Спасибо.
* * *
– Их тут несколько, – заключил Манцано.
– Что? – спросила Шеннон. Она непрерывно снимала его действия.
– Регулярные записи с одних и тех же IP-адресов.
Пьеро показал несколько сетевых адресов. Лорен и Соня склонились над ними, Бондони пододвинул стул, чтобы лучше видеть.
– Вот эти три нам уже знакомы. Это командный центр в Мехико.
Он включил видеочат и нашел контакт Христопулоса в Гааге. Через несколько секунд сотрудник Боллара ответил.
– Здесь список IP-адресов, – сказал Манцано. – Необходимо отобрать те из них, данные по которым уже проверены.
– Сейчас посмотрю…
«Просто счастье, что Интернет снова работает без перебоев, – подумал Манцано. – Пока электричество вновь не иссякло…»
– Я бы не стал вводить код в последний момент, – размышлял он вслух, – чтобы случайно не забыть о нем.
– Кроме того, – добавила Шеннон, – его наверняка могут вводить несколько человек. На случай если кто-то не сможет.
– Если б мы находились в их штабе, – продолжила их рассуждения Ангстрём, – и отвечали за блокировку запускающего механизма, что бы мы делали?
– Я вводила бы код в одно и то же время, – предположила Лорен. – Для перестраховки.
– Зачем вообще что-то блокировать? – спросил Бондони. – Если без этого произойдет повторное отключение, чего они, собственно, и добивались…
– Чтобы не тратить порох попусту, – пояснил Пьеро. – Они блокировали механизм, который запускал отключение электросетей. А поскольку сеть и так была обесточена, им не требовалось ничего отключать повторно. Они готовились к ситуации, в которой мы, собственно, и оказались: электроснабжение восстановлено, а террористы схвачены. Теперь, когда механизм запустит программу, все начнется заново.
Христопулос позвонил ему по видеочату. Манцано ответил:
– Да?
– Я отправил вам список, в нем отмечены уже проверенные IP-адреса.
– Спасибо.
Пьеро загрузил список. Больше половины строк были помечены желтым.
– Хорошо. Это сужает наши поиски. Сравним с результатами последнего поиска… – Он обновил список в базе данных. – Все равно слишком много.
Снова позвонив Христопулосу, сказал:
– Я переслал вам перечень протоколов. Пусть проверят, какие данные проходили по каждому IP-адресу. Нужно найти код блокировки.
– У нас задействованы все ресурсы. Я предоставлю вам доступ к базе данных, и вы сможете проверить все сами.
– Но это займет слишком много времени!
– Сожалею. Но сейчас этим некому заняться!
– Давайте доступ, – проворчал Пьеро.
Почти сразу на его почту пришло письмо. Он зарегистрировался в базе данных, где следователи сохраняли для анализа данные со всех серверов и компьютеров террористов. Взялся за первый по списку IP-адрес и проверил данные, отправленные в заданный промежуток времени. Для начала следовало просмотреть по одному файлу на каждый IP-адрес. Возможно, что один из них был заведен специально для механизма запуска. Во всяком случае, Манцано поступил бы именно так…
В дверь постучали.
– Я открою, – вызвалась Соня.
«Слишком долго», – думал Манцано. Нужно было каждый раз сверять время и определенный IP-адрес, чтобы потом проверить данные по резервной памяти соответствующего компьютера. Слишком долго и опасно. Если его опасения оправданы, то на счету каждая минута. Снаружи послышался чей-то голос:
– Обслуживание номеров.
С седьмой попытки Пьеро нашел то, что искал.
– Вполне может быть, – проговорил он и взглянул на время последнего обращения.
Сорок семь часов и двадцать пять минут.
– Цифры и буквы, – пробормотал Бондони. – Кто же это разберет…
– Ему это под силу, – раздался голос за их спинами.
Манцано развернулся. Ангстрём стояла в дверях, у ее горла поблескивал нож. За ней стоял человек с темными волосами. Даже при усах Манцано сразу узнал это лицо. Он слишком часто видел его за последние дни в оперативном штабе Боллара.
Хорхе Пукао толкнул заложницу перед собой и шагнул в номер. В глазах Сони застыл панический страх. Пьеро почувствовал, как напряглось все тело.
– Лорен Шеннон, снимите шнур со штор и свяжите своих друзей.
Шеннон мгновенно послушалась. Трясущимися пальцами сдернула плетеный шнур и принялась связывать руки Бондони.
– Вы еще можете принять нашу сторону, – сказал Пукао, обращаясь к Манцано.
– С вами покончено, – возразил Пьеро.
Пукао сочувственно рассмеялся:
– Разумеется, нет. Нас миллиарды. Люди, которые устали от западной цивилизации, хищнического капитализма, грязной лжи. Им надоело, что их обирает и эксплуатирует горстка преступников: политики, банкиры и чиновники. Надоело прятаться и прозябать в своих муравейниках и офисах. И ты, Пьеро, ты один из них, из тех, кто сыт всем этим по горло.
Он направил нож на Манцано. При этом голос его утратил пророческий тон, и теперь в нем слышались дружеские нотки.
– Ты один из нас. И ты это знаешь. Или забыл, как бунтовал на улицах против коррумпированных политиков? Как выступал в Генуе против глобализации? Да, ты стал старше, расстался с иллюзиями. Но только не говори мне, что ты оставил мечту.
– В моих мечтах люди не умирают сотнями тысяч от голода, недостатка медицинского…
– В твоих мечтах – нет, но в реальности все иначе! Люди умирают каждый день, по всему миру. И против этого ты выступал в Генуе! И это до сих пор заботит тебя! Только теперь ты высказываешь возмущение за бокалом вина, со старыми соратниками. – Он смерил Манцано взглядом. – Разве не так?
Пьеро вынужден был признать, что Пукао нашел его уязвимое место. Но сейчас ему было не до дискуссий. Следовало отправить код блокировки.
– Даже если мои мечты совпадают с вашими, – сказал он, – в способах их достижения мы с вами расходимся.
– Поэтому до сих пор ничего не изменилось, – снисходительно ответил Пукао. – Такое уже проходили в шестидесятых. Демонстрации, коммуны, баррикады… А что теперь? Эти же люди стали банкирами, врачами или адвокатами, проталкивают свои интересы, чтобы купить себе виллу побольше. Чего они добились? Богатые стали еще богаче, бедные потеряли последнее. Сейчас молодые люди консервативны, аполитичны и лицемерны, как их прародители. Мы продолжаем уничтожать окружающий мир. Мне продолжать?
Шеннон тем временем связала руки Манцано. Пукао проверил, крепко ли стянуты узлы, и продолжил:
– Когда и при каких условиях происходят истинные перемены? Когда в обществе действительно назревает переворот и рушатся старые режимы? Когда в Европе демократия сбросила господство аристократии, а позднее и фашизм? Когда в США была свергнута колониальная власть? Все это было следствием великих потрясений. Людская масса должна осознать угрозу своему существованию. Только когда им нечего больше терять, кроме собственной жизни, они готовы сражаться ради чего-то нового.
– Вы сами не понимаете, что несете! – вклинилась Шеннон. – Что вы скажете о падении коммунизма в Восточной Европе? Или о переходе от военной диктатуры к демократии в Латинской Америке? Об Арабской весне? Для этого не понадобилось мировых войн!
– Закройте рот и занимайтесь делом, – приказал Пукао и взмахнул ножом в ее сторону. – Падению коммунизма предшествовала война, охватившая весь мир. «Холодная война», уже забыли? Ах да, вы тогда были еще ребенком…
– Уж вы-то были мудрым старцем, – съязвила Шеннон.
Манцано пытался остановить ее взглядом, но Пукао, похоже, была по душе эта дискуссия. Очевидно, он любил быть в центре внимания.
– Вы понятия не имеете, что такое война, – произнес он поучительным тоном. – В Латинской Америке США и Европа использовали марионеточные режимы в своих кровавых походах, и число жертв исчислялось сотнями тысяч. Позднее развитые державы изобрели Международный валютный фонд и Всемирный банк, чтобы сдерживать конкуренцию со стороны государств с переходной экономикой. То же самое происходило в арабских странах. Поэтому люди в какой-то момент восстали. Вот только в Европе и Северной Америке страдания были не столь велики, чтобы породить бунт и перемены к лучшему. Но время пришло. И мы не можем останавливаться раньше срока. Мы должны выстоять, и тогда все изменится.
Пукао проверил узлы на запястьях Сони.
– Вы хоть сами себя слышите? – спросила она. – Вы говорите, как те люди, против которых выступаете. Весь этот бред о самопожертвовании ради рая на земле, об очищении огнем, о неизбежности жестких мер…
Пукао заставил всех сесть на диван.
– Подайте мне шнур, чтобы я мог связать вас, – велел он Шеннон.
– Там умирают люди!
– Это ужасно и тяжело, но неизбежно. Это как с угнанным самолетом, когда военные вынуждены сбить его, чтобы избежать худшего. Кто-то должен умереть, чтобы другие были спасены.
– Ублюдок! – взревела Лорен. – Такие, как вы, и угоняют самолеты!
– Он бредит, – шепнула Ангстрём.
Пукао затянул шнур на запястьях Шеннон и толкнул ее к остальным.
– Не хочется затыкать вам рот кляпом. Еще раз крикнете – и мне придется вас убить.
Манцано хотелось призвать его к благоразумию, однако он понимал, что с таким человеком нет смысла апеллировать к разуму.
– Не утруждайтесь, – вновь съязвила Шеннон. – Больше мне с вами не о чем говорить.
Пукао пропустил ее слова мимо ушей, сел перед ноутбуком и взглянул на экран. Пьеро лихорадочно соображал, что ему предпринять.
– Мерзавец! – прошипел Пукао и резко развернулся: – Ты так ничего и не понял? Совсем ничего? Даже после того, как они подстрелили тебя…
Манцано почувствовал, как внутри его все вскипает от злости. Однако он понимал, что сейчас не лучший момент, чтобы терять самообладание.
– Вы неплохо осведомлены, – произнес он с нарочитым спокойствием.
– У нас повсюду были глаза и уши. До некоторых пор… – добавил Пукао и на мгновение устремил взгляд в пустоту. – Как ты вышел на нас?
Манцано задумался, стоит ли говорить ему правду. Как и все страдающие манией величия, этот человек был непреклонным нарциссом. Любая критика могла обернуться непредсказуемыми последствиями.
– Это вы отправили письмо с моего компьютера?
– Я его написал, – ответил Пукао. – Загрузил его кто-то другой.
– Написано хорошо, – похвалил Пьеро. – Полиция на него клюнула. Но того типа, который загрузил его прямо с вашего коммуникационного сервера, вам следовало бы гнать взашей.
Пукао прошипел что-то по-испански. Манцано ничего не понял, но это явно была не похвала.
– И заодно всех, кто отвечал за безопасность сервера, – продолжал Пьеро. – Непросто подобрать хороших специалистов, не так ли?
– Довольно, – Пукао вскинул руку. – Думаешь, я не понимаю, чего ты добиваешься? Задобрить меня?
– Нам и обругать вас нетрудно, – вставила Шеннон. – Это даже предпочтительнее. Полоумный кретин!
Пукао улыбнулся:
– Мне надоела эта болтовня. Попрощайтесь друг с другом. Сожалею, что вы оказались здесь, вообще-то я пришел только ради Пьеро. Ты здорово потрепал нам нервы, знаешь?
– В последнее время я это часто слышу.
С ножом в руке Пукао обошел диван и схватил Соню за волосы.
Манцано резко вскочил. На секунду даже Пукао замер в замешательстве. Затем остальные повскакивали вслед за ним.
– Вместе! – крикнул Пьеро.
Он бросился вперед и врезался головой в живот Пукао. Тот попятился, повалился за диван, но тут же вскочил. Бондони со всей силы пнул его в колено. Пукао осел. Манцано тем временем перебрался через диван, что оказалось не так уж просто со связанными руками, и врезался в противника плечом. Они вместе налетели на стену. Пьеро почувствовал жгучую боль в груди. Шеннон подскочила к ним и ударила Пукао между ног. Тот согнулся. Манцано увидел нож в его руке, в крови по самую рукоять. Лорен пнула еще раз. Пьеро не мог вдохнуть, но все же прыгнул вперед и всем весом налетел на Пукао. Они вместе повалились на пол. Манцано видел, как нога Ангстрём врезалась в голову противника. Из рассеченной губы брызнула кровь. Пьеро с трудом поднялся на колени. Рубашка Пукао пропиталась кровью. Пока Соня продолжала работать ногами, Манцано придавил его коленями к полу.
– Нож! – просипел он. – Где нож?
Все плыло перед глазами. Пукао закрыл голову руками; ножа у него не было.
– У меня! – отозвался Бондони.
Держа клинок в связанных руках, он уже разреза́л шнур на запястьях Шеннон.
Манцано тяжело осел. Пукао не двигался. Шеннон наступила ногой ему на голову и придавила к полу. Она разрезала шнур на руках Бондони и Ангстрём, затем освободила Пьеро. Остатками шнура они связали Пукао по рукам и ногам. Из его рассеченной губы и пореза над глазами текла кровь. Тяжело задышав, он с трудом открыл глаза.
– Слишком много ошибок, – процедил Манцано, прижимая руку к груди; должно быть, сломал ребро, когда налетел на Пукао. – Особенно для такого непогрешимого, как вы.
Он бросился к компьютеру. В глазах у него потемнело, Пьеро споткнулся, но удержался на ногах. Оставалось еще десять минут. Где же этот код?.. Вот он. Ввести. Оставалось надеяться, что код верный. Откуда на клавиатуре столько крови? Только б не ошибиться… Экран расплывался перед глазами. Окно видеочата. Христопулос.
– Да?
– Я отправил вам IP-адрес и код блокировки, – задыхаясь, произнес Манцано. – Думаю, это то, что мы искали.
Отчего ему не хватает воздуха?
– Что с вами случилось? – ужаснулся Христопулос.
Вместо ответа Пьеро продолжал:
– Все-таки проверьте его. Прошу вас. Быстрее. Сейчас! – Он едва не уронил голову на клавиатуру, но выпрямился и хрипло проговорил: – У нас еще девять минут.
– Что?
– Просто сделайте!
– Пьеро! – закричала Соня.
Она бросилась к нему, Шеннон следом за ней. Соня осмотрела его грудь: из пореза под разорванной рубашкой вытекала кровь. Она придавила рану рукой.
Манцано, почувствовав боль, без сил соскользнул со стула, на руки Шеннон. Ему стало холодно. Соня склонилась над ним. Почему в ее глазах паника? Словно издалека он слышал, как она зовет его по имени, снова и снова, все тише. Ему хотелось спать, и ничего больше. Манцано закрыл глаза.
«Получилось ли у Христопулоса с кодом?» – подумал он.
Холодно…
Спать…
День 19 – среда
Париж
Когда Боллар прошел в зал прилета, на него со всех сторон обрушились вспышки фотоаппаратов. Он уже задумался, что за персона прибыла вместе с ними, как вдруг услышал свое имя. Журналисты тянули к нему микрофоны, наперебой задавали вопросы, которых Франсуа даже не понимал в таком шуме. Он прикрыл руками детей, но Бернадетта выпрыгнула вперед, засмеялась в камеры и – к ужасу отца – показала язык. Журналисты принялись фотографировать еще усерднее, но многие тоже рассмеялись, и Боллар расслабился. Откуда им стало известно о его приезде и почему это вообще их интересовало?
Среди ожидающих Франсуа увидел родителей и маму Мари. Бернадетта и Жорж устремились к троице, и в следующую секунду все уже обнимались. Прекрасный сюжет: на мгновение все камеры развернулись, чтобы запечатлеть счастливое воссоединение. Франсуа и Мари воспользовались паузой и попытались проскользнуть мимо репортеров.
– Это правда, что вас наградили крестом Почетного легиона? – услышал он сквозь рой голосов.
– Все ли террористы схвачены?
– Как ваша семья пережила эти дни в Гааге?
– Джеймс Тёрнер, Си-эн-эн! Это правда, что вы собираетесь покинуть Европол?
– Когда вас примет президент?
– Как вы прокомментируете слухи, что вас рассматривают на должность министра внутренних дел?
Боллар не ответил ни на один вопрос. Вместе с Мари он добрался до остальных. Дети о чем-то наперебой тараторили. В этот момент смерть дедушки была для них чем-то эфемерным. Франсуа сжал руку Мари, и она обняла мать.
Наконец им на помощь подоспели несколько человек из службы безопасности. Они загородили их от журналистов и проводили до такси. Когда вся семья влезла в микроавтобус, Боллар все же повернулся к ораве репортеров:
– Благодарю за столь волнительный прием. Но я был лишь одним из многих, кто пытался помешать террористам. Поблагодарите их. Больше мне нечего сказать.
Он занял свое место, автомобиль тронулся, и голоса репортеров затихли.
День 23 – воскресенье
Милан
Они стояли на крыше собора. Их обдувал свежий ветер, перед ними простирался ночной город. Внизу на площади толпились тысячи людей. Вот уже несколько дней они протестовали против правительства и требовали лучшего обеспечения. Порой их голоса перекрывали даже шум транспорта. Но здесь, наверху, все сливалось в приглушенный гул.
– Представляешь, я здесь еще ни разу не был, – сказал Манцано.
– Так всегда, – отозвалась Ангстрём. – Живешь в каком-то городе и думаешь, что в любое время можно посетить какие-то его места. Но до этого никогда не доходит. Разве что кто-нибудь приедет в гости.
Нож пробил ему грудную клетку и задел легкое, однако рана оказалась не опасной для жизни. Несколько дней Пьеро пришлось провести в больнице, а потом еще на пару дней они задержались в Брюсселе. Соня взяла отпуск. Почти все это время они проводили в отеле, обзванивали родных и друзей, рассылали сообщения, пытались выяснить, как они пережили эти две недели.
Интернет и телевидение работали без перебоев; СМИ интересовались лишь одной темой. Хорхе Пукао продолжали допрашивать, как и его сообщников в Мехико и Стамбуле. Сбежавшего Балдуина фон Ансена удалось арестовать в аэропорту Анкары. Сити Юсуф тоже в какой-то момент попался полиции. Расследование по этому делу обещало занять не один год, а ликвидация последствий – и того больше.
Хоть электроснабжение и было восстановлено, многие регионы еще испытывали проблемы с обеспечением. В результате аварий на атомных электростанциях и химических заводах огромные территории стали непригодны для жизни, и миллионы людей вынуждены были покинуть дома. Экономика оказалась разрушена на долгие годы, ожидалась волна дефолтов. По-прежнему оставалось неизвестным точное число жертв, но количество их исчислялось миллионами. При этом все могло закончиться еще хуже. После ареста Пукао IT-эксперты обнаружили вредоносную программу, которая должна была повторно обесточить электросети в Европе и США. Когда люди узнали о мотивах террористов, поднялась волна возмущения, послышались призывы к самосуду. Но уже через несколько дней их гнев переключился на официальные структуры, которые не смогли предотвратить катастрофу и оказались не в состоянии восстановить привычные условия в сжатые сроки. Беспорядки нарастали; военные в Португалии, Испании и Греции так и не вернули власть избранным правительствам.
Могло даже показаться, что Пукао со своими сообщниками все же добились желаемой цели. Сейчас Манцано не хотелось думать об этом. Он обнял Соню, почувствовал шов на груди и отдался созерцанию крыш и огней под темнеющим небом. Снизу доносились тихие выкрики людской массы. Несколько минут они стояли молча.
Раздался сигнал о принятом новом сообщении. Пьеро достал телефон из кармана.
– Лорен благополучно долетела до Штатов, – шепнул он на ухо Соне.
– Я думаю, этот Пукао ошибается, – сказала она, глядя на демонстрантов на площади, маленьких, как муравьи.
– Я тоже. Есть другие способы, лучше.
Манцано обвел взглядом панораму города, обнял Соню за талию.
– И потому мы сейчас спустимся на площадь и примкнем к остальным.
Заключение и благодарности
Конечно, писатель всегда рад месту в списке бестселлеров, переводам и проданным правам на фильм.
Впервые эта книга вышла в свет весной 2012 года, и первое приглашение, которое я получил по этому поводу, исходило вовсе не от книжного магазина с предложением устроить встречу. Меня звали в институт, занимающийся вопросами защиты критических инфраструктур. С тех пор я побывал на встречах в национальных и международных политических организациях, частных учреждениях и предприятиях, и всюду мне приходилось рассказывать о книге, участвовать в дискуссиях.
Книгу обсуждали не только в литературных сообществах и передачах, но также в изданиях, посвященных науке, экономике и информационным технологиям.
В декабре 2012 года жюри из ведущих экономических обозревателей в Германии признало роман «самой захватывающей книгой года». В настоящий момент она даже вошла в учебную программу некоторых школ.
Возможно, это происходит потому, что книга заставляет нас оценить то, что мы имеем. Или, как выразился немецкий журналист, «здесь все как в любви: зачастую осознаешь, что имел, когда это теряешь».
Это художественный роман. Но в процессе работы нередко моя фантазия предвосхищала реальность. Так, в первой редакции книги манипуляции со SCADA-системами для электростанций пришлись на 2009 год. В то время даже в профессиональных кругах такое считалось едва ли возможным – пока в 2010 году не был обнаружен «Стакснет». Точно так же считалось, что системы аварийного охлаждения атомных электростанций не подвержены никаким рискам – и так говорили до катастрофы на Фукусиме.
При подготовке к работе я черпал информацию из множества источников. Я разговаривал с экспертами из энергетической и информационной сфер, со специалистами по чрезвычайным ситуациям. Вообще, в подобных случаях принято упоминать всех этих людей. Но не в этот раз. Они с готовностью давали мне исчерпывающую информацию, однако никто не пожелал быть названным по имени. Что неудивительно, учитывая, какого рода сведениями они со мной делились.
Разумеется, неиссякаемым источником информации стал Интернет. Некоторые ресурсы хотелось бы выделить особо.
Без «Википедии» сбор информации для подобной книги занял бы несравнимо больше времени (и если кому-то интересно: да, я поддерживаю «Википедию» финансово).
Незадолго до завершения книги мои изыскания нашли подтверждение в докладе Комитета по образованию, исследованиям и оценке технического развития, параграф 56а регламента к техническому проекту «Уязвимость современного общества на примере масштабного и длительного отключения электроэнергии». Результаты данного исследования я включил в эту книгу. Доклад можно найти на сайте Министерства внутренних дел Германии.
На описание сцен в больнице меня вдохновила статья лауреата Пулитцеровской премии Шери Финк, опубликованная 25 августа 2009 года в «Нью-Йорк таймс». Статья освещает драматические события в госпитале «Мемориал медикал сентер» в Новом Орлеане после урагана Катрина в 2005 году.
Описанный в книге сценарий – лишь один из множества возможных. В действительности никто не может предположить, как развивались бы события в подобной ситуации. Мне не хотелось, чтобы книга стала своеобразным руководством для террористического акта, поэтому я опустил или изменил некоторые технические детали. Также я упростил некоторые данные ради сюжета и удобочитаемости: к примеру, разместил в штаб-квартирах предприятий пункты управления электросетями, а телефонные линии и интернет-соединение функционировали несколько дольше, чем это могло быть в действительности. Другие возможные несоответствия или неточности следует списать на мою невнимательность, за что я приношу свои извинения.
Хотелось бы поблагодарить авторов всех названных и неназванных источников. Без них я не написал бы эту книгу.
Особую благодарность хотелось бы выразить моему агенту Михаэлю Гебу и его команде, которые поверили в проект, редакторам Элеоноре Делер и Керстин фон Добшютц, а также издателю Николе Баррельс, которая помогла мне сделать книгу такой, какая она есть. Отдельное спасибо хочу сказать моему анонимному помощнику, который неустанно снабжал меня информацией, особенно в сфере IT, и перечитал рукопись. Также благодарю своих родителей за все, за что принято благодарить родителей. И, конечно же, мою жену – за бесконечное терпение, строгую критику и вдохновение.
Разумеется, благодарю вас, дорогих мне читателей, за ваш интерес и ваше время.
Если помимо нескольких увлекательных часов вы почерпнули из книги какие-то знания или над чем-то задумались, – это принесет мне особую радость.
Марк Эльсберг,осень 2013 года