарилось, когда она меня заметила.

– Я надеялась, что ты здесь.

Я подвинулась на покрывале, которое постелила на песок, и Хлоя, сбросив шлепанцы, села рядом со мной.

– Отличная погода. Я на жару никогда не жалуюсь.

– Я тоже не жалуюсь, – сказала я с улыбкой. – Как проходят каникулы?

Хлоя работала учительницей в начальной школе в Порт-Анджелесе, и я знала, что она с нетерпением ждет отдыха.

– Отлично. Кстати, о выходных и праздниках. Я пришла обсудить День независимости.

– А что такое?

– Наша семья всегда устраивает большое барбекю, и я надеюсь, что ты придешь. Конечно, я могла попросить Бретта позвать тебя, но мы с тобой последнее время не виделись, так что решила зайти сама.

– Хорошо, что зашла. Я рада тебя видеть! И с удовольствием приду к вам на барбекю.

– Отлично!

– Можем все устроить у меня дома. Вид на океан здесь отличный, – сказала я.

– Серьезно? И фейерверк здесь тоже хорошо смотреть. Посмотрим с твоего заднего крыльца.

– Конечно! Приходите.

Хлоя почти подпрыгнула от возбуждения.

– Здорово! Будет отлично. С едой тоже все просто: каждый что-нибудь прихватит.

– А Джордан будет? – спросила я, имея в виду младшую кузину Хлои и Бретта, которая только окончила среднюю школу.

– Да. В колледж она уедет только в августе, так что какое-то время еще побудет здесь.

В нашем направлении по пляжу шла женщина. Она остановилась вдалеке и разложила полотенце. На ней были большие солнцезащитные очки и широкополая красная шляпа, лица было не разглядеть, но мне показалось, что я ее знаю. Женщина сняла шляпу и халат и осталась в тоненьком бикини.

– А это не Мелинда Хайнз? – спросила я.

Хлоя подалась вперед, чтобы через меня взглянуть на женщину.

– Да, это она.

– Вы знакомы?

– Не очень близко. Мы пересекаемся время от времени, но она помладше, так что компании у нас разные.

– Давай подойдем к ней, хочу с ней поговорить. Ты не против? Посмотрим, смогу я у нее что-нибудь вызнать…

– Вызнать?

– Да. Что она делала, когда убили Иду.

– Ее мама живет по соседству с Идой, да? Хочешь узнать, была ли она там, когда все произошло?

– Да, и не только это.

Я рассказала Хлое, что Мелинду видели на крыльце у Иды и она долго кричала и стучала в дверь.

– Я ее уже спрашивала, но она так ничего и не сказала. Не хочет говорить, из-за чего ломилась к Иде. Ее мама сказала, что дело в свалке, которую Ида устроила у себя во дворе, но мне кажется, это неправда.

– Думаешь, Мелинда могла убить Иду?

– Вполне вероятно.

Хлоя задумалась.

– А Ида открыла Мелинде?

– Нет. Возможно, она не хотела открывать, а может, к тому моменту ее уже убили. Но Мелинда вполне могла разыграть спектакль, чтобы отвести от себя подозрения.

Хлоя посмотрела в сторону Мелинды:

– Коварно.

– Конечно, точно я ничего не знаю, но знаю, что я Иду не убивала, и хочу выяснить, кто это сделал.

– Точно, Бретт говорил, что ты проходишь как человек, у которого был мотив. Он очень из-за этого расстроился.

– Да? – спросила я, удивившись.

Я, конечно, знала, что Бретту не нравится, что я ходила грустная, но не думала, что он воспринял все так близко к сердцу.

– Да, и он до сих пор расстроен, – добавила Хлоя. – Как-то вечером он позвонил Рэю и очень долго с ним говорил. Но Рэй говорит, что просто делает все по инструкции, а сам, конечно, не верит, что ты убийца.

Я не сразу осознала, что только что сказала Хлоя. Конечно, мне не хотелось становиться причиной ссор в их семье, но было приятно, что Бретт так сильно обо мне заботится. И я вздохнула с облегчением, узнав, что Рэй виновной меня не считает.

– Ты ему очень нравишься.

От этих слов Хлои мне стало радостно и в то же время я заволновалась. Но несмотря на такое разнообразие чувств, все же улыбнулась.

– Он мне тоже.

Хлое, кажется, стало легче после моего ответа.

– Ему пришлось нелегко, но теперь он с тобой, и вам вместе хорошо.

Я все еще думала о том, что сказала Хлоя, но тут она подтолкнула меня под руку и сказала:

– Пойдем поговорим с Мелиндой.

Оставив мою книгу и покрывало, мы пошли к Мелинде. Она положила свою шляпу на песок рядом с собой и теперь лежала на спине, ловя солнечные лучи.

– Мелинда? – позвала я ее, когда мы подошли ближе.

Она подняла голову, но только на секунду.

– Что вам надо?

Не обрадовавшись ее неприветливому тону, я сказала:

– Хотела спросить, не видела ли ты чего-нибудь необычного в день смерти Иды.

Она тяжело вздохнула.

– Что, например?

– Твоя мама сказала, что слышала, как кто-то бежал по улице. Ты ничего не слышала?

Еще раз вздохнув, она спустила солнцезащитные очки ниже на нос и взглянула на нас:

– Я была наверху, просматривая бумаги отца. Ничего не слышала и не видела.

Она снова как следует надела очки.

– Теперь, если вы не возражаете, мне бы хотелось спокойно позагорать.

Мы с Хлоей обменялись взглядами и вернулись к нашему месту.

– Она просто сама любезность, но толку от нее чуть, – сказала Хлоя, как только мы снова сели.

– В каком-то смысле, да, – сказала я, – но то, что она сказала, любопытно.

– Серьезно? – спросила Хлоя с сомнением. – Она же сказала, что ничего не видела и не слышала.

– Она сказала, что была наверху. Я разговаривала вчера с ее мамой, и та говорила, что Мелинда была с ней тем утром. А еще она сказала, что работала в саду, поэтому и услышала шаги в переулке. Но если Шерил в саду, а Мелинда наверху…

– Тогда они не могли быть вместе.

– Именно. Так что кто-то из них врет. Или они обе врут.