Судя по выражению лица, Антона забавляло мое замешательство.

– Чтобы изображать интерес.

– Я-ясно, – протянула я, ерзая на стуле. Я поняла, почему многие политики – вчерашние бизнесмены. Они десятилетиями врут, пробиваясь наверх. – Так моя задача – изображать интерес?

– Нет, на звонки клиентов ты отвечать не будешь. Ты работаешь лично на меня. Поэтому твоя задача – проявлять неподдельный интерес.

Чем больше я слушала, тем хуже понимала.

– Пожалуйста, разложи интерес на конкретные обязанности. Это ксерокопирование, заточка карандашей и так далее?

Антон достал из ящика толстую папку и бросил на стол.

– Для начала просмотри эти списки звонков, отметь, сколько продлился каждый и сколько клиент ждал ответа оператора.

Я уставилась на папку: она была толще любого учебника, который я проходила в колледже.

– Это мне на все лето?

Антон снова расплылся в улыбке.

– Это задание на первую половину дня.

* * *

В час дня я все еще трудилась в поте лица. Я-то, получив такую работу, считала, что мне повезло, но к ланчу поняла, что гораздо больше повезло Антону, что он взял именно меня. Не представляю, как так получилось – может, кто-то придерживал стрелки часов, чтобы я успела, но когда открылась дверь Антонова кабинета, я разбирала последнюю страницу в папке.

– Время ланча, – объявил он, надевая свой дорогущий пиджак.

Я посмотрела на компьютер, увидела время и вытаращила глаза. Почти час!

– Боже! Прости, Антон! Я так увлеклась заданием, что потеряла счет времени, – оправдывалась я, поворачиваясь к нему на стуле. – Что ты ешь на ланч? Я сейчас сбегаю и куплю.

Антон насупился, будто оскорбившись.

– Если Индия узнает, что я гоняю тебя за кофе, она снимет с меня скальп и бросит в лесу медведям на съедение.

Я накрыла ручку колпачком и поставила ее в стакан.

– А если ты дашь мне еще одно такое задание и велишь закончить до конца года, я сама так с тобой поступлю, – пообещала я, мило улыбаясь.

– Ты со всеми боссами так разговариваешь? – спросил Антон, облокотившись на мой стол.

– Только с теми, кто этого заслуживает, – ответила я, подняв брови.

Антон покачал головой и показал на дверь.

– Пошли! Время ланча.

– А?

Господи, еще один перл из уст Люси Ларсон!

– Еда. Питание. Ты. Я. – Антон показал на дверь. – Прямо сейчас.

Две причины не позволяли мне принять предложение Антона. Во-первых, Джуд. И во-вторых, Джуд. Он ведь собственник, как и я, а я чувствовала, что не обрадовалась бы, вздумай Джуд пригласить на ланч другую женщину.

– Я лучше останусь и доделаю задание, – соврала я. – У меня еда с собой.

– Зря отказывается, это неблагодарная затея, потому что я всегда добиваюсь своего. – У Антона блестели глаза, а я едва сдерживалась, чтобы не съязвить. – Тем более это традиция «Ксавье индастрис», которую я перенял от отца. Правило номер два делового мира – всегда приглашай на ланч новых служащих. Это очень полезно.

– Что ж, не будем нарушать традиций, проверенных временем, и игнорировать пользу дела, – заявила я, взяла сумочку и вышла из-за стола.

Антон уже открыл дверь и ждал меня. Большинство работающих в кабинках уже вернулись с обеда и смотрели на меня как и утром, когда я хоть на секунду отрывалась от бумаг, то есть не смотрели, а глазели.

– Если кому понадоблюсь, я на сотовом, – объявил Антон и закрыл за нами дверь. – Не волнуйся. Несколько дней – и они к тебе привыкнут.

– К чему именно привыкнут? – спросила я. – Неужели ко мне нужно привыкать?

– Они слегка под впечатлением. Не каждый день к нам приходит работать подруга самого известного игрока НФЛ, которую только что сфотографировали го…

Антон осекся, а я сперва вытаращила глаза, потом прищурилась.

Черт, черт, черт, черт, черт! Чертов черт! Неужели весь офис видел ту фотку? Неужели Антон ее видел?

Теперь понятно, почему на меня таращатся. Они смотрят на меня как на голую, потому что видели голой. Черт!

– Ты видел то фото? – Спросила я для проформы, мне просто хотелось получить подтверждение.

Антону хватило приличия опустить глаза.

Тут открылись дверцы лифта, и это спасло меня от неприятной беседы.

– Хочешь об этом поговорить? – поинтересовался Антон, не в силах сдержать ухмылку.

– Нет, – прошипела я, сложив руки на груди. Не думала я, что фотка прогремит на всю страну. И напрасно не думала!

– Не беспокойся, я то фото не разглядывал, – тихо проговорил Антон. – Другим помешать не мог, но сам не разглядывал. Очень жаль, что так получилось.

На лице у Антона было искреннее сожаление. Таким я его еще не видела, злости моей как не бывало.

– И мне жаль, – проговорила я, когда дверцы лифта открылись на первом этаже.

Тема была закрыта, и Антон, помахав рукой кому-то из знакомых, проговорил:

– Здесь неподалеку есть отличное место. Там каждое утро готовят свежие супы, бутерброды, сами хлеб пекут. – Антон подождал, когда я выйду за вращающуюся дверь. – Неплохо звучит? – спросил он, нагоняя меня на тротуаре.

– Неплохо.

Кафе находилось буквально в пяти минутах ходьбы от офиса. Время перерыва заканчивалось, но посетителей было хоть отбавляй. Аромат свежего хлеба и базилика я почувствовала, едва переступив порог.

Антон шагал к единственному свободному столику, приветствуя официанток, которые краснели от его внимания. Ясно, передо мной дамский угодник.

Едва мы сели, официантка, блестя глазами, поставила на стол стаканы с водой.

– Привет, Антон! – проворковала она, убирая за ухо выбившуюся прядь.

– Привет, ангел! – сказал Антон. Когда он взглянул на девушку, можно было подумать, что она попала в рай – таким счастьем лучились ее глаза.

Очевидно, под взглядом Антона большинство девушек лишается дара речи. Хорошо, что я не из большинства.

– «Ангел»? – разочарованно переспросила я. – Это все, на что ты способен?

Антон глотнул воды и с интересом посмотрел на меня.

– Сомневаешься в моих способностях? Напрасно.

– Ну, так бахвалится каждый мужчина, – парировала я. – Но для донжуана прозвучало слабовато. «Привет, ангел» – так меня бойфренд в средней школе закадрил.

– Вообще-то, мисс Всезнайка, – Антон подался вперед, – ее зовут Ангел. – Он поднял брови и ждал моего ответа.

Ответа не было, вот тебе и Всезнайка…

– Ну… – начала я, глотнув воды, – давай тогда поговорим о погоде.

Антон засмеялся – ему понравилось, как я переменила тему.

– Почему ты, я и Индия раньше не устраивали словесных баталий? – спросил Антон. – Нужно это исправить.

– По-моему, мы уже исправляем, – отозвалась я со смущенной улыбкой.

– Привет, Антон! – То же приветствие, тот же взгляд с поволокой, но официантка уже другая.

– Привет, милочка, – ответил Антон, покосившись на меня. – В смысле, Мила. Примешь заказ?

В отличие от девушки по имени Ангел, Мила не остолбенела, когда Антон в упор смотрел на нее бархатными карими глазами.

– К вашим услугам, – ответила она игриво, кокетливо закусив губу.

– Люси, – спросил Антон, – что ты будешь?

– Салат «Капрезе», пожалуйста, – попросила я.

Записывая мой заказ, Мила на меня даже не взглянула – она видела только Антона. Похоже, тут каждая официантка считает Антона своего рода наркотиком, без которого жизнь неинтересна.

– Антон, а ты что будешь? – поинтересовалась Мила, томно прикрыв глаза.

Я снова глотнула воды. Эта чика настроена серьезно. Вызови ее Антон к пяти часам в уборную – согласится не задумываясь.

– Какой у вас сегодня суп дня? – спросил Антон, отвечая на взгляд Милы таким же взглядом.

– Томатный биск.

Никогда бы не подумала, что о супе-пюре можно говорить с таким вожделением.

– Вот его-то я и закажу, – отозвался Антон. – Пущусь сегодня во все тяжкие.

– Он дикарь, – предупредила я, протягивая Миле меню. – Осторожнее!

– Что ж, Люси, так как моя сестра болтает о тебе без умолку, мне кажется, что я уже тебя немного знаю, – проговорил Антон.

Страшно даже представить, что рассказывает обо мне Индия. И даже представлять не хотелось.

– И сейчас хочу попросить не как босс, а как приятель. – Антон откашлялся и подался вперед. – Расскажи мне о своем бойфренде.

– О женихе, – уточнила я. – Раз Индия болтает обо мне без умолку, то неужели Джуда не упоминала?

Индия обожает Джуда. Вообще-то его обожают все девушки, но у Индии любовь особая, платоническая, а не в стиле «заставь меня стонать».

– Упоминала, конечно, – начал Антон, ерзая на стуле. – Говорила, что он классный, с классной задницей и даже после четырех лет знакомства заставляет тебя краснеть.

– Очень в ее духе! – вздохнула я. – Все это правда, только Джуд не такой уж примитив.

Антон кивнул.

– Надеюсь, – проговорил он. – А почему ты в него влюбилась?

Да, странный разговор с боссом, особенно в первый рабочий день, но, наверное, все боссы со странностями.

– Дело не в том, почему я в него влюбилась, – ответила я, глядя в окно. – А скорее, в том, что я не могла не влюбиться.

– Так это благословленная любовь, предопределенная судьбой? – предположил Антон, судя по улыбке, уверенный в своей правоте.

– Нет, мы перекроили судьбу, и звезды тут ни при чем.

Прежде чем Антон отреагировал, у меня зазвонил сотовый.

– Извини, – сказала я и собралась отклонить вызов, но Антон кивнул.

– Ответь, – сказал он. – Ты же на перерыве, сейчас я не босс.

– Ладно. Я быстро.

Антон снова кивнул.

– Привет! – начала я, отворачиваясь в сторону. – Это мистер Великолепный?

В трубке раздался смешок Джуда.

– Да, Люси, в самую точку! Как первый день на работе?

– Он прекрасен благодаря парню, приславшему миллион роз.

– Миллион красных роз, – уточнил он.

– Спасибо! Ты великолепный, причем не только в… – Я многозначительно закашлялась. – В доме.

– Люси, я очень тобой горжусь! – сказал Джуд, перекрикивая вопли на заднем плане. Похоже, звонит он во время тренировки. – Ты нашла крутую работенку!

– Погоди, ты гордишься? – спросила я, кивком поблагодарив Ангел, ставившую передо мной салат. – Когда это ты поменял свое отношение к моей работе?

– Когда решил больше не быть эгоистичным ослом, – ответил Джуд. – Хочу ли я, чтобы ты жила здесь и каждую ночь ждала меня в постели? Да, черт подери! Но если тебе нужно другое, мне не обязательно понимать суть, чтобы поддерживать тебя.

У меня аж колени задрожали. Хорошо, что я сидела.

– Похоже, мы взрослеем, – проговорила я и взглянула на Антона. К супу он не притронулся и явно ждал меня. Я махнула рукой – давай, мол. Он, может, и джентльмен, но зачем супу стыть, пока я болтаю с Джудом?

– Чем ты сейчас занимаешься? – спросил Джуд. – Босс не отругает тебя, если застанет за болтовней по телефону?

– Босс уже застал меня с телефоном у уха, – ответила я, улыбаясь Антону. – Но он не отругает меня, потому что мы вместе сидим за ланчем.

В трубке воцарилась тишина. Я даже подумала, не оборвалась ли связь.

– Джуд?

– Ты с ним на ланче? – спросил Джуд тихо и сдержанно.

– Ага.

– Вы вдвоем? – Голос Джуда звучал по-прежнему тихо, но уже дрожал.

– Ага.

Джуд резко выдохнул.

– Он в курсе, что ты обручена? – спросил он так, что я заерзала, будто сделала что-то плохое.

– Ага.

– Дай я с ним поговорю, – потребовал Джуд, сделав несколько глубоких вдохов.

– Зачем? – спросила я, чувствуя опасность.

– Может, стоит напомнить ему, что ты моя невеста, а значит, для него под запретом.

Я покосилась на Антона. Тот терпеливо ждал, не подозревая, что парень на другом конце провода с удовольствием задушил бы его, будь такое возможным.

Я отодвинула стул и понизила голос, надеясь, что Антон поймет намек – отлучится в уборную или куда-нибудь еще.

– Джуд, – зашептала я, – даже если он не в курсе, забыл или плевать хотел на то, что я обручена… Это. Знаю. Я, – отчеканила я и снова покосилась на Антона. Тот явно притворялся, что ничего не понимает.

– Но ты-то знаешь, что обручена? – фыркнул Джуд. – Тогда почему согласилась пойти на ланч со своим боссом?

Джуд заводился. Я тоже. Разница заключалась в том, что я не позволяла себе заводиться. Я знала, что никогда не буду невозмутимым и сдержанным человеком, но уже пыталась не распускаться. Прежде чем ответить, я сжала и разжала кулаки.

– Дело в том, что я проголодалась. В том, что меня пригласили в кафе. В том, что здесь принято угощать новых служащих ланчем. В том, что между нами абсолютно ничего нет. В том, что я надеялась на твое доверие. Что ты поддерживаешь меня и позволяешь решать самой. – Разумеется, я могла привести еще сотню причин. – Наконец, я просто проголодалась.

Антон откашлялся.

– Люси, мне уйти?

Я покачала головой.

– Да! – рявкнул Джуд, услышав его. – Да, черт подери!

– Джуд! – прошипела я.

– Дай ему трубку, Люси, – потребовал Джуд. – Мне нужно с ним поговорить.

Антон встал, чтобы уйти, но я снова покачала головой и показала ему на стул. Не хотелось спорить «в отсутствие ответчика». Джуду следовало доверять моему благоразумию, моему выбору, моим решениям. Ему следовало доверять мне.

Антон неохотно сел. Бедняге было явно не по себе.

– Нет, – отрезала я.

– Люси! – возмутился он.

– Джуд! – парировала я. – Нет.

Я услышала полувздох-полустон, а потом воцарилась тишина. Я знала, как выглядит расстроенный Джуд, и представляла, что сейчас он, наморщив лоб, чешет в затылке.

– Люси, я на другом конце страны и совершенно бессилен, а ты… Ты угощаешься ланчем со своим боссом. Наверняка он красивый парень в костюме, который уверен, что сможет покорить тебя, как уже покорил всех девушек вокруг…

Я радовалась, что Джуд меня не видит, потому что не смогла не улыбнуться: он попал в точку – Антон и впрямь красивый парень в костюме.

– Что прикажешь мне делать, а, Люси?

Я знала, что ответить, но сейчас это невозможно. Поэтому пришлось сказать:

– Доверять мне.

В трубке прозвучало что-то нечленораздельное, и снова воцарилась тишина. Неужели мы наконец научились сначала думать, а потом говорить?

– Черт! – буркнул Джуд.

– Теперь ты понимаешь, как сложно было мне?

– Ага, начинаю понимать, почему ты тогда превратилась в фурию, – ответил Джуд довольно сдержанно. На самом деле «тогда» я превратилась в бешеную психопатку. – Ладно, тебе я доверяю, но не доверяю ни твоему боссу, ни другому мужчине, для которого нормально приглашать чужую невесту на ланч. По-моему, это не айс.

Теперь я улыбалась по-настоящему. Джуд доверял мне, даже когда доверять не хотел.

– Я нарушила какое-то мужское правило?

– Мужское правило номер два, – торжественно объявил Джуд. – Никогда не связывайся с женщиной другого мужчины. Никогда.

– А как звучит правило номер один?

– Не связывайся со мной, – ответил Джуд, и по голосу я поняла, что он самодовольно улыбается.

– Ну надо же! – съязвила я. – А я вот с тобой связалась довольно серьезно.

Серьезнее не придумаешь.

– Люси, ты исключение из этого правила. Единственное и неповторимое.

– Исключения есть из любого правила, – заметила я, и только тут сообразила, что слишком долго разговаривала, нарушая все приличия. – Приятно было тебя слышать, но меня ждет…

– Свиданка.

– Нет, ланч… Люблю тебя, Джуд. Спасибо за звонок, за цветы, за доверие. Я наберу тебя вечером, когда Холли с сыном устроятся.

– Обними за меня Холли. У тебя ведь есть мяч для маленького Джуда?

– Хорошо, обниму. Да, и мяч есть, – ответила я.

– Еще одна просьба, – проговорил Джуд.

– Что угодно.

– Дай ему трубку.

Я застонала.

– Вот прилетишь сюда и поговоришь с ним лично, чтобы я могла присутствовать при разговоре.

– Стерва ты! – буркнул Джуд.

– Я люблю тебя.

– А я тебя, Люси.

Закончив разговор, я сконфуженно улыбнулась Антону.

– Извини, что так вышло.

Антон поднял руку – ерунда, мол.

– Нет, мне правда жаль. Первый день на новой работе, а я при тебе почти десять минут пререкаюсь с бойфрендом. С такими разговорами не видать мне в ближайшее время почетного знака «Лучший работник месяца».

– Получилось очень забавно, – отозвался Антон. – Кажется, такой драмы я не видел со школы, когда Индия заставила меня смотреть последний сезон «Реального мира»[3].

Не знаю, шутил Антон или серьезно говорил, только я почувствовала укол. Вообще-то Антона это не касалось, но ясность внести следовало.

– Джуд – ходячая драма, я тоже. У нас что ни разговор, то шоу.

Я принялась за салат, а Антон только теперь взял в руку ложку. Джентльмен! Совсем не похож на свою сестру.

– Это как-то нездорово, – сказал он.

Я насупилась. Не позволю парню, для которого заказать томатный биск значит пуститься во все тяжкие, твердить мне, что здорово, а что нет.

– Может, для тебя это и так, а для меня нет.

– Прости за излишнюю прямоту, но я из семьи Ксавье, – сказал Антон. – Как может жесткий контроль считаться чем-то здоровым?

– Джуд не контролирует меня, – возразила я, – он просто опекает.

– А разница есть? – спросил Антон, пробуя суп. Томатный биск, наверное, уже остыл.

– Да, разумеется, огромная. Контролировать – совсем не то, что заботиться. – Так и подмывало вынуть телефон и устроить Антону словарный ликбез. – Джуд опекает меня, потому что знает, сколько в мире дерьма, и не хочет, чтобы я пачкалась. А если уж испачкаюсь, он может сделать так, чтобы я не пострадала. – Я очень старалась не оправдываться. Антон мне нравился, но его вопросы начинали меня раздражать. – Знаю, Джуд хотел бы, чтобы я доверила это ему, но он позволяет мне решать за себя. Единственный человек, который меня контролирует, – это я сама.

Антон поджал губы.

– Контролирует, опекает, ревнует… Я свел бы это к одному, – заявил он, наблюдая за мной. – К нездоровому поведению.

– Ты что изучал в колледже? – спросила я. Вдруг я выиграю эту баталию, если попробую объяснить другим способом?

– Политологию и экономику, – ответил Антон, ничуть не смущенный резким переводом темы.

– Ну, если объяснять терминами политологии… – вслух размышляла я, барабаня пальцами по столу. Тут меня осенило. – Джуд не тиран. Он не повелевает, не требует послушания. Он скорее советчик, – объясняла я. – Который не только советует, но, в крайнем случае, и наподдаст кому надо.

Антон проглотил еще пару ложек супа и замер.

– Значит, вы живете драмой. Он… – Антон многозначительно откашлялся, – опекает. Ты не можешь объяснить, почему любишь его, говоришь, что «не могла не полюбить»… Люси, можешь меня ударить, но это похоже на одержимость, на слепое увлечение. Не на любовь.

Господи, ну и денек! Сперва Джуд, потом Антон – парни дружно решили свести меня с ума. Я сделала вдох и сосчитала до пяти. Неважно, что думает Антон или любой другой. Не позволю снова лишить меня уверенности! Я люблю Джуда. Джуд любит меня. За четыре года он доказывал это много раз. С неуверенностью покончено.

– Давай согласимся в том, что не согласны друг с другом, – предложила я, откладывая вилку. Хватит с меня и ланча, и разговора. – Наверное, нам пора.

– Люси, я не хотел тебя обидеть. Я просто очень откровенен, даже когда откровенность не нужна.

– Ты брат Индии, мой босс и классный парень, поэтому давай договоримся не обсуждать мою личную жизнь. – Я взглянула Антону в глаза. – Я больше не позволю тебе обсуждать наши с Джудом отношения. Ты нас не понимаешь? Ну и прекрасно! Ты не первый такой и уж точно не последний. Но я не смогу общаться с тобой, если и дальше буду слышать подобное.

– Ты не хочешь слышать то, что тебе неприятно?

– Да не в этом дело. За четыре года нам с Джудом досталось больше, чем большинству пар достается за четыре совместных жизни. Понимаю, шансов у нас немного. Только мне это безразлично.

Что-то, занесло меня… Пора тормозить, пока шею не сломала.

– Надоело слушать, что мы друг другу не подходим. Если ты ничего больше не видишь, это еще ничего не значит.

Антон поднял руки в знак капитуляции.

– Святая правда. Думаю, что я с этим справлюсь.

– Посмотрим, – отозвалась я, искренне сомневаясь, что Антон справится.

13

СУДЯ ПО ЗВУКАМ, В КВАРТИРЕ у меня резвилось стадо носорогов.

Малыш стоил своего тезки – рычал и вопил, как дикарь. После рабочего дня я валилась с ног, но домой летела на всех парусах.

Как давно моего возвращения никто не ждал! Как давно в квартире не звучали никакие голоса, кроме моего и телевизора!

У двери я остановилась и постучала. Странно стучать в свою квартиру, но вот раздалось топ-топ-топ маленького дикаря.

– Тетя Люси пришла! Тетя Люси пришла!

Хотя «Люси» у мальчишки звучало как «Уси».

Дверь с силой распахнулась и хлопнула о стену.

– Тетя Люси!

Я сделала вид, что ужасно удивилась.

– Юноша, вы не видели здесь мальчика? Его зовут Джуд, роста он примерно вот такого. – Я показала мальчишке на плечи. – Мы с дядей Джудом приготовили ему подарок.

– Тетя Люси, это я!

– Что? Не может быть! Ты слишком большой для маленького Джуда.

Он закатил глаза. Ему и четырех нет, а глаза закатывает, как взрослый. Явно у мамы научился. А ведь он копия Сойера, своего отца. Мальчишка улыбнулся его улыбкой, и от невероятного сходства я на миг забыла, где нахожусь и кто передо мной.

– Мама говорит, я расту, как сорняк. И я теперь не маленький Джуд, а ЭмДжей, – объявил мальчишка, встав на цыпочки.

– То есть Эм – «маленький», Джей – «Джуд»? Кто это придумал?

– Томас, – ответил мальчишка, показывая в глубь квартиры.

Раздался грохот, и Холли запричитала:

– Блин, блин, блинный блин!

Похоже, во мне там нуждались.

– ЭмДжей слишком большой для обнимашек?

ЭмДжей на минутку задумался, потом покачал золотисто-каштановой головой:

– Не-а.

Я раскрыла объятия, и мальчишка прижался ко мне.

– Вот и отлично, потому что мне срочно нужны классные обнимашки. – Я чмокнула ЭмДжея в макушку и переступила порог.

– Вы уже громите мне квартиру? – спросила я Холли, поднимавшую старые футбольные кубки Джуда.

– Просто мой сынок частенько считает себя тираннозавром рексом, – ответила она, поставив на место последний кубок. – Вопрос не в том, разгромит ли он квартиру, а когда он ее разгромит.

Такой измотанной Холли я еще не видела. Ясно, перелет через всю страну с малышом даром не проходит.

– Люси, ты точно не передумаешь? Еще не поздно. Наш хлам я еще не распаковала до конца.

– Если решишь уехать, я свяжу тебя и не выпущу, – пообещала я, крепче обнимая маленького Джуда.

Холли обняла меня и взъерошила сыну волосы.

– Тогда считай, что обеспечила себе гарантийный взнос и душевное равновесие.

Сразу две мамаши, тормошащие его, достали ЭмДжея. Он скорчил рожицу и вырвался из объятий.

– Как долетели?

– Лучше, чем могли бы, спасибо моему другу, детскому димедролу, – ответила Холли, наблюдая, как ЭмДжей бежит на кухню. – Эй, оставь Томаса в покое хоть на минуту!

– Привет, Томас! Что, других дел сегодня не нашлось? – крикнула я на кухню. Он привез Холли с Джудом из аэропорта, а я, залетев в квартиру, даже не заметила его. Моим вниманием целиком и полностью завладели Холли и Джуд, они это умеют.

Томас помахал мне ложкой и улыбнулся.

– Я обещал Холли присмотреть за ЭмДжеем, пока она здесь устраивается, – пояснил Томас, а секунду спустя ЭмДжей схватил его за ноги.

– Джуд Майкл Рид! – очень серьезно сказала Холли. Тон строгой мамаши она взяла так верно, что я вздрогнула. – Если ты не успокоишься и не начнешь вести себя как хороший, воспитанный мальчик, Томас больше никогда не придет к нам в гости.

Томас повернулся к Холли. Глаза у него темно-карие, но готова поклясться, что при взгляде на нее они посветлели – Холли уже произвела на него впечатление. Томас снова махнул ложкой.

– У меня три младших брата. ЭмДжею не придумать ничего такого, что уже не выкидывали они.

Томас выключил плиту, перекинул ЭмДжея через плечо и стал кругами носиться по кухне. Бедные мои соседи снизу!

– Это твой партнер по танцам? – спросила Холли, наблюдая, как мальчики с визгом гоняются друг за другом.

– Ага, он.

– Ясно, почему Джуд взбесился, увидев, как он тебя раздевает, – сказала Холли, возвращаясь к своему чемодану.

– Ничего удивительного, Холли. Джуд бесился, бесится и будет беситься из-за всего, хоть как-то напоминающего парня, который помогает мне раздеться. – Я пошла за ней и плюхнулась на диван.

– Да, согласна. Но Томас симпатичный, – заявила Холли, покосившись на кухню.

Я нахмурилась. Томас не симпатичный, а красивый. У него длинные черные волосы, глаза тоже почти черные, а кожа алебастровая, безупречная. Яркий красавец, он привлекает внимание большинства учениц балетной школы. Только ведь у Холли другой вкус. Она скорее как я – западает на грубоватых, мужественных мачо.

– По-твоему, Томас симпатичный? – спросила я.

– А по-твоему?

Я пожала плечами, глядя, как Томас и ЭмДжей борются на полу.

– Да, но…

– Да ясно мне, ясно, – перебила Холли. – Он с другим оттенком. Это же очевидно! Такой задумчивый, так хорошо одет и на титьки мои не пялится.

Я хотела рассказать про сексуальную ориентацию Томаса, но тут ЭмДжей завыл, как пожарная сирена. Нужно зайти в аптеку и купить ему успокоительное.

– Тетя Люси, это мне? – орал мальчишка и несся к нам с моим подарком в руках, обернутым в желто-синюю бумагу.

– ЭмДжей, ты рылся в вещах тети Люси? – возбудилась Холли.

– Он лежал у нее в спальне, – оправдывался ЭмДжей, вертя подарок в руках.

– Что ты делал в той комнате? Говорила же я тебе: туда нельзя.

– Кстати, чуть не забыла… – Я схватила Эм-Джея и посадила себе на колени. – Вы займете мою комнату, а я переберусь сюда.

– Что? – спросила Холли, не веря своим ушам. – Нет, Люси Ларсон, ни за что! Мы и так только неудобства тебе создаем, а теперь еще и из комнаты выселяем. Нет и нет!

Пришел Томас и рухнул рядом со мной на диван. Казалось, волосы ему взбивали блендером.

– Ты, дурочка, хоть раз в жизни меня послушай! Вы с ЭмДжеем займете мою комнату. Ребенку нужно спать спокойно и быть вместе с мамой. Я уже заказала двуспальный матрас и ширмы, так что вопрос решен. – Я изогнула брови и стала ждать – Холли любит спорить со мной почти так же, как Джуд.

Однако она меня удивила. Я приготовилась к бесконечным спорам, а Холли уселась рядом и обняла меня так крепко, что чуть не задушила.

– Не знаю, что бы я делала без вас с Джудом! – И Холли уткнулась мне в волосы.

Я никогда не видела ее плачущей и решила, что плакать ей не идет.

– Холли, ты бы и без нас справилась! – заверила я ее. Именно так говорили мы с Джудом, когда она благодарила нас больше, чем следовало.