Альварес кивнул, но не сказал ни слова.

– Да или нет, мистер Альварес?

– Я не знаю, что еще вы хотите узнать. Я ушел сразу, когда она сказала, что я уволен. Она даже не заплатила мне. И я не стал пытаться получить у нее деньги, поскольку не хотел больше связываться с этой психопаткой.

– Вы бы удивились, узнав, что Лорен Хилард была убита несколько дней назад? – спросила Хлои.

Она ожидала увидеть хотя бы малейшие признаки шока на лице Альвареса, но их не было. Удивись он, в свете фонаря можно было бы с легкостью заметить его мимику.

– Я не знал.

– По нашим данным убийство произошло через день или два после вашего увольнения.

– Ох, и вы тут же решили, что это я?

– Я не говорила подобного, – сказала Хлои. – Просто так вышло, что вы являетесь последним человеком, с которым она вступила в словесную перепалку.

– И это делает меня виноватым?

– Прекратите, – влез Молтон. – Слушайте... Вы отказываетесь впустить нас в свой дом. Вы с затруднением отвечаете на наши вопросы. Все это буквально кричит о вашей подозрительности. Особенно, учитывая, что у вас уже есть судимость.

– Все это в прошлом. Я больше не занимаюсь ничем подобным. Хорошего вечера, Агенты.

– Нет, мы еще не закончили, – прервала его Хлои. – Мистер Альварес, вы можете предоставить нам подтверждение вашего местонахождения в ночь на субботу и воскресенье прошлой недели?

– Могу, – кивнул он.

Затем он открыл дверь и зашел в дом.

– Мистер Альварес, если нам придется, то мы арестуем вас. Мы можем задать вам все вопросы здесь или же в участке.

– Это дискриминация, – ответил он, улыбнувшись так, словно был уверен в том, что делает. – Лишь стереотипы.

– Нет, просто с вами сложно работать, – сказала Хлои.

– И поэтому, – вдруг вклинился Молтон, поднимаясь на крыльцо, – я вас арестовываю.

Он дернулся с такой скоростью, которую Хлои никак не могла ожидать. Его движения напоминали танец. Резко повернув Альвареса, Кайл завел ему руки за спину, не применив, казалось бы, ни капли силы. В момент, когда подозреваемый оказался в наручниках, он выглядел настолько расстерянным, словно совершенно не понимал, что сейчас произошло.

– Вперед, – скомандовал Молтон. – К машине. Немедленно, мистер Альварес.

Улыбки на лице Оскара больше не было. Он попытался разыграть карту стереотипов, но она имела лишь неприятные для него же самого последствия. Более того... Хлои прекрасно понимала, что это вовсе не то место, где его сильно цепляли бы лишь из-за этнической принадлежности. У него была судимость и большинство жителей Барнс-Поинта негативно относилось к нему именно по этой причине.

Виновен он или нет, вряд ли многие в городе проявят сочувствие. Ведя его в наручниках к задней части машины, Хлои понимала, что они скоро проверят ее догадку. Подозреваемый молчал весь путь и абсолютно не сопротивлялся. Из-за такого поведения Файн вдруг ощутила неловкость, которая так и не исчезла к моменту их прибытия в участок.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Хлои с Молтоном сидели за небольшим столом напротив Оскара Альвареса.

– Я не совсем понимаю, почему вы решили действовать вот так, – произнесла Файн. – Если вы ни в чем не виноваты, то почему нельзя было просто ответить на наши вопросы?

– Потому что я устал от того, что каждый сомневается во мне. Я устал от того, что все считают, будто я не мог измениться. Я делал глупые вещи. Но все это в прошлом. Я больше не тот парень.

– Ладно, где вы провели воскресенье? Именно в тот день убили Лорен Хилард. Вы можете предоставить нам алиби?

– Я был дома. Смотрел по телевизору выступление проповедника из Линчберга. Затем вышел прогуляться.

– Куда?

– В продуктовый магазин. А потом зашел к другу.

– К какому?

– Они тут ни при чем, – покачал головой Альварес.

– Мы этого и не утверждаем. Но если нам удастся четко установить, где вы находились в момент убийства миссис Хилард, то мы сможем отпустить вас. Согласитесь, ваш привод в участок вышел из-за пустяка.

– Да, – кивнул Альварес. – Меня обвиняют в ее убийстве? У вас есть доказательства?

– Нет, не в этот раз, – ответил Молтон.

– Значит, вы отпустите меня. Я знаю законы.

Хлои кое-что поняла. Это что-то грызло ее изнутри еще с того момента, как они подошли к крыльцу Альвареса.

– Прошу извинить меня, – обратилась она, по сути, к Кайлу, но достаточно громко, чтобы оба могли услышать, и вышла из маленькой комнаты для проведения допросов. Следующая дверь вела в помещение для наблюдения. Пройдя туда, она обнаружила шерифа Дженкинса с двумя другими офицерами, которые не сводили глаз с маленького плоского экрана телевизора.

– Думаю, нам стоит отправить кого-нибудь к Оскару Альваресу, – сказала Хлои. – Он что-то прячет дома. Он наотрез отказался пустить нас в свой трейлер.

– Мне потребуется ордер, – ответил Дженкинс.

– Просто отправьте кого-нибудь и проверьте место. Не заходите внутрь. Поищите вокруг. Может вам удастся найти причину, по которой у копов появится право проникнуть в дом.

– Думаете, он и есть убийца? – спросил один из офицеров.

– Понятия не имею. Но что-то он точно прячет. И чем бы это ни было, я чувствую, что мы получим многие ответы.

– Что ж, тогда займемся этим, – согласился Дженкинс. – У вас все нормально?

– Да, – кивнула Хлои. – Спасибо за помощь.

Как только шериф с остальными копами покинул помещение, Хлои вернулась в комнату для проведения допросов. Молтон как раз спрашивал Альвареса, бывали ли у него стычки с другими клиентами.

– Конечно, бывали какие-то разногласия, но до такого не доходило никогда.

– Вы знали, что всего в нескольких домах от вас за перепалкой наблюдала соседка?

– Нет. Понятия не имел.

– Давайте начистоту, мистер Альварес, – вздохнула Хлои, наклонившись вперед и изо всех сил стараясь проявить сочувствие. – Нам известно, что вы пытаетесь что-то скрыть. У вас есть какая-то тайна. Учитывая, что мы допрашиваем вас во время расследования дела об убийстве, все это выглядит не очень хорошо.

– Нет, я ничего не скрываю, – сказал он, все же отведя взгляд и заерзав на стуле.

– Чем раньше вы все расскажете, тем лучше для вас. Если же вы попытаетесь обойти нас и мы узнаем... Вам не поздоровится. Даже если все это никак не связано с Лорен Хилард.

Альварес посмотрел на стол и свои скрещенные пальцы. Затем перевел взгляд на Хлои, потом на Молтона и снова на руки. Он раскачивался подобно метроному, словно внутри него шла настоящая борьба.

– Если я расскажу... Могут возникнуть проблемы. Возможно, также для меня. Но переживаю я по поводу другого человека.

– Если вы поделитесь правдой, мы постараемся помочь, – ответила Хлои.

Оскар перестал отводить взгляд и посмотрел прямо на агентов. Файн была потрясена, заметив слезы в уголках его блеснувших глаз.

– Там... Мой двоюродный брат.

– Что с ним? – уточнил Молтон.

– Он сейчас у меня. Надеется найти работу, связанную с мелким ремонтом. Я бы нанял его, но не могу. Разрешил ему пожить у себя, пока он не устроится.

– Почему вы скрываете это? – поинтересовалась Хлои. Но задавая этот вопрос, она уже догадывалась, каким будет ответ. Будучи американцем в современном мире, просто невозможно включить новости и не услышать подобную историю, вне зависимости от того, какой позиции придерживаешься.

– Как давно он живет у вас? – уточнил Молтон.

– Два дня. Я всю субботу потратил на поездку в Джорджию, чтобы забрать его оттуда. Мы переночевали там и вернулись сюда в воскресенье. Несколько дней назад он приехал в Игл-Пасс, штат Техас, и с тех пор путешествовал автостопом. По закону он не должен находиться здесь. Прошу вас... Ему нельзя возвращаться. Позвольте оставить его здесь. Все будет хорошо.

«Мы влезли совсем не в ту историю», – подумала Хлои.

– Сейчас он в вашем трейлере? – спросил Молтон. – Поэтому вы не хотели впускать нас?

– Да, – кивнул Альварес.

– Выходит, он может подтвердить, что в воскресенье вы возвращались из Джорджии, проведя целый день в пути? – уточнила Хлои.

– Да, может.

– И он находится здесь нелегально? – добавил Молтон.

– Да, что бы это ни означало, черт побери, – кивнул Альварес.

– Честно говоря, нам абсолютно наплевать на это, – пояснила Хлои. – Данная проблема касается шерифа Дженкинса. Нам же интересно лишь дело об убийстве. Если ваш брат подтвердит это алиби, то мы тут же вас освободим.

Она снова встала, бросив Молтону: «Секунду». Выйдя из комнаты, Файн набрала номер Дженкинса, чтобы сообщить ему о том, что их ждет в трейлере. Она вдруг поняла, что слишком беспокоится об Альваресе и том, как сложится ситуация, особенно, учитывая, что тот живет в маленьком южном городке, окутанном сплетнями и слухами прямо изнутри.

Дженкинс взял трубку и Хлои передала ему всю информацию. Как только она договорила, на другом конце провода повисла пауза, прервавшаяся руганью шерифа. Он поблагодарил ее и бросил трубку, даже не попрощавшись.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Даниэль многого достигла за последние двенадцать часов, но все еще чувствовала себя так, словно не сделала ничего вообще. Она вернулась в бар и убедилась, что новый бармен продолжала хорошо выполнять свои обязанности (что подтвердилось), а затем потратила остаток дня на общение с поставщиками «АВС» и мастерами по установке динамиков.

Теперь же она просто отдыхала дома, точнее в огромной квартире Сэма, с бокалом вина и книгой. Было уже 21:30, то есть прошло полтора часа с тех пор, как Сэм должен был вернуться. Ничего необычного, поскольку он постоянно приходил и уходил, вечно меняя свое расписание.

Но когда стрелка часов перешла на 21:31, подозрительность Даниэль выросла настолько, что ее больше невозможно было игнорировать. Она прошла в спальню и нашла его второй iPad, который заряжался на прикроватной тумбочке. Разблокировав устройство (паролем был счет Суперкубка между «Patriots» и «Falcons»), она открыла календарь. Послее 19:00 на сегодня не было ничего запланировано.

Тогда она перешла к сообщениям. Подозрительность вновь возросла, как только она заметила всего две беседы. Первая была между Сэмом и самой Даниэль и длилась уже несколько месяцев, а вторая – между ним и поставщиком строительных материалов, которые он приобрел для переоборудования нового бара и ресторана. Но она прекрасно помнила, что на его телефоне была целая куча смс. Почему же на iPad их не видно?

«Хватит делать вид, что ты разбираешься в современных технологиях, – сказала она себе. – Может большая часть сообщений поступает прямо на его телефон. Какого черта ты вообще хочешь здесь что-то найти?»

Даниэль положила iPad и вернулась в гостиную. Едва успев взять свой бокал вина в руки, она услышала знакомый звук поворота ключа в замке. Она быстро уселась обратно, стараясь принять позу женщины, которая лениво бездельничала, ожидая, пока ее мужчина вернется домой.

Сэм вошел в квартиру, держа в руках свое портмоне, а на плече болтался старый и избитый рюкзак. В его волосах виднелись остатки опилок. Иногда Даниэль смеялась над его ежедневными ролями. Сейчас он бармен, через минуту плотник, а затем и вовсе бизнесмен.

– Знаю, знаю, – пробормотал он. – Я опоздал.

– И у тебя в волосах снова опилки, – заметила она.

– Да, я в курсе. Пилил доски в ресторане. Но, слушай... Сцена вышла неплохой. Ты заказала те динамики, о которых мы говорили?

– Да. Завтра их отправят.

– Я знаю, что уже поздно, – произнес он с извиняющимся видом, бросив сумки на пол. – Что-то планировала?

– Нет. Все нормально. Мы можем поужинать или заняться чем-нибудь интересным и завтра.

– Уверена?

– Сэм... Все хорошо.

– Ладно. Что ж... Почему бы тебе не выбрать что-нибудь для совместного просмотра? У меня вся шея зудит от этих опилков. Я пока приму душ.

– Да, пожалуйста.

Он показал ей язык и бросился из кухни в огромную спальню. Даниэль какое-то время прислушивалась к шорохам и раздумывала, не присоединиться ли к нему в душе. Хоть секс между ними все еще был восхитительным, он стал случаться гораздо реже из-за его постоянной загруженности проектом ресторана. Ее ресторана. С последнего раза уже прошла целая неделя. Даниэль понимала, что не только ей этого хочется. Сэма также порадует немного спонтанный секс в душе.

Она встала и на цыпочках подошла к двери в спальню. Ожидая, пока он зайдет в душевую кабину, Даниэль вдруг осознала одну вещь. Словно зудящее насекомое, в ее голову вдруг закралось сомнение.

«Пилил доски в ресторане... Сцена вышла неплохой».

Это было ложью. Она прекрасно знала, что все работы по сцене были завершены еще вчера. Она даже связывалась с утра с подрядчиком, чтобы уточнить, правильные ли размеры динамиков она заказала. Но зачем ему врать об этом?

Даниэль услышала, как открылся шкафчик в ванной, понимая, что Сэм уже достает чистое полотенце. Она нырнула в спальню и украдкой подошла к двери, как только Сэм включил воду. Он замер на мгновение и вернулся к зеркалу над раковиной. Даниэль отступила, едва не попавшись.

Стоя за дверным проемом, она наблюдала, как он разглядывает себя в зеркало. Заметив что-то между шеей и плечом, он вздохнул и чертыхнулся.

Зеркало было установлено вдоль боковой стены, поэтому Даниэль могла запросто подглядывать за ним, оставаясь незамеченной. Благодаря этому она также получила возможность четко увидеть, что же так разозлило его на собственной шее.

Небольшой след от укуса. Маленький, едва заметный синяк идеальной формы женского рта.

Засос.

«А я не целовала его так уже больше недели», – подумала Даниэль.

Гнев завладел ею, пронзив разум еще до того, как она успела обдумать ситуацию. Она влетела в ванную ровно в тот момент, когда он отошел от зеркала.

– Что-то не так? – поинтересовалась она.

Сэм обернулся, в его глазах мелькнуло чувство вины.

– Боже, ты до чертиков напугала меня! – попытался он обыграть все, словно это было какой-то шуткой.

– Неужели ты и засос получил во время ремонта? – спросила она.

– Это не засос, – ответил он, медленно стараясь повернуться так, чтобы шею не было видно. – По всей видимости, одна из досок хорошенько впилась мне в кожу...

– Ты хорош во многом, Сэм. Но вранье в этот список не входит.

После этих слов выражение его лица резко изменилось, что не могло не встревожить Даниэль. Всего за пару секунд беспокойство во взгляде перешло в полнейшее безразличие.

– Правда? – спросил он, сделав шаг навстречу. Только в этот момент она поняла, что он стоял перед ней совершенно голым, собираясь уже зайти в душевую кабинку. – Ведь я занимался этим уже целый месяц, а ты заметила только сейчас.

– Кто она? – спросила Даниэль. Ей хотелось рыдать, но он была слишком зла.

– Ты с ней не знакома. Тем более, это не твое дело.

– Ублюдок, – плюнула она и, отвернувшись, бросилась в спальню.

– Мы можем обсудить это, когда я выйду из душа, – ответил Сэм.

– Хочешь смыть с себя ее запах? – заорала она.

– Ой, заткнись. Какое тебе дело до этого? Я даю тебе то, чего бы ты никогда не получила, не встретив меня. Поэтому не стоит делать вид, что ты слишком хороша для этого.

– Для этого? – переспросила она. – Для чего именно?

– Для мужчины, который иногда погуливает на стороне.

– Пошел к черту, – рявкнула Даниэль. – Принимай свой душ. К моменту, когда ты выйдешь оттуда, меня здесь уже не будет.

Сэм лишь рассмеялся. Он подошел к двери в спальню, то ли не замечая, то ли совершенно не стесняясь того факта, что все еще был абсолютно голым.

– Это смешно. Ты бросаешь меня?

– Я бросала и лучших мужчин за куда более мелкие пакости, – ответила она.

– Ох, конечно, я уверен, это правда, – произнес он, врываясь в комнату. И вдруг, словно для него это было не менее привычно, чем прихлопнуть муху, он протянул руку и ударил ее. От неожиданности Даниэль слегка прокрутилась на месте и чуть не упала на пол.

– Я прекрасно наслышан о твоем прошлом, – сказал он. – Не думай, что я понятия не имею, сколько дерьма тебе пришлось пережить. Я спас твою жалкую задницу. И после этого ты хочешь бросить меня?

Даниэль ощутила новую вспышку гнева и бросилась на Сэма, сильно размахивая левой рукой. Если бы она хоть немного сконцентрировалась, а не была бы так поглощена собственной ненавистью, то могла бы нанести ему серьезный урон. Но в результате она лишь едва коснулась его правой руки. Он ответил тем же, снова дав ей пощечину. Правая сторона лица Даниэль болела так, словно получила ожог. Она отшатнулась, но Сэм продолжил наступать. Обеими руками он толкнул ее к стене. Она ударилась затылком и перед глазами на мгновение закружили темные пятна.

– Ты не можешь бросить меня, глупая девчонка, – закричал он. – Куда ты пойдешь? Чем ты займешься? У тебя на блюдечке лежат огромные возможности. Бизнес, который может сделать тебя невероятно богатой. И ты бросишь все это лишь потому, что время от времени мне нравится заниматься случайным сексом?

– Заткнись, – заорала она в ответ, боясь, что сейчас разрыдается прямо перед ним.

Сэм подошел к ней и прижал к стене. Это было нечто среднее между угрозой и призывом к бурному сексу.

– Ты не глупа, – произнес он, наклонившись и слегка прикусив ей губу. Достаточно сильно, чтобы причинить боль. – Ты никуда не пойдешь.

Даниэль заорала прямо ему в лицо и он слегка вздрогнул, улыбнувшись. Именно этого она и ждала. Сэм отвлекся и она резко подняла колено. Поскольку он был без штанов и даже без трусов, она с легкостью ощутила прикосновение к плоти, прекрасно осознавая, что достигла нужной цели. Он взвыл и рухнул на пол, потянувшись к ее ноге. Но Даниэль уже выходила из спальни.

Пока он сыпал оскорблениями, перечисляя все приходящие ему в голову эпитеты, которые она уже сотни раз слышала от других, Даниэль спешила к входной двери. Хлопнув ею, она поняла, что теперь у нее нет не только Сэма, но и светлого будущего. Будущего, которое болталось перед ней, словно отравленная морковь на веревке перед кроликом.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Стоило Хлои зайти в главное помещение Мотеля №6 Барнс-Поинта, как зазвонил телефон. Увидев на дисплее имя Даниэль, она заколебалась. В последнее время разговоры с ней были не самыми приятными. Но, поскольку время приближалось к 22:30, инстинкты взяли свое. Звонок от сестры в такое время, скорее всего, мог означать лишь плохие новости.

– Я должна ответить, – сказала она Молтону, как только они подошли к стойке регистрации. – Можешь пока забронировать номера?

– Несколько? – спросил он с игриво разочарованной улыбкой.

– Понимаешь ли, – решила подыграть она. – Джонсон может что-нибудь заподозрить, если в авансовом отчете будет указан только один номер. Касательно того, как мы будем действовать дальше... Выбор за тобой.

Она вернулась обратно на парковку и ответила на звонок:

– Привет, Даниэль. Что случилось?

В трубке раздался приглушенный вздох, за которым последовали всхлипывания. Даниэль явно плакала уже какое-то время. Подобное происходило редко и всегда разрывало сердце Хлои на части.

– Я не знала, кому еще позвонить... – выдавила из себя сестра.

– Все хорошо? Даниэль... Что такое? Что случилось?

– Сэм... Он ударил меня. Сильно. Толкнул. Он изменял мне... а я...

– Ты ранена? – перебила Хлои.

– Нет... Я... Боже, дай мне секунду.

Хлои согласилась. Некоторое время она просто слушала тишину, пока Даниэль собиралась с мыслями. Точнее не тишину, а тяжелое дыхание, удушающие всхлипы и, наконец, напряженный, уставший голос.

– Он присыпал волосы опилками и сделал вид, что ему нужно принять душ. Я увидела засос. Не мой. Он использовал опилки лишь для того, чтобы как-то обмануть меня... Чтобы смыть с себя запах другой девушки.

– И ударил тебя?

– Дважды. А затем толкнул меня прямо в стену. Мне пришлось уйти. Я должна была. Я ведь правильно поступила?

– Конечно же, Даниэль... Тебе стоит написать заявление. Это домашнее насилие.

– Нет. Я не хочу, чтобы все всплыло.

– Где ты сейчас? – спросила Хлои.

– У себя. Примерно в двенадцати километрах от его дома.

– Он может приехать за тобой?

– Черт, я не знаю, – ответила Даниэль после непродолжительной паузы. – Я не знаю... Хлои, все перевернулось с ног на голову.

– Все будет хорошо. Тебе есть, куда еще пойти?

– У меня больше ничего нет, – сказала сестра. – Ни бизнеса, который он готовил для меня. Ни светлого будущего, ни побега из этого адского прошлого... Я все потеряла, – теперь ее голос звучал скорее злобно, нежели обиженно. В случае с Даниэль это был хороший знак.

– Даниэль, послушай меня. Тебе есть, куда еще пойти?

– Только моя квартира.

– Не стоит. Он может приехать за тобой... И раз уж ты не собираешься вызывать полицию, это может быть опасно. Уезжай оттуда.

– И куда, Хлои? Мне некуда пойти.

– Ты помнишь, где находится моя квартира?

– Я не могу остаться у тебя, – нервно засмеявшись, произнесла Даниэль.

– Не переживай. Я сейчас в Вирджинии, расследую одно дело. В моем почтовом ящике в подъезде лежит запасной ключ. Код к нему семь-один-семь. Можешь оставаться там, сколько будет нужно.

– Ты уверена? – спросила сестра.

– Абсолютно. Собери сумку и поезжай в Вашингтон. Я не знаю, сколько еще пробуду тут, но пока можешь чувствовать себя как дома.

– Хлои... Спасибо.

– Если ты и правда хочешь поблагодарить меня, то напиши заявление на этого ублюдка.

– Оно того не стоит.

Хлои прекрасно понимала, что ее сестра имела в виду, что ей не хочется переживать все то, что последует за заявлением. Они обсудят этот момент позже.

– Ладно. Набери меня, когда приедешь, хорошо?

– Хорошо. Спасибо, Хлои.

– Не за что. И позвони, если потребуется что-то еще.

Она повесила трубку и взглянула на подошедшего к ней Молтона. Он продемонстрировал ей свою ладонь, на которой болтались два ключа от разных комнат. Затем он заметил волнение у нее на лице и спросил:

– Все в порядке?

– Да. Просто... Семейные проблемы.

– Что-то серьезное?

– Вряд ли, – ответила она. – А теперь... Если мы продолжим тянуть время, то упустим всю изюминку от того, что нарушаем наш договор по поводу сохранения профессионализма.

Она прошла за ним к номерам, будучи абсолютно уверенной, что очень скоро они приступят к нарушению главных пунктов того самого договора. Учитывая, что над их головами повисло нерешенное дело, единственный подозреваемый был освобожден, поскольку его алиби подтвердилось, а теперь еще и появилась Даниэль со своими проблемами, именно это ей и было нужно, чтобы хоть немного расслабиться морально.

***

Практически сразу, не более чем через двадцать секунд после того, как Хлои подошла к двери ванной, чтобы принять душ, она снова услышала, как звонит телефон. Будучи лишь в нижнем белье с грязными вещами в руках, она подошла к прикроватной тумбочке, где оставила свой мобильный. Увидев номер помощника директора Гарсии, она тут же приняла вызов, чувствуя себя немного неловко из-за того, что говорила с ним в одних трусах и лифчике.

– Агент Файн, – ответила она. Затем Хлои повернулась к Молтону, все еще лежавшему в кровати в попытке отдышаться, и прошептала: – Гарсия.

– Агент Файн, вам удалось найти что-то существенное за последние пару часов? – поинтересовался он.

– Нет. У нас был потенциальный подозреваемый, но его алиби подтвердилось. На самом деле, он замешан в небольшом криминале, но это местный уровень и шериф уже разбирается.

– Хорошо. Что ж, мои следующие слова прозвучат как гром среди ясного неба, поэтому я заранее извиняюсь. Мне нужно, чтобы вы с Молтоном вернулись в Вашингтон. Точнее, завтра утром Джонсон хочет видеть Молтона в своем кабинете.

– Появилась какая-то информация по делу? – уточнила она.

– Нет, ничего подобного. Я не могу обсуждать это с вами по телефону.

– Меня директор Джонсон также вызывает?

– Возможно, чуть позже. Но на их утренней встрече с Молтоном ваше присутствие не требуется. Он же должен появиться там к восьми.

– Хорошо, – ответила Хлои. У нее была целая куча вопросов, но по голосу Гарсии было итак ясно, что он не станет отвечать ни на один из них.

Она повесила трубку и обернулась к Молтону. Тот сидел на краю кровати, прикрыв нижнюю часть тела простыней.

– Гарсия? – озадаченно переспросил он.

– Да. Звонил от имени Джонсона. Они хотят, чтобы к утру мы вернулись в Вашингтон. Директор ждет тебя в своем кабинете к восьми.

– Он назвал причину?

– Нет. Но отметил, чтобы я не приходила. Пока не вызовут, – тут она остановилась, а затем высказала свое предположение. – Как думаешь, может он узнал... о нас?

– Сомневаюсь, – пожал плечами Молтон. – Даже если и так, я не вижу существенных причин для того, чтобы отстранять нас от текущего расследования.

Хлои не могла быть уверена наверняка, но ей показалось, что Кайл сильно разволновался. Его лицо стало каменным, а взгляд, казалось, начал метаться с места на место, оказавшись не в состоянии сконцентрироваться на ней.

– Что такое? – удивилась она. – Что-то не так, Молтон?

– Нет. Все хорошо.

Кайл явно врал. Он что-то знал... Просто решил ничего не говорить ей. А она не стала лезть к нему с распросами, решив, что, если возникнет какая-то серьезная ситуация, он все же поделится с ней.

– Ладно, пойду приму душ, – кивнула она, а затем, словно проверяя его, добавила: – Мне может потребоваться помощь, если тебе это интересно.

– Возможно, я присоединюсь чуть позже, – ответил он, как-то натянуто улыбнувшись. – Не жди.

Стало ясно, что он прекрасно понимает, что до нее дошло. Что она заметила явное наличие какой-то проблемы. Сейчас все зависело от самой Хлои, от ее решения пускать ли все на самотек. В результате, она плюнула и оставила все как есть. Если и было что-то, чем ему стоило поделиться с ней, то впереди их ждет длинная дорога в Вашингтон. Времени достаточно.

Файн прошла в ванную и зашла в душевую кабинку. Стоя под струей теплой воды в ожидании появления Молтона, она размышляла над тем, что же он мог скрывать от нее. В конце концов, Хлои вышла из душа, задаваясь вопросом, чем не хотел делиться с ней новый любовник.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

– Уверен, что ничего не хочешь рассказать мне? – прямо спросила Хлои.

Они уже какое-то время находились в пути, еще даже не проехав и половину расстояния до Вашингтона. За рулем, безмолвно уставившись в окутанную темнотой дорогу, с решительным выражением лица сидел Молтон.

– Позволь кое-что спросить, – ответил он. – Это прозвучит так, словно я собираюсь поссориться с тобой, но, поверь, я меньше всего хочу этого.

– Ладно... В чем дело?

– Я все про тебя знаю?

Вопрос застал ее врасплох. Хлои даже задумалась о ситуации с отцом и Даниэль, которая лишь усугубилась в последнее время.

– Конечно же, нет, – ответила она.

– А если бы мы сблизились... Если бы мы уже встречались несколько месяцев, ты бы все еще скрывала от меня какую-то часть своей жизни?

– Не уверена. Почему тебя это интересует? Молтон... Что, черт возьми, происходит?

Он на мгновение задумался и Хлои даже решила, что сейчас узнает всю правду. Но, в конце концов, Кайл лишь покачал головой.

– Я все расскажу тебе завтра, после встречи с Джонсоном. Даю слово.

– Отлично, – ответила Хлои таким тоном, что любому стало бы ясно, что она подразумевала все, что угодно, кроме «отлично». – Просто скажи... Я имею в виду, все нормально? Ты в опасности?

– Нет, ничего подобного.

Ей не понравился холодок в его голосе. Он разговаривал с ней так, словно она раздражала его, словно он вообще не хотел с ней общаться. Именно это она и позволила ему на протяжении всего оставшегося пути до Вашингтона. Молтон продолжал молчать, а Хлои пыталась понять, сможет ли она когда-нибудь полностью довериться мужчине, сидевшему сейчас за рулем.

***

Было уже далеко за полночь, когда Кайл высадил Хлои у подъезда ее дома. Она хотела было поцеловать его на прощание, но он был слишком занят собственными мыслями. Молтон все еще казался каким-то холодным и отстраненным, поэтому она просто бросила «пока» и выскочила из машины. Он ответил, махнув ей с таким видом, словно его принудили к этому, и отъехал от тротуара. Файн так и осталась стоять на улице, наблюдая за тем, как машина свернула на другую улицу, и пытаясь понять, что творилось в голове у Кайла.

Затем она вспомнила, что дома ее ждет разыгравшаяся драма... Если Даниэль приняла ее предложение. Поспешив внутрь, она первым делом проверила почтовые ящики в подъезде. Открыв свой, она обнаружила лишь пустоту. Внутри не было ни почты, ни запасного ключа, ничего.

Ее сердце бешенно заколотилось, пока она поднималась на лифте на свой этаж. Сестра не умела справляться со сложностями. А это означало, что Хлои может попасть на бесконечный ночной монолог разозленной Даниэль о том, что ее жизнь перевернулась с ног на голову, что все мужчины на ее пути оказываются козлами и что все рухнуло еще в тот момент, когда их папаша попал за решетку.

Само собой разумеется, она сильно удивилась, услышав мелодии 80-х, когда открыла дверь в свою квартиру. Играла песня группы «INXS» и, добравшись до кухни, Хлои увидела, как Даниэль, пританцовывая, вытирает пыль со стойки. Услышав звук хлопнувшей двери, сестра, перепугавшись, повернулась лицом к Хлои. Увидев ее, она тут же бросилась к ней и крепко обняла.

– Я не ждала тебя так скоро, – произнесла Даниэль.

– А я не ожидала, что ты будешь убираться в моем доме, – парировала Хлои.

– Мне нужно было чем-то заняться. Я сильно перенервничала и стоило выбросить куда-то энергию. И давай будем честны... Стойка была грязной.

– Извини. У меня не так уж много времени на уборку, – она подошла к холодильнику, достала пиво и открыла бутылку, сделав большой глоток, словно тот помог ей смыть все напряжение от последних часов. – Ладно, как у тебя дела?

– Дико злая, – ответила сестра.

Хлои обратила внимание на красные отметины на лице Даниэль. По крайней мере, одна из полученных ранее пощечин, ранила ее.

– Он приезжал? – поинтересовалась Хлои. – Я имею в виду, к тебе домой?

– Черт его знает. Я вылетела оттуда уже через две минуты после разговора с тобой. Просто... Я чувствую себя такой дурой. Все это время я видела признаки измены. Чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что он передавал мне этот бизнес лишь для того, чтобы сидела молча. У него есть куча денег, вложенных во многие места и...

– Что?

– Ничего. Я не хочу тратить ни капли своего времени на этого ублюдка. Давай поговорим о тебе. Как у тебя дела?

Хлои так и не раскрыла Даниэль тайну, что их отец объявился на ее пороге всего два дня назад. Эта новость поразила бы сестру куда больше, чем полученные ранее пощечины, но она не видела смысла скрывать этот факт. Учитывая то, что происходило с Молтоном, чем бы это ни являлось, она вдруг поняла, что в ее жизни сейчас и правда слишком много секретов.

– Все было хорошо до вчерашнего дня. Я приехала домой, а тут меня поджидал гость. Даниэль... Отец вышел. Он сидел и ждал меня на ступеньках.

– Ты шутишь? – переспросила сестра.

– Нет. Это правда. Он сидел прямо там и ждал меня. Спросил, не хочу ли я пообедать или поужинать с ним.

– О, Господи. И что ты ответила?

– Сказала, что мне это не интересно. Сказала, что если захочу увидеть его или пообщаться, то сама отыщу его.

Даниэль отматерилась и кивнула на бутылку Хлои.

– У тебя есть еще?

Хлои достала еще одно пиво из холодильника, откупорила и протянула сестре. Она обратила внимание, что Даниэль слегка дрожала, как обычно бывает, если нервы находятся на пределе, пронизывая все тело. Сестра прошла в гостиную и присела на диван. Хлои внимательно следила за ней, понимая, что на голову Даниэль свалилось слишком много за раз. Сначала ее избил парень, которого, как она считала, она любила, а затем она вдруг узнала, что ее отец, которого она ненавидела большую часть своей жизни, вышел из тюрьмы и гуляет на свободе... Это действительно много.

– Поговори со мной, Даниэль, – произнесла Хлои. – О чем ты думаешь?

– О том, что все это отстой. Как только тебе кажется, что жизнь налаживается, она тут же хорошенько пинает тебя, напоминая о том, кто ты есть. Хлои... Сегодня утром я проснулась с мыслью о том, что мое будущее оказалось гораздо лучше, чем я вообще могла мечтать. А теперь... Теперь все это.

– Я не думаю, что отец доставит нам много хлопот, – сказала Хлои. – Скорее всего, до него дойдет, что мы не хотим иметь с ним ничего общего, и он отправится своей дорогой.

– Если ты не хочешь иметь с ним ничего общего, то зачем приложила столько усилий, чтобы выпустить его?

Это был логичный вопрос и на первый взгляд он казался вполне простым.

– Я знала, что в этой истории что-то пошло не так, – пояснила Хлои. – Я просто не могла все бросить. И когда начала копать, то постепенно вышла на Рутанну... Узнав, что отец не убивал маму.

– Он приходил к тебе, Хлои. Для этого явно была причина.

– Даниэль... Он не был убийцей. И он мой отец. Я не могу просто выкинуть его из головы, как сделала ты. Но в любом случае, я также не хочу, чтобы он возвращался в мою жизнь.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я ненавижу его не потому, что это проще, чем простить, – ответила Даниэль. – Есть вещи, о которых ты не знашеь... Вещи, о которых я не могу...

Хлои быстро подошла и взяла Даниэль за руку. Она четко ощутила дрожь, слабую, но достаточно явную.

– Ты можешь рассказать мне, – сказала она. – Честно говоря, я решила покончить с секретами, как в жизни нашей семьи, так и в личных отношениях.

– Нет. Я не могу. Я не готова, – покачала головой сестра.

– Даниэль... Ты можешь рассказать мне. Он уже вышел. Если есть причина, по которой ты боишься его, ты должна поделиться со мной.

Со слезами на глазах Даниэль посмотрела на сестру, издав смешок, который тут же перешел во всхлипывания.

– Давай просто скажем, что эти следы на моем лице вполне привычны для меня. И что моя неспособность доверять мужчинам имеет корни из прошлого.

– А как насчет твоей неопределенности? – уточнила Хлои. – Она откуда появилась?

На этот раз смех Даниэль был настоящим. Она вытерла слезы с глаз.

– Возможно, когда-нибудь я все тебе расскажу. Но пока я просто не могу.

– Пожалуйста, не пойми меня неправильно, – ответила Хлои. – Но ты так себя ведешь, что я могу лишь предполагать определенные вещи. И они не особо приятны.

– Успокойся, – сказала Даниэль. – Что бы ты ни предполагала, все это, скорее всего, довольно близко к реальности.

Хлои нечего было ответить. Ей оставалось лишь сидеть там с сестрой, размышляя о том, как они умудрились вырасти вместе с абсолютно противоположным мнением об отце.

Неужели он вел себя с ними по-разному?

***