За пределами этих стен Дэллоуэй был знаменитым хирургом. Здесь он стал подследственным, ожидающим вынесение приговора.

Расстегнув воротник блузки. Эмили вытащила наружу две цепочки, чтобы показать висевшие на них два кулона. Второй нашла Джеральдин, проводя обыск в том же ящичке, где лежала и первая цепочка. В ящичке в ванной Дэллоуэя она нашла кулон Зои, даже не осознавая, что обнаружила. Эмили была рада, что Джеральдин спросила ее о нем. Обнаружь она его на себе, лежа одна в той постели, ее ждал бы куда больший шок.

Тогда только она одна знала бы, что это кулон Зои.

– В ту самую минуту, когда увидел вас в той кровати, я тотчас же понял, кто вы. Это было все равно, что смотреть на нее. Я так рад, что этот кулон у вас, – сказал Дэллоуэй. – Теперь вы это знаете. Наверное, именно потому я и оставил его себе.

Губы Эмили задрожали.

– Он был у вас с тех пор, как она пропала? – спросила она.

Дэллоуэй кивнул:

– Тем самым я хотел убедить вас прекратить поиски.

– Но как? – в ужасе спросила Эмили. – Как бы вы это сделали? Заставив меня не думать о ней? Заставив меня думать, что я сошла с ума?

– Написав вам письмо, – тихо произнес он.

Ее глаза удивленно округлились:

– Так это были вы. Вы. – Эмили смотрела на него полным ужаса взглядом. – Так это вы были в моей квартире?

Какое-то время он молчал.

– У меня был ее ключ. У меня был ее сотовый телефон. Из ее сообщений я уяснил ее стиль. Она всегда называла вас «сестрица».

– Как вы могли? – не веря собственным ушам, повторила Эмили. – Только не отворачивайтесь. У вас нет на это права. Как вы могли хоть на мгновение дать мне надежду, что она жива?

Дэллоуэй отвернулся, и Эмили забарабанила кулаками по столу. Он вновь посмотрел на нее, и она увидела в его глазах печаль.

– Я сделал это, чтобы успокоить вас. Я видел вашу комнату…

– Вы трогали мои вещи! – воскликнула Эмили, понимая, что так оно и было. Это он устроил в ее вещах беспорядок, чтобы она подумала, что это Зои рылась в ее пакетах.

– Я должен был убедить вас, что она там была. Я надеялся, что это поможет вам начать новую жизнь. Без нее. Только ради этого.

Эмили посмотрела на него: она не испытывала к нему совершенно никакой жалости. Он разрушил ее жизнь. Из-за него ее упекли в психушку. И все это время он знал, что ее сестра мертва… Нет, она не станет выслушивать его жалкие оправдания.

– Как она умерла?

Он моргнул и отвернулся.

– Вы отказываетесь отвечать мне?

Его грудь вздымалась, словно ему не хватало воздуха. Он молча покачал головой.

Ей осталось задать ему всего один вопрос.

– Где она?

Дэллоуэй вытер глаза, и Эмили увидела, что они полны слез. Он откашлялся:

– На моем участке есть каменная стена, которая тянется вниз по склону холма. Вдоль нее растут в ряд деревья. Там есть одно дерево пониже остальных, без листьев – оно перестало расти после того, как… Она там. Вы найдете ее там.

* * *

Согласно прогнозу, день обещал быть теплым, но солнце так и не появилось. Прежде чем облачиться в рабочий комбинезон и застегнуть его на «молнию», старший следователь Фил Марш надел джемпер. Лишь бы не разболеться, подумал он, чувствуя, как по его спине пробежал озноб. Не хватало подхватить летом грипп! Пристегнув цепь к корню, который не удалось выкопать с помощью лопаты и вил, он прикрепил второй ее конец к небольшому оранжевому экскаватору и подал знак водителю.

Корень поддался и с хрустом выскочил из земли, после чего экскаватор оттащил его в сторону.

Дерево, под которое они делали подкоп, умирало. Древесина под слоем коры была сухой и потемневшей. Пока что им удалось расчистить участок глубиной в фут и площадью три квадратных метра. Подняв лопату и вилы, он вручил их одному из коллег и вздохнул, оглядывая раскопанный участок. Внезапно до его слуха донесся собачий лай.

Следователь увидел на холме женщину-кинолога. Та спускалась вниз по склону с собакой на поводке. Это была особая собака, натренированная на поиск закопанных трупов.

Фил не стал трогать пса. Когда кинолог отпустила его с поводка, тот молча отошел в сторону.

– Вперед, Дигби! – скомандовала она.

Пес забегал взад-вперед возле раскопанного участка. Описав несколько кругов и понюхав воздух и землю, остановился в центре, а затем лег.

Кинолог с гордостью улыбнулась.

– Хороший мальчик! – Она взглянула на Фила. – Кажется, ты в нужном месте.

Тот подошел, чтобы погладить пса, но Дигби отошел в сторону, вновь понюхал воздух и помчался прочь от раскопанного участка. Пробираясь между деревьями и цементной стеной, пес сбежал с холма вниз, где исчез из вида. Впрочем, вскоре они снова услышали его громкий лай. Фил направился в ту сторону.

Дигби лежал за деревом на куче земли. Почва выглядела рыхлой, недавно вскопанной. Фил медленно зашагал вверх по холму. По его лицу остальные члены его команды поняли: ситуация вот-вот изменится. Половину из них придется отправить вниз, к той куче земли. Теперь им предстоит раскопать две могилы.

Через двадцать минут полицейские извлекли из неглубокой могилы человеческие останки. Как только старший следователь сообщил им об этом, Джеральдин и Эмили встали со скамьи. Инспектор попросила Эмили остаться наверху, а сама отправилась с Филом вниз, осмотреть находку. Она понимала: Эмили имела полное право тоже быть там, но Джеральдин хотелось оградить ее от лишних страданий, хотя бы до тех пор, пока они не произведут опознание останков. Впрочем, одного взгляда было достаточно, чтобы понять: это не Зои Джейкобс. Тело было слишком маленьким, и Джеральдин предположила, что они только что обнаружили останки Софии Трендафиловой. Поэтому она вернулась к Эмили, и села рядом, глядя на живописную окружающую местность. Детектив была счастлива от одной только возможности тихо сидеть здесь и ждать.

– Откуда он ее знал? Я постоянно спрашиваю себя об этом. И как она в конечном итоге оказалась здесь? Он привез ее сюда? Тайно? Уже мертвую? Или здесь что-то произошло?

Джеральдин посмотрела на Эмили, чтобы показать, что она ее слушает.

– Уолтер сказал, что мое лицо кажется ему странным. Что оно как будто размазано. Тогда я подумала, это от того, что он болен. Что из-за высокого давления его зрение было нечетким. Изабель сказала мне, что отец сообщил ей, будто я заснула. И ей это не понравилось. Как вы думаете, могли дети видеть Зои? Могли они подумать, что я – это она? – Эмили посмотрела на живописный пейзаж и уходящие вдаль холмы, и Джеральдин услышала в ее голосе боль. Эмили между тем продолжила: – Я тысячу раз задавала себе этот вопрос. Это было случайно? Или преднамеренно? Страдала ли она?

На эти вопросы мог ответить только Дэллоуэй.

– Наверное, я должна вернуться и поговорить с ним еще раз. Я должна выяснить, как она умерла.

Джеральдин очень надеялась, что рано или поздно Эмили получит ответы на волнующие ее вопросы. Предстоящие несколько месяцев в ожидании даты суда будут самыми долгими и трудными.

Всем четверым были предъявлены обвинения, и ни один не был выпущен под залог. Считалось, что Мередит и Джемма попытаются покинуть страну. Ассистирование при нелегальной операции, завершившейся летальным исходом, было тяжким преступлением. Джемме, Мередит и Дэллоуэю также были предъявлены обвинения в сговоре с целью совершения убийства, поскольку из последующих допросов Шелли стало ясно, что все трое знали о том, что та намеревалась сделать с Ниной Бэрроуз. Похоже, теперь Шелли имела зуб на своего дядю. Джеральдин надеялась, что Эмили хватит присутствия духа, ведь она была главным свидетелем и обвинение будет основываться на ее показаниях.

* * *

Фил поднялся до половины холма, когда Джеральдин окликнули. По медленному взмаху его руки инспектор поняла: они что-то нашли. Собравшись с духом, она медленно дошла до него и посмотрела в разрытую яму. Оттуда извлекли завернутое в белую простыню тело. Судя по росту, это была Зои. Джеральдин кивнула старшему следователю.

– Только верх головы, если можно, – сказала она.

Другой полицейский взял в руки фотоаппарат, чтобы снять место преступления, а его начальник осторожно нагнулся над могилой и отвернул угол ткани.

У нее на глазах он вытащил что-то похожее на засохшие цветы, среди которых белела небольшая квадратная карточка. Вынув эту карточку, передал ее Джеральдин. Со снимка, сделанного в будке фотоавтомата, на нее смотрели два улыбающихся лица. Они могли бы быть близнецами. Фил между тем отогнул край простыни чуть больше. Джеральдин заглянула в яму и увидела темные волосы.

И тотчас вздрогнула, услышав рядом с собой голос Эмили.

– Это она? – тихо спросила та.

Джеральдин повернулась к ней:

– Скорее всего да.

По щекам Эмили катились слезы.

– Подумать только, она все время была здесь! Чтобы найти ее, я залезла в холодильник морга… Лучше б я нашла ее там! По крайней мере, там я смогла бы ее обнять!

Джеральдин взглянула на Эмили. Та расстегнула на шее цепочки, свою и Зоину. Трясущимися пальцами она сложила вместе два кулона, чтобы те образовали круг. Прежде чем Джеральдин успела ее остановить, шагнула вперед и бросила кулоны в яму. Те упали на простыню и, несмотря на удар, не разделились.

– Прости, что я тебя бросила, – тихо произнесла Эмили. – Но теперь я с тобой.

Джеральдин взяла Эмили за руку. Они застыли рядом у могилы ее сестры.

* * *

– Она умерла по причине врожденного порока сердца.

Дэллоуэй вопросительно уставился на нее.

– София, – уточнила она. – Вскрытие показало, что именно это стало причиной. Ее мать внезапно умерла в возрасте двадцати девяти лет. Причина смерти не была установлена. Ее отец скончался от сердечного приступа три года назад. Патологоанатом обнаружил аномальное утолщение сердечных стенок, которое может привести к внезапному летальному исходу в любом возрасте. – Она печально взглянула на него. – Вы ее не убивали.

– Так вы ее нашли? – спросил доктор, сжав руки, и она заметила, как дрожат его длинные пальцы. Для человека, который вылечил столько людей, подумала она, теперь это просто бесполезные инструменты.

– Как умерла Зои? – спросила она.

С того дня, как она в последний раз его видела, Дэллоуэй как будто постарел на десять лет. Менее чем за неделю Эмили получила разрешение посетить его во второй раз. Она знала, что обязана этим Джеральдин. Особые обстоятельства, сказала та, когда сообщила Эмили, что на второй визит получено добро.

– Вы вырезали ей печень, чтобы пересадить ее Уолтеру?

Он в ужасе уставился на нее:

– Вы так считаете?

– Вскрытие назначено на сегодня, поэтому скоро я узнаю правду – но хочу, чтобы вы рассказали мне, как она умерла. Я хочу услышать это от вас.

Дэллоуэй закрыл глаза и покачал головой. Затем открыл их снова и пристально посмотрел на нее:

– Хорошо, я расскажу вам правду. И ничего, кроме правды. Это был несчастный случай.

Глава 52

Зои

Шагая босиком по улице, Зои ощущала прилив энергии и солнечный свет на лице. Она решила сбежать из палаты, прежде чем Эмили узнает, что она здесь. Она понимала: сестра наверняка рассердится на нее за то, что она оказалась в больнице, и ей будет неловко перед коллегами. Эмили была профессионалом и относилась к своей работе со всей серьезностью. Поведение младшей сестры вызвало бы у нее негативную реакцию.

Иногда Зои очень хотелось, чтобы Эмили немного смягчилась и не принимала все слишком близко к сердцу. Прошлой ночью она просто выпила лишнего, чтобы забыть о своих проблемах. Но ее же не арестовали, и она не ввязалась в пьяную драку, как некоторые девушки, которых она знала. Просто перебрала с алкоголем. У нее была куча долгов, и она понятия не имела, как их оплатить. Она провалила экзамены и сомневалась, что сумеет пересдать их в следующий раз. Этих причин было достаточно, чтобы пойти и напиться. Но основной повод был иным – она больше не хотела учиться на медсестру. Она не такая, как Эмили. У нее нет ни ее энергии, ни ее внутреннего стержня. Она быстро уставала, и ей подошла бы работа попроще – например, в косметическом салоне или что-то в этом роде, где не нужно постоянно беспокоиться о том, что она может ошибиться. Если неаккуратно накрасить клиентке ногти, можно просто стереть лак и переделать заново. Это не тот уровень ответственности, как при работе с больными людьми. Ей было тревожно всякий раз, когда она прикасалась к пациенту. Боялась навредить, сделать больно… А теперь она нервничала, представляя, как расскажет обо всем старшей сестре.

Эмили по-доброму поговорила с ней по телефону прошлым вечером: сказала, что завтра все будет лучше. И она была права, потому что Зои приняла решение: она пойдет и подаст заявление на отчисление из колледжа. Эмили придется принять тот факт, что она, ее младшая сестра, приняла окончательное решение, а если ей удастся уломать сестру еще разок помочь ей решить финансовые проблемы, честное слово, она отдала бы ей долг вдвойне, потому что устроится на работу и станет зарабатывать сама. Тогда все эти неурядицы станут просто дурным воспоминанием.

Чувствуя, что с ее плеч свалился тяжкий груз, Зои довольно улыбнулась и повернула голову. В этот момент рядом с ней затормозила машина. Увидев в открытое окно машины Дэллоуэя, она помахала ему рукой.

Многим людям этот врач не нравился. Его считали холодным и нелюдимым, но Зои казалось, что он просто печален.

– Здравствуйте, мистер Дэллоуэй! Прекрасное утро сегодня.

– Мы знакомы? – удивился он.

– Да, – задорно ответила Зои. – Вы читали нам лекцию – только, пожалуйста, не спрашивайте, на какую тему.

Его губы скривились в легкой усмешке:

– А по какой причине на вас сейчас больничная рубашка?

– Была пьяна и вела себя неподобающим образом. Зря потратила драгоценное время медперсонала и спала в больничной кровати. Простите, виновна, ваша честь.

Зои приветственно вскинула руку и была рада, увидев, что он усмехнулся. В те мгновения, когда он бывал не слишком серьезен, у него становилось приятное лицо. Почти как у Эмили, подумала она.

– Садитесь, – сказал доктор. – Иначе вас примут за сбежавшую пациентку. Я подвезу вас куда скажете.

Зои шагнула к пассажирской двери и в этот момент ощутила, как в ее правую пятку что-то впилось.

– Ой!

Она откинулась на спинку роскошного кожаного сиденья. В такой шикарной машине ей ни разу не доводилось ездить. Из раны в пятке сочилась кровь, и Зои испугалась, что испачкает подножный коврик.

– Что случилось? – спросил Дэллоуэй.

– Похоже, я наступила на стекло.

Щелкнув языком, он вручил ей синий носовой платок.

– Приложите к ране. Я потом взгляну, что там с вами, когда довезу вас до дома.

Не успел он включить двигатель, как Зои принялась грузить его рассказами о своих бедах. Спустя двадцать минут она все еще продолжала говорить, в изумлении глядя по сторонам. У него был потрясающий дом.

– О боже, я, наверное, слишком много болтаю, правда? Готова поспорить, вы забыли отвезти меня домой.

Он засмеялся:

– Вы даже не сказали мне, где живете; я же был так увлечен вашими историями, что забыл спросить. Моя жена или я отвезем вас домой после завтрака. Мне нужно будет вернуться в больницу, чтобы проверить одного пациента, которого я только что прооперировал. Как ваша ступня?

Зои продемонстрировала ему пятку.

– Кровь уже почти не идет. У меня дома есть пластырь.

Почувствовав себя раздетой в больничной рубашке, Зои внезапно смутилась. Завязав платком пораненную пятку, она надела босоножки на высоких каблуках и накинула длинный кардиган, чтобы не было видно больничной рубашки. Она очень надеялась, что его жена окажется столь же любезной, как и сам доктор.

Когда они подошли, передняя дверь открылась, и им навстречу шагнули привлекательная рыжеволосая женщина и маленькая девочка.

Удивленно отпрянув назад, женщина смерила Зои критическим взглядом с ног до головы, от ее дешевых туфель и синего лака для ногтей до вчерашнего размазанного макияжа и коротких черных волос. Зои сосредоточила свой взгляд на девочке – та сверлила ее столь же пронзительным взглядом, что и стоящая рядом с ней женщина.

– Привет! – сказала она и получила в ответ милую улыбку.

Мистер Дэллоуэй сделал вид, что не заметил неловкую затянувшуюся паузу и ледяной взгляд, которым одарила его женщина. Вместо этого он представил Зои свою семью:

– Джемма, это Зои. Зои, это Джемма, моя жена, а это Изабель, моя дочь. Зои случайно наступила на стекло, – добавил он, как будто это служило убедительным объяснением, почему он привел в дом незнакомку.

Джемма бросила на мужа усталый взгляд, взяла девочку за руку и потянула ее вперед.

– Мы ждали, когда подъедет твоя машина. Мне нужно ненадолго уехать, Руперт. Я, черт возьми, не единственный врач в этом доме. Мне иногда требуется отдых.

Дэллоуэй взглянул на нее с удивлением:

– Магазины еще даже не открыты. Сегодня воскресенье.

Женщина натянуто улыбнулась:

– Что ж, тогда мы где-нибудь позавтракаем. Приятно ненадолго вырваться из дома.

– Я хочу остаться с папой, – громко заявила девочка. – Папа, папа, папа!

Женщина бросила на нее нетерпеливый взгляд.

– Ну и оставайся, – сердито произнесла она и решительно направилась к машине, из которой только что вышел ее муж. – Можешь взять мою, если тебе нужно будет куда-нибудь съездить! – громко объявила она, завела мотор и умчалась, оставив за собой в воздухе облако пыли.

При виде семейной ссоры Зои ощутила неловкость и пожалела о том, что приехала сюда. Кратковременная радость улетучилась.

Мистер Дэллоуэй зашагал в дом, Зои последовала за ним. Изабель исчезла где-то в глубине огромного здания.

Доктор нахмурился:

– Не успела Джемма уехать, как Изабель тут же схватила ее айпэд. Ее поведение в последнее время… – Сокрушенно покачал головой. – Не обращайте внимания. Идите сюда. Чай или кофе? – любезно спросил он, приглашая ее пройти в огромную кухню. – В отсутствие нашей домработницы я делаю прекрасную яичницу, а ее сейчас как раз нет дома. Скорее всего она в церкви, как обычно в это время по воскресеньям. Ее религиозность служит нам вечным укором.

– Может, я пойду? – сказала Зои. – Я могу вызвать себе такси.

– Чепуха, – ответил Дэллоуэй. – Не обращайте внимания на то, что вы услышали. Просто мы сейчас переживаем сложные времена. Моя жена тоже врач, но в данный момент она ухаживает за нашим сыном.

Зои оглянулась по сторонам, ища глазами другого ребенка.

– Он в постели, – пояснил Дэллоуэй, указав пальцем на потолок.

– Я заварю чай, – предложила Зои, вновь ощутив облегчение. – А вы сделайте яичницу.

В кухне они продолжили свой разговор. Дэллоуэй повернулся к ней:

– Я мог бы помочь вам решить ваши финансовые проблемы.

Зои залилась краской.

– Я рассказывала вам о себе не для того, чтобы вынудить вас дать мне денег, – с видом оскорбленной гордости заявила она.

На его лице появилась добрая улыбка, и на миг ей захотелось, чтобы он был ее отцом.

– Я знаю, Зои. Но я был бы рад помочь вам.

Она указала на него чайной ложкой.

– Знаете, если бы в нашей стране, как в других странах, можно было сдавать кровь за деньги, я уже сдала бы несколько пинт. Знаете, в Штатах можно получить около пятидесяти долларов за пинту. Мне пришлось бы сдать около шестидесяти пинт, чтобы выплатить свой долг.

– Даже больше, будь у вас редкая группа крови, – невозмутимо произнес он.

– Правда? – При этой мысли ее глаза заблестели, но затем она увидела выражение его лица. – Вы ведь шутите, да?

Дэллоуэй серьезно посмотрел на нее:

– Впрочем, можно получить бесплатную футболку или билет в кино. Информация о вас вносится в базу данных. Представьте, будь все так просто, сколько бродяг выстроилось бы в очередь на сдачу крови…

Зои печально пожала плечами.

– Ну что ж, может, попробовать продать что-нибудь еще? Может быть, руку? У меня их две, – шутливо произнесла она.

Доктор усмехнулся:

– Послушайте, если это вам поможет, я придумаю план выплат и вы сможете возвращать мне по двадцать фунтов каждый месяц. Как вам такая идея?

Зои в изумлении уставилась на него, а затем даже запрыгала на месте и захлопала в ладоши.

– Ой, это отличный план! – Она посмотрела на него снова, и все веселье и дурашливость тотчас исчезли с ее лица. – Спасибо.

Он пожал плечами и продолжил взбивать яйца.

Закончив заваривать чай, Зои спросила, как пройти в ванную. Дэллоуэй объяснил, что дверь расположена в середине коридора, если идти от входной двери. Зои нашла ее, но затем, вместо того чтобы вернуться в кухню, шагнула под каменную арку и оказалась в комнате, которая при ее размерах запросто вместила бы вечеринку как минимум в сто человек. Увидев над головой галерею, она не удержалась перед соблазном подняться туда. Стуча каблуками, поднялась по ступенькам наверх, где, перегнувшись через перила, представила себя Джульеттой, как вдруг услышала тоненький голосок:

– Папа, это ты?

Зои пошла в направлении, откуда доносился голос, и в открытую дверь увидела лежащего в кровати мальчика, подключенного к странного вида аппаратуре с множеством трубок, через которые перекачивалась кровь.

– Привет, – тихо произнесла она, стараясь не испугать его.

Мальчик застенчиво улыбнулся:

– Не могли бы вы почитать мне книгу? Пожалуйста!

Зои улыбнулась в ответ:

– Конечно, могу!

Шагнув к низкому книжному шкафу, она нагнулась, чтобы посмотреть, какие книги там есть.

– Какую-то конкретную?

– «Очень голодная гусеница».

– Мне она не нравится, – произнес голос Изабель.

Обернувшись, Зои увидела, что девочка сидит в углу с айпэдом в руках.

– Мы выберем книгу, которая нравится тебе, чуть позже, – пообещала она девочке, но Изабель выбежала из комнаты. Зои же удивленно посмотрела ей вслед в надежде, что она ее ничем не обидела.

Зои уже заканчивала читать рассказ, когда мистер Дэллоуэй нашел ее. Он стоял в дверях и слушал.

– Привет, Уолтер, – сказал доктор. – Как сегодня поживает мой мальчик?

Зои внезапно охватила печаль. Пусть она всего лишь неопытная студентка, учившаяся на медсестру, но даже она видела: мальчик серьезно болен. Теперь понятно, почему мистер Дэллоуэй всегда выглядел таким печальным.

Она встала от кровати мальчика и направилась к двери.

– Со временем ему понадобится новая печень, – тихо произнес хирург.

Зои удивленно уставилась на него. В голове моментально всплыл их разговор о ее финансовых проблемах и продаже крови. Она испуганно отшатнулась назад, к лестничной площадке. Неужели он специально привез ее к себе домой?

По всей видимости, Дэллоуэй что-то понял по выражению ее лица, потому что протянул к ней руку:

– Зои, я не имел в виду вас. Я просто сказал вам об этом, вот и всё.

Ощущая неловкость, стыд и замешательство, Зои попятилась от него. С чего она взяла, что он предлагает ей стать донором? Теперь он уж точно не захочет иметь с ней никаких дел. Она подумала о нем дурно, и он это понял. Своим бурным воображением она испортила их дружбу…

Зои повернулась и бросилась бежать. Дэллоуэй крикнул ей вслед, чтобы она остановилась.

Первую ступеньку Зои преодолела быстро, но на второй оступилась в босоножках на высоких каблуках и потеряла равновесие. Покачнувшись, увидела перед собой твердую деревянную поверхность, с которой она сейчас скатится, а внизу – каменный пол, удар о который в конечном итоге станет для нее роковым…

Внезапно ее спины коснулась чья-то рука. Чувствуя, что кто-то схватил ее за одежду, она с благодарностью оглянулась на своего спасителя.

Как же близко она оказалась от того, чтобы свернуть себе шею! Зои даже содрогнулась при этой мысли. Эмили наверняка рассердилась бы на нее…

Глава 53

– Это был несчастный случай, – повторил Дэллоуэй, когда его рассказ подошел к концу. – Трагический несчастный случай.

Он выглядел измученным. Не сказав ни слова, Эмили встала и оставила его сидеть за столом. Он сидел там до тех пор, пока тюремный надзиратель не увел его обратно в камеру.

Специально ли Дэллоуэй в тот день привез Зои к себе домой? Сам он так не думал. Или она заронила зерно сомнений, которое в конечном итоге выросло в то, что случилось потом? Увидев ее лежащей на полу – целую, но безжизненную, со склоненной к плечу головой, – он подумал, насколько же бессердечна смерть, забравшая тело, которое осталось в полном порядке лишь потому, что слабое место не выдержало удара и треснуло? Он смотрел на ее смерть как на предательство жизни, и поклялся, что сделает все, чтобы спасти своего сына.

Он сделает это в память о ней. Через месяц после того ужасного дня им показалось, что их молитвы услышаны. Возможный донор для Уолтера был найден. Однако дальнейшие анализы разбили их надежды вдребезги.

Состояние Уолтера резко ухудшалось. Не желая сдаваться в борьбе за спасение сына, Дэллоуэй принимал отчаянные меры. Он уже не рассматривал своих пациентов как обычных больных людей. Когда они переступали порог его кабинета и садились напротив его стола, рассказывая о своих недугах, его единственной мыслью было: найдет ли он сегодня кого-нибудь, кто сможет спасти его сына? Он брал их кровь на анализ без уведомления и без зазрений совести. Он верил, что если сможет спасти Уолтера, то смерть Зои будет не напрасна.

Хотя бы для того, чтобы напомнить ему, как легко жизнь превращается в смерть…

Дэллоуэй ощутил, как слезы заливают ему лицо. В конечном итоге все было напрасно. Все было зря.

Он никогда не сможет рассказать Эмили всю правду о том дне.

Его секрет был слишком страшным, чтобы его рассказать.

В отчаянии он позвонил Шелли – единственному человеку, который мог прийти и помочь ему. Она заняла Изабель и отвлекла Марию, когда та вернулась из церкви, отправив ее по разным ненужным поручениям, а потом сводила Изабель на прогулку. Они вернулись с букетом полевых цветов, чтобы подарить их Зои. На маленьком бледном лице девочки в глазах читался шок. Шелли забрала у нее цветы и сказала, что Зои спит.

Он завернул ее в простыню и положил вокруг ее головы цветы. В ее руку вложил маленькое фото, которое нашел в ее сумочке. На нем были изображены Зои и еще какая-то похожая на нее женщина.

Она была милой девушкой, которая пришла в его дом и на некоторое время разогнала тьму. Ее визит изменил его жизнь навсегда. Ее смерть была тайной, которую он никогда не сможет никому поведать. Даже своей жене. Она видела, как Зои пришла к ним домой, видела в новостях информацию о ее исчезновении, и все же не задала ему ни единого вопроса. Не сказала ни слова, и он знал: она сделает все на свете, чтобы спасти Уолтера. Даже если это означало не знать, имеет ли ее муж какое-либо отношение к исчезновению молодой женщины.

Когда Дэллоуэй нашел Софию Трендафилову, он был готов упасть на колени, чтобы поблагодарить ее за тот подарок, который она ему сделала. Увы, подарок этот достался ему слишком дорогой ценой…

Она умерла ради спасения его сына.

Нина Бэрроуз умерла из-за его сына.

Эмили Джейкобс пострадала из-за его сына.

Ничто из этого не может остаться безнаказанным. В том числе и смерть Зои. Он был готов отдать все на свете, чтобы изменить тот день. Ее смерть, пусть даже он пытался думать о ней как о несчастном случае, преследовала его днем и ночью. Изабель предотвратила падение Зои. Ее маленькая ручка схватила девушку за одежду. Но затем она обернулась к нему, и в ее глазах промелькнуло холодное, враждебное выражение. В последнюю секунду, прежде чем он успел что-либо понять, Изабель улыбнулась ему и толкнула Зои.

– Она спит, – сказал он дочке.

Он жил каждый день с осознанием того, что видел, что сделала его дочь. Когда она держала его за руку, когда дотрагивалась до него своими маленькими пальчиками, когда он смотрел на нее, когда она улыбалась, Дэллоуэй чувствовал, что его сердце разрывается при мысли о тайне, которую он хранил ради ее же блага. И он увидел, что внутри у нее как будто что-то сломалось.

Смерть Зои не может остаться безнаказанной. Приговор должен быть приведен в исполнение.

Благодарности

Писательство – возможно, самая опасная работа, какая только была в моей жизни, и я рада, что у меня есть возможность сердечно поблагодарить вас, мои читатели, за то, что вы поверили, что я могу снова написать книгу. Ваше мнение мне очень важно!

Огромное спасибо Софи Орм и Дженни Ротвелл, моим издателям в «Бонньер Зафр», и всей команде «20-7» за то, что эта книга получилась самым наилучшим образом. Спасибо вам за все ваши деликатные поощрения и громадную поддержку, вы просто замечательная команда! Спасибо Джоэлу Ричардсону за то, что открыл мне дверь в литературу.

Спасибо Рори Скарфу, моему агенту, за его слова, что во мне есть еще как минимум двадцать книг. Твое одобрение и вера в меня придают мне силы.

Спасибо моим троим детям – Лоркану, Катерине и Александре, и невестке Харриет за бесконечные разговоры на тему сюжета книги. Ваше воображение подарило мне немало хороших сюжетных линий – а также немного ночных кошмаров. Вы знаете, как я боюсь историй в стиле «хоррор».

Моему мужу Майку спасибо за то, что он позволил мне просто сидеть и молчать в моем воображаемом мире, и не замечал, что я каждый день хожу в пижаме с утра до вечера.

Спасибо Дарси, Долли и Артуру, которые приносят свет в мою жизнь и возвращают меня в реальный мир.

И, наконец, спасибо тебе, мама, – надеюсь, там, на небесах, есть хорошая библиотека, и эту книгу ты тоже там найдешь!

Примечание: если вы окажетесь в Бате и вам понадобится медицинская помощь, вам ее окажут на высшем уровне в клинике «Ройял юнайтед».

Однако когда будете ехать через Виндзорский мост, вы не найдете клинику «Виндзор-Бридж» – высокое здание с окнами из черного стекла, выходящими на реку Эйвон. Но вы наверняка согласитесь, что это прекрасное место, где она могла бы располагаться. Поэтому, возможно, в один прекрасный день… кто знает…