— Вы думаете, ей известна правда про фонд? — спросила Мэри Джейн.

Генерал покачал головой. Он лично поговорил с Марком Темплтоном. И твердо знал, что тому хватит ума не переходить ему дорогу.

— Тем не менее она по-прежнему хотела взять у меня интервью, — добавила Мэри Джейн. — Судя по всему, Кейси сказала ей, что Хантер презирал меня и добивался моего увольнения. Он действительно меня недолюбливал?

Генерал улыбнулся. Одна из причин, почему он доверял Мэри Джейн, заключалась в том, что, как и он, она никогда не выказывала своих эмоций. Как и он, в глазах окружающих она была тверда, как сталь. Но, как и у него, у нее тоже имелись чувства. Он никогда не говорил ей, насколько Хантер не доверял ей. Потому что знал: ей будет больно это слышать.

— Конечно же, нет! — бодро возразил Джеймс. — Он очень тебя любил.

Было видно, что его ответ ее не удовлетворил.

— Он знал о моей предыдущей работе? — спросила Мэри Джейн.

— Нет, — успокоил ее генерал. — В любом случае я бы никогда тебя не уволил. Что бы я без тебя делал!..

Глава 51

В шесть часов вечера в кабинете Лори высились такие груды коробок, блокнотов и листов бумаги, что она невольно затосковала по относительной чистоте и порядку своей квартиры. Даже по разбросанным Тимми вещам. Скомкав два листа бумаги, журналистка ловко забросила их в корзину, когда в дверь кабинета кто-то постучал.

— Входите.

Она не ожидала увидеть перед собой Джерри и Райана. Они оставались в Коннектикуте вместе со съемочной группой, чтобы отснять кадры полицейского участка и здания суда, после чего, по идее, должны были разъехаться по домам.

— Эй, вы что здесь забыли?

— Мы могли бы спросить то же самое у вас. А вообще нам, похоже, требуется коллективный разум, — ответил Райан.

— Грейс тоже хотела приехать, — добавил Джерри, — но сегодня у нее ужин с крестной. Я убедил ее, что ей нет резона его отменять.

— Ты читаешь мои мысли, Джерри.

Райан принялся поднимать с пола скомканные листы бумаги и бросать их в корзину.

— Не рассчитывайте, что вас пригласят в профессиональную лигу, — пошутил он.

Как только пол был чист, юрист опустился на один из стульев по другую сторону ее стола. Джерри последовал его примеру.

— Извините, что все получилось не лучшим образом.

— Это не ваша вина, — сказала Лори.

— И не ваша, — парировал Райан.

— Не будем спорить, — рассудил Джерри. — Но после интервью с Райаном я, как ястреб, неусыпно следил за Эндрю. Черт, в какой-то момент он сумел-таки запереться в туалете. Думаю, оттуда он и позвонил отцу.

Лори подняла руку.

— Поверь мне, Джерри, ты не мог ему воспрепятствовать. Разве что только увязаться следом за ним в туалет. Эндрю для нас не проблема. Смею предположить, что после «Чиприани» Джейсон Гарднер первым делом набрал номер генерала, а Габриэль Лосон бросилась к Минди Сэмпсон, которая тоже предупредила его. Я же профукала наш шанс, потеряв вчера терпение с домоправительницей, Мэри Джейн.

Лори также не давал покоя вопрос, какую роль в отказе генерала дать интервью мог сыграть Алекс.

— Я не совсем уверен, что это сработает, — сказал Райан, — но, может, нам стоит обсудить, что делать дальше?

Лори открыла верхний ящик стола и вытащила оттуда бейсбольный мяч Райана.

— Думайте быстрее! — сказала она, кидая ему мячик.

Райан поймал его одной рукой. За последние два дня он показал себя молодцом. Нет, конечно, до Алекса ему далеко, но, по крайней мере, вот уже целые сутки он ведет себя адекватно. Как она сказала в разговоре с Джерри, не всё сразу. Торопиться ей некуда.

Лори обвела взглядом бумаги, которые внимательно изучала несколько часов подряд, и почувствовала себя не такой одинокой.

— Давайте составим два списка. Первый — известные нам факты, и второй — наши подозрения.

Второй список оказался гораздо длиннее первого. Лори отлично понимала: ее передача не всегда заканчивалась убедительными выводами. Но, по крайней мере, она надеялась показать, что суд над Кейси был от начала и до конца предвзятым. Посредственная адвокатша, анонимная интернет-травля, колонка Минди Сэмпсон, содействие генерала Рейли в выходе книги Джейсона Гарднера… Вся эта колода карт работала против нее.

Съемки передачи практически завершились, но у Лори было такое ощущение, что они еще даже не сдвинулись с места.

— Давайте посмотрим на это иначе, — предложил Райан. — Если б вам предложили поставить на кон все ваши сбережения, что бы подсказал вам ваш внутренний голос?

Первым заговорил Джерри:

— Мои сбережения составляют двести семнадцать долларов. Я бы поставил на Марка Темплтона. Я также думаю, что генерал или же Мэри Джейн по его просьбе подмешали что-то в бокал Кейси, дабы опозорить ее в глазах гостей. И тогда Марк, зная, что Хантер намеревался вывести его на чистую воду, увидел для себя удобный шанс. Он ушел с банкета, уехал прямиком в Коннектикут, убил Хантера и подставил Кейси.

— Тогда почему генерал Рейли отказывается пролить свет на махинации с фондом? — спросил Райан.

— Я уже поставил на кон мои сбережения. А теперь вы решили задействовать сократовский метод? Хорошо. По-моему, генерал Рейли уверен в виновности Кейси. Он пытался манипулировать процессом лишь по этой причине. По его мнению, что бы там ни произошло с фондом и Марком, — это отдельная тема. В некотором смысле, храня молчание, он оберегает доброе имя Хантера.

Что ж, неплохая гипотеза, подумала Лори. Лично она склонялась примерно к тем же выводам.

— А что скажете вы, Райан? На что поставите?

— Вы уверены, что хотели бы это услышать? — спросил он. — Мы только-только нашли общий язык. Не хочу вновь оказаться у вас в черном списке.

— Прекратите. Считайте, что вы прошли обряд инициации. Выкладывайте свою гипотезу.

— Честно? Я думаю, что Кейси виновна. Я думал так с самого начала и продолжаю думать сейчас. И чтобы вы не обвинили меня в предвзятости, я старался быть объективным. Но самое простое объяснение таково — Хантера убила Кейси.

— Бритва Оккама, — сказала Лори.

— Именно. Самое простое объяснение — Кейси виновна. Ну хорошо, Лори, теперь ваша очередь.

— Честно говоря, я даже не знаю.

Джерри и Райан простонали.

— Так нечестно, — сказал ведущий. — Мы оба высказали свое мнение. Давайте выкладывайте нам свое.

Джерри поспешил прийти ей на помощь.

— Это не стиль работы Лори. Она скачет от гипотезы к гипотезе, рвет на себе волосы и клянется сохранять объективность. А затем — бац! — словно оракул, выдает истину!

— Бац? Оракул? Это ты так думаешь о моей работе, Джерри?

Они все еще смеялись, а Райан открывал бутылку виски, когда в дверь постучали.

— Интересно, кто, кроме нас, работает так поздно? — удивилась Лори. — Входите!

Это был Алекс. Но не один. Рядом с ним стоял мужчина, в котором Лори узнала Марка Темпл- тона.

— Мы можем поговорить?

Все растерянно застыли на своих местах. Алекс поспешил объяснить ситуацию:

— Лори, я позвонил тебе домой, но Лео сказал, что ты сегодня задержишься на работе. Тогда я решил приехать сюда в надежде застать тебя.

Первым пришел в себя Джерри и предложил гостям два стула.

— Спасибо, Джерри, но стулья не понадобятся, — сказал Алекс. — Наш разговор предназначен исключительно для ушей Лори.

Райан и Джерри вопросительно посмотрели на нее. Лори кивком указала на дверь.

— Если что, мы будем в моем кабинете, — сказал Райан.

Когда дверь за ними закрылась, Лори пристально посмотрела на Темплтона. Она ни разу не встречалась с ним лично, однако узнала постаревшую версию человека, которого видела на многочисленных фото, как правило, рядом с его лучшим другом Хантером Рейли.

Сегодня он был одет почти один в один с Алексом — темно-серый костюм, белая рубашка, неброский, консервативной расцветки галстук. Лори знала: именно такой стиль одежды Алекс рекомендовал как выступавшим на судебных процессах адвокатам, так и их клиентам. Это была своего рода форма. Если Коко Шанель думала, что главное — не одежда, а женщина, то Алекс был убежден, что главное — улики, а не человек.

— Мистер Темплтон, вы не раз ясно и однозначно давали понять, что не намерены разговаривать со мной, — сказала Лори.

— Нет, я лишь ясно и однозначно давал понять, что не намерен участвовать в вашей передаче. И я не собираюсь пересматривать это мое решение по причинам, которые, как я надеюсь, вы поймете. Однако Алекс сказал мне, что вы, возможно, представите меня в качестве альтернативного подозреваемого в деле об убийстве моего друга Хантера Рейли. Этого я не потерплю.

— Тогда я могу договориться, чтобы завтра утром вы дали интервью перед камерой, — предложила Лори.

Марк энергично затряс головой.

— Нет, нет и еще раз нет. Я всего лишь хочу, чтобы вы меня выслушали!

Затем заговорил Алекс — впервые с того момента, как они остались одни.

— Лори, я понимаю, ты не станешь оказывать мне никаких особых одолжений, но я знаю, как ты работаешь. Для тебя важна истина. По крайней мере выслушай, что тебе скажет Марк.

— Ну хорошо, хотя я ничего не обещаю. Говорите.

Марк вопросительно посмотрел на Алекса. Тот кивнул.

— Примерно через три года после убийства Хантера, — начал Темплтон, — совет директоров внезапно обнаружил, что активы фонда далеки от тех целевых цифр, которые Хантер наметил в своем пятилетнем плане. Его самого больше с нами не было, а значит, фонд лишился своего лица, что не могло не отразиться на количестве и суммах пожертвований. Мне казалось, что все это понимали. Увы, потери были довольно велики, и совет директоров решил нанять консультанта, чтобы тот досконально изучил все аспекты деятельности фонда — общую стратегию, публикации, инвестиции и прочие вещи.

Что ж, пока что звучит разумно, подумала Лори и кивком предложила Марку говорить дальше.

— Когда консультант изучил нашу бухгалтерскую отчетность, выяснилось, что хромает не только сбор средств, но и то, что я одобрил ряд крайне неудачных инвестиций и сомнительных расходов, включая большие суммы изъятия наличных средств. Я пришел, как мне казалось, на рутинное заседание совета директоров, но Джеймс Рейли загнал меня в угол и потребовал дать объяснение буквально каждой статье расходов.

— А разве это не входит в должностные обязанности финансового директора? — уточнила Лори.

— Обычно входит, но только не в семействе Рейли. Я отказался отвечать.

Лори не поверила собственным ушам.

— Удивительно, что вас не уволили прямо на месте, — сказала она.

— Вообще-то так и было. В конце заседания было объявлено о моей так называемой отставке.

— После чего вы еще примерно год искали новую работу, а заодно ощутили потребность в адвокате и наняли Алекса.

— Я его не нанимал, — возразил Марк.

Алекс протянул руку и положил ее Марку на локоть.

— Марк, я снова хочу напомнить тебе…

— Мне не нужно ничего напоминать. Я должен все рассказать, и мне плевать на последствия. Алекса нанял Джеймс Рейли. После того как совет освободил меня от обязанностей, генерал Рейли призвал всех своих влиятельных друзей убедить прокуратуру возбудить против меня дело о растрате. Он был уверен, что я нагрел фонд примерно на два миллиона долларов. Когда ко мне домой нагрянуло ФБР, я отказался отвечать на их вопросы. Тогда они взяли в клещи мою жену — принялись выпытывать у нее, на какие средства мы летали отдыхать на Каймановы острова и на какие деньги куплен ее новый внедорожник «Ауди». Мое терпение лопнуло. С какой стати я должен кого-то покрывать? И я решил рассказать им правду. Вместе с тем я решил подыграть генералу Рейли и предоставить ему право выбора.

— Боюсь, я плохо вас понимаю, мистер Темплтон.

— Причина, почему я отказался отвечать на его вопросы на совете директоров, заключалась в том, что все эти сомнительные операции проводил Эндрю Рейли. Когда Хантер начал подумывать о политической карьере, отец потребовал от младшего сына, чтобы тот взял на себя часть ответственности за семейный фонд. Эндрю быстро исчерпал кредит доверия. Когда я начал задавать ему вопросы, он ответил, что с компанией своих школьных приятелей колесил по стране, занимаясь сбором пожертвований. Увы, Эндрю вращался совершенно в иных кругах, нежели его брат. В Нью-Йорке он чувствовал себя инородным телом и полагал, что в других частях страны ему будет сопутствовать больший успех. Тогда я поверил ему, однако, по словам Алекса, вы полагаете, будто у Хантера уже тогда возникли вопросы относительно состояния финансов фонда. С годами проблема только усугубилась.

— Вы хотите сказать, что Эндрю присваивал деньги фонда? — спросила Лори. Марк пожал плечами.

— Думаю, это слишком сильно сказано. Эндрю не вор, а скорее игрок по натуре. Он потратил слишком много денег, развлекая потенциальных спонсоров в таких местах, как казино. Он делал рискованные инвестиции. И чем больше он терял денег, тем больше старался компенсировать эти потери — и в результате снова принимал ошибочные решения.

— То есть вы согласились быть уволенным, чтобы защитить имя Эндрю? — уточнила Лори.

— Я подал в отставку, — поправил ее Темплтон с печальной улыбкой. — Даже если б я сказал правду, им все равно была нужна моя голова. Пусть я не совершил никакого преступления, но я не контролировал Эндрю так жестко, как должен был это делать. Наоборот, я покрывал его. Хантер был моим лучшим другом, и я привык воспринимать Эндрю кем-то вроде собственного младшего брата. Под давлением я согласился молча уйти из совета директоров фонда, не зная, что мне делать дальше. Затем мне позвонила помощница генерала, Мэри Джейн, чтобы сказать, что Рейли сделают заявление о моей отставке. Я думал, что быстро найду другую работу, однако не мог сделать это без рекомендации генерала.

— Ничего не понимаю. Зачем генералу нанимать Алекса, чтобы он защищал вас перед генпрокуратурой? — спросила Лори.

— Дать мне коленом под зад ему оказалось мало. Он привлек ФБР, чтобы те провели против меня уголовное расследование. Как только агенты начали задавать мне вопросы, я встал перед выбором. Скажи я им всю правду, махинации Эндрю выплывут наружу, и тогда на будущем фонда можно поставить жирный крест. Я же не хотел, чтобы такое произошло с детищем Хантера. Поэтому я сказал людям из ФБР, что финансовые махинации — это дело рук одного лица, близкого к фонду и с замашками игрока. Разумеется, я понимал, что любые мои слова вскоре станут известны генералу. Тот мгновенно понял, что растратчик — его младший сын, Эндрю. Иметь дело с генералом — это все равно что играть партию в шахматы. Он всегда думает на восемь шагов вперед. Но в тот момент я сделал ему «шах».

— То есть, если б он вам не помог, вы изобличили бы Эндрю, — сделала вывод Лори.

— Именно. Не успел я поговорить с фэбээровцами, как мне позвонил Алекс и предложил представлять мои интересы. В общем, мы заключили с генералом мирную сделку. Фонд согласился снять с меня обвинения. Формально я был виноват в том, что не контролировал действия Эндрю. Разумеется, стань все известно, это сыграло бы против меня в том, что касалось поисков новой работы. Я выплатил фонду символическую сумму ущерба, якобы понесенного по моей вине, в обмен на то, что, как только я поставлю под договором мою подпись, генерал даст мне самые хвалебные рекомендации.

— Но ведь это классический конфликт интересов, — подытожила Лори, глядя не на Марка, а на Алекса. — Вы заставили следователей поверить, что совершили преступление, которое на самом деле совершил кто-то другой, лишь бы только они не стали копать глубже.

На лице Алекса не дрогнул ни один мускул, когда он объяснил им механизм этой сделки.

— Обвиняемый не обязан исправлять ошибки правительства. Марка эта сделка целиком и полностью устраивала. Он также подписал соглашение о неразглашении тайны, которое только что нарушил, рассказав обо всем вам. Мы с Марком выражаем надежду, что теперь, когда вы узнали правду, вы воздержитесь от упоминания в передаче его имени.

— Как вы можете такое требовать? Пусть вы обелили свое имя, зато теперь Эндрю стал главным подозреваемым.

Марк побледнел и посмотрел на Алекса.

— Эндрю? Нет! Неужели вы думаете, что он…

— Вы только что сказали мне, что он воровал деньги из благотворительного фонда собственной семьи. Хантер был в курсе недостач. Эндрю же страшно боялся позора, если отец вдруг обнаружит правду.

«К тому же у Эндрю на момент убийства отсутствовало алиби», — добавила про себя Лори.

— Но ведь это безумие! Эндрю любил брата. И когда отец узнал о делишках младшего сына, то не стал ни в чем его обвинять. Вместо этого он пригрозил мне, пообещав испортить мою карьеру, если я не возьму вину на себя. Поймите, мне больше нет причин выгораживать Эндрю Рейли. Он и без того законченный неудачник. Да, он сломал мне жизнь. Или, по крайней мере, я так считал, пока снова не встал на ноги. Но он не убивал Хантера. Если честно, Эндрю скорее убил бы собственного отца, чем позволил упасть хотя бы волоску с головы старшего брата.

Лори тотчас мысленно представила себе Эндрю в загородном доме, когда тот вспоминал своего идеального старшего брата. Да, в иные моменты в его голосе звучала обида, особенно после нескольких стаканов виски, но в целом она верила: Эндрю любил Хантера.

— Ну хорошо. Спасибо, что пришли сегодня сюда, Марк. Позвоните мне, если вдруг измените свое отношение к участию в передаче.

— Этого не будет, даже не надейтесь. Могу я рассчитывать на то, что мое имя в ней не прозвучит? Я обыкновенный человек, который пытается жить своей жизнью.

— Не могу вам ничего обещать.

Попросив Марка подождать в коридоре, Алекс остался, чтобы завершить разговор с Лори.

— До этого не должно было доходить, — тихо сказал он.

— Ты хочешь сказать, что не должен был делать для генерала грязную работу, да еще за закрытыми дверями?

— Я помог порядочному человеку, Лори. А вот теперь он ляжет спать, в ужасе думая о том, что вся эта грязная история повторится снова, что его мир опять полетит к чертовой матери, а все потому, что ты отказываешься внять моему совету. Если кого-то из нас с тобой и нужно судить, то только не меня.

Глава 52

Как только Алекс и Марк Темплтон ушли, Лори позвонила Райану и попросила его и Джерри вернуться к ней в кабинет.

— День был долгий, — сказала она, когда те вошли. — Думаю, нам пора закругляться.

— Не подумайте, что я пытаюсь командовать, — сказал Райан, — но не следует ли нам поговорить о том, зачем приходил сюда Марк Темплтон?

Разумеется, следует. Но и Алекс тоже по-своему прав. На данный момент у них больше не было оснований подозревать Марка Темплтона в убийстве своего друга Хантера. Лишь потому, что она пригрозила выставить его в передаче в сомнительном свете, Темплтон решился нарушить договор о неразглашении, заключенный с семейством Рейли. Лори прекрасно понимала: генерал был готов задействовать все имеющиеся у него рычаги, лишь бы защитить от позора семейную честь. И чем меньше людей будут посвящены в этот секрет, тем лучше.

— Я не могу говорить об этом прямо сейчас.

— Как это понимать? С каких это пор вы не можете? — не унимался Райан. — Завтра у нас последний день съемок. Как только мы снимем Кейси и ее семью, можно сказать, что все готово.

Джерри в нетерпеливом жесте вскинул руку.

— Если Лори говорит, что не может, значит, она и вправду не может. Так у нас тут заведено. Мы доверяем друг другу.

Для Лори его слова были сродни удару под дых. Джерри только что продемонстрировал ту степень веры, какой у нее самой ни разу не нашлось для Алекса, когда тот буквально умолял ее об этом.

— Давайте по домам. Завтра будет видно.

Глава 53

Хотя Лори и отправила Райана с Джерри отдыхать, сама она уходить домой не спешила. Спустя час журналистка все еще внимательно изучала документы в коробках, которые забрала у адвоката Кейси, Дженис Марвуд. Пока что она делала это лишь для того, чтобы чем-то себя занять. Однако Лори знала: стоит ей оказаться дома, одной в своей комнате, как до нее тотчас дойдет весь смысл их с Алексом разговора.

Все эти месяцы Лори пыталась найти для него в своем сердце уголок, в надежде, что когда она будет готова, Алекс все еще будет там. И вот теперь, похоже, он ушел из ее жизни. Возможно, она упустила свой шанс на их совместное будущее — и все из-за этой передачи!

«Нет, не может быть, что все это было впустую, — сказала она себе, быстро перелистывая страницы. — Должно же быть что-то такое, что приведет меня к правде». Вытаскивая из коробок все новые и новые документы, Лори внезапно сделала для себя открытие: папки Дженис Марвуд содержали гораздо больше материалов, чем те, что дала ей Кейси. Та не знала точно, была ли Марвуд знакома с негативными интернет-комментариями в ее адрес, но, судя по документам, все же была. Более того, к одной из папок был приклеен ярлык «RIP_Hunter». Открыв ее, Лори обнаружила многочисленные распечатки тех самых комментариев, которые она уже нашла самостоятельно. Имелись здесь также копии писем Марвуд, которые рассылала на различные веб-сайты, пытаясь — увы, тщетно — установить личность автора этих постов.

Еще один блокнот был озаглавлен «Досудебные действия». Из его содержания было ясно, что адвокатша пыталась опротестовать многие из улик, которые обвинение выдвинуло против Кейси. Кстати, в ряде случаев — успешно. Она не только добилась того, что «характеристика» Кейси, сделанная Джейсоном Гарднером, не рассматривалась в качестве доказательства, но и не позволила одной бывшей знакомой Кейси по колледжу дать показания на тот счет, что Кейси якобы однажды заявила, что для женщины самый простой путь пробиться к власти — это удачно выйти замуж. Она также дала отвод показаниям одной коллеги Кейси по «Сотбис», утверждавшей, что, дескать, та положила на Хантера глаз, как только тот пришел на аукцион. Нет, это не работа адвоката, якобы профукавшего процесс. Лори не давал покоя вопрос, почему Кейси не предоставила ей исчерпывающей информации о своей собственной защите.

Черт, ей срочно требуется чье-то независимое мнение. К собственному удивлению Лори, внутренний голос подсказал ей набрать номер Райана. Она удивилась еще больше, когда он ответил.

— Вы все еще на работе? — уточнила Лори.

— Да. На моем прежнем месте было не принято уходить раньше босса.

На нее произвело впечатление, с какой скоростью Райан поглощал и переваривал протоколы слушаний. Это было все равно что наблюдать за колдовством шеф-повара на кухне.

Ознакомившись с записями по досудебным действиям, он поднял глаза.

— Это не похоже на действия адвоката, решившего спустить защиту на тормозах.

— Мне ее оценили на три с минусом, — сказала Лори.

— Три недели назад я бы сказал то же самое. Она не стала выгораживать Кейси, хотя у той не было предыдущих судимостей. А ведь ей ничто не мешало представить свою подзащитную в самом выгодном свете. А под занавес процесса она вообще сменила тактику обороны. Вместо версии «она это не делала» заявила о непредумышленном убийстве. Но теперь, когда я вижу всю работу, которую она проделала, я бы поставил ей четверку с плюсом, а может, даже пять с минусом.

— Тогда почему она не подала протест, когда один из присяжных доложил судье, что видел негативные комментарии в адрес Кейси, подписанные ником RIP_Hunter? Что, если сначала она искренне пыталась помочь Кейси, а потом на нее каким-то образом надавил генерал Рейли?

— Не знаю, — ответил Райан, доставая очередную пачку бумаг. — Генерал Рейли, содействующий бывшему бойфренду Кейси опубликовать книгу, — это одно. Но подкупить адвоката?.. С трудом представляю, чтобы уважающий себя адвокат пошел на такой риск. Конечно, исключать такое нельзя, но…

Он не договорил и перевернул назад только что прочитанную страницу.

— Одну секундочку. Кажется, у нас проблема. К одному из требований по отводу свидетелей есть приложение. Взгляните.

Страница, которую он протянул ей, представляла собой перечень улик, сделанный полицейскими сразу после обыска в загородном доме Хантера. Лори хватило одного быстрого взгляда, чтобы понять всю важность того, что она держала в руках.

— Этого списка не было в документах, которые мне предоставила Кейси, — сказала она. — Я должна сделать пару звонков, чтобы подтвердить наши подозрения.

Через пятнадцать минут они знали, почему Дженис Марвуд отказалась разговаривать с Лори. Как и Алекс, она — спустя пятнадцать лет после суда над Кейси — была связана профессиональным долгом перед своей клиенткой. Она отказалась отвечать на вопросы, так как знала, что ее подзащитная виновна.

— Так вот почему она не стала подавать апелляцию, — сказала Лори. — Она поняла, что Хантера убила Кейси. Если бы состоялся новый процесс с другим составом присяжных, был слишком велик риск того, что всплывут новые улики, свидетельствующие о виновности ее подзащитной. Марвуд потребовала так много отводов свидетелям, готовым дать показания о вспыльчивом характере Кейси, что в конце концов сочла разумным согласиться с формулировкой о непредумышленном убийстве.

Впервые с минуты их знакомства Райан проявил искренний энтузиазм.

— Отлично. Теперь у нас есть план. К завтрашнему интервью я сделаю копию. Кейси даже не узнает, откуда ее ждет удар.

Глава 54

На следующее утро Кейси смотрела на копию этого самого документа. Она сжимала уголки страницы с такой силой, что Лори видела, как у нее побелели костяшки пальцев.

Съемки проходили в студии. Вполне понятно, что семейство Рейли наотрез отказалось впустить Кейси в их загородный дом. Отказом ответили «Чиприани», аукцион «Сотбис» и даже колледж, который она когда-то окончила. Теперь это была женщина без корней.

Сегодня эти отказы были на руку Лори. Ей не хотелось, чтобы Кейси, образно выражаясь, играла на своем поле. Более того, Лори отменила утренние интервью с Анжелой и Полой. Она попросила Кейси приехать в студию одной, мотивировав это тем, что, дескать, мать и кузина не одобряют ее решение участвовать в передаче.

И вот теперь, когда интервью шло полным ходом, Кейси пыталась сохранять самообладание. Увы, листок уже начинал дрожать в ее руках. В конце концов она выронила его, как будто он жег ей пальцы.

— Насколько я понимаю, это какой-то полицейский отчет, — сказала она наконец, отвечая на вопрос Райан.

— Вы видели его раньше? Этого отчета не было среди многочисленных документов, которые вы предоставили студии, когда мы согласились расследовать ваше дело.

— Не могу точно сказать. Я не юрист, мистер Николс.

— Нет. Но у вас было пятнадцать лет, чтобы собрать материалы в свою защиту. Вы задались целью доказать, что вас осудили за преступление, которого вы не совершали. Более того, посвятили этому все свое время, пока находились в тюрьме.

— Я отдала вам все, что у меня было. Возможно, мой адвокат вручила мне не все документы. Или же я сама сузила фокус моих изысканий, чтобы сосредоточиться лишь на самых главных вещах…

Лори ей не поверила. Накануне вечером они с Райаном сравнили полученные от Марвуд документы с теми, которые вручила им Кейси. Было ясно, что последняя кое-что удалила, дабы создать впечатление, что Дженис Марвуд недостаточно твердо отстаивала ее интересы. Она также вытащила страницу с перечнем улик.

Райан поднял листок и снова вручил его Кейси.

— Будьте добры, прочтите вторую строчку сверху.

— Тут написано «мусорный контейнер».

— А ниже перечисляется все, что было в нем найдено. Я прав? Прошу вас, прочтите шестую строчку из этого списка.

Кейси открыла было рот, чтобы ответить, но тотчас осеклась и сделала вид, что пересчитывает строчки, как будто не знает, какую именно она должна зачитать вслух.

— Вы имеете в виду вот эту? Где написано «пластиковый мусорный пакет с осколками битого стекла»?

Да, с осколками, в которые превратилась разбитая рамка от фото.

Первым делом Лори вчера вечером позвонила домоправительнице Хантера, Элейн Дженсон, и спросила, помнит ли та, что во время уборки загородного дома подбирала осколки битого стекла? Этого Дженсен не помнила. В тех редких случаях, когда во время уборки ей случалось что-то разбить, она никогда не выбрасывала осколки, на тот случай если владелец захочет починить разбитую вещь или заменить какую-то ее часть. Кроме того, она зорко следила за сортировкой мусора. По ее словам, мусорный пакет с битым стеклом вынес либо сам Хантер, либо Кейси.

Второй звонок был лейтенанту Макинтошу из полицейского управления Коннектикута. Услышав про мусорный пакет, он усмехнулся.

— Ну что, похоже, до вас дошло?

— Вы о нем знали?

— Да, после того, как вы спросили меня про пропавшую фотографию. Когда мы нашли в мусоре этот пакет, то подумали, что это что-то такое, что разбилось во время драки или борьбы. Однако обвинение заявило, что для суда это прозвучит слишком неубедительно. Когда же вы пришли ко мне и заявили, что из дома пропало любимое фото Хантера в стеклянной рамке, я был готов поспорить, что это его осколки мы нашли тогда в мусоре. Разбить любимую вещь Хантера мог лишь тот, кто в те минуты был в припадке гнева.

— Почему вы не сказали об этом, когда я спросила вас о пропавшем фото?

— Я планировал, как только ваша передача выйдет в эфир, использовать этот факт для того, чтобы проткнуть им колеса этой Кейси. Это был бы мой козырь. Это все, что я мог тогда вам сказать, помимо того, что мы были правы: она и есть убийца. Но я вам тогда намекнул, из уважения к вашему отцу. Помните, я сказал, что, возможно, рамка разбилась. А теперь вы сами все знаете.

— Скажите, содержимое того пакета до сих пор у вас? Мы можем доказать, что в нем действительно были осколки той самой рамки?

— Нет, в наши дни мы храним лишь важные вещи, вроде улик с ДНК. Но пакет с битым стеклом, который даже не фигурировал на суде в качестве улики… Нет конечно! Мы думали, что это ваза или что-то в этом роде, и даже не пытались сложить осколки вместе. Не сочли нужным.

И вот теперь это стало главной уликой…

Лори вспомнила реакцию Грейс, когда та впервые услышала о пропаже фото: «По всей видимости, она швырнула этой рамкой в него, когда они ссорились, потом подмела осколки, фото закопала в лесу и лишь потом позвонила в полицию».

Райан пришел к такому же выводу: «Откуда нам знать? Вдруг эта рамка разбилась во время ссоры, а Кейси, прежде чем вызывать полицию, смела осколки в мусорное ведро?»

Так вот почему Кейси позвонила ей пару дней назад и пыталась убедить ее не упоминать в передаче пропавшую фотографию! Она боялась, что полиция тотчас расставит все точки над «i».

Раньше, когда Лори смотрела Кейси в глаза, она была уверена, что та невиновна. Неужели она ошибалась?

Райан предсказывал, что как только они вручат ей перечень улик, Кейси пулей вылетит из студии. Она же не пошевелилась даже тогда, когда Райан продолжил терзать ее.

— Это правда, что в мешке были осколки той самой фоторамки, которую вы сами разбили, выясняя отношения с Хантером? Хотя это фото так много для него значило! Или же рамка разбилась, когда вы вбежали вслед за ним в спальню и выпустили в него пули?

— Нет, в мешке не осколки рамки!

— Кстати, разве не вы лично пару дней назад звонили продюсеру передачи и просили ее не упоминать про это фото в стеклянной рамке?

— Да, но совершенно по иным причинам. Такова была стратегия. Вы же всё выворачиваете наизнанку!

Последние слова Кейси едва ли не выкрикнула — и для пущей убедительности стукнула кулаком по столу. Лори невольно вздрогнула. В отличие от нее, Райан остался спокоен, как танк.

— Давайте не будем все усложнять, Кейси. Это был ваш последний день с Хантером. Вы наверняка прокрутили его в голове миллион раз. Просто скажите нам, что разбилось в тот день? Что это были за осколки в пакете, которые полиция нашла в мусорном баке в сарае?

— Это была ваза.

— А как она разбилась?

— Бывает, что вещи бьются.

— Позвольте мне быть с вами честным, Кейси. Будь вы моим клиентом, если б вы дали мне точно такой же ответ, я не стал бы вас защищать, потому что любой присяжный тотчас понял бы, что вы лжете. Вы помните больше, чем готовы в том признаться.

— Ну хорошо, я ее разбила. Я увидела в колонке «Трёпа» фото Хантера вместе с Габриэль Лосон и жутко разозлилась. Я швырнула газету на стол и случайно задела вазу. Мне тотчас стало стыдно. Я подобрала осколки и вынесла пакет в мусорный бак, в надежде на то, что Хантер ничего не заметит.

— Почему же вам стало стыдно?

— Потому что, как ни пыталась, я не могла удержать в узде мою ревность. Не могу поверить, что усомнилась в его верности, пусть даже всего на одно мгновенье.

— Это ведь был не единственный приступ вашей ревности? Нам рассказывали, будто вы не раз открыто заявляли, что, по вашему мнению, Хантер слишком галантен с другими женщинами.

— Порой было нелегко находиться рядом с мужчиной, которого все так любили. Хантер был героем, а его семья — особами королевской крови. По сравнению с ними я была простолюдинкой, которой каким-то образом удалось затесаться в их общество. Дело усугублялось тем, что до меня серьезным увлечением Хантера была девушка из «хорошей семьи» — то есть полная мне противоположность. Когда я видела, как он позирует перед объективом рядом с такими женщинами, дело было не только в ревности. Тем самым он задевал мои чувства, делал мне больно. Но для Хантера это была естественная часть привычного ему образа жизни.

— А для вас?

— Вопросом уважения.

Лори почувствовала на себе взгляды Грейс и Джерри. Им явно не терпелось высказаться по поводу того, что происходило перед их глазами. До сегодняшнего дня Кейси описывала свои отношения с Хантером как волшебную сказку. Сейчас же они увидели изнанку красивой истории.

Лори слегка покачала головой, давая понять ассистентам, чтобы те сохраняли нейтралитет.

— Хантер вас не уважал? — сочувственно спросил Райан, без намека на издевку в голосе. Его самообладанию можно было только позавидовать.

— Да, но он не понимал. Он был этаким наследным принцем в богатой, знаменитой семье. Его никто никогда ни за что не судил. Он даже не представлял, каково быть обыкновенным человеком вроде меня. Каково чувствовать на себе оценивающие взгляды всех этих женщин, недоумевающих, как так получилось, что он выбрал именно меня.

— Похоже, эта тема часто фигурировала в ваших разговорах. Осмелюсь спросить, как часто вы по этому поводу ссорились?

— Довольно часто, но не так, как это было преподнесено в зале суда. Такие споры могут быть у любой нормальной пары. Он учился меньше заигрывать с женщинами, я училась меньше ревновать. Училась ему доверять. Именно поэтому я так расстроилась по поводу фото, где Хантер был запечатлен вместе с Габриэль.

— Тогда почему вы не рассказали нам об этом? — спросил Райан. — Почему изъяли из документов листок с перечнем улик? Почему представили дело так, будто ваш адвокат практически ничего не сделала для вашей защиты?

— Не хотела, чтобы вы подумали, что я виновна.

Последовавшее за этим молчание говорило само за себя. Кейси умоляюще смотрела в глаза Райану, ожидая, что он скажет, но, не дождавшись, посмотрела мимо камеры на Лори.

— Надеюсь, вы до сих пор мне верите?

Похоже, Кейси прочла на лице Лори ответ на свой вопрос, потому что тотчас дала волю слезам.

— Извините, — рыдала она. — Извините.

* * *

Не успели двери лифта закрыться, как все издали дружный вздох облегчения. Они услышали все, что хотели, и даже больше.

— Я так и знала, что это она! — заявила Грейс, вскинув в ликующем жесте кулак.

— Такой эффектной сцены в нашем эфире еще не было, — произнес Джерри. — Как жаль, что она уже отсидела свой срок… Представляете, если б вслед за ее признанием в студию ворвалась полиция и выволокла ее за дверь!

Райан дождался, когда Джерри и Грейс разойдутся по своим кабинетам, и лишь потом вынес свой собственный вердикт.

— Будь на моем месте кто-то другой, — сухо произнес он, наклонившись к Лори, — он наверняка сказал бы: «А что я вам говорил?».

— Ценю вашу скромность, — отозвалась Лори. — И как хорошо, что мне хватает мужества признать свою ошибку… Вы были правы, Райан. Кейси виновна.

Оставшись одна, Лори позвонила Алексу. Прослушав его исходящее голосовое сообщение, она поняла, что соскучилась по его голосу.

— Алекс, это Лори. Мы можем поговорить? И передай Марку Темплтону, что мы больше не будем ему докучать. Извини, что вчера все так получилось… — Она отчаянно подыскивала правильные слова. — Давай поговорим. Позвони мне, как только у тебя появится свободная минутка.

Остаток дня Лори провела, глядя на дисплей телефона в ожидании его звонка.

Глава 55

Пола Картер лежала на гостиничной кровати, от нечего делать переключая телеканалы. Рядом с ней, за письменным столом, ее племянница Анжела что-то яростно печатала на своем ноутбуке.

— Анжела, ты зря сняла для нас гостиничный номер. Хотя, конечно, я ценю твою заботу.

— Ерунда! Вряд ли Кейси сразу после съемок заторопилась бы на поезд. К тому же у нашей фирмы здесь корпоративный тариф.

— Я была так рада, когда Лори позвонила вчера вечером, чтобы сказать, что мы с тобой ей не нужны… Мне понятно, почему Кейси решила пойти туда одна. Но почему она так и не позвонила нам? По идее, она давно должна была это сделать. Завидую твоему умению сосредоточиться…

— У меня нет выбора, — ответила Анжела, продолжая печатать. — В эти выходные состоится наш осенний показ. Я делаю что могу, даже из дома, но нам с Шарлоттой нужно съездить на тот склад, проверить, как там идут дела с оформлением этажей.

Пола выключила телевизор.

— Анжела, я много раз говорила тебе и повторю еще раз, как я горжусь тобой. И как гордилась бы тобой Робин. Как приятно видеть, что ты состоялась как профессионал в своем деле. Подумать только, ты начинала простой моделью, а теперь процветающая бизнесвумен…

— Простой моделью? — спросила Анжела, отрывая глаза от компьютерного экрана. — Да тогда я работала в сто раз больше и упорнее, чем сейчас!

— Я не это имела в виду. Ты всегда была такая красивая… Ты и сейчас хороша. Но это никогда не было твоим единственным достоинством. Красота увядает, а талант остается. Буду честной: когда вы с Кейси были маленькими, я невольно сравнивала вас между собой. Робин всегда твердила, какая ты хорошенькая. Извини, что я это говорю, но в такие моменты я думала: «Погодите, в конечном итоге моя Кейси ее перегонит». Знаю, сейчас это звучит некрасиво, но сестры всегда конкурируют между собой, даже когда речь идет о следующем поколении. Мне и в голову не могло прийти, что ты будешь работать в крупной фирме, в то время как Кейси…

Закончить свою мысль она не смогла.

Анжела закрыла ноутбук, села на кровать рядом с Полой и обняла ее.

— Спасибо тебе, тетя Пола. Мне приятно слышать, что ты гордишься мной. Но я уверена, Кейси так или иначе найдет применение своим талантам. — На глаза Анжелы навернулись слезы; она смахнула их и рассмеялась, пытаясь поднять им обеим настроение. — А теперь сердиться буду я. Кейси давно пора нам позвонить.

Пола потянулась было за телефоном, когда раздался писк электронного замка, и в номер вошла Кейси. Глаза ее были красны, косметика на лице размазана.

— О господи! Что-то не так? — ахнула Анжела.

— Всё! — выкрикнула Кейси. — Всё не так! Они устроили мне подставу. Подруга Шарлотты, Лори, притворилась, будто верит мне, а потом спустила на меня этого своего адвоката. Он же исказил все факты. Предупреди они меня заранее, я бы постаралась найти ответы получше. Я бы объяснила им все.

Пола тотчас пожалела о том, что так и не сумела отговорить Кейси от участия в передаче.

— Может, все не так уж и плохо? — пролепетала она.

— Нет, мама, все плохо. А под конец и вообще ужасно. Я хотела обелить свое имя, а в результате выгляжу еще более виновной, чем раньше. Я сразу поняла, что они мне не поверят. Да, мы с Хантером ссорились, но это нормально в отношениях любой пары. Мы всегда находили общий язык. Мне не следовало ничего замалчивать, но очень хотелось, чтобы она заняла мою сторону.

Пола посмотрела на Анжелу — интересно, что та скажет, — но племянница, похоже, пребывала в такой же растерянности, что и она.

— Дорогая, боюсь, я плохо тебя понимаю.

— Когда я дала Лори материалы дела, я кое-что вытащила оттуда. Даже не кое-что, а очень многое. Какая же я дура… Мне следовало догадаться, что они все равно все узнают.

— Что именно ты вынула из папки? — нервно спросила Анжела.

— Я сделала так, чтобы мой адвокат предстала в гораздо худшем свете, чем на самом деле. Но сильнее всего меня подвела страница с перечнем улик, в котором был указан пакет с битым стеклом, найденный в мусорном баке.

— Неужели это было так важно? — фыркнула Пола.

— Они подумали, что это осколки той самой рамки от фото, что пропало с прикроватной тумбочки. По их мнению, это я разбила ее во время ссоры с Хантером и по этой причине вынула из дела соответствующую страницу.

— И они правы? — Пола задала этот вопрос прежде, чем осознала, что делает.

Глаза ее дочери наполнились болью.

— Разумеется, нет. Это была лишь разбитая ваза. Я вынула тот лист, чтобы Лори не подумала, что это осколки той рамки.

— Но ведь это все их домыслы, — сказала Анжела. — Не вижу проблемы.

В ее голосе слышались нотки раздражения, чего раньше за ней не водилось. Однако Пола списала это на спешку — племянница торопилась на работу.

— Проблема в том, что эту вазу разбила я. После того как увидела в газете фотографию Хантера вместе с Габриэль. Во мне заговорила ревность.

Полу наполнило дурное предчувствие.

— И ты сказала им об этом, прямо в камеру? Но ведь это была главная теория обвинения по поводу твоего мотива! — Она закрыла лицо руками. — О боже, Кейси!..

— Знаю, мама. Пожалуйста, не начинай. Пропавшая рамка с фото была единственной уликой в мою пользу, доказательством, что, кроме меня, в доме был кто-то еще. И вот теперь моя попытка умолчать про разбитую вазу обернулась против меня. Не говоря уже о том, что я якобы пыталась манипулировать ими, когда предлагала не упоминать эту рамку в нашей передаче… Тогда я не видела никакой связи между пропажей фото и мешком с осколками стекла. И вот теперь все поверят в мою виновность…

Слушая Кейси, Пола задалась вопросом, будет ли когда-нибудь дочь честна с ней — да и с собой тоже — в том, что она совершила той ужасной ночью? Но что бы Кейси ни совершила, Пола будет и дальше любить ее, свою дочь, и делать все для того, чтобы оградить ее от новых душевных травм. Кейси всегда говорила, что Хантер любит ее безоговорочно, но, похоже, не замечала, что то же самое можно сказать и о ее родителях.

Поскольку Пола всегда была готова грудью встать на защиту дочери, она велела Кейси, чтобы та пошла в ванную и привела себя в порядок. Как только дочь ушла, Пола начала надевать жакет.

— Тетя, ты куда? — удивилась Анжела.

— Поговорить с Лори Моран как мать с матерью. Нельзя допустить, чтобы эта передача вышла в эфир. Пусть Кейси живет тихо и спокойно.

Глава 56

Из кабинета Бретта Лори вышла окрыленной.

— Ну что, босс доволен? — спросила секретарша Дана, когда Лори проходила мимо ее стола.

— А с ним такое бывает? Впрочем, да, — по сравнению с его обычным настроением он просто цветет от счастья.

Когда они брались за новый выпуск, их самой главной надеждой было откопать новые факты и, сложив их, словно разрезную картинку, пролить свет на сомнительный случай. То, что кто-то признается перед камерой, — о таком можно было только мечтать. Нет, конечно, Кейси прямо не призналась в убийстве Хантера, но она не стала скрывать, что ревновала его к Габриэль Лосон, а также солгала Лори и ее команде, чтобы те поверили в ее невиновность. Ее заключительные рыдания — «простите меня» — были исполнены сожаления.

Всего нескольких кадров того момента будет достаточно, чтобы убедить зрителей в ее виновности. Неудивительно, что собственный адвокат советовала ей отказаться от этой затеи.

Как и следовало ожидать, Бретт стал требовать от Лори точной даты выхода передачи в эфир. На что та ответила, что хотела бы найти еще пару человек, знавших Кейси в прошлом, однако пообещала, что монтаж передачи будет закончен в самое ближайшее время.

Она думала о том, у кого еще можно взять интервью, когда услышала в коридоре разговор на повышенных тонах, причем доносился он со стороны ее кабинета. Завернув за угол, Лори увидела Грейс. Стоя на высоченных шпильках, та пыталась успокоить взвинченную Полу Картер.

— Даже если мне придется для этого истратить последние деньги, — услышала Лори, — я найму команду адвокатов, и ваша студия на долгие годы увязнет в судебном разбирательстве. Вы рушите наши жизни!

— Миссис Картер, может, нам лучше поговорить у меня в кабинете? — предложила Лори.

Она не стала перебивать Полу, и та проговорила несколько минут. Когда же мать Кейси сделала паузу, чтобы перевести дыхание, Лори протянула ей копию подписанного ее дочерью договора.

— Это ксерокопия — на тот случай, если вы решите его порвать. Здесь все написано ясным языком. Кейси дает согласие на откровенное интервью без запретных тем, а также на выпуск передачи в эфир. Она не имеет права редактировать материал или иным образом мешать или препятствовать нам. И помните, ваша дочь первой обратилась к нам с просьбой ей помочь. Я не навязывала себя вашей семье.