Я просматриваю номера телефонов в Людкином мобильнике. Алька, Андрей М, Андрюха рыжий, Анютка, Арсеньев Витя, Ателье....

Я дошла до середины списка контактов, но все не могла найти того, к кому действительно можно обратиться в столь жуткий момент. Вот она, дружба. Когда человек находится в постыдной и крайне тяжелой психологической ситуации, ему почти никто не может помочь. Зато когда зовешь людей на тусню, все тут как тут. Закон самосохранения психики человека заключается именно в этом. Лишь избранные готовы пожертвовать своим спокойствием ради другого человека. Такое поведение заложено глубоко в наших генах. И тут я увидела знакомое имя и с надеждой набрала номер. Послышались длинные гудки. Я стала их считать: девять, десять... Никто не отвечал. Я убрала телефон от уха и стала смотреть на светящийся экран. Стрелочки бежали от одного абонента к другому, и с каждой секундой угасала надежда. Тяжело вздохнув, я нажала на сброс.

Что теперь делать? Продолжать листать список контактов? Вряд ли я найду человека, который сможет нам помочь...

Где-то на другом конце Москвы в полной темноте на экране телефона Nokia последней модели высветилась надпись «Люда, 1-й курс». Мобильник лежал на прикроватной тумбочке крепко спящего, слегка приболевшего человека. Звук телефона оказался отключен, но вибрация и мигание были такими настойчивыми, что человек, перевернувшись на другой бок, сквозь сон словно почувствовал этот крик о помощи.

Когда он более-менее проснулся, телефон замолк. Молодой человек взял его в руки, посмотрел на надпись о непринятых вызовах, потом взглянул на часы и все же решил перезвонить, чтобы не обижать Люду с первого курса своим игнорированием.

— Але! — произнес молодой человек сонным хрипловатым голосом.

Я уже совсем отчаялась, как вдруг раздалась спасительная трель и на экране обозначилось знакомое имя.

— Але! — услышала сонный, хриплый голос.

— Але! Марат! Помоги нам! Я так рада, что дозвонилась! Прости, если разбудили! Не знаю, где мы находимся! Марат! Але!

— Стоп, тихо. Все по порядку. Это ты, что ль, Рит?

— Да, я. Марат, ты единственный, кто нам может помочь!

— Так что случилось-то? Вы застряли на машине? Где вы?

— Мы где-то в районе Рублево-Успенки, куда-то повернули налево, я не знаю. Нас изнасиловали!

— О, боже...

— Марат, мы сидим почти голые на снегу. Мы замерзли. Забери нас!

Слезы потекли из моих глаз, хотя я изо всех сил старалась их сдерживать, чтобы лицо не замерзло еще больше.

— Так, девочки, не плачьте. Я сейчас что-нибудь придумаю... Ритка, слышишь?

— Да.

— Не выключайте телефон! Я постараюсь найти вас через сотового оператора. В любом случае я уже еду к вам. Только не сидите на снегу, ясно? Вы ушли от насильников?

— Ага.

— Слава богу. Только не сидите, двигайтесь, идите куда-нибудь! Обещай мне, Рит!

— Обещаю.

— Как Людка? Почему она молчит? Она ведь с тобой, да?!

— Она как овощ, Марат. Но дышит. Даже могла перебирать ногами, когда мы сбежали.

— Все. Я уже выезжаю. Не выключай телефон. На другие звонки не отвечай, чтобы батарейка на морозе не села, поняла?

— Да. Быстрее, пожалуйста!

Я нажала отбой. Краски вокруг стали ярче. Я поняла, что не брошена, что не одна в этом мире. И нельзя киснуть и утопать в жалости к себе. Надо быть сильной. Как солдаты во время войны! Сила воли, характер способны творить чудеса. И меня чудо не обойдет стороной. Кстати, надо заблокировать свой телефон. Не хочу, чтобы кто-то им пользовался.

Вскоре раздался звонок Людкиного мобильника. Приятный женский голос поинтересовался, даю ли я разрешение на определения своего местоположения.

— Конечно! Да! Я в беде! Меня должны найти и увезти отсюда!

— Хорошо. Передаю координаты.

Марат сказал, надо двигаться. Я поднялась, схватила Людку под мышки и потащила за собой. Пройдя метра два, Людка как-то странно обвисла. С большим трудом я опять подхватила ее и понесла.

Подруга стонала. Ее глаза были стеклянными и пустыми, щеки горели болезненным румянцем.

Казалось, прошла целая вечность. На горизонте уже стали появляться светлые полоски, как вдруг послышался звук приближающейся машины.

Марат, подумала я радостно, осторожно опустила свою ношу в сугроб и выбежала навстречу.

Джип приближался на огромной скорости, даже не думая останавливаться. В последний момент я отпрыгнула в сторону и услышала хлопки пистолетных выстрелов. Что-то больно оцарапало кожу на ноге. В глазах вспыхнул яркий свет, потом наступила абсолютная темнота. Боже, неужели я ослепла?.. Медленно зрение вернулось ко мне. Из-за угла показался луч ксеноновых фар. Словно на ощупь он двигался в мою сторону. Машина остановилась, из нее выбежал перепуганный Марат. Он снял перчатки, скинул с себя дубленку, бережно укутал меня, взял на руки, с ужасом посмотрел на мои ноги и понес в машину. Еще никогда в жизни я не ощущала такого уюта и комфорта. Тепло разливалось по сосудам, наполняя меня блаженством. Я посмотрела на свою ногу. Шрам на левой икре до сих пор напоминает мне о том баловстве гостей Жабы.

Людка лежала в сугробе, там, где я ее оставила. Состояние моей подруги не внушало оптимизма. Марат закутал ее в плед и положил на заднее сиденье.

И снова он

Когда Марат привез нас к себе домой, я была морально уничтожена. Еще бы! Пережить групповое изнасилование, в почти голом виде сбежать из проклятого дома и тащить свою подругу по снегу без надежды на спасение. К тому же рядом был Марат. С одной стороны, я с ним не общалась уже около года. Да, именно столько времени прошло с тех пор, как я поняла, что он для меня больше, чем просто друг. Целый год я избегала его, все пряталась, забивалась в кусты и надеялась, что он не вспомнит обо мне. Какая же я была дура!

Однажды на парковке произошел забавный случай. Он шел мне навстречу и о чем-то напряженно думал. Я решила не мешать его размышлениям, ну и не попадаться на глаза тоже. И единственный способ скрыться состоял в том, чтобы сесть в чью-то машину. Нет, конечно же, можно было сделать вид, что потеряла ключ, и долго ползать по асфальту. Но рядом оказалась машина моего однокурсника и, к счастью, она была заведена. Немного пригнувшись, чтобы не привлекать внимание своим немаленьким ростом, я добежала до его машины, постучалась в стекло и напросилась внутрь, после чего свернулась калачиком на заднем сиденье и притворилась пледом, правда, от Prada и с золотистой бахромой.

— Ритка, ты чего там делаешь? — парень, имени которого я даже не могу вспомнить, был шокирован моим странным поведением.

— Слушай, спасибо тебе огроменное за помощь. Ты меня просто спас! Вон видишь того высокого парня?

— Ну да. Его, кажись, Марат зовут. Он даже староста потока вроде.

— Правильно. Вот он меня преследует. Так что спасай меня.

— А, понятно. Ты ему что-то обещала и не дала! — захохотал он.

Пошляк. При других обстоятельствах морду бы набила. Убить его надо за подобную проницательность в отношении девушки.

— Да, ты почти угадал, такой проницательный! Он мне сто рублей на салатик одолжил, а я уже год не возвращаю! Представляешь, какие там проценты набежали!

Тем временем мимо машины проплывал Марат. Еще более строгий, мужественный и очень красивый. Сердце сжалось. Волна страсти накатила по новой.

— Слушай, а ты случайно не знаешь, он женат уже? Вроде у них положено раньше...

— Говорят, Марат — один из самых завидных холостяков универа.

— Мда, похоже на то.

Вот так мы и поговорили. Удивительно, но я даже не заметила, в какой машине лежала! Помню, что было мягко, тепло и уютно. И что мимо проходил Марат. Короче, мои мозги отрубились. Однокурсник с тех пор все пытался расспросить, расплатилась ли я за салатик, что мне особенно не нравилось на переменах, когда я стояла в окружении друзей. Ну а что касается Марата, то он мне стал иногда сниться. И причем всегда одинаково: я иду по цветочной поляне, вокруг колокольчики и одуванчики, жужжат шмели, в небе носятся ласточки. А на опушке стоит Марат, почему-то в венке из одуванчиков, и машет мне рукой... Пробуждалась после таких снов я всегда разочарованная. Пропадала сказка, пора было вставать, а серая московская погода совсем не радовала.

И все же я не искала с ним встречи. Думала, что спустя год не может ничего остаться. Так, просто воспоминания. Все пройдет, как говорят «с глаз долой, из сердца вон».

Но нет, оказалось, что в моем случае ни одна народная мудрость не работает.

Марат отнес Людку в гостиную, бережно подложил под ее голову свою подушку и накрыл одеялом. Тоненькая и беззащитная, она дрожала от холода: периодически из ее горла вырывался протяжный хриплый вздох. Пока Марат заваривал чай, я сидела на краешке дивана и думала, насколько же мир несправедлив к сильным и жаждущим жизни людям. Почему именно Людка должна здесь лежать, переохладившаяся и неизвестно еще с какими травмами внутренних органов, после всего того, что она сделала для стольких девушек? Разве это справедливо?

— Рит, я заварил чай. Пойди, попей, согрейся.

— Спасибо, я потом.

— Не смотри на нее как на умирающую. У нее еще все впереди. И у тебя тоже.

— Ну да.

— Ты такая умница! Сама сбежала из этого клоповника и ее спасла. Дай, я тебя поцелую за это в лобик.

Марат бережно отодвинул мою челку, посмотрел в глаза и потянулся к моим губам. Меня затрясло. Это чувство могло сравниться только с экстазом. Видимо, Марат испугался моей реакции и прикоснулся губами к моему разгоряченному лбу.

— Зая, у тебя, похоже, тоже не все отлично. Ты как себя чувствуешь? Замерзла небось, да?

— Чуть-чуть.

— Бедняга. Животик болит?

Он со мной обращался, как с ребенком. Это так трогательно и так... нежно. Я сейчас заплачу. Я уже плачу...

— Почему ты плачешь, Ритуля?

— Марат... Помнишь, я все хотела тебе кое-что сказать? Тогда, на дне рождения Людки...

— Да, о чем-то мы начинали говорить, но я не помню, чем это закончилось.

— Закончилось разбитым подсвечником. Прости.

— Ах, да! Ты меня тогда очень удивила. Мне было так клево, а тут мимо что-то просвистело. Ну ты дала! У тебя был плохой день?

— Марат, я тогда хотела сказать, что я тебя... люблю. С тех пор я тебя старалась не видеть и очень страдала от этого. Я пыталась тебя забыть.

Как и положено герою-любовнику, он обнял меня и больше не отпускал. До самого утра. Ну а чтобы он не знал, чего мне стоило лежать в его объятиях, я выпила полпачки нурофена. Удивительно, что я вообще перенесла подобную дозу сильнодействующих таблеток. Но, видимо, Господь следит за нами и не дает нас в обиду.

На следующий день я проснулась очень поздно.

Рядом со мной сидел он... мой Марат! И смотрел на меня.

— Ты такую фигню несешь во сне! Надо будет как-нибудь записать на диктофон. Что-то про шоколадную фабрику, которую ты то ли купила, то ли ограбила.

Марат, такой свой, такой любимый и долгожданный, был со мной. Как давно я мечтала об этих глазах, губах и об этом теле! Марат выглядел еще более холеным, более мужественным. Его глаза стали мудрыми и светлыми.

— Знаешь, Людка поехала домой. Она тебе оставила записку.

— И как же ты ее отпустил?! Как она?

— Не беспокойся, она тепло оделась. Мой водитель доставит ее до самой квартиры. А потом, если она захочет, отвезет в поликлинику.

— Какой ты молодец, Марат. Почему ты так заботишься о нас? О нас с Людкой?

Пожалуйста, скажи, что скучал, что жить без меня не мог, скажи, что умрешь, если я откажу тебе сейчас!

— Ну как тебе объяснить... Во-первых, вы мои друзья. А во-вторых, мне иногда кажется, что я в тебя влюблен.

— Ну да, а спишь с Людкой?!

— Я тогда не знал и не задумывался. Но сегодня утром мы с Людой поговорили, и она мне открыла глаза.

Какой молодец! Все правильно сказал, как в сказке с доброй феей! Но не может быть, чтобы Людка из злой феи превратилась в добрую! Я, наверное, все еще нахожусь в своем сне о шоколадной фабрике. Разбудите меня, и пусть мне скажут горькую правду!

Я беру в руки записку, оставленную для меня Людкой, и читаю: «Поехала домой. Ритка, надо нам в поликлинику. Звони, когда созреешь. Целую обоих. Думаю, у вас все получится. Л.»



С тех пор я много времени провожу со своим любимым, и мне вовсе не кажется, что скучно общаться постоянно с одним и тем же человеком. Конечно, наши отношения развиваются, они продолжаются, как интересная сказка. И, что самое важное, моя жизнь наконец обрела смысл.

Зачем стремиться к знакомствам и расставаниям? Зачем этот День сурка с отточенными движениями?

Я сдвинулась с места, научилась не бояться ответственности за другого человека, правильно действовать в любой новой ситуации. Я стала познавать глубинную психологию мужчин, а не их условные рефлексы, которые они, как собаки Павлова, вырабатывают в зависимости от вызова, брошенного им женщиной. И знаете, хоть мужчины сверхчувствительные и гордые, они могут в то же время быть открытыми, заботливыми и очень сильными. Как он. Мой Марат.



С тех пор прошло два года. Я учусь уже на пятом курсе, активно помогаю родителям, езжу на конференции и представляю их компанию. Может, мне даже подарят на день рождения некую долю их бизнеса, поскольку папа считает, что так он сможет заинтересовать меня консалтингом и финансово простимулировать. А потом, когда я уже достаточно заработаю, выкуплю еще небольшую долю. Знаете, я стала понимать и ценить своих родителей такими, какие они есть.

Марат много работает. Он делает все, чтобы, несмотря на свой возраст, иметь капитал, не уступающий родительскому, чтобы наш уровень жизни не упал, когда мы поженимся. Да, я стала сентиментальной девушкой, похожей на всех остальных и отличающейся только величиной потребностей, которые никак не вписываются в мой график. Но я получаю от своей жизни кайф. Я больше не одинока.

Наш клуб научил меня основам психологии разных людей, здесь я прошла настоящую школу жизни. Моя визитница полна телефонов, о которых можно только мечтать, и я счастлива. Я благодарна судьбе, что все это у меня было.

Клуб теперь заседает в отдельной квартире. Людка, Наташа, Инга, Марина, Лена и Катя сняли неплохую двухкомнатную квартиру с отдельной гардеробной, где и проводят свои встречи. Здесь они могут спрятаться от всего, что их раздражает, они обрели убежище, где можно чувствовать себя защищенным от остального мира. Клуб, как виртуальная игра, переносит их в сюрреализм, где миром правит лидер тусовки, а качество сервиса и стоимость чашки кофе определяют уровень заведения. Они стремятся к красоте и стилю, готовые в любой момент поменять свой образ жизни, если увидят на горизонте большую любовь.

Людка стала единственным лидером клуба. Она немного вербует новых участниц, корректирует Кодекс флирта, вводя иные законы общения с мужчинами, и готовится поступать на дневное отделение психологического факультета МГУ. Думаю, Людка будет отличным психологом межполовых отношений, или какую она там специализацию предпочтет. Не думаю, правда, что после этого она сможет выйти замуж за объект своих исследований, но точно научит многих не бояться общения и верить в себя!







Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.