– Ну, естественно, видел, кретин, – раздраженно отреагировал Фатти. – Это только предлог, понимаешь? Вовсе не обязательно говорить, что она его потеряла, раз мы знаем, что это не так, но можно же просто сказать: «Мама как будто обронила»… и все такое.

– Здорово придумано, – произнес Ларри. – Это, пожалуй, единственный способ попасть в сад, чтобы Гун и Таппинг не могли выгнать нас. Давай, Пип, прыгай. Выясни, наконец, что там делается. Ну, поживей! Нам здорово повезло, что твоя мать ходила туда пить чай.

А Пип невольно медлил. С одной стороны, он рвался поскорее узнать, что происходит на соседнем участке, а с другой – очень боялся встретиться с мистером Таппингом или Гуном. Наконец, он все-таки спрыгнул вниз, помахал остальным и нырнул в кусты.

Однако Луки он нигде не нашел. Тот как сквозь землю провалился. Пип добрался до кошачьего домика, но и там никого не было. Он заглянул вовнутрь клетки, где вместе со всеми должна была сидеть Черная Королева. Кошки уставились на него и замяукали. Пип пошел дальше по тропинке, обогнул теплицы и притаился в кустах. Поблизости послышались голоса.

Он выглянул из листвы и увидел на лужайке группу людей, большинство из которых он знал.

«Это, должно быть, леди Кэндлинг, – подумал Пип. – Там – мисс Тримбл. Она, кажется, очень расстроена. Ну и, конечно, мистер Таппинг – этот выглядит довольным и важным. Тут и Пошлипрочь, наш местный бобби. А вот и Луки. Бедняга».

Несчастный Луки стоял в центре, абсолютно сбитый с толку и смертельно испуганный. Напротив него с черным блокнотом в руках стоял полицейский, и Луки, запинаясь и заикаясь, отвечал на вопросы, которые мистер Гун выкрикивал ему прямо в лицо.

На заднем плане находилась прислуга: очевидно, повар и горничная, оба выглядели взволнованными. Они перешептывались и подталкивали друг друга локтями.

Пип подкрался ближе. Теперь ему были слышны вопросы, которыми Гун будто стрелял в мальчика.

– Что ты делал весь день?

– Я-я был… я выкапывал старый горох на главной грядке, – бормотал Луки.

– Это та грядка, что рядом с домом для кошек? – продолжал мистер Гун.

– Д-д-да, сэр, – с трудом выдавливал звуки мальчик.

– Значит, ты был возле кошек весь день, – заявил полицейский. – Кто-нибудь подходил к ним близко?

– М-м-мисс Трембл подходила около ч-ч-четырех часов с какой-то другой леди, – проговорил Луки, нервно приглаживая свои непослушные волосы. – Они постояли несколько минут и ушли.

– А что ты делал с четырех до пяти? – спросил мистер Гун угрожающе.

Казалось, Луки сейчас упадет.

– Н-н-ничего, сэр, только к-к-к-опал, к-к-опал рядом с кошками. И никого не было там, ни души, пока вы и мистер Таппинг не пришли к кошачьему домику.

– И не обнаружили, что Черной Королевы нет! – вступил садовник. – Ну что ж, мистер Гун, все яснее ясного, кто как не он взял кошку и передал ее кому-нибудь из своих дружков, да еще за какую-нибудь мелочовку. Паршивый парень, и всегда был таким, как я взял его.

– И вовсе я не паршивый, мистер Таппинг, – набрался вдруг смелости Луки. – Я никогда не возьму, чего не положено. Я работаю на вас изо всех сил! И терплю от вас всякое, чего вовсе не обязан терпеть. Вы знаете, я никогда бы не взял никакой кошки просто из-за страха, если бы даже хотел.

– Ну, хватит, хватит, – сказал мистер Гун сердито. – Разве можно так разговаривать с мистером Таппингом. Выпороть бы тебя как следует.

– Хм, я думаю, он получит-таки порку, – зловеще произнес Таппинг. – Я все скажу его отчиму. Он-то знает, чего, стоит этот паршивец.

– А я думаю, – произнесла леди Кэндлинг тихим, но твердым голосом, – нет никакой необходимости говорить с отчимом мальчика, пока не выяснятся все обстоятельства этого странного происшествия.

Слова леди Кэндлинг явно охладили пыл Таппинга. Он так увлекся и так распалился, что почти забыл о ее присутствии. Луки повернулся к своей хозяйке.

– Пож-жалуйста, мэм, – начал он умолять ее, – пожалуйста, прошу вас, не верьте всему, что говорят обо мне. Я не брал Черной Королевы. Я не знаю, где она. Я никогда ничего не брал из вашего сада, чего не положено.

– Это вранье, – торжествующе воскликнул Таппинг. – А как же эти, как их, клубничные кусты?

К ужасу Пипа, испуганный и загнанный в угол Луки не выдержал и разразился громкими рыданиями, которые проста сотрясали его большое тело. Он закрыл лицо руками, стараясь спрятать слезы.

– Отпустите его, – сказала леди Кэндлинг тихим голосом. – Вы достаточно его допрашивали. В конце концов он всего лишь пятнадцатилетний мальчик. Теперь я прошу вас уйти, мистер Гун, а ты, Луки, возвращайся домой.

Все это не очень понравилось мистеру Гуну. Он был недоволен тем, что с Луки нельзя спросить как со взрослого и придется отпустить малого домой. Ему не нравилось и то, как леди Кэндлинг выпроводила его. Он громко прочистил горло, с пренебрежением взглянул на нее и с вызовом захлопнул блокнот.

– Мне придется поговорить с твоим отчимом, – важным тоном сказал он Луки, который при этих словах побелел, как мел. Он очень боялся отчима.

– Я пойду с вами, – засуетился мистер Таппинг, – может статься, мы узнаем что-нибудь о дружках этого мальчишки. Он наверняка отдал Черную Королеву одному из них.

И вот в сопровождении мистера Гуна и мистера Таппинга бедный Луки побрел домой, время от времени громко всхлипывая. Как Пип ненавидел эту парочку! Как жалел Луки! Ну что он может против таких типов! У него практически нет никакого шанса.

Пип не подозревал, что Луки поведут как раз мимо того места, где он прятался, и не успел укрыться. Таппинг заметил лицо мальчика из-за куста рододендрона, остановился и ловко юркнул в заросли. Ему не составило труда сграбастать Пипа и извлечь его на свет Божий.

– Что ты здесь делаешь? – зарычал он. – Это один из тех, ну, соседских, мистер Гун, – сказал Таппинг удивленному полицейскому. – Вечно шарят здесь повсюду. Отправлю его к ее светлости, пусть разберется с ним как положено.

Луки разинул рот, увидев, как садовник вытаскивает из кустов Пипа, а леди Кэндлинг, услышав шум, вернулась на лужайку посмотреть, что случилось на этот раз.

– Отпустите же меня, – со злостью сказал Пип. – Вы, отвратительный тип, пустите, я сказал. Мне больно.

Таппинг вывернул руку мальчика специально, и Пип знал это. Но он никак не мог освободиться. Вскоре перед ними появилась леди Кэндлинг, чрезвычайно удивленная.

– Вот, поймал этого, в кустах, – сказал Таппинг. – Все время вылавливаю этих детей. Они как бы вроде дружки Луки. До добра это не доведет.

– Что ты делаешь в моем саду? – спросила леди Кэндлинг довольно сурово.





– Моя мама недавно была у вас, леди Кэндлинг, в гостях, – начал Пип самым вежливым тоном, на какой только был способен, – Не попадался ли вам случайно ее платок, который она неосторожно обронила?

– Боже мой! Ты – сын миссис Хилтон? Филипп? – воскликнула леди Кэндлинг, улыбаясь, – Она мне рассказывала о тебе и о твоей сестренке, кажется, Бетси ее зовут?

– Да, леди Кэндлинг, – отвечал Пип, стараясь в ответ сладко улыбаться, – она славная девчушка, я могу как-нибудь привести ее, если можно.

– Ну, конечно, – сказала леди Кэндлинг. – Таппинг, это недоразумение. Сей мальчик пришел поискать носовой платок своей матери, миссис Хилтон, она была у меня сегодня на чае.

Пип принялся усердно растирать руку, изображая на лице глубочайшее страдание.

Таппинг сделал тебе больно? – спросила леди Кэндлинг. – Я очень сожалею. Таппинг, вы, кажется, были слишком грубы с ребенком.

Таппинг помрачнел. События развивались совсем не так, как он предполагал.

– Если платок миссис Хилтон найдется, мы непременно сообщим об этом, – сказала Пипу леди Кэндлинг. – И не забудь привести ко мне сестричку. Я очень люблю маленьких девочек.

– Таппинг нас выгонит, если мы придем, – сказал Пип.

– Он не сделает этого, – твердо ответила леди Кэндлинг. – Таппинг, дети вольны приходить сюда, когда захотят. Это мой приказ.

Лицо Таппинга вспыхнуло краской, казалось, он сейчас взорвется, однако перечить своей госпоже садовник не посмел. Резко повернувшись, он направился к мистеру Гуну и Луки, которые ждали поодаль.

Пип попрощался с леди Кэндлинг за руку, поблагодарил ее и последовал за Таппингом.

– Луки! – позвал он. – Луки! Не вешай носа! Друзья не оставят тебя в беде. Мы знаем, что это не ты сделал!

– А ну, убирайся подальше отсюда! – заорал мистер Гун, разозлясь на сей раз не на шутку. – Что за нахальство! Лезут тут повсюду и суют свой нос куда не просят. Прочь отсюда, я сказал.

Но Пип не последовал совету мистера Гуна убраться подальше. Держась на безопасном расстоянии, он скакал вприпрыжку вдоль тропинки, выкрикивая Луки слова поддержки, что страшно раздражало обоих провожатых. Он слышал, как мистер Гун сказал мистеру Таппингу, что попозже вечером вернется к кошачьему домику исследовать место преступления.

«Ого! – подумал Пип, – он собирается искать улики, чтобы обвинить Луки. Надо опередить его. Пойду расскажу ребятам».

Послав Луки победный клич, Пип бросился в сторону стены и вмиг перемахнул через нее – он торопился пересказать остальным все, что произошло, и все, что он слышал. События становились поистине захватывающими.

ВСЕ ОБ УЛИКАХ

– Ну что случилось, Пип? Тебя не было целую вечность! – набросился с вопросами Ларри, когда Пип рухнул на траву, где расположилась вся компания с Бастером посередине.

– Пошлипрочь с Таппингом вбили себе в головы, что это все проделки Луки, – сказал Пип.

– Просто глупо, – произнесла Бетси растерянно. – Мы же знаем абсолютно точно, что Луки не делал этого, а все выглядит так, как будто это он. Загадка какая-то. И где, интересно, Черная Королева?

– Эх, знать бы, где она, легче было бы выяснить, кто ее украл, – глубокомысленно заключил Ларри. – Я хочу сказать, что тот, у кого она сейчас, – явно дружок или приятель похитителя. Да-а, настоящая загадка.

– А что, если нам поискать улики? – сказала Бетси в надежде, что это как-то поможет оправдать Луки.

– О! Кстати, – сразу вспомнил Пип. – Пошлипрочь сказал, что вечером вернется обследовать место возле кошачьего домика. Думаю, он хочет найти какие-то улики против Луки.

– Отлично, предлагаю опередить его, – сказал Фатти и встал.

– Ну вот, опять лезть через стену, – недовольно произнес Ларри. – Опять будут неприятности.

– Не будут, – ответил Фатти. – Мы успеем, пока Таппинг и Пошлипрочь не вернутся. Они заняты сейчас ответственным и очень приятным для них делом – рассказывают несчастному отчиму о его нерадивом пасынке.

– О\'кей. Тогда пошли, – сказал Ларри. – Надеюсь, мы найдем что-нибудь, знать бы только что. Ну, двинули?

Бастера, как всегда, не взяли, правда, на этот раз его заперли в сарае у Пипа, чтобы он не смог выбежать с участка и появиться у леди Кэндлинг.

Все, включая Бетси, перелезли через стену. В саду, казалось, никого не было. Дети осторожно пробрались к кошачьему домику, где на полках возлежали великолепные животные и зыркали на ребят своими голубыми глазами.

– Ну теперь ищите улики, – скомандовал Ларри.

– Какие? – прошептала Бетси.

– Откуда я знаю, что-нибудь да найдем, – ответил Ларри. – Ищи на земле, ну и везде, конечно. Смотрите! Здесь, наверное, Луки работал после обеда. – Ларри показал на тачку, наполовину заполненную сорняками, лопату, воткнутую в землю, и куртку Луки, висевшую на дереве неподалеку.

– Он копал ту грядку, – глубокомысленно произнес Фатти. – Ближе к кошачьему дому просто нет другой. Он заметил бы любого, кто приближался к кошкам, так? Иначе и быть не могло. – Дети подошли и встали там, где работал мальчик. Отсюда просматривались все клетки, и было совершенно очевидно, что вытащить кошку и запереть дом незаметно от Луки не было никакой возможности.

И все же кошку стащили, и Луки клянется, что это не он. Так кто же и как это проделал?

– Давайте обойдем вокруг кошачьего домика и посмотрим, может быть, Черная Королева смогла сама удрать, – вдруг предположил Ларри.

– Хорошая мысль, – сказал Фатти. Они обошли и тщательно обследовали прочный, хорошо сколоченный деревянный дом, стоящий на высоких толстых деревянных ногах и напоминающий современный птичник.

– Ни малейшей возможности выскользнуть, – отметил Пип. – Ни единой дырочки, в которую пролезла бы даже мышь. Черную Королеву могли только украсть. Кто-то вытащил ее, это – факт.

– Эй, посмотрите, что это там? – Пип показал рукой на какой-то предмет, лежащий на полу клетки, в которой жили все кошки. Дети стали пристально вглядываться вовнутрь через проволочную сетку.

Наступило короткое молчание. Фатти поджал губы, поднял брови, потом почесал затылок.

– Вот это да! – промолвил он. – Я, пожалуй, знаю, что это такое. Это одна из свистулек, которые Луки вечно для кого-нибудь мастерил.

Да. Это была именно она. Свистулька лежала на полу клетки – самая прозаическая и самая убийственная улика! Как она могла туда попасть? Только одним путем – Луки, должно быть, входил к кошкам и обронил ее. Все почувствовали себя очень неуютно.

– Это не Луки, не он, не он, – запротестовала Бетси со слезами на глазах. – Мы все знаем, что это не он.

– Знать-то мы знаем, однако в клетке свистулька, которую мог выронить только Луки, – сказал Фатти. – Какая-то сверхзагадочная история, скажу я вам.

– Фатти, если мистер Гун найдет эту свистульку, он обязательно ухватится за нее, чтобы обвинить Луки в воровстве, – проговорила Бетси взволнованно. Фатти кивнул.

– Уж конечно. Это важнейшая и неопровержимая улика для такого типа, как он, который ничего не видит дальше своего носа.

– Но для тебя же она не такая невержи…, то есть непро… не-о-про-вержимая, – не успокаивалась Бетси. – Ты же не думаешь, что это Луки ее потерял.

– Знаете, что я вам скажу, – начал Фатти. – Я думаю, кто-то подбросил эту свистульку специально, чтобы навести подозрение на Луки, вот что я думаю.

– Ничего себе! Слушай, а, похоже, ты прав, – сказал Ларри. – Все становится еще более загадочным. Тогда чего это ради мы должны оставлять эту улику для Гуна. В конце концов мы абсолютно уверены, что это ложная улика, правда ведь?

– Верно, – подхватил Пип. – Голосую, мы забираем эту улику и сматываемся.

Вся пятерка уставилась на свистульку, лежавшую на полу клетки. Кошачий дом был, разумеется, заперт. Ключей, разумеется, не было. Как же извлечь свистульку наружу? Да и времени мало!

– Надо торопиться, – сказал Фатти в отчаянии. – Пошлипрочь может заявиться в любую минуту. Господи! Как же нам достать ее?

Никто не знал. Хоть бы она лежала поближе к сетке, можно было бы попробовать палкой или еще чем-нибудь. Но свистулька валялась у самой стенки.

Тут Фатти напряг одну из своих мозговых извилин. Он поднял маленький камешек и забросил его в клетку так, чтобы он подкатился к свистульке как можно ближе. Одна из кошек увидала нечто движущееся и спрыгнула поиграть.

Она протянула лапку и потрогала голыш, потом задела и сдвинула свистульку.

Дети следили за всем происходящим, затаив дыхание. Кошка вновь подтолкнула камешек и погналась за ним. Затем вернулась к свистульке и уставилась на нее, рассчитывая, наверно, что та зашевелится. Разочаровавшись, однако, в своих ожиданиях, она опять протянула лапку, потом ловко подхватила свистульку и стала как бы жонглировать ею. Наскочив на свистульку в очередной раз, кошка подбросила ее в воздух так, что игрушка приземлилась совсем близко от сетки.

– Отлично! Молодец! – воскликнул Фатти радостно. Он вытащил из кармана маленький моток проволоки – как полезно бывает носить с собой подобную всячину, – отмотал немного и сделал на конце небольшую петлю. Затем просунул проволоку через дырку в сетке.

Все с нетерпением наблюдали за его действиями. Когда проволока коснулась свистульки, Фатти начал терпеливо насаживать на нее петлю. Кошка, которая играла со свистулькой, следила за всем происходящим с неменьшим интересом. Она неожиданно протянула свою игривую лапку, ухватилась за проволоку и нацепила петлю точно на свистульку.

– Спасибо, киска, – с благодарностью и облегчением произнес Фатти, потянул свистульку к сетке и резко дернул проволоку. Свистулька проскочила через дырку в сетке и упала у ног Бетси. Девочка быстро схватила ее.

– Ну-ка, – сказал Фатти, – давай посмотрим. Да, это одна из его поделок. Как хорошо, что мы ее достали. Теперь Пошлипрочь остался без улики. Во всяком случае она не навредит Луки.

– Какой же ты умный, Фатти, – произнесла Бетси с восхищением.

– Хорошо сработано, – добавил Пип. Фатти весь надулся от важности и гордости.

– Ничего особенного, – начал было он. – У меня имелись идеи и получше. Так что…

– Ладно, не выступай, – заткнули его хором Ларри, Дейзи и Пип. Фатти замолк, но свистульку запихнул себе в карман.

– Посмотрим, может быть, еще что-то попадется, – предложил Пип. – Там в клетке ничего больше нет?

Все прилипли к сетке, пытаясь углядеть что-либо внутри. Бетси потянула носом.

– Какой-то неприятный запах, – проговорила она.

– Животные всегда воняют, когда содержатся в клетках, – ответил Ларри.

– Да нет же, это другой запах, – протестовала Бетси, – похоже на бензин или что-то в этом роде. – Все стали принюхиваться.

– Она хочет сказать скипидар, – объяснил Фатти. – Я теперь тоже чувствую, и очень отчетливо. Боюсь только, Бетси, это не улика. Но хорошо и это – учуять запах. Вероятно, мисс Хармер использует скипидар для чистки клеток. Ну, у кого еще какие улики?

Однако больше ничего обнаружить не удалось, хотя дети рыскали глазами и вокруг, и внутри клеток.

– Вот гадство! – отчаивался Фатти. – Ну хоть что-нибудь помогло бы нам! Хорошо еще, что мы нашли эту свистульку до того, как ее обнаружили Таппинг или Пошли-прочь. Я убежден, кто-то специально ее подбросил, чтобы обвинить Луки в воровстве. Какая грязная игра!

– А мне кажется, что и мы можем подкинуть в клетку какие-нибудь улики, чтобы сбить с толку нашего Пошлипроча, – сказал Пип.

Идея вызвала общий восторг;

– Великолепно! – воскликнул Фатти, сожалея, что такая мысль не пришла в голову ему самому.

– Ну, конечно, давайте-ка набросаем туда всяческой ерунды, которая никак не была бы связана с Луки, – подхватил Ларри. – Пусть Пошлипрочь попотеет, сортируя все эти штучки!

Все довольно захихикали. Что бы туда сунуть?

– У меня есть несколько мятных леденцов, – прыснул Пип. – Пусть один посидит за решеткой.

– А я брошу кусок ленты для волос, – сказала Дейзи. – У меня как раз утром оторвалась половина, и, по-моему, она где-то здесь, в кармане. Просунуть бы ее через сетку.

– Кажется, у меня с собой новая пара шнурков для ботинок, – роясь в карманах, сказал Ларри. – Ага, вот они. Отправляйтесь-ка туда же, – весело сказал он, пропихивая коричневый шнурок.

– А что у тебя? – спросила Бетси у Фатти. Фатти извлек из кармана целую коллекцию недокуренных сигар. Все вытаращили глаза.

– Зачем ты их собираешь? – спросил, наконец, Ларри.

– Я курю их, – ответил Фатти. – Мой отец оставляет их в пепельнице недокуренными.

– И вовсе ты не куришь их! – не поверив Фатти, твердо сказал Пип. – Ты это говоришь, чтобы повыпендриваться, как всегда. Просто таскаешь их с собой, чтобы от тебя пахло, как от взрослого курильщика, вот и все. Я часто удивлялся, почему от тебя так пахнет.

Это было слишком похоже на правду, чтобы Фатти понравилось. Он сделал вид, что не расслышал слов Пипа.

– Я брошу одну сигару под клетку на землю, – сказал он, – а другую – вовнутрь, только бы какая-нибудь кошка не сжевала ее, а то заболеет. От этих двух недокуренных сигар у Пошлипроча точно крыша поедет.

В торжественном молчании все пятеро отправили свои улики за решетку. Пип – большой круглый мятный леденец, запах которого явно пришелся кошкам не по душе. Дейзи – кусок довольно грязной голубой ленты для волос. Бетси – маленькую голубую пуговицу от куклиной одежки, Ларри пропихнул свой новый коричневый шнурок, а Фатти – недокуренные сигары.

– Ну вот, теперь у Пошлипроча широкое поле деятельности, – сказал Фатти. – Думаю, он скоро появится.

МИСТЕР ГУН ЗА РАБОТОЙ

– Слушайте, – сказала вдруг Дейзи, наблюдая, как от легкого сквозняка шевелится ее ленточка. – А что будет… Никто, надеюсь, не подумает, что это я украла Черную Королеву. Мама ведь узнает мою ленту, если ей покажут.

– А я даже не подумал об этом. Вот балда! – сокрушенно произнес Пип.

– Все о\'кей, – утешил его Фатти. – У меня с собой большой конверт, видишь? Теперь берем и все кладем в него те же вещи, какие отправили в клетку в виде улик. Я кладу две сигары в пару тем, что я подбросил. Дейзи положит вторую половину ленты. – Она тут же проделала это. Бетси положила еще одну голубую пуговицу от куклиного платья, Ларри – второй шнурок, а Пип – мятный леденец. Фатти сложил аккуратно конверт и засунул его в карман.

– Если кого-нибудь из нас обвинят в краже на основании обнаруженных вещественных доказательств – тех, что мы подложили в клетку, мы просто продемонстрируем содержимое нашего конверта и скажем, что сделали все это ради шутки, – произнес он.

Из дома Пипа послышался звук колокольчика.

– Ну вот, мне пора идти спать, – грустно вздохнула Бетси. – А я совсем не хочу.

– Давай, давай, Бетси, отправляйся поскорей. Вчера уже был скандал из-за того, что ты опоздала, – строго сказал брат. – А нам охота дождаться Таппинга и Пошлипроча и посмотреть, как будут «обнаруживать» наши «улики».

– Правда, давайте останемся, – отозвался Ларри.

– И я, и я, – заныла Бетси, не без причины опасаясь, что ее сейчас отправят домой. Пип подтолкнул ее.

– Бетси, ты должна идти. Вон, второй колокольчик звонит.

– А вот и нет, этот звонок для тебя, ты сам уже должен быть дома, чтобы успеть умыться и переодеться к ужину, – парировала Бетси. – Ты прекрасно это знаешь.

Пип, конечно, знал. Ларри взглянул на него. Он тоже понимал, что и ему с Дейзи пора домой, да еще идти намного дальше, чем Пипу и Бетси.

– Мы, пожалуй, тоже пойдем, – сказал Ларри. – А ты, Фатти? Остаешься? Интересно ведь посмотреть! Твои предки, кажется, не так пасут тебя, верно? Ты можешь приходить домой, когда захочешь.

– А что! Я остаюсь, – ответил Фатти. – Влезу на дерево, тут нетрудно взобраться, и листва подходящая. Я сверху отлично все увижу, а меня не заметят.

– Ладно, пошли, Бетси, – сказал Пип тоскливо. Ему так не хотелось уходить. Фатти достанется все удовольствие.

В это время на садовой дорожке послышались мужские голоса. Ребята взглянули друг на друга.

– Это Таппинг и Пошлипрочь возвращаются, – прошептал Ларри. – Быстрей! На ту сторону!

– Пока, Фатти, увидимся завтра, – тихо проговорил Пип. Все четверо осторожно добрались до стены. Пип подсадил Бетси и аккуратно переправил на ту сторону. Остальные тоже благополучно перебрались. Фатти остался один. Несмотря на свою упитанность, он быстро и ловко вскарабкался на дерево, устроился на толстой ветке и раздвинул листву. Отсюда было прекрасно видно, как Таппинг и Гун направлялись к кошачьему домику.

– Ну вот, – начал Гун, – сейчас мы тут все обследуем, мистер Таппинг. Никогда не знаешь, где найдешь эти улики. Бывало – и не раз – находил такую улику, которая прямо вела меня к преступнику.

– Ну, это само собой, – глубокомысленно произнес Таппинг. – Верю вам во всем, мистер Гун. Этот Луки, как пить дать, что-нибудь да оставил после себя. Он, может, того, и додумался стянуть ценную кошечку, а вот чтоб следы замести, – этого не сообразит.

Полицейский с садовником принялись рыскать вокруг кошачьего домика, откуда за ними пристально следило несколько пар горящих голубых глаз. Кошки явно недоумевали, почему сегодня вокруг их жилья крутится так много народа. Фатти тоже с интересом наблюдал за двумя следопытами, стараясь оставаться незамеченным.

Сначала мистер Гун нашел его, Фатти, сигару, брошенную у домика, на землю. Он устремился к ней и быстро поднял.

– Что это? – спросил мистер Таппинг удивленно.

– Недокуренная сигара, – торжественно ответил мистер Гун, хотя лицо его выражало, скорее, недоумение. Он сдвинул на затылок свой черный шлем и почесал лоб.

– Разве этот парень курит сигары? – спросил он.

– Что за чушь, – раздраженно ответил мистер Таппинг. – Нет, конечно. И вообще это никакая не улика. Кто-то из гостей леди Кэндлинг бросил на землю, и все дела.

– Хм, над этим еще стоит подумать, – произнес мистер Гун, вовсе не желая отбрасывать сигару как вещественное доказательство.

Фатти прыснул. Внизу продолжались напряженные поиски. Наконец мистер Таппинг разогнулся.

– Похоже, здесь больше нечего искать, – сказал он. – Вряд ли мы и внутри найдем что-нибудь, или как?

Мистер Гун посмотрел на него в нерешительности.

– Скорее всего, – произнес он. – Но надо бы взглянуть. Ключи у вас есть, мистер Таппинг?

Мистер Таппинг снял ключи, висевшие на задней стене кошачьего домика. И не успел он отпереть дверь, как мистер Гун удивленно воскликнул. Через проволочную сетку он увидел на полу клетки кучу различных вещей, вызвавших у него величайшее недоумение. К чему бы это, чтобы место происшествия кишело вещественными доказательствами!

– В чем дело? – спросил Таппинг.

– Посмотрите-ка! Видите там шнурок? – спросил мистер Гун. – Это – кричащая улика, вот что это. Кто-то здесь был и потерял этот шнурок.

Мистер Таппинг уставился на злосчастный шнурок с неподдельным удивлением. Неожиданно он увидел еще и голубую пуговицу, а рядом – ленту для волос. От изумления он не мог вымолвить ни слова, машинально вставил ключ в замок и отпер дверцу. Вскоре все «улики» из кошачьего домика были собраны. Мистер Гун и мистер Таппинг вынесли их на улицу для внимательного изучения.

– Кто бы это ни был, он носил ботинки с коричневыми шнурками, это точно, – важно произнес мистер Гун, очень довольный собой. – И взгляните на эту пуговицу Она оторвалась от чьего-то костюма.

– А это что? – спросил мистер Таппинг, показывая полицейскому на мятный леденец. Мистер Гун принюхался.

– Ментол! – ответил тот. – Значит, этот Луки сосет леденцы?

– Может, и так, – сказал Таппинг. – Мальчишки всегда лопают конфеты. Но… Но Луки не носит ленточек в волосах, мистер Гун. И взгляните-ка, вон еще одна недокуренная сигара, как та, что валялась снаружи.

Энтузиазм мистера Гуна по поводу своих находок как-то сник и сменился недоумением. Он в задумчивости глазел на улики.

– Судя по всем этим вещам, вор должен курить сигары, носить на голове голубую ленту, голубые пуговицы на костюме, ботинки, с коричневыми шнурками и сосать мятные леденцы, – сделал вывод мистер Гун. – Но это чушь какая-то!

Фатти изо всех сил старался не разразиться громким смехом. Было истинным удовольствием смотреть, как мистер Гун и мистер Таппинг напрягают мозги, стараясь связать все эти улики, которые ребята так заботливо накидали для них в клетку. Мистер Гун осторожно лизнул леденец.

– Ну да, как есть – мятный леденец, – сказал он. – Загадка какая-то. Столько улик, и совершенно неясно, кому все это может принадлежать. Вы нашли что-нибудь еще, мистер Таппинг?

Мистер Таппинг вернулся в кошачий дом и снова и снова тщательно обыскал все вокруг.

– Да так, хотел взглянуть на всякий случай не пропустили ли мы чего, – ответил он. Но как он ни старался, ему так и не удалось ничего больше обнаружить. Он вышел весь взъерошенный и злой.

– Все. Пусто, – сказал он разочарованно. – Уверен, мистер Гун, вы докажете, что воришка – этот Луки. А вещицы – вовсе не улики, так – случайно попали в клетку.

– Ну-ну. Мятный леденец что-то не очень похож на случайную вещь, – сказал мистер Гун раздраженно. – Я должен взять все это с собой и обдумать как следует.

Фатти посмеивался про себя, наблюдая, как мистер Гун аккуратно складывает свои «улики» в чистый белый конверт. Послюнявив треугольник, полицейский заклеил конверт, что-то написал на нем и бережно положил в карман.

– До свидания, мистер Таппинг, – повернулся он к садовнику. – Спасибо за помощь. Это, конечно, Луки, нет сомнения. Я сказал ему, что не буду бездействовать и устрою ему завтра настоящий допрос, и я – не Теофил Гун, если не вытяну из него признания.

С этим заклинанием старина Гун величественно зашагал вниз по тропинке с полным конвертом «улик» и головной болью от их загадочности.

Фатти мечтал скорее слезть с дерева, побыстрее добраться до дома и что-нибудь пожевать. Он вдруг почувствовал дикий голод. Раздвинув ветки, мальчик, однако, увидел, что Таппинг все еще здесь. Садовник опять зашел в кошачий дом и опять долго обыскивал там каждый сантиметр. Спустя некоторое время он вышел – вид у него был обескураженный, – запер дверь и побрел по тропинке, вверх. Фатти подождал, пока не затихнут его шаги и спрыгнул с дерева.

«Очень хорошо. Завтра увидим Луки, все расскажем, все расспросим, – думал Фатти, направляясь домой. – Ну и денек завтра будет!»

Назавтра действительно выдался славный денек, полный событий, даже более захватывающих, чем можно было предположить.

ПИП И БЕТСИ НАНОСЯТ ВИЗИТ

Утром Фатти прибежал к дому Пипа ни свет ни заря, изнывая от нетерпения рассказать всем, как мистер Гун и садовник ломали головы над фальшивыми уликами. Почти сразу за ним подошли Ларри с Дейзи, и скоро вся компания весело гоготала над рассказом Фатти.

– Пошлипрочь спрашивает Таппинга: «А что, Луки разве курит сигары?» – передразнил полицейского Фатти. – Я чуть с дерева не рухнул.

– Мы сегодня уже несколько раз свистели Луки, – сказал Пип, – но он не отвечает. Наверно, боится.

– Может быть, – произнес Фатти. – Мы обязательно должны поговорить с ним и сказать о свистульке, которую нашли в клетке. И про наши собственные улики неплохо бы рассказать. Пойду посвищу погромче.

Но даже громкий и напористый свист Фатти не достиг цели. Тогда дети решили подождать на улице, когда Луки пойдет обедать.

Но Луки не появился и в урочный час. Дети подождали еще десять минут и сами разошлись по домам на обед.

– Может быть, его уже уволили? – высказал Фатти первое, что пришло в голову, – и он больше не придет на тот участок.

– Бедный Луки! – проговорила Бетси сочувственно. – Думаешь, леди Кэндлинг отказала ему и не позволила больше сюда приходить?

– Как бы нам это узнать? – сказал Ларри.

– Можно спросить Таппинга, – с сомнением произнесла Дейзи. Все посмотрели на нее с пренебрежением.

– Как будто можно запросто пойти и спросить у него хоть что-то, – проговорил Ларри. Все задумались.

– Я знаю, что делать, – сказал Пип. – Леди Кэндлинг приглашала нас с Бетси в гости, так мы сегодня и отправимся к ней. А там уж я смогу выяснить у самой леди Кэндлинг, что с Луки, верно?

– Хорошая мысль, – сказал Фатти. – Я только что сам об этом подумал. И кстати, как бы между прочим выясни, где сама леди Кэндлинг была между четырьмя и пятью в тот день. То есть выясни, был ли у нее самой хоть малейший шанс прошмыгнуть к кошкам и стащить свою собственную Черную Королеву?

– Я уверен, что она ни при чем, – сразу запротестовал Пип. – Стоит только взглянуть на нее, как становится ясно, что она не способна даже подумать о таком. Потом, мы же уже решили, что Луки, находясь там все время, не мог не увидеть, если бы кто-нибудь подходил.

– Ну, ладно, действительно нереально было стащить кошку под самым носом у Луки, – сказал Фатти. – Он ведь клялся, что не отлучался ни на миг.

– Ну вот! Нам опять звонят к столу, – сказала Бетси. – Пошли, Пип, а то будет грандиозный скандал. Вы потом приходите, мы расскажем, как у нас пройдет визит к леди Кэндлинг.

В половине четвертого Пип и Бетси решили, что пора идти в гости. Ясно было, что к леди Кэндлинг следует одеться поприличнее. Пришлось беднягам мыться и надевать чистую одежду.

Наконец, они чинно вышли из своей калитки и прошествовали к участку леди Кэндлинг, встретив по дороге мистера Таппинга. Он подстригал кусты живой изгороди и сердито зыркнул на проходящих ребят.

– Здравствуйте, мистер Таппинг. Какой великолепный день сегодня, не правда ли? – проворковал Пип, имитируя манеру своей матери. – Похоже, наконец пройдет долгожданный дождик, как вы думаете? Растения в огороде так нуждаются во влаге!

Таппинг что-то проворчал в ответ и стал с остервенением кромсать кусты. Пип явственно ощутил, с каким удовольствием садовник чикнул бы по нему и Бетси.

Дети подошли к передней двери и позвонили в звонок. Маленькая опрятная горничная открыла дверь и улыбнулась им.

– Скажите, пожалуйста, леди Кэндлинг у себя? – спросил Пип.

– Она, кажется, в саду, – ответила горничная. – Я провожу вас на веранду, а там вы посмотрите сами. Она, наверное, срезает розы.

– Кошка еще не нашлась? – спросил Пип, пока горничная вела их через весь дом к веранде.

– Нет, – ответила девушка. – Мисс Хармер просто в отчаянии. Нечистое дело, не правда ли? Боюсь, это, скорее всего, Луки. По крайней мере он был один возле кошек между четырьмя и пятью.

– А что, вы не видели никого незнакомого вчера в саду после обеда? – спросил Пип, решив, что должен по крайней мере задать пару вопросов.

– Никого, – ответила горничная. – Понимаете, леди Кэндлинг вчера устраивала чай, – всего девять или десять человек – так повар и я были все время крайне заняты. Мы вообще не выходили в сад между четырьмя и пятью, у нас было столько дел. Если кто-нибудь из нас оказался бы там, мы застали бы вора на месте преступления. О! Это был чрезвычайно удобный день для кражи: мисс Хармер – в отлучке, Таппинга – нет, повар и я заняты по хозяйству, а леди Кэндлинг – в доме, со своими гостями.

– Да, – согласился Пип. – Выглядит так, как будто вор все это тоже знал и поэтому организовал операцию так ловко.

– То-то и оно, из-за этого мы и думаем, что это Луки, – сказала девушка, – хотя я и любила его. Немного простоват, но всегда такой добрый. А этот Таппинг просто жесток с ним.

– Вы тоже не любите Таппинга, – сказала с пониманием Бетси.

– Он очень грубый, невоспитанный человек! – ответила горничная. – Не говорите никому, что я вам так сказала, но мы с поваром предпочли бы узнать, что это он украл кошку. Ну ладно, больше я не скажу ни слова. Теперь идите в сад и ищите ее светлость.

Пип и Бетси вышли в залитый солнцем сад.

– Из того, что сказала горничная, совершенно ясно, что ее самое, повара и леди Кэндлинг можно спокойно вычеркнуть из списка, – заключил Пип. – А вот и мисс Тримбл. – Мисс Тримбл двигалась им навстречу.

– Пип, давай считать, сколько раз у нее слетит пенсне. Оно без конца сваливается с носа, – предложила Бетси шепотом.

– А, дети, – защебетала мисс Тримбл, одарив их широкой улыбкой. – Вы, наверно, ищете леди Кэндлинг? А эту маленькую девочку я, кажется, уже видела. Это не та малышка, от которой убежали клубничные побеги? Как смешно! Ха-ха-ха!

Она засмеялась, и ее пенсне не замедлило покинуть надлежащее ему место и запрыгало на маленькой цепочке. Мисс Тримбл привычно усадила его на нос.

– Да, это я, – ответила Бетси. – Мы пришли в гости к леди Кэндлинг.

– О! Как жаль! Она только что ушла, – произнесла мисс Тримбл. – Боюсь, вам придется довольствоваться моей скромной персоной.

Она вновь засмеялась, и пенсне вновь свалилось.

– Два, – пробормотала Бетси.

– Вы не знаете, где Луки, мисс Тримбл? – спросил Пип, решив, что было бы неплохо найти его, если он где-то здесь.

– Нет, он не приходил сегодня. Таппинг очень недоволен этим, – ответила мисс Тримбл.

– Мисс Трембл, а леди Кэндлинг не уволила его? – спросила Бетси.

– Меня зовут Тримбл, а не Трембл, – заметила компаньонка. – Нет, леди Кэндлинг не увольняла его. Во всяком случае я не думаю. Как жаль эту прелестную кошечку! Еще в четыре часа я видела ее, вы же знаете.

– Да, вы приходили вместе с моей мамой, – сказал Пип. – Полагаю, вы никого не видели около кошачьего дома, кроме Луки?

– Нет, никого, – ответила мисс Тримбл. – Луки действительно был там и усердно что-то копал. Мы с твоей мамой пробыли у кошек минуту-другую, затем я должна была срочно вернуться к столу, у меня там было много дел. Свободной минуты не было, пока гости не разошлись.

– Значит, вы не могли украсть Черную Королеву! – сказал Пип не без иронии. Мисс Тримбл подскочила, пенсне подскочило вместе с ней, а нос стал красней обычного.

– Какая нелепая шутка! – возмутилась она и принялась выпутывать свое пенсне из кружевного воротничка. – От одной мысли, что кто-то так подумает, меня бросает то в жар, то в холод.

– Можно пойти посмотреть кошек, мисс Трембл? – спросила Бетси.

– Думаю, да, там сейчас мисс Хармер. Однако зовут меня Тримбл, а не Трембл. Потрудись, пожалуйста, запомнить, – сказала она. – Ну, идемте.

Легкой походкой она зашагала впереди, пенсне гордо восседало на носу. Через несколько шагов оно слетело, и Бетси громко произнесла: «Четыре».

– Что четыре, дорогая? – спросила мисс Тримбл, поворачиваясь к девочке и ласково улыбаясь. Тут же пришлось ухватиться за пенсне, чтобы удержать его на месте.

– Не ловите его, пожалуйста, – сказала Бетси. – Я считаю, сколько раз оно упадет.

– О! Какая забавная девочка, – проговорила мисс Тримбл с некоторым раздражением. Теперь она держала пенсне в руках, что весьма огорчило Бетси. Она сочла это несправедливым.

Втроем они подошли к кошачьему домику, где мисс Хармер готовила кошкам какую-то еду. Она подняла глаза, и ее пухленькое, обычно добродушное лицо, выражало беспокойство.

– Привет! Пришли посмотреть моих кошечек? – спросила она.

– Да, если можно, – сказала Бетси. – Мисс Хармер, как ужасно, что Черную Королеву украли, когда вас не было!

– Ужасно, – ответила кошачья смотрительница, размешивая еду. – Мне не надо было уезжать, взяла бы полдня. Мистер Таппинг предложил присмотреть за кошками, чтоб мне можно было уехать на целый день. Я поблагодарила его и уехала. Теперь я так сожалею об этом.

– Вы сказали, мистер Таппинг предложил присмотреть за кошками? – удивился Пип одной только мысли, что садовник способен оказать кому-то услугу. – Это так не похоже на него.

– Да уж, совсем не в его духе, – засмеялась мисс Хармер, – но я так хотела домой, а обернуться за полдня никак не получалось – я ведь живу очень далеко. Кстати, вы не собираете железнодорожные билеты? Контролер не оторвал у меня обратный билет вчера вечером. Можешь взять, если хочешь.

Пип собирал железнодорожные билеты и с удовольствием взял протянутый ему билет.

– Спасибо, – сказал он и положил билет в карман, представляя, как будет завидовать Ларри, который тоже коллекционировал их.

– Мисс Хармер, вы думаете Луки украл кошку? – неожиданно спросил Пип.

– Нет, не думаю, – ответила мисс Хармер. – Он довольно простой, но честный малый. Я, пожалуй, скажу вам, кто это мог сделать – приятель Луки из цирка. Его зовут, кажется, Джек.

Это была поразительная новость. Луки никогда не говорил ребятам ни о каком Джеке. Друг из цирка! Как это, наверное, интересно! Почему Луки никогда не упоминал об этом?

– Джек живет где-то поблизости? – спросил Пип.

– Нет-нет. Но цирк, где он служит, выступает сейчас в соседнем городке, в Фарринге, – объяснила мисс Хармер. – Так что, я думаю, Джек сейчас недалеко. Вы знаете, как Черная Королева могла бы блистать в цирке! Я уже научила ее нескольким трюкам.

Мисс Тримбл начала проявлять заметное нетерпение, так как приближалось время чая. Несколько раз она вежливо кашлянула, причем пенсне незамедлительно свалилось.

– Мы лучше пойдем, – сказал Пип. – Спасибо за кошек. Не беспокойтесь, мисс Трембл, нас провожать не надо. Мы переберемся через стену.

– Моя фамилия Тримбл, а не Трембл, – проговорила она, и на минуту улыбка сошла с ее лица. – Буду очень признательна, если вы это запомните. И конечно, вам не следует лазать через стену. Лучше я провожу вас до выхода.

– А там Таппинг, – сказала Бетси. При упоминании сердитого садовника пенсне Тримбл тут же ретировалось, спрятавшись в воротник.

– Да! Ну тогда, если вы в самом деле хотите лезть через стену, я, пожалуй, не буду останавливать вас, – сказала она. – До свидания, милые детки. Я скажу леди Кэндлинг, что вы приходили.

– Они упали восемь раз, – сообщила Бетси радостно, пока они с Пипом карабкались на стену. – Слушай, Пип, а не странно ли, что Луки никогда не говорил нам о Джеке?

ПОХОД В ЦИРК

В тот день Пип с Бетси должны были идти в гости на чай к Ларри и Дейзи. Все встретились на улице у калитки Пипа. Фатти с Бастером уже ждали их. Пипа распирало от новостей.

– Луки сегодня не приходил, – объявил он. – Все это довольно странно, ведь леди Кэндлинг не увольняла его. И знаете, меня еще удивляет, что он нам ничего не говорил о Джеке. – Пип рассказал все, что услышал от мисс Хармер.

– Ну разве мог он вчера вызвать какого-то Джека и передать ему кошку? – с сомнением сказал Ларри. – То есть… я хочу… ну, мы ведь решили, что Луки вообще ни при чем. Или что-то не так?

Впервые легкое сомнение закралось в головы ребят. Луки не сказал им о Джеке, а им было бы так интересно узнать о человеке из цирка. И потом, как ни крути, Луки был единственным, кто находился возле кошачьего дома все время.

– Нет, я все-таки не верю, что это мог быть Луки или даже его приятель Джек, – сказала Бетси упрямо. – Вот так!

– И я не верю, – поддержала ее Дейзи. – Но все так запутано.

Да, в прошлый раз мы были более удачливыми сыщиками, – сказал Ларри удрученно. – Надо еще раз серьезно помозговать над всеми уликами, над тем, что мы обнаружили и над нашим списком подозреваемых.

– Да! Насчет подозреваемых, – начал Пип. – Вот что я вам скажу: всех из нашего списка можно благополучно вычеркнуть. Я полчаса как с соседнего участка и многое выяснил. Получается, что никто из них не мог украсть Черную Королеву.

– Интересно, и как же ты это выяснил? – спросил Фатти.

– А так. У леди Кэндлинг была вечеринка, и получается, что она одновременно зазвала гостей и затеяла кражу собственной кошки среди всего этого застолья… Ну, никак не вяжется. Повар и горничная были все время очень заняты, обслуживая это мероприятие, что тоже исключает их участие в краже. Мисс Тримбл должна была помогать и постоянно находилась с гостями, и леди Кэндлинг уж наверняка заметила бы ее отсутствие, отлучись та хоть на десять минут, чтобы утащить кошку.

– Ну, а дальше, – сказал Фатти. – Ларри, где там наш список? Давай вычеркивать всех по очереди.

– Вычеркни еще мисс Хармер, – сказал Пип, – она ездила вчера домой, а дом ее в Лэнгстоне, в нескольких милях отсюда. Она мне даже свой обратный билет подарила. Так что и ее вычеркивай.