24
В итоге бывший король Объединённого королевства, а ныне актёр Барт Грейди вновь занялся кинокарьерой. Не то чтобы мир грёз был его призванием, но в первую очередь за работу в этом мире лично Барту недурно платили.
Свенсон продолжал скрываться в доме друга. От нечего делать он отрастил усы и бороду, изнывая от скуки и досады перед телевизионной стенкой, надеясь найти выход из ситуации, прежде чем сойдёт с ума. Ему по-настоящему не хватало жены и сына…
Горо восстановил клиентуру, объяснив идиотам, которые давали ему деньги за «обереги против злых сил», что после одного тяжёлого сеанса закрытия злых чакр вынужден был поправлять расшатанное «психоастральное» здоровье в санатории. Маг снова открыл счёт в банке, свободное время тратил на прогулки по дорогим магазинам, покупая парфюм, и чувствовал себя на седьмом небе. Накось довольно успешно и в сжатые сроки освоился с обстановкой и стал помогать старому учителю, больше из уважения к его сединам, нежели к самой идее дурачить людям головы. Впрочем, его вмешательство резко снизило процент надувательства в бизнесе Горо, ибо молодой волшебник всерьёз творил НАСТОЯЩИЕ, хотя и скромные чудеса, в которые клиенты Горо и без того верили в принципе.
Дракон появился в телеэфире со своим шоу, меньше чем за две недели оно побило рекорды телерейтингов. Дзог умело пользовался, если не сказать, бессовестно эксплуатировал свою феноменальную память, в которой крылись сведения о политиках, бизнесменах и кинозвёздах, чьими слабостями и заскоками он буквально питался пятнадцать лет назад. Он молниеносно наверстал упущенные новости и скандалы последнего месяца, выяснив, что большинство его «жертв» живы, здоровы и пригодны к осмеянию.
Первым капризная фортуна взяла на прицел Барди. Он получил повестку: Розамунда требовала развода, заседание было назначено на завтра. По окончании съёмок к Барди подошли двое дылд в костюмах, взяли его под мышки и затолкали в машину.
– Федеральный агент Каст Крузильо,- представился один, распахивая удостоверение.
– Федеральный агент Кирк Филиппо,- распахнул удостоверение другой. - Мистер Барт Грейди?
– Я.
– Против вас выдвинуты серьёзные обвинения, мистер Грейди. Двадцать восьмого числа прошлого месяца сего года командир отделения по борьбе с терроризмом Рок Свенсон должен был провести спецоперацию в вашей студии. Он поехал по указанному адресу и с тех пор бесследно исчез. Вместе со всей спецчастью. Очевидцы свидетельствуют, что спецназ в студию вошёл. Но не вышел.
Агенты Крузильо и Филиппо многозначительно уставились тёмными стёклами очков на честное лицо Барди Ландрийского.
– Интересно… я тут при чём?
– Так ведь здание ТОЖЕ исчезло. Вы разве не в курсе?
– Разумеется, в курсе! По этому поводу я уже потрепал себе нервы со страховщиками, которые отказались платить компенсацию! Мол, не отвечают они за паранормальные явления и порождённый ими материальный ущерб! А я с того погорел на полтора миллиона! Минимум!
Агенты не то чтобы подобрели, но прониклись суммой ущерба.
– Почему властям не сообщили? - почти по-дружески вздохнул Филиппо.
– А зачем? Что толку? Разве они поверят?!
– Имя представителя страховой компании помните?
– Откуда мне знать! Я был в шоке! Припёрся какой-то тип, сказал, что вышлет официальное мнение компании, но оно не пришло.
– Темните, Грейди! - посуровели агенты. - Где вы скрывались целый месяц?
– Нервы лечил!
– Название клиники и имя лечащего врача? Барди хмыкнул:
– А на какие шиши стал бы я лечиться у врачей? Пришлось действовать по старинке, как до актёрства… Помогло…
-??
– Путешествие. В одиночку. Назад к природе. Езда, рыбалка, охота, хижина или фургон в глухом лесу. Знаете, рекомендую, если стресс заест. Одиночество, размышления при луне… Год бы сидел так, тишина, благодать… но не выдержал и двух месяцев. И как видите, не зря я сюда вернулся. Преодолел свой крах и снова на взлёте! Планирую дать по этому поводу развёрнутое интервью в журнал «Дебри философии»…
Агенты переглянулись.
– Можете доказать факт своего отшельничества? Свидетели есть?
– Ну… пара белок. Может быть, лось какой мимо проходил. Троих достаточно?
Агенты промолчали, видимо соображая, как с ними связаться.
– Смотрите, Барт Грейди, не вздумайте нас обманывать. ФБР не шутит. Мы проверим каждое ваше слово. Не смейте выезжать из страны.
Король вернулся в свой дом в крайне дурном расположении духа. А там его ждали новые неприятности. В гостиной в хозяйской позе сидела Розамунда, физиономия помидорная, напротив Малона с видом дикой кошки, готовой шипеть и лязгать зубами. Обе молчали. Так молчат две неразорвавшиеся бомбы.
– Ты зачем пришла? - спросил Барди непрошеную гостью, внутренне ужасаясь, какими словами приветствует былую возлюбленную после пятнадцати лет разлуки. Пятнадцати, разумеется, с ЕГО точки зрения. - Меня призвали в суд, завтра там и встретимся.
– Здравствуй… Я хочу поговорить с тобой… наедине. Без надзирательниц!
– Эта тварь нагрянула сюда и заявила, что она твоя жена,- вмешалась Малона. - Милый, сколько у тебя жён?
Барди показалось, что паркет в холле превратился в зыбучие пески. Ну и денёк!
– Розамунда покинула меня по своей воле, она ушла к другому. Так что я чист перед своей совестью…- Барди даже удивился, что не покраснел, произнося слово «совесть». - Розамунда, если желаешь что-то сказать, говори. У меня нет тайн от Малоны. Ну?
Бывшая принцесса подчёркнуто перестала оглядываться на «мексиканку» и заговорила:
– Хорошо, слушай. Я отвожу иск о разводе, потому что хочу дать нашим отношениям второй шанс. Я тебе всё прощаю…
– Второй ШАНС?! - вскочила Малона.
- …прощаю и отмечу, что вкус у тебя хороший, хоть и банальный… Вы, дорогая, разве не можете устроиться у себя дома, в Мексике? - обернулась она к Малоне. - С вашей внешностью… А ты,- тут же повернулась к Барди принцесса,- отчего так… поплохел? Выглядишь на десяток лет старше! Неужели из-за разлуки со мной?
– Я этой сучке сейчас всё порву,- спокойно пообещала Малона. - Никаких вторых шансов. Раньше надо было думать, дура!
– Да,- сказала Розамунда задумчиво,- так я и думала. Девочка лишена элементарного воспитания. Сразу видно происхождение плебейское. Ты, шлюха малолетняя, лучше бы пошла на…
– Минуточку! Успокойтесь! - крикнул Барди, поднимая руки, как судья на ринге. - Розамунда, почему ты передумала разводиться?
– Я совершила ошибку! Сандораг дурак. Малона не удержалась:
– Любимый! Она просто обязана освободить тебя от уз супружества! Я в магазинах с женщинами разговаривала, тут такие законы! Она не должна иметь над тобой никаких прав, потому что я жду от тебя ребёнка, а эта сука яловая!
Барди остался с разинутым ртом, Малона приблизилась, и он обнял её:
– Ты… почему мне ничего не сказала про ребёнка?
– Ты был занят, не хотела тебя отвлекать. У тебя много важных забот. Эй, змеюка! А ну брысь отсюда!
Розамунда хлопнула дверью, на улице завизжали шины её автомобиля.
Барди и Малона стояли в обнимку посреди гостиной. Скрипнула лестница. С верхнего этажа спускался Свенсон. Барди рванулся к выключателю. Свет погас.
– Тихо, тихо! - прошептал Барди. - Иди сюда, нам надо поговорить…
Малона ощупью направилась в кухню, шаги её, хоть и лёгкие, звучали победоносно и гордо. Барди вздохнул и рассказал другу о встрече с Крузильо и Филиппо.
– Ситуация критическая,- отметил Свенсон, выслушав друга. - Прямо скажем, на грани провала. Если рассказать правду, никто нам не поверит, в психушку заберут - и не выкрутишься. Или исследовать начнут на предмет преждевременного старения. Но в конце концов всё равно сунут в психушку…
– Надо спрятать тебя у Горо,- сказал Барди.
– Это разве выход?
– Мне кажется, дед пока вне подозрений. Накось позаботится об остальном. Сейчас я его приведу, и он тебя перебросит прямо к старому стручку… а если федеральные молодчики снова подкатят, наш юный маг знает, что делать… Кроме того, он мне нужен завтра на суде. Рок, ты знаешь, что Малона беременна?
– Понял уже. Ну и… что тебе сказать? Поздравить?
Барди засопел и буркнул:
– Собирай вещи, поедешь в багажнике.
По дороге к Горо бывший король заметил в зеркале слежку. Он сжал зубы. Доехав до дома старого шарлатана, он выскочил из авто, взбежал по ступеням и позвонил. К счастью, открыл Накось, и Барди многозначительно показал ему через плечо на хвост. Юноша сориентировался и без единого слова последовал за королём. Они сели в машину. Барди включил радио погромче и объяснил, что сейчас требуется.
– Проще простого,- отозвался Накось. - Они вообще забудут, зачем едут за нами, и страшно захотят в туалет. Вот, пожалуйста, готово. Свернули в переулок.
Свенсон перебрался на чердак, не выказывая особого удовольствия, но и не жалуясь. Просто все понимали, такая жизнь не может продолжаться долго.
Старый маг был уверен в том, что Барди ежедневно обдумывает варианты возврата в Плацпомойпацан, собирает информацию, анализирует сложившуюся ситуацию, а быть может (и, скорее всего, так и было), его устраивает спокойная жизнь с новой любовницей. Да! Ни тебе жены, ни войны, сказка! Нет, нет, нет. В этом есть своя правда, но Барди не тот человек, который бросит своих людей, друзей и детей на поле брани. Он не такой. Возвращение в древнюю Америку оставалось всего лишь вопросом времени…
Совесть вонзила зубы в душу короля. Властитель, согласно законам Ландирии, может делать всё, но распущенность и нарушение приличий добром не кончается, мораль падает и в государстве. По мнению Барди, именно так страны и народы скатываются к революциям. И вот он сам наломал дров… Разве можно любить двух женщин сразу?
В тот же вечер Барт Грейди повёл свою мексиканку в ресторан. Предстоял сложный разговор, он не знал, что говорить, но женщина заговорила сама:
– Барди… Я рожу сына, который прославится как великий воин, под стать своему отцу. Можешь быть спокоен, я не стану липнуть к тебе подобно Розамунде. О ребёнке узнают только те, кого ты сам решишь поставить в известность. Проблем не будет. Я не хочу вмешиваться в твою законную семью. Когда я встретила тебя, я влюбилась до боли, но знала, на какой риск иду. И я приняла все последствия. Доволен? Тебе достаточно этого объяснения? От тебя я хочу лишь одного: когда ты в моей стране, люби меня. Если, конечно, успеем туда вернуться…
Барди потребовал счёт, оплатил и вывел Малону под руку к подъезду ресторана, где их поджидало такси. Он знал, что нашёл идеальную во всех смыслах женщину…
На следующий день Барди явился на суд в сопровождении двух свидетелей и Накося, получившего точные инструкции, что и как делать. Розамунда на самом деле не только не отменила иск о разводе, но и добавила солидные денежные претензии. Едва началось разбирательство, как молодой маг сотворил нужные мыслеформы. Адвокат принцессы запутался, стал икать и молоть чушь, вызвав неприязненное отношение у судьи.
Барди получил развод. Претензии Розамунды не были удовлетворены, и она выбежала из зала суда побелевшая от злости…
25
И вот наступил вечер, которого опасался старый Горо. Компания собралась у него в особняке. Дзог просунул довольную морду прямо в окно, всем телом находясь на улице.
– Чего нового? - спросил Барди и облокотился на столешницу, как только друзья покончили с ужином. По бокалам разлили виски, текилу, водку, пиво и ананасовый сок. - Какие выводы сделаны?
– Да никаких, - сказал Свенсон уныло. - Сила наших преобразователей невелика, если рискнём перескочить в Плацпомойпацан, скорее всего попадем чёрт знает куда. Ты сам сказал, что для переходов между мирами у алкнафтов имелся прибор помощнее, к тому же под руководством умелого специалиста… Да, мы убедились в силе большого преобразователя на своей шкуре.
– Я совершу самостоятельный переход,- заявил Накось. - Потом вернусь и сообщу вам, как прошёл опыт.
– А если ты совсем пропадёшь? - хмуро усомнился Горо. - Почему не попробовать старую методику: компьютер и моя магия?
Накось молча вынул свой магический прибор, сосредоточился над ним, потом исчез. Но не прошло и трёх минут, как он появился снова. Друзья вздрогнули. Вид у молодого мага был не ахти - одежда рваная, весь в ссадинах и ранах. Он попытался что-то сказать, но не успел, потерял сознание. Свенсон успел подхватить падающего юношу. На лоб студента положили салфетки, смоченные водой. Молодая женщина принялась за промывку ран, к счастью неглубоких. Что же произошло?
– Компресс мужчине не поможет,- заявил Барди и осторожно влил в рот Накося рюмку виски.
Молодой человек причмокнул, поперхнулся, закашлялся и открыл глаза.
– Слава богу,- сказал Свенсон. - Живой. Накось приподнялся и сел, Малона продолжала обрабатывать его царапины.
– Что произошло? - нетерпеливо спросил Барди.
– Дай ему дух перевести! - возмутилась Малона. - Он едва жив!
– Всё в порядке,- пробормотал Накось,- мне лучше.
– Куда ты попал?
– В сумеречный и жуткий мир, который едва ли можно описать без содрогания. На меня напали какие-то отвратительные твари, я еле успел убежать на относительно безопасное место, где смог сосредоточиться и вернуться обратно… Помедли я хоть чуточку, твари бы меня разорвали!
– Плохо дело,- сразу сник Свенсон. - Похоже, на преобразователях мы далеко не уедем, а попадём в самый ад. Раз Накось не справился, куда уж нам-то… Алкнафты здорово нас провели, чтоб им, сволочам, пусто было!
– Не ругайся,- наморщила носик Малона, завершая оказание первой медпомощи.
– Извини,- неохотно буркнул Свенсон.
Король поднялся с дивана, задумчиво прошёлся взад-вперёд.
– Так, ребята, предлагаю объединить обе методики: пирамидки и Горо с ноутбуком. Всё вроде бы есть. Долечивайте Накося, а ты, Горо, будь добр, раз сам вызвался, ищи подходящее заклинание. Я открою вам секрет, друзья. С первой недели нашего пребывания в Голливуде я начал готовиться к этому дню. Если мы сейчас спустимся в бронированный подвал нашего гостеприимного хозяина, то увидим там… Правильно, Рок, отличное современное автоматическое и полуавтоматическое оружие. Но не только. Я собрался взять побольше полезного барахла в дорогу, кто знает, вернёмся ли мы сюда…
Горо всхлипнул. Губы его тряслись, из глаз поскакали слезинки. Уж он-то точно не хотел никуда возвращаться. Хотя знал, что обязан сделать это…
Барди включил компьютер и активировал файл с заглавием «Пребывание в Голливуде», в котором, как в дневнике, описывал день за днём. Затем щёлкнул мышью, выбрав из меню «File» команду «Save As», и набрал новое имя: «Возвращение в Плацпомойпацан». Оставалось только кликнуть «ОК» и… Тактика перехода была немного изменённой, но по существу оставалась прежней. Курсор остановился, не делая последнего шага. Надо было произнести заклинание и заручиться мыслеформами Накося…
– В общем-то я готов,- сказал король. - Как вы?
– Горо, открой свою драгоценную книженцию и читай! - подсказал Свенсон.
Старый маг молчал, глядя в пол.
– Эй, Горо, что с тобой?!
– Я… не стану читать заклинание,- сказал старик, поднимая голову, и все увидели, что он плачет.
– Что?!
– Барди, не сердись, но я все-таки решил остаться… И хочу попрощаться с вами. Накось уже силён в магии, он меня с успехом заменит при чтении любых заклинаний и в качестве советника при дворе. Такова моя воля, Барди Бравый, ваше величество…
– Старина… ты хорошо подумал? - спросил Барди, и ему вдруг стало тяжело говорить, впору было самому расплакаться. - Тут-т у т-тебя нет друзей, ты можешь з-заболеть…
– Знаю, знаю. Мне будет не хватать вас, но я хочу завершить свой земной путь в тепле, уюте и санитарных удобствах, в собственном доме, у телевизора… Мне надоели сражения и лишения, жара и мороз, волнения и тревоги… Я устал, Барди. Покоя хочу. Ты прекрасно обходишься без меня. Накось будет служить тебе верно… Ты понимаешь меня, Барди?
– Понимаю,- дрогнувшим голосом ответил король.
– Кроме того… всё мое золото в сокровищнице Сюдасказала я завещаю королевству. Используй эти средства во благо, обещай мне.
– Обещаю, старина. Мне действительно будет не хватать тебя.
– Ладно уж, хватит слюни распускать, Барди. Я решил и уже не отступлюсь… Накось! Будь здоровым и сильным, мой мальчик. Сейчас ты уже маг в полном праве. Вручаю тебе и заклинательную книгу, ценнее у меня нет для тебя подарка.
– Не могу принять её, учитель… Она слишком дорогая, я недостоин… да и тебе она больше пригодится. Я же её знаю наизусть, ты сам заставлял меня зубрить…
– Слушай,- вмешался Барди. - Действительно, оставь её себе. Мальчик и так всё наизусть помнит.
– Тогда пусть поклянётся Мордолохом, богом магии, что не будет использовать полученные знания и навыки во вред своему королю и его народу!
– Клянусь! - восторженно выкрикнул Накось.
Голова дракона приблизилась к голливудскому шарлатану и осторожно коснулась его плеча.
– Прощай, старик, я тебя не осуждаю. Жаль, не с кем будет ссориться… У нас с тобой это неплохо получалось. Я буду долго помнить тебя. Живи и ты долго и радуйся голливудской жизни и за меня!
– Я тебе желаю ещё детей, Дзог…- сипло промолвил Горо. - Ты прав, в нынешнее время ни с кем невозможно так здорово поругаться, как с тобой. Так ругаться можно только с другом, который… который… знает, что… извини… что всё это ерунда. Я не со зла играл на твоих нервах, Дзог.
– Знаю, старик. Прощай.
– Прощайте все. Прощайте…
Барди держал в руках ноутбук. Все рыдали. Наплакавшись вдоволь, группа отбывающих спустилась в подвал. Горо остался наверху в комнате. Дзогу велели ждать на улице и обещали прихватить с собой, как только начнётся переход. В дом бы он всё равно никак не пролез.
С базукой на плече и держа руку на клавиатуре, король велел Накосю читать заклинание и творить мыслеформы. Дождавшись концовки, он утопил клавишу ENTER. Последовало привычное при переходе ощущение головокружения, а потом весь оружейный склад вывалился в реальность иного мира, прямо перед дворцом в Плацпомойпацане.
Барди выскочил наружу и почти не целясь выстрелил в башенку, прямо в стеклянный глаз прибора алкнафтов, полсекундой позже выстрелил и Свенсон, более хладнокровно взяв мишень на мушку. Реактивные снаряды с визгом вонзились в аппарат врага и взорвались, разнося его и добрую часть дворцового крыла вдребезги.
И лишь затем король огляделся. Сердце у него ёкнуло. Артиллеристы лежали возле пушек с фитилями в руках, они явно не успели поджечь порох. Остальные бойцы валялись как попало, мёртвые или скорее без сознания. Очевидно, алкнафты решили поработить их для пополнения рядов своих воинов-зомби. Хуже всего было дело с шаманами - они корчились в судорогах на плитах площади.
Алкнафты чётко спланировали свой удар, а провокатор, отвлекший внимание завоевателей, всё ещё стоял со своей палкой и нелепой белой тряпкой. Он вздрогнул при появлении бронированного сооружения, хотел спрятаться, но изумление и любопытство сковали его кривые лапки. Свенсон выхватил пистолет и прицелился врагу в лоб. Алкнафт раздумал бежать, но открыл рот, вероятно, чтобы попотчевать их новой порцией лжи.
– Не хочу его слушать, Рок,- сказал Барди. - Стреляй!
Коротышка рухнул с пулей во лбу…
Воцарилась тишина. Сонное войско на площади, беззвучно дёргающиеся шаманы, нависший над площадью дворец, мёртвый и заброшенный. Сражение шло к концу…
– Накось, помоги шаманам! - крикнул король.
Молодой человек выбежал из склада с золотой пирамидкой в ладони, создавая мыслеформы на ходу. Один за другим шаманы палколюбов приходили в себя и объединяли своё сознание в мощный психотронный кулак, исцеляя себя и воинов вокруг. Зашевелились пушкари, стали открывать глаза солдаты, даже мулы завертели хвостами…
– Ложись! - заорал Барди, увидев, как артиллеристы тянут фитили к пушкам, выполняя приказ командира. Здесь с момента его изчезновения прошло несколько мгновений. Сознание их ещё плыло в тумане, но приказ открыть огонь они могли выполнить и спросонья, поздно было кричать и отменять команду.
Грянул залп, бреши от снарядов в стенах дворца стали шире. Запоздало грохнули мушкеты, но тут пришли в себя десятники, которые оценили перемену в обстановке и завопили отбой. Войско поднялось, ощетинилось дулами и мечами, ожидая новых приказов.
Через строй к королю продирался Мотопед, перья на его диадеме были помяты. Палколюб не оставил без внимания склад, сразу тыкнул пальцем.
– Наша добыча,- изрёк Барди. - Моя и Рока. Переведи, Малона!
Мотопед зубасто улыбнулся и пошёл к своим горцам. Барди огляделся и заметил приближающегося Виктюка, а рядом с ним и Рельса. Пареньки улизнули из-под опеки Бино и Загана.
– Отец! - закричал издалека юный принц. - Что случилось? Мне показалось, что ты… исчез!
– Было немного, сынок,- кивнул Барди. - Дай обнять тебя, мой мальчик!
– Э… папа, ты чего? - смутился Виктюк и стал тихонько вырываться из отцовских рук. - Солдаты смотрят, да и сражение ещё не окончилось…
– Да просто так… соскучился я по тебе.
– За пару часов?
– Да, за пару часов.
«Мы могли вообще никогда не увидеться»,- подумал он, но ничего не сказал.
– А Горо где?
– Он… остался… в Голливуде.
– Навсегда?!
– Да. Там он счастлив.
– Жаль, с ним было интересно поболтать.
– Вот на болтовню сейчас времени нет: пора брать штурмом дворец. - Барди! - крикнул Свенсон. - Начинать?
Барди вытащил пистолеты:
– Вперёд! Убивать всех сопротивляющихся! Остальных в плен!
На верхних этажах никого не оказалось, войска Объединённого королевства спустились в подземелья. Здесь они наткнулись на освещённые магическими глобусами тюремные камеры для «доноров». Несчастные женщины ютились в жуткой тесноте, на грязных матрасах. Под ногами чавкали нечистоты, пахло выгребной ямой…
– Выходите, вы свободны,- сказал им Барди, но женщины не поняли его слов. Тогда он приподнял одну из узниц и подтолкнул её. Она покорно пошла вперёд, не проявляя ни радости, ни страха.
– Их сознание поглощено дурными мыслеформами,- сказал Накось. - Их надо освободить не только физически…
– Потом,- оборвал король,- помните, алкнафты опасны! Сперва выведите пленниц и продолжайте захват дворца. Мало ли кто тут ещё окажется…
Завоеватели обнаружили ещё несколько камер с узницами, пока путь им не преградила крепко запертая дверь. Свенсон дал знак своим диверсантам прикрыться и выстрелил из базуки. Бойцы бросились вперёд и очутились в просторном зале, ярко освещённом глобусами. Помещение смахивало на лабораторию: стеллажи и столики с преобразователями, стеклянными банками (в некоторых какие-то жидкости) и совершенно непонятными предметами. В самом дальнем углу жались друг к другу не меньше полусотни колченогих коротышек в белых одеяниях. Они дрожали от страха…
– Чистая раса,- презрительно сплюнул Барди. - Накось, они должны заговорить по-нашему. Например, вон тот с золотой лентой на лбу.
Молодой человек выполнил приказ, и трясущееся существо робко приблизилось к королю.
– Как твое имя? - сурово спросил Барди.
– На вашем языке не произнести. Называйте меня Рилон.
– Ладно, прочь формальности. Сейчас ты прикажешь остальным выйти отсюда. Ясно?
– Да, господин…
– Куда их? - спросил Свенсон. - Я насчитал больше шестидесяти.
– Выводите во двор малыми группами, приставьте по шаману и вооружённую охрану. И ещё раз перепроверьте здесь всё!
Остаток дня и вечер, а затем ночь и утро неистовые палколюбы грабили отвоёванный город. Им не препятствовали. Люди Свенсона лишь аккуратно складировали на повозки всё, что относилось к инопланетной технике, Барди отдал строгие распоряжения на этот счёт. Сам он намеревался тихо прикрыть весь поход, и у него были на то веские причины…
Последней каплей, как это случалось не в первый раз, оказался Дзог. Этот сухопутный сазанчик быстренько навёл справки и приволок в лагерь победителей двух настоящих мохакских драконих. Ладно бы одну! Нет - двух. На вид одна страшнее другой, но отец трёх чешуйчатых детей, ветеран ландрийских войн и звезда голубого экрана заявил, что не в силах больше сдерживать распирающие его желания. И всё это было сказано с неморгающими наглыми глазами в лицо королю.
– Барди! - дыхнул дымом на короля его когтистый друг. - Тебе ли я должен объяснять, что одной самки порой бывает недостаточно.
С того самого дня король решил раз и навсегда разобраться со своими женщинами. Это была непосильная задача, но именно такие и ложатся на плечи властителей. Через пару дней он объявил о возвращении домой…
Малона махала ему вслед платочком. Корабли суровых завоевателей Америки, гружённые дармовым золотом (результат правильного подхода Накося к технологиям алкнафтов!), таяли в необъятной шири океана. Сам Барди Бравый сидел у себя в каюте пьяный и тихо плакал. Он любил свою жену и… не мог выкинуть из сердца прекрасную дочь вождя. Правая рука сама собой нащупала скорострельный пистолет. Бывший рыцарь долго глядел ему в дуло, всё больше и больше понимая, что это единственно достойный выход…
– Ваше величество! - В дверь без стука ворвался встревоженный Накось. - Я был в тонких мирах астрала, там везде расклеены странные объявления!
– Н-н… их в их… на х… ик! - попытался отвертеться король, то ли объясняя, что ему нет до них дела, то ли обозначая адрес, по которому эти «объявления» надо переслать.
– Они гласят: «Барди, помоги! Я в Шоушенке!» Неужели мой учитель в беде?
– Шоушенк? Это же известнейшая тюрьма в Штатах,- мгновенно протрезвел глава Объединённого королевства.
Накось поднял на него полные слёз и надежды глаза…
– Как меня достала эта Америка,- прорычал Барди, думая о том, что проблемы склочного старца никогда не заканчиваются. - Ладно, прибудем в Сюдасказал, разберёмся. А пока пусть сидит, может, хоть в камере поумнеет…
ВЕЛИКОЕ ИНДЕЙСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ
Седой индейский вождь Большая Водка улыбался. Зубы и свежее дыхание давно покинули его, однако речи наполняла мудрость, имеющая сходство с тенью от старой пальмы. Неважно, как долго дерево её отбрасывает, главное, в тени измученный странник всегда отдохнёт и выкурит сигарету-другую…
– Присядь, Продолжительный Спазм. Я хочу говорить с тобой.
– Внемлю тебе, учитель.
Старый и молодой сели друг напротив друга.
– Учитель, ты никогда не был так серьёзен.
– Оставь суету, угнетающую дух. Я не желаю тебе зла, мальчик. Пришло время поговорить о женщинах. Итак, знаешь ли ты, что такое скво?..
– Э-э-э, опять двадцать пять, учитель!
- Да.
– А я-то думал, мы послушаем землю, заговорим воду или на худой конец опрыскаем кактусы!
– Глупый. Глупый и недалёкий. Придётся вразумить тебя палкой.
– Нет! Я снова внемлю, учитель.
– Скво для того и нужна, чтобы облегчать жизнь настоящему индейцу. Мне надоело стирать за тобой набедренную повязку и петь колыбельные. С этим прекрасно справится жена. Усвоил?
– Не думал, что так напрягал вас, мой вождь…
– Поверь, скво будет делать это намного лучше.
– А она не помешает нам смотреть на закат?
– Ей будет некогда. Бери копьё, ступай. Я начинаю курить о тебе.
26
Корабль «Авантюрист» появился в узком проливе, осторожно крадучись сквозь зубцы коварных подводных скал, отделяющих его от родной гавани, едва видимой вдали. За ним следовали десять судов флотилии короля Барди Бравого, и в то время как капитан Вар Яг тревожно всматривался в цвет волн за бортом и без устали мерил глубину лагом, его величество занимался не совсем обычным делом. Вот уже битый час в его каюте сидели Накось и алкнафт Рилон, который давал объяснения о предназначении странных предметов, взятых в качестве боевых трофеев.
– Вот это,- указал алкнафт на изящное кружево золотых проволочек, опутавшее плоскую коробочку,- опираясь на ваш опыт, можно назвать морфиумом. Его предназначение - гнать прочь ночные кошмары и вызывать приятные сны, кои необходимы любому живому существу. Требуется только сосредоточиться над устройством, сформулировать соответствующее пожелание, а затем сунуть прибор под подушку. Заснув, получаешь самый лучший сон, который можно желать. Соседний предмет заменяет занятия сексом. Алкнафтам половая любовь в её прямом смысле без надобности. Генетические изменения, поразившие нашу расу вследствие нашествия врагов, стёрли физиологические границы между мужчиной и женщиной. Для активации прибора необходимо сосредоточение…
– Интересно, очень интересно,- отметил Барди. - У вас нет нужных физических органов, но вы тем не менее этим делом занимаетесь?!
– Да, но не плотским соитием, а умственным. До вторжения келтонов всё было иначе, естественнее. Были женщины, были мужчины, и такие, как ваш Горголан, тоже были - мужчины, любящие мужчин. Теперь мы лишены этой природной градации, мы медленно вырождаемся. Но в генетической памяти каждого алкнафта держится воспоминание о его изначальной половой принадлежности.
– Знаешь, надо при случае порекомендовать тебя Стефану Кубику. Думаю, твои внешние данные его заинтересуют. Ведь в них есть всё, если смотреть взглядом художника. Необычность, загадка, явная инопланетность… Если же Кубик не сочтёт тебя достаточно правдоподобным или будет не в духе, можно обратиться к Спилбергу. Я слышал, он хочет снять продолжение «Инопланетянина». Не смотрел? Жаль. Знаешь, это волшебная история про юного доброго алкнафта типа тебя, который упал на матушку-Землю и подружился с ребёнком. Видишь ли, взрослые алкнафты ещё не успели объяснить ему, что дети всего лишь генетический материал. Вот он по дурости решил во всём помогать своему земному другу. Но в конце фильма за потерянным сородичем прилетает корабль… Друзья вынуждены расстаться.
– Какая красивая история!
– Да, весь мир рыдал от умиления,- кивнул Барди. - Пожалуй, на вторую часть Спилберг не решится. Для него она будет слишком кровавой и явно не детской. К кому же мы с тобой пойдём? Знаю, Рилон, мы пойдём к Родригезу. Он схватит эту идею, как бульдог отбивную, и сделает всё по высшему классу! Ты будешь дебютировать в паре с Брюсом Уиллисом и Антонио Бандерасом. Уверяю тебя, Роберт сделает чертовски изысканное месиво. Диалогов по минимуму, музыки по максимуму, правда, учти, ребята могут увлечься процессом, и ты вряд ли уйдёшь живым…
– У-у… э-э…
– А, ладно, чего там! В крайнем случае поедешь в Москву к мультипликаторам. К Гарри Бардину, например. Он мог бы снять мультфильм с твоим участием. Или, как вариант, податься на телевидение, тебя с удовольствием возьмут в рекламу, будешь играть вредную бактерию или кариес. Вариантов масса.
– Не суди нас, король. Мы стали такими не по собственной воле. Мы вынуждены бороться за выживание. Эти приборы были сделаны, чтобы скрасить нашу неполноценность, помочь нам не впасть в беспросветную тоску и пораженчество… Только и всего. А, тебе не понять…
– А это для чего служит? - кивнул король на другую золотую безделушку, занятно выглядевшую из-за узора абстрактных сплетений. Нити сгущались в центре, где, по подозрению Барди, содержался один из таинственных кристаллов алкнафтов.
– О, это устройство сугубо сокровенного и ритуального толка. Концентрируя в него мысль, можно вступить в контакт с духами усопших родственников. Прибор восстанавливает их прежную сущность и возвращает в это измерение пространства-времени. Вызвав однажды, с ними можно разговаривать постоянно. Надо помнить, что за советом следует обращаться только к знакомым и проверенным духам. Часто призывать умерших нельзя: последствия могут быть опасными. Только неотложная нужда заставляет нас идти на риск контакта…
– А в чём дело-то? - насупился король. - В чём риск?
– Если перестараться, можно стать безмозглым идиотом.
– Понятно. Судя по всему, вы, ребята, уже перестарались.
– Не возводи напраслину на тысячелетнюю цивилизацию алкнафтов, землянин! Посмотрел бы я на тебя, окажись ты на нашем месте! - зашипел Рилон.
– Накось, можно ли верить тому, что наговорил нам сегодня господин Рилон? - громко спросил король.
– Он говорил откровенно, ваше величество,- ответил молодой человек. - Спешу сообщить вам, что корабли вошли в гавань. Мы дома!
– Ты прав, остались три непонятные штуковины, но про них мы выясним позже, а сейчас мне пора на мостик.
– Эй, Барди! Ты ещё расскажешь мне про этих людей, Кубика, Спилберга и Родригеза? - спросил алкнафт.
– Если будет время… Можешь обратиться к Дзогу. Он знаком с ними и жуть как любит почесать свой раздвоенный язык.
– Благодарю за информацию.
Накось остался наблюдать за пленником, а король поспешил на палубу. Впереди вырисовывались родные берега Объединённого королевства.
– Полный вперёд! - громко распорядился Барди. И хоть голос его звучал уверенно, в душе царила тревожная растерянность. Предстояла встреча с Хельгой, а её он, как ни верти, страшился. И было с чего…
С другой стороны, опыт подсказывал королю, что супруга, в отличие от Розамунды и Малоны, всегда была эталоном мягкости и деликатности. Вряд ли она вот так сразу, глядя в глаза, что-то в них распознает. А если и распознает, то смолчит. Барди хорошо знал, как она может молчать, и от этого почему-то стало ещё хуже. Теперь, когда их отделяет несколько сотен шагов, теперь, когда они вдыхают один и тот же воздух и очень скоро станут решать общие проблемы, именно теперь совесть готова была вить из культуриста-изменника длинные верёвки и туго переплетать их между собой.
Часовые на суше давно заметили стройный ряд кораблей и посредством системы зеркал передали весть дежурным. Поднявшись на мостик своего флагмана, Барди увидел на пристани не горстки любопытных, а настоящую толпу. Точь-в-точь как в самом начале, при отплытии…
Вот уже стали различаться и отдельные лица.
Вдруг толпа разделилась на две части, пропуская королеву и сопровождающих.
Взгляды мужа и жены встретились. В эту минуту душа короля вернулась домой. Казалось, не труд мореходов, а глаза супругов притягивали друг к другу флот и берег. Кто-то подходил к нему, докладывал, ждал указаний и, не дождавшись, пропадал из поля зрения. Женщина, ниспосланная ему Всевышним, смотрела на него! Король первым ступил на берег своими скороходами-грязетопами.
– Как прошёл твой поход, любимый? Всё ли задуманное выполнил? Доволен результатом или сожалеешь о содеянном? - ласково и с интересом спросила Хельга. Женщины, сопровождавшие её, деликатно отступили.
– Милая Хельга, как много сложных вопросов сразу! - грустно улыбнулся Барди Бравый, обнимая жену за плечи. - Отвечая на каждый из них, можно потратить по три вечера и выпить не один кувшин рогоналевского вина.
– Америку-то покорил?
– Не знаю… Собирался покорять, а пришлось освобождать.
– Вот как. Интересно.
– Я тебе потом расскажу, а сейчас знаешь что?
– Что?
И он крепко, с чувством, поцеловал её.
Встречающие с волнением и нетерпеливо взирали на швартовку, и, как только с кораблей спустили сходни, народ умолк и стал ревниво оглядывать каждого бойца, ступающего на пристань. Первым вышел король, обнял королеву и быстро исчез с нею в карете. Народ не обиделся, хотя пару ласковых слов от своего правителя не мешало бы услышать. Ну да ладно! Полгода без женщины - шутка ли.
Когда на берег сошёл последний воин, из толпы вырвались горькие возгласы тех, чьи близкие не вернулись. Горечь утраты смешалась с радостью встреч. Когда пристань опустела, высадились драконы. Пленного алкнафта, как полагается, вывозили последним. Его уродливое тельце было спрятано под чёрным плащом. Рилона во дворце ждала отдельная комфортабельная темница с тренажёром.
Виктюк, а также Рок и Рельс Свенсоны, покуда Хельга была занята исключительно своим блудным мужем, подверглись атаке ласками со стороны Лины и младших девочек. Описывать такие моменты - дело неблагодарное. А вот Накосю вообще ничего не досталось. Он глупо мялся, топчась с ноги на ногу между двумя счастливыми семьями, его никто не встречал. Парень пережил приступ страшного одиночества. От отчаяния даже захотел утопиться. Потом передумал и весь ушёл в себя.
Наобнимавшись и наплакавшись, Свенсоны, Виктюк и Накось отправились к каретам на приморский бульвар. Возле карет громоздился отремонтированный фургон-рефрижератор - память о первом посещении Голливуда. Здесь суетился Дзог. Надо же, Хельга Прекрасная, самая чуткая из людей, вспомнила о своём драконе. Она, сердечная, разыскала и велела привести в порядок полусгнивший холодильник на колесах. Слава ей и почёт! Дзог открыл фургон и ахнул: он работал и был до отказа набит бараниной. Вот это да! Вот это королева! Барди никогда бы в жизни так не побеспокоился о своём вечно голодном вездеходе-вертолёте-огнемёте-бронетранспортёре. Слава Хельге Прекрасной!
Обливаясь слезами умиления, чудище чуть не размыло, на фиг, всю дорогу. Но заморские жёны быстро «успокоили» его, выступив с требованиями доставить их в хлев для откладки яиц. А тут ещё Оглобля с Граблей прилетели и по привычке начали отцу друг на друга жаловаться.
– Несносные девчонки! - возмутился хвостатый отец. - Я за вас кровь проливал, а ваш братец Дрын, между прочим, в разведку ходил, из торнадо выбирался, а вы - снова здорово! А ну кончай ссориться, ябеды зелёные! Щас как приду в хлев да посмотрю, как вы за порядком следили в моё отсутствие. Будет грязно - на подарки можете не рассчитывать!
Сестрички вмиг заткнулись и улетели в экстренном порядке проводить уборку, о которой, между нами, и думать забыли.
– А ты, сынок,- обратился он к Дрыну наставительным тоном,- начинай привыкать к гражданской жизни. Небось на войне все знания растерял. От уроков не отлынивай, ибо ученье - свет. Особо рьяно посещай занятия иностранными языками, они весьма важны для успеха в жизни… И ещё, Оглоблю и Граблю держи в строгости, видишь, какие они, в мамочку свою пошли. Желаю всем вам всего хорошего, и до скорого. Мне пора размножаться дальше.
Дзог повернулся элегантно - насколько может элегантно развернуть свою тушу хронически объедавшийся несколько недель дракон. Впрочем, хвостом он никого не задел, что и можно было счесть за элегантность. Сначала он полз неуклюже, потом пустился многотонной трусцой - с крыш вокруг посыпалась черепица - и даже успел припустить рысью… Но уже через две сотни своих шагов умудрился-таки подняться в воздух, словно тяжёлый бомбардировщик. Его мохакские супруги разогнались куда резвее. Дрын взмыл ввысь с места, лег на противоположный бате курс, а битком набитые кареты тронулись в стольный град Сюдасказал…
Хельга молча прильнула к плечу мужа и сжала его ладонь. Нечистая совесть Барди снова проступила румянцем. Он старался вышвырнуть из мыслей образ Малоны, усердно разглядывая окрестности. Жене объяснил, что подзабыл красоту родной земли и теперь хочет освежить воспоминания. Виктюк и Мейла перебрались в родительскую карету и сели напротив. Принцесса напевала старинную весёлую песенку о славных победах, храбрых рыцарях и томных красавицах. Она была неподдельно рада возвращению отца и старшего брата. Виктюк, напротив, пригорюнился. Он знал, что теперь ему, Рельсу и Дрыну предстоит навёрстывать упущенное в школе, а это, как понимаете, великое занудство.
– Как тебе далось управление страной? - спросил Барди жену. - Затруднения были?
– Нет,- ответила Хельга. - Подруги мне очень помогли. Я пересортировала весь твой чиновничий корпус, многие руководители ушли в отставку.
– Вот как?
– Ничего особенного, собственно, не случилось. Я провела честный конкурс, к участию в котором привлекла женщин нашего государства. Знаешь, что получилось? Многие женщины оказались гораздо более эффективными служащими, и мужчинам пришлось оставить свои посты.
– О-о! А как же дом и очаг?
– Я тебя умоляю, дорогой! Не рассказывай мне этих сказок. Если я смогла управлять большим государством, если ты сам доверил мне судьбу целой страны, состоящей из множества маленьких государств, то чем хуже другие? Заманта, Миринда и Шпротта справились. Поговори с любой из них, если пожелаешь, и ты поймёшь, что в головах у этих леди не только гречневая каша.
«Надо начать строительство железных дорог,- подумал король, ощутив первый ухаб, нещадно тряхнувший карету. - У нас уже есть паровые машины, наверняка сможем склепать паровоз и вагоны. Нужно сконструировать специальное судно с краном и понтонами, чтобы в случае необходимости доставить в Мохаку тяжёлую технику».
Обдумывать новые планы и проекты оказалось легче, чем воевать с совестью, к тому же это отвлекало от неприятных мыслей о недавних грешках, поэтому король решил отложить личные дела до подходящего случая.
Кареты ехали довольно продолжительное время, прежде чем на горизонте показался внушительный корпус университета, а затем и силуэты остальных столичных построек. Всё тут было родным и знакомым, не грозило засадами алкнафтов и - по крайней мере пока! - не предвещало близких битв. Когда наконец королевский кортеж остановился перед парадным входом дворца, Барди уловил едва ли не губами серый вкус безмятежной скуки, от которой удирал всего полгода назад. Даже Горо с его нескончаемыми склоками и ворчливый дракон показались ему вдруг милее домашнего быта.
– Приглашаю друзей в большой трапезный зал! - обратился Барди к соратникам и подданным, выходя из кареты. - Пошлите за Горголаном, я хочу, чтобы он наладил тренажёры в зале заседаний.
Королевская чета завернула в спальню.
– Сюрприз! - вскричала Хельга, щёлкнула чем-то на стене… и вокруг засиял электрический свет.
– Неужели это не магия? - удивился её муж.
– Учёные университета да оружейные мастера построили водную турбину с генератором, изготовили лампочки. Пока электричество провели лишь во дворец и в университетские аудитории, но предстоит постепенная электрификация всех зданий в Сюдасказале. Ещё, дорогой, мы заложили площадку и начали строить плотину под гидроэлектростанцию.
– Быстро вы… - промямлил Барди почти с завистью.
– Ха! - сказала Хельга с гордостью. - Ты же мне поручил заботиться о королевстве, не так ли? Вот я и заботилась. Сам понимаешь - дом и очаг!
«Горо был прав,- подумал Барди. - Иногда женщины могут действительно удивить. Не иначе как Хельга занималась самообразованием в университетской библиотеке, пока я бродил по джунглям и кувыркался с Малоной…» Он осёкся, не дав себе закончить мысль.
Совесть у королей - явление редкое. Барди мог считаться исключением из правил. Терзаемый душевной бурей, вроде той, что разыгралась у берегов Мохаки, король Барди Бравый не прочь был избавиться от совести, но вырезать её пока не научились ни в одном из миров.
27
Со дня возвращения флота «конкистадоров» в Сюдасказал минуло три месяца. Барди подписал приказ о железных дорогах, с которого началось массовое производство рельсов и шпал. В технической лаборатории Небольшого университета собрали первый паровоз. Модель в половину натуральной величины успешно прошла испытание на полигоне. Машина пыхтела, радуя короля и пугая дремучих холопов.
Барди сутками корпел над картами, уточняя маршруты железнодорожных веток. Вокруг него спорили геодезисты и картографы. Иногда приходилось их разнимать и давать в руки гантели.
Жизнь в королевстве протекала медленнее, чем хотелось его величеству. Размеренность нарушалась раз в неделю, когда собирались участники проекта. Сталевары ссорились с мастерами проката металлов, те в свою очередь точили зубы на кустарей, занявшихся производством болтов, костылей и планок для крепления рельсов, последние же ругали первых, и круг замыкался. Несмотря на скандалы, а бывало, что и благодаря им, план реализации большого железнодорожного проекта оживил всю страну.
Накось после возвращения домой изменился в худшую сторону. Он был забыт, заброшен и никому по-настоящему не нужен. Старика Горо оставили в Голливуде. Виктюк и Рельс ходили в школу, а в свободное время носились с Дрыном по дворцу. Ребята ни разу не вспомнили про юного волшебника, а сам он не хотел навязываться в компанию. В НЕБУХТИ его никто не похвалил. Ректор Небольшого университета отец Карбоний почему-то объявил студенту выговор за длительный прогул и усадил переписывать какой-то бред на трёх сотнях листов. Накось копил обиду. Он понял, что полученные знания умрут вместе с ним, и никто никогда не узнает, на что был способен этот простой сюдасказаловец. Лицо его сделалось надменным, во взгляде всё чаще мерцали злобные огоньки.
Королева Хельга пребывала на седьмом небе от счастья. Супруг при всей своей занятости уделял ей достаточно внимания, причём истинно рыцарское, а не традиционно мужское.
За три месяца случилось три чрезвычайных события, встряхнувших короля. Однажды с площади донеслись звуки плещущих тяжёлых крыльев, а затем дракон Дзог приземлился прямо перед парад - ным входом, подняв пыль и всю сонную стражу, не разобравшуюся, в чём, собственно, дело. Чудище выглядело похудевшим, но глазища светились радостью и торжеством.
– Барди! - взревел дракон, и могучий его голос потряс каменные стены. - Изволь спуститься в мой хлев.
Стражники сопроводили короля в указанное помещение, как ни странно сияющее чистотой. Барди заметил себя в большом хрустальном зеркале, установленном здесь по требованию дракона. В глубине души король был рад встрече с другом.
– Медовый год закончился? - пошутил Барди.
– Какой год… Ещё месяц, и я сдохну! - изрёк дракон, явно кокетничая. - Эти две оказались невоздержанными сексуальными хищницами!
– Но ты справился с честью?
- …но я справился с честью! Каждая снесла по два яйца, так что у нас гарантированных четыре дракона. Приглашаю тебя стать их крёстным отцом. Затруднило меня лишь сооружение гнезда… Признаться честно, отвык я от этого запашка…
– А ты чего у Горголана не попросил навозу?