ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

Но не успела Райли начать раздавать приказы сидящим с ней за столом в конференц-зале агентам ФБР, как в комнату ворвался шеф Белт. Он был так же взбешён, как и когда она оставила его у комнаты для допросов.

– Кто-нибудь может объяснить мне, что происходит? – гаркнул он. – Агент Пейдж, последнее, что я от вас услышал, это то, что Карсон – не наш убийца. А затем вы просто сорвались с места, ни черта мне не объяснив!

– Пожалуйста, сядьте, шеф Белт, – попросила Райли.

Белт сел за стол напротив и уставился на неё с выжидающим и нетерпеливым видом.

– Как вы только что слышали, Грант Карсон признался в совершенно отдельном и никак не связанным с нашим делом преступлением. Кроме того, у нас нет совершенно никаких улик, говорящих о его причастности к убийствам. И если мы будем тратить время на то, чтобы установить связь, которой не существует…

Белт прервал её.

– Что значит тратить время? Разве он не единственный имеющийся у нас подозреваемый? Нам всего лишь нужно получше надавить на него, чтобы он заговорил!

Райли вздохнула. Кажется, ему будет непросто всё объяснить.

Но тут заговорил Крейг Хуанг:

– Шеф Белт, Грант Карсон совершенно точно не наш убийца. И я боюсь, что вам придётся поверить в этом на слово агенту Пейдж. Мы в ОПА научились уважать и доверять её инстинктам, а она неоднократно оправдывала наше доверие. И у неё достаточно наград, которые подтверждают достоверность её чутья. Если она говорит, что Грант Карсон – не тот, кого мы ищем, то я готов поставить всю свою карьеру на то, что так оно и есть.

Остальные агенты одобрительно загудели.

Райли почувствовала очередной приступ кроткой благодарности.

«Надеюсь, что на этот раз я не ошиблась», – подумала она.

Она отлично знала, что временами чутьё подводило её. Но она чувствовала, что это не этот случай.

Лицо Белта смягчилось. Казалось, он принял выводы Хуанга.

– И что тогда у нас имеется? – спросил Белт.

Райли сказала:

– Во-первых, Карсон под стражей. Он точно виновен в краже у своего начальства, а возможно, и в том, что нарушил условия досрочного освобождения как-то ещё. После того, как мы поймаем убийцу, вы сможете с ним разобраться. А пока…

Она замолчала и задумалась.

– Агенты Уиттингтон и Крафт, вы уже встречались с семьями жертв. Сходите к ним ещё раз, покажите фоторобот. Узнайте, не напоминает ли портрет кого-нибудь из их знакомых. Затем сходите на пляж и покажите портрет Рагсу Такеру – может быть он его узнает. Возьмите с собой пару людей Белта.

Она перевела взгляд на другие лица сидящих за столом.

– Агент Энджел, займитесь репортёрами. Пусть здравый смысл подскажет вам, что им рассказать. Не нужно обманывать, но старайтесь не сказать ничего такого, что может подстегнуть панику или слухи. Хватит нам суматохи в обществе.

Она снова задумалась.

– Агенты Ридж и Герати, отвезите песочные часы в Квантико. Отдайте их Сэму Флоресу и его команде, пусть тщательно осмотрят. Будьте осторожны с теми, что ещё идут. Старайтесь не трясти их и ни в коем случае не переворачивайте.

– Может, заодно отвезёте назад мою машину? – сказал Билл. Он достал из кармана связку ключей. – Я приехал сюда на своей, но теперь передвигаюсь на транспорте агентства.

Ридж кивнул и взял ключи:

– Есть, сэр, – сказала он. – Отвезём часы на вашей машине.

– Отлично, – сказала Райли, а затем повернулась к Крейгу Хуангу.

– Агент Хуанг, помогите шефу Белту организовать встречу с населением. И убедитесь, что заповедник Белле Терре действительно закрыт и никто туда не сунется.

Хуанг кивнул.

– Закроем и поставим посты. Если нам повезёт, этого хватит, чтобы не дать убийце снова атаковать – по крайней мере, по выбранному им расписанию.

«Если повезёт», – мысленно повторила Райли.

Конечно, у неё не было оснований считать, что им может не повезти, но она давно уже поняла, что на удачу не стоит слишком полагаться. Кроме того, она не могла убедить себя, что сейчас удача на их стороне.

Как только все получили свои задания, Энджел, Уиттингтон, Крафт, Ридж, Герати и Хуанг вышли из комнаты. Шеф Белт тоже отправился по делам, оставив Райли наедине с Биллом и Джен.

– А что делать нам троим? – спросила Джен.

Райли пришла в голову мысль, которая уже давно не давала ей покоя.

Так вышло, что никто из членов её команды не опрашивал свидетеля. Ей казалось, что женщине задали слишком мало вопросов. Полиция больше была занята составлением фоторобота, который, впрочем, оказался таким примерным, что увёл их по ложному следу. Преступление мужчины не шло ни в какое сравнение с виной человека, которого они на самом деле искали. И если кто-то и мог привести их к настоящему убийце…

Райли сказала:

– А нам нужно опросить свидетеля, который видел подозреваемого на пляже. Может быть, нам удастся встряхнуть её память и узнать больше подробностей, чем удалось составителю фоторобота.

Джен забарабанила пальцами по столу.

Райли спросила её:

– Есть вопросы?

Джен медленно проговорила:

– Райли, а что нам пока известно касательно профиля убийцы? Что мы точно знаем о нём?

Райли не знала, что сказать. Всё это время она была уверена, что убийца должен был очаровать своих жертв, заставляя их поверить ему, по крайней мере ненадолго.

Но что помимо этого?

«Что? – спрашивала она себя. – Что мы знаем о нём?»

Неожиданно Райли кое-что поняла.

Её затрясло, руки вспотели и похолодели.

«Да что со мной?» – недоумевала она.

Её снова поразили собственные ощущения и поведение.

Она всё ещё пыталась понять, почему потеряла контроль над собой в доме Гранта Карсона и чуть его не убила.

Теперь же её тело, казалось, находилось в состоянии слабо выраженной паники.

Но почему?

Она с трудом сглотнула, а затем сказала Биллу и Джен:

– Мне нужно обсудить профиль убийцы с Майком Невинсом. Не могли бы вы оставить меня на несколько минут?

Джен удивлённо посмотрела на Райли.

– Что-то не так? – спросила Джен.

– Без проблем, – сказал Билл и тихонько подтолкнул Джен, очевидно, стараясь заставить её делать то, что сказала Райли. Джен кивнула, и оба агенты без лишних вопросов вышли из комнаты.

Какое-то время Райли молча сидела в конференц-зале.

«Профиль», – подумала она.

Почему ей так трудно составить его? Она не знала. Всё, что она знала, это что в голове у неё пусто на этот счёт. Скорей всего именно поэтому она чувствует такую тревогу и замешательство.

Ей нужна помощь, чтобы войти в разум убийцы – такая помощь, какую ей не смогут оказать Билл или Джен.

Она достала мобильник и отправила сообщение Майку Невинсу. По настоянию Райли Билл обратился за помощью в борьбе с посттравматическим синдромом именно к этому психотерапевту. Кроме того Майк помогал и Райли в тяжёлые времена.

Но в первую очередь Майк Невинс был блестящим криминалистом, который часто консультировал ФБР и наталкивал Райли на ключевые мысли в особенно загадочных делах.

А это, похоже, именно такое дело.

Она написала:

Майкл? У тебя есть пара минут?

Всего через несколько секунд она получила ответ:

Конечно, Райли. В чём дело?

Райли задумалась на мгновение, а потом написала:

Может поговорить по видео?

Майк ответил:

Без проблем. Дай мне минуту.

Райли достала блокнот и карандаш, чтобы делать заметки. Вскоре она уже увидела лицо Майка на экране своего мобильника и знала, что он тоже видит её. Он был франтоватым мужчиной в дорогой одежде, педантичным и дотошным, и выглядел он как всегда дружелюбно.

– Чем я могу тебе помочь, Райли? – спросил он с улыбкой.

Райли вздохнула и покачала головой.

– Майк, я последнее время совершенно не в себе. Я работаю над делом, которое сводит меня с ума.

– Ах да. Убийца, которого прозвали Дедушкой-временем или Песочным человеком. Я весь день сегодня читаю про это в интернете. Не сомневаюсь, что тот факт, что все мысли в народе только о нём, делу не помогает.

Райли недовольно простонала.

– Ты даже не представляешь насколько.

– Это правда, что он оставляет часы, засекая время до следующего убийства?

– Да, и те, что идут сейчас, остановятся около шести часов завтра утром. Но проблема в том, что мне никак не удаётся составить его профиль. На местах преступления мне показалось, что он приятный человек, которому легко доверяются. Но на этом всё.

Майк задумчиво потёр подбородок.

– С кем ты работаешь над делом? – спросил он.

– Джен Ростон и Билл Джеффрис.

Майк довольно рассмеялся.

– Так Билл вернулся к работе! Рад слышать. Я сам ему советовал взять новое расследование. Ему уже давно пора возвращаться в строй. Как он справляется?

Райли пожала плечами.

– На данный момент лучше меня.

Райли поймала себя на том, что праздно рисует на листке бумаги перед собой. Она сказала:

– Джен Ростон очень интересует помешательство убийцы на песке.

– Да, у него явно что-то связано с песком. Как и со временем. Но жестокость, с которой он вот так хоронит людей заживо…

Майк вздрогнул.

– По мне, так это месть, – сказал он.

– Я тоже так думаю, – сказала Райли. – Но какой в этом может быть смысл? Мы не нашли никакой связи между двумя жертвами. Он выбрал их как будто случайно. Но месть – всегда дело личное, направленное на кого-то конкретно. Или по крайней мере на определённый тип людей.

Майк прищурился и потёр дужку очков.

– Необязательно, – сказал он. – Его месть может быть – как сказать? – косвенной по своей природе.

Майк замолчал, а затем продолжил:

– Возможно, истинный объект его мести – люди, которые вели себя несправедливо по отношению к нему – уже давно умерли. Возможно, то, что они сделали с ним, случилось давным-давно. Он может даже не вполне помнить, что именно они сделали, или вообще не помнить. Он знает лишь то, что то, что он долгое время подавлял в себе, просится наружу – некая безумная ярость, которую он чувствует ко всему человечеству в целом.

– Разве он может казаться нормальным человеком с такой яростью?

– Возможно. Он очень болен и крайне опасен по отношению к тем, кто встречает его в определённое время, но в других обстоятельствах он может быть совершенно безобидным. Вполне вероятно и то, что он не до конца осознаёт собственные действия и мотивы.

Райли застонала вслух.

– Но мне нужно понять его! – воскликнула она. – Как мне выполнять свою работу, если я даже не…

Она замолчала, не в силах подобрать нужные слова, чтобы выразить всё своё отчаяние.

Майкл пристально посмотрел на неё с видом глубокой заботы.

– Райли, боюсь, что всё это время ты идёшь по ложному пути. Ты пытаешься составить профиль убийцы, пытаешься понять, что движет им. Но ты анализируешь не того человека.

Майк замолчал, а Райли затаила дыхание.

Она чувствовала, что то, что он сейчас скажет, ей совсем не понравится.

Наконец, Майк произнёс:

– Я думаю, тебе стоит посмотреть в зеркало.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Слова Майка Невинса словно ножом вонзились в сердце Райли.

«Посмотри в зеркало».

Что это может значить?

Неужели он обвиняет её в чём-то?

«Звучит именно так», – подумала она. По меньшей мере, он пытается сказать, что она закрывает глаза на какую-то собственную ошибку.

Майк молчал в ожидании её ответа.

Она натянула улыбку и попыталась рассмеяться.

– У меня нет зеркала под рукой, – сказала она. – Может быть, ты побудешь моим зеркалом?

Майк глубоко вздохнул.

– Райли, это было очевидно с того самого момента, когда мы только начали говорить. Я видел это по твоему лицу, я слышал это в твоём голосе. Это дело не просто трогает тебя до глубины души. Оно затрагивает тебя гораздо сильнее всех других дел. Сильней – и глубже.

Райли почувствовала комок в горле.

– Сегодня что-то случилось, не так ли? – спросил Майк. – Нечто такое, что особенно тебя потрясло.

– Я вышла из себя, – призналась она. – Я… я была слишком жестока с подозреваемым, которого мы допрашивали.

Райли заколебалась, но всё же выпалила:

– У меня был флэшбек драки с Петерсоном, а такого уже давно не бывало. Я не понимаю, почему я видела его. Не понимаю, почему это дело так на меня давит.

– Я тоже не совсем понимаю, – сказал Майк. – Но это как-то связано со временем, Райли. Это дело касается времени именно таким образом, что это сильно тебя затрагивает.

Майк помедлил, а потом добавил:

– Я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделала. Я хочу, чтобы ты сделала кое-что для себя.

Райли с трудом сглотнула.

– Что же? – спросила она.

– Я задам тебе вопрос, а ты должна ответить на него не думая. Просто скажи, что первое придёт тебе на ум.

Райли слегка приободрилась.

Она уже проделывала такое с Майком, и это всегда помогало.

– Хорошо, – сказала она.

Майк посмотрел ей прямо в глаза.

– Что для тебя значит время?

Райли поразило то, как быстро её переполнили разные мысли.

– Я его ненавижу, – сказала она. – Ненавижу сам принцип времени. Его всегда недостаточно. Оно всегда обманывает. Мне нужно сделать миллион и одно дело, но нет на это ни секунды. Все ждут от меня слишком многого. Я сама слишком многого жду от себя. Чёрт, я должна быть лучшим агентом, и в то же время лучшей матерью…

Она вдруг увидела перед глазами образ Блейна Хилдрета.

– Даже лучшей подругой. Потому что жены из меня не вышло. Неужели у меня снова и снова ничего не получится, сколько бы я ни пробовала начать отношения с мужчиной? Мне хочется закричать от этого. И время…

Её слова оборвались.

Снова заговорил Майк мягким голосом:

– Райли, ты только что сказала, что время всегда обманывает. Кажется, это какая-то личная неприязнь. Почему?

Ей в голову пришли слова Отиса Редлиха: «Человечество всегда воюет со временем», и его кривую ухмылку, когда он это говорил.

«Верно, – подумала она. – Он сам похож на время – выглядит и говорит точно так же».

Она сказала:

– Иногда кажется, что у времени есть лицо и голос. Злобное и ехидное, оно смотрит на меня и издевается, скалится мне в лицо и хихикает. «Нельзя иметь всё сразу, – говорит оно мне. – Ты не можешь сделать всё. Что-то должно быть на втором плане, кто-то должен страдать – твои дети, твои коллеги или невинные жертвы, которые умрут, ведь ты слишком занята другими делами. Времени для всех нет и не будет». Да, у меня личная обида. Я чувствую себя объектом для ужасных, извращённых шуток, которые проделывает надо мной время.

Райли почувствовала ярость и отчаяние.

– И я хочу… я не знаю… справедливости или правосудия, или…

Её голос снова оборвался.

Майк тихо подсказал:

– Мести?

Она выдохнула:

– Да! Наверное, так. Я хочу поквитаться со временем. Я хочу свести с ним счёты. Но не могу. Сама мысль об этом безумна. Время… оно слишком громадно для меня.

Райли захлестнул целый водопад противоречивых эмоций. Она изо всех сил старалась контролировать себя.

Она сказала себе, что если она сейчас разрыдается, это ничем не поможет. Она не должна терять головы.

– Что… Что это значит? – пробормотала Райли. – Это чувствует убийца? Он чувствует то же отчаяние и ярость?

– Возможно, – предположил Майк. – Если так, ты можешь ещё подумать в этом направлении. Но может статься, что всё ровно наоборот: ему кажется, что он контролирует время, и он наслаждается этим. Хотя я так не думаю.

Майк посмотрел ей прямо в глаза.

– Сейчас мы составили профиль тебя.

Райли взволнованно покачала головой:

– Но почему? Почему сейчас? Почему не во время предыдущего расследования, не во время следующего?

– Потому, что это дело необычное, оно особенно давит на тебя. Ты уже на грани нервного срыва. И я не думаю, что ты справишься с ним, если не поймёшь, как оно на тебя влияет.

Райли молча кивнула.

Это похоже на правду.

Как ни грустно ей было осознавать это, но это было так.

– И что мне теперь делать? – спросила она Майка.

– Будь внимательна, – предложил Майк. – Обращай на себя внимания не меньше, чем на все детали дела. До того, как всё раскроется, в тебе могут проявиться ещё более грязные вещи. Тебе нужно быть готовой бороться с ними.

Оба они замолчали.

«Кажется, пока хватит», – подумала Райли.

Ей хотелось добавить лишь одно:

– Спасибо, Майк.

Но на самом деле Райли не чувствовала сейчас никакой благодарности.

– Всегда пожалуйста, – сказал Майк. – В буквальном смысле, в любое время дня и ночи я здесь и готов помочь тебе.

Райли просто кивнула и закончила звонок.

Какое-то время она продолжала молча сидеть в комнате, медленно дыша и стараясь собраться с духом.

Затем она встала со стула и вышла в коридор, где её ждали Билл с Джен.

Не зная, что сказать, Райли встретила их неловким молчанием.

Как ей объяснить, что она пережила за последние несколько минут?

К счастью, Билл с Джен ни о чём не спрашивали её.

Пока они выходили из здания и шли к своему автомобилю, Райли заметила, что Билл озабоченно поглядывает на неё, а у Джен вид, напротив, отсутствующий.

Райли снова задумалась, что же сегодня тревожит Джен, а иногда даже отвлекает от дела.

Билл хорошо работал сегодня, хотя, конечно, всё ещё был слаб после своей недавней травмы.

«Готовы ли они к этому?» – гадала она.

Достаточно ли она сильна для Билла и Джен, а также для самой себя?

Готова ли я к этому?

– За дело, – сказала Райли. – Нужно допросить свидетеля.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Райли всю трясло от странной беседы с Майком Невинсом. Она молча сидела на пассажирском сиденье автомобиля ФБР, который Билл вёл по адресу в Сэттлере, принадлежавшему подозреваемому. Она была рада, что Джен, сидящая на заднем сиденье, пока не задавала никаких вопросов.

Стоило ли вообще звонить Майку? Она и не подозревала, что он устроит ей сеанс психоанализа.

Она вспомнила его слова: «Сейчас мы составили профиль тебя».

От одной мысли об этом ей стало не по себе.

Она нисколько не сомневалась в том, что благодаря беседе у неё возникли ценные идеи, но кроме того она сильно её взволновала. Неужели действительно было необходимо заглядывать в себя во время работы над делом об убийстве, тем более таким зловещим и срочном?

Майк считал, что да. Он предупредил её: «До того, как всё раскроется, в тебе могут проявиться ещё более грязные вещи».

Райли вздрогнула от этой мысли. Она быстро решила, что зацикливаясь на своих чувствах относительно времени, она будет работать менее продуктивно. Её собственная злость и страх могут подождать – сейчас её ждут другие дела.

Например, было бы неплохо предупредить свидетеля о том, что они едут к ней. В этот раз облавы не будет, так что в элементе неожиданности потребности нет. Кроме того, раз времени так мало, не помешало бы удостовериться, что свидетель вообще дома.

Она набрала номер Хоуп Райтман, данный ей шефом Белтом.

Когда в трубке раздался бодрый женский голос, Райли представилась.

– Я и мои напарники хотели бы задать вам несколько вопросов, если вы не против.

– О чём? – поинтересовалась женщина.

Вопрос показался Райли неуместным. Разве это неочевидно?

– О человеке, которого вы видели сегодня утром, – пояснила Райли.

– О, – воскликнула женщина.

Воцарилось короткое молчание.

– Я уже ответила на множество вопросов. Я не думала, что вы хотите снова меня расспрашивать.

– Тем не менее, мы бы хотели кое-что повторить.

Снова возникла тишина, которую прервал неловкий смешок.

– Ладно, – сказала Хоуп Райтман.

– Отлично. Мы будем у вас через несколько минут.

Звонок закончился. Райли уже чувствовала нечто странное в Хоуп Райтман, в её голосе, но никак не могла понять, что.

Они продолжали ехать, а Райли открыла на телефоне фоторобот. Она снова напрасно искала на нём отличительные черты.

Сзади неё Джен произнесла:

– Он выглядит совершенно обычным и ничем не примечательным.

Райли согласилась. В фотороботе не было ни следа индивидуальности или характера.

«Что-то должно быть», – думала она.

По-видимому, у художника не вышло подобрать правильные вопросы, чтобы заставить свидетеля вспомнить.

Райли надеялась, что у них с Биллом и Джен лучше получится сделать это.

Они въехали в район неподалёку от Белле Терре. Он был более дорогим, чем тот, где они нашли Гранта Карсона. По адресу их ждал закрытый коттеджный посёлок, и мужчина в форме, сидящий в будке у ворот, спросил, к кому они едут.

Билл достал значок и представил себя и коллег.

– Мы хотели поговорить с Хоуп Райтман, – сказал Билл. – Она нас ожидает.

Мужчина выглядел слегка удивлённым.

– Странно, – сказал он. – Мисс Райтман о вас не упоминала.

Он отвернулся, чтобы позвонить по телефону, а затем снова с улыбкой повернулся к машине.

– Можете проезжать, – сказал он и указал направление: – Её дом в крайнем ряду от парковки.

Мужчина открыл ворота, и Билл въехал внутрь.

Они оказались в окружении рядов приятных таунхаусов, некоторые были отделаны кирпичом, другие деревом. Уже темнело, и окна приветливо светились. По парковке и тротуарам шло несколько человек, они посмотрели в их направлении и отправились дальше по своим делам. В этом месте жители явно чувствовали себя в безопасности.

Билл припарковался, и агенты вышли из машины. Когда они дошли до дома Хоуп Райтман, Джен позвонила в дверь и женщина тут же открыла.

Хоуп Райтман оказалась внушительной женщиной крепкого телосложения в просторной и удобной домашней одежде. У неё были короткие волосы и тёплая, дружелюбная улыбка. Райли решила, что свидетель всего на несколько лет старше неё.

Женщина пригасила Райли и её коллег внутрь, где их приветствовала большая дружелюбная собака – бельгийская овчарка, решила Райли.

– Это Нептун, – сказала Хоуп Райтман, погладив собаку по голове. – Не беспокойтесь, он любит гостей. Хорошо, что у нас тут безопасно и не нужна сторожевая собака. Если заявятся грабители, Нептун счастливо повиляет хвостом и покажет им дом. Присаживайтесь и располагайтесь поудобней.

Райли и её коллеги уселись в большие удобные кресла. Пёс лёг у ног Хоуп Райтман. Райли увидела, что таунхаус обставлен просто, но со вкусом – и, скорей всего, недёшево. Она заметила, что большая часть декора связана с водой. На стенах висели огромные полотна с успокаивающими морскими пейзажами, повсюду стояли бесчисленные ракушки и огромные кораллы.

Играла тягучая, спокойная музыка в стиле нью-эйдж с элементами криков чаек и шума волн.

Женщина рассмеялась, поймав взгляд Райли.

– Кажется, вы заметили водный мотив, – сказала она. – Мой знак зодиака – рыбы, и у меня сеть спортзалов во всём штате под названием фитнес-центр «Рыбы». Вы могли слышать о нём.

Райли кивнула. Она действительно слышала много всего хорошего о спортзалах.

– Мисс Райтман…

– Пожалуйста, зовите меня Хоуп.

– Хоуп, как я сказала вам по телефону, мы хотим поговорить с вами о человеке, которого вы сегодня утром видели на пляже. Не могли бы вы рассказать о нём поподробней?

На лице Хоуп появилось странное выражение, как будто её возмутила просьба Райли.

– Это как? – спросила Хоуп.

Райли сказала:

– Мужчина на фото, которое вам отправляли из полиции сегодня днём, оказался не убийцей.

– Правда?

Райли достала планшет и открыла фоторобот. Она встала с кресла и показала его женщине.

– Это фоторобот, сделанный по вашему описанию, – сказала Райли.

Хоуп прищурилась, глядя на изображение.

– Серьёзно? Странно, мне казалось, что мужчина выглядит немного иначе.

– Как иначе? – спросила Райли.

– Не могу сказать точно, – ответила Хоуп. – Может быть, волосы светлее.

Райли начала переживать. Неужели художник схалтурил?

Всё ещё держа перед женщиной фоторобот, Райли произнесла:

– Я бы хотела, чтобы вы подробней описали, что произошло сегодня утром. Что вы делали на пляже?

– О, мы с Нептуном три раза в неделю бегаем там, по крайней мере, когда погода позволяет. По утрам там очень мило и спокойно. Хотя я боюсь, что теперь всё будет испорчено. Кажется, мне придётся найти новое место для пробежек.

Хоуп вздрогнула.

– Какая жуть там случилась, – сказала она. – И в таком прекрасном месте!

Джен спросила:

– Собака была с вами?

Хоуп рассмеялась.

– О, да. Нептун следит, чтобы я не потерялась. Не знаю, что бы я делала без него.