Мы покинули дворик через соседний двор, и описали большой крюк, выходя из коттеджного поселка с другой стороны. Дис уверенно шел вперед, прекрасно ориентируясь в темноте. Отчасти это объяснялось тем, что он неплохо знал эту местность, но большая заслуга принадлежала интерактивной карте, доступ к которой бывший артиллерист открыл после прохождения инициации. Насколько я понял, сейчас карта была развернута перед ним в режиме дополненной реальности, и он в реальном времени мог отслеживать свое местоположение.
По плану нам предстояло пройти около четырех километров по краю сектора, минуя места, в которых нас могли ждать неожиданные встречи с нежелательными людьми. По словам Диса, это была самая граница с Оранжевой зоной, но опасаться, якобы, было нечего: вдоль границы располагались форты, охраняющие условно-безопасную Серую зону от вторжения с нерасчищенных земель. Несмотря на это, мне было несколько не по себе. Уж кто-кто, а я неплохо знал, ЧТО может приползти с зараженных ксеносами территорий. Приходилось сталкиваться.
Не придавала уверенности и информация, пришедшая днем в рассылке и озвученная мне Дисом. Какому-то бедолаге хватило везения вляпаться в ловушку ксеносов, и район, прилегающий к интересующему нас, накрыло туманом. А где туман – там, само собой, и туманники. В общем, все происходящее меня максимально не радовало. Если добавить сюда еще и обозленного босса местной мафии… Осторожность следовало утроить, хотя, казалось бы, куда уж дальше?
Я поежился от холода, и стер с лица изморось, брошенную пронзительным ветром. Дома справа нахохлились и хмуро смотрели провалами окон на пустырь, по которому пробирались мы с Дисом. Открытое пространство слева напрягало и тревожило. Поведя плечами, я мысленно выругался: с такой погодой будет очень сложно не заказать в качестве «предмета из магазина на выбор» всесезонную куртку с подогревом. Кровь на рукаве я кое-как оттер, но внутри, на подкладке все равно чудилась грубая корка. На паре бандосов там, на крыше, одежка была попрезентабельнее, жаль, что времени снять не было. Да и браслеты проверить не мешало бы. Как минимум, у одного из банды, того, что успел пройти инициацию, могло бы найтись что-то интересное. Черт. Кажется, я начинаю рассуждать, как обитатели Полигона. Впрочем, почему «как», если я теперь – один из них? Тяжелая для осознания мысль, но нужно к ней привыкнуть. Я тут не в гостях, мне здесь жить, как бы хреново это не звучало. И, чем быстрее я с этой мыслью свыкнусь, тем дольше проживу. По-другому никак.
Новый порыв ветра донес до нас тоскливый собачий вой. Я аж замер на мгновение. Как-то совсем не ожидал я услышать здесь подобный звук. И звучал он странно. Вроде бы и обычная собака воет, но как-то жутко, инфернально. Я посмотрел на Диса. Говорить он не стал ничего, но, по выражению лица, которое адаптировавшиеся к темноте глаза различали достаточно хорошо, можно было сделать вывод, что ему этот вой не понравился. Рука бывшего артиллериста крепче сжала гарпунное ружье, и он пошел быстрее. Мое настроение испортилось окончательно.
Вой стал громче, ближе, и к нему присоединились еще несколько голосов. Дис то и дело бросал нервные взгляды по сторонам, как будто намечая пути отступления. Это мне не понравилось уже окончательно, я догнал товарища и шепотом спросил у него:
– Что это? Чего ты задергался?
– Собаки. Некогда объяснять. Давай быстрее! – говорил он быстро и отрывисто. Мне показалось, что крепыш боится. Странно. Я бы Диса пугливым не назвал. Или все дело в том, что он знает, чего нужно бояться, а я нет?
Одна из псин взвыла совсем недалеко, и Дис, коротко приказав следовать за ним, сорвался на бег. Меня дважды просить не пришлось. Было в этом вое что-то непривычное, не земное, чужое…
Впереди показалось недостроенное сооружение из синтбетона. Одноэтажная коробка пять на десять метров поднималась из не зарытого еще котлована, у нее не хватало одной стены и внутренних перегородок. К моему удивлению, Дис направился именно туда. Мне не оставалось ничего, кроме как припустить следом, полностью положившись на знания товарища об этом месте и его опасностях, хотя самому мне такой выбор убежища казался странным. В небольшой коробке путей к отступлению не будет, с пространством для маневра тоже напряженка. Впрочем…
Я представил себе схватку с одичавшими собаками посреди пустыря, и меня, несмотря на промозглый ветер, бросило в жар. Ну, да. Все же там, где можно прижаться к стене, принять бой с таким противником будет безопаснее. Но, может, отстанут псины? Не нападут?
Хорошенько оттолкнувшись от края, я, вслед за Дисом, перемахнул через котлован, и едва не кувыркнулся, споткнувшись о неровность в синтбетоне. Выругавшись я отпрыгнул в сторону.
Дис припал на колено, сжимая гарпунное ружье и целясь в темноту.
– Нужно постараться удержать их на расстоянии, – бросил Дис. – Инстинкт самосохранения у них отсутствует напрочь, так что просто спугнуть не получится. Целься лучше, бей наверняка, и ни в коем случае не давай им тебя кусать!
Я лишь кивнул, и перехватил свой гарпун, реквизированный на время вылазки у Фрая, в положение для стрельбы.
Ружья для всей честной компании Фрай изготовил сам, из обрезков металлопластиковых трубок и мощных пружин. Рукоять и приклад были выточены из дерева, в качестве гарпунов служили стержни из нержавейки с заостренными наконечниками. Дотошный технарь даже спусковые механизмы сделал. Эффективная дальность стрельбы у такого оружия была не очень высокой – шагов пятнадцать-двадцать, а на перезарядку ружья уходили две-три секунды, но все равно это было лучше, чем оружие исключительно ближнего боя.
Как по заказу, тучи разошлись в стороны, и Ферра осветила пустырь своим тусклым светом. Света было недостаточно, чтобы сказать, что видно стало хорошо, но, для привыкших к темноте глаз и это было большим преимуществом. Напрягая зрение, я смог различить несколько крупных фигур, несущихся по пустырю, и напоминающих собачьи весьма отдаленно. Фигуры мчали прямо на нас. Сомнений не осталось: собаки учуяли добычу, и схватки не избежать.
Последовав примеру Диса, я припал на колено, и навел гарпун на то место, где через несколько секунд должна была появиться первая псина. С прицельными приспособлениями у самодельных ружей все было очень плохо, наводиться приходилось на глаз, усердно читаю при этом молитвы всем известным и неизвестным богам, прямо или косвенно могущим повлиять на результативность выстрела. Думаю, на первом месте в этом пантеоне стояла вовсе не богиня охоты Артемида, а старушка Фортуна – потому что иначе, чем удачей, попадание из этой штуковины по быстро движущейся цели объяснить было нельзя.
И сегодня она была на нашей стороне.
Мы с Дисом выстрелили практически одновременно, и две крупные псины, бегущие первыми, кувыркнулись под ноги товаркам. Это подарило нам те самые пару секунд, за которые мы могли перезарядить оружие. Дис успел, я – почти. На этом благосклонность богини удачи закончилась.
На то, чтоб вскинуть ружье, времени не хватило. Крупная тварь взвилась в воздух и врезалась в меня могучей грудью, опрокидывая на спину. Я вскинул левую руку, и ухватил тварь за короткую, жесткую шерсть под челюстью. «Ни в коем случае не давай себя кусать» наказал Дис. Ну, да, можно подумать, я тут весь горю желанием быть искусанным. Или он имел в виду нечто другое?
Мощные лапы псины рванули куртку на груди, большие, тупые когти при этом доставили весьма неприятные ощущения. Что-то выкрикнув, я поднял ружье, упер его в челюсть собаке и вжал спуск, надеясь, что самодельное оружие не даст осечки.
Не дало. Заточенный прут пробил псине череп и застрял. С усилием отбросив обмякшее и потяжелевшее тело в сторону, я откатился и вскочил на ноги, отпрыгивая вглубь коробки.
Ко мне метнулась быстрая тень, и я наотмашь ударил разряженным ружьем. Собака рыкнула, и отскочила, а я отбросил бесполезное теперь оружие, и рванул с рюкзака мачете.
Присмотревшись, я понял, что это одна из двух собак, по которым мы с Дисом успели выстрелить – в груди у псины торчал гарпун, с него что-то капало. Видимо, один из нас попал не так удачно, как хотелось бы. Ладно, сейчас мы это исправим.
Получившая взбучку тварь, еще и завидев оружие, стала осторожнее. Припав на мощных лапах к земле, она водила мордой из стороны в сторону, выбирая момент. Я пятился назад. Собаке нельзя показывать свой страх, но, кажется, этой образине все равно, боятся ее или нет. Сейчас это была биологическая машина, заточенная под одну цель – убивать.
Я сделал ложный замах, и собака, среагировав на агрессию, ринулась на меня. Я резко повернулся всем корпусом, уходя с линии атаки, и мощным боковым ударом вбил носок ботинка ей под ребра. Ослабленная предыдущим ранением псина взвизгнула, отлетев в сторону и на миг потеряв ориентацию в пространстве, я прыгнул следом и обрушил мачете на спину, покрытую свалявшейся шерстью.
Сухой веткой хрустнул позвоночник, псина истошно взвыла, предчувствуя скорую кончину. Которую я ей и подарил, практически отделив голову от тела вторым ударом. Закончив, я развернулся на месте, ища новых врагов, но их, хвала богам, не было.
В паре метров от меня поднимался с пола Дис, кажется, просто сломавший шею прыгнувшей на него собаке. Силен, бродяга. Я осмотрелся, поднял ружье, и с огорчением понял, что дистанционного оружия у меня снова нет. Трубка, из которой был изготовлен ствол ружья, погнулась и лопнула от удара. Доломав ее окончательно, я забросил обломки в рюкзак: там еще пружина осталась, рукоять с прикладом и спусковой механизм. Фраю отдам. Не думаю, что для него будет большой проблемой сделать новое ружье.
– Не укусила? – первым делом обеспокоенно поинтересовался Дис. Когда я покачал головой, он облегченно выдохнул. – Повезло нам с тобой. Отбились.
Я, если честно, не очень понимал его обеспокоенность. Ну, собаки, ну, одичавшие, потому опасные, да. Но не слишком ли он их переоценивает?
Когда я озвучил ему свои соображения, парень только хмыкнул и проговорил:
– Оповещения посмотри.
Я не стал спорить, и сосредоточился на мерцающей красным иконке.
Уничтожен морф. Степень изменений – 2. Донор – собака, одичавшее домашнее животное, зараженное ксеновирусом.
Степень опасности – вариативная. Степень опасности конкретной особи – 2. Дополнительная опасность – высокая вероятность заражения.
Вы получаете 1000 очков опыта.
Получена награда – 1000 кредитов.
Внимание! Разблокировано достижение – «Убийца морфов». Ранг достижения – 1. Для обновления ранга, уничтожьте не менее 10 морфов. Прогресс – 3/10.
Убивая морфов, вы помогаете возродить Рапсодию. Уничтожайте инфицированных ксеновирусом людей и животных и получайте бонусы от администрации.
Получен бонус за разблокированное достижение – 500 кредитов, 500 очков опыта.
Внимание! Использован множитель индекса выживаемости. 1500*2=3000.
За второго морфа дали еще тысячу кредитов, тысячу опыта, и снова сработал множитель. Я с недоумением смотрел на итоговый результат:
Всего на счету: 11 400 кредитов.
Всего получено опыта: 5000.
Поздравляем! Вы получаете новый уровень.
Текущий уровень – 6. До нового уровня 7000 очков опыта.
Ох ты ж нихрена ж себе! Всего две псины – и такой результат. Кстати, а почему прогресс достижения показывает трех убитых морфов? Туманника тоже засчитали? Ну, да, было что-то про замороженный прогресс достижения тогда, помню. Получение достижения не отметили, но прогресс считать начали. Странно. Да и опыта за туманника дали тогда всего 250 очков. Почему? Хрен его знает. Впрочем, неудивительно, если такая гигантская система иногда глючит. От такого никто не застрахован.
– Кажется, я знаю, о чем ты думаешь, – насмешливо проговорил Дис. – Зачем грызть друг другу глотки в Лимбе, если в Оранжевой зоне водятся песики, за победу над каждым из которых отсыпают неплохое количество плюшек, да?
Я пожал плечами, но вышло это несколько неуверенно, потому что такая мысль у меня и правда проскочила.
– Выброси из головы, – Дис вдруг заговорил серьезно. – Такие мысли до добра не доводят. Эти твари – самое безобидное из того, что обитает в Пределе. Изменения второй степени, видел? И даже эти шавки, сбившись в стаю, схарчат тебя, и не подавятся. А если охотники в Пределе вовремя не выявят и не завалят такую стаю, и изменения зайдут дальше… В общем, нечего и думать. Да, в Оранжевую уходить нужно, но только после посещения Элизиума. Без серьезного оружия, брони и аугментаций там не выжить.
Я присел на корточки и внимательно рассмотрел труп. Да, пожалуй, Дис прав.
Обычной собакой такое существо можно было назвать, лишь глянув на нее мельком и в темноте. Тварь была явно больше и сильнее обычных одичалых дворняг. Тело бугрится мускулами, когти увеличены, пасть тоже заметно изменена. Шерсть свалявшаяся, с проплешинами, кое-где видны язвы, из которых сочится черная жидкость. Изменения второй степени, говорите? Да, не хотел бы я встретиться с ее более «прокачанным» вариантом.
Во время войны мне приходилось иметь дело с тварями ксеносов, но это были их искусственные, специально выведенные боевые единицы. С морфами же, получившимися в результате воздействия ксеновируса до этого сталкиваться не приходилось, если не считать туманника – планетарный десант не выполнял зачисток, для этого существовали другие подразделения. И сейчас, от осознания того, что такая мерзость получилась на базе привычных животных, становилось как-то особенно жутко.
– Насмотрелся? – хмуро спросил Дис. – Тогда пошли дальше. Нельзя терять времени. Если эти твари оказались здесь, значит, где-то в Оранжевой прорыв, черт знает, что сюда еще могло припереться. Нам еще, как-никак, инициировать тебя надо.
Я согласно кивнул, выпрямился, и поправил ремни рюкзака. Почему-то сейчас ночь мне показалась еще более зловещей и неуютной, чем еще двадцать минут назад.
Глава 11
Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, третий сектор Серой, условно-безопасной зоны Полигона. Жилые кварталы.
После нападения собак мы все-таки решили сместиться в жилые кварталы. Да, риск нарваться на людей Скульптора, или других игроков, падких до халявы, повышался, но слишком уж неуютно стало на пустыре. А еще в отдалении раздавалась орудийная пальба – работали батареи фортов, стоящих на рубежах зон. Видимо, в Оранжевой действительно происходило что-то нехорошее, потому, чем дальше мы окажемся от границы – тем лучше.
Через застройку шли еще медленнее, чем до этого. Каждый раз, когда нужно было пересечь открытую местность, подолгу осматривались и прислушивались, замерев в тени. И это было оправданно. Один раз мы чуть не нарвались на группу из шести человек, двигавшихся так, что сразу было понятно: вышли на охоту. Связываться с ними явно не стоило, так что мы, сидя в кустах, дождались, когда они пройдут мимо, изменили направление и обошли это место стороной. Чуть позже просидели несколько минут, пропуская настороженную троицу, отходящую между домами вглубь жилого сектора. Если не считать того раза, когда я чуть не нарвался на людей Скульптора, это была моя первая ночь на Рапсодии, которую я проводил «в поле», и, сказать по правде, я был удивлен ночным оживлением. Кстати, оно могло говорить и о том, что вычислить нас людям Скульптора будет сложнее – если, конечно, они продолжают патрулирование. Правда, думаю, для нас не будет особой разницы, нарвемся мы на банду Скульптора или на какую-нибудь другую. Это у меня мышление еще не до конца поменялось, а вот для всех этих людей вокруг мы – не более, чем источник опыта и возможных ништяков.
Из-за нездорового оживления останавливаться приходилось часто. Дис связывал эти миграции еще и с выбросом тумана. Видимо, накрыло оживленную часть сектора, и ничего хорошего для нас это не предвещало. У меня появлялись даже предательские мыслишки бросить все это дело, вернуться на базу и выждать, пока ситуация не изменится, но «жаба», изрядно стимулируемая таймером, неумолимо отсчитывающим время, оставшееся до того момента, как карета превратится в тыкву, была категорически против. Да и прошли мы больше половины пути, глупо было бы сейчас просто вернуться назад.
Внезапно темноту разорвала вспышка, на миг осветившая окрестности, высветлившая силуэты домов и отпечатав их на сетчатке. Мы, как по команде, залегли в высокой траве, затянувшей пространство между домами. Яркий болид перечеркнул ночное небо, а потом послышался рев тормозных двигателей. Спасательная капсула, сброшенная с орбиты на Рапсодию, потанцевав несколько секунд на огненном хвосте, опустилась на поверхность планеты. Ты гляди, как бережно! Меня по-другому сбрасывали!
За первой капсулой последовали еще несколько. Всего я насчитал восемь штук, и, как минимум, две из них были значительно крупнее, чем стандартные одноместные. Сегодня на Полигоне солидное прибавление. М-да. Хорошо, что меня одного высаживали. Не хотел бы я оказаться в пятиместной капсуле с матерыми уголовниками. Даже представлять не хочется, что там сейчас может твориться. Сильно сомневаюсь, что новички соберутся в дружную команду.
– Свежее мясо, – подтвердил Дис мои догадки. – В зоне высадки сейчас веселуха начнется. Гляди-ка, фартовый ты, нам сегодня все на руку.
– Особенно нападение собак на руку сыграло, – хмыкнул я, но Дис пропустил мою реплику мимо ушей.
– Придется еще раз корректировать маршрут. Сейчас туда шакалье потянется. Народу скинули много, так что там начнется рубилово настоящее. Нам оно точно не надо. Обойдем.
Будто подтверждая сказанное Дисом, со стороны зоны высадки донесся мучительный крик боли, отразившийся от стен и эхом заметавшийся по тесным дворам. Пошла движуха.
Слева, в отдалении, послышался топот: несколько человек, не скрываясь, бежали к зоне высадки. Дис выругался.
– Придется идти по развалинам. Черт. Кажется, какая-то из группировок за свежим мясом вышла. Ну, да, такую крупную поставку они не пропустят. Видать, шакалам сегодня ничего не обломится. Пошли, хватит тут валяться, а то нарвемся на кого-нибудь. Как-то слишком людно здесь сегодня.
Сместившись влево, мы обогнули дом, и, пригибаясь, припустили дальше. Вот только удалиться от зоны высадки на нормальное расстояние не выходило при всем желании. Развалины многоэтажек, не переживших городские бои и орбитальную бомбардировку, были попросту непроходимы, в обломках и грудах крошева, в которые превратились синтбетонные постройки, запросто можно было переломать ноги, потому передвигаться приходилось по своеобразному лабиринту, петляющему по развалинам в непредсказуемом направлении. Было видно, что Дису идея обойти севшие капсулы этой дорогой уже не казалась хорошей, но возвращаться было смысла уже не было.
Лабиринт извернулся в очередной раз, впереди показалось какое-то свечение, и я замер, присев на корточки. Справа руины закончились, сойдя на нет, блуждая по развалинам, мы оказались совсем близко от спасательных капсул, и, если бы кто-то специально наблюдал за этим местом, нас наверняка бы легко «срисовали». Вот только тем, кто находился у капсул, было не до наблюдений. Я во все глаза уставился на разворачивавшуюся перед нами картину.
Одна из капсул горела – видимо, тормозные двигатели не выработали все топливо, а посадка вышла жесткой. Казалось бы, спускаемые аппараты, даже одноразовые, должны делаться из негорючих материалов, а вот поди ж ты, полыхает. Видимо, на Рапсодию снова сбрасывали хлам и неликвид времен начала космической эры, который «NewVision» скупала по всей Федерации, и который им с радостью продавали за бесценок. Утилизация, на которую не только тратиться не нужно, но еще и тебе приплачивают, мечта просто.
Капсулы сели кучно, и отблески пламени освещали все, происходящее возле них. А происходило там… Ну, то, что Дис и предсказал.
На земле, в лужах крови лежали несколько тел в оранжевой одежде заключенных – вновь прибывшие, в первую очередь, схватились между собой, не договорившись. А вот потом объединиться их заставили обстоятельства.
Те, кто остались живы, сбились в кучу. Вокруг них не спеша, уверенно, сжималось кольцо обитателей Полигона. У новичков оружия видно не было, а вот местные сжимали в руках дубины, цепи, прочее ударно-дробящее. Чуть в стороне контролировали ситуацию двое с дальнобойным оружием: лучник и арбалетчик. По поведению «принимающей стороны» было видно, что их цель – захватить как можно больше новичков живыми. В противном случае тут давно остались бы одни трупы.
У одного из новичков не выдержали нервы. Издав гортанный крик, он кинулся на сжимающих кольцо «местных», получил в голову битой, и рухнул, как подкошенный. Это послужило для обитателей Полигона сигналом к атаке. Зазвучали глухие удары, послышались подбадривающие крики. Участь новичков была предрешена.
От нас до капсул было не больше пятидесяти метров, и все происходящее было видно, как на ладони. Вот упал с раскроенным черепом пожилой мужчина с синими от татуировок руками и большим, хищным носом. Вот кому-то из новичков удалось вырвать дубину у нападающего и применить ее по назначению, но развить успех ему не дали: арбалетчик вовремя заметил угрозу, и на землю упало еще одно тело в оранжевом комбинезоне…
Смотреть, как избивают людей, было тяжело. Приходилось все время напоминать себе, что на Рапсодию невинных овечек не сбрасывают, и у каждого из новичков вполне может быть личное кладбище за плечами, но помогало это плохо. Такой уж у меня характер, ничего не поделать. Разум требовал не отсвечивать и затаиться, а лучше и вовсе покинуть это место, тело же рвалось в бой. А когда я увидел следующую картину, меня и вовсе затрясло.
Большая часть новичков валялась на земле, некоторых из них утащили куда-то в темноту. Активное сопротивление оказывали лишь несколько человек, прижавшихся к капсуле. Рослый парень средних лет, завладев дубиной одного из нападающих, прикрывал собой девушку. Невысокая, темноволосая, она явно пребывала в ужасе от происходящего и не была способна к каким-либо действиям, будь то сопротивление или побег. Прикрыв лицо руками, она сжалась в комок, и вздрагивала от каждого удара, гулко разносившегося по пустырю. Спустя несколько секунд ее защитник остался один, и на него тут же насели двое. Первый удар новичку удалось заблокировать, но второй бросил его на землю. Нападающий с каким-то остервенением опустил дубину на голову поверженного врага, послышался чавкающий звук, и парень затих. Победитель с гиканьем подскочил к девчонке, и ухватил ее за волосы. Тишину разрезал пронзительный девичий крик, и меня накрыло.
Визг девчонки метался между домами, ввинчиваясь в мозг, а я уносился все дальше от этого места, за десятки световых лет от Рапсодии. Туда, где я, перепачканный кровью, держал на руках обезображенное женское тело, в безумной надежде вглядываясь в скованные смертью черты лица, мечтая только об одном – чтобы все это было ночным кошмаром, дурным сном, увиденным в каюте рейсового корабля, везущего меня в отпуск.
Я, будто со стороны, услышал бешеный рык, и с удивлением понял, что его издает моя собственная глотка, а в следующую секунду кто-то навалился сверху, заламывая мне руки и вжимая лицом в землю.
– Тихо, Алтай, тихо! – зашипел Дис мне в самое ухо. – Ты сумасшедший, что ли? Мы там ничего не сможем сделать, только сами ляжем, успокойся!
Сердце колотилось, как бешеное, перед глазами плыли пятна, руки скребли по камням. Дис навалился еще сильнее, так, что стало трудно дышать. Я сжал зубы, задержал дыхание, а потом сделал глубокий выдох.
Постепенно возбуждение улеглось, и я пробормотал:
– Все, нормально, отпускай!
– Что с тобой? – Дис недоумевающе смотрел на меня. – Ты рванул туда так, как будто зубами там всех рвать собирался. Еле успел тебя удержать! Дури у тебя – немеряно, с трудом справился.
– Извини, – буркнул я. – Накрыло.
– Ты меня пугаешь, – Дис выглядел обеспокоенным. – Может, расскажешь, что это было вообще? Часто у тебя такое бывает?
– Нет. Не расскажу. Все нормально, я в порядке. Больше такое не повторится, – твердо ответил я, а про себя добавил: «наверное».
– Псих, – покачал головой Дис. Знал бы он, насколько это недалеко от истины!
– Ладно, пошли, – крепыш потянул меня за рукав.
Я бросил взгляд на капсулы. Там уже все закончилось. Победители обыскивали побежденных и капсулы в поисках стартовых комплектов. Большая часть местных скрылась во тьме, девчонки видно не было. Встряхнув головой, я поднялся и кивнул Дису:
– Идем.
Мы снова углубились в развалины. Двигались сначала крадучись, увереннее и быстрее пошли лишь после того, как нас снова скрыли от любопытных взглядов поднявшиеся с обеих сторон горы строительного мусора. Дис, сверяясь с картой, шел впереди, отыскивая дорогу в руинах, я следовал за ним. Меня немного отпустило, но на душе скребли кошки. Хотя место недавнего боя давно скрылось из виду, каждые несколько шагов я периодически оглядывался, а в голове все так же пульсировал отчаянный девичий крик.
Черт. Ох, и дерьмовое же это место! Может, следовало все же выбрать высшую меру вместо высадки на Рапсодию?
Глава 12
Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, третий сектор Серой, условно-безопасной зоны Полигона. Руины жилых кварталов, окрестности зоны высадки.
Блуждали мы еще довольно долго, Дис даже начал нервничать. По его словам, мы слишком близко подошли к границе с Оранжевой зоной. Пришлось снова корректировать курс, несколько раз перебираясь через настоящие курганы строительного мусора. Издалека все так же доносились звуки стрельбы из орудий, и, кажется, пару раз звучали взрывы. В Пределе точно происходило что-то нехорошее.
В какой-то момент мне почудилось движение среди руин, и мы почти час провели, затаившись и боясь даже вздохнуть лишний раз. Людям здесь, в развалинах, делать было нечего, а, после нападения морфировавших собак, ожидать с той стороны можно было чего угодно. Снова встречаться с тварями Предела не было никакого желания, так что проще было перестраховаться, чем проверять, что там за движение такое.
Спустя некоторое время лабиринт развалин закончился. Попетляв напоследок, он снова вывел нас в застройку, в отдалении от зоны высадки. Выбравшись из руин, Дис повертел головой, быстро сориентировался, и повел меня через дворы. Ферра поднялась в максимально высокую точку над горизонтом, и видимость улучшилась, нужное нам здание маячило впереди, и, по моим прикидкам, до него было не больше пятисот метров. Но это если идти по прямой. На Полигоне же ходить прямо получалось не всегда. Вот и сейчас, Дис остановился, пригнулся ко мне, и зашептал на ухо:
– Мы сейчас возле Рынка. Видишь длинный ангар?
Я присмотрелся и кивнул. Хм. Где-то я это строение уже видел. Вот только где?
Точно! Когда на крыше сидел, рекогносцировку проводил! Это, кажется, супермаркет. Значит, сейчас мы находимся за транспортным кольцом. Ну, да, все верно. Так это, получается, местный рынок? Хм. Ну, наверное, разумно. Пространство перед рынком полностью просматривается на несколько сотен метров, подойти незаметно можно только сзади, там, где мы сейчас и находимся. Но одну сторону защищать не так сложно, достаточно поставить трех-четырех дозорных, которые наверняка сейчас и маячат в вентиляционных окнах под крышей, да сигналок понаставить, и, в целом, можно жить спокойно. Да еще, думаю, кто-то рынок однозначно крышует, не может быть такого, чтоб он сам по себе существовал. Не удивлюсь, если безопасность здесь группировка все того же Скульптора обеспечивает, как самая мощная в секторе.
Дис отчасти подтвердил, отчасти опроверг мои догадки.
– Сейчас нам надо будет обойти это место, дальше получится, зато не нарвемся. А то решат, что мы против Рынка недоброе замышляем – костей не соберем. Рыночные – ребята правильные, но жесткие, против них даже Скульптор не рыпается. Да и смысла нет. Я, вообще, планировал выйти немного в другом месте, но заблудился в этих руинах гребаных. Ничего, тут крюк небольшой получается.
Я лишь пожал плечами. Мне без разницы, тут расстояния маленькие, а кривой дорожкой ближе. Главное – закончить. Вылазка получилась долгой и нервной, меня до сих пор слегка потряхивало, и, чем спокойнее и быстрее она завершится – тем лучше.
Вот только спокойнее не получилось.
Очередную группу охотников мы заметили, когда они уже плотно сели нам на хвост. Сколько там было человек, понять было тяжело, группа рассеялась, весьма грамотно беря нас в клещи. Не споткнись один из них в темноте, и у них могло бы получиться. Но, то ли госпожа Фортуна продолжала приглядывать за нами, то ли у кого-то были проблемы со зрением, вот только один из неизвестных преследователей не заметил выбоину, и во весь рост распластался на земле, еще и сопроводив падение отборным матом.
Тем не менее, даже поняв, что они раскрыты, преследователи от своих намерений не отказались. Скорее, наоборот – начали форсировать события, припустив в погоню уже по-серьезному.
Самое обидно, что до цели нам оставалось не больше двух сотен метров. Всего-то и нужно было, что пересечь автомобильную дорогу и, в тени длинного здания торгового центра, дойти до нужного дома. Теперь так просто это сделать не выйдет. Вариантов у нас было всего два: или принимать бой, или бежать. Только вот и бежать мы могли лишь прямо, на открытую местность, и не исключено, что охотникам нужно было именно это. Но ввязываться в драку, не зная количества преследователей и даже практически не видя их, было совсем уж безумием. Переглянувшись, мы с Дисом рванули вперед. Преследователи, с гиканьем и улюлюканьем, припустили следом.
Мы почти перебежали через дорогу, когда в остов легковушки, навсегда замершей на разделительной полосе, ударил метательный снаряд. Я ушел в перекат, укрывшись за машиной, и, в ту же секунду, чудом уцелевшее боковое стекло автомобиля брызнуло осколками от еще одного попадания. Дис быстро высунулся, тут же спрятавшись назад, и сдавленно выругался.
– Их там человек семь, и у них пращник! – прошипел он. – На «три» бежим за угол! Виляй, береги голову! Раз… Два…
На «три» мы сорвались с места, так, что я даже пробуксовал подошвами ботинок по дорожному покрытию. Сзади послышались крики – преследователи мчали вдогонку, подбадривая друг друга. Еще один камень, выпущенный из пращи, пролетел совсем рядом, и выбил искры из металлического забора, которым была огорожена строительная площадка справа от торгового центра. Заворачивая за угол, я потерял равновесие, и чуть не упал, но через секунду выпрямился, и оказался вне поля зрения пращника. А вот Дису повезло меньше.
В воздухе снова свистнул камень, и бывший артиллерист, злобно выругавшись, упал на землю. Я подскочил к нему, и рывком затянул товарища за угол.
– Ты как?
– Терпимо, – сквозь зубы прошипел Дис, поднимаясь на ноги. – Валим отсюда!
– Куда? – я быстро огляделся.
До цели было совсем недалеко, каких-то полторы сотни метров по прямой. Вот только прямая эта проходила по парковке у торгового центра, и, если мы побежим напрямик, будем у преследователей, как на ладони.
– Внутрь! – выдохнул Дис.
Топот бегущих ног стал ближе. Еще несколько секунд – и преследователи выскочат прямо на нас. Дис еще раз выругался, и рванул вперед, шипя от боли. Мне не оставалось ничего, кроме как последовать за ним.
До дверей торгового центра, щерящихся осколками прозрачного полипласта, оставалось не больше двадцати метров. Мы пролетели это расстояние в считанные мгновения, буквально ввалившись внутрь. Я оглянулся назад, затормозил, и схватил Диса за рукав.
– Глянь!
Преследователи уже показались на площадке перед торговым центром, но, увидев, что мы скрылись внутри, прекратили погоню. Один из них, высокий, худой тип с коротким копьем в руке, что-то сказал товарищам, и вся компания рассмеялась. Снова повернувшись к нам, он сделал неприличный жест. Пятясь, будто опасаясь подлянки с нашей стороны, преследователи скрылись за углом.
– Чего это они? – с трудом отдышавшись, поинтересовался я у Диса.
– Да хрен их знает, – он пожал плечами. – Думаю, не решились лезть в темноту. Мало ли, что мы тут придумаем.
Я недоверчиво хмыкнул. Лично мне показалось, что дело было в чем-то другом. Уж сильно злорадно ухмылялся тот длинный придурок.
– Ладно, пошли, чего стоять? – Дис порылся в рюкзаке, и щелкнул кнопкой фонарика. Узкий, красный луч высветил разбитые витрины магазинчиков, пометался по холлу, и упал на пол. – Пройдем через торговый центр, посмотрим, что с той стороны. Там до здания с ретранслятором десять метров вообще. Уже бы там были, если бы не эти ублюдки, – Дис поморщился и размял плечо, в которое попал камень. – У, с-сука! Офигеть, как он выцепил! Снайпер хренов!
И в этот момент послышался звук. Негромкий, но отчетливо слышимый в тишине пустого торгового центра. Как будто кто-то наступил на стекло.
Я напрягся и сжал рукоять мачете. В здании был кто-то кроме нас, и этот кто-то пока скрывался. Дис тоже услышал звук, и потянул молоток с длинной, почти метровой ручкой, закрепленный на его рюкзаке. Мы переглянулись. Назад идти было нельзя: преследователи, скорее всего, поджидали нас на улице, а их пращник успел доказать, что не промахивается даже в темноте. Желания поймать головой метко запущенный камень не было никакого. Оставалось лишь идти вперед, и надеяться, что тот, кто прячется в недрах здания, боится нас больше, чем мы его, и напасть не рискнет.
Торговый центр был не самым большим – три этажа, состоящие, преимущественно, из коридоров, вдоль которых теснились магазинчики, просторного холла в центре каждого этажа, и фудкорта в конце. Из-за того, что торговый центр был построен на уклоне, мы, войдя через главный вход, попали сразу на третий этаж. Теперь нам предстояло миновать все три этажа, пройти здание насквозь, и выбраться из него возле двенадцатиэтажки с ретранслятором. Для этого нужно было добраться до середины холла, и спуститься по замершему эскалатору. Расстояние небольшое, метров пятьдесят, не больше, но заставить себя сделать шаг в темноту, особенно зная, что в ней кто-то скрывается, было делом непростым.
Фантазия не спала, и выковыривала из самых отдаленных уголков сознания все страхи, присущие человеку еще с тех времен, когда за пределами костра, разведенного на входе в пещеру, бродили древние монстры, сдерживаемые одним лишь «огненным цветком». Если отбросить патетику – было жутко до усрачки. Кажется, еще ни разу за все недолгое время, проведенное на Рапсодии, мне до такой степени не хотелось оказаться внутри верного, надежного штурмового скафа, и взять в руки многофункциональный стрелковый комплекс. Казалось бы, за время службы и бешеные несколько дней на Полигоне я видел все, но кромешная тьма, едва разгоняемая узким лучом фонаря Диса, превратила меня в испуганного первобытного человека, судорожно сжимающего палку с закрепленным на ней осколком обсидиана, и страстно желающего, чтобы скорее наступило утро.
Я стиснул зубы и тряхнул головой, пытаясь отогнать наваждение. Какого черта? Мне что, пять лет, что ли? Соберись, капитан! Стыдно должно быть! Ты, ж, мать твою, не ребенок! За твоими плечами больше десятка планет, под тридцать десантов, и хрен знает сколько боестолкновений с ксеносами! Какого хрена нюни распустил? А ну вперед! Шагом а-арш!
Аутотренинг не помогал. Я бросил быстрый взгляд на Диса, и увидел, что скрутило не меня одного. По лицу парня сбегали крупные капли пота, зрачки неестественно расширились…
И тут вдруг меня разбило узнаванием. Это ощущение животного страха, граничащего с ужасом, липкие от холодного пота ладони, трясущиеся колени, отчаянное желание бежать, как можно дальше, и паралич конечностей, не дающий этого сделать… Я все это уже испытывал! Только совсем в другом месте и при других обстоятельствах… Черт, неужели…
– Дис! Дис, валить отсюда надо! Назад, быстрее!
– Какого хрена? – голос парня звучал сдавленно.
– Дис, здесь дементор!
– Кто? Какой еще, нафиг, дементор?
Ответить я не успел. Затрещало лопающееся стекло, зазвенели осколки, и на нас, молчаливо и яростно, бросились темные фигуры.
Отлично мы спрятались, ничего не скажешь!
Глава 13
Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, третий сектор Серой, условно-безопасной зоны Полигона. Жилые кварталы.
Отшатнувшись от первого из нападающих, я отмахнулся мачете, целясь в шею. Однако неизвестный дернулся, и удар пришелся по плечу. Впрочем, тоже неплохо – с такой раной из боя выходят моментально, там такой болевой шок, что уже не до драки. Вот только, к моему удивлению, нападающий вообще никак не отреагировал на ранение, снова бросившись на меня. Что за чушь?
– Алтай, туманники!
Твою мать! Час от часу не легче!
Я прыгнул в сторону, уходя от броска – теперь-то понятно, почему нападавший не отреагировал на ранение – развернулся, и ударил по шее. На этот раз сработало, хоть и не до конца: туманник рухнул на четвереньки, голова свесилась набок, и морф закружился на месте. Добивать его было некогда: на меня бросилась новая тварь.
Я сдавленно выругался: все это средневековое фехтование начало меня порядком напрягать. До зубовного скрежета. Очень хотелось взять в руки огнемет и выжечь все вокруг к чертям свинячьим. Блин, ну не умею я этими железяками воевать, не-у-ме-ю! Меня другому учили! До сих пор спасало только то, что я был быстрее и сильнее противников, сейчас же… Туманники были тупее и, пока что, медленнее людей, силы тоже еще набраться не успели – ксеновирус не так давно попал в организмы несчастных, и еще не успел перестроить их на свой лад, но количество тварей и отсутствие реакции на боль… Черт, да они нас просто затопчут!
Я рубанул мачете, как колуном, опуская тяжелое лезвие на голову атакующего туманника, и едва не лишился оружия: морф рухнул, как подкошенный, утаскивая за собой застрявший в черепе тесак. Ухватившись за ручку, я пнул туманника в голову, высвобождая лезвие, и тут же упал, сбитый с ног очередной тварью.
Отпихнув туманника, я перекатился по полу и вскочил на ноги, отступая к стене. Вот только стена оказалась разбитой витриной магазинчика, сквозь которую высунулись чьи-то руки, обхватили меня за плечи, и рванули назад.
Рывок удался: я потерял равновесие, и вынес спиной оставшееся стекло. Сгруппировавшись, перекатился через левое плечо, и наугад отмахнулся мачете. Не попал, но повторять попытку не стал, метнувшись назад в коридор. Мать вашу, да откуда вас столько взялось!
– Валим отсюда на хрен! – выкрикнул запыхавшийся Дис.
Он расправился с очередным туманником, и, не дожидаясь меня, рванул по коридору. Я стартовал следом, и тут же полетел на пол: морф, так и продолжавший ползать на четвереньках, навелся на меня, и удачно схватил за ногу. Я со всего маха приложился грудью об пол, и выронил мачете, а тварь, будто обретшая второе дыхание, резко дернула меня к себе.
Не теряя времени на поиски оружия, я сорвал с пояса нож, извернулся и воткнул его в рожу морфа. Тот явно не ожидал этого, и ослабил хватку. Ударом высвободившейся ноги я вбил нож в череп твари по самую рукоятку, нащупал на полу свой тесак, и с низкого старта устремился за Дисом.
Вовремя. Дис лежал у ведущего вниз эскалатора, и пытался стряхнуть с себя насевшего туманника. Я набрал скорость, слегка изменил направление, и мощным боковым ударом пробил носком ботинка морфу в голову.
Голова твари мотнулась в сторону, послышался хруст ломающихся шейных позвонков, туманник дернулся, и обмяк.
Вытащив Диса из-под тела мертвой твари, я помог ему подняться.
– Сзади!
Я успел развернуться как раз в тот момент, когда на меня бросилась новая тварь. Отпихнув морфа локтем, я придал ему ускорение пинком. Он, по инерции, пробежал несколько шагов, врезался в перила возле эскалатора, потерял равновесие, и рухнул вниз. Снизу послышался грохот и треск, но смотреть, куда там врезался морф, времени не было: к нам подоспели новые твари. Черт, как же это надоело!
Чтобы с помощью мачете вывести из боя человека, достаточно нескольких серьезных порезов, туманников же напугать или вынудить отступить невозможно. Только убивать. А для этого нужно бить в голову или шею, при этом, удар должен быть достаточной силы, чтобы гарантированно убить тварь. Вот только лезвие, хоть и тяжелое, чаще соскальзывало, а поразить шею атакующему туманнику, да еще когда он не один, было той еще задачей.
Дис со своим молотком таких проблем не знал. Его оружие крушило черепа направо и налево, даря туманникам гарантированное упокоение, если не с первого, так со второго удара. Вот только этого все равно было недостаточно.
Тварей было слишком много. Я не представлял, откуда они взялись здесь в таком количестве, не понимал, как получилось так, что люди на Полигоне сбились в такую толпу и все дружно попали под выброс тумана, да мне это было и не важно, на самом деле. Сейчас значение имело только одно: нас зажали, и выбраться без потерь не представлялось возможным. О прохождении инициации я вообще молчу: тут бы живыми остаться.
Инцидент с собаками на пустыре казался чем-то далеким и практически безопасным. По сравнению с той жопой, в которую мы угодили сейчас, это было не более, чем возня с домашним питомцем на лужайке возле дома. Черт, а ведь казалось, что мы уже добрались, что до цели осталось совсем немного, и скоро можно будет отправляться в обратный путь, радуясь приобретенным плюшкам, и раздумывая, какую вундервафлю выбрать в магазине в качестве бонуса. Впрочем, так оно обычно и бывает. Эх, ну вот нормально же шли…
Я упокоил еще одного морфа и сместился в сторону, отчаянно озираясь в поисках пути к бегству. Пока нас спасала лишь тупость туманников. Они перли толпой, мешая друг друга, толкаясь и невнятно урча, в попытках первыми добраться до вожделенной человеческой плоти. В бледном свете Ферры, льющемся сквозь разбитый стеклянный купол на крыше торгового центра, я насчитал около десятка спешащих к ужину морфов. Они выбредали из магазинчиков, моментально «наводились» на нас, и ускорялись, устремляясь к месту свалки. Нужно было срочно что-то делать. Я уже устал, а от никуда не девшегося, и лишь притупившегося благодаря выбросу адреналина, страха, силы уходили еще быстрее. Нужна передышка.
Мой взгляд наткнулся на распашные двери, ведущие в подсобку. На ручках виднелся замок-блокиратор, явно провисевший там с начала вторжения на Рапсодию. А это значило, что с той стороны двери туманников точно нет.
Практически отрубив руку потянувшейся ко мне твари, я ударил туманника под колено. Нога морфа подломилась, и он упал на четвереньки, удобно подставляя шею. Добив тварь, я окликнул Диса и побежал к двери.
Задачей хлипкого блокиратора было не пускать внутрь служебного помещения посетителей торгового центра, а никак не противостоять натиску здорового мужика с самодельным мачете. Два удара, рывок – и я распахнул дверь.
Изнутри пахнуло затхлостью и запустением. Отлично! Значит – никого! Я обернулся, чтобы позвать Диса, и у меня вдруг перехватило дыхание. Ноги моментально стали ватными, захотелось забиться в самый дальний угол, спрятать лицо в ладонях, и сидеть так, пока кошмар не рассеется. Вот только рассеиваться он и не собирался.
Из атриума, медленно и плавно, поднимался, левитируя, дементор, и от него, подобно кругам на воде от брошенного камня, расходились волны животного, всепоглощающего ужаса.
Я почувствовал, как у меня подгибаются колени и предательски норовят разжаться пальцы, стискивающие рукоять мачете. Черт! Проклятая тварь! Да как она вообще тут оказалась?
Дементор поднялся над перилами, и Ферра полностью осветила отвратительное создание. Эллипсовидный кусок мяса, размером с двухместный электромобиль, покрытый щетинками сенсоров, с рудиментарными отростками, напоминающими щупальца миниатюрного осьминога, зараженного неведомой болезнью, растущими по периметру тела. Шишки и наросты на туловище шевелились, будто пытаясь жить собственной, независимой друг от друга, жизнью. Впереди, ровно посередине, расположился большой красный глаз без зрачка. Тварь медленно повернулась в воздухе, глядя прямо на нас, и меня прошибло противным, липким потом.
Внезапно ожил имплант.
Внимание! Обнаружена враждебная форма жизни!
Биоморф класса «Дементор». Донор – неизвестен.
Степень опасности – 10.
Ну, спасибо, родной! А я-то и не в курсе!
Дементоры – базовые биоморфы ксеносов. Зараженные ксеновирусом формы жизни развивались достаточно хаотично и могли выглядеть, как угодно, дементоры же были одним из видов солдат, созданных искусственным путем, то ли на основе каких-то других, неизвестных нам живых существ, то ли смоделированных биокомпьютерами ксеносов для конкретных целей, и составляли часть армии вторжения. Основная опасность дементора заключалась в его пси-способностях. Мало того, что эти твари были ищейками, живыми локаторами, улавливающими эманации живых существ, способными обнаружить человека даже в бетонном бункере, они еще и координировали зараженных ксеновирусом морфов, объединяя их в некое подобие коллективного разума. Ну а вишенкой на тортике было пси-излучение, испускаемое дементорами. Не знаю, как насчет других существ, но люди в их присутствии ощущали безотчетный страх, варьирующийся от легкого беспокойства до панического ужаса, в зависимости от расстояния. Несколько дементоров на поле боя превращались в мощнейшее пси-оружие, именно поэтому их старались выбивать в первую очередь. Эх, жаль, что на Калибане мы не знали этого. Впрочем, тогда мы не знали о пришельцах слишком многого.
Мысли метались в голове стаей перепуганных воробьев, а я, тем временем, пытался справиться с собой, чтобы как-то помочь Дису. Мне было чуть легче, хоть каждый шаг и давался с огромным трудом, но я, по крайней мере, когда-то уже испытывал подобное, и понимал, что вообще происходит. В подготовку же орбитальной артиллерии, судя по всему, курс по боевым единицам противника не входил, что, впрочем, логично, и сейчас Дис замер соляным столбом, явно не понимая, что происходит. А он же еще и ближе к дементору находится!
Стиснув зубы, что-то шипя, я шел к Дису, преодолевая сопротивление собственного тела. Инстинкт самосохранения выл тревожной сиреной, требуя немедленно покинуть это место, ноги отказывались слушаться, но я продолжал двигаться. Если я не заберу Диса – ему конец. Мало того, что продолжительного пребывания рядом с дементором попросту не выдержит мозг, так еще и новые туманники уже ковыляли на смену тем, которых он положил. Сомневаюсь, что под «дебафом» от дементора Дис сможет им активно сопротивляться. Черт, это сколько он опыта накосил? А какой у него вообще уровень? Вот же, я и не в курсе. Но ведет он себя явно не как новичок, в Лимбе он явно провел немало времени. Надо будет пообщаться с ним на эту тему.
По мере того, как я отвлекал себя всякой ерундой, воздействие дементора слабело. Это не было моим ноу-хау, такую технику борьбы с пси-излучением разработали военные психологи Земной Федерации. Правда, ее действенность определялась естественной устойчивостью организма к воздействию. У меня эта устойчивость была высокой, меня даже, в свое время, на тесты всякие таскали, провели массу исследований и литры крови выкачали на анализы, так замучали, что я был счастлив вернуться в роту, ведущую активные боевые действия. Ну, хоть в чем-то повезло.
Я добрался до Диса одновременно с туманником. Ухватив товарища за шиворот, я отшвырнул его назад, сам же отбил вялую атаку морфа, и уже привычным движением раскроил ему череп. Морфы, кстати, тоже замедлились, а их движения потеряли координацию. Это почему, интересно? Потому что они начали изменяться совсем недавно, и излучение дементора тоже действовало на них?
Впрочем, неважно. Я шагнул назад, схватил Диса, сжавшегося на полу в позе эмбриона, за куртку, и потащил к дверям. Быстрее, быстрее… Дементор поднялся выше, перевалил через перила, оставляя на них мокрый, слизистый след, и неторопливо поплыл в нашу сторону, чертя безвольно висящими щупальцами влажные дорожки на пыльном полу.
Откуда-то справа неожиданно резво выскочил туманник. Я отмахнулся, не пытаясь убить морфа, и продолжил движение. Дис был тяжелым, тащить обмякшее тело по полу было трудно, а дементор приближался, и даже детские считалочки, которые я бормотал себе под нос, уже не очень помогали. Я попытался сосчитать в уме, сколько опыта осталось мне до следующего уровня, но очередной туманник сбил с мысли. Этого пришлось убивать. А потом я спиной ввалился в двери, захлопнув их перед носом у еще одного морфа, и сразу стало легче – в прямой видимости излучение дементоров всегда сильнее, сейчас же, когда нас разделяли двери, давление ослабло.
Оставив застонавшего Диса приходить в себя, я быстро выдернул из штанов ремень, и перемотал им дверные ручки. Преграда так себе, но продержится, пока я найду, чем заблокировать двери понадежнее. В том, что туманники примутся сюда ломиться, я не сомневался: их пошлет дементор. Если эта тварь объявилась здесь и засекла нас, она не успокоится, пока мы не будем мертвы.
Ухватив обнаруженный у одной из стен стеллаж, я, кряхтя от напряжения, потащил его к сотрясающейся двери. Нужно как следует забаррикадировать ее, и валить подальше отсюда. Сами по себе туманники тупые, но под управлением дементора… Внезапно промелькнувшая мысль обожгла меня ужасом, не имеющим ничего общего с пси-воздействием: а что, если здесь не просто залетный дементор, а стандартный базовый отряд, с прислужниками, жнецами, и модификатором? Мне стало дурно, и я поспешил отогнать от себя эту мысль. Нет, такого не может быть. Если б на Рапсодии остались ксеносы, планету никогда бы не отдали «NewVision», слишком опасно. Одно дело – невыявленный биореактор, в котором дозревают дементоры, и совсем другое – полноценная Обитель с лендлордом. Это угроза потери планеты и опорная точка нового вторжения. Бред. Ксеносов разбили и заставили убраться в свое пространство, а Обители на захваченных планетах выжгли орбитальными ударами. Можно расслабиться и не калечить себе психику флэшбеками.
Я закончил возводить баррикаду, когда перед глазами, само по себе, развернулось окно системного уведомления.
Внимание! Доступно новое специальное задание!
Я пробежал взглядом условия квеста, и сначала даже не поверил глазам, пришлось перечитывать.
Твою мать! Этого мне еще не хватало! За что, мироздание? Где же я так накосячил-то, а?
Мироздание не ответило. Выругавшись, я подхватил оживающего Диса, забросил его руку себе на плечо, и потащил товарища по коридору вглубь служебного помещения.
Глава 14
Земная Федерация, система Ориона. Планета Рапсодия, третий сектор Серой, условно-безопасной зоны Полигона. Жилые кварталы.
Служебное помещение третьего этажа оказалось офисом. Оставив Диса восстанавливаться после встречи с дементором в кабинете управляющего, я быстро проверил остальные помещения. Комната отдыха, маленькая столовая с раскуроченным пищевым синтезатором, еще несколько кабинетов… Все чисто. В конце коридора я обнаружил дверь, ведущую на пожарную лестницу, и заблокировал ее металлическим стулом. Так себе преграда, но запираться в замкнутом пространстве без путей отступления не хотелось. Дверь была единственным выходом, не считая забаррикадированного, ведущего в торговый зал, и отступать больше было некуда, так что чересчур ее загромождать было бы глупо. Рассиживаться здесь тоже не стоило, сами по себе туманники вряд ли додумаются спуститься на этаж ниже и подняться по лестнице, но, координируемые дементором… Но прямо сейчас уйти нельзя, сначала Дис должен окончательно очухаться. Хотя, мне теперь нельзя уходить в принципе. Черт, это ж надо было так вляпаться! Ну вот как так получилось вообще, какого хрена?
Вернувшись в кабинет, я обнаружил товарища сидящим на столе, и жадно пьющим воду из фляги. Услышав шаги, он схватился за свой молоток, но, разглядев, что это я, расслабился. Я снял с фонарика Диса красный светофильтр и поставил его вертикально, так, чтобы свет бил в потолок и рассеивался по помещению, освещая его.
– Что это было? – Дис до сих пор выглядел ошарашенным.
– Дементор. Ты не в курсе, что это за дрянь, да?
– Первый раз слышу, – признался Дис.
Я быстро ввел его в курс дела, и, по мере моего рассказа, Дис все больше мрачнел.
– Из Оранжевой приперся, – хмуро заключил он, когда я закончил. – Видать, там серьезный прорыв, если даже такая мерзость просочилась. Кажется, Лимб перестает быть условно-безопасной зоной.
– Охренеть, какой безопасный он был до этого, – я фыркнул.
– Ну, по крайней мере, до этого, тварей из Оранжевой зоны здесь не наблюдалось, – пожал плечами Дис. – Где мы вообще находимся?
– Служебное помещение, все на том же третьем этаже. Ты не помнишь, как я тебя тащил?
– Ни черта не помню, – признался Дис. – Как эта хреновина появилась – полный провал в памяти.
– Защитная реакция, – кивнул я. – У тебя вполне могли начаться необратимые изменения в психике от излучения дементора, вот организм и защищался.
– Угу. Выходы еще есть?
– Есть. Пожарная лестница. На ней пока активности не наблюдается.
– Отлично. Тогда сейчас спустимся по ней до первого этажа, и через служебный выход и свалим. Ну нафиг, не хочу я тут торчать. Ох и тварь же, б-р-р-р!
Я невесело усмехнулся.
– А вот с этим, боюсь, могут возникнуть трудности.
Я снова развернул системное уведомление.
Внимание! Зафиксирован прорыв враждебной формы жизни в условно-безопасную зону Полигона. Враждебная форма жизни – биоморф класса «Дементор».
Степень опасности – 10.
Прорыв враждебных форм жизни в условно-безопасную зону недопустим.
Результаты анализа: вероятность успешного уничтожения биоморфа – 63 %, что на 30 % выше, чем у любого игрока в вашем секторе.
Внимание! Доступно новое специальное задание.
Класс – индивидуальное, обязательное.
Ликвидируйте последствия прорыва, уничтожив дементора, и получите награду:
– 10 000 очков опыта;
– 100 000 кредитов;
– бесплатная активация одной дополнительной функции базового импланта по выбору системы;
– повышение уровня лояльности администрации Полигона.
Штраф за невыполнение задания: отключение функции сопряжения базового импланта с ретрансляционной станцией. Понижение уровня лояльности администрации Полигона.
Внимание! Задание имеет ограничение по времени! Срок выполнения – три стандартных часа. Время пошло.
– Охренеть, – выдохнул Дис, когда я зачитал ему текст уведомления и задания. – И чего теперь делать?
– Судя по всему – убивать дементора, – мрачно ответил я. – Другого варианта нет.
– Первый раз слышу, чтобы был штраф за невыполнение задания, да еще такой. Отключение функции сопряжения это…
– Это пожизненное заточение в Лимбе, без возможности потратить даже заработанные кредиты, – кивнул я. – С неинициированным имплантом в Элизиум не пускают.
– М-да… Дела… – протянул Дис.
Пытаясь отвлечься, чтобы дать мозгу время на осмысление, я просмотрел остальные системные уведомления.
Уничтожен морф. Степень изменений – 1. Донор – человек, зараженный ксеновирусом.
Степень опасности – вариативная. Степень опасности конкретной особи – 1. Дополнительная опасность – отсутствует.
Игрок № 23448 окончательно ликвидирован.
Вы получаете 750 очков опыта.
Использован множитель индекса выживаемости. 750*2=1500
Текущий уровень – 6.
До нового уровня 5500 очков опыта.
Прогресс достижения «Убийца морфов» – 4/10.
Убивая морфов, вы помогаете возродить Рапсодию. Уничтожайте инфицированных ксеновирусом людей и животных и получайте бонусы от администрации.
Получена награда: 500 кредитов.
Всего на счету 11900 кредитов.
И еще несколько точно таких же уведомлений. Я пересчитал, всего их получилось восемь, включая текущее. Это чего, я восьмерых туманников завалил? Нормально так, в пылу схватки и не заметил. В итоге, я взял новый уровень, поднял ранг «Убийцы морфов», и пополнил количество кредитов.
Поздравляем! Вы получаете новый уровень.
Текущий уровень – 7.
До нового уровня – 3000 очков опыта.
Ранг достижения «Убийца морфов» повышен. Текущий ранг – 2.
Прогресс достижения – 1/10.
Продолжайте уничтожать инфицированных ксеновирусом людей и животных, и получайте дополнительные награды и бонусы от администрации.
Получена награда! 500 очков опыта, 500 кредитов.
Текущий уровень – 7.
До нового уровня 2500 очков опыта.
Всего на счету – 15900 кредитов.
Я невесело ухмыльнулся. Толку мне с этих кредитов и опыта, если я не смогу ими воспользоваться? Убить дементора… Твою ж мать, ничего попроще придумать не могли?
– А почему система выбрала именно тебя? В секторе куча игроков же! И с какого перепуга у тебя шанс убить эту тварь выше, чем у других?
– Без понятия. Единственное, что приходит в голову – это моя повышенная устойчивость к пси-излучению. Это еще во время войны выяснили, какое-то время изводили меня опытами своими, хотели выяснить, почему так, и, возможно, на базе этого какую-то защиту разработать, но потом пришли к выводу, что это нерентабельно, а я больше пользы принесу в действующей армии, чем в исследовательском центре.
– Хм. Ясно. Ну, и как убить эту тварь? Есть у тебя такой опыт? Как вы их убивали в десанте?
– Преимущественно – сбивали ракетницами, – я пожал плечами. – Так что мои навыки по истреблению летающих мешков с говном нам вряд ли пригодятся.
– Да, ракетницы у нас нет… – задумчиво проговорил Дис. – Что вообще они из себя представляют эти дементоры? Я имею в виду, биологически? Есть какие-то слабые стороны у них?
– Биологически это то, чем и выглядит. Летающие куски мяса. Пулевое оружие неэффективно, пули тупо вязнут, и, кажется, даже боли не причиняют. Все важные органы у него глубоко внутри, нам до них, с имеющимся оружием, не добраться. Да и не даст он близко к себе подойти. Ты с ума сойдешь от излучения, я, может, кукухой и не уеду, но что-либо делать не смогу. Плюс, не нужно забывать о туманниках, эта тварь их координирует, объединяет в подобие коллективного разума. Повезло, что эти свежие все, и не успели еще как следует измениться, на них излучение дементора тоже действует. Так бы шансов совсем не было. Не знаю я, Дис, что с ним делать. Нет у нас такого оружия, с которым можно на эту тварь выйти.
– Хм. Зато я, кажется, знаю, – Дис скинул рюкзак и открыл клапан. – Мясо, говоришь? Мясо – это хорошо.
* * *
Я разблокировал дверь, приоткрыл ее, и аккуратно высунулся, готовый сразу же нырнуть назад в коридор, если окажется, что с этой стороны нас уже поджидают, но все было чисто. Несколько секунд мы стояли, прислушиваясь, и, лишь удостоверившись, что нигде под лестницей не забуксовал одинокий туманник, начали спуск.
Внутренние карманы куртки оттягивали две стеклянные бутылки, заткнутые тряпками, еще одну я закрепил во внешнем кармане рюкзака, надеюсь, она не вывалится оттуда в самых неподходящий момент, и не разобьется. Дис был экипирован аналогичным образом. Сейчас предстоящая охота на дементора уже не казалась мне настолько уж самоубийственным мероприятием, и наши шансы, по моей личной шкале, поднялись с отметки «мы обязательно сдохнем», до «может, чего и получится», и сейчас составляли примерно пятьдесят на пятьдесят – или сдохнем, или нет. И все благодаря запасливости Диса. Впрочем, «запасливость» – немного неверное слово. Это Полигон, и никогда не знаешь, что тебе пригодится, а единственный способ не потерять собственность – следовать правилу «Все свое ношу с собой». Вот Дис и таскал трехлитровую канистру с жидкостью для розжига огня, которую нашел в обломках сбитого кем-то дрона-гуманитарщика. И сейчас она была очень и очень в тему.
Пустые стеклянные бутылки нашлись в зоне отдыха персонала, с тряпками тоже решилось легко – на них пустили мою футболку. Свитер, надетый на голове тело, не очень приятно колол кожу, но, если мы выберемся, и я все же пройду эту гребанную инициацию, шмот я себе закажу в виртуальном магазине Полигона. А если не выберемся – так и дискомфорт испытывать осталось недолго.
План был прост: выманить дементора и забросать его бутылками с горючей жидкостью, предварительно подпалив тряпки. «Коктейль Молотова», оружие пролетариата, оставшееся неизменным в течение нескольких сотен лет, должно было идеально подойти для наших целей. Сомневаюсь, что дементор огнеупорный. Так что все может получиться. Главное – не дать туманникам сожрать нас, и подобраться на расстояние броска.
Спуск до первого этажа прошел без эксцессов, пожарная лестница была пуста и покрыта толстым слоем пыли. Странно. Это, получается, здесь никого с самого вторжения не было? И с Полигона никто не пытался разведать, что тут и как? Удивительно. Мне кажется, тут таких мест немного.
Мы, наконец, добрались до цели, и я с тоской посмотрел на дверь, ведущую на улицу. Если бы не этот выбрык системы, сейчас бы вышли потихоньку, да и свалили нафиг отсюда. А теперь придется выполнять задание. Вот уж повезло так повезло!
Двери на первом этаже были открыты, ломать не пришлось. Видимо, кто-то, в суете и панике эвакуации, все же подумал о людях, которые будут ломиться во все доступные выходы. По правилам, и на третьем этаже пожарный выход должен быть открытым, но там что-то пошло не так. Ну, по крайней мере, не пришлось шуметь, и мы смогли пройти в основные помещения, не привлекая особого внимания.
Короткий коридор закончился еще одной дверью, пройдя в которую мы оказались в торговом зале. В этой части торгового центра расположился большой супермаркет, и все пространство было уставлено опустевшими стеллажами и витринами. Товары отсюда давно растащили – или мародеры во время вторжения, хотя я не мог себе представить психов, тащивших продукты, рискуя попасть в лапы ксеносам, или во время первичной зачистки Рапсодии, или, когда на ней уже организовали Полигон. Да и не важно, на самом деле. Какая разница, кто «почистил» супермаркет? Нам сейчас важнее, чтобы все задуманное получилось.
Дис первым скользнул в зал, сразу укрывшись за витриной-холодильником. Я последовал за ним. Подождав, пока глаза привыкнут к темноте, я осторожно выглянул.
По идее, правильнее всего было бы постараться выманить туманников сюда, в торговый зал, где у нас будет преимущество. Среди витрин и стеллажей туманники будут тупить, и не смогут реализовать свое преимущество в численности. Проще говоря – не загонят нас в угол. А если мы ликвидируем достаточное их количество, здесь обязательно появится дементор, чтобы взять руководство отловом двух гуманоидов на себя, и подкрепить туманников своим пси-излучением. Ну а дальше уже дело техники. Эх, на словах звучит просто, а вот на деле…
Дис тронул меня за рукав, и указал сначала в одну сторону, потом в другую. Я присмотрелся. Ага.