Несколько человек прыгнули за борт, и один нетерпеливо ухватился за вмурованный в черную породу сияющий камень.

ФФУУУМММ!

Струя кипящего пара ударила из трещины, которая начала стремительно расширяться и в считаные секунды превратилась в глубокую расщелину. А в следующее мгновение зияющая дыра вдохнула и всосала в себя пирата, первым ухватившегося за драгоценный камень. Некоторое время его товарищи непонимающе таращились на пустое место, где он только что был.

– Назад! На корабль! – послышались крики.

Все бросились назад. И только Карина шагнула вперед.

Солнце поднялось выше, высвечивая все больше алмазов на поверхности острова. Они сияли, мерцали и переливались ярче, чем любые другие из существующих драгоценных камней. Все вместе они рисовали картину, которую Карина узнала с первого взгляда.

– Посмотри, Джек, – выдохнула она. – Такой красоты я еще не видела.

– Да, милые камешки, – неуверенно согласился пират. – Вот только убивают беспричинно.

– Не камешки, Джек, – поправила Карина. – Звезды.

Она сошла с корабля, и Джек с Барбоссой последовали за ней.

– Ты увидела звезды? – спросил Джек.

– Звезды и планеты представлены в точности так, как они расположены в небе, – изумленно оглядываясь, кивнула Карина. – Этот остров – идеальное отражение небес.

Она быстро зашагала вперед. Джек поспешил за ней.

– Но они все равно камни! – не сдавался он. – Убийственные камни!

– Кое-чего не хватает. Креста в небе. Южного Креста.

Легко ступая, Карина шла через остров, по морю звезд на черном фоне. Со стороны казалось, будто девушка идет по небу.

Она искала и искала, зная, что оно должно быть здесь.

А потом увидела скопление звезд из дневника Галилея. Здесь созвездие складывалось не из алмазов, а из сверкающих рубинов. В солнечных лучах они отливали вишнево-красным. Но одна звезда, та, что в середине – центр Южного Креста, – отличалась от других. Она не сверкала, как другие камни, и казалась тусклой и мутной.

Догнав Карину, Барбосса протянул ей рубин из дневника Галилея.

– Тебе заканчивать, Карина.

Она взяла камень, подержала, словно взвешивая, на ладони.

– За моего отца.

– Да, за твоего отца, – сказал Барбосса после долгой паузы.

Карина подняла с земли тусклый камень и положила вместо него свой – он улегся идеально, словно занял свое законное место, как вошедший в замок ключ.

Солнце коснулось его лучами, и рубин вспыхнул и засиял, как никогда раньше. А потом, один за другим, зажглись и остальные звезды в созвездии. Сложившись, они приняли форму Трезубца на искрящейся красной подложке.

– Крест обозначает место! – воскликнула Карина.

Поначалу слабый, рокот поднялся как будто из глубин острова. Но он не умолк, а только усилился, и само море начало меняться у них на глазах. Джек схватил Карину, и в следующее мгновение под ногами у них пролегла расселина, из которой ударил столб пара. По другую сторону трещины остался Барбосса. Остров качнулся, и океан забурлил, словно встревоженный могучей невидимой силой. Барбоссе и его людям не осталось ничего другого, как броситься назад, на корабль.

«Расходится», – поняла Карина, пристально всматриваясь в воду. Между тем мир вокруг раскачивался все сильнее.

Прямо перед ними, у них на глазах, невидимый ветер разрывал океан, выстраивая две водные стены высотой в сотни футов каждая и постепенно обнажая морское дно.

А потом земля под ногами снова качнулась, и они оба полетели вниз, к океанскому дну. И Джек, и Карина знали, что сокровище – то, ради чего они стольким рисковали, – ждет их там.

Пришло время отыскать Трезубец Посейдона.

Глава 33

Морское дно представляло собой что-то невероятное. Всю жизнь Карина смотрела в небо. Могла ли она знать, могла ли думать, что все ее поиски закончатся вот здесь, приведут вот к этому пункту назначения – океанскому дну между двумя высоченными стенами?

Слева и справа, за водяными стенами, появлялись и пропадали тени морских существ. Некая невидимая сила удерживала океан, не позволяя стенам сомкнуться, хотя стихия и грохотала по обе стороны от Джека и Карины.

– Как думаешь, нам далеко идти? – спросила Карина.

– Вовсе нет. – Джек махнул рукой.

Карина посмотрела и ахнула.

Прямо перед ними ущелье расширялось, открывая коралловый грот. И в центре грота, на пьедестале из грубого морского камня, лежало сокровище.

– Трезубец, – выдохнула Карина.

Она не верила своим глазам. Ученичество, поиски, надежды – и вот оно. Ключ к ее наследству. Ключ к спасению Генри. Ключ ко всему!

Подхватив платье, она побежала вперед.

– Джек!

Карина повернулась, услышав знакомый голос, и едва не задохнулась. Навстречу им бежал Генри.

– Генри! – воскликнула она.

Оттолкнув ее, он выхватил саблю и бросился на Джека. В последнюю секунду пират успел уклониться. Когда Карина поднялась, мужчины уже кружили в фехтовальном танце.

– Руки прямые, плечи подняты, передняя нога согнута… – приговаривал Джек, не спуская глаз с противника.

– Генри? – растерянно повторила Карина.

– Да уж точно не Генри, – словно подтверждая ее мысли, сказал Джек.

Генри снова атаковал пирата. Глаза его горели такой злобой и яростью, словно в него вселился Салазар.

Недолго думая, Карина метнулась к пьедесталу, ухватилась за мифический артефакт и попыталась вырвать его из каменных объятий. В конце концов он поддался, и девушка едва устояла на ногах. Его размеры и вес превосходили ожидания.

Повернувшись, она направила Трезубец в сторону одержимого Генри, который уже загнал Джека едва ли не в водяную стену. Оттуда, из моря, к Джеку тянулись бледные, потрескавшиеся руки призрачных пиратов Салазара.

– Оставь его, – скомандовала Карина. – Брось саблю! – Она взмахнула Трезубцем, словно оружием.

Совершенно забыв про Джека, Генри медленно направился к ней.

– Карина… – неуверенно произнес пират.

– Генри, пожалуйста… – Всматриваясь в его глаза, она отчаянно пыталась отыскать в них внимательного и заботливого, кажется, понимавшего ее парня. Того, который поставил целью спасти своего отца. Того, который учил ее тому, что если чего-то не видишь, это не значит, что этого нет.

Генри уже стоял перед ней.

И Карина заколебалась, а он выхватил из ее рук древнее оружие.

– Все кончено, Джек! – зловещим голосом произнес Генри, поднимая Трезубец над головой. Океанское дно содрогнулось, и водяные стены раздвинулись еще шире и поднялись еще выше.

А потом появился и призрак капитана Салазара. Тело Генри, словно шелуха, упало на землю. Пиратский капитан хищно ухмыльнулся, и в мертвых глазах вспыхнула зловещая уверенность. Такого Салазара – твердого, не ведающего сомнений, решительного и кровожадного – они еще не видели.

Карина бросилась к Генри, обхватила голову юноши и, приложив палец к шее, облегченно выдохнула. Дышит! Жив!

А тем временем Салазар направился к Джеку.

– Hola, Воробей. – Мертвец ухмыльнулся и, пользуясь невидимой силой Трезубца, швырнул Джека на каменистое морское дно.

– Очнись! – крикнула Карина, тряся Генри.

Генри не шевелился.

ШМЯК!

Салазар забавлялся Джеком, швыряя его туда-сюда, как тряпичную куклу.

ШМЯК! ШМЯК!

И при каждом ударе Карина слышала, как хрустят кости Джека.

Зачерпнув ладонью морской воды, она плеснула в лицо Генри. За стеной паясничали и скалились призрачные подручные Салазара. Карина совсем забыла про них, а мертвецы только и ждали, когда их капитан снимет проклятие и они присоединятся к нему.

– Сгиньте! – Ей было не до них, уродливых призраков с их нелепыми кривляньями. Она плеснула водой на лицо Генри. – Очнись! Очнись же! Он убивает Джека!

Ресницы дрогнули. Глаза открылись, и Генри застонал.

– С Трезубцем Салазар сможет снова ходить по земле, – прошептала она так, чтобы он услышал.

Наслаждаясь обретенной силой, Салазар продолжал издеваться над Джеком, который лишь беспомощно размахивал руками и ногами.

– Сила моря, – пробормотал Генри, приходя наконец в себя.

– «Дабы силу моря освободить, должно все разделить», – процитировала Карина слова из дневника.

– Разделить? – повторил Генри.

Брошенный к подножию кораллового грота, Джек лежал там бесформенной кучей. Размахивая Трезубцем, Салазар шагнул к нему. Сейчас он чувствовал себя богом мщения.

– Если Трезубец владеет всей силой… – начала Карина.

– То владеет и каждым проклятием, – закончил Генри.

Вот оно!

– Все должно разделить! – воскликнула Карина.

– Разделить, разделить… – повторял, лихорадочно соображая, Генри. Лицо его как будто осветилось изнутри. – Сломать!

Собрав последние силы, Джек поднялся на ноги и теперь смотрел смерти в лицо.

– Сдашься сейчас, и я сохраню тебе жизнь, – прошамкал он, едва ворочая языком и плохо соображая, что к чему.

Салазар рассмеялся.

– Хочешь, чтобы я сдался?

– Настоятельно рекомендую, – сказал Джек.

Глаза Салазара полыхнули ненавистью.

– Вот здесь сказке конец!

С силой, которая могла бы вызвать всепланетный катаклизм, пират-призрак вонзил Трезубец в грудь Джека, рядом с сердцем. Генри и Карина замерли в ужасе.

Генри, пошатываясь, поднялся на ноги.

– Нет! – вскрикнула Карина.

– Ш-ш-ш, – прошептал Салазар, не сводя глаз с Джека и вонзая ему в грудь острия Трезубца. – Вот и нет больше Джека Воробья.

Удивительно, но хотя по его груди растекалась кровь, Джек усмехнулся и расстегнул рубашку, под которой обнаружился дневник Галилея. Именно благодаря книге нанесенные Салазаром раны оказались неопасными для жизни. «Интересно, – подумала Карина, – когда же он успел прибрать дневник к рукам?» Впрочем, мысль эта мелькнула и ушла, не задержавшись, а ее внимание привлекло кое-что другое.

На обложке книги мерцали, словно раскаленные угли, слова, обнаруженные Кариной в свете кровавой луны.

Дабы силу моря освободить, должно все разделить.

– Генри! – взвыл Джек.

– Карина. – Твердое лицо Генри отразило решимость. – Я должен сломать его! Сломав Трезубец, я уничтожу все проклятия моря!

Карина кивнула, понимая, что ничего другого они сделать не могут. Генри ринулся в атаку.

Джек еще удерживал Трезубец, но силы его кончались. Капитан же Салазар не знал ни усталости, ни жалости.

– Аdios, – сплюнул призрак.

Он так и не увидел Генри, подошедшего сзади с занесенной для удара саблей и готового исправить тысячу зол.

ХРЯСЬ!

Молниеносным ударом Генри разрубил Трезубец пополам.

Дрожь расколовшегося сокровища отозвалась сотрясением самой ткани океана.

– Неееет! – в ярости возопил пиратский капитан и, опустив глаза на оставшуюся в руках половинку Трезубца, разжал пальцы.

Хрипя, кашляя и отплевываясь, из-за водяных стен стали вываливаться люди Салазара. Карина замерла в изумлении – раны их исцелились, глаза прояснились.

Сам Салазар, выпрямившись, ощупал затылок, который был теперь в полном порядке.

На какое-то мгновение все застыли в растерянности.

Проклятие исчезло; они ожили.

А потом заворчало море.

Из стен по обе стороны водяного каньона ударили струйки воды. Как будто в громадном стеклянном сосуде вдруг, не выдержав давления, побежали трещинки.

– Все рушится! – крикнула Карина.

Рядом с ней уже были Джек и Генри.

– Бежим!

Глава 34

На кромке разделенного океана, где покачивалась на воде «Черная жемчужина», висел на якоре капитан Барбосса. Якорь бросили на морское дно в ожидании Джека и Карины.

– Быстрее! – крикнул Барбосса, увидев бегущую троицу.

За ними, с небольшим отставанием, следовали Салазар и его команда.

Едва Джек, Карина и Генри ухватились за якорь и начали карабкаться вверх, как море вокруг них обрушилось. Океан вскипел и забурлил, пытаясь засосать ускользающую добычу. Крики опоздавших оборвали нахлынувшие волны. Карина, Джек и Генри поднимались все выше; Салазар и его люди не отставали.

Экипаж «Черной жемчужины» пытался помочь, подтягивая якорь, но на нем повисло слишком много людей. Корабль накренился, и якорь опустился еще ниже.

Все потеряли равновесие, кто-то упал. Карина соскользнула вниз.

– Держу! – крикнул Барбосса, хватая ее за руку за мгновение до того, как нахлынувшая вода утащила девушку вниз. Теперь Карина снова болталась над морским дном, и Салазар был совсем близко.

– Ну же! Скорее! – крикнул сверху Генри.

Ухватившись покрепче за веревку, Карина случайно посмотрела вверх и обнаружила нечто странное. Нечто невозможное…

Руку, что держала ее, руку Барбоссы, украшала татуировка – скопление из пяти звезд. Тех самых пяти звезд из дневника Галилея.

Тех самых пяти звезд, что направляли всю ее жизнь.

Гектор Барбосса был рядом, и Карина впервые увидела его ясно. На мгновение грохот волн и крики людей стихли, отступили. Время как будто остановилось. Их взгляды, Карины и Барбоссы, встретились, и ее сердце защемило, как никогда прежде.

Пират с островов внезапно стал таким настоящим. Более настоящим, чем дневник. Более настоящим, чем наследство. Старым, согнутым годами, битым морем капитаном, который девятнадцать лет назад пришел, прихрамывая, к детскому приюту с корзиной, младенцем и книгой.

– Кто я тебе? – спросила она.

Салазар был в нескольких футах от нее, с ножом в руке.

И все равно Барбосса улыбнулся.

– Ты – мое сокровище.

Джек бросил сверху саблю. Барбосса поймал ее одним ловким движением и… отпустил веревку.

Сорвавшись, он вонзил клинок в самое сердце только что ожившего Салазара. Тот вскрикнул, а Барбосса, падая, увлекал за собой всех пиратов, что поднимались за ним.

Не в силах оторваться, со слезами на глазах, наблюдала Карина за его падением вплоть до того момента, когда он упал в бушующую воду и исчез под волнами. Но она могла бы поклясться, что в последний миг он снова улыбнулся ей. Как человек, обретший наконец покой.

Потерять отца, едва узнав его…

Но печалиться было некогда – море грозило сомкнуться над ними.

Экипаж «Черной жемчужины» делал все, что мог. Люди налегали на лебедку, поднимая якорь с оставшейся на нем троицей – Джеком, Кариной и Генри.

Океан ревел и ярился, грозя поглотить их, и они ползли и ползли, а когда достигли борта, водяные стены под ними рухнули окончательно.

Секундой позже все вокруг успокоилось. «Черная жемчужина» качнулась и выровнялась с могучим плеском.

Хрипя и откашливаясь, Джек, Карина и Генри повалились на палубу. Висевшая над океаном мгла рассеялась, и море заиграло, заискрилось под солнцем.

Джек подошел к поручню, и вся команда последовала за ним. Люди обнажали головы в знак почтения и уважения к погибшему капитану.

– Такова пиратская жизнь, Гектор, – сказал Джек.

Генри помог Карине встать на ноги.

– Ты как? – участливо спросил он.

В ее груди сплетались самые разные чувства. Она получила ответ на вопросы, которые ставила всю жизнь. Но какой ценой?

– Один лишь миг у меня было все, – прошептала девушка. – И в один миг я лишилась всего.

Генри протянул ей дневник, всегда столь много значивший для нее, а потом привлек к себе.

– Не всего, мисс Смит, – сказал он.

Карина улыбнулась сквозь слезы.

– Барбосса, – сказала она, обнимая Генри так крепко, как будто и не собиралась отпускать. – Мое имя – Барбосса.

Глава 35

Прошло несколько дней. Карина и Генри стояли у скал на берегу острова и любовались спокойным морем.

– Думаешь, сработало? – спросила Карина. – Думаешь, проклятие снято?

Генри посмотрел на кусочек Трезубца, который после всех приключений оставил ему Джек.

– Не знаю, – признался он. – Но если сработало, то он будет здесь. Всегда клялся, что если придет, то только сюда.

Карина взяла его за руку. Всю жизнь она чувствовала себя одинокой. Но не теперь. Теперь она знала правду о себе: кто она и откуда. Однако ж в поисках наследства ей довелось найти нечто совершенно другое: товарища и попутчика. И столь схожи были их сердца, что не соединиться после всех приключений они уже не могли.

– Тогда, Генри Тернер, я рада быть с тобой здесь.

Генри улыбнулся.

– Может, Джек все-таки прав.

– Насчет чего?

– Насчет нас с тобой.

Он медленно-медленно наклонился, чтобы поцеловать ее…

И получил пощечину.

Щеку словно обожгло.

– Ты что делаешь?

– Просто проверяю, на самом ли деле это ты, – сказала Карина.

– Конечно, я, – подтвердил Генри. – Был и есть.

– Тогда я, наверно…

– Ошиблась! – воскликнул он с ухмылкой. – Скажи, что ошиблась.

– Малость просчиталась, – улыбнулась в ответ Карина. – Хотя… это как посмотреть…

И тут Генри поцеловал ее, и Карина обняла его так крепко, что даже испугалась – а вдруг сердце разорвется.

Когда они наконец разжали объятия, Генри нежно посмотрел на нее и убрал упавшую на лоб прядку.

– Извинение принято.

Внезапно что-то на горизонте привлекло его внимание.

– Ты видишь? – Он взволнованно повернулся к Карине.

Вооружившись подзорной трубой, они увидели идущий к берегу корабль.

– «Летучий Голландец»! – выдохнул Генри. – Корабль моего отца.

Они вместе побежали к берегу.

По каменистому склону поднимался мужчина. Уилл Тернер. Высокий и красивый, а еще поразительно похожий на Генри, подумала Карина.

Вот только выглядел он старше и мудрее, как и подобает любящему отцу.

– Дай-ка мне взглянуть на тебя, сынок, – сказал Уилл.

Генри раскинул руки, и мужчины обнялись. Глядя на них, Карина радовалась и не скрывала слез счастья. Отец и сын воссоединились. Генри и Карина нашли своих отцов.

– Как тебе это удалось? – удивленно спросил Уилл, переводя взгляд с сына на Карину. – Как ты спас меня?

Сияя улыбкой, Генри взял девушку за руку.

– Позволь рассказать тебе одну историю. Историю о величайшем сокровище, каким только может владеть человек.

Уилл обнял Карину и Генри за плечи.

– Такую историю я бы послушал с удовольствием.

Карина тоже расцвела и посмотрела на небо. Да, сейчас видно не было, но она знала – звезда там. Ее звезда. Та звезда, что через много лет привела ее домой.

Самая яркая звезда севера.