5.2. Диктатура или демократия. Кто тут царь будет?

Лидером (командиром) в группе, конечно, может быть не обязательно вокалист. Это может быть любой участник группы. Но в большинстве случаев командиром группы является либо вокалист, либо автор песен. В любом случае мы здесь рассмотрим позицию командира независимо от его положения в коллективе. И конечно, абсолютно не имеет значения, бородой ли в капусте командир метёт по полу али бюстгальтер с юбкой в тон пудрит перед зеркалом.

Когда-то на заре нашего становления я пришёл к одной несусветно известной рок-звезде нашей страны и спросил: «Поможи мне, отче, словом добрым и советом мудрым, как же мне удержать под контролем всю эту шайку оголтелых психов-наркоманов-алкоголиков и самому при этом на рею не угодить? Как уберечь корабль?» А ситуация в группе была на тот момент близка к бунту с очевидным психопатичным оттенком. Короче, назревал абзац. Ибо пошли первые заработки, у всех сорвало крышу «на полдевятого», и команда дружно утонула в пучине алкоголя, раздолбайства, наркомании и беспорядочной эротической жизни. Работа встала напрочь. К разуму воззвать не представлялось возможным. Ибо блеск пиастров и трубный зов средств массовой информации снесли бравую головушку бойцов с катушек и роликов. И если бы в этот момент возникла малейшая трудность на пути, мы скоропалительно пошли бы ко дну, что уже начало маячить первыми попаданиями. К примеру, на концерте городского праздника города «N», который происходил на главной площади и куда сошлось множество праведных сограждан с родственниками и детьми, один из наших пяти музыкантов не смог подняться на сцену вовсе. Ибо был в чрезвычайно увеселительном состоянии организма. Ну «не шмогла я, не шмогла». Пришлось играть в усечённом составе, «урезать марш», так сказать, менять всё на ходу в лихорадочной трясучке. Далее – веселее. Таких «не шмогла» стало набираться на серьёзную подшивку в дело. И тут я понял, что дело дрянь! Сейчас мы потеряем всё, что с таким трудом и нервами заработали за первые несколько лет. Пошёл к старшим коллегам за советом мудрым. И они, сурово сдвинув брови и ласково поглаживая меня по голове, рекли мне следующее, что я тебе, уважаемый коллега, и передам практически слово в слово. Итак.

Командир в группе, во-первых, должен быть один. Один. Никакой демократии. Это человек, который берёт на себя всю ответственность за каждое политическое решение группы, куда и как ей двигаться, что доносить, что говорить, что петь, как играть и т. д. Именно этот человек, а не развесёлая и подмигивающая друг другу компания музыкантов, должен отвечать за всю группу перед телекамерами и микрофоном на радиостанции. Этот человек – рупор коллектива. Он – идеолог. Он – знамя. Он – командир. И ему вся команда должна безоговорочно доверять. Ибо если на корабле нет однозначного и конкретного командира, за которым вся команда идёт в огонь и воду, – кораблю конец! Поэтому у командира есть право на окончательное решение почти любого вопроса в группе (это «почти» мы рассмотрим чуть дальше по тексту, в разделе распределения обязанностей). И никак иначе. Он решает – ему и отвечать. Прошу прощения, что всё это доношу, используя исключительно мужской род при упоминании командира, но просто потому, что так чаще случается. Хотя нынче и женщины зачастую занимают в рок-группе это место.

Ещё раз: командир – это безоговорочный авторитет и право на окончательное решение.

И сияющая много лет рок-звезда мне поведала следующее буквально: «Илья, командир рок-группы – это тонкая грань между демократией и тоталитарной диктатурой. Это значит, что ты всех собрал за одним столом, внимательно всех и каждого выслушал, собрал со всех мнения и замечания, отобрал для себя важное и нужное, с каждым лично всё проговорил и обсудил, проанализировал всё, пришёл к какому-либо решению и затем, стукнув кулаком по столу, озвучил: слушать мой приказ!»

И когда приказ озвучен, никто в группе не должен подвергать его сомнению. Приказы не обсуждают там, где есть порядок и субординация. А рок-группа без субординации – это не боевой корабль, а корыто по типу «лебедь, рак и щука», которые в пьяном угаре гребут вёслами в разные стороны, в упор не замечая света маяка.

Наличие авторитетного для всех командира – 99 % успеха корабля в бою, ибо такой корабль не мечется, словно неуверенная девушка между ухажёрами, но чётко и уверенно выполняет все манёвры и стрельбы, порой в последнюю секунду избегая поражения, благодаря слаженной работе всей команды. Без командира, приказы которого все выполняют без обсуждений (когда решения уже приняты и приказ озвучен), в бою не выстоять.

Приезжаем на областной рок-фестиваль. Проявились некоторые косяки в организации. То ли бытовой райдер в положенный срок не принесли, то ли время выступления сказать точно не могут. В общем, мелочь какая-то. Директор обращается к толпе суетящихся персонажей возле сцены: «Кто организатор?» Предстают «двое с ларца, одинаковы с лица» и молвят: «Мы!» На что директор спрашивает: «Кто конкретно поставит подпись в договоре со мной?» Один из двух: «Ну я!» Директор наш: «Вот с тобой и будем говорить, а вас, молодой человек (обращаясь ко второму), попрошу не мешать. Ибо кто поставит подпись, тот за всё в ответе и будет, того я и буду „грузить в багажник“, если что не так пойдёт!»

На кухне не может быть двух хозяек. На корабле не может быть двух командиров. Данная ситуация рано или поздно приведёт к развалу коллектива, к смерти корабля. Это упрямый факт, доказуемый раз за разом годами.

Так что, уважаемые музыканты, вы сразу должны выбрать себе главного и предоставить ему все полномочия по принятию окончательных решений в зоне его ответственности, о которой пойдёт речь чуть позже.

Демократия – это утопия. Запомните это. Без строгой субординации и распределения обязанностей я вашей рок-группе светлое будущее не пообещаю, и это мягко сказано. «Чёрная метка» начинает проявляться на вашей ладони сразу же, как звучит: «А давайте вместе решим». Обсуждать вы можете вместе сколько угодно и что угодно, но решать будет один.

Нормальный и адекватный командир, даже осознавая свою власть и ответственность, должен соблюдать баланс между тоталитаризмом и демократией, как и советовала нам изначально всем известная рок-звезда первой величины. Посему адекватный командир всегда советуется со своими подчинёнными. Он внимателен к их мнению. Зачастую идёт на уступки, предоставляя участникам коллектива возможность вмешиваться в процесс. То есть не пользуется нагло своими правами направо и налево. Не давит. До тоталитарной диктатуры доводить дело таки не стоит, ибо потеряешь уважение и поддержку боевых братьев. Запомни, господин диктатор: никогда не будут уважать того, кого боятся! Мягко нужно, нежно, но уверенно, как в эротическом массаже. Такое положение дел лишь усилит доверие к нему коллектива. Но рекомендую учитывать и помнить грань между «могу» и «обязан». При любом спорном моменте, в любой сложной ситуации командир должен брать решение на себя. И оспаривать это решение, если оно является окончательным в глазах командира, никто в группе не вправе. Вопрос субординации должен быть поставлен и оговорён в группе сразу и без сюсюканий.

Командир решает почти всё, и вот это «почти» мы рассмотрим чуть далее по тексту.



5.3. Распределение обязанностей. Субординация

Заключая договор с директором группы, мы сразу оговорили вопрос разделения обязанностей и прав. И это на все времена облегчило нам решения возможных спорных моментов. У каждого в группе есть своя территория, зона ответственности, границы его прямых обязанностей. В обязанности музыкантов входит:

а) держать свой инструмент в исправности;

б) качественно выполнять свою задачу в студии и на сцене (исполнение своих партий без ошибок, с надлежащим уровнем профессиональности);

в) активно участвовать в сочинении партий при создании песни;

г) соблюдать заранее оговорённый внешний вид на сцене;

д) держать во внимании вверенный сектор зала во время концерта, работать на него;

е) создавать свои личные или совместные трюки и «фишки» для концертного исполнения. При этом ставить в известность о них других участников коллектива, дабы это не было для них сюрпризом. Это касается и работы с художником по свету, который в идеале знает почти все продуманные перемещения по сцене всех музыкантов в течение концерта и поэтому заранее грамотно прописывает программы по свету.

Я акцентирую внимание ещё раз на следующем моменте.

Музыканты должны не только качественно играть на сцене и на репетициях, но и активно участвовать в росте группы идеями (творческими и по продвижению группы). Они должны активно участвовать в рекламных акциях, придумывании костюмов, организации клипов, креативности фотосессий и т. д.

Про обязанности лидера группы мы и так наговорили целую главу, но таки коснёмся здесь конкретики:

а) свободное общение с залом;

б) всевозможные интервью, общение со СМИ;

в) принятие решения по аранжировке песен;

г) принятие решения по компиляции альбома и обложке;

д) принятие решения по трек-листу концерта (какие именно песни будет исполнять группа);

е) принятие решения по внешнему виду коллектива на сцене и на фотосессии;

д) подписание всех документов, касающихся работы коллектива с внешними организациями (с РАО, с ВОИС, с промоутерами, со СМИ и т. п.).



Распахивается дверь служебного входа, возбуждённо вваливаются человек десять. Директор рок-группы услужливо встречает их у двери и улыбается, тактично спрашивает: «Добрый вечер! Вы кто и к кому?» На что весёлые и озорные отвечают: «Здравствуйте, а мы – друзья группы!» Директор улыбается ещё шире и произносит в изящном поклоне, обеими руками указывая на дверь: «Замечательно! Друзья, в кассу!»


Теперь коснёмся обязанностей и прав директора, а также пресс-атташе. Ибо у них есть в группе неоспоримое право на принятие окончательных решений в конкретно взятых вопросах. А именно:

а) директор группы решает, где группе нужно выступать, а где нет. И как бы весь коллектив ни умолял: «А давайте сыграем вот на этом фестивале, в том-то зале, в таком-то городе и т. п.», директор имеет право сказать своё твёрдое «нет». И если весь коллектив не очень-то рвётся выступать где-то в конкретном месте, директор вправе настоять на том, чтобы этот концерт состоялся-таки. Эти решения – его территория, его вотчина, его работа, его право. Повлиять всегда попытаться можно, равно как и на решения командира может повлиять весомый и разумный аргумент любого участника группы (как музыкантов, так и техника, и звукорежиссёра, и художника по свету, и пресс-атташе, и директора). Но окончательное решение за человеком, в чьи прямые обязанности и права входит принятие решения по данному вопросу. И если директор сказал: «Мы не будем выступать сейчас в таком-то городе, на таком-то фестивале, в таком-то зале и т. д.» – его решение неоспоримо. И наоборот: «Будем выступать. Я сказал!» – и всё, молча собрали чемодан и поехали;

б) в нашей группе я, как командир, стараюсь оставлять за директором также право решения, какая песня пойдёт в эфир радиостанций. Он человек, во-первых, не напрямую творческий. Поэтому его оценка хитовости песни более адекватна, нежели у творчески снесённых головушкой музыкантов (этот момент мы подробнее рассмотрим чуть позже). Во-вторых, именно его работа продавать группу и её песни. А песня на радио имеет именно эту задачу. Так что ему решать, какую песню и когда ставить в эфир;

в) право и обязанность директора чётко отдать указания всему коллективу, когда и где нужно быть на месте (на саундчеке, на месте сбора для выезда или переезда, в студии телевидения, на радио и т. п.), исключая разве что время репетиций, которое озвучивает и утверждает командир группы;

г) право директора требовать с группы наличия хотя бы нескольких хитов на выпускаемом альбоме. Ибо ему данные хиты нужны для возможности продажи группы, для её продвижения;

д) право директора группы решать, на какие интервью и куда нужно непременно идти артисту (командиру);

е) право директора принимать решения о нужности автограф-сессий в каких-либо местах.

Все эти решения имеет право окончательно принимать именно директор группы.

Также на директоре лежит много обязанностей, таких как:

а) составление тур-листа группы, организация концертов;

б) вопросы логистики коллектива (передвижение между населёнными пунктами и площадками);

в) вопросы размещения коллектива и контроль выполнения бытового и технического райдера (при содействии звукорежиссёра и техника сцены). Где и как всех довезти и увезти, накормить, спать уложить, обеспечить охрану, разбудить ко времени, помочь обеспечить лекарствами и медпомощью и т. д.;

г) организация раздачи автографов после или до выступления на площадке (при помощи пресс-атташе);

д) хранение и распределение финансовых средств.

Директор группы – это боцман на корабле. По всем вопросам, не связанным с творчеством, все обращаются к нему.

В обязанности и права пресс-атташе входит:

а) связь, договорённости и работа с представителями СМИ (ТВ, радио, газеты, журналы, Интернет) и контролирование этих процессов;

б) принятие решения, в каком издании размещать интервью и статьи, в программах каких телеканалов принимать участие (всё по согласованию с директором);

в) связь с общественностью. Ведение и контроль интернет-ресурсов группы (Инстаграм, социальные сети, официальный сайт, Ютьюб-канал и иное);

г) по возможности, контроль проведения автограф-сессий и иных встреч с поклонниками группы;

е) работа СМИ и фотографов на концерте, в студии, на репетициях. Пресс-атташе – посредник между артистом и СМИ. Все предложения артисту по части съёмок, интервью, радиоэфиров и прочего – всё это происходит через связь с пресс-атташе группы. Она за это отвечает непосредственно головой. Поэтому, когда кто-либо напрямую звонит или пишет артисту с вопросами об участии оного где-либо, это является непрофессионализмом, дурным тоном, неэтичным поведением. По-простому и народному – скользкой хитрожопостью. С такими хитрецами иметь дело себе дороже, поверьте. Да и в среде профессионалов с ними, как правило, стараются более не сближаться.

Задачи техника в группе: следить за исправностью сценического оборудования и подготавливать сцену к саундчеку. Он же отвечает за сохранность груза в поездке. Техник во время концерта всегда следит, не понадобится ли кому из музыкантов помощь на сцене. Мы часто просим техника приобрести и поставить на инструменты новые струны, если это необходимо. И каждый музыкант лично сообщает технику приемлемые варианты марки и размеры струн, нужные ему. Техник порой прямо по ходу концерта меняет струну на инструменте, если та порвалась. Техническое состояние микрофонов, шнуров и прочего подобного оборудования стоит на контроле у техника.

Звукорежиссёр обязан следить за выполнением технического райдера группы. Всё ли, согласно договору, предоставлено и присутствует на сцене.

По всем случаям несоответствия и невыполнения чего-либо техник и звукорежиссёр должны своевременно обратиться к директору группы, который, в свою очередь, будет решать вопрос с местными организаторами концерта. Субординация и ещё раз субординация.



5.4. Распределение денег в группе. Делёж добычи

В этом вопросе есть много вариантов. Но данный аспект отношений должен быть оговорён в самом начале карьеры коллектива, в тот момент, когда никакого заработка ещё и не предвидится. До всех и каждого должна быть донесена схема распределения заработка в группе, и контролем данного вопроса должен заведовать директор группы. А значит, это человек, которому вся группа безоговорочно доверяет, который делами и поступками, своим отношением к коллективу заслужил это доверие. Честно скажу, даже при всём при этом бывают казусы, и не нужно к этому относиться трагично, заламывая руки в горе неописуемом. Да, люди слабы, все люди слабы. И никогда не знаешь, когда, кого и как подкосит искушение. Сумел искусам воспротивиться, остался честным другом и коллегой – почёт тебе и уважение, мой дом – твой дом. Но не всегда так бывает, увы.

Коллектив наш, начав в своё время неплохо зарабатывать, стал откладывать деньги на «мёртвый сезон» (время, когда концертов нет, ибо вся уважаемая публика разъезжается по дачам и морям в отпуска). Мы осознавали, что придётся как-то жить почти три месяца без концертов. И восемь ртов нужно как-то кормить, а у многих из восьми уже были семьи, у кого-то и дети. Дело серьёзное. Но в какой-то момент из-за семейных трудностей наш бывший директор стал откровенно косячить в своей работе. Плюс к этому один раз возникла недостача в кассе группы, потом второй. Мы закрывали на всё глаза, хоть и выказывали ему свои недовольства, в основном из-за того, что по его недоработкам страдали именно мы, музыканты. То там не поселили нормально, то там не накормили, то здесь пришлось ехать кое-как в плацкарте на перекладных. В общем, устали мы от таких казусов и высказали ему своё «фи». В ответ на это наш бывший директор просто пропал с радаров. Перестал отвечать на звонки. А на носу лето, отпуска, отсутствие работы. И как-то уж дозвонился до него наш барабанщик и спросил: «Ну что же ты пропал? Работа-то будет?» А тот в ответ: «Я от вас ушёл!» То есть вот так, без предупреждения. Ну и барабанщик, естественно, спрашивает: «Ну, раз такое дело, бери с кассы свою долю и остальное возвращай нам. Нам на что-то жить нужно всё лето!» А тот ему запросто вот так: «Ничего я вам не отдам. Я вас кинул!» А в кассе было на тот момент под семьсот тысяч, всё нами заработанное и отложенное на лето. Всё, что у нас было на всех. Я к чему это рассказал? Да к тому, что мы все поверить в это не могли. Нас это просто оглушило. Человек с нами бок о бок прожил почти 8 лет. Делил с нами еду, жильё, все невзгоды и победы. Вкладывался в нас, когда нам было тяжело поначалу. Ни единого плохого слова мы про него никому не говорили, берегли, так сказать, честь его. И в одночасье, в один нежданный миг получили такое. Неделю ходили как ушибленные, а потом просто махнули рукой, типа, Бог ему судья. Раз уж решил за единомоментный куш отказаться от будущего – его дело. Выживем как-нибудь. Лето на сухарях провели в растерянности и нищете, но потом ситуация выправилась, и к нам пришёл новый директор, да такой, что и по сей день мы всей группой за него Бога благодарим. И дальше дела пошли пуще прежнего да в радости.

Мораль сей повести проста, уважаемый коллега. Люди все слабы. И никто заранее не знает, у кого какой порог прочности в плане преодоления искушений деньгами, известностью, популярностью, возможностями и прочим. Будьте готовы ко всему, но сие не значит, что это должно как-то подкосить вопрос доверия в группе. А потому твёрдо и заранее на все времена схема распределения заработка должна быть утверждена в группе и одобрена всеми. На оступившихся зла не держите, ибо и себя не знаете (и на старуху случается порнуха), но работать дальше с теми, кто «крысячит» среди своих, точно не стоит. И таки часто бывает, что неожиданно один из музыкантов вдруг заявляет: «С сегодняшнего дня я хочу получать не десять, а пятнадцать процентов. Я делаю в группе больше, чем остальные!» Поверь мне, уважаемый коллега, сие происходит сплошь и рядом. И у нас такое случалось. Поэтому какие бы вы ни были друзья, но бумагу будьте любезны составить, всё чётко там написать и подпись каждого поставить внизу, с расшифровкой. Ибо там, где начинаются деньги, там начинается бизнес. И без бумаги и подписей весь ваш договор держится на честном слове, на внутренней самоуверенности. А оно, слово это, в свою очередь, как я описал чуть выше, порой становится шатким и зыбким в один момент, когда кто-то всерьёз проиграл битву со своим внутренним демоном.

Давай рассмотрим конкретику. Лично мы приняли для себя схему старших товарищей по цеху, к которым пришли за советом по данному вопросу. В нашем случае определённый процент получает компания, которая занимается всей концертной стратегией группы. В это входит работа продюсера (разработчик дальней стратегии), менеджера (импресарио) и пресс-атташе. После вычета этого процента заработок делится просто: 20 % получает лидер группы, как автор песен, как командир, как человек, который за всё несёт ответственность перед людьми и перед СМИ, за любое решение группы в целом. Музыканты получают по 10 %. Техник и звукорежиссёр по 5 %. Художник по свету – цена договорная, в зависимости от зала и сложности работы. Остальное – касса группы, расходы на мелочи (оплата аренды репетиционного помещения, струны, палочки, пластики к барабанам и прочее).

В то время, когда у нас не было компании, отвечающей за организацию концертов и всего, что связано со СМИ, но были отдельно директор и пиарщик, директор также получал 10 %, а пиарщик 5 %. Тут уж как договоритесь. Это наши схемы. Не настаиваю.

Есть некоторые коллективы, в которых распределение происходит по иной схеме, но мы для себя приняли эту, ибо совет по ней получили от долгожителей нашей российской сцены, к тому же имеющих статус рок-звёзд первой величины. И по сей день мы этой схемой пользуемся, вот уже более двадцати лет, с самого начала.

Ещё раз резюмируем описуенное в красках выше. Схема распределения заработка должна быть составлена изначально, с первого вздоха новорождённой рок-группы, заранее, в тот момент, когда его, сундука с пиастрами, ещё и не предвидится. И подписи всех участников «пиратского корабля» под данным документом должны стоять. Кровью. Копии данного документа должны быть распечатаны и храниться у каждого в месте тайном, рядом с завещанием, заветными утиными яйцами с иглами внутрях, в глубоко зарытом под скелетами сундуке.

К тому же подобную схему вы можете подписать на определённое количество лет, чтобы потом иметь возможность её пересмотреть. Но как командир рок-группы с более чем 20-летним стажем, я вам этого делать не советую. Лучше уж раз и навсегда. Как в ЗАГСе. Как у нормальных людей. Режь палец! Ешь землю! Клянись здоровьем любимого хомячка!



6. По городам и весям. Гастроли

6.1 Краткий гастрольный кодекс

Мой совет: не нужно экономить на комфорте и удобстве музыкантов в дороге. Это сразу сказывается на моральном духе ансамбля, хвост у которого падает, словно у побитого пса, если людей перманентно кормить «дошираком» и «шавермами», заставлять их спать, скорчившись в кресле автобуса, и отправлять их мыться в туалет типа «очко». Спустя два-три дня результат будет налицо: настроения на концерте не будет. Треша и угара – тем более. Артисты будут уставшие, грустные. Играть будут, экономя свои силы, ибо концерт в туре не последний. А зритель всё поймёт, уверяю тебя. Всё заметит. И оценит соответствующе. Если ты решил по жизни людям отдавать лучшее, то и бери от жизни лучшее. В дороге старайтесь построить график так, чтобы артисты могли высыпаться. Это главное. Не скрючившись в кресле самолёта или автобуса, а вытянув ноги с подушкой под головой. Нужно стараться каждый день есть горячий суп и вообще есть нормальную еду «для людей». Понятно, что порой организатор желает блеснуть гостеприимством и вечер заканчивается рестораном с изысканной кухней. Но, уважаемый коллега, уверяю тебя, долго ты на омарах с трюфелями не протянешь! Лекарства от поноса, запора и других кишечно-желудочных расстройств уверенно поселятся по твоим карманам. С кислой физиогномикой и размазанным по слюнявчику энтеросгелем ты будешь шествовать по ковровой дорожке к сцене, зажимая ягодицами предательскую физиологию. Твоя печень украсит глаза китайской желтизной. Почки взвоют тамбовскими волками. И чтобы всех этих ужасов не случилось с тобой, коллега, я заклинаю тебя держаться подальше от заведений элитного уровня, но направить свои шаги в сторону общественной столовой. Где ты без дешёвого пижонства и понтов наполнишь свой благодарный организм винегретиком, щами с борщами, пельмешкой без спешки, варёной картошечкой, салатиком из капусты с морковкой, хлебушком с маслицем и прочими прелестями российской кулинарии. И увлажнишь всё это не «Ingle-nook Cabernet Sauvignon Napa Valley урожая 1941 года», а компотом из сухофруктов. И уверяю тебя, в отличие от твоих расфуфыренных с несогбенными мизинцами коллег по опасному бизнесу ты не только вернёшься с гастролей без номерка к гастроэнтерологу, но даже и думать про подобные проблемы забудешь. И да пребудет с тобой силушка богатырская! Меньше пафоса – больше смысла. Если вокалист группы в процессе концерта не играет на каком-либо инструменте (гитаре, например), то зачастую ему и вовсе не обязательно присутствовать на саундчеке. Мониторы ему настроить может и техник или коллега-музыкант из группы. Пусть вокалист чуть больше отдохнёт это время. Это сэкономит силы и настрой лидера группы, ибо, как правило, именно он держит на себе львиную долю внимания на сцене. Вся группа может грустить по углам в ходе шоу, но если лидер «поник хвостом» и откровенно не вытягивает концерт эмоционально – считай, концерт было лучше не играть, ибо он пойдёт в минус группе, а не в разряд достижений. Так что берегите кормчего.

Старайтесь договариваться с организатором концерта, чтобы он предоставлял вам помощников при погрузке/разгрузке (профессиональный промоутер, конечно, и без вашего напоминания этот момент не забудет, но таких в стране, увы, не так уж много до сих пор, кто понимает важность этого момента). Настаивайте также, чтоб промоутер (организатор концерта) либо его «правая рука» лично встречал группу по прибытии оной в город и лично провожал до вагона поезда или двери прохождения контроля в аэропорту.

– Михалыч, предъяви товарищу полицейскому паспорт и билет!
– Мяу!!!


Поверьте, всякое бывало. Да и в принципе подобное поведение организатора говорит о его воспитании, культуре, уровне ответственности.

Ансамбль в целом должен со всея серьёзностью подходить к вопросу обязательного общего сбора в требуемой ситуации. Заселение в гостиницу, к примеру. Или выезд на чек. Когда начался обратный отсчёт перед началом шоу, в оговорённое заранее время, когда артисты начинают готовиться к выходу на сцену, все должны быть на месте. Отъезд с концертной площадки – личный состав построен на плацу перед предоставленным транспортом. Сбор в аэропорту или на вокзале – как штык на явку без повинной. Все эти моменты чётко оговариваются заранее в спокойной обстановке, а не на лету, когда все угашенные, в брызгах эйфории забыли, «кто я и где нахожусь». Опоздал – неустойка. Семеро одного не ждут. Не успел на поезд/самолёт – будь любезен, за свои деньги берёшь билет и догоняешь коллектив. Помним: один раз – случайность, два – совпадение, три – закономерность. А если человек подводит всю группу, запарывая ей концерты, стало быть, он предатель на корабле. Однозначно. Из-за него весь корабль проиграет битву в целом. И вот в этот сгущающий хмурые тучи момент мы с тобой, коллега, выбьем на мраморном пьедестале всех успешных рок-групп незыблемое золотое правило:

ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК НЕ ПРОФЕССИЯ.


С хорошими людьми и друзьями замечательно пить водку из большой алюминиевой кружки у костра на рыбалке. Но работать с ними – нет. Токмо дружбу испортишь и карьеру свою заодно. Работать нужно с ответственными профессионалами. И я, как лидер группы, по этому поводу однозначно и чётко озвучивал свою позицию при каждом новом участнике группы, которого мы брали в коллектив:

«Если ты, о, вступающий в ряды нашего незабвенного ансамбля, качественно, ответственно и старательно будешь выполнять свою работу в группе, ты станешь мне другом! И я, как командир, буду везде и всегда защищать твои интересы, даже в ситуациях, когда ты будешь не прав. Ибо при таком раскладе ты мой боевой товарищ, брат по крови, однополчанин, сосед по окопу, ты – свой, и мы с тобой одной крови. Но стоит тебе забыть о своих обязанностях и начать „косячить“ (не важно, в музыке или повседневном быту группы) – ты автоматически становишься для меня „иудой“, предателем и врагом. А с такими хитрожопицами, на чужих спинах выезжающими, у меня разговор короткий: за борт его! На дно! Сейчас же!»

В дороге нужно учитывать меру усталости каждого бойца, их предпочтения и вкусы, а также специфику здоровья каждого. Каждый участник группы – обычный человек, со своими диагнозами во всей широте понимания этого слова. Когда группа долгое время находится в состоянии передвижения от населённого пункта к малонаселённым, всё это повылазит наружу. По крайней мере, в первые пять лет гастролей. В этом вопросе каждая группа (а точнее, её командир) принимает своё решение. Кто-то обязует всю команду к соблюдению сухого закона в течение гастролей. Кто-то определяет меру допустимого употребляемого перед концертом. Кто-то и вовсе принципиально не берёт в состав команды бойца с опасными склонностями к выпадению из адекватности. Могу здесь сказать токмо за свой коллектив. В силу долголетия группы с годами проблема практически угасла. Во-первых, всевозможные допинги встали поперёк горла по принципу: «А ты что, не пьёшь? – Не могу больше!» Во-вторых, опыт предваряет мудрость. И со временем практически каждый в группе понял, что качественно делать своё дело без ошибок и провалов при перманентном употреблении спиртного и других забавных препаратов не представляется возможным. Ты проигрываешь там, где твои конкуренты с улыбкой тебя обходят и машут платочком вослед. Догонять и исправлять всегда в 5–10 раз сложнее и мучительнее, чем сделать хорошо сразу. Отсюда растут ноги у следующего наскального лозунга, который пригодится тебе не только в музыкальном бизнесе, но и в целом по жизни, что бы ты ни делал, начиная от мытья посуды на кухне и заканчивая зачатием детей:

СДЕЛАЙ ОДИН РАЗ И СРАЗУ ХОРОШО!


Ибо любая ошибка или недодел повлечёт за собой уйму горемычную времени и сил на исправления того, что было сделано «на отлюбись». И пока ты барахтаешься с запутанными снастями, замазываешь смолой дырявые борта и на скорую руку пытаешься зашить рваную парусину, корабли твоих конкурентов уже скрылись за горизонтом с грузом пиастров, показав тебе в подзорную трубу спущенные до колен штаны.

Так вот, в своём коллективе я пред строем личного состава озвучил простое правило: на боевом посту каждый боец должен быть трезв, собран, выполнять боевую задачу безупречно и полностью отвечать всему, что несёт команда в целом. Это есть командный дух и братство. А это значит: даже если ты оголтелый фашист, мизантроп и потенциальный маньяк, но при этом играешь с хиппи в регги-группе, где все остальные участники сплошь кришнаиты и выходцы из Анголы с ослепительной улыбкой доброты за весь мир, будь любезен морду лица своего пред людями – на сцене, на автограф-сессии, в студии, на гастролях – сделать такой, чтоб все дети тебя с ходу принимали как минимум за доброго волшебника или мать Терезу. Значок на груди «Миру мир», пионерская улыбка юного гагаринца, и на все вопросы журналистов чёткий ответ: «Все люди – братья и сестры! Любовь!» А вот когда твоя работа закончилась и ты закрыл за собой дверь гостиничного номера и остался наедине с собой, ты можешь снова и сколько хочешь стоять в слезах любви на коленях перед портретом Джека-потрошителя, можешь кричать «White power forever!», смотреть репортажи с кровавых детских боёв без правил, строить планы по реконструкции Освенцима, трахаться с козой и т. д. Всё это – твоё личное дело, и каждый в ансамбле по этому поводу должен пасть закрыть и принять как данность. Да, этот парень у нас странный (смущённая улыбка), никто не идеален.

Но пока боец на посту (а это не только сцена, повторяю, но везде, где индивидуум олицетворяет участника своей рок-группы пред кем-либо), святой долг – защищать свой корабль и всячески блюсти его интересы. Так что, выходя на публику или к братьям по группе, снял любимую нацистскую фуражку, надел галстук в горошек и всем с улыбкой запел: «Хари Рама, дорогие братья и сестры, воистину Африка – наше всё!»

Это не лицемерие. Это уважение к братьям по оружию. Это профессионализм. У вас одна общая цель на корабле – ваша победа в бою, ваша добыча во всех её аспектах. И чтоб вам за всё это ничего не было! Всё остальное – за закрытыми дверями. И вот по поводу всего, что творится «за дверями» группы, и это касается абсолютно всего личного – взаимоотношений, увлечений, казусов и конфузов, кто, когда, с кем и сколько, – у всего этого есть мудрая американская пословица, и зарубите её себе на рукоятке боевого топора:

«ВСЁ, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ЛАС-ВЕГАСЕ, ОСТАЁТСЯ В ЛАС-ВЕГАСЕ!»


Не лезьте друг к другу с подкалывающими вопросами о подробностях, словно пубертатная девочка в туалете на переменке к подружкам. Личные приключения каждого – личные. Вы – взрослые люди, уважающие друг друга. И поэтому в дороге будьте друг к другу терпимее, тактичнее, заботливее. Каждый может помочь кому-то что-то донести, уступить более комфортное место, если видит, что коллега не в лучшей форме или настроении. Помните, что один человек в коллективе (любой) способен свести к нулю усилия всех остальных, если он не учитывает данной позиции командного мышления. И это также может стоить вам карьеры всей группы. И оно таки случалось, дорогой коллега, и не раз.

– Папа, а что нужно, чтобы «БИТЛЗ» воссоединились?
– Всего три пули, сынок, всего три пули…


6.2. Сборы в дорогу. Корзина, картина, картонка и ещё пёс знает что. Эх, дороги… Пыль да туман…

Дорога, уважаемый коллега, будет твоей жизнью, если у тебя всё сложится удачно. Ты будешь жить в поездах, самолётах, автобусах и автомобилях. Реже – в трясущейся собачьей упряжке или на верблюде. Тут уж как карма ляжет. Поэтому привыкай жить в таких условиях. По прошествии первых пяти лет постоянных гастролей вещи собираются за минуты по заученному паттерну.

Группа «Король и Шут» в середине двухтысячных уезжала в очередные затяжные гастроли по стране. Парни готовились минимум два месяца провести вдали от дома. Пришли все к поезду. С чемоданами и сумками. Кто что набрал для комфорта и уюта. Вес приличный. И тут последним подходит Миша Горшок (вокалист), а в руках его практически пустой полиэтиленовый пакет. Парни его: «Горшок, а где вещи? Мы ж на два месяца уезжаем!» На что Горшок невозмутимо: «Ну так, я взял зубную щётку, книжку и микрофон!»

Ту же ситуацию я пережил, когда впервые поехал в Индию. С нами отправлялся в путешествие бывалый человек, наш друг Митя Гоблин (хозяин известной московской компании по продаже рок-атрибутики), который объехал полмира. Мы старались не ударить лицом в грязь, собрали самое необходимое. Получилось по рюкзаку на человека. Как положено: тёплые вещи, лекарства на экстренный случай, фотоаппарат, зарядки, носки и прочее. В общем, рюкзак как рюкзак. И пришёл на встречу в аэропорт наш бывалый проводник Митя. С пустым маленьким рюкзачком-котомкой на спине. На дне этого рюкзачка лежала всё та же зубная щётка, лёгкие шорты и «кенгуруха». Мы с опаской посмотрели на Митю, который собирался с нами в месячное путешествие по Индии. И на молчаливое наше удивление Митя ответил: «На всё остальное у меня есть в кармане паспорт и банковская карта! Кстати, плавки на мне».

Есть с кого брать пример, коллега. Учти, что в дороге каждый лишний килограмм – это твои мучения, твоя больная спина, твоя верига в то время, когда ты, смертельно уставший, еле плетёшься после концерта. А в следующем городе хочешь не хочешь, а улыбайся и танцуй!

Годы ушли на то, чтобы определить список важных вещей, которые нужны в дороге. Это тебе не на курорт скататься по программе «Бери плавки и деньги». Это гастроль, уважаемый коллега. В пути с тобой могут произойти различные казусы.

Наш тур по востоку России заканчивался в Красноярске. До него было порядка пятнадцати городов в заезде, а на дворе стоял декабрь. И надо же такому случиться, что опосля Красноярска нам светом в оконце засветил концерт в Израиле. Мы сели на самолёт в Красноярске. Температура на лётном поле приближалась к заветной цифре 30 со знаком минус. Закутанные по самое баловство, в шерстяных шарфах и шапках, окуклившись в пуховики, хрумкая по снегу в зимних тёплых пухликах, мы поднялись на борт, запихнув себя в проём двери самолёта. Долгий полёт через Москву. И вот мы в аэропорту Тель-Авива. Без задней мысли мы надеваем на себя всё своё шмотьё (а куда ж его девать?) и выходим из самолёта на трап. И первое, что я вижу, – это мужик, который идёт по лётному полю голый по пояс, в пляжных сланцах и гавайских расписных трусах. На термометре ихнее прохладное +28. И я стою в своём сибирском пуховике, в ушанке, чуть ли не в валенках и смотрю на всё это. На пальмы, на людей, истекающих потом в майках, на палящее солнце Иудейской пустыни. И моё лицо обдувает случайный ветерок как будто из только что открытой после выпечки пирогов духовки. И произношу ровно то же, что и пингвины, прибывшие в Антарктиду в мультике «Мадагаскар»: «Полный привет!»

Нужно быть готовым к тому, что в течение заезда погода будет меняться от жути до ужаса. И твоё состояние будет меняться от искрящегося здоровьем беспредела до лихорадочной трясучки с липучим кашлем. Это Россия, коллега. Здесь тебя ждёт снег Сибири и ленинградские дожди, шквальные ветра Владивостока и духота Астрахани, пекло Краснодара и сквозняки Волгограда, шторма Севастополя и чёрная пурга Норильска. Весь огромный метео-луна-парк Российской Федерации к твоим услугам. Потому – практичность и ещё раз практичность. И краткость – сестра таланта. Ибо всё барахло тебе по всея Руси тащить на себе. Учти, с каждым городом сумка тяжелеет. Нипочему. Просто это так. Это не глюк, но достоверный факт, доказанный авиавесами. Пропотевшие концертные вещи, сколько их ни высушивай без возможности постирать, чётко набирают вес. Благодарные слушатели всучат тебе в каждом городе по подарочку-другому. В гримёрке взял с собой на всякий случай бутылку воды и пару яблочек. И вот уже сумка, которая при выезде была около пяти килограмм, мистически приблизилась к отметке восемь. Дальше – больше. Этот фокус знают все гастролёры. Поэтому изначально при старте на гастроли из сумки должно быть удалено всё лишнее и взято только то, что поможет тебе в экстремальной ситуации и для выполнения работы. Надевай на себя всё лёгкое, но бери с собой утеплённости по минимуму. Пляжная майка в дырочку, а сверху пуховик.

Что-нибудь прикрыть горло – платочек али шарфик. Ибо продуло горло – передавай привет лёгким. А тебе, возможно, петь ещё, десять городов впереди. И ты не рэпер, который может начитать свои манифесты при любом состоянии связок, и чем более он хрипит, тем весомей получается на выходе. У тебя музыка, тебе тесситура голоса важна, подача, чистота взятия нот. Ты хоть и не Лучано Паваротти, но певец. И с концерта ты часто выходишь такой же мокрый насквозь, уставший, аки пёс Филя в ТВ-передаче «Спокойной ночи, малыши!». Из прогретой и душной гримёрки выбежал на улицу, где зачастую моросит или дует ветер, холодно и противно, – и сразу отоларингологи и пульмонологи всея Руси захлопали радостно в ладоши. Кто-то подошёл за автографом, ты минуты две постоял с поклонником – и всё, достаточно. Завтра температура 38. А концерты надо играть каждый день. И впереди – тысячи и тысячи километров пути.

Тёплые носки. В поезде, бывает, так дует с окна, что ноги становятся ледяными (все опытные путешественники ложатся спать в поезде ногами к окну), да и в гостинице не всегда добросовестно подходят к вопросу тепла в номере. Помимо тёплых портянок, бери с собой две пары простых на смену, ибо в дороге носки приходят в непотребное состояние очень быстро, а источать обморочные запахи ногами артист точно не должен.

«Пижамку», как я это называю. Сие есть просто заношенный до дыр комплект лёгкой одёжки, в котором ты будешь валяться в поезде и в гостинице, дабы чуять себя комфортно, уютно. Это зрители концерт посмотрели и пошли по домам, на свои домашние родные кухоньки, к родному холодильнику, под привычное одеяльце, к тарелке с супчиком. А ты припёрся в час ночи в отель, где кухня в ресторане закрылась ещё в 12 ночи, – да, приятель, ты не успел, и твой ужин отдан врагу, как и завещали тебе все диетологи мира. Ты ввалился в номер отеля, где щели в окнах обеспечивают тебе навязанное круглосуточное проветривание номера, где порой горячая вода становится не такой уж горячей после полуночи, ибо насосы включают в сберегающий режим ночью. И ты в это всё зашёл, осмотрелся и, буркнув: «Да на шпинделе я крутил», упал как был – в уличной одежде – на кровать, ибо силы кончились. Мой тебе совет: не поленись, сполоснись в душе, переоденься в «пижамку». Будешь чувствовать себя наутро куда более отдохнувшим, а ведь у тебя вечером уже опять концерт и до следующего города ещё надо ехать часов пять-семь на автобусе.

Ванные принадлежности. Таскать с собой шампуни – это роскошь. Забей. Какие-никакие, они почти везде есть в отеле. А вот согревающие или морозящие лечебные мазюки рекомендую, особенно барабанщикам. Им же рекомендую держать при себе элементарный эластичный бинт, если не умеют пользоваться кинезиотейпами. На концерте всё может случиться. Растяжение, неудачный жест рукой, спину потянул, ногой скользнул по сцене переборно и т. д. И мазюка магическая таки спасёт, и тейп тоже.

Зарядки и наушники. Ох уж мне эти зарядки. «Есть у кого чем телефон зарядить?» и «Блин, у меня планшет сел!» – самые часто звучащие вопросы в коллективе. И не забывай ставить всё на зарядку на ночь. А то будешь пять часов дороги смотреть в окно на российские пейзажи, а они, как известно из спектаклей Гришковца, весьма однозначны – сначала деревья в одну сторону, потом в другую, изредка проталины-болота. И покосившиеся заборы. Наслаждайся. Таскать с собой книги – роскошь, ибо вес. Уж лучше так: купил, прочитал, оставил, где дочитал. Запомни! Power bank не сдаётся в багаж, но всегда берётся с собой в салон самолёта, иначе рискуешь вовсе не улететь.

Тапочки. Мы их заимствуем в отелях. Надеть их в самолёте или поезде – свято дело. Ноги должны отдыхать. При перелёте в несколько часов у нас ребята в группе переодеваются даже в салоне самолёта в мягкие домашние штанцы. Сутками находиться в уличной одежде – гарантия быстрой усталости, и физической и моральной.

Концертную одежду держи аккуратно сложенной отдельно. Порой нет времени привести её в порядок перед выступлением. А уж погладить вещи – из разряда «повезло». И если вы заезжаете в отель днём перед выступлением и при этом предусмотрена ночёвка, советую сразу договариваться о срочной стирке концертной одёжки. Уж лучше досушить её на следующий день в дороге, чем тащить вонючие, аммиачно благоухающие шмотки с собой. Провоняет всё и надолго.

Возьми с собой термокружку. Удобную. Лёгкую. Походную. Небьющуюся. Сейчас индустрия походного инвентаря ушла далеко вперёд. У нас до сих пор большинство промоутеров не в курсе, что кипяток и алкоголь нельзя наливать в пластиковые стаканчики, ибо те выделяют при этом опаснейший для здоровья фенол (импотенция и рок-звезда – несовместимы). Да, пить чай или кофе из пластикового стаканчика можно раз в месяц на автозаправке при излишнем торопыжничестве. Но каждый день? Льготный абонемент в поликлинику тебе обеспечен как постоянному клиенту. Почти ежедневно и везде ты встречаешь именно пластик. Знание и культура в нашей стране отстают в этом вопросе, увы. Уж лучше воспользуйся бумажным.

Походный набор «ложка, вилка и нож в одном флаконе» тебе тоже придётся кстати во многих ситуациях.

Возьми с собой какой-либо головной убор. Не модную бейсболку для понтов, а простую народную «менингитницу», вязаную шапочку «а-ля презерватив» для мозгов. Даже если на дворе лето. Никогда не знаешь, как погодка обернётся. А то приедешь, казалось бы, на летний рок-фестиваль, на саундчек в открытое русское поле в 7 утра и будешь там в трясучке холоднючей часа два-три куковать. Сто раз такое было.

Я советую тебе не таскать кучу свитерков, жилеточек, водолазок и прочего. Одной более-менее тёплой вещи вполне будет достаточно, да и она понадобится не часто. Всё-таки ты не в поход идёшь, не по горам и лесам пешкодрапать. Как правило, на улице ты находишься редко и мало – от аэропорта до самолёта дойти, от самолёта до автобуса, от автобуса до крыльца отеля, от машины до входа в концертный зал и т. д. Больше 10 минут на улице ты бываешь редко. Разве что сам захочешь прогуляться по городу. Нормальный пуховик или куртка с утеплителем вполне позволяют ходить в футболке. Жарко – снял его. Холодно – надел. Лишнее шмотьё в сумке – твои ноющие оттянутые плечи. А если устали плечи – поверь, всё остальное общее состояние твоё будет желать лучшего.

Большинство артистов предпочитают не сумку, а таки чемодан с колёсиками. Его удобнее за собой возить в аэропортах и на вокзалах. Его спокойно можно сдать в багаж. Вещи в нём остаются менее скомканными и более сохранными. А уж в него можно положить небольшую сумочку или плащевой ткани рюкзачок, чтобы взять с собой в салон самолёта необходимое. Чемодан не очень удобен в поезде, когда то или иное нужно достать. Но плюсы всего остального таки перевешивают.

Про трусы и сменные майки/футболки я умолчу, сам справишься. Остаётся взять с собой тетрадку и пару ручек, записывать в дороге умные мысли, новые стихи и песни, телефоны новых товарищей и друзей.

Более советую ничего не таскать. И запомни правило «пятерни» или «ладошки», как я его называю. При выходе из дома, отеля или гримёрки всегда проверяй по пальцам руки пять составляющих: 1. Паспорт. 2. Телефон. 3. Билет. 4. Ключи. 5. Деньги.

Всё остальное в дороге купишь на время, если понадобится. Алга!



6.3. Райдер. Меню и прейскурант

А песенка бременских музыкантов «Мы к вам приехали на час, а ну, скорей любите нас!» – она точно о музыкантах?
То самое интригующее слово, так интересующее всех поклонников рок-группы. И мерещатся им тёмными ночами в этом самом райдере сплошь диковинные призраки сладкой звёздной жизни. Как минимум горы кокаина, дюжина смуглых массажисток с расширенным профилем, шампанское и чёрная икра в номере с колоннами и лепниной. Будоражит их воображение размер джакузи, бар в лимузине и охрана с пистолетами на поясе. Не спеши, дорогой коллега, разочаровывать своих поклонников. И не столь важно, что всего этого, конечно, в райдере нет у нормальных, адекватных артистов, ибо не заполучили комплексов неполноценности в неудачном детстве. Просто людям хочется верить, что хоть кто-то в этой жизни живёт в ими воображаемом раю. Не отнимай у них надежду. Ты удивишься со временем, когда осознаешь, что людям не так уж важно самим оказаться в раю, но обязательно знать, что рай этот где-то принципиально существует. Возможность им важнее, чем достижение оного. Для большинства, по крайней мере. Поэтому пусть думают что хотят. Но для нас, уважаемый коллега, райдер является мерой суровой необходимости. И в нём прописано всё то, что годами опыта тысяч музыкантов было определено как адекватные условия для работы. Это касается как бытового, так и технического райдера. К сожалению, данный момент до сих пор понимают не все промоутеры, принимая необходимость за блажь. Или, наоборот, пытаясь пустить звёздную пыль в глаза артистам, от всея души стараясь в этот самый райдер привнести нечто своё, как им кажется, совершенно необходимое для звёздной жизни, но по сути являющееся лишь бременем. Лично мы переняли опыт рок-группы «Чайф» и приписали в конце своего райдера главный, важнейший пункт, который звучит так:

ЛУЧШЕ, ЧЕМ НАДО, – НЕ НАДО!


Настаивайте, чтоб организатор выполнил заранее высланный райдер по каждому пункту. Но негоже просить или требовать чего-либо сверх того, если не катастрофично. Не падайте до нищенских подачек по принципу «уж когда соберусь купить сам». Не теряйте достоинство. Нижнее бельё и прочие подобные интимные вещи вы можете себе позволить купить сами, чай, не инвалиды и не бомжи. Так что отнеситесь к составлению райдеров внимательно и весьма заранее. Продумайте, что для вас является необходимым для выполнения своей работы.

Встречаются два музыканта:
– Ну, как жизнь? Чего нового?
– Хорошо, вот новый диск выпустил.
– Продал уже что-то?
– Да. Дом, квартиру, машину…


В нашей стране весь позволительный по весу максимум в техническом плане я советую брать с собой. Зачастую так бывает, что на концертной площадке нет ни качественных шнуров, ни нормально спаянного дибокса, ни даже приличной переноски-пилота. Ибо там проходит по 5 концертов в неделю весь сезон и уследить за всем инвентарём достаточно трудно, а порой и персонал откровенно ленится. И не важно будет на месте, кто виноват, ибо концерт будет запорот именно у тебя в любом случае. Надейся на себя.

Профессиональные музыканты стараются максимум надеяться на собственные возможности и минимум на возможности «на месте». Поэтому чаще всего современные музыканты пользуются системой ушного мониторинга, опцией виртуального управления звуком через планшет, возят с собой даже пульт со всеми настройками. Это уменьшает вероятность возникновения непредвиденных ситуаций.

Также в райдере должно быть учтено наличие охраны гримёрки, если доступ к данному помещению не исключен для случайных лиц (в том числе работников клуба или площадки). Проще говоря: либо ключ от гримёрки в кармане директора группы, либо охранник стоит на входе в гримёрку. Поверьте мне, бывали случаи. Из гримёрки во время концерта пропадали и телефоны, и компьютеры, и личные вещи, и деньги. Хорошо, что не паспорта. Оказаться в такой ситуации за много тысяч километров от дома, когда у тебя впереди ещё десятки городов в туре, – поверьте, ощущение не из приятных.

Бытовой райдер также составляется на основе необходимости и здоровья в первую очередь. У какого-либо участника группы могут быть ограничения в еде и напитках, вытекающие из нюансов по медкарте. Кто-то и вовсе вегетарианец. У кого-то желудок принимает только этот сок и никакой иной. Кому-то по жизни прописана морковка, а кто-то восстанавливает силы проверенным способом, смешивая апельсин и сельдерей. Кому-то необходимо молоко, а кому-то коньяк. Может, иной металлист не может ответственно выйти на сцену, не отведав сырого мяса с кровью. И так далее и тому подобное. Хотелось бы, чтобы промоутеры на местах поняли главное: точное соблюдение бытового райдера – это лишний процент гарантии, что ваше же мероприятие пройдёт успешно. Не иначе. Это не блажь, но годами выверенные нюансы.

Много раз случалось так, что, выйдя на сцену во время саундчека, я не наблюдал, скажем, «прострелов», заявленных по райдеру. При этом сцена была явно шире пяти метров и нуждалась в оных. И я, видя такое отношение, просто выходил и говорил местным аппаратчикам: «Ребята, мне по барабану. Я и так сыграю концерт. Но сыграю кое-как. На отлюбись. По-другому просто не получится из-за сэкономленных вами на нас колонках. Как вы к нам, так и мы к вашему городу. Именно из-за вас ваш же город получит не полновесный хороший концерт нашей группы, а кое-как сыгранный, по принципу „авось сойдёт“, ибо технически без требуемых нами „прострелов“ нам будет очень тяжело гарантировать качество игры и звучания. Но если вы хотите наказать свой город, можете их не ставить! Мы сыграем и так. Вам решать, чего вы и ваш город достойны. И уж точно в следующий наш приезд сюда мы всячески постараемся заказать аппарат не у вас! Спасибо за внимание!»

Поверь, коллега, это было не один раз. И происходит иногда до сих пор. Ибо мышление партнёрства и философия подхода к своему делу в нашей стране до сих пор оставляют желать лучшего. И так в любом бизнесе, я уверен. Мне обидно только одно: публика не виновата в таких ситуациях, но страдает из-за подобных лентяев и разгильдяев именно она.

Подведём итог. Райдер – это мера необходимого. И эта мера определяется как то, что позволяет артисту быть здоровым и быть готовым выполнять свою работу. Почти все нынешние артисты это понимают. И лишь очень немногие до сих пор таскают за собой «философию нищебродов», которые в слове «райдер» видят возможность на халяву получить то, на что их жаба душит потратить собственные деньги, ибо нищий – это не финансовое состояние, а психологическое. Но это мы обсудим уже в других книгах, более по медицинской части.



6.4. Афиши. А вот и мы, не ждали?!

Задолбать всех своей рекламой – святое дело. Только и здесь есть грань тактичности и воспитания, ибо навязанный сервис хуже его отсутствия. Нет более эффективного пути по воспитанию к себе и своему продукту стойкой ненависти, чем тыканье им в лицо на каждом шагу. Посему грамотно, с учётом специфики электората выбирай площади для рекламы. Соразмеряй бюджет и изучай эффективность того или иного способа донести себя. Это зависит от многих факторов. От возрастного диапазона аудитории. От выбора площадки для выступления, ибо нет смысла вкладывать серьёзное финансирование в рекламу на билбордах, если ты выступаешь в пивном замызганном полуподвальном клубе. Публика, приходящая в такие заведения, на билборды не смотрит. Но зато внимательно читает чёрную расклейку на заборах своего района. И наоборот, коли уж ты дорос до более-менее серьёзной тысячной и более площадки, то имеет смысл делать упор на рекламе, включающей в себя афиши в метро или на дорогах, на рекламных радиороликах, на больших рекламных площадях. Интернет также не последняя статья в данном вопросе. В рекламе концертов не вози манную кашу по тарелке относительно сути происходящего на сцене, но дай чёткую и точную информацию – где, когда, во сколько, по сколько.

Название твоей группы чрезвычайно важно для тебя, я знаю. Но поверь, пока его не очень хорошо знают все жители хотя бы твоего микрорайона, имеет-таки смысл на афише привлечь людей не огромными замысловатыми буквами, но мотивирующим рисунком. Я до сих пор и сам попадаюсь на эту удочку. Идёшь по улице, мимо проплывают десятки и десятки афиш. И вдруг на какой-то из них нарисован прикольный яркий красочный рисунок или изображён креативный классный дизайн, и ты сразу: «А ну-ка, ну-ка…» и подходишь прочитать, а что же там такого? Своим взлётом группа «Пилот» когда-то была обязана и такой замечательной советской певице, как Эдита Пьеха. Причём она до сих пор об этом ни слухом ни духом, ясен пень! А дело было так. Мы монтировали на компьютере одну из своих первых афиш для расклейки по городу. И тут, гуляя по улицам, я стал натыкаться на афиши Эдиты Пьехи. Вот куда бы я ни шёл, везде была эта Эдита Пьеха. Ну прям куда ни плюнь, и деваться от неё некуда. Меня уже трясти от неё стало, хотя ничего дурного про неё не думал и не думаю. Замечательная певица, что и говорить! И вдруг меня осенило. Афиш по городу и тогда было очень много, десятки на все лады. Но они скользили мимо моего взгляда, были незаметной и неотъемлемой частью городского пейзажа. А Эдита Пьеха проела мне плешь на голове и подмигивала своим именем с каждого угла! Секрет был в простом цветовом решении. В цветах её афиши. Либо яркий ядовитый жёлтый цвет надписи на угольно-чёрном фоне, либо, наоборот, на режущей глаза желтизне чёрные буквы. Я пришёл к художнику клуба «Полигон» Андрею Пахоменко и сказал: «Андрей, я открыл один секрет рекламы!» И мы с ним сделали точно так же с афишами «Пилота». Это сработало, да ещё как! Народу навалило в клуб столько, что добрые и замечательные поклонники, перед которыми закрыли двери по причине всех проданных билетов, проломили внешнюю кирпичную стену здания клуба и через образовавшуюся в стене дыру, ведущую в женский туалет, пролезли в клуб. И мы проделали этот трюк с афишами ещё раз пять – семь за год. А потом начали замечать, что большинство из наших поклонников повадились приходить на концерты в чёрно-жёлтых тонах одежды, и число таковых увеличивалось с каждым разом. Я ненавязчиво поймал одного в углу и спросил: «Это что за новая фишка?» А он, не смутившись, ответил: «Дык цвета группы „Пилот“ – жёлто-чёрные! Это все знают!» Я икнул от изумления, пошкрёб затылок и, растерянный, пошёл в гримёрку. Это ж надо такому случиться! Ввалился к художнику и говорю ему: «Андрюха, похоже, секрет рекламы имеет побочный эффект. Видимо, мы создали новую секту имени себя!» Прошло 20 лет. Мы давно отказались от идеи чёрно-жёлтых афиш, точнее, не так уж часто её используем. Но на все эти 20 лет за нами, за группой «Пилот», прилепилась эта самая «чёрно-жёлтая униформа». В чём сила, брат? В одном подсмотренном секрете рекламы. Спасибо Эдите Пьехе за наш чёрно-жёлтый мерч на все года!

Я часто вижу распространённые ошибки на городских афишах. К примеру, видишь афишу любимой тобой группы. Крупный шрифт логотипа коллектива, казалось бы. Хорошо заметно из проезжающей машины. И число заметно в углу. И название программы. Отлично. Но где проходит концерт-то? Увы, ни намёка. И, уже слегка разозлённый, ты паркуешься, вылезаешь из машины, возвращаешься к афише. И что? И всё равно ни шиша не узреть, где же весь этот праздник будет проходить! Начинаешь спрашивать у знакомых по сарафанному радио. А они: ну, вот там-то, мы на афише видели – внимание! – логотип клуба. А ты не то что про этот клуб впервые слышишь – Питер город не маленький, и тут клубы аки грибы, десяток открылись, десяток закрылись, и всё это за три недели, – но они ещё к тому же вместо названия клуба поставили в углу афиши его весьма затейливый логотип. И – внимание! – без самого названия клуба! Полный привет. И главное, на афише этой нет даже адреса этого таинственного заведения. Ну и каков результат? Верно. Десять «землекопов» перед сценой и разочарованное лицо организатора с речами типа: «Ой, видимо, времена популярности этой группы прошли. Погода подкачала, все на дачу уехали. Новый их альбом, видать, не покатил. Они сами ничего для рекламы своего концерта не сделали (а с каких таких перепугов они, музыканты, вообще обязаны этим заниматься?). Билеты для этой группы слишком дорогие». И прочая оправдательная ересь. Ну и что тут скажешь уважаемому промоутеру? Чудак, ты на афише хотя бы напиши, где концерт проходит и по какому адресу!!!

То же самое нытьё слышишь, когда редкий промоутер соизволил повесить афиши у себя в городе за неделю до концерта. А чего не за два дня? – хотелось бы спросить. Да хоть сама «Металлика» приехала бы к вам с такой рекламой, вы бы и на них собрали двадцать местных алкашей, которые на углу случайно прислонились к водосточной трубе с наклеенной афишкой А4. Ну и пару десятков их собутыльников, которые по сарафанному радио услышали и воскликнули в пьяном угаре: «А чё, братан, а не тряхнуть ли нам стариной, не потрясти ли облезлыми усами?»

А бывает, что и вовсе организатор надеется на известность рок-коллектива и вовсе не вывешивает афиш по городу, освещая данный концерт лишь в сетях Интернета. А зачем напрягаться? К чему работать? Итог – полупустующий зал и нытьё промоутера на ту же тему, мол, коллектив нынче не популярен стал, видать. А на самом деле гражданин просто решил на вас тупо сэкономить, «положить в карман», понадеялся на авось, сделал своё дело на «и так сойдёт» и получил заведомую хрень вместо концерта. Музыканты же, так или иначе узнав данную ситуацию с рекламой от поклонников, пожали при расставании руку промоутеру и, отойдя пару шагов, тихо молвили промеж себя: «*удак – это призвание!» И уж точно данные музыканты постараются более дел не иметь с таким хитропопым организатором.

И сие, коллега, в нашей любимой и уважаемой стране, увы, случается порой. Современные реалии нашей страны диктуют артисту отслеживать-таки рекламную кампанию его же собственных концертов, следить за добросовестностью промоутеров в исполнении афиш и их распространении. Увы, позор, но приходится кое-где. Это как если бы хирург перед каждой операцией лично проверял стерильность всех инструментов. Хотя я не удивлюсь, если и это происходит у нас в стране. Насчёт велика и могуча – тут каждый сам решает, а вот насчёт непостижимости разумом – это точно.

При продумывании процесса рекламы вы должны провести маркетинговое исследование относительно целевой аудитории вашего творчества. Если песни вашего коллектива слушает в основном контингент от 13 до 20 годков, то, естественно, будет иметь смысл сделать упор на Интернет, на соответствующие ресурсы. Но если ваше творчество более близко людям от 27 лет и старше, то очевидно, что у большинства этих людей вряд ли есть много свободного времени сидеть беспросветно в Сети, гуляя по сайтам и подмечая, что нового происходит в мире концертов. Их время занято работой, семьёй, детьми, решением множества взрослых проблем. И реклама по Интернету пройдёт, как пить дать, мимо них. Зато эти люди почти каждый день передвигаются по дорогам города, на общественном транспорте или на своих автомобилях. Значит, упор делается на эти объекты, на дороги и на прилегающие площади. Да, кстати, будешь сниматься на афишу – проверь, застёгнута ли ширинка!



7. Концерт

7.1 Униформа. Главное, чтобы костюмчик сидел!

История. На дворе был примерно 2005 год. Собрались как-то в одном офисе известные музыканты и организаторы одного из самых известных рок-фестивалей нашей страны. И стали обсуждать технические и бытовые подробности, мол, что кому нужно, как улучшить качество мероприятия. Советы спрашивают, делятся мнениями. И тут слово взял Евгений Хавтан из группы «Браво» и молвил: «В гримёрки нужны гладильные доски!» Все с недоумением посмотрели на него, типа, это всё-таки лишнее. Но Женя прокомментировал: «Ну, хотя бы нам, группе „Браво“, точно нужны гладильная доска и утюг в гримёрку! Мы – артисты! (Он сделал на этом слове выразительное ударение.) Нам нужно погладить после дороги концертный костюм, рубашку. Мы не можем себе позволить выступать на сцене кое-как, в футболках, как некоторые!» И вот тут меня прямо сильно задело. Ибо почти все мои коллеги-артисты, коих я знал тогда, выступали на сцене именно в футболках. Да и я сам. А потому я, конечно, обиделся, ибо принял этот камень и в свой огород также. Но, помимо обиды, во мне осталась доля холодного разума, которая сказала: «Илья, а ведь он прав! Сто раз прав! Если ты считаешь себя артистом, то будь любезен выходить на сцену не кое-как, в том, что под рукой оказалось. Но продумай себе концертную одежду!» Не сразу, конечно, я пришёл к этому. Но думал над Жениной фразой несколько лет, она не давала мне покоя. И в конце концов я начал работать над собой в данном ключе, придумав для себя соответственную мне одежду для выступлений, которая отвечала и исполняемой музыке, и моему мировоззрению, и идеологии, которую несла моя группа. Я очень благодарен Евгению Хавтану, который преподал мне тогда абсолютно правильный урок.

Одежда в быту и одежда на сцену – очень разные вещи. Я видел весьма именитых артистов советской эстрады, которых ты, коллега, лицезреешь каждый год в «Голубом огоньке» на «Первом канале» ТВ, вне работы в таком виде, что тебе трудно представить. Полинявшие советские тренировочные со штрипками и обтёртыми провисшими коленками, изношенная до дыр майка с пятнами жира и кетчупа, сальные истоптанные тапочки. И вдобавок причёска «тормозила головой». Их речь была неописуема, ибо содержала на каждые 10 обычных слов как минимум 3 матюга. такого и среди бывалых рецидивистов не видывал, а концертов по местам лишения свободы мне таки пришлось играть немало.

История. Сидим всей группой ночью в баре в городе Барнауле. Два часа ночи. Хозяин бара – наш друг. А потому он закрыл заведение, чтобы мы могли тесной компанией, среди «своих» отдохнуть, посидеть, тяпнуть горячительного. В числе наших товарищей есть парочка, которая в подпитом состоянии изъясняется на «трёхэтажном». Мы уже привыкли, нам в прикол. Тем более что в их устах мат звучит органично, витиевато, каламбурненько, без быдлятины. И тут хозяину звонок по телефону. И он говорит: «Сейчас приедет мадам (фамилии оставим за кадром), ей срочно нужно… (не будем тебя, читатель, смущать названиями, которые фигурируют в статье 228 УК РФ). Вы не против?» А озвученную мадам до того я лично видел лишь на экранах ТВ, да всё сплошь в компании «первого эшелона», которая нас после боя курантов радует песнями в Новый год по телику. Мы в ответ, конечно: «Не против. Все мы люди. Пусть приезжает. Посидим поокаем!» И она приезжает через полчаса. Открывается дверь. Входит фрау в шубе, скидывает её. И остаётся ровно в том виде, как я описал чуть выше по тексту. Оттянутые застиранные треники, полуночная майка набекрень, «говнодавчики» на ногах. И с порога нам: «Привет! Вот я сейчас аху… ёб… бл…» – и далее по тексту с наклейкой «ненормативная лексика». И настолько сие было ненормативно, что даже наши бывалые, на этот счёт не сильно стеснявшиеся, челюсть свою уронили и глаза расширили. В реальности гламурная звезда телеканалов оказалась вполне себе боевой тёткой, повидавшей в жисти всё, и мало чем отличалась от таких же суровых поселковых тёток, которых можно встретить за рыбными прилавками на любом сельском рынке. Как в известном анекдоте:



Деревенская изба. Хлопает дверь. Выбегает на крыльцо запыхавшийся бородатый мужичок в семейных трусах и сапогах. Нервно закуривает. Бегает глазами по сторонам. Топчется на месте. Пыхтит. Тут дверь распахивается вторично, и на крыльцо выходит баба неохватных размеров, вширь и вкось на два аршина боле мужичонки. И грозно, руки в боки, встаёт перед ним. Мужичок, словно побитая собака, пряча глаза, снизу вверх ей: «Что, опять трахаться?» А баба в ответ: «Иди ужо щи хлебать, трахатун!»


Вот примерно это мы и увидели. И вот настал момент, когда я случайно по телевизору снова увидел эту самую мадам. И знаете что? Она была феерична. В потрясающем платье. Сама нежность и воспитанность. Интеллектуальный юмор. Такт. Она была на экране звездой. И сияла всей стране, аки шпиль новогодней ёлки и салют одновременно. В общем, она была мила, обворожительна и великолепна. Одно слово – Артист!

Делаем краткий вывод. Ты на сцене и ты в быту – внешне разные люди. И мой личный опыт общения с известными и очень обеспеченными людьми говорит о том, что большинство из них в домашнем быту, «за сценой» предпочитают всё самое простое и неприхотливое. Я лично присутствовал однажды при встрече группы молодых миллионеров (не в рублях, уважаемый), каждый из которых приехал в автомобиле, стоимостью сродни сильно подержанному корейскому автопрому (собственно, он и был). Все они были одеты в простенькие джинсы отнюдь не фешенебельных марок. Застиранные маечки, нелепый свитерок в цветочек, связанный бабушкой. И чтоб ты, дорогой читатель, понял, о чём шёл разговор (по бизнесу) за этим столом, я приведу тебе всего лишь фразу одного из присутствующих: «Сколько я тебе был должен на прошлой неделе? Семьдесят восемь миллионов? Сашка, да это же мелочь, не парься, я тебе в четверг отдам!» Отсюда растут ноги у нижеследующей мудрости.

Люди, которые ходят в рваных дешёвых джинсах и застиранных майках и ездят на «дэу-нексиа», мечтают ходить в элитном, дорогом, шикарном костюме и ездить на «бентли» и идут к этому всю жизнь. Пока они однажды не узнают, что люди в шикарных костюмах, ездящие на «бентли», работают на парней в дешёвых рваных джинсах и застиранных майках, которые ездят на «дэу-нексиа». Аминь.

В быту ты можешь быть любым, иметь любые пристрастия и вкусы. Но на сцене ты артист. Твоя одежда там должна быть чистой, выстиранной, хорошо пахнуть (чтоб девочек в первом ряду возле сцены не стошнило, когда ты к ним приблизишься). И твоя одежда должна быть концертным «костюмом».

Стоим тесной компанией коллег за сценой на крупном рок-фестивале. Жара под сорок. Дышать нечем. Все практически в трусах. Солнце немилосердное. И вдруг мимо нас проходит Миша Горшок (группа «Король и Шут») в тяжёлом кожаном плаще прямым колом до пят. Я думаю, в таком и зимой не замёрзнешь, а на дворе асфальт плавится. И вся наша компания очумелым взглядом провожает его, истекая по том. И один из коллег тихо замечает, качая головой: «Жертва имиджа…», а второй с явным уважением возражает: «Нет, это – Артист!»

Поверь, уважаемый коллега, на моём веку удачно подобранный концертный имидж многим артистам дал неимоверный толчок, несмотря на не самый гениальный творческий материал. Я знаю группу, которая больше десяти лет билась за повышение статуса своей популярности. Билась безуспешно, пока её вокалист вдруг совершенно неожиданно не сменил сальную футболку с «черепушными» рисуночками на сшитый хорошим портным стильный пиджак с элегантно сидящей рубашкой. Плюс поработал над сценическими движениями. И, о чудо, группа полетела вверх во всех чартах и стала набирать популярность и количество зрителей на концертах. Хотя сами песни не изменились ни на йоту. Десять лет безуспешного боя, и вдруг в одночасье всё спасла смена сценического имиджа, а маленькие клубы сменились на тысячные площадки. И это реальная история.

Одежда должна подчёркивать твои выгодные черты и скрывать невыгодные. При этом она должна быть удобной и лёгкой, хорошо проветриваемой, ибо если ты каждый второй концерт будешь падать в обморок от теплового удара или удушья, это не прибавит тебе статуса. Герой не может быть жалким. Трупом быть может. Но жалким – нет. Вопрос стиля одежды я предоставлю тебе самому. Это дело вкуса. Но могу сказать одно: я лично, бывало, на ходу менял цвет сценической одежды. Я люблю выступать в чёрном, что в принципе не очень хорошо, ибо артиста в чёрном на сцене хрен разглядишь на большом расстоянии да в тёмном зале. Но если по приезде на площадку я видел, что сцена и зал сильно затемнены, я на ходу менял одежду. Видя такую ситуацию и памятуя о своей чёрной сценической одежде, я сразу понимал – зрителю будет весьма затруднительно высмотреть «чёрную кошку в тёмной комнате», особенно с дальних рядов. И приходилось изгаляться на ходу, типа: «Братья, у кого есть что-нить цветное, что на меня налезет, что не жалко?» Да, коллега, это тоже является одним из факторов успешности концерта.

При подборе сценической одежды я рекомендую тебе обратиться к профессионалам. Есть специально обученные люди, например работающие на телеканалах, которые подбирают одежду для телеведущих. Да, уважаемый, не всё то тебе идёт, что тебе нравится. И зачастую, завернувшись в любимые тобой шмотки, ты выглядишь как минимум крайне экзотично, как полный чудак. Я сейчас стараюсь выражаться толерантно. Я убедился в этом вопросе, когда сам лично поступал на должность телеведущего «Пятёрки» (Пятого федерального канала ТВ). Эти самые бойкие профи-ребята долго примеряли на меня всякую, с моей точки зрения, жуть. И остановились на сочетании, в котором я постеснялся бы и ночью колхозной до гальюна дойти. Скрепя сердце и засунув свои «фи» куда подальше, я облачился во всё сие и предстал перед телекамерами. И потом спустя пару дней сел отсмотреть программу для работы над ошибками. Вы шо, коллега, не смотрите собственные концерты, снятые на видео? А таки домашнее задание по исправлению ошибок никто не отменял! И узрел я на телеэкране, что прекрасен я, и строен, и неотразим, и крайне импозантен, и симпатичен несусветно в тех самых неописуенно безобразных шмотках (с моей точки зрения), которые на меня напялили заботливые художники по костюмам. Мораль сей басни: свои предпочтения оставь для бармена и официанта, да и то не забывай о здоровом питании или будешь, аки некоторые, на диетах сидеть потом годами. Но доверь обрядить свои телеса профессионалам. Поищи по ТВ-каналам, театрам, фотостудиям, студиям моды и т. д. Выбери того, чьи результаты тебе нравятся. И доверься ему. Хотя бы попробуй. Объясни задачу чётко. Мол, я хочу выглядеть брутально и ужасающе щетинисто с кобурами на поясе, чтоб все девочки писались от желания побыть моей жертвой. Или наоборот, мол, хочу предстать романтическим нытиком и неудачником, которого все бросили, и верёвка бельевая оборвалась некстати, и мыло нынче не мылит, и девочки не дают, и всё плохо а-а-а-а-а-а! А можно и так: я торчал на героине все пятнадцать лет, что валил лес на зоне под Магаданом, и только сейчас влюбился в свою школьную подружку своего детства, а у неё муж-десантник и пятеро детей. Да, уважаемый, можно одеться и так! Дай чёткий портрет, кто ты. Или каким хочешь быть на сцене. И доверь работу над собой тем, кто в этом соображает и имеет многолетний опыт.

7.2. Сцена. Место силы

Учитель музыки говорит ученику: – Предупреждаю, если ты не будешь вести себя как следует, я скажу твоим родителям, что у тебя есть талант.
Сцена – священное место. От этого места также зависит твой успех. Строго-настрого прошу соблюдать древний обряд всех артистов: перед выступлением (после саундчека) сцену нужно обязательно вымыть. Влажная уборка. Перед этим настоятельно рекомендую внимательно пройтись по всей сцене. Проверить её на предмет неприятных штукенций, типа не до конца вбитых гвоздей, разлитой клейкой гадости и заноз. Ты обязан узреть наличие торчащих конструкций, щелей, мотков запутанных проводов и прочего инвентаря, который отправит тебя, дорогой артист, прямо со сцены в ближайший травмпункт с дальнейшей увеселительной программой в виде бинтов, гипсов, уколов от столбняка, антибиотиков и прочих медицинских прелестей. Оно тебе надо?

Играли на крупном фестивале, на открытой уличной площадке. Приехали в разгар шоу. Было темно. Освещение на сцене таки богемно-артистичное, вкрадчивое. Не до прожекторов «на контрольно-следовой полосе». Не было ни времени, ни возможности внимательно осмотреть сцену. Я выступал босиком. Подумал по ситуации, напрягся насчёт обуви, но решил пойти на принцип. И вышел босыми пятками. Играли полчаса. Примерно уже на третьей песне я почувствовал внезапную боль в ноге, но адреналин сделал своё дело, и я, не обращая на это внимания, продолжал выступление. Только к концу концерта я почувствовал, что вся сцена в чём-то липком. Я начал скользить по этой жиже ногами. Гитарист и басист также влипли в эту размазню. И мы, кое-как скользя и балансируя, закончили выступление. Стали уходить со сцены. Вышел конферансье. Вдарил яркий свет. И тут нам предстала картина из фильма ужасов: вся сцена, практически от края до края, была недурно покрыта размазанной кровью. Нога моя сразу после окончания концерта, естественно, разболелась так, что я и встать на неё не мог. Я сел тут же на ступеньках, ведущих на сцену. Осмотрел ногу. А там прямо в подошве сидит глубоко загнанная «в мясо» железная зазубренная заноза длиной в палец. Без анестезии и скальпеля хрен достанешь. И кровь хлещет без остановки. Уж не знаю, сколько я её, этой кровушки, потерял за 45 минут выступления. В общем, лечился долго.

После чего я стал внимательно относиться к обсуждаемому нами с тобой моменту. И случай такой был не единственным, прямо скажем. В других мне более повезло и занозы оказывались мелкими и деревянными.

Также на сцене нужно отмечать наличие «змеиных гнёзд», когда куча запутанных проводов свились в хаотичном клубке неистовой любви. Все провода должны быть распутаны, аккуратно выложены по периметру и прикреплены надёжно к полу скотчем али иным способом, ибо, поскользнувшись на крутанувшихся под ногами проводах, не один музыкант ногу себе переломил и отправился заниматься музыкой в инвалидное кресло али в «гипсовый отпуск». Всё на сцене лишнее, отвлекающее внимание, типа сияющей мишуры, блёсток, наклеенных полос яркого скотча, оставшихся от прошлых выступлений артистов, и т. д., – всё должно быть удалено. Дабы освободить место для указующих знаков вашей группы. А это: 1. Разметка, где стоит микрофонная стойка, если в процессе концерта она убирается со сцены и выставляется заново. 2. Границы направленности световых приборов. Художник по свету заранее указывает музыкантам, где и в каких границах находятся места на сцене, где на музыканта нацелен направленный свет. Эти границы также маркируются ярким скотчем на сцене. 3. В тёмных залах или при конкретном затемнении между песнями по сценарию зачастую ярким скотчем же указывают места расположения основных нужных на сцене предметов для музыкантов (стойка с гитарой, тюнер на полу, границы монитора). У нас в группе данной разметкой сцены занимается техник.

Также, дорогой и уважаемый коллега, мы уже с тобой обсуждали, что, находясь на сцене, настройка твоего инструмента должна происходить в офф-режиме, то есть без звука. Никаких мяуканий раненого кота, никаких жалких скрежетаний, никаких проверочных постукиваний.

Если сцена вашего выступления шириной превышает 6–8 метров, то настоятельно советую включить в технический райдер так называемые «прострелы» (мониторы поперечного озвучивания площадки). Даже если вы все работаете в «Inair». Поверь, коллега, и подобных казусов не перечесть, когда в разгар шоу у кого-то из музыкантов отказывает ушной мониторинг и он оказывается на сцене один на один с акустическим раскатистым грохотом барабанов в глухой тишине. Единственно смешное в данной ситуации, что музыкант в этот момент напоминает застигнутого на грядке с морковкой зайца. Это выражение на лице ни с чем не спутаешь, единожды узрев! А также забавно, что всё оставшееся время выступления данной группы превращается в виртуозный фри-джаз с пометкой «игра вслепую».

Что общего между строительным рынком и российской попсой?
Ответ: штукатурка, силикон, фанера.


Но это же не про нас?



7.3. Звукорежиссёр

В тюрьме в одной камере оказались соседями два звукорежиссёра. У обоих по несколько лет срока. Отсидели они своё. Освободились в один день. Вышли за ворота, ещё пару часов постояли да поговорили за звук да про транзисторы и пошли по домам.
Теневой кардинал концерта. Как уже было написано выше, наш звукорежиссёр порой, к примеру, кричит барабанщику: «Ещё одно слово, и я дам тебе на концерте в мониторы голос Серёжи (басиста)!»

Сколько вы ни старайтесь, как ни трепыхайтесь, хоть все струны и сердце в придачу порвите в хлам, но если звук на концерте аки в попе, то можете выбросить все свои старания в ту же локацию. Всё будет напрасно. И «хорошая мина при плохой игре» тут вряд ли спасёт положение. Особенно на заре концертной деятельности сей момент может запросто похоронить группу быстро и надёжно. Поэтому, когда я слышу о группах, которые выступают на концертах без своего звукорежиссёра, я лишь печально вздыхаю и начинаю готовиться петь им отходную молитву с панихидой.

Забегает парень в церковь, подбегает к алтарю, падает на колени и громко вопрошает: «Господи, слышишь ли ты меня?
Раз-раз!..»


Звукорежиссёр – твоя единственная возможность донести до людей своё творчество так, как ты хотел. Только он знает все нюансы аранжировки во всех песнях. Знает баланс инструментов, как вы должны звучать. Специфика подобных вещей у каждой группы сугубо индивидуальна. Сколько раз (каждый десятый концерт в своё время) наш звукорежиссёр спасал концерт, меняя основные настройки аппарата в зале в целом, подгоняя его технические характеристики под конкретное помещение. Ну играет и играет. Ну гудит. Ну слышно вместо гитары один скрип и визг. Ну звучат барабаны, как коробки из-под папиных ботинок. А что вы хотите? Место про клятое! Тут все так звучат! Не вы первые! Мы слышим подобное нередко.

И тут выходит вперёд звукорежиссёр группы и, тихо бормоча: «Да ёперный балет твою-то ж мать», делает из фекалий конфету за 15-20 минут. А после концерта мы слышим, как правило, удивлённые фразы аппаратчиков: «Надо же, в этом зале так до вас никто не звучал! Круто!»

И это, уважаемый коллега, также является вопросом образования звукорежиссёра. Именно он зачастую даёт указания музыкантам на сцене, как нужно настроить инструмент, чтобы он звучал в зале. Ибо настройки порой от зала к залу достаточно серьёзно меняются. От специфики зала и аппарата иногда внезапно меняется трек-лист концерта. Вот приехал ты в зал, послушал звук. И звукорежиссёр говорит: «Братья, сегодня и здесь вот не стоит играть такую-то и такую-то песню. Не прозвучит. Не смогу вытянуть. Не хватает (мощности усилителей, качества акустической системы, количества колонок, заглушки зала и т. п.)». И группа тут же на ходу меняет трек-лист концерта, убирая одни песни и ставя на их место другие. И так бывает нередко.

Именно звукорежиссёр порой является определяющим голосом, когда речь идёт об исполнении или отсутствии на концертах той или иной песни. Даже с ходу, в первый раз прослушав новый альбом нашей группы, звукорежиссёр нам вполне может сразу сказать: «Парни, не советую вам вот эту песню играть вживую». К примеру:

а) завалится голос, не достанем в миксе, слов будет не разобрать;

б) барабаны собой накроют всё, заглушить железо не будет возможности; в) частота клавиш и гитар сильно пересекаются, будет каша, и т. п. И мы, как люди адекватные и доверяющие эти вопросы ему, естественно, принимаем во внимание его замечания. Не играем указанные песни в указанных залах. А люди-то после концерта скажут: «Как всё прекрасно звучало на концерте! Как мощно и разборчиво! Всё слышно!» Или скажут просто: «Звук – фуфло! Самодеятельность!» Никто и не подозревает, сколько работы и тонкостей стоит за каждым таким удачным концертом. Сколько людей делает свою работу, и какая слаженность должна быть в работе состава группы и аппаратчиков, где каждый имеет право решения в зоне своей ответственности.

Звукорежиссёр на студии – это отдельная статья.

Уважаемые музыканты, если у вас нет надлежащего образования по звукорежиссуре, то, пожалуйста, будьте любезны не выносить мозг профессиональному человеку! Коли вы задумали нечто запечатлеть на полотне, ваша задача состоит в том, чтоб наглядно, точно, ясно и конкретно объяснить звукорежиссёру, что должно быть в итоге, в самом конце всея концов. А уж он знает, как это воплотить. Вы всегда можете и должны сказать ему, что вы хотите услышать. А как это сделать – его дело, а не ваше. Поэтому выбирайте тщательно себе звукорежиссёра, с которым вам удобно, комфортно и результативно работается на студии. Лучше всего и проще всего, поверьте мне, сделать так: принесите заранее звукорежиссёру примеры из мирового запаса музыки, на что и на кого должно быть похоже ваше произведение – по звуку, по атмосфере, по пространству, по эффектам и так далее. Примеры – наше всё. Уверяю вас, сколько бы ни старались вы даже повторить «в копейку» звук и манеру кого-либо из других артистов, у вас это не получится всё равно. Скажется каждая мелочь: и индивидуальность схемы звука (связка «гитара – провод – комбик – обработка»), и манера игры, и марка микрофонов, и пульт. Компьютерная программа или магнитофон также внесут свои нюансы. Даже размер медиатора пойдёт в счёт. В итоге всё равно получится «по-вашему». Но сколько геморроя минет вас, если вы сразу скажете звукорежиссёру: «Мы хотим, чтобы это звучало как „Нирвана“!» Или «Хочу барабаны, как у „Раммштайн“!» И так далее. И уж будьте готовы услышать от звукорежиссёра что-нибудь типа: «На этой гитаре такого звука не добиться! Берите на запись такую-то и такую-то». И так далее. Звукорежиссёр сам знает гораздо лучше вас, как сделать тот или иной звук на своём аппарате. Просто объясните ему, что вы в итоге хотите услышать, и уж дальше слушайтесь его! Не лезьте в промежуточный процесс. Резюмируем главное, коллега: субординация и ещё раз субординация. И доверие к каждому бойцу команды в зоне его ответственности. Чёткое распределение обязанностей и прав принимать решения по конкретным вопросам. Звукорежиссёр – не исключение.

7.4. Техник на сцене. У завхоза всегда всё есть

Да-да, я понимаю, не каждая рок-группа может себе позволить заполучить в состав техника. Но если бы вы, коллеги, могли знать заранее, сколько косяков, ошибок и трудностей решает его наличие, вы бы более серьёзно задумались о поиске этого бойца в команду.

Техник сцены – это не просто парень, который вынес на сцену инструменты, а после концерта их унёс. Техник – это человек, который знает всю коммутацию аппарата. Знает устройство приборов на сцене и при надобности может с паяльником в руках исправить на месте недочёты. Несметное количество раз у нас случалось так, что мы приезжали на площадку, а выставленный аппарат желал много лучшего и «каши просил». Мало того, он был откровенно не настроен, ибо прокатчики и сами не обладали достаточным уровнем знаний по этому вопросу. И нашим технику и звукачу приходилось буквально за час перепаивать «концы», исправлять косяки в «косе» и заново коммутировать аппарат (ибо он работал в «фазе», когда весь звук по ощущению идёт не наружу в зал, а внутрь колонок, при этом падает вдвое мощность и разборчивость звука). Порой приходилось чинить дибоксы, настраивать усилители и кроссоверы на «концах» (конечных усилителях), чинить мониторы (где половина динамиков попросту не работала) и прочее. При всём при этом аппаратчики стояли вокруг с руками в карманах и только удивлялись в итоге: «А мы и не знали, что наш аппарат на такое способен!» При этом ничем в ремонте особо не помогали. И это, уважаемый коллега, в нашей стране не исключительная ситуация, к сожалению. Я надеюсь, пока что.

Группа «Звери» в своё время приехала на Дальний Восток играть концерт. Он проходил достаточно далеко от крупного города, несколько десятков километров просёлочных дорог. Приехали. Заходят в типичный советский ДК типа «дискач, кино и домино». И видят перед собой на сцене вертушку для пластинок и пару домашних колонок весьма скромного размеру. Звукач спрашивает: «А когда аппарат привезут?» А ему в ответ: «Так это он и есть! А вы разве не под фанеру выступаете?» Хорошо, что приехали за день, накануне. И почти сутки звукорежиссёр с техниками по всем сусекам да сёлам сгребали что возможно и паяли сами из всего этого подобие концертного аппарата. Концерт состоялся! Ай да молодцы!

Техник сцены – это родная мать для всех музыкантов на концерте. Он, во-первых, даёт шанс и возможность музыкантам тратить меньше сил и нервов на оборудование сцены и коммутацию на саундчеке. Техник знает расстановку на сцене всех инструментов и порядок подключения оных. Во-вторых, техник следит за исправностью и рабочим состоянием всех инструментов в группе. Следит за наличием нужного количества палочек у барабанщика и медиаторов у гитаристов, свежестью пластиков, целостностью «железа» и т. п. Своевременно меняет струны, элементы питания. Чистит и протирает инструменты, укладывая их в кофры, пока группа после концерта приходит в себя после концерта, моется и переодевается, складывает свои личные вещи. Он же отвечает за погрузку-разгрузку и перевозку инструментов, хотя, понятное дело, все участники коллектива, по крайней мере у нас в группе, ему помогают в таскании груза. Не железный, чай. Но как сложить инструменты в поезде или автобусе – право решения за техником, и тут все «под козырёк» ему честь отдают. Мы нашего незабвенного Фёдор Михалыча так и называем в группе – Мастер Тетриса. Ибо только Михалыч знает, как комфортно, наиболее эргономично и безопасно впихнуть невпиху… извините, чуть по-французски не заговорил.

Рабочее состояние всех проводов – также на технике. Музыканты обязаны своевременно донести технику информацию о неисправности. Техник – это человек, на поясе которого есть всё: отвёртки, тестер, паяльник, медиаторы, скотч, изолента, фляжка с коньяком, зажигалка, батарейки, открывашка и штопор, походная стопка, нож, лупа, банка тушёнки, запасные носки, презерватив, верёвка и мыло. «В карманах папы-осьминога вещей бывает очень много!» © м\\ф «Осьминожки».

Техник, дорогой музыкант, это твой личный Чип и Дейл, Человек-паук, Спасатель Малибу, Доктор Хаус, и все в одном лице. На истошный вопль музыканта во время концерта «Воды!» – техник тут же встаёт ему за спину с приготовленным стаканом коньяка. Сейчас я даже не понимаю, как мы работали без Михалыча. Боже, дай мне забыть это тёмное и смутное время! И была бы у нас финансовая возможность, то, без сомнений, я бы взял в группу ещё двух техников. Про массажистку мы умолчим…

7.5. Распределение внимания на сцене, или «Пятёрка по поведению»

Играет рок-группа на сцене. Вокалист поёт и думает про себя: «Моя идеология спасёт весь мир! Мои песни положат конец войнам и несправедливости! Люди будут петь мои слова своим детям!» Гитарист играет и думает: «Я в этих кожаных штанах – настоящий мачо! Моя гитара – самая крутая! Мой звук – самый мощный! Все девчонки в зале смотрят на меня!» Барабанщик играет и думает: «Вот та, в третьем ряду с четвёртым размером, после концерта – моя! Точно моя!» Басист играет и думает: «Ля-ми, ля-ми, ля-ми…»
Группа на сцене находится в состоянии боя. Это не экзамен в музыкальной школе, а бой. Это не тренировка в спортивном зале или на ринге, а реальный бой в уличных условиях. В этой ситуации нет времени и возможности заглядываться друг на друга, словно истосковавшиеся подружки. Не нужно пристально оглядывать коллегу на сцене, застёгнуты ли у него штаны, как мило он ухмыльнулся, прикусив язык, или феерично блеванул на собственные ботинки. Каждому артисту на сцене нужно запомнить по всему только что перечисленному одно правило: «Не твоё это кошачье дело!» Каждый боец на сцене должен чётко и ясно понимать: у него есть своя и только своя боевая позиция, свой периметр, своя огневая точка. «Огонь» ведётся только вперёд. Цель всегда впереди. Это зал, это зрители. Они пришли за твоей энергией. И они должны её получить сполна. Это твоя единственная задача. Коллеги на сцене могут обращать внимание друг на друга лишь в заранее оговорённых случаях и ситуациях, как то:

а) продуманный элемент шоу в концерте;

б) непредвиденная ситуация, требующая мгновенной коммуникации и общего понимания;

в) коллеге нужна помощь;

г) коллега внезапно и звёздно умер во время концерта, его нужно срочно унести со сцены, чтоб не портить зрителям настроения и купировать неприятный запашок.

Если же никто из артистов на сцене не машет белым флагом или не фонтанирует кровью в потолок, то диспозиция на сцене должна быть следующей: место лидера группы (как правило, это вокалист) посередине сцены «у края платформы». Это обусловлено тем, что главного подозреваемого должны видеть все, как и место его казни. Подавляющая часть внимания зрителей сосредоточена на лидере. Поэтому ему, этому самому лидеру, будь он хоть в бронированном пиджаке али в кружевном лифчике, строго-настрого – никаких сморканий украдкой в воротник сорочки, никаких почёсываний в промежности, никаких смутных попукиваний. Звёзды не пукают. Принцессы не какают. При этом во внимании лидера находится весь зал. Аки любой король на празднике али жених на армянской свадьбе, он обязан уделить внимание всем. Понятно, что его основная зона – перед ним, то есть центральная треть зала. Но таки если лидер не привязан намертво к микрофонной стойке или не придавлен к стулу двухпудовой виолончелью, то в его обязанности входит скакать бодро по сцене, дабы одарить своим вниманием всех зрителей и справа, и слева. Пока навык слаженных движений на сцене не пришёл (а сие случится спустя лет пять упорной гастрольной деятельности), лучше заранее оговаривать с коллективом, в каких конкретных местах той или иной песни лидер соблаговолит покинуть свой центральный пост и срочно убежать на периферию сцены расплёскивать свои флюиды по сусекам и окраинам зала. Поверь, коллега, бывали весьма казусные и смешные случаи по данному вопросу. И носы расшибали в кровушку, случайно приложившись моськами в одновременном порыве срочно сменить позицию на сцене. И ногами друг за дружку заплеталися. И проводами скручивались в столб интимно тесный. И в барабаны падали, подножку ловя нежданную. А уж со сцены слетали в порыве рок-н-ролльном, по-моему, все по разику-то точно за карьеру свою долгую.

История. Есть среди коллег по опасному бизнесу свои годами сложившиеся, профессиональные поговорки. Одной из них мы обязаны всеми нами крайне уважаемому Юрию Юлиановичу Шевчуку, дай ему Бог здоровья и счастья во века нескончаемые. А дело было так. Был у «ДДТ» концерт в ДК Ленсовета в энном неозначенном году. Зал на 2500 мест, «сидячий». Оркестровая яма, солидная весьма глубиной (и таки макушку оркеструющих не видать без профессиональной оптики), шириной своей тянущаяся во всея края сцены перед нею от уха до уха. Весь коллектив, числом тогда немалый, на сцене. Середина концерта. В одной из песен намечается длинный кусок соло и импровизаций. Юра наперевес с акустической гитарой сходит со своего центрального командирского поста и начинает медленно отходить к краю сцены, пятясь спиной, открывая как бы зрителю виды на соревнующихся в экстазе музыкантов. Юра улыбается, кайфует, задирает коллег, глядя на них неотрывно, при этом отступая всё дальше и дальше вдоль края сцены. И вот наступает момент, когда вся группа в полной эйфории мочит изо всех сил потрясающий сольный кусок, но при этом зал в едином порыве и с ужасом на лице кричит: «Юра, осторожно! Юра, стой! Назад!» И Юра таки спиной падает со сцены в оркестровую яму. Вместе с гитарой наперевес. Высота от края сцены до дна ямы метра два с половиной, не меньше. Зал выдыхает: «Ох!», группа продолжает играть. Спустя буквально пару секунд Юра взбегает на сцену сбоку, по лестнице, как ни в чём не бывало, и концерт продолжается. Спустя буквально полгода или год ситуация повторяется уже на крупном рок-фестивале. От сцены «в народ» был построен длинный подиум, по которому артист мог дойти почти до первых рядов публики. Юра в какой-то момент так и сделал. Пошёл «в народ» вместе с гитарой. Дальнейшее было отлично передано операторами ТВ-канала, которые всё сие снимали. «Ребята, первая и вторая камера на артиста! Артист пошёл к зрителям. Да, он уже на середине, ловите его. Резкость не косячьте! Резкость на артиста! Кстати, где он?!» Юра слегка засмотрелся в одну сторону на зрителей и не заметил, как дал серьёзного крена по курсу в сторону другую и слетел с подиума на землю, как был с гитарой и без парашюта. Просто исчез на глазах десятков тысяч зрителей с экранов. Высота была тоже весьма приличная, метра два как минимум. Юра показал себя настоящим профессионалом и здесь, взобравшись на сцену буквально через пару секунд, ничуть видимо не пострадав, с улыбкой на лице. Пришлось ли ему тяжко в обоих случаях на самом деле, история умалчивает. Зрители в обоих эпизодах видели лишь его лучезарную улыбку и смех. Но теперь, когда артисты выходят на сцену и видят, что её край весьма высок и небезопасен в плане «оступиться и загреметь», частенько один другому говорит: «Мда, тут главное „шевчука“ не дать!»

Юра, мы тебя любим!

А теперь, вспомнив историю о статусе, рассказанную ранее, ты, уважаемый коллега, должен со всей ясностью понимать: что позволено Шевчуку и прокатило забавно, с самоиронией, то для тебя, начинающего артиста, будет концом карьеры. И последствием сего будут вовсе не аплодисменты и подбадривания публики, а третья часть сонаты для фортепиано номер два си-бемоль минор Фридерика Шопена 1837 года розлива! Вздрогнули, припадошные! К чему все эти забавности? Да к тому, что движения на сцене должны быть согласованы между музыкантами, а не кто кудой захотел, тудой и попёрся. Если лидер решил уйти с центра и пойти на край – что должен сделать музыкант на том краю? Верно, отступить тут же два шага назад, ибо лидер всегда идёт по краю, спереди. В момент, когда вокалист поёт слова, где должны быть музыканты? Верно, на шаг сзади него. Отпел вокалист, отстрелялся одиночно, сделал два шага назад для перезарядки, вперёд пошла «кавалерия» в виде гитаристов и иже с ними. А коли у гитариста соло в песне, стало быть, он идёт в атаку на авангард сцены, а остальные тактично валят назад, развлекать ужимками барабанщика. И так далее. Это, уважаемый коллега, очень и очень важно, ибо создаёт картинку на сцене, а она порой является главным фактором для успешного продвижения группы. И тому есть масса примеров в моём личном случае.

Творчество – вопрос вкуса. Мне не особо отзывается в сердце творческий багаж группы «Аматори». Не говорю, что плохо. Просто не отзывается. Но однажды мы волею случая оказались с ними в связке на фестивале. Ждать в гримёрке два часа до своего выступления было крайне скучно, и я пошёл в зал посмотреть шоу коллег. И как раз на сцену вышла группа «Аматори». Я подумал, ну постою пару песен, послушаю да посмотрю для общего развития и пойду за сцену. Постоял одну песню, вторую, третью. Да так и простоял до конца их выступления. Получил массу позитивных впечатлений. Ибо было круто. При этом я не понял ни одного слова из текстов, я не услышал ни одной ноты в этом мутном грохоте, ибо не знал заранее ни одной песни. То есть в плане звука их выступление было непрекращающимся однотонным грохотом длиной в тридцать минут. Иногда грохот прерывался, когда следующая песня сменяла предыдущую. В целом это напоминало звук разгружающегося КамАЗа с цементом на стройке, и сквозь это пробивались рычание и лай, переходящие в тоскливый загробный плач, даже отдалённо не напоминающие человеческую речь. Как-то так, готично, инфернально. Но как это выглядело на сцене! Ребята потрясающе двигались. Всё было рассчитано до мелочей. Пластика движений, согласованность, ритмичность. Это была единая с «музыкой» картинка. Смена позиций на сцене была идеально отработана. Глаз было не оторвать. Это была настоящая магия. И, узрев всё это, я ушёл с фестиваля с ощущением, что группа «Аматори» – замечательный коллектив! Ещё раз отмечу: я не услышал при этом ни одной ноты и ни одного слова!!! Но мнение уже было составлено: «А группа-то даже очень ничего!» Та же история происходила с известной питерской группой «Scang». Её первый вокалист, Андрюша Нильс, земля ему пухом и семь тысяч парсеков светлых дорог по карме, петь умел так себе, прямо скажем. В ноты он зачастую попадал вокруг да около, то бишь снаряды ложились рядом, но цели не достигали. Тексты были сугубо личного характера из разряда глубоких переживаний, а потому были понимаемы далеко не всеми. Музыка была у группы хоть и задорная, но на любителя. В общем, ничто не предвещало серьёзной популярности этому коллективу. Но Андрюшина пластика и его искренность перевесили всё это. Когда Нильс выходил на сцену, от него было трудно оторвать глаза. Это была та же самая магия, как и в случае с «Аматори», только, пожалуй, ещё более высокого уровня, ибо Андрей был в данном случае один, а группа «Аматори» этого эффекта достигала коллективно. Нильс двигался, словно кошка и змея одновременно. Плавно, завораживающе, составляя с музыкой одно целое. Его хореография, если это можно так назвать, была на высоком магическом уровне. Однажды Нильс вышел на сцену с намотанными на запястья бинтами. Распустив их длинными провисающими петлями и хвостами, Андрюха шаманил у микрофонной стойки минут сорок. Весь зал стоял, открыв рот. Каждое его выступление было исповедью. Не показухой и не пижонством, мол, «поглядите, какой я весь из себя супер-пупер», но исповедью с душой наизнанку. Группа «Scang» стала в итоге одной из самых известных групп Питера конца 90-х и собирала на сольный концерт более тысячи зрителей. А потом Нильс покинул группу. Вслед за ним в коллектив приходили несколько вокалистов. Они гораздо лучше и грамотнее пели. И напор у них был посерьёзней. И подача профессиональней. И сами они были куда более ответственны, чем Нильс. Но магии не стало. Волшебство ушло. И группа медленно и верно пошла на дно. Да и не уверен я, что сейчас кто-либо помнит имена этих вокалистов, хоть и пели они весьма неплохо. Вот только Андрюша Нильс, при всём своём разгильдяйстве и медвежьем слухе, творил чудо. И львиной долей того была его пластика как артиста, его умение двигаться на сцене, искусство себя подать красиво и на открытой ладони.

Движение на сцене должно быть законченным. Это важное правило сценической хореографии. И таки в целом весьма советую этим вопросом заняться всерьёз. То есть пойти учиться движению, пластике, мимике, владению телом, если, конечно, ты чувствуешь себя действительно артистом, а не так что «вышел погулять, чисто на балалайке побрякать из обоссанного подъезда, чтобы вскоре туда вернуться». Если ты руку протянул вдаль, то уж протяни так протяни. Закончи движение в чёткой обозначенной позиции, хотя бы на долю секунды. Это важно и связано с физиологией работы внимания у людей, и не будем вдаваться в подробности, ибо всё равно нет у тебя, уважаемый читатель, высшего образования по нейрофизиологии, вот прямо в уверенности я по данному поводу нахожусь. Так шо просто поверь на слово уважаемому профессиональному дяде, он бяки не посоветует.

Твои движения должны быть естественны и гармоничны с твоей фигурой, ростом, весом, реакцией. Иначе мы получим ещё одного героически скачущего по сцене карлсончика с пафосным лицом, развевающимися тремя волосинами и дряблыми коленками. Ну не вышел ты торсом в Тарзаны, да и плюнь от души в тот модный журнал. Привлекательность и сексуальность артиста вовсе не в том. А в уверенности, в необходимой доле наглости и в самоиронии. Люди не любят тех, кто пытается из себя строить на сцене пёс знает кого, испытывая на публике глубину своих подростковых эротических фантазий. Люди любят тех, кто не боится быть собой. Ибо круто. Ибо редкость. Ибо достойно уважения. Подчеркни выгодно в себе то, что уже имеешь. И не пытайся достать то, чего и не было никогда. И всё у тебя получится. Помни: ворона с хоботом – это нелепо и смешно, на рок-героя не тянет.

С чувствами и романтикой закончили. Далее следует суровое боевое правило:

НЕ СМЕЙ ПОВОРАЧИВАТЬСЯ К ЗРИТЕЛЮ СВОЕЙ ЗВЁЗДНОЙ ЖОПОЙ, ДОРОГОЙ АРТИСТ!


Это можно сделать лишь в нескольких случаях:

а) надо пройти вглубь сцены, чтобы взять гитару, обтереться полотенцем, попить воды и т. д. То есть технический вопрос;

б) ты обернулся к барабанщику в порыве рок-н-ролльного угара и совершаешь магический танец вуду-пого наедине с ним, глаза в глаза;

в) твоя спина сплошь покрыта татуировками, и ты обернулся этой живописью к залу, дабы донести до публики сакральный смысл данного рукотворного творения;

г) ты наконец-то понял, что последние полчаса прыгаешь по сцене с расстёгнутой ширинкой и пришло время «незаметно» ликвидировать «разгерметизацию скафандра»;

в) ты решился-таки на стриптиз, ибо проиграл в «камень, ножницы, бумага» своему басисту перед выступлением, и теперь томно, медленно и изящно стаскиваешь с себя штаны, оголяя перед улюлюкающей публикой свои подкачанные загорелые ягодицы. Без прыщей. Без целлюлита. С эпиляцией. И при надписи на афише «16+». «Короче, ты понял!» © Группа «Внезапный сыч».



Молодой конферансье и его старый опытный коллега на концерте. Старый говорит молодому:
– Иди пробуй на сцену!
Тот выходит неуверенно, робкий, застенчивый, и в микрофон тихо говорит:
– Уважаемые зрители, сейчас для вас выступит ансамбль «Радуга»!
Из зала крики:
– Кто его на сцену выпустил?! Какая на хрен радуга?!
Закидали мусором и освистали.
Возвращается он за кулисы к опытному:
– Что и как делать? Что не так? Покажи!
Тот:
– Ладно, так и быть, смотри и учись!
На коленках, по-кавказски, выкатывается на сцену, микрофоном в руках жонглирует и орёт благим матом:
– Привет, народ! Чё, веселиться-то будем, а?
Толпа:
– Да-а-а-а!!!
– Для начала угадайте слово из трёх букв, в нём есть буквы «Х» и «У»!
Публика:
– Х..й!
Конферансье:
– А вот и нет! Это слово «ухо». И этим самым ухом вы сейчас услышите ансамбль «Радуга»!
Уходит за кулисы и молодому говорит:
– Завтра делаешь, как я, понял?
Назавтра тот же концерт.
Молодой выбегает на сцену, о какой-то провод спотыкается, падает головой в барабаны.
Народ кричит:
– Класс! Во чувак даёт!
Тот:
– Ну что, народ, веселиться-то будем?
Публика:
– Да!!
– Угадайте слово из трёх букв. В нём есть буквы «Х» и «У».
Зал хором:
– Ухо!
– А вот и нет! Это слово «х. й»! И им я щщазз обоссу первые три ряда! Остальные увидят «радугу»…


Причина должна быть веской, аргументированной и желательно с ходу понятной для зрителей. Во всех иных случаях демонстрация задницы залу будет расценена как не проработанный вовремя у психиатра комплекс боязни публичных выступлений. Некоторые артисты в связи с данным диагнозом всю жизнь стоят на сцене с закрытыми глазами или вовсе надевают тёмные очки. А публика при этом посмеивается в рукав, чай, тоже не дураки. И таки не зря издавна нам известен жест «отдать честь под козырёк», ибо этим жестом человек открывал своё лицо и доносил собеседнику, что ему нечего скрывать. Так что с красивыми тёмными очками ты, коллега, сто раз подумай, ибо древние привычки в людях живут и здравствуют. Демонстрация же ягодиц артиста будет осмыслена залом как выражение крайнего неуважения к зрителю, к тому же наглядного, типа «да пошла ты, неуважаемая публика, в жопу!» Дорогой артист, торгуй лицом!

Общайся с публикой на концерте. Пусть даже ты трижды интроверт, социопат, нигилист и мизантроп. И в мечтах тёмными ночами ты жмёшь красную кнопку с довольным злым смехом и кромсаешь на куски целые поколения. На концерте всё это забыто, ибо перед тобой уважаемая публика. Улыбаемся и машем, как говорили пингвины из мультика «Мадагаскар». Не обязательно читать политические речи, блистать анекдотами, заводить прилюдно шашни с той самой с четвёртым размером из третьего ряда. Но вполне себе будет достаточно хотя бы приветствия, пары одобрительных слов, благодарности в конце выступления, отметить кого-то одного из зала (вау, звезда всё и всех видит, звезда его заметила, значит, и меня тоже может заметить). А чтобы это всё не выглядело натянутой кислой игрой, в этом пункте нашего учебника тебе пригодятся те самые знаменитые «правила Глеба Жеглова» из сериала «Место встречи изменить нельзя».

Есть разные модели поведения на сцене в плане того, является ли оно естественным выражением души или удачно продуманным театральным персонажем. Ярким примером первого являются те же Юра Шевчук («ДДТ»), Володя Шахрин («Чайф») и Саша Васильев («Сплин»). Примером второго нам светят Миша Горшенёв («Король и Шут»), Валера Кипелов («Ария», «Кипелов»), Олег Гаркуша («АукцЫон»). Подход разный. Качество в обоих случаях высочайшее. Тебе решать, уважаемый коллега, какой тропой идти в своём творчестве. Но выбрав, таки иди до конца и на все 100. Не виляй по полосам. Иначе публика перестанет понимать грани между игрой, искренностью, ложью, обманом, позёрством и т. д. А когда перед тобой не пойми кто, к нему доверия не будет.

Мой тебе следующий совет: физически разминайся перед концертом. Многие артисты думали, что это фиглярная блажь, пока не вывихнули себе на сцене суставы, не порвали связки, не переломали лодыжки, ноги, руки, ключицы, пальцы. А дело в том, что в будорожи святой трясодушной, коя тебя, уважаемый коллега, посещает во время выступления, есть свои химико-биологические нюансы. Например, ритм сердца становится подобен сильнейшему стрессовому состоянию. Вся кровь приливает к внутренним органам. Тело обезболивается за счёт недурственного впрыска в кровь адреналина и прочих забавных соединений. Соображалка вразумительная отступает на задний двор и жмётся к забору с округлёнными от ужаса глазами. Эмоции захлёстывают, словно при внезапной пьяной поножовщине на кухне. Даже высоченная температура в порыве угарном мгновенно возвращается на исконные свои «36,6». В общем и целом, тело готовится умереть прямо здесь и сейчас, едва прозвучало вступление первой песни в вашем трек-листе. Разминка перед концертом даст тебе много шансов сойти со сцены после выступления не в машину «Скорой помощи» к замешенному в тазике гипсу, а к бравым друзьям с веселящими напитками и в объятия красавиц, что явно предпочтительнее. Узри, коллега, бусурманский гражданин Мик Джаггер, бессменный вокалист рок-ансамбля «Роллинг Стоунз», отпраздновавший давеча своё 75-летие и играющий до сей поры стадионные двухчасовые концерты по всему миру, перед каждым своим выступлением как минимум пятнадцать минут занимается на беговой дорожке в усиленном кардиорежиме. Уж не говоря об элементарной растяжке всех суставов и связок. Это тебе пример высочайшей мировой рок-звезды. Есть на что равняться.

Подведём суровые итоги.

А). На задницу музыкантов должен любоваться барабанщик, а не публика.

Б). Получил свой сектор обстрела – и веди прицельно огонь, не отвлекаясь на соседние окопы.

В). Веди себя естественно, но с профессионально поставленными движениями.

Г). Выбери стезю: «вот она я вся какая есть» али «я не такая, я жду трамвая» – и строго стой на своём в показаниях.

Д). Пятёрка по физкультуре лишь упрочит твоё положение на олимпе, памятуя об известной дворовой игре «Царь горы».

Далее: у каждого музыканта на сцене есть своя зона зала, на которую он «работает». Это его вотчина. Как правило, это примерно треть площадки. Причём не только первые 10 рядов у сцены, но до последнего упавшего молодца возле бара у задней стенки. Если этот парень ещё до начала шоу выпил свои три нормы и тихо лёг под стулом у барной стойки, но сделал это в той трети зала, которая была доверена, скажем, гитаристу, то и этот тихо сопящий в пузырях должен сквозь сон затылком чувствовать обжигающий пристальный взгляд вышеозначенного гитариста, да так, чтоб подскочить во сне и заорать: «Ещё пятьдесят, и я побежал к сцене!» А навстречу ему уже пламенеет адскими искрами взгляд означенного гитариста: «Да… да… иди сюда… отдай свою кровь… ты – мой!»

3. Фигачь, а не сдавай экзамен! Дневник остался у мамы, а приказ 227 «стоять насмерть» никто не отменял

Это касается и концерта, и студии. Тренироваться нужно на репетициях. Вот там нужно работать над собой, а не лясы точить или развлекаться невразумительным музицированием любимых ансамблей. На концерте же нужно фигачить, охреневать, мочить, кровищей фонтанировать, мозги вышибать, еплошить, мыздить во всея, тумбаюмбничать, ёптимяшиться! Чтоб ты и на детекторе лжи ответить не мог на вопрос: «Кто я и где нахожусь». И на студии – та же картина. Отрабатывать всё нужно заранее, до боя. Но боже тебя упаси сдавать нелепые экзамены перед публикой. Они не учителя по музыке. Они не комиссия великих русских поэтов. Это даже не братское собрание коллег по опасному бизнесу. Это просто люди, которые пришли радоваться вместе с тобой. Грустить, лить слёзы, впадать в бешенство, искрить вселенской любовью и счастьем, падать на колени пред Богом, крыть херами власть, хохотать до икоты – и всё это с тобой, дорогой артист. Ты задаёшь темп и состояние, ощущение, переживание, другой мир. И если ты будешь с трясущимися коленками и пальцами выпиливать пассажи на инструменте али выводить дискантом высокое «ля», то и вся публика вместе с тобой будет «сдавать экзамен» и трястись в сострадании к тебе. А потом, когда ты уйдёшь со сцены, все они хором скажут: «Всё, япона мама, этот подкидыш урок сдал, пятёрка в дневник, пусть идёт маму радовать. А теперь мы наконец-то оторвёмся и порадуемся! Ну, кто там следующий на сцену?» И с облегчением забудут напученного паренька, который морщился и тужился тут перед ними последние полчаса.

Я, к примеру, за два часа концерта порой ни разу не посмотрю на гриф гитары, чтобы удостовериться в верно поставленном аккорде. Руки должны помнить на автомате. Мало того, бывали случаи в практике группы «Пилот», когда мы мучительно пытались вспомнить на репетиции какую-нибудь старую песню, которую сто лет не играли вживую. Потратив двадцать мучительных минут на восстановление извилин памяти, мы говорили: «Пёс с ним, давайте начнём играть, авось само вспомнится по ходу пьесы!» И, о чудо, ты начинаешь играть песню, отключив мозг, и пальцы в какой-то момент сами встают в нужную позицию и берут нужный аккорд, который ты только что пытался безуспешно вспомнить двадцать минут кряду. Это автоматизм. Он нарабатывается месяцами упорных репетиций. Поэтому фраза «репетирует тот, кто играть не умеет» – как минимум шутка для лохов. Запомни, коллега, жизненную мудрость наших отцов, дедов и многих прадедов:

ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК В ЧЁМ-ТО НАЧИНАЕТ ПОСТУПАТЬ ПО ПРИНЦИПУ «И ТАК СОЙДЁТ, АВОСЬ ПРОКАТИТ», ТО, БЕЗ СОМНЕНИЙ, СО ВРЕМЕНЕМ И ВСКОРЕ ВСЯ ЕГО ЖИЗНЬ БУДЕТ ПОДЧИНЕНА ЭТОМУ ЖЕ ПРИНЦИПУ, И ОН СКАТИТСЯ НА САМОЕ ДНО, ОБРЕТЯ ПРЕЗРЕНИЕ ОКРУЖАЮЩИХ.


Особенно ярко это видно на примере крупного рок-фестиваля или секса: если с первого раза получилось кое-как, то наверняка второго раза уже не будет. И так с очень многим в жизни. Ты либо Звезда, либо «ой, извините, не получилось сегодня». Каждый твой концерт – последний. Где бы он ни проходил. Сколько бы людей в зале ни было. Между прочим, шансов дожить до завтрашнего утра у тебя, как и у всех, и вправду так себе – всего 50 на 50. Не так уж и много, если поразмыслить. Не разменивай свою жизнь на авось, на кое-как, на «прокатит» и на «и так сойдёт». Тебе с этим жить. Тебе с этим умирать. Тебе это передавать своим детям. Твои правила определяют, кто ты по жизни. Не играй в звезду. Будь ею! Умри на сцене. И телом, и душой, и сердцем. Умирай там каждый раз. Именно так живут звёзды, сгорая у всех на глазах, грея других своим огнём и светом. А иначе зачем это всё?

Сцена и студия звукозаписи не школа, не урок, не экзамен. Это место, где ты можешь провозгласить Богу, кто ты на самом деле есть! Это место, где ты лицом к лицу с Вечностью!

А также расслабься по поводу мелких проколов. Во-первых, у слушателя давно замечена способность разума достраивать то, чего и не было сыграно вовсе. Во-вторых, кроме вас, никто не знает, как оно было задумано. Даже если штаны упали. Поэтому великое правило любого артиста:

ЧТО БЫ НИ СЛУЧИЛОСЬ НА СЦЕНЕ, ВСЕГДА ДЕРЖИ УВЕРЕННУЮ УЛЫБКУ НА ЛИЦЕ. НИКАКОЙ РАСТЕРЯННОСТИ. НИКАКОГО ИСПУГА. И ТОГДА ВСЕ ПОЙМУТ, ЧТО ТАК И БЫЛО ЗАДУМАНО.


Вышли мы с группой на сцену дворца спорта «Юбилейный». Недоглядели перед выступлением, что в трек-листах музыкантов была разная очерёдность песен. В какой-то момент начали играть песню, и оказалось, что двое музыкантов начали играть одну композицию, а другие два – другую. Обе песни были в одной тональности, по счастливой случайности. И примерно в одном темпе. И что ты думаешь, дорогой коллега? Никто и виду не подал. Упорно и нагло, с уверенным лицом каждый играет своё и смотрят на меня, на вокалиста, что же из двух я запою. Ну, я выбрал ту, что наиболее похожа была, и запел. И все музыканты подстроились. И знаешь что? Никто в зале из семи тысяч зрителей этого казуса даже не заметил! Вывод: держи хорошую мину при плохой игре!

Касаемо работы на студии. Если вы начинающая рок-группа и у вас ещё нет должной сыгранности и профессионализма в исполнении, то нет ничего зазорного в том, чтобы нанять на студию сессионных профи-музыкантов, которые сыграют на записи ваши партии. Вы должны звучать на пластинке. По этой записи будут оценивать не вас, а ваше творчество. Вы его написали, сочинили. В любом случае. На записи оно должно звучать идеально. А уж на концерте всё будет зависеть от вас, насколько вы в состоянии исполнить задуманное. Некоторые даже всему миру известные рок-группы делали так, прибегали к помощи сессионных студийных музыкантов. Это нормальная мировая практика. Чувствуете, что не вытягиваете? Не поскупитесь средствами, наймите профессионала. Среди музыкантов есть те, кто именно этим всю жизнь зарабатывает себе на хлеб и умеет играть всё! И гораздо лучше вас. Предоставьте им демозапись и чётко объясните задачу. Профи не только запишет вам вашу партию безукоризненно, но и знает, какими хитростями и ухищрениями можно добиться того звука, который вы хотите услышать на плёнке.

Ещё раз: так не единожды поступали многие известнейшие в мире рок-группы и артисты. Это обычная практика.

7.7. Зона повышенной опасности

Концерты бывают разными. Понятное дело, что на многотысячном стадионе ты, как ни старайся, не дотянешься до бравого паренька, который даёт на подпись открытку из-под сцены, ибо вас разделяет пять метров пресс-зоны и три метра высоты. Улыбнёшься ты симпатичной девушке из 10-го ряда или двери в конце зала с надписью «Выход», также особой разницы замечено не будет. Поэтому, когда перед тобой многотысячная аудитория, просто представь, что все эти люди перед тобой – один человек. И ты играешь и поёшь для него. Да, вот он такой странный, с кучей лиц, рук и ног, словно Авалокитешвара (ой, кто это?), но это – один человек. Сумбурный, сдвинувший брови, скептически скривившийся, скрестивший руки на груди, приподнявший бровь в ожидании. Ты с ним один на один. И пусть все твои посылы ему будут искренними. Помни, что большинство людей добры и вполне себе адекватны. Но знай также, что в любом стаде найдётся паршивая овца. И твоя задача найти эту овцу копытно-рогатую мерзопакостную шестым чутьём, взглядом, на ощупь, уловить её астральные вибрации, всполохи адского пламени на горизонте. Ибо от неё, от парнокопытной этой адской козы, исходит опасность. Уважаемый коллега, я хочу заострить ваше внимание на том, что любое массовое мероприятие – это зона повышенного риска. Сообщество разумных людей в одно мгновение превращается в безликую безумную толпу, стоит это превращение сдетонировать надлежащим фактором. Сообщество людей – это взаимные переживания и коммуникация, это логика и разум. Толпа – это хаос и безумие, боль, травмы, гибель. От первого до второго – один шаг. И именно этот шаг, дорогой артист, ты обязан чувствовать и контролировать со сцены, не давая ему произойти. То есть мягко, вежливо, но уверенно и без сантиментов гасить любые проявления открытой агрессии, психозов и т. п. При этом – с улыбкой, галантно. Не забываем, ты на сцене как минимум Джеймс Бонд – красавчик и джентльмен. В худшем случае – милашка. Если ты забыл, что это такое, мой тебе совет переслушать арию агента «00Х» из советского мультфильма «Приключения капитана Врунгеля».

Ты обязан «сечь поляну» на все 180 доступных тебе градусов вширь и набекрень на предмет всего, что может оказаться в прицельном полёте по направлению к сцене. Один из артистов рок-звёздности первой величины нашей страны поведал мне, что именно за счёт этого спас себе однажды зрение. Концерт проходил на огромном крытом стадионе. В зале было темно, ибо на сцене сиял яркий контрастный свет. Артист пел песню и в то же время по привычке сканировал боковым зрением пространство перед собой, и в последнюю секунду увидел нечто маленькое, летящее прямо ему в лицо, сверкнувшее на долю секунды в луче прожектора. Он успел буквально на миллиметр сдвинуться. Основа бенгальского огня, тонкая железная спица, вонзилась ему в угол глаза, миновав роговицу буквально на полмиллиметра. Если бы не было навыка следить за пространством, сейчас бы данный артист прозывался Одноглазым Джо и сменил бы квалификацию с рок-музыки на пиратское кантри с наплечным попугаем в придачу. В лучшем раскладе. Али «подайте бедному коту Базилио» под частушки.

Ты не представляешь, уважаемый коллега, сколько всего и насколько разного прилетало ко мне на сцену за тридцать лет, что я провёл на ней. Я имею в виду травмоопасное. Пятирублёвые монеты, железные гайки, сапоги и ботинки, бенгальские огни, фальшфейеры (потухшие и горящие), стеклянные бутылки, пивные кружки, значки с булавками, а однажды прилетел даже абсолютно новый дырокол! В общем, большинство из этих предметов при попадании с лёта в голову надолго закрепят тебя, дорогой артист, в положении сидя в инвалидном кресле на неопределённый срок, и ТВ-программа «Спокойной ночи, малыши!» снова станет для тебя любимой.

Этот чёткий баланс ты, уважаемый, должен всегда держать в головушке своей без сомнения: поклонники – замечательные люди, которые искренне любят тебя и восхищаются тобой, но там, среди них, всегда прячется в зарослях парочка саблезубых рептилоидов с психическими отклонениями. И голубая мечта этих мерзявок – нанести тебе как можно больше тяжких повреждений. Данный момент нужно учитывать. Поэтому – уважение, тактичность, вежливость, понимание, терпение. При этом – дистанция, никакого панибратства, твёрдое «нет» при соответственной ситуации, чётко очерченная граница дозволенного в общении, уважительная позиция по отношению к себе.

7.8. Охрана – друг человека

Немаловажный момент. После концерта выходим через служебный вход для посадки в автобус. У данного служебного входа стоит много поклонников (человек пятьдесят). Охрана, сопровождающая нас до автобуса, мгновенно реагирует и выстраивает выход по порядку. Первым идёт охранник, за ним идут музыканты, справа и слева от них также идёт по охраннику, и охранник же замыкает колонну. Поклонники встали «коридором» в два-три слоя, пропуская нас. И нужно учесть, что они не просто стоят, но пытаются обратить на себя внимание, протягивают для автографа какие-либо вещи, дёргают за одежду. Всё это по-человечески понятно, мы стараемся каждому протянуть руку, сказать пару слов. Пройти нужно метров двадцать. Я иду посередине. И вот тут примерно на середине пути я краем глаза (периферийным зрением) вижу человека, который уже летит в прыжке прямо через головы людей с бутылкой в руке с явным намерением нанести удар сверху. То есть уже в замахе. Охранник одновременно прикрыл собой нас и перехватил человека прямо в прыжке за руку с «оружием». И тут же завалил его на землю. И кабы не профессионализм охраны, то вполне может быть, что одного из нас уже не было бы в живых. А казалось бы, ничто не предвещало. Все на радостях, все довольные кругом, на позитиве – и мы и зрители.

Не думай, уважаемый коллега, что данный описанный случай такое уж редкое исключение. А уж случай, когда Нуки, вокалистка группы «Слот», получила на автограф-сессии удар ножом в горло от внезапно прорвавшегося психопата-поклонника, и вовсе разубедит тебя улыбаться по данному поводу. Слава Богу, что Нуки осталась жива и восстановилась. Но таки тебе может не повезти. Охрана – залог твоего здоровья.

Поэтому, уважаемый коллега, помни: доверие есть доверие. Нужно учитывать, что зрители в зале – это люди, которые не знают друг о друге практически ничего. Они только что встретились на концерте. И любая нестандартная ситуация между артистом и поклонником для зрителя – это шок, стресс, ступор. На буржуйском западе, где ситуация с владением оружием куда более прозаична, нежели у нас, не раз бывали случаи, когда «отшибленный головушкой» зритель вылезал на сцену и начинал в упор расстреливать музыкантов из огнестрельного оружия или попросту стрелял из толпы перед сценой. И всё на глазах тысяч поклонников. Догадайся, уважаемый коллега, как зрители на всё это реагировали каждый раз? Они стояли в ступоре и просто смотрели на это, широко открыв глаза. Они даже не паниковали, не кричали, не разбегались, но стояли в столбняке, в шоковом состоянии.

А уж в нашей широкомасштабной стране, коллега, таких «снесённых с шариков и роликов» ребятишек можно насчитать несусветно много, коим от дешёвого пива и ежедневного просмотра телевизора напрочь скрючило мозг. Тут тебе не Европа. Тут Дикий Восток.

Играли на фестивале в Сосновом Бору, который устроило начальство атомной станции. Всё бы ничего, но охранников на фестиваль наняли невесть откуда, без опыта проведения подобных мероприятий. Они очевидно не знали, что делать. Вменяемых инструкций им, видимо, никто не дал. И когда радостные зрители повскакали со своих сидячих мест и пустились в пляс перед сценой, что сделал охранник? Этот напуганный малый распылил в воздух боевой перцовый баллончик, таким образом, видимо, пытаясь урезонить танцующих в эйфории зрителей. Мало того, что вокруг было множество мам с малыми детьми, да ещё и на сцену всё это прилетело, естественно. Ты даже не представляешь, коллега, каково это – при максимальном расширенном дыхании во время пения вдохнуть этот перцовый заряд, рассчитанный на то, чтобы «выключить» нападающего.

Важно помнить, уважаемый коллега, что охрана присутствует на концерте для твоей же защиты (жизни, здоровья, инструментов, личных вещей). Охрана – твои друзья, дорогой артист. Если действовать профессионально, то перед началом шоу, перед тем как открыли двери публике в зал, директор группы али, за неимением того, лидер группы должен подойти и пообщаться с охраной, дабы оговорить нюансы поведения. У каждого артиста публика разная. Есть тонкости. У кого-то в порядке вещей перед сценой происходит слэм. У кого-то в традиции стейдж-дайвинг. На чьих-то концертах поклонники жгут файеры (фальшфейеры). Это заранее нужно обговаривать с охраной. Как и то, что нужно делать с тем, кто в порыве эйфории залез на сцену и решил обнять артиста или помочь ему вокально в его же микрофон. Многократно наблюдаемые мной на концертах казусы, зачастую неприятные, говорят о том, что не всегда на подобных шоу выставляется грамотная и адекватная ситуации охрана. Битьё поклонников перед сценой многократно наблюдалось в прошлом. И ты, артист, из-за этого портишь отношения с охраной. А надо ли оно? Просто до того момента данные ребята охраняли совсем иные объекты, не связанные с большим количеством присутствующих людей. Вопрос дарения подарков артисту, когда их пытаются отдать прямо из зала на сцену, также нужно оговаривать. Нормальный охранник, естественно, обязан этот подарок принять из рук зрителя и аккуратно передать артисту на сцену во время паузы, между песнями. Также охранники должны быть проинструктированы относительно выхода артистов из здания, где проводится концерт. Ибо у служебного входа, как правило, артиста ждут поклонники, дабы сфотографироваться или получить автограф. И плох тот артист, который, задрав нос, пафосно и на понтах, в кольце охранников бежит от двери до машины, не оборачиваясь на преданных поклонников в такой ситуации. Исключения – когда артист болен, плохо себя чувствует, весь мокрый насквозь, не успев высохнуть, выходит на улицу, где откровенно холодно и сносит с ног мокрый снег с дождём. В такой ситуации директор группы, или организатор концерта, или охранник должен выйти к поклонникам заранее, перед выходом артистов, и сообщить о ситуации, попросив уважаемую публику принять во внимание данный момент. Охранники в камуфляже, в военной форме на концерте – моветон. Они не на войне. Публика не враги и не преступники. Поэтому желательно сразу оговорить с организатором их дресс-код. Не нужно пугать публику агрессивной милитаристской одеждой. Достаточно простых гражданских костюмов с бейджами, дабы люди не чувствовали себя на прогулке в тюрьме.

Если же вы, дорогие артисты, пребываете в беспределе за сценой, что бывает опосля удачно проведённого шоу, помните, в любом случае с охраной нужно разговаривать тактично и вежливо. Главное, что должен помнить артист, – охрана работает на него. Она нужна тебе, звезда ты моя сиятельная, а не ты им. Распределение охранников по залу и вне его – задача начальника охраны. Но если есть опять же индивидуальные тонкости у артистов, это нужно сообщить заранее. Так, мы, например, просим охранников мягко и тактично, но настойчиво убирать фотографов со сцены и с пространства перед сценой, если оно не выделено для этого специально, как грамотно сделано на большинстве рок-фестивалей. Ибо фотограф, загораживающий своей задницей шоу, – это колхоз. Всюду и везде: на автограф-сессии, на сцене, в зале, в вестибюле зала – охрана должна получать точные указания по стилю поведения и быть заранее предупреждена о возможных нюансах. Дабы облегчить задачу охране, постарайтесь и вы всем ансамблем быть в данной ситуации заодно с ними, в связке. Мягко, но уверенно гасить любые конфликтные ситуации в зале и «за сценой». Большое скопление людей всегда является повышенной опасностью. В давке или при возникшем хаосе люди могут пострадать, сильно покалечиться или даже погибнуть. Помните об этом, уважаемые артисты, если уж вы испытываете уважение к своей публике.

Вывод: охрана должна быть профессиональной и подготовленной. Они должны понимать ситуацию.

Главная задача охраны: и артисты, и публика должны получить радость и кайф от концерта, уйти домой здоровыми, без травм, довольные, как слоны.

8. Внешняя активность