Она не отвечала. Он спустился на два шага и наклонился, чтобы увидеть ее. Она бросала на холст комки красной краски, но взгляд у нее был расфокусирован, и его призыва она, очевидно, не слышала. В подвале было холодно и сыро, а Хейли была босой. Ноги уже наверно совсем замерзли! Шарп смотрел, как красная краска капает с кисти на пол и ее ступни. По всей видимости, она понятия не имела, что происходит вокруг.

– Думаю, что у нее лунатизм.

– Может быть, это от лекарств? – кивнул Эрик с верхней ступеньки.

– Я попробую вернуть ее в кровать, – сказал Шарп и приготовился спускаться вниз. – Вы можете посмотреть, взломана приставка или роутер? Нужно срочно все это вырубить.

Они с Эриком переглянулись. Подслушивали ли их сейчас? Сколько вообще устройств в доме можно взломать?

– Да, сейчас посмотрю, – ответил Эрик и ушел.

Но не успел он пройти и трех метров, как на кухне раздался взрыв. Его волна подбросила Эрика и впечатала в стену, а следом ударила и по Шарпу, словно тяжелая фура, швырнув его вниз. Лестница под ним разрушилась. Растопырив руки, он упал на бетонный пол, теряя сознание от ослепительной волны боли.

Сверху на его оглушенное тело дождем посыпались обломки.

Зрение подернулось черной пеленой, в ушах звенело, звуки доходили словно через слой ваты. Его последней мыслью перед тем, как боль и тьма поглотили все вокруг, была о том, что он так и не смог спасти Хейли.

Прости меня, Тед.

Глава 40

– О, боже! – Ланс затормозил у ворот перед въездом к дому Элизы. Сердце зашлось: дом был весь в огне, а внутри ведь должны были находиться, по крайней мере, четыре человека, включая Шарпа. Ворота открыть было некому…

– Держись!

Морган, сидевшая рядом с ним, схватилась за подлокотники.

Он включил заднюю передачу и откатился назад, насколько было можно, затем переключился в режим обычной езды и вдавил педаль газа в пол. Линкольн с грохотом пробил металлические ворота, помчал по подъездной дорожке и остановился рядом с «Приусом» Шарпа.

Ланс переключил рычаг передач в режим парковки и выпрыгнул из машины. Морган в это время уже вызывала помощь по телефону. Система сигнализации должна была отправить сигнал тревоги в пожарную часть, но экипажи не смогли бы так быстро добраться до дома Элизы – в отличие от дома Ланса, который находился всего в нескольких кварталах от части, дом Элизы стоял на отдалении и рисковал сгореть дотла задолго до того, как прибудут пожарные.

– Я просто хотела убедиться. – Она повесила трубку.

Ланс бросился к дому. Он потянул за ручку двери, но дверь была заперта.

– Придется разбить окно.

Он отступил и осмотрел землю в поисках камня. Пламя взметнулось над той стороной дома, где была кухня, огонь быстро пожирал крышу. На улице взревел мотор подъезжающей машины.

Из машины вылез Эспозито, одетый в джинсы и толстовку. Он ткнул большим пальцем себе за плечо:

– Я увидел пожар из своего дома, он там, дальше вдоль дороги.

Ланс вернулся к машине и достал из бардачка тяжелый металлический фонарь, после чего помчался к передней части дома и врезал им по окну. Стекло треснуло. Он ударил снова и, орудуя фонарем, выбил из рамы оставшиеся куски стекла.

– Сколько людей внутри? – старался перекричать рев огня Эспозито.

– По крайней мере, четыре, – крикнул Ланс, забираясь в дом через разбитое окно.

Эспозито последовал прямо за ним. Дом был наполнен дымом и жарким воздухом, и Ланс не мог видеть дальше вытянутой руки. Он натянул себе на рот и нос воротник куртки и почувствовал, как рука Эспозито сжала ему плечо. Они направились по коридору в заднюю часть дома.

Вдруг ботинок Ланса задел что-то на полу. Он остановился и потянул руку вниз. Глаза слезились, еще сильнее ухудшая зрение, и он ощупал тело рукой. Слишком маленькое для Шарпа.

Элиза.

Он тряхнул Эспозито, показал на Элизу и прокричал:

– Вынеси ее на улицу!

Эспозито нагнулся и поднял ее, а Ланс продолжил свой путь по коридору, периодически приседая, чтобы понизу миновать места самого сильного задымления. У входа на кухню он обнаружил телохранителя. Ланс был намерен продолжать искать Хейли и Шарпа, которые были где-то внутри, но сначала пришлось вывести на улицу Эрика. Телосложения он был крупного, поэтому Ланс ухватил его за подмышки и потащил по коридору к парадной двери. Когда он выбрался наружу, в холодный ночной воздух, позади него вовсю трещал огонь, дым сгущался, а жар все усиливался.

Эспозито бросился к Лансу и схватил Эрика за ноги. Вместе они понесли телохранителя по траве в безопасное место подальше от дома.

Элиза стояла на коленях, кашляя и еле дыша, но зато живая. Морган перевернула охранника на спину.

Легкие Ланса заклокотали, извергая сажу и дым, но он смог подняться на ноги. Повернувшись назад и наблюдая за пылающим адом, он подумал: «А жив ли Шарп? А Хейли?».

Он не мог позволить себе стоять на месте – Шарп и Хейли все еще были внутри. Ноги его шатались, но он заставил их двинуться к огню.

Но тут кто-то схватил его за руку.

Эспозито. Все лицо у него было в черной копоти, глаза налились кровью:

– Туда нельзя!

Ланс сбросил с себя его руку и вбежал в открытую дверь.

– Шарп! Хейли! – кричал он, но огонь заглушал его голос.

Дом заполнился черным дымом, и жар высасывал воздух из легких Ланса по мере того, как он, спотыкаясь, продвигался вглубь.

Где же они?

Глава 41

Боль пронзила Шарпа, словно разряд молнии. Она заполняла каждый сантиметр его тела, пока он не перестал чувствовать все остальное. Он разлепил веки, но сквозь дым, марево и жижу, заливающую ему глаза, не увидел ничего. Он позволил глазам снова закрыться, только бы ослабить этот болевой пресс, подмявший его под себя.

– Нет! – услышал он вдруг женский крик. – Вам нельзя умирать!

Он заставил себя открыть глаза – Хейли. Она стояла на коленях рядом с ним, сжимая полы куртки и встряхивая их, и ее слезы падали ему на лицо. От движений ее рук на Шарпа накатывали волны боли, из-за которой он не мог дышать.

Она подняла руки: они были все в крови.

Шарп попытался сложить губы так, чтобы сказать хоть слово, и это усилие далось ему до смешного с трудом.

– Где мы?

– В подвале, – ответила она. – Дом горит.

Шарп вспомнил о взрыве, и в голове пронеслась череда образов и ощущений. Эрика относит к стене. Шарп падает вниз.

Боль.

Они в ловушке. Над ними горел дом. Над головой Хейли виднелись дым и пламя. Единственная причина, по которой они пока были живы, заключалась в том, что горячий воздух поднимался, а в подвале образовался своего рода воздушный карман. Но долго это не продлится – по мере распространения огня по дому, он сожжет и половое перекрытие, которое вскоре рухнет прямо на них.

Шарп схватил ее за руку. Легкие заныли от боли, когда он с трудом выговорил:

– Иди. Позови на помощь.

Он добавил вторую часть, чтобы убедить ее бросить его. Он подозревал, что дом рухнет на него прежде, чем она сможет вернуться, но, по крайней мере, ее самой не будет внутри.

Покачав головой, она села на пятки.

– Нет. Я не оставлю вас.

– Ты должна! – Шарп сильнее сжал ей пальцы.

– Нет. Вы должны пойти со мной. Я не дам вам умереть. – Она вытерла окровавленные руки о толстовку, и этот жест был вызывающими решительным. – Я не могу. Без вас я никуда не пойду.

Она встала, ухватила его за лодыжки и попыталась оттащить в заднюю часть подвала, в которой были два окна, выходившие на задний двор. Но чтобы сдвинуть его с места, сил у нее было маловато. Ничего не поделаешь – Шарпу придется самому двигать свою задницу.

Он приподнялся, опираясь на локоть, чтобы осмотреть свои травмы, и остро-жгучая боль тут же пронзила его насквозь. Из бока, чуть ниже ребер, торчал большой кусок дерева, и от этого зрелища он чуть не потерял сознание.

Шарп стиснул зубы:

– Обвяжи чем-нибудь вокруг этой деревяшки, чтобы она не елозила. Но не вытаскивай, а то кровь хлынет только сильнее.

Ему нельзя лежать тут и истекать кровью. Нельзя подводить Хейли. Он должен вытащить ее из огня, а вот как только она будет в безопасности, можно будет спокойно и помереть.

Бросившись к своему мольберту, она собрала чистые тряпки и вернулась к нему. Когда она распахнула на нем куртку, ее округлившиеся глаза дали Шарпу понять, насколько рана была серьезной.

– Возьми мой пояс. – Он почувствовал, как она вытаскивает ремень из петель, а потом услышал, как кобура с пистолетом со стуком упали на бетон.

Она затянула ремень на животе, фиксируя кусок дерева. Боль снова пронзила Шарпа, высасывая и него воздух похлеще дыма и жара, и он заморгал, стараясь прочистить глаза. От горящего настила пола первого этажа отвалились дымящиеся куски, и один из них, продолжая тлеть, попал Хейли на плечо. Она решительно отбросила его прочь: нет времени жалеть себя. Им нужно убираться отсюда.

– Помоги мне встать. – Он протянул ей руку.

Она поднялась на ноги и схватила его. Шарп приготовился к адской боли, которую должно было принести это действие. Хейли потянула на себя, и Шарп встал на колени. В полубреду он втянул в легкие горячий воздух и махнул в сторону окна в задней части помещения.

– Пошли.

Хейли подставила под окно верстак. Взобравшись на него, она щелкнула задвижкой и распахнула окно. В подвал хлынул прохладный воздух, и огонь над ними отреагировал на приток свежего кислорода, устремив к нему языки пламени.

– Давай. – Она спрыгнула с верстака и поспешила обратно к нему.

Шарп подполз к ножкам верстака и с трудом выпрямился. Положив одно колено на деревянную столешницу, он почувствовал, как дрожат ноги.

Не задумывайся. Не останавливайся. Отключи чувства.

Продолжай двигаться.

Он сосредоточился на пространстве в два сантиметра перед собой. Дальше не смотри. Если бы он только задумался о том, какое расстояние отделяет его от окна, решил бы, что ему его не преодолеть. Но проползти пару сантиметров вперед было возможно. А потом еще пару.

Хейли встала сзади и пыталась подсадить его, пока он залезал на верстак. Не останавливаясь, он выставил руки и плечи в открытое окно. Хейли подтолкнула вверх его ноги, и он вывалился наружу, как новорожденный теленок, и ударился о землю, что вызвало сильную боль, на несколько секунд лишив его зрения. По боку стекала теплая жидкость.

Глухой звук падения рядом с ним свидетельствовал о том, что Хейли тоже выбралась из окна. Она подошла к нему, и потащила за руку, пытаясь кричать сквозь рыдания:

– Ну пожалуйста, давайте!

Чистый воздух в легких – и надежда, что Хейли хотя бы осталась жива – придали Шарпу немного сил. Не в силах подняться на ноги, он, сантиметр за сантиметром, полз по сухой траве к задней части двора, пытаясь добраться до того места, куда не долетит большая часть пепла и искр.

Вероятно, прошло всего пара минут, но для Шарпа они показались часами. С каждым движением из его раны вытекала очередная порция крови. Наконец, Хейли опустилась на колени, стянула с себя толстовку, приложила ее к ране и всеми силами придавила руками. По щекам у нее текли слезы, прорезая копоть, въевшуюся в кожу.

– Деревяшка выскочила.

Шарпу с трудом верилось, что они живы. Хейли не бросила его, а когда ночной воздух хлынул в легкие, он снова пришел в чувство.

А следом вернулась боль. Адская боль.

Он положил руку на живот. Пока он лез в окно, ремень ослабел, кусок дерева выбило из бока, и кровь потекла активнее. Тряпки, которыми Хейли примотала воткнувшуюся в него деревяшку, куда-то запропастились.

Шарп поднял руки – они были залиты кровью, и Хейли в ужасе взирала на них.

Приблизился звук сирен. Она сжала его руку:

– Уже почти приехали. Пожалуйста, не умирайте!

– Я постараюсь, – прохрипел он и уставился в небо. На фоне звезд плыло густое облако дыма – жуткое, но вместе с тем прекрасное зрелище. Неужели оно последнее, что увидит в жизни Шарп?

– Я позову кого-нибудь. – Хейли поднялась на ноги. Ей придется обогнуть его по широкой кривой, чтобы добраться до передней части дома, у которой будут ждать пожарные машины.

Даже если ему суждено умереть, Хейли выживет. Он не подвел ее. И Теда.

Хейли ушла, и Шарп не стал противиться желанию закрыть глаза. Пока она сходит за помощью, можно отдохнуть. Тьма потянула его к себе.

– Ты никуда не пойдешь, сука! – раздался голос где-то невдалеке.

Шарп заставил себя раздвинуть веки. На фоне огня вырисовывалась какая-то фигура, она приближалась к Хейли, нацелив на нее пистолет.

– Не надо! – вскрикнула она и зарыдала, дрожа всем телом.

– А ну стоять! – заорал парень. Свет пожара заиграл отблесками на его худом лице, и Шарп узнал в нем одного из ребят, чьи фотографии висели у них в офисе.

Айзек Макги.

Шарп в ошеломлении потянулся за пистолетом, но рука нащупала лишь окровавленное бедро – ну да, кобура ведь слетела с пояса еще в подвале…

– Пошли со мной, – приказал Айзек Хейли.

– Нет! – Шарп вытянул руку вперед, цепляясь пальцами за землю и пытаясь заползти между Айзеком и Хейли. Тщетно. Они беззащитны.

Если Айзек уведет Хейли, она погибнет. Так же, как и Тед. Каждая клеточка сознания говорила Шарпу об этом. Лучше бы уж в нее пальнули здесь, скорая помощь уже на подходе, а при условии немедленной медицинской помощи большинство пулевых ранений можно пережить. Теду просто не повезло.

Шарп набрал в грудь воздуха насколько мог и ему удалось произнести три слова:

– Хейли, уходи.

Взглянув на Хейли, Айзек направил на Шарпа пистолет:

– Идем со мной, или я его прикончу.

– Не слушай его, – прохрипел Шарп. – Мне все равно конец.

– У нее нет выбора, – сказал Айзек.

Хейли уставилась на Шарпа, на лице у нее блестели слезы. Получается, их обоих ждет смерть?

Нет, еще оставался кое-какой вариант.

Хейли хорошо знала тропы в окрестностях своего дома, а вот Айзек вряд ли. В темноте попасть в Хейли, одетую в черные леггинсы и серую футболку, будет очень непросто.

Они встретились взглядами в мерцающих отблесках пожара. Она знала, каких действий он от нее хочет, и было ясно, что она не желает его бросать. Но Шарп не мог ни бежать, ни сражаться.

– Беги! – произнес Шарп.

Глава 42

Морган убрала пальцы с шеи телохранителя. Его глаза бессмысленно смотрели в небо. Охранник был мертв.

Стоя на дрожащих ногах, она оглядывала лужайку. Эспозито нетвердой походкой отошел от горящего дома. Ланса не было видно, и сердце Морган охватил ужас. Она схватила Эспозито за плечо:

– Где Ланс?

Помощник прокурора развернулся и ткнул большим пальцем в пылающий дом. От гнева его налитые кровью глаза сузились:

– Твой парень – идиот! – закричал он и тут же зашелся в приступе кашля, затем согнулся пополам и сплюнул на землю.

Они посмотрели на дом. У входной двери рухнула кровельная балка, взметнув высоко в воздух сноп красных искр. И тут из задымленного дверного проема показалась фигура.

Ланс!

Эспозито бросился к нему. Положив одну его руку себе на шею, Эспозито оттащил его от полыхающего дома. Пройдя несколько метров от дома, Ланс отказался от помощи.

– Попробую войти через задний вход. – Он махнул рукой на Эспозито. – А кто-то должен остаться и сказать пожарным, что к чему.

– Думаю, они сами сообразят, где горит огонь, – парировал помощник прокурора и последовал за Лансом, огибающим дом.

Морган побежал за мужчинами. Кому-то же нужно стоять на шухере, если появится поджигатель. Она прекрасно понимала, что этот пожар не был случайностью: кто-то очень желал смерти Хейли. Но почему?

Разумной причины не наблюдалось.

Морган бежала по траве позади Ланса и Эспозито. Они обошли вокруг дома по широкой дуге и оказались на небольшом заднем дворе. Сверху посыпались искры и обломки, и пока Морган осматривала заднюю часть дома, одна из искр больно вонзилась ей в щеку, и она поспешно смахнула ее с лица.

– Смотрите! – Она показала на дым, струящийся из открытого окна подвала. – Здесь кто-то вылез наружу.

Горящее дерево издавало скрипы и стоны, но среди них вдруг послышался иной, более тихий. Это огонь или человек? Ланс и Эспозито замерли. Морган напряженно прислушалась: стон повторился.

Ланс встал на колено и коснулся земли:

– Кровь.

Шагая на корточках, он пошел вдоль кровавого следа по высокой траве.

– Шарп!

Морган бросилась к Лансу, голова у нее разрывалась от напряжения и дыма. Шарп неподвижно лежал в траве на спине с закрытыми глазами. Дышит ли он?

Морган окинула взглядом двор. Где Хейли? Она оглянулась на дом, теперь почти полностью объятый огнем. Кто бы ни остался внутри этого здания, живым ему было теперь не выйти.

Опустившись на колени, она прижала пальцы к горлу Шарпа. Ну пожалуйста! Кончики пальцев ощутили слабую пульсацию.

– Он еще жив!

Едва-едва.

Его рука сжимала скомканную толстовку, прижимая ее к животу. Морган приподняла одежду и оценила то количество литров крови, которое вытекало из раны у него на животе. Она быстро вернула толстовку на место. Ему нужна помощь. Срочно.

– У меня в машине аптечка. – Эспозито сделал пару шагов спиной назад, а потом побежал к передней части дома.

Ланс опустился на колени с другой стороны от Шарпа. Морган взяла Шарпа за руку – его пальцы были холодными и безжизненными.

– Шарп, где Хейли?

Веки Шарпа на миллиметр приоткрылись, и этого было вполне достаточно, чтобы понять, насколько он слаб, и его еле слышный голос тонул в шуме и потрескивании огня. Морган наклонилась поближе.

– Я не знаю, – вымолвил он едва различимо. – Она убежала. – Он хватанул ртом воздух. – За ней… – Шарп сделал еще один с трудом давшийся вдох. – …гонится Айзек.

Айзек?

У Морган не было времени раздумывать над неожиданными словами Шарпа.

Он поднял руку и показал на забор и крутой склон за ним. Калитка, выходящая на тропинку к смотровой площадке, была распахнута настежь, а велосипедный замок валялся на земле.

– Ты остаешься с Шарпом. – Ланс вытер плечом сажу с лица и направился к калитке.

Шарп потянул Морган за руку и произнес:

– Иди с ним.

Морган положила руку Шарпа на скомканную толстовку:

– Прижмите как можно сильнее.

Глаза Шарпа закрылись.

– Шарп! – снова взяла его за руку Морган.

У того получилось наполовину приоткрыть веки.

– Только посмейте умереть! – Морган рукавом вытерла слезы с лица. – Вы так нужны Лансу.

– Не-а. – Шарп слегка покачал головой. – У него есть ты. Иди. Ему нужна поддержка.

Через минуту вернется Эспозито и присмотрит за Шарпом, а Морган не позволит Лансу встретиться с опасным человеком один на один. Хотя и бросать Шарпа было тоже неправильно.

Тень Эспозито вынырнула из-за стены дома, он нес аптечку и одеяло. Морган встала и всмотрелась в проем калитки и тропу за ней. Боль пульсировала в голове, а в животе нарастало ощущение тошноты. Чертово сотрясение мозга… Вряд ли она сможет догнать Ланса, да даже если бы она и была в порядке – он бегает слишком быстро. Что бы там ни случилось, Морган догонит его, когда уже будет поздно.

Но не стоять же здесь просто так! Нужно что-то делать…

И, не обращая внимания на головную боль, Морган побежала.

Глава 43

Хейли выбежала из калитки, оставляя позади рев и треск пожара. Адреналин вымыл остатки снотворного у нее из головы, и удары сердца и топот своих шагов заглушали звуки погони, которую устроил за ней Айзек.

Но он был близко. Даже в темноте она чувствовала, как он бежит где-то позади. Сознание даже не пыталось понять причину его нападения. Важно было только одно: остаться в живых.

Она резко свернула налево и побежала по узкой тропинке, прорезавшей склон оврага. Лунный свет, отблески пламени и мышечная память позволяли ей уверенно продвигаться по тропинке, не теряя темпа.

Возможно, она не была сильной и выносливой, зато она хорошо знала здешние тропы – почти каждые выходные они с мамой отправлялись на пешую прогулку.

Тропинка резко ушла вниз, и по левую сторону началась каменная стенка, а в трех метрах справа теперь зиял обрыв. Она убегала все дальше от дома, и шум огня уже перестал быть слышен. Она остановилась, чтобы немного отдышаться. Холодный ночной воздух обдувал ее взмокшую от пота футболку, а браслет на лодыжке начал вибрировать, и она надеялась, что подаст полиции дополнительный сигнал. Где-то сзади вниз посыпались камешки – Айзек не отставал. Он близко.

Она с новыми силами двинулась вперед, рассчитывая оторваться. Каменистая почва врезалась в босые стопы, а легкие уже начинали гореть. Но она бежала, и организм выбрасывал в кровь новые порции адреналина, стирая все следы боли.

Оттолкнувшись от валуна, она свернула вместе с тропинкой. Поросший лесом склон справа круто уходил вниз. Заступи она за край, и полет метров на тридцать сквозь плотно стоящие деревья и кусты обеспечен: тут слишком круто, без веревки не спуститься, так что без переломанных костей не останешься.

Она обогнула группу деревьев, ветви которых отбрасывали тени на тропинку, и пошла осторожнее – подвернуть ногу сейчас было сравни смерти – а затем и вовсе притормозила, переводя дыхание и снова прислушиваясь. В висках молотом пульсировала кровь, и она на несколько секунд задержала дыхание. Напрягшись, она расслышала, как он карабкается по тропинке позади нее. Удалось ли ей увеличить отрыв?

Надежда придала ей сил и скорости. Она может. Ей по силам убежать. Она, конечно, не профессиональный бегун, но и Айзек далеко не спортсмен.

Она промчалась мимо огромного мертвого дуба, его ствол был почти до земли расщеплен пополам ударом молнии. Впереди уже виднелась смотровая площадка, а за ней тропа, ведущая к дороге.

К ее свободе.

В гору будут ехать машины скорой помощи, на дороге будут люди. В общем, как только она дойдет до шоссе, она будет спасена. Подумав о безопасности и выживании, она вернулась мыслями к Шарпу, который лежал в траве, истекая кровью.

Жив ли он?

Его кровь на ее руках засохла. У нее перехватило дыхание, и в этот момент носок стопы зацепился за корень дерева – она споткнулась, но смогла удержаться на ногах.

Акробатика.

Что бы она ни сделала, это не помогло бы спасти Шарпа. Если бы она осталась там, Айзек просто пристрелил бы их обоих. Она увидела в его глазах, что он был готов убить. Единственным для нее выходом было увести Айзека вместе с его пистолетом подальше от Шарпа и надеяться, что на помощь ему придет кто-то другой.

Пожарные наверняка скоро приедут.

На тропинке позади нее снова зашуршала щебенка.

Айзек.

Не спуская глаз с тропинки, она выбежала на выступ смотровой площадки. Быстро добравшись до ее противоположного края, она тут же начала подниматься вверх по другой стороне ущелья, надеясь, что довольно тяжелый подъем увеличит дистанцию между ней и Айзеком.

Но из-за дерева вдруг возникла тень, вставшая поперек тропы – здесь был кто-то еще. Она открыла было рот, чтобы позвать на помощь, но слова так и замерли у нее на губах. В руке стоящего перед ней человека металлом блеснуло в лунном свете ружье. Это был друг Ноа, Чейз.

Скользнув подошвами, Хейли остановилась. Справа от нее было металлическое ограждение площадки, слева шла сплошная каменная стена. Сзади по тропинке быстро приближались шаги Айзека. Она повернулась и прижалась спиной к каменному валу, наблюдая, как на площадку выходит Айзек.

Он остановился, запыхавшись, поднял пистолет и наставил его ей на голову:

– Тебе конец!

Ее охватила паника. Это ловушка.

Глава 44

Пока Ланс спускался по тропинке, вся его грудная клетка буквально горела. Рельеф местности и его легкие, которые никак не могли окончательно избавиться от дыма, сковывали движения, вынуждая мучительно продвигаться вперед медленной трусцой. Ему пришлось заставить себя не думать о Шарпе и его обильно кровоточащей ране – сейчас единственной целью было уберечь Хейли от Айзека.

С точки зрения Шарпа по-другому и быть не могло, Ланс никогда подводил друга.

Но где-то в глубине сознания у Ланса все равно сидела мысль о том, что Шарп в этот самый момент умирает на руках у Морган. Сможет ли она остановить кровь?

Тропа пошла резко вниз, и ботинки Ланса стали вгрызаться в землю. Местами дорожка была очень узкой – один неверный шаг, и можно упасть вниз, и тогда ему уж точно никого не спасти.

Впереди в сиянии лунного света показалось расколотое надвое дерево – значит, смотровая площадка уже близко. Приближаясь к ней, Ланс немного сбавил скорость.

– Стой там, сучка! Я сказал стоять! – донесся до него в порыве ветра мужской голос.

Ланс замедлил шаг и старался ступать как можно тише. Айзек не должен был раньше времени узнать о его приближении. Тропа вела прямо на открытую со всех сторон смотровую площадку. Айзек стоял спиной к Лансу в самом конце тропы, держа в руке пистолет, нацеленный на Хейли.

Осторожно и бесшумно делая каждый шаг, Ланс встал позади него и приставил рукоятку пистолета к затылку Айзека.

– Брось пушку.

Айзек на секунду застыл, будто ему нужно было время, чтобы осознать свой провал, а затем поднял руки вверх, а его пистолет ударился о землю. Ланс почувствовал облегчение: теперь с Хейли все будет в порядке.

Но тут голос с другой стороны сказал:

– Не все так просто.

Ланс посмотрел вперед. Хейли стояла в центре площадки, примерно в трех метрах от Ланса с Айзеком. В пяти же метрах от нее, у начала тропы, ведущей к дороге, стоял Чейз Бейкер с ружьем в руках, направленным дулом вверх. Он медленно опустил ствол и пока не наставлял его на Хейли. Чейз отрезал ей путь к бегству.

– Положи пистолет на землю, не то пристрелю ее. – Чейз обращался с оружием настолько уверенно, словно был знаком с ним с рождения.

Ланс лихорадочно соображал. Как быть? Если он бросит пистолет, он и Хейли – трупы. Чейз пристрелит их на месте или, того хуже, отведет в какое-нибудь другое место и убьет там. В первом случае Чейз с Айзеком сбросят их тела с площадки, во втором – закопают где-нибудь в лесу. Отдав Чейзу контроль над ситуацией, шансы Хейли и Ланса на выживание не увеличишь. Айзек и Чейз пришли, чтобы убить Хейли, и, приложив столько усилий, чтобы добраться до нее, просто так они не уйдут.

Если же Ланс не опустит пистолет, Чейз может застрелить Хейли, но у Ланса будет отличная возможность уложить Айзека, и после этого угрозу будет представлять уже Чейз. Хейли выживет, получив пулевое ранение, только при условии быстрого прибытия скорой помощи.

– Мне кажется, с пистолетом у меня шансов больше, – крикнул Ланс. Может быть, если прицелиться чуть выше плеча Айзека, он сможет попасть в Чейза раньше, чем тот выстрелит в Хейли?

Чейз был в восьми метрах от Ланса – слишком далеко для точного выстрела из пистолета в темноте. Кроме того, на линии огня находилась Хейли, а зрение у Ланса все еще не восстановилось полностью после той схватки с огнем.

– Я серьезно. – Чейз поводил стволом туда-сюда. – С такого расстояния я не промахнусь. – Его длинное ружье было, конечно, намного точнее.

– Зачем она тебе? – спросил Ланс.

– Пошел нахер! – вскрикнул Чейз. – Бросай пистолет, или я проделаю в ней дыру прямо посередине!

– Но ты же все равно жаждешь убить ее. – Ланс старался говорить спокойно. – А мне очень хочется вышибить мозги Айзеку, а потом я пристрелю и тебя. Как ни крути, в живых останусь только я.

Он пытался выглядеть так, будто ему до лампочки, застрелят Хейли или нет, но всему мешала ярость, закипающая внутри, а кроме того тот дым, которым он наглотался. Голос звучал хрипло, как у Клинта Иствуда.

– Сейчас я досчитаю до трех, и она умрет. – Чейз приставил приклад ружья к плечу. – Один… Два… – Что-то щелкнуло.

У Ланса замерло сердце.

Раздался выстрел. Хейли упала на землю, покатилась к краю площадки и, к ужасу Ланса, проскочила под металлическим ограждением и перевалилась через край.

Чейз все-таки застрелил ее.

Схватив Айзека за убранные в хвост волосы, Ланс направил пистолет поверх его плеча на Чейза. Но тот вдруг опустил ружье, его пальцы разжались и выпустили оружие, которое с грохотом брякнулось вниз. Через мгновение сам Чейз сначала рухнул на колени, а потом свалился ничком на землю. Позади него, на темной тропе, ведущей к дороге, стояла Морган, продолжая держать свой «глок» нацеленным на то место, где только что стоял Чейз. На лице у нее застыло удивленное выражение, словно она была в шоке от того, что только что совершила.

Чейз не стрелял в Хейли. Это Морган застрелила Чейза.

Делая глубокий вдох и выдох, Ланс просто стоял и смотрел на эту картину. Через несколько секунд Морган ожила, подошла к телу Чейза, наклонилась и приложила пальцы к его шее.

– Он мертв.

Она наставила оружие на Айзека и как-то очень буднично проговорила:

– Я его держу. Посмотри, что там с Хейли… – На этом ее голос осекся.

Ланс мгновенно пришел в себя. Он поднял с земли пистолет Айзека, сунул его за пояс и бросился к ограждению. Перегнувшись через него, он прокричал:

– Хейли!

Где она может быть? Он не слышал звука удара тела о землю или шелест ветви деревьев. Может, она уцепилась за что-нибудь и повисла? Он вытащил из кармана фонарь и направил луч света вниз. До дна луч фонаря не доставал, слишком глубоко, поэтому он осмотрел склоны ущелья.

– Видишь ее? – спросила Морган.

– Нет, – ответил Ланс и крикнул: – Хейли!

– Я здесь. – Голос Хейли почти что напугал его: она оказалась ближе, чем он ожидал.

Ланс направил луч света себе под ноги – Хейли распласталась на склоне ущелья, всем телом прижавшись к земле и держась обеими руками за нижнюю рейку металлической ограды. Босые ноги пытались найти себе хоть какую-нибудь точку опоры на каменистом склоне, но, не найдя таковой, просто повисли.

Она была жива. Она не упала в пропасть, а сознательно перекатилась за край ограды.

Ланс, наконец, выдохнул и, задышав спокойно, протянул ей руку.

– Хватайся!

Она покачала головой:

– Я боюсь отпустить руку, и думаю, что долго я так не продержусь!

Ланс направил фонарь на склон возле ее ног.

– В двадцати сантиметрах от твоей правой стопы есть валун. Представь, твоя нога на шести часах, а валун – на двух. Упрись в него стопой и хватайся за мою руку!

Хейли подняла ногу и голыми пальцами нащупала нужный камень. Она облокотилась на него и посмотрела снизу вверх на камень. Лицо ее побелело от страха.

– Давай, у тебя получится! – потянулся Ланс к ее руке.

Их взгляды встретились. Хейли сглотнула, и решительно сжала зубы.

Она оттолкнулась ногой от валуна, освободила одну руку и протянула ее Лансу. Тот схватил ее за запястье и потянул вверх, перетаскивая ее через поручни. Когда ее ноги коснулись земли, колени подкосились, и она зарыдала.

Ланс переключил внимание на Айзека, поставил его на колени и скрепил руки за спиной кабельной стяжкой.

Морган бросилась к девушке, обняла ее и сказала:

– Все в порядке. Все закончилось.

Морган обняла Хейли за талию, чтобы та не упала.

– Пойдем отсюда, а то совсем замерзнешь.

– Как ты тут оказалась? – спросил Ланс у Морган.

Налетевший порыв ветра растрепал волосы у нее по лицу, и она откинула их назад.

– Я понимала, что тебя мне не догнать, поэтому поехала к другому концу тропы и спустилась сюда по ней.

Какая же она умница, подумал он, испытывая эйфорический прилив гордости.

На Хейли были только тонкие леггинсы и футболка – толстовку она сняла, стараясь остановить кровотечение Шарпа. Ланс снял куртку и закутал в нее девушку. Взглянув на ее босые ноги, он вспомнил о своих ранах, и свежие швы дали о себе знать пульсирующей болью. Должно быть, его рывок вниз по тропе порвал их.

Что ж, не такая уж большая цена за то, чтоб остаться в живых. Впрочем, решающая роль принадлежала не ему – Морган спасла их всех.

На площадку выбежал Эспозито в сопровождении двух сотрудников полиции штата. Ланс передал им Айзека и подошел к Хейли, подхватив ее с другой стороны. Ноги у нее болели, поэтому она двигалась осторожно. Как же больно, наверное, было бежать по холодным острым камням!

Посмотрев над плечами девушки, он встретился взглядом с Морган и подхватил Хейли на руки. Она весила как пушинка. И при этом ей удалось выжить. Сила человека совсем не в его габаритах и мускулатуре, а в решимости и способности не терять рассудок под давлением обстоятельств.

Он посмотрел на Морган. Она была олицетворением стрессоустойчивости, причем без потери всего своего изящества. Она шагала в ногу рядом с ним, и в этот момент он совершенно ясно осознал: именно так он и хочет провести остаток своей жизни, просто идя с ней рядом.

Морган схватила за руку Эспозито:

– Как Шарп?

– Не знаю. – Помощник прокурора опустил взгляд в землю и покачал головой. – Но выглядел он неважно. Мне очень жаль.

Пока Ланс нес Хейли по тропе к дороге, сердце его обливалось кровью. Он не мог представить свою жизнь без Шарпа, и в глубине его души стал нарастать ужас.

– Поскольку я выстрелила в Чейза, мне, очевидно, пока нельзя отсюда уезжать, – сказала ему Морган. – Отвези Хейли в больницу. Вам обоим нужен осмотр. А я приеду, как только смогу.

– Я люблю тебя. – Ланс поцеловал ее. Даже несмотря на горе, которое грозило надолго завладеть всем его существом, он был как никогда благодарен ей за то, что она появилась в его жизни. Было трудно представить, как бы он сейчас справился со всем этим без нее.

– И я тебя. – Она открыла пассажирскую дверь. – И учти, Шарпа хоронить пока рано. Он без боя не сдается.

Ланс посадил Хейли в машину, обошел ее и сел за руль. Морган скрестила руки на груди и отошла назад. Ветер снова разбросал волосы по ее лицу, но тревогу в ее глазах было не скрыть. Они оба понимали, что Шарп потерял много крови.

Глава 45

Морган подошла к автомату, стоящему в углу в коридоре отделения интенсивной терапии, и налила в два пластиковых стаканчика кофе. Палата Шарпа находилась на другой стороне коридора, и сквозь стеклянную перегородку ей был виден Ланс, сидевший у его кровати. Пошарив в ящике стоящего рядом стола, она обнаружила оставленную кем-то заначку в виде упаковок песочного печенья.

В животе у нее заурчало. Сквозь жалюзи в помещение пробился солнечный свет, и она заморгала. Она даже не заметила, как взошло солнце.

Дверь открылась, и в комнату вошел Эспозито. Заметив ее, он подошел, поставил стаканчик в капсульную кофеварку и нажал клавишу «Варка».

– Как Шарп?

– У него повреждена печень и большая кровопотеря, но операция прошла успешно. Эту ночь он продержался, и врачи надеются на лучшее. – Морган положила себе в карман несколько маленьких упаковок печенья. – Кто-нибудь еще остался в живых?

Ее пуля попала в спину Чейзу и вошла прямо в сердце – падая на землю, он был уже мертв. Она не знала, что почувствует, совершив убийство, и думала, что ее будет грызть совесть, когда она полностью осознает случившееся. Но решение она приняла правильное: Чейз застрелил бы Хейли, а Морган не могла этого допустить. Ланс сказал, что, мол, туда ему и дорога.

Морган взяла два стаканчика и направилась в палату Шарпа. Ланс заметил их через окно и вышел в коридор к ним навстречу. Он встал так, чтобы через открытую дверь держать Шарпа в поле зрения, как он делал это всю ночь напролет.

Морган быстро окинула взглядом аппаратуру, окружавшую Шарпа. Ничего нового: он дышал, сердце билось, и она помолилась, чтобы хотя бы это и дальше оставалось без изменений. Она вручила Лансу стаканчик с кофе и предложила пачку печенья из кармана.