Незертонский канал с тоннелем был открыт в августе 1858 года. Это был последний большой канал, построенный в Британии в эпоху бурного строительства подобных сооружений. Он был шириной в 27 футов[45], и в нем могли разминуться два средних речных суда. По берегам его шли две дороги.

Ким помнила, как приезжала сюда с Китом в один из солнечных воскресных дней, и они гуляли по канальному тоннелю. Он вел ее в полной темноте, а потом указал на свет, появившийся в самом конце 9000-футовой[46] трубы.

И пока они шли к этому свету, Кит показывал на мерные отметки на восточной стене тоннеля и рассказывал ей об узких баржах, которые тащили лошади. А она пыталась не обращать внимания на капли влаги, падающие из вентиляционных отверстий, расположенных в крыше тоннеля, которые назывались «перечницы», и сосредоточиться на его захватывающем рассказе.

Ким заставила себя вернуться в настоящее. По идее, она должна была бы испытать бурю эмоций, но, увидев тело Джона Даггара, она почувствовала только грусть.

У этого парня было не лучшее начало жизни, и казалось, что судьба наносила ему один удар за другим. Его рост, семья и полная безграмотность сделали его мишенью для жестоких и неуверенных в себе подростков. Ким знала, что иногда у него появлялись проблески надежды. Работа, взаимоотношения с Билли – все это было шансом на новую жизнь.

– Вы ведь этого парня искали, инспектор? – спросил Китс, вставая.

– Ага. Мы подозреваем его во многом из того, что произошло на этой неделе.

– Что ж, тогда можете вычеркнуть из этого списка все, произошедшее после вечера среды, потому что он мертв уже около тридцати шести часов.

– И его только что обнаружили? – спросила инспектор.

– Он лежал вон там, – патологоанатом кивнул на закуток возле начала тоннеля, – присыпанный листвой. Ретривер одного из гулявших заинтересовался его ботинком, и тело было найдено. Судя по всему, его убили одним ударом ножа прямо в сердце.

Ким сделала шаг назад, чтобы получше рассмотреть тело. Не важно, любил или не любил Даггар драки, но его трудно было сбить с ног, а в то же время на его руках не было никаких повреждений, которые обычно появляются, когда человек сопротивляется убийце.

– Что-нибудь еще, Китс? – спросила она.

– Судя по следам крови на месте, где лежал труп, его не двигали.

«Ну конечно, для этого понадобился бы небольшой кран», – подумала Ким.

– Нож небольшой, удар, судя по ране, был точным, так что он не мучился. Больше расскажу после вскрытия.

– Ладно, спасибо, – поблагодарила его Ким и отвернулась.

Она успела сделать только три шага.

– Кстати… Инспектор, а вы ничего не забыли?

– Например? – повернулась к нему Ким.

– Например, неуважительное отношение ко мне, требование выполнить работу в нереальные сроки, оскорбительные подколки, плоский юмор. Или все вместе.

Ким слегка улыбнулась ему и продолжила свой путь к машине.

– А знаешь, может быть, все уже и закончилось, – догнал ее Брайант. – Ведь с момента смерти Даггара не было больше никаких происшествий. Мы знаем, что он был с Билли, а потом куда-то исчез. Возможно, его смерть никак не связана со всеми этими преступлениями. Такой парень не мог не иметь врагов. Что, если один из них до него добрался и оказал всем нам услугу?

– М-м-м…

– Судя по всему, я тебя не убедил.

– М-м-м… – повторила Ким.

– Ну, тогда я не знаю… – почесал голову сержант. – Если ты не считаешь Даггара нашим человеком и не веришь в то, что это конец всей истории, то почему ты больше ни о чем не спросила Китса?

Ким молча села в машину.

Брайант просто не мог понять, что вид лежащего на земле трупа Джона Даггара рассказал ей все, что ей было нужно.

Да, Даггар, без всяких сомнений, ее ненавидел.

Но кто-то ненавидит ее еще больше.

Глава 118

– А где была кровь? – неожиданно спросила инспектор, когда Брайант в очередной раз попытался убедить ее, что Даггар был именно тем, кто им нужен.

Звонок Китсу подтвердил, что все следы крови, обнаруженные на одежде и на обуви Даггара, соответствовали нанесенному удару.

Пенн и Стейси следили за тем, как они перебрасывались фразами как за теннисным матчем.

– Я не… – Брайант вновь в отчаянии почесал голову.

– Понимаешь, если Даггар напал на Билли с той банкой, то на его одежде должны были остаться хоть какие-то следы крови.

– Наверное, Китс ошибся, – лицо сержанта скривилось в гримасе. – Как иначе, черт побери, он мог сказать, что на одежде была только кровь Даггара?

Ким протянула ему свой телефон.

– Этот человек десять лет учился, и у него тридцатилетний опыт работы, но ты все равно можешь позвонить ему и выразить свои сомнения в его компетентности. Не уверена, что после этого ты останешься его любимым детективом, но попробовать-то можно…

– Возможно, у Даггара было время переодеться и… – Брайант притворился, что не видит телефона.

– Где? – спросила Ким, чувствуя, как растет ее разочарование. – Мы были у него в доме. Тебе не кажется, что мы бы сразу же обратили внимание на заляпанную кровью одежду?

– Но мы же не делали там обыск, командир, – терпеливо напомнил ей сержант.

– А на это ты что скажешь, Брайант? – Ким встала рядом с доской с написанными на ней вопросами. – Как Даггару удалось заманить Эми и Марка на квартиру?

Как в руки Даггара попал препарат, который мы обнаружили в крови почти всех жертв?

Кто заказал книгу и где она теперь?

Даггар что, встретился с Фелпсами в тюрьме?

Почему Даггар вдруг набросился на Билли? А теперь у нас появились новые вопросы! Какова роль Эрнста Бекетта во всем этом?

В ответ на эти вопросы комната погрузилась в тишину.

– Черт побери, ребята, – не выдержала Ким и в отчаянии ударила рукой по доске. – Мы что, действительно согласимся со смертью Даггара как со счастливой случайностью и оставим все эти вопросы неотвеченными, раздуваясь от собственной гордости?

Все отвернулись, пока Пенн наконец не набрался смелости и не прервал молчание:

– Но, босс, мы же можем привязать Даггара по крайней мере к…

– «По крайней мере» – недостаточно, Пенн, – покачала головой инспектор. – И вот еще что, Брайант. Если тебе хочется считать, что все уже закончилось, то это не значит, что все действительно закончилось. Я сейчас пойду доложу Вуди, и если к моему возвращению вы ответите на все эти вопросы, то мы закроем дело, отправимся в паб и первый круг – за мой счет.

Глава 119

– Готовы? – спросил Симз у Лорда и Приса.

Оба кивнули, и Симз почувствовал, как его охватывает предвкушение. Еще несколько минут, и он наконец выберется отсюда и отправится прямиком к этой суке, чтобы отплатить ей за все. А после этого он, скорее всего, сдастся. И не исключено, что к вечеру вернется сюда же.

– Пары минут будет достаточно, понятно?

– Понятно, – кивнули оба, и Лорд подошел к столу, за которым сидели местные расисты.

– Привет, сволочи, – присел он на стул.

Группа скинхедов обменялась взглядами, после чего все они уставились на Лорда.

– Ты чего, с кем-то поспорил, сволочь? – спросил один из них с ударением на последнем слове.

– Да я просто отдохнуть, вкурил?

– Приятель, для твоей же собственной безопасности…

– Мы живем в свободной стране, – вступил в разговор Прис. – Каждый может сидеть, где ему заблагорассудится…

Семеро скинов одновременно встали. Теперь внимание всех, находившихся в зале, было сконцентрировано на центральном столике.

– Да ладно вам, пусть человек… – с этими словами Симз подошел поближе к источнику угрозы и встал в стойку.

Договорить он не успел, потому что главный скинхед попытался ударить Лорда. Тот перехватил его руку, легко завел ее ему за спину и толкнул в сторону его банды. Зрители вздохнули и резко придвинулись вперед, когда банда бросилась в атаку. Симз, опустившийся на пол всего в футе от места драки, начал отсчет.

Он услышал, как от дверей раздались крики охраны, но она не войдет внутрь без защитной экипировки.

Симз извлек из кармана украденный из кабинета дантиста инструмент и воткнул крючок, предназначенный для того, чтобы проверять зубы, себе в голову. Кровь из раны хлынула потоком.

Он намеренно ранил себя именно в голову, потому что в коже, закрывающей череп, была масса крохотных вен и артерий, так что кровь долго не остановится. Обычно раны в голову оказывались не такими страшными, какими выглядели на первый взгляд, но относиться к ним надо было со всей серьезностью, потому что они могли быть вызваны сильным сотрясением и стать причиной повреждения мозга.

Крики вокруг него достигли своего пика – сидельцы толкались и били друг друга, не ведая о причинах подобного развития событий, но драка есть драка.

Кто-то ударил его ногой как раз в тот момент, когда он нанес себе вторую рану. Теперь кровь заливала лоб и правый глаз. Отлично!

Симз услышал, как распахнулись двери и в них ворвалась толпа надзирателей в защитном обмундировании.

Заключенные стали разбегаться, поняв, наконец, что не знают причин такой вспышки насилия. Теперь он лежал на авансцене, прижавшись головой к полу и закрыв глаза.

Симз почувствовал, что над ним кто-то остановился.

– Твою ж мать! – закричал Лорд. – Все сюда! Этому парню нужна «Скорая помощь»!

Глава 120

– Непохоже, чтобы сегодня вы пришли ко мне с тем настроением, которое должно быть в пятницу, – сказал Вуди с легкой улыбкой. – А я слышал, что вас можно…

– Нельзя, сэр, – Ким села, не дожидаясь приглашения. На лице ее босса немедленно появилось недовольное выражение.

– Но мне докладывали, что ваш главный подозреваемый…

– У вас что, сэр, прямая линия связи с Брайантом, о которой мне ничего не известно?

– Я получил эту информацию совершенно официально, Стоун, – поправил ее Вуди. – И теперь я в недоумении, почему вы не рассматриваете это как положительный факт?

– Слишком многое здесь не совпадает, сэр. Практически отсутствуют подтвержденные связи между Даггаром и произошедшими событиями, – Ким старалась не показать свое разочарование.

– Например? – спросил Вуди, сплетя пальцы под подбородком.

– Например, я не вижу связи между Даггаром и Эми с Марком.

– А разве он не осматривал квартиру, в которой их убили?

– Я не говорю о том, что он не мог сделать дубликат ключа, – кивнула Ким, – но если это он вызвал их в квартиру, то зачем они покупали ему цветы?

– А они что, пришли туда с цветами?

– Не знаю, – честно призналась Ким.

– То есть цветы они могли купить для кого-то другого. И то, что они могли остановиться и вручить их где-то по дороге, вовсе не противоречит логике. Просто в этом случае цветы не имеют к убийству никакого отношения.

Ким никогда не занималась намеренным исключением фактов с целью подогнать задачку под ответ, но в словах Вуди была своя логика.

– Я не знаю, откуда Даггар мог взять препарат, который…

– Бывший заключенный, уверяю вас, может добыть любой препарат. Хотя это немного притянуто за уши.

– И еще, почему Даггар с такой жестокостью набросился на Билли? Он ведь любил ее.

– Но дело ведь было не в Билли Стайлс, нет? Дело было в его ненависти к вам.

– Сэр, мой внутренний голос в данный момент рычит на вас. Мы слишком многое предполагаем. Слишком часто употребляем сослагательное наклонение. Я не могу принять путь, который мы выбрали. Где у нас надежные вещественные доказательства?

– То есть вы считаете, что ничего из того, что я сказал, не может быть принято на веру?

– На веру – да. Но серьезного подтверждения этому у нас нет. Я просто хочу спросить вас, был ли у нас с вами подобный разговор когда-нибудь раньше?

Ким казалось, что они складывают мозаику и какие-то элементы пытаются впихнуть на свободные места, даже не примерившись.

– Вы же знаете, Стоун, что не всегда можно дело довести до идеального конца. И не в этом причина вашего сопротивления очевидным фактам. Что же не нравится вашему внутреннему голосу?

– Конец, сэр. У всего этого нет конца. В самом начале расследования было понятно, что основная цель преступника – это как можно сильнее ущипнуть меня, причинить мне наибольшую боль. И ему ни к чему оставлять мне жизнь после всех этих убийств. Человек, так сильно ненавидящий меня, успокоится, только увидев меня мертвой. Это единственный логичный конец. Но со смертью Даггара подобная концовка отпадает, и, более того, я не вижу никаких признаков, что кто-то собирается ее осуществить. Какой план у убийцы? Что он собирается со мной сделать? Мы же все решили, что он хочет меня убить, после того, как Элисон фактически…

– А как она воспринимает все это? Тоже считает, что ваш человек – Даггар?

– Хороший вопрос, сэр. Я бы тоже хотела ее об этом спросить, так что ее возвращение в Вестмерсийское управление сейчас совсем не в кассу…

Ким нахмурилась, увидев, как Вуди сдвинул брови.

– Стоун, я не знаю, о чем вы сейчас говорите, но Элисон Лоу никто не переводил в другое управление.

Глава 121

– Попробуй еще раз, Стейс, – велела Ким, меряя шагами комнату. – Пенн, проверь, добралась ли патрульная машина до ее дома?

– Так точно, босс. Пока нет, но они знают, что сейчас у нас каждая минута на счету…

– Тишина, босс, – доложила Стейси. – Сразу переключается на голосовую почту.

– И инспектор Мертон подтвердил, что от них она ушла вчера вечером?

– Где-то через полчаса после меня, – ответила Стейси. – То есть в районе полуночи. Она дала показания, а потом патрульная машина доставила ее прямо домой. Мертон предупредил ее, что может позвонить, если в ходе допроса Джейми возникнут какие-то вопросы. Но так и не позвонил.

– Ладно, займитесь камерами наружного наблюдения. Проверьте все дни на этой неделе. Я хочу знать, всегда ли она возвращалась только на своей машине.

Кивнув, Стейси набрала код доступа к камерам.

– Пенн? – спросила Ким, когда сержант закончил разговор по телефону.

– Еще несколько минут, босс, – покачал он головой. – Перезвонят сразу же по прибытии.

– Окей, где еще мы можем поискать? Что мы о ней знаем?

– Она очень много ест, – подсказала Стейси, в то время как Пенн пожал плечами.

– То есть эта женщина проработала плечом к плечу с нами целую неделю, а мы знаем только то, что она боится собак и что у нее здоровый аппетит?

Сотрудники промолчали. Но Ким сейчас злилась не на них, она злилась на себя.

– Думаю, что сейчас это неважно, – заметил Брайант, не отрывая глаз от доски.

– Брайант, клянусь, если ты сейчас скажешь мне, что все это просто дурацкое совпадение, что Даггар – это тот, кого мы ищем, и что Элисон отправилась в какую-то ближайшую обжираловку, то я собственными…

– Ничего этого я не говорю, командир. Я просто хочу сказать, что то, чем она занималась и где она бывала до сегодняшнего дня, – не важно. А важно то, что единственный человек, который может нам сказать, где она сейчас, это вы, командир.

В комнате все затихло.

– Я? – переспросила Ким.

– Первое убийство Эми и Марка, – кивнул Брайант, – было точной копией вашей истории с Мики в месте, которое было идентично тому, где это все происходило. Второе убийство – пары средних лет, – которое должно было выглядеть как смерть Кита и Эрики, произошло в месте, имевшем для вас особое значение. Нападение на Билли Стайлс…

– Переходи к выводам, Брайант! – рявкнула Ким, хотя она уже догадывалась, к чему он клонит.

– Если я прав, то наступила очередь психотравматического события с участием одного из ваших коллег…

– Доусон, – прошептала инспектор.

Стейси с трудом сглотнула, а Пенн уставился в пол.

Все они вздрогнули от звонка его телефона.

Сержант схватил его и стал слушать.

– Ничего, босс, – сказал он наконец. – Машина перед домом, но дверь никто не открывает.

– Передай им мой приказ – пусть ломают дверь, – велела Ким.

Пенн передал приказ по команде, а Ким повернулась к Брайанту.

– Ключи, – сказала она. – Я хочу видеть это своими глазами, и теперь моя очередь садиться за руль.

Глава 122

Ким молча пробивалась сквозь потоки транспорта, а Брайант сидел рядом и молился про себя. Но ни разу не попросил ее притормозить.

Останавливаясь, она чуть не поцеловала патрульную машину в задний бампер.

– Спасибо, командир. Спасибо за то, что не врезались в бампер впереди стоящего автомобиля, – с этими словами Брайант вылез из машины.

Входная дверь была распахнута, и в проеме стояли два констебля.

– В доме пусто, мэм, – сказал один из них.

– И никаких следов борьбы, – сообщил второй.

– Спасибо, парни, – Ким прошла мимо них в дом.

Она всегда прежде всего шла на кухню, потому что по ней было легче всего узнать, что происходило в доме в последние часы. Это подтвердилось в доме Эрнста Бекетта, который готовил себе перекус, а потом в спешке покинул здание.

Гостиная могла многое сказать о личности хозяина, и та, что была сейчас перед ними, действительно обладала своей неповторимой атмосферой. Казалось, что ее перенесли сюда из 60-х годов. Роскошный ковер с оранжевыми разводами напомнил Ким калейдоскоп. Шкаф с посудой и граммофон занимали весь дальний угол. Рядом с ними высилась гора виниловых дисков. На стене расположился современный телевизор – его динамики были вделаны в стену, а сабвуфер располагался вдоль дальней стены. Лицом к телевизору стояла большая плоская софа: две подушки на хлипких ножках. Рядом находилось ультрасовременное кресло в форме половины яйца. Ким знала, что такое кресло может вращаться и нагибаться во все стороны.

То, что она совершенно не могла представить себе Элисон в такой гостиной, заставило Ким улыбнуться. Женщина вновь удивила ее, и ей это нравилось. Эта комната была доказательством того, что Элисон жила только для себя и ни для кого другого. Ей нужны были ретромебель и ультрасовременный телевизор. Она не пыталась соответствовать какому-то стилю – ей нравилось то, что нравилось. Собственный дом Ким был тоже обставлен разнокалиберной мебелью, оставлявшей много свободного пространства, – ей это всегда доставляло удовольствие, и она ни за что не соглашалась завести всякие украшения и безделушки, чтобы дом выглядел более обжитым.

Ким прошла на кухню, главным экспонатом которой был громадный розовый холодильник в американском стиле. Места для стола уже не оставалось, так что хозяйке пришлось убрать из-под рабочей поверхности несколько кухонных причиндалов и поставить на этой импровизированной свободной территории два стула.

Справа от Ким стояла встроенная посудомоечная машина, полная стаканов, чашек и маленьких тарелок. Стейси права – такое впечатление, что эта женщина – жвачное животное, живущее на перекусах и редко позволяющее себе нормальную еду.

– Наверху ничего нет, если не считать нескольких странных предметов меблировки, – доложил Брайант. – Хотя мне кажется, что в этом доме это в порядке вещей.

Ким кивнула и услышала, что ей поступило текстовое сообщение.

Достав телефон, она увидела, что пришло оно с неизвестного ей номера.

Открыв и прочитав его, инспектор похолодела.

– В чем дело? – спросил Брайант, заметив, что она молчит.

Ким надо было срочно придумать, что ему говорить.

– Дополнительная информация от Китса, – сказала она, убирая телефон.

– И что же он сообщает?

– Да так, ерунду всякую, – отмахнулась инспектор, одновременно лихорадочно обдумывая свой план.

Сержант подозрительно посмотрел на нее.

– Ничего, что могло бы помочь нам найти Элисон, – Ким постаралась не усугублять ситуацию новой ложью. При этом она понимала, что у нее каждая минута на счету.

– Брайант, я проверю ванную на предмет улик. Может быть, проверишь пока сарай в саду на заднем дворе?

Сержант не догадывался, что она уже знает, что это напрасная потеря времени. Так было написано в сообщении.

Дойдя до двери, сержант повернулся к Ким:

– Командир, с тобой все в порядке? А то ты выглядишь как-то…

– Все хорошо, Брайант. Проверь сарай, и тронемся.

В тот же момент, когда сержант открыл дверь и вышел во двор, Ким развернулась и покинула дом.

Глава 123

Брайант открыл дверь сарая с неприятным чувством, никак не связанным с тем, что он мог найти внутри. Как и босс, он был уверен, что Элисон в доме нет. Ни живой, ни мертвой.

Нет, все дело в выражении лица Ким, когда она сказала ему, что это было сообщение от Китса.

Он был уверен, что командир ему соврала, и, если бы они сидели у нее дома за чашечкой кофе и перед ним была бы просто Ким, он бы так ей и сказал. Но когда она была командиром, такого лучше было не делать.

Она не понимала одного, и он не собирался говорить ей об этом – будучи хорошей вруньей, врать она не любила. Все в ней говорило о прямоте и искренности, поэтому он уже давно научился читать по ее глазам. А сейчас он увидел в них сожаление.

Сержант быстро осмотрел обычный набор вещей, которые можно увидеть в каждом сарае. Сломанная барбекюшница, разорванный зонтик и несколько затянутых паутиной садовых инструментов. Ничего интересного. Для успокоения совести он осмотрел периметр вокруг сарая.

И направился в сторону дома. Если он еще раз спросит ее, от кого пришло сообщение, это не будет означать, что он считает ее вруньей – просто он даст ей еще одну попытку сказать правду.

– Командир, от кого, говоришь…

Почти сразу же он понял, что в помещении никого нет.

Брайант вышел в холл и заглянул в гостиную.

Ах да, она же пошла наверх, проверять ванную Элисон.

– Послушай, командир… – позвал он от начала лестницы.

– Ее там нет, приятель… прошу прощения… я хотел сказать…

– А где же она? – Брайант повернулся к одному из тех двух констеблей, что взломали дверь.

– Несколько минут назад стартовала на «Астре»…

Выругавшись, Брайант вернулся на кухню и достал свой телефон.

Набрав ее номер, сержант стал терпеливо ждать, пока телефон не переключился на голосовую почту. Разъединившись, он попробовал еще раз. То же самое.

– Твою мать, – прорычал он, набирая номер Стейси. Что за игру она затеяла? – Привет, Стейс, командир не звонила?

– Э-э-э… а разве вы не…

– А ты ей не звонила?

– Нет, мне…

– Стейс, а от Китса мы что-нибудь только что получали?

– Минуточку… нет, ничего… Я могу…

– Твою мать… – сержант огляделся кругом.

Патрульная машина, стоявшая перед домом, должна оставаться на месте до тех пор, пока дом не будет надежно закрыт.

– Стейс, пришли за мной патрульных.

– Ладно, Брайант, но что, черт побери…

– Командир, Стейс. Она внезапно исчезла.

Глава 124

Проигнорировав седьмой звонок на мобильном, Ким остановилась.

Она знала, что звонят ей Брайант и, может быть, Стейси.

Да, она чувствовала себя неудобно, сбежав от коллеги, и во многом потому, что оставила его без машины, но текстовое сообщение было более чем конкретно.

Инспектор достала телефон и прочитала его еще раз:

Ты знаешь, кто у меня и кто мне нужен. Приходи одна, или она умрет. Ты знаешь, где я.

За последнюю неделю и так умерло слишком много людей только потому, что какой-то больной ублюдок объявил ей вендетту. Она не может рисковать жизнью еще одного человека.

И тот, кто послал сообщение, был прав.

Она знала, где найдет Элисон.

Не знала она только одного – с кем находится профайлер.

Глава 125

Элисон старалась не поддаваться охватившей ее панике, но страху необходим был какой-то выход.

Она знала, что находится на улице – ощущала легкий ветер, колышущий ее волосы, и свежесть окружающего ее воздуха.

А еще она знала, что лежит на спине, а над головой у нее проплывают грозовые облака.

Она чувствовала, как осколки кирпича врезаются в кожу головы и обнаженных рук.

И понимала, что лежит на каком-то узком карнизе – ее правая рука упала с него и теперь висела безвольно и бесполезно, слегка касаясь кирпичной кладки.

Девушка не знала, сколько времени провела здесь, и от этого охвативший ее ужас становился только сильнее.

Во многом это объяснялось тем, что она не могла пошевелиться.

Ни один мускул тела не подчинялся командам мозга.

При этом мысли у нее были ясные, свежие и вполне разумные. Но, как она ни старалась заставить свои нервы им повиноваться, связь между ними казалась прерванной.

Она не знала, который сейчас час, а ее последнее воспоминание было связано с ранним утром.

Она помнила, как вылезла из постели, выпила зеленый чай, поднялась на второй этаж и переоделась в костюм для пробежки. Обычно пробежки было достаточно для того, чтобы она меньше грызла себя из-за своих кулинарных предпочтений в те моменты, когда она сидела за столом в офисе. А еще пробежка была ей необходима, чтобы окончательно прийти в себя после событий предыдущего вечера.

Из дома она вышла около 7 утра, повернула налево, прошла до конца улицы, пересекла территорию торгового центра и оказалась в парке. Здесь она присоединилась к другим любителям бега, отдыхавшим возле мусорных баков, означавших половину маршрута, и…

Тут ее как заклинило. Она делала это каждое утро и знала, что длина бегового круга составляет около двух миль. И она помнила весь путь, который проделала утром.

Закрыв глаза, Элисон попыталась восстановить порядок событий, происходивших утром, особенно после того, как она оказалась у кирпичной стены с мусорными баками.

Выходит из дома
Поворачивает налево
Переходит через дорогу
Торговый центр
Входит в парк
Мужчина с пуделем
Бегуны
Люди, сидящие на скамейках
Женщина на велосипеде
Она останавливается у мусорных баков
Наклоняется, восстанавливает дыхание
Ох


Опять эта кирпичная стена, но перед этим произошло что-то еще. Укол, как будто комар укусил, как раз в тот момент, когда она, тяжело дыша, наклонилась вперед и оперлась руками о колени.

И полная темнота.

Больше она ничего не могла вспомнить.

На нее что, напали? Изнасиловали? Что, черт побери, происходит?

Осознание того, что ей ввели какой-то препарат, ничуть не помогло Элисон успокоиться, потому что теперь она понимала, почему не может двигаться. Но ничего поделать с этим она не могла.

Глава 126

– Ну же, ребята, говорите, – потребовал Брайант. – Что, черт побери, по-вашему, происходит?

– Текстовое сообщение наверняка было от убийцы, – предположил Пенн.

«Надо же хоть как-то заполнить паузу», – одновременно подумал он.

– Но почему она не выходит на связь? – в голосе Брайанта слышалось отчаяние.

– Тишина, – сказала Стейси, кладя телефон. – Наверное, у нее села батарейка, – добавила она.

Черт побери, они пытаются обнаружить человека, который активно не хочет, чтобы его обнаружили.

– На камерах тоже ничего нет, – подал голос Пенн. – До первой из них больше мили и три возможности свернуть по дороге. Босс может быть где угодно.

Брайант еще не сообщил Вуди о том, что Ким исчезла, но он не знал, как долго ему удастся сохранять это в тайне. Достаточно одного звонка начальства командиру, и на них вывалится целая куча дерьма, но сейчас это волновало его меньше всего. А вот если они в ближайшее время не придумают что-то выдающееся, то ему придется самому звонить Вуди.

Во что она умудрилась ввязаться и с кем сейчас воюет?

– Может быть, убийца велел ей прийти одной? Это объяснило бы ее побег, – предположил Пенн.

Брайант понимал, что, скорее всего, сержант прав. Если командир считала, что дело было сопряжено с риском, она действительно отправилась бы одна.

– А может быть, нам надо было все-таки послушать Элисон? – негромко высказалась Стейси. – Она ведь говорила, что не стоит сбрасывать со счетов других возможных подозреваемых, но мы все зациклились на этом Даггаре. А может быть, нам нужно было…

– Сейчас это неважно, Стейси, – прервал ее Брайант, глядя на доску. – Даже если бы мы знали имя, это ничем бы нам не помогло. Как и раньше, сейчас нам самое главное идти по оставленным крошкам и попытаться понять логику убийцы. Это единственное, что подскажет нам, где она может быть.

Они несколько минут молча смотрели на доску.

Первым гнетущее молчание нарушил Пенн:

– Все эти преступления практически один в один повторяют реальные события. Юнцы в аналогичной квартире, расположенной всего на три этажа ниже реальной. Наручники, батарея, упаковка из-под крекеров. Все точно.

– Пара средних лет, респектабельная, уважаемая окружающими, живьем сгорает рядом с тем местом, которое имеет для Ким большое значение, – продолжила Стейси.

– А еще это нападение, – добавил Брайант. – Точно в том же самом месте, куда ублюдок обычно водил… девочек, чтобы надругаться над ними. Надорванная пятифунтовая банкнота, засунутая в карман. И о чем это все нам говорит? – нахмурившись, спросил сержант.

– Что все дело в деталях, – предположила Стейси. – Наш убийца должен как можно тщательнее соблюдать все детали, чтобы причинить максимальную боль.

– Значит, на очереди смерть Доусона, – сказал Пенн. – Он попытается использовать Элисон в роли коллеги, упавшего…

– А это, в свою очередь, значит, что мы говорим о какой-то высокой точке, – решила Стейси. – Ведь Элисон должна упасть с большой высоты.

– И это место должно что-то значить для босса, – добавил Пенн.

Неожиданно в голове у Брайанта что-то щелкнуло, и он вспомнил нечто, что случилось на неделе. Он вспомнил слова командира.

– По коням, ребята, – сказал он, хватая куртку. – Мне кажется, я знаю, куда надо ехать.

Глава 127

Ким припарковала машину, посмотрела вверх и вздрогнула. Лететь придется долго. Шансов выжить практически нет.

Она попыталась отвлечься от той жути, которую навевало на нее это место в ночных сумерках, и стала взбираться по ступенькам лестницы.

Ким была уверена, что Элисон привезли именно сюда. Это было единственным логичным местом.

Всеми фибрами души ей хотелось двигаться быстрее, перепрыгивая через две ступеньки зараз, но она сдерживала себя. Лестница была длинной, и, несмотря на лихорадочно колотящееся сердце, она убеждала себя, что без ее присутствия шоу не начнется. Потому что это шоу было приготовлено специально для нее.

Убийца хотел, чтобы она сначала увидела смерть своей коллеги, а потом встретила и свой конец, потому что смерть Доусона была ее последней по времени болью, и душевная рана еще не успела затянуться.

Но как, черт побери, она собирается спасти Элисон и себя, если до сих пор не знает, с кем воюет?

Ее враг знает о ней все, а она о нем – ничего.

Ее мысли ускорились, и Ким почувствовала, что стала двигаться быстрее, чтобы не отстать от них.

Ей надо вернуться к истокам. Надо понять, с кем она имеет дело – только в этом случае они с Элисон останутся в живых.

Ее внутренний голос говорил ей, что Даггар, несмотря на все улики против него, не имеет к убийствам никакого отношения. И ее встреча с ним, и все, что ей удалось о нем узнать, подтверждали это, хотя его следы были повсюду.

Взбираясь все выше и выше, Ким думала об Эми и Марке, таких юных и так плотно сидящих на наркоте. Без поддержки семьи и с отчаянным желанием быть частью чего-то. Частью своего собственного дома.

О Фелпсах, которые были хорошими людьми и которым приходилось навещать сына в местах, абсолютно им чуждых, где они чувствовали себя не в своей тарелке.

О том, что Джон Даггар действовал вопреки своему психологическому портрету, выполняя указания человека, который, возможно, проявил к нему немного симпатии.

О Билли Стайлс, которую привел на то место ее бывший молодой человек, не имеющий, скорее всего, вообще никакого понятия о том, что с ней должно случиться.

Об Эрнсте Бекетте, которого шантажировали угрозами уничтожить его жизнь и репутацию.