Уровень: 180.
Древний прожорливый монстр, что уже долгие столетия наводит ужас и страх на всех обитателей болота Рэйвендарк. Питается только рыбой. Помни путник! Увидеть Госпожу Гниль – значит испугаться! Тронуть принадлежащую ей рыбу – значит умереть!
Под нами величаво двигалась увеличившаяся вдвое злобная черепаха Госпожа Гниль, однажды уже убитая нами с Шепотом. И вот она жива-здоровехонька, целеустремленно двигаясь по затопленным джунглям прямиком к расположенным в центре развалинам.
– Чтоб меня! – процедила Баронесса, топая ногой – Нуграсса нас…
– Поимела – улыбнулся я – Ой поимела… если мы здесь сдохнем…
– Обнуление – ЧБ вцепилась мне в плечи и хорошенько встряхнула – Обнуление! Рос… если я здесь помру и возрожусь в Яслях проклятым новичком… я тебе обещаю – я приеду в Россию и поселюсь в твоей квартире! Я буду портить тебе жизнь каждый день! До тех самых пор, пока не восстановлю все утраченное. Рос!
– Главное успокоиться – вздохнул я, не пытаясь сопротивляться – Черт…
Волнение живой легенды Черной Баронессы вполне понятно. Если мои догадки верны, то Нуграсса нас заманила на Тропу Гремлина, где смерть повлечет за собой обнуление и проклятье персонажа.
Умрем здесь – и очнемся у Портала Рождения. Вот удивятся новички, увидев воющую и катающуюся по земле босоногую черноволосую милашку в старой рваной одежде.
– Ее уровень – четыреста семнадцатый – без малейших эмоций заметил Шепот, переводя трубу на далекую скалу – Черепашонок подрос.
Глянув на медленно удаляющуюся Госпожу Гниль – старая злодейка нас не видела – задумался над тем, помнит ли она старые обиды. Ведь по вездесущему бессмертному закону подлости – наверняка помнит тех, кто ее убил.
Что еще интересно – она здесь обитает? Тропа Гремлина – Чистилище для всех более-менее знаковых монстров Вальдиры? Звучит вполне логично. Они могут медленно двигаться по ней к Аньгоре. А могут просто жить здесь – для таких тварей здешние места вполне как дом родной.
Проверить легко.
– У нее есть описание? Что пишут?
– Ща – снова поведя трубой, тихушник через пару секунд забубнил:
Госпожа Гниль.
Уровень: 417.
Древний прожорливый обитатель и вечный путник?????
– Дальше прочесть не могу. Злоба. Сможешь идентифицировать?
– Дай-ка – маг вырвал подзорную трубу, что-то забормотал, глядя на ползущего монстра.
Глянув на застывшего истуканом Орбита, повернулся к молчащей Баронессе, мягко забрал из ее повисшей руки наблюдательный прибор, взглянул на далекую скалу. Труба оказалась удивительной – резко приближенная картинка поражала четкостью. Видно каждую деталь.
Хотя…
Что тут рассматривать?
Огромная каменная доска воткнутая в джунгли. Не слишком высокая и ничем не примечательная черная скала. Была бы непримечательной, если бы не несколько сквозных дыр в ее вершине. Дыр в форме человеческого тела – все как в старых мультфильмах, где того или иного героя проносит сквозь дощатую или даже каменную стену, оставляя пролом в форме его тела. Вот и здесь так же…
Разве что края этой дыры светятся вишневым, курится дымок, кое-где в камне видны борозды пальцев. А еще видно отчетливую кривоватую надпись «Вус…». Будто кого-то продавливало сквозь скалу, а он, особо никуда не торопясь, царапал на камне свое имя. Но не успел.
– Злоба! – отмерла ЧБ – Получилось идентифицировать?
– Получилось – странным голосом отозвался волшебник. В его голосе смешалось странное возбуждение и могильная обреченность одновременно – Прочел.
– Озвучь – в голосе Баронессы звучала только обреченность. Спокойная обреченность уже знающего ответ человека.
– Госпожа Гниль. Четыреста семнадцатый уровень. Древний прожорливый обитатель и вечный путник УшхЛэннКралСоул – без запинки продиктовал Злоба и швырнул мне подзорную трубу – Все верно. Мы на тропе Гремлина.
– Мрачная лазейка безумного одиночки – Шепот вцепился себя в волосы – Жуть! И круть! Круть и жуть! Я ведь только-только услышал эту историю. Успел даже помечтать чуток….
– Мечты сбываются – широко улыбнулся я – Не благодари…
– Я убью тебя, Росгард – буднично заявила Баронесса.
– Я сюда силком никого не тащил! – заметил я – Вы сами сюда рвались! И даже спасибо говорили…
– М-м-м-м… – сморщившаяся Баронесса прижала к губам сжатый кулак, укусила себя за палец – И сразу вся смелость ушла… а вместе с ней желание убить Нуграссу. Как отсюда вернуться?
– Это… – ожил и Орбит – Это… это интер-е-е-е-есно!
– Стало быть Аньгора совсем рядом? – медленно кивнула госпожа Мизрелл и указала рукой – Где-то там лежит Королевство Мертвых?
– Н-на! – пискнула двухголовая тля, предлагая обгрызенный кусочек листа.
Забрав листик, убрал его в карман, упершись руками в бока, медленно покрутился, оценивая круговую панораму.
А что тут оценивать?
Те же затопленные джунгли. Деревья-великаны вздымают кроны в туманную высь. Внизу глубокое озеро, что порой «пульсирует», резко поднимая уровень воды сразу на несколько десятков метров. В одной стороне, довольно далеко от нас, виднеется край локации – мрачная и неприступная на вид отвесная стена.
Нас сюда доставило вражеским телепортом. Посланница Нуграссы заманила нас на Тропу Гремлина, соблазнив невероятной наградой. Мы ожидали возможной смерти – и бесславного выброса на Черную Королеву. Были готовы к подобному исходу. Игроки погибают. Игроки воскресают.
Но полное обнуление с бонусным проклятьем в придачу?
Черт…
Такого не мог ожидать никто. Это подстава из подстав.
Реакция на подобные новости может быть только одно – операцию надо сворачивать. К лешему Нуграссу. Перебьюсь без смены класса, перебьемся без сокращения пути. Отсюда надо немедленно уходить.
Вот только как?
Нигде приглашающе не светится телепорт.
– Надо прекращать – я произнес это первым – Прекращать немедленно.
На меня уставились все без исключения – даже двухголовые тли. Над огромным листом повисло напряженное молчание. Оглядев лица – все как один показывающие непередаваемую смесь эмоций – я спросил:
– А что могут быть другие варианты? Баронесса? Готова рискнуть всем ради пусть и большой награды? Даже в походе к Затерянному Материку не было такой угрозы. Готова потерять свой почти уникальный классы, набранные уровни, статы, ранги умений, годами поднимаемую репутацию? Легендарного питомца в конце концов?
– Нет – коротко ответила Баронесса и из нее будто выдернули стержень.
Почти всемогущая глава клана Неспящих обреченно выдохнула и, сгорбившись, уселась на край листа, свесила ноги.
– Злоба? Ты боевой маг мечтающий стать сильнейшим. У тебя куча невероятно редких и прокачанных до…
– Да само собой не готов! – перебил меня игрок и зло отвернулся – Черт…
– Шепот…
– Нет – широко улыбнулся тихушник – Не ради такой мелочи – уж без обид.
Про своих я не стал говорить ничего. С Орбитом, судя по его взъерошенному виду и полыхающим глазам, придется серьезно повоевать. Госпожа Мизрелл… у нее есть рычаги и кнопки. Смогу надавить, убедить, плюс моя репутация.
В целом картина прояснилась. Остался главный вопрос, и он был озвучен снова повернувшимся ко мне Злобой:
– А как отсюда выбираться?
– Для начала попробуем самое простое – пожал я плечами, после чего приложил руки ко рту и протяжно закричал – Уважаемая Нуграсса! Можно вас на пару слов? Уважаемая Нуграсса! Переговоры!
– Да это бред, Рос – усмехнулся Шепот и покрутил пальцем у виска – Мы в ее западне.
– Пусть так – кивнул я – Но с шансами.
– Что?
– У нас есть шансы победить ее – пояснил я – Должны быть. Пусть мизерные – но должны быть. Иначе бы Нуграсса не стала так яро торговаться насчет числа участников нашей вылазки.
– Да-а… – поддержал меня Орбит – Шансы есть! Пойде-е-ем!
– Погоди – притормозил я неугомонного, что уже жадно вглядывался в далекую скалу – Мой вокал еще не закончен. Госпожа Нуграсса! Переговоры!
– Да не… – снова начал Шепот, но налетевший на нас поток ревущего воздуха заставил его заткнуться и рухнуть на пузо, вбивая кинжалы в податливую мякоть огромного листа. Я уцепился за него, схватился за Орба, глянул на повисшую на своем кнуту Мистри. Тлей сдуло моментально, из-под листа доносился мат Злобы и шипение Баронессы – я видел, как она, изогнувшись в поразительном прыжке, успела сцапать улетающего волшебника за левую ступню, после чего оба рухнули вниз. Висят под листом…
– РОСГАРД! ЧТО ТЕБЕ НУЖНО?! ПРОСТО ИДИ ДАЛЬШЕ! НАША ВСТРЕЧА НЕИЗБЕЖНА!
– Спасибо что откликнулась, великая Нуграсса – низко поклонился я, коснувшись ладонью листа. Подумав, опустился еще ниже. К черту гордость. Проблему надо решать.
– ЧТО ТЕБЕ НУЖНО?!
С нами говорил, казалось, весь мир. Ревели джунгли, бурлила вода, шумел ветер, выли вдалеке неведомые твари – и все это складывалось во внятную речь.
– Я признаю твою победу и свое поражение, о великая Нуграсса, повелительница подземного моря Кзокралла, могучая хранительница темных вод – запел я соловьем – Стоило нам очутиться тут твоей волей – и я понял, насколько ничтожны мои силы и насколько опрометчивы были мои слова и угрозы тебе, о Нуграсса. Прости нас. И как признавших свое поражение – отпусти с миром туда, откуда мы пришли. Более мы не станем беспокоить тебя! Мы проиграли – ты победила!
Высказавшись, я умолк и замер в ожидании, заодно прокручивая в голове известные мне слова касательно себя ничтожного – жалкий, мелкий, подлый, трусливый, бегливый, брехливый – намереваясь их использовать, когда Нуграсса начнет очередные торги.
– НЕТ!
– А? – переспросил я вселенную.
– НЕТ! – и на этот раз в голосе Нуграссы прозвучала отчетливо различимая мифрилобетонная уверенность.
– Но мы признали поражение!
– РОСГАРД ОПРОМЕТЧИВЫЙ! ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ ВЕРИЛ, ЧТО В ТОТ РАЗ Я ОТСТУПИЛА ИЗ СТРАХА? ПРОКЛЯТЫЙ ДРАКОН ЖЕСТОКО РАНИЛ МЕНЯ, НО МОИХ СИЛ БЫЛО БОЛЕЕ ЧЕМ ДОСТАТОЧНО ДЛЯ БОЯ С ЖАЛКОЙ КАМЕННОЙ СКОРЛУПКОЙ ЗАПЛЫВШЕЙ В МОИ ВОДЫ! Я ОСТУПИЛА ЛИШЬ ПО ОДНОЙ ПРИЧИНЕ – Я ЖЕЛАЛА ЗАМАНИТЬ ВАС СЮДА! И МОЙ ПЛАН УДАЛСЯ!
Вдалеке с грохотом завалилось несколько великанов, ветер медленно утихал, а вместе с ним понижался оглушительный голос ревущей Нуграссы:
– Вы должны продолжить свой путь! Должны найти меня! Бой состоится!
Мгновение подумав, я развел руками и демонстративно уселся на лист:
– Нет! Мы никуда отсюда не пойдем.
– Что ж… ждите – насмешливо пропели джунгли – Я сам приду за вами.
– Можешь никуда не ходить – крикнул я – Мы прикончим себя сами! Но не погибнем от твоих рук!
Я просто проверял ее реакцию. Для нее ведь нет разницы, где именно мы сдохнем в этих долбанных джунглях? Километром туда, километром сюда – в чем разница?
– НЕТ! – в вопле Нуграссы прозвучал… испуг? – Продолжайте свой путь! Я перенесла вас так близко к своему логову как смогла! Продолжайте путь!
– Не – помотал я головой – Мы умрем на этом листе. Все шестеро.
– Стой, Росгард Поспешный! Стой!
– Сижу – кивнул я – Чего?
– Я не могу вас отпустить… не могу… мне нужен этот бой!
– Тебе нужен бой?
– Да!
– Для боя хватит и меня одного – поднялся я – Я останусь здесь – остальных же отправь обратно! А я доберусь до твоего логова и надеру твою древнюю задницу! Что скажешь?
– Трое…
– Что?
– Трое могут уйти, Росгард! Прямо сейчас. Но взамен оставшиеся выполнят то, что я потребую! Выполнят покорно и точно.
– Зачем тебе трое? Хватит меня одного – и я все сделаю!
– Один может не дойти. Двое могут не добраться. Трое сумеют достичь моего логова! Или хотя бы один из трех!
Что ж… в логике не откажешь.
Патовая ситуация. Малопонятная.
Почему она на первых торгах не соглашалась ввести сюда побольше игроков? Ведь так у ней больше шансов, что хоть кто-то преодолеет джунгли и прорвется к логову – где, судя по всему, надо что-то выполнить. Причем не обязательно покорно и точно – ведь изначально Нуграсса подобного не требовала.
То есть у нее есть какой-то коварный план?
План, что сработает в любом случае? Всего-то надо чтобы до логова добрался хоть один враг? Так?
Или нет?
Голова пухнет. Но… вот он шанс.
– Хорошо! – крикнул я – Трое уйдут – трое останутся!
– Выбирай, Росгард! Назови имена тех, кто уйдет! Решать тебе!
– Буся – брось рюкзак живо. И все что не жалко. Сейчас! – велел я и тут же крикнул – Черная Баронесса!
Надо спешить. Вдруг Нуграсса передумает?
Успевшая к тому времени вернуться на лист и слышавшая каждое мое слово Баронесса, резко напрягшаяся к моменту, когда мне предложили называть имена тех, кто будет отправлен назад в Приют, удивленно вздрогнула, вскинула лицо, но ничего не успела сказать, растворившись в изумрудной вспышке телепорта. На лист упал сброшенный с плеч рюкзак.
– КТО ЕЩЕ?!
Так…
Я посмотрел на Орбита. И не успел отпрянуть – тощий эльф схватил меня за высокий воротник кожаной куртки и зашипел:
– Я остаю-ю-ю-юс-с-сь!
– Если очнемся с тобой в Яслях голые, нулевые и проклятые – так и пойдем дальше – предупредил я, заглянув в глаза с плавающими там искорками безумного любопытства – Никаких перерождений, никакой папиной чуши. В задницу! Понял?
– Понял! В задницу! – бодро кивнул широко заулыбавшийся Орбит – Никаки-и-и-их перерожде-е-ений!
– Пылающая Злоба! – крикнул я и потянувшийся ко мне боевой маг Неспящих окутался изумрудным свечением телепортации. Его лицо поочередно выразило многое – разочарование, радость, удивление. Он успел прощально поднять руку и исчез. На листе лежали зеленый рюкзак и синяя поясная сумка.
– КТО ЕЩЕ?!
А я повернулся к Шепоту.
– Извини, бродяга. Ты пойдешь со мной.
– Черт – запрокинул тот голову – Рос…
– Без обид. Умрешь ты – воскреснешь. Умрет госпожа Мизрел – и с концами.
– В этом случае «воскреснешь» – не совсем правильный термин, Рос – обреченно вздохнул Шепот – С нуля и с проклятьем воскреснуть в Акальроуме и бодро начать все с начала? Проще переродиться. А это та же смерть.
– Я отправил домой двух Неспов – напомнил я – Двух из трех.
– Да понимаю я…
– Давай хотя бы одного из ваших на эшафот поднимем?
– Так казнил бы Злобу! Или даже… к-хм… Меня-то за что? Я тебе жизнь спас! А ты однажды приказал меня пристрелить! А теперь еще хуже! Черт! Извини… за ЧБ и Злыдня – спасибо. Она босс, а он носитель тактических ядерных боеголовок. Так что я все понимаю.
– Спасибо.
– Росгард Славный! – ко мне широко шагнула госпожа Мизрелл – Позволь мне самой решать свою судьбу! Седины в моих волосах и немалый жизненный опыт дают мне это право!
– Вы в паре шагов от Аньгоры, госпожа – напомнил я.
– И в шаге от предательства друзей! – гордо вскинув голову, отчеканила гнома – Этому не бывать! Я остаюсь здесь – с тобой и Орбитом! Мы вместе пройдем эти джунгли, вместе войдем в логово Нуграссы и вместе примем нашу судьбу – какой бы она не была! Я так решила! И я вправе решать свою судьбу! А погибни я – что ж! Либо Аньгора и долгожданная встреча с семьей, либо небытие – а оно милосердно!
Потравив пару мгновение на изучение решительного лица гномы я медленно кивнул и молча ткнул пальцем в сторону тихушника:
– Ше…
Вспышка. И на листе осталось лишь трое приключенцев. Я. Орбит ХРустилиано. Госпожа Мистри Мизрелл.
Вот черт…
– Все исполнено, Росгард! Продолжайте свой путь! – прошипели джунгли.
– Докажи – не двинулся я с места.
Кто знает куда она перенесла остальных? Связь то работает в одну сторону.
Нуграсса не стала спорить. Перед нами возникло дрожащее марево соткавшееся в цветную и почти четкую картинку. В большом зале стояли бок о бок три Неспа и с крайней задумчивостью глядели на смыкающуюся вокруг них толпу – преимущественно Героев, но и остальных хватало. Послышался знакомый рев Бома, мгновенно давший мне понять – это не обман, картинка реальна:
– Я че-то не понял, бессонные! Вы здесь. А наши где?! А?! Наши где, спрашиваю!
– Все круто поменялось – глухо подал голос Шепот – Черт!
– Да где они?!
– Остались там! Идут в бой с Нуграссой!
– А вы тогда почему здесь?!
– Если там умереть – обнуление персонажа и мощное проклятье – это механически проговорил Злоба.
– Нуграсса согласилась переиграть и отпустила троих – добавил Шепот.
Они не пытались приукрасить, сухо перечисляли факты, хотя и понимали, как это звучит.
ЧБ продолжала молчать. Зато заговорили разом остальные – Герои. Неспящие угрюмо безмолствовали, глядя на стоящих в центре лидеров. Впервые я увидел, как Баронесса понуро смотрит в пол.
Шатнувшись вперед, Бом сграбастал Злобу за шиворот, встряхнул как котенка, его ник тут же окрасился красным:
– Так почему все Неспы тут, а наши там?! А?!
– Так решили не мы!
– А кто?!
– Росгард!
Картинка замигала и пропала.
Оставив разговоры с оставшимися смертниками на потом, я поспешно сделал пару скринов – со счастливо улыбающимся Орбитом и бодро выглядящей госпожой Мизрелл, после чего отправил их прямиком в назревающую бучу, не забыв снабдить текстом:
«Всем! Это я так решил! Идея с вызовом Нуграссе моя – мне и оставаться! Неспящих о помощи тоже просил я. Я их обратно и отправил. Чтобы потом не отвечать за их поломанных персов! Орбит отсюда вообще уходить не хочет. А госпожа Мизрелл решает за себя сама! В общем – тут все по своей воле! Если и подохнем – не проблема! Все конфликты прекратить! Запаситесь попкорном и пивом. Ждите от нас смачных скринов и жутких текстов! Точка!».
Ну вот. Надеюсь, что это разрядит обстановку. Тем более что в сообщении чистая правда и на Неспов бочку катить не за что. С другой стороны, они сами рвались сюда, желая вкусить смертельной опасности и головокружительных приключений. Так что – мне с них причитается!
Глянув на Орбита, окликнул его. Озирающий мрачные джунгли эльф продолжал счастливо улыбаться, разве что слюну по подбородку не пуская. Пришлось его хорошенько потрясти и, когда глаза частично сфокусировались, сказать главное:
– Мы здесь не подыхать остались! Орб! Мне нужна смена игрового класса. Устал быть непонятным персонажем поддержки. И проклятья не хочу. И госпожу Мизрелл терять не хочу. Поэтому мы должны победить! Понял?
– О да-а-а-а-а…
– Не торопись хоронить нас, Росгард Славный – добавила и гнома, затягивая поясной ремень потуже – Мы еще побарахтаемся!
– Рад это слышать, Мистри – улыбнулся я – Рад слышать. Двинулись дальше?
– Я готова. Веди.
– Пойдем поверху – решил я – Пусть медленней, зато не придется постоянно задирать голову. Давайте-ка поднимемся еще выше.
Сказать легко…
А вот сделать куда тяжелее. Лучше всех справилась гнома, помогшая и таким хлюпикам как мы покинуть гостеприимный лист и подняться по сырому стволу дерева-гиганта, чья вершина уходила в зеленоватый сумрак. Переходя с ветки на ветку, шагая по ним как по тропам, мы, предельно загруженные, медленно двигались вверх по пологой диагонали, все дальше уходя от места расставания. Нуграсса больше не подавала голоса, но я не сомневался – незримо она постоянно присутствует рядом с нами, неотрывно наблюдая и подслушивая. Может это и не так, но лучше не рисковать и не выбалтывать особо страшных секретов и хитростей предстоящей с ней схватки. Хотя у нас таких пока и не имелось – для начала добраться бы до ее логова. Большую часть оставленных Неспами припасов пришлось оставить на месте, активировав там сразу сорок сторожевых убойных заклинаний – а что с ними еще было делать? С собой уже не унести.
Воодушевленный Орбит взял на себя разведку и периметр, разослав во все шесть сторон по призраку, а седьмого пустив около ноги как питомца – призрачного кротопса, жутковато выглядящего урода ростом по пояс гному, способного одинаково легко путешествовать по земле и в ее толще. Изредка призрачные когти создания оставляли вполне отчетливые борозды на бугристой коре.
Ничуть не переживая о тратах, я воспользовался защитными заклинаниями из свитков по максимуму. Вокруг нас переливалось восемнадцать различных защитных и атакующих аур высшего ранга, усиленных и продленных дополнительными заклинаниями. И это дало свои результаты – чуть ли не на каждом пятом шагу в густых зарослях слышались страшные хрипы, вопли и стоны убиваемых аурами местных обитателей. На наши головы летели и отскакивали от защитных полей оброненные луки и топорики, копьеца и рогатины, деревянные и каменные мечи. Прилетающие из дыр в листве стрелы безвредно рикошетили, басовитый яростный рев показал, где нашу защиту пыталась пробить очередная здешняя пантера, не преуспевшая и рухнувшая в далекую воду с пылающими зеленым огнем лапами. Мы шагали внутри мощного многослойного шара принимающего на себя вражеские удары и нивелирующего их или же перенаправляющего обратно. Госпожа Мизрелл вытащила из рюкзака пару крохотных каменных фигурок, что-то прошептала им – и фигурки взлетели, медленно закружившись вокруг нас. Из поползшей перед глазами информации я увидел, что наши ауры стали на пять процентов сильнее. Это нечто невероятное – даже не представляю сколько такие каменные идолы могут стоить на аукционе. Пятипроцентное усиление массовых защитных и боевых аур…
Мы продолжали подниматься и вскоре угодили под странный фиолетовый дождь, что с шипением сначала превращал листву в прах, а затем менял цвет на красный и прах снова превращался в живую растительность. Мерцающие ауры защитили нас от влаги сверху и боков, но вот шагать пришлось по фиолетовыми кислотным лужам, так что я неплохо поработал магом-целителем, не собираясь тратить запасы элитных эликсиров. Вскоре вспомнил и, пошурудив в запасах, достал и раздал спутникам свитки кислотной резистентности. Жизнь уходить перестала. А вот сапоги дымиться продолжили…
Через полчаса мы сделали первую недолгую остановку, и я полностью обновил наши защитные магические покровы. К этому моменту мы поднялись на высшую точку и спускаться обратно в темные джунгли не собирались, благо сверху нас надежно прикрывали гигантские стрекозы, каждая из которых способна была утащить и сожрать пантеру – чем они, собственно, и занимались, полностью игнорируя мелких букашек вроде нас. Глядя как злобно гудящее насекомое стремительно утаскивает прочь воющую от страха и злобы здоровенную пантеру, поневоле представишь себя персонажем какого-нибудь фантастического романа, описывающего некий затерянный мир. В небольшой воздушной прослойке между потолком и верхушками джунглей водились и другие всеядные крылатые твари, но они были столь мелкими, что защитные ауры испепеляли их еще на подлете. Чуть передохнув, мы разгрызли на всякий случай по комку кедровой зачарованной смолы из лесов на северном берегу Найкала и продолжили путь, весело работая челюстями – волшебная жвачка добавляла бодрости.
Пройдя всего пару десятков шагов по длинной толстенной лиане мостиком переброшенной между несколькими монструозными деревьями, мы снова остановились.
Призраки Орбита ожили.
В буквальном смысле слова.
Бестелесные привидения, верные слуги поработившего их эльфа, начали обрастать плотью.
Первым заметил это я – передо мной по древесной тропке все так же неспешно бежал кротопес, но теперь он оставлял следы от когтей на каждом шагу. И я больше не видел сквозь него мелькающие пятки эльфа – на которые кротопес и пялился с излишне непочтительным для верного слуги кровожадным вниманием.
Притормозив, я окликнул Орба и госпожу Мизрелл. Указал на кротопса – к этому моменту животина отрастила себя хребет и почти весь череп. По быстро восстанавливающемуся из ничего котелку Орбит задумчиво стукнул рукоятью своего жуткого ножа, произнес пару гортанных слов на орочьем языке. Реакция была потрясающая – подпрыгнув метров на пять, кротопес крутнулся, превращаясь в живого хищника, растопырил когтистые лапы, разинул пасть… и был подхвачен и унесен обрадованной стрекозой, что быстро прибила ожившую животину.
Легкая зеленоватая вспышка… и у ног Орба снова появился обычнейший призрачный кротопес понуро смотрящий на тропу под бестелесными лапами. Я повел ногой, и она без сопротивления прошла сквозь призрачное тело. Вот это номер…
А ведь за миг до того, как кротопса утащила налетевшая стрекоза, я вроде как успел увидеть, как над его головой зажглись алые слова складывающиеся в надпись «Вечный путник УшхЛэннКралСоул…».
Озадаченно почесавший затылок эльф буркнул еще пару слов и к нему сбежались остальные призраки. Ну как призраки… да и не сбежались… с ощутимым промедлением, двигаясь с рыкающей и шипящей неохотой, к нам медленно сползлись и подошли почти ожившие кровожадные твари, что смотрели на своего повелителя с неприкрытой злобой. Каждый из призраков получил по башке рукоятью ритуального ножа и каждый подпрыгнул с кульбитом. Двух крупных унесли стрекозы, остальные с рычанием пробили листву по сторонам нашей зыбкой тропы и пропали в бездне. С удивительной грацией крутнувший эльф поспешно изгнал вернувшихся двух призраков, отправил следом кротопса, сорвал с ожерелья несколько затлевших лоскутков и косточек, что-то прошептав и отшвырнув их как гранаты. Успокоено выдохнул и кивнул мне. Призрачный бунт подавлен. Опасность устранена. Можно двигаться дальше. И пояснять никому ничего не надо – видимо мы на самом деле довольно недалека от Аньгоры. И здесь любая магия смерти работает со сбоями. Или вообще не работает…
Мы зашагали дальше, а глубоко под нами, где-то на нижних ярусах джунглей, поочередно раздались глухие хлопки, следом послышались вибрирующий визг и вой, но они быстро пресеклись и больше не повторялись. Сопровождаемые басовитым гудением подлетающих и тут же сгорающих в аурах кровососущих птичек, мы добрались до истончившегося конца хищно подергивающейся лианы-тропы и перескочили на высохшую шипастую ветвь, что привела нас еще выше, подняв метра на три над колышущимся зеленым морем. Здесь мы невольно задержались еще на пару минут, не в силах оторвать взоров от этой потрясающей панорамы. Вспомнив про свои обязанности – а кто еще? Орбиту плевать и лень, Мистри не имеет такой возможности – я наделал скринов и отправил их вместе с текстом всем, кто жадно ждет новостей.
«Продолжаем продираться сквозь джунгли. Призраки эльфа оживают, обрастают мясом. Приходится их прогонять или уничтожать. Гигантские стрекозы пожирают пантер. Мы поднялись почти на самую высокую точку. Скрины прилагаю. Над джунглями царит скала с дырой».
Не забыл отослать скриншот скалы – мы неплохо к ней приблизились и сейчас нас разделяло метров пятьсот, а может и меньше. Одинокая гордая скала с дырой в форме человеческого тела у вершины. К ней мы и двигались – и, вроде как, все делали правильно, раз Нуграсса не подавала голова и не выказывала недовольства. Я ничуть не удивился, обнаружив, что приютившая нас сухая верхушка дерева имеет в себе сквозную дыру, что идет прямо сквозь ствол, полностью перебив его. Верхушка не обрушилась только благодаря высохшим ветвям, что превратились в трещащие скорбные опоры. Наклонившись, я протянул руку и снял с одного из шипов крохотный лоскуток – изорванная красная материя. Он привлек меня даже не своим цветом, а тем, что нанизанный на шип, бешено трепыхался как живой. И стоило мне его снять, лоскуток вырвался из моих пальцев и по ветру умчался к дыре в скале. Двигался точно по прямой линии, наплевав на порывы ветра. Я успел сделать попытку прочесть информацию и даже сделал скрин, но увидел только череду вопросительных знаков.
Кому принадлежал оторванный от одежды красный лоскуток? Кажется, я знаю на это ответ – владелец лоскутка еще и скалу вон ту пробил насквозь собственным телом. И борозды от пальцев оставил в неподатливом камне.
Мы двинулись дальше – и я снова не удивился, увидев, что от сухой кроны одна из иссохших ветвей тянется точно к скале. Ветка опасно потрескивала под нами, но снизу ее поддерживали живые товарки, переплетали лианы, поэтому мы ступали смело, хотя мне пришлось направлять машинально переставляющего ноги эльфа, не отрывающего взгляда от медленно оживающего призрачного стрижа. Я тоже видел этот процесс – и отправлял удивительные снимки на базу. Сначала внутри появляется белесоватая искорка, что начинает расширяться, превращаясь в череп, от которого быстро ткется из воздуха хребет, бегут вниз дуги ребер, а между ними начинает часто пульсировать алая искорка зарождающегося сердца. Прямо блин процесс рождения – только без материнской утробы. И едва птичка успешно родилась, эльф ее тут же прибил. Так что вряд ли роды можно было назвать успешными…
Пока наблюдали за родами, незаметно преодолели четыре шагов и остановились неподалеку от большого перекрестка ветвей, оккупированного гигантскими светящимися муравьями, что безостановочно сновали туда-сюда, перетаскивая в жвалах огромные комки янтарного сочащегося вещества. Поверху бежали порожними, а снизу, вверх тормашками по нижней части ветви, уже с грузом. Судя по ударившему в ноздри запаху – мед. А судя по басовитому гудению, доносящемуся откуда-то снизу слева – там довольно большой улей. Судя же по чавкающим звукам точно из-под наших ног – там кто-то деловито подъедает проливаемый вороватыми муравьями мед.
Поняв, что скоро муравьи нас заметят и вполне могут принять за конкурентов, я выбрал подходящую толстую ветвь, что козырьком вздымалась над оживленным муравьиным шоссе и, сграбастав эльфа, воспользовался липкой лозой. Госпожа Мизрелл без промедления ловко последовала за мной с помощью кнута и мы вмиг преодолели опасный участок. Ползущие за нами защитные ауры нижней частью зацепили за муравьиную тропу и там вспыхнуло яркое пламя. Отвернувшись от разгорающегося пожара и не глядя больше на безмолвно танцующих в огне красных муравья с тающим в жвалах медом, мы бросились прочь по прогибающейся под ногами ветви. Перепрыгнули пару провалов, обогнули ствол накренившегося исполина, прижавшегося к каменному плечу, и оказались на нужном месте – на скале. Метрах в двадцати ниже сквозной дыры у вершины. Упав на камень, ожесточенно жуя кедровую смолу, я сидел по-турецки и смотрел на полыхающие в ста метрах поодаль джунгли – под теряющимися пылающую листву кронами ревел кто-то огромный, мелькали в обугленных дырах лесной плоти гигантские спинные шипы, чем-то похожие на акульи плавники.
Мы молчали. А о чем говорить? Каждый погружен в свои мысли. Каждый рвется продолжить путь.
Мы и продолжили – через пару минут. Выискав взглядом наиболее подходящий маршрут, я двинулся первым, осторожно цепляясь за камни и продвигаясь выше метр за метром. Удивительно, а может даже поразительно, но меня шустро обогнал Орбит, нетерпеливым уркающим зверем рванувшим к скальной вершине. Следом меня обогнала и ровно дышащая гнома, передвигающаяся по каменной вертикале с куда большей скоростью и куда легче, чем по оставленной нами древесной тропе. Тут я уже не удивлялся – гномы есть гномы. Да и опыт ее прежних путешествий никуда не делся. Я остался последним, но за ушедших вперед не переживал – вершина пуста и безжизненна. А вот под нами набирает силу дымный огонь, ревет в пару какая-то зверюга и бегают крайне озлобленные муравьи ищущие виноватого.
Уцепившись за бугристый сырой камень, перевалился через край и оказался на небольшой площадке. Коротко огляделся и невольно напрягся – место уж больно необычное. Начинающееся от моих ног почти ровная площадка бежит полтора и упирается в основание насквозь пробитого гордого скального пика. Дыра действительно в форме человеческого тела – судя по стоящему рядом Орбиту, тот, кто собственным телом пробил здесь дыру, был около метра восьмидесяти ростом, среднего телосложения, без каких-либо выдающихся внешних признаков. Там, где сквозь камень прошли руки, в камне видны глубокие борозды, оставленные пальцами. Орбит развернулся, вошел в дыру спиной и всунул руки в углубления, вставил пальцы в борозды, напрягся, тяня себя вперед. И у меня перед глазами возникла картина держащегося за скалу бедолагу гремлина, неотрывно глядящего на панораму джунглей, пытаясь здесь задержаться подольше, прежде чем пальцы сорвутся и его утащит в Аньгору.
Да… прямо до слез… ага…
Одна проблема – какого черта тут делает небольшой и аккуратный каменный очаг чуть в стороне? На самом краю площадки, можно сказать над бездной. Рядом с очагом большой плоский камень, в полуметре от него старый глиняный жбан с широким горлышком, а вот медный потертый чайник без крышки и с чуть сплющенным носиком. В стенном углублении небольшой запас сухих дров, сбоку от них приткнут частично обернутый выцветшей тряпкой какой-то струнный музыкальный инструмент. Вроде бы лютня, хотя я далеко не спец.
Пока спутники жадно оглядывали дыру в стене, я занялся очагом и чьими-то вещами. В жбане и чайнике вода – скорей всего дождевая. Дрова обычные, на лютне целы струны, оборачивающая ее тряпка оказалась накидкой. За лютней – два простых глиняных бокала.
Каковы шансы, что неистово вцепившийся в скалу гремлин имеет возможность для небольшой передышки?
Продержался за скалу около суток – и полчаса заслуженного перерыва. Выбравшись из дыры, он усаживает у костерка, неспешно пьет горячий травяной отвар, бренькает на лютне и прищуренным взором смотрит с высоты, любуясь красотами…
Бред.
Быть такого не может.
Но кто-то же оставил здесь это все? Кто этим пользуется и бережно приглядывает за добром, защищая от сырости и ветра, пополняя запас дров?
– Да-а-а-а… – произнес Орбит, задумчиво ероша на затылке волосы – воображаемые. Его ладонь мотылялась туда-сюда над бугристым затылком, повисший в воздухе почти обретший плоть стриж удивленно глядел на спятившего хозяина и явно намеревался клюнуть его в макушку.
Эльф коротко взмахнул ножом, и стриж взорвался цветной кляксой.
– Что там?
– Сей древний язык я понимаю лишь отчасти, Росгард Славный – медленно сказала госпожа Мизрелл, снимая очки и близоруко моргая – Но на камне запечатлена история великой любви, острой грусти и неистовой надежды…
– Ага – поощрил я ее улыбкой, одновременно шаря взглядом по камню.
А вон и руны замысловатые. Трудно их заметить – вырезаны на темном камне, заросли зеленым лишайником. То-то Орбит ножом скреб по скале… Большая часть рун скомпонована вокруг кривоватого «Вус…».
– Безутешная дева пишет посланья любимому – продолжила гнома, протирая очки белоснежным платочком – Выбивает из в камне руна за руной. Признается в вечной любви и готовности ждать бесконечно. А еще она клянется сделать все возможное, чтобы…
– …чтобы освободить своего любимого или же последовать за ним в самые глубины ада – фразу договорила возникшая на вершине пика фигура в алом одеянии – И вы поможете мне в этом! Или умрете!
По камню скользнули вылезшие из-под плаща тонкие щупальца, фигура в алом качнулась вниз, прокатилась по камню и бесшумно приземлилась передо мной. Упали и распутались стоявшие дыбом черные волосы, на меня глянули пронзительно-желтые глаза с крестообразными зрачками.
– Приветствую тебя, Росгард на тропе УшхЛэннКралСоул. Ты готов выполнить данное обещание?
Прежде чем ответить, я вытянул руку и провел пальцами по глубоко вырезанным в камне рунам, вопросительно глянул на лыбящегося Орбита. Тот не промедлил и с готовностью пояснил:
– Нуграсса любит Ву-у-у-усю! Хы-ы-ы-ы!
Бац.
С этим «Х-ы-ы-ы-ы-ы» лысый эльф и улетел со скалы после небрежного шлепка щупальцем по спине.
– Верни моего друга! – наставил я палец на черноволосое существо в алом плаще – Живым! И где наши ауры?
Спохватился я поздновато – до того был поглощен изучением медного чайника, что пропустил мимо сознания оповещение системы. Сейчас вот прочитал – вся наша защитная магия была без всяких визуальных эффектов разом снята две минуты назад. И хоть бы, где что пискнуло тревожно…
– Ваша магия слаба – вздохнуло создание – И никчемна. Твой друг жив, Росгард. Ну что, боящийся смерти и переживающий за жизнь драгоценных друзей… ты готов повиноваться?
– Не пытайся, Нуграсса – усмехнулся я, усаживаясь рядом с очагом и вынимая из углубления в стене вязаночку хвороста – Тебе не испугать меня.
– Еще недавно ты униженно умолял! Тебе не обмануть меня!
Во все глаза разглядывая уродливую красотку – странное, но как оказалось, вполне возможное сочетание – я покачал головой:
– Ты очень сильно ошиблась, страж Нуграсса. Присаживайся. Будешь чай?
– Это мой чайник!
– Не мелочись – поморщился я – Тебе жалко?
– Он у меня один и весьма любим. Будь осторожен с ним, Росгард, если не хочешь лишиться жизни! – прошипело создание, возвращая на скалу безудержно лыбящегося целехонького Орбита.
– Я угощу тебя кофе – предложила Мистри, опускаясь рядом со мной.
От загоревшегося хвороста повалил дым, лысый эльф задумчиво ходил вокруг фигуры в алом, явно с трудом сдерживаясь, чтобы не заглянуть под плащ, откуда кокетливо выглядывали змеящиеся щупальца. Я, оставив заботы с костром мастерице своего дела, тоже продолжил разглядывание.
Изящное лицо с белоснежной фарфоровой кожей, холодно мерцающие желтые глава, алые пухлые губки, крохотный нос, высокие острые скулы с едва заметными тонкими иголками шипов, ниспадающие до пояса густые черные волосы. Ниже не рассмотреть – бесформенное алое одеяние надежно скрывает женскую красоту… хотя щупальца навевают на разные нехорошие мысли.
Но если брать от шеи и выше – красотка! Чем-то, очень отдаленно, похожа на Алишану – будто у них отдаленный общий предок. Создание не возразило, когда я назвал его Нуграссой – следовательно угадал.
– В чем я ошиблась, Росгард? Ты ведь знаешь чем тебе и твоим друзьям грозит смерть на этой тропе? Я заманила вас! И все же ошиблась? В чем?
– В малом – признался я – И в самом важном. Ты отпустила отсюда тех, кому действительно было что терять. Помнишь их имена?
– Черная Баронесса…
– Великая воительница со славной репутацией, верный друг королей и героев, правительница возможно сильнейшего клана Вальдиры.
– Как и ты…
– Я просто бродяга лишь недавно пустивший корни – широко улыбнулся я – Умерев здесь – не потеряю ничего действительно важного.
– Пылающая Злоба?
– Могущественный волшебник, обладатель уникальных древних заклинаний, маг сумевший подняться до немыслимых высот.
– Я чувствовала исходящую от него опасность – холодно кивнула Нуграсса и мягко растеклась по камню, превратившись в алую лепешку с задумчивым человеческим лицом – А она?
Желтые глаза обратились на колдующую над кофе гному.
– Фаталистка – развел я руками – Госпожа Мизрелл давно потеряла семью и будет лишь рада умереть в славной битве и отправиться в последнее путешествие – в Аньгору. Там ее давно уже заждались родные.
– Шепот… с его жгучей серебряной цепью…
– Воин, шпион, тайный убийца, следопыт – перечислил я – Он сделал все, чтобы стать лучшим в своем кровавом ремесле. Погибать и лишаться всего… это был бы страшный удар для него и его клана.
– А он? – приподнявшаяся Нуграсса снизу-вверх взглянула на присевшего над ней Орбита, тыкающего пальцем в алую материю прикрывающего ее плаща.
– Еще один бродяга переживший сотни подобных смертей – ответил я, принимая от гномы чашку с кофе – Он бессмертен, но после каждой смерти отправлялся на перерождение, что вполне сравнимо со смертью на этой тропе. Еще он обожает вызовы и очутись он сейчас обнуленным и проклятым в начале уже пройденного пути – воспримет это как начало нового необычного и интересного приключения. Поверь – нам особо нечего терять. А тех кому было – ты отпустила их с миром.
– Если ты не лжешь… то вам на самом деле нечего терять – грустно подытожила Нуграсса – Ты обманул меня, Росгард Хитрый…
– Не – покачал я головой и сделал осторожный глоток – С чего бы? Я всегда рад помочь.
– Даже такой как я?
– Такой как ты? – приподнял я брови – Это какой такой?
– Безнадежно влюбленной дуре – сухо буркнула госпожа Мизрелл, раскладывая на расстеленной скатерти куски сладкого эльфийского хлеба – Вот какой.
Шипастые скулы Нуграссы вспыхнули алым, она целиком скрылась под своим плащом и ненадолго затихла.
– Это только с нами могло случиться – подытожил я, глядя на дымящиеся джунгли – Пошли драться с гигантским монстром и вляпались в любовную драму…
Глава десятая
Как заставить влюбленного монстра излить душу заманенным в ловушку жертвам?
Да легко – дайте монстру чашку горячего кофе, подсадите к нему умудренную жизнью гному и отсядьте чуть в сторонку, не забыв при этом как следует развесить уши.
Мы поступили именно так.
Приткнувшись на краю скалы, мы свесили ноги к далеким дымным джунглям и, неспешно наслаждаясь кофе и откусывая по кусочку сладкого эльфийского хлеба, чутко прислушивались к сугубо женского разговору за нашими спинами, пытаясь вычленить могущую оказаться полезной информацию из моря громких заявлений сводящихся к «ну он же такой классный!». Многоопытная госпожа Мизрелл умело направляла разговор в нужное русло и постепенно мы узнали еще одну историю мира Вальдиры.
Нуграсса – представительница расы ахилотов. Жила в древние времена, являлась могущественной волшебницей. Она достигла невероятных высот, поднялась над всеми кроме богов, пережила всех врагов и друзей. И вот когда святые пятки надменных божественных сущностей нависли уже над самой ее макушкой, она возжелала подняться еще выше – сравняться с богами, стать одной из них, получить бессмертие и всеобщее поклонение. В те времена из мира Вальдиры еще не ушли Древние. К ним Нуграсса и обратилась. Но то ли она сказала что-то не то, то ли повела себя как-то не так, все пошло не по плану – после яркой вспышки могущественная волшебница очнулась уже в подземном море Кзокралла и поняла, что желанное бессмертие все же обрела, вот только не как божество, а в качестве бессменного стража темных вод. Странным образом из ее памяти исчезли почти все воспоминания о Древних, но все остальное осталось на месте – в том числе знания о магии. Ну и звучала в памяти напутственная фраза того, кто отправил ее в море Кзокралла: «Прежде чем познать великие радости божеств, для начала познай их божественные адские муки!».
Нуграсса дурочкой никогда не была и сразу сообразила, что ее вроде как отправили познать муки божественного ада Тантариалла. Нечего мол думать только о хорошем, не стоит забывать и о плохом.
Но…
Нуграсса возрадовалась.
Дело в том, что к Древним она обратилась, будучи уже дышащей на ладан седенькой трехсотлетней старушкой. Это и было основной причиной попытки подняться еще выше – смерть подступала. Выбора особого и не было. Попытайся – или сдохни. Нуграсса попыталась, проиграла, но не сдохла, а превратилась в бессмертное чудовище. Так еще и помолодела!
Вот она радость!
Так что следующие столетия бывшая волшебница наслаждалась жизнью, вызнавала здешние тропки, освежала в памяти заклинания, ставила магические эксперименты. Часть времени она пребывала в виде исполинского уродливого монстра – которого мы видели под сводом подземного моря. И часть времени в виде юной красотки в алом одеянии, беззаботно разгуливающей в страшных джунглях, могущей без труда передвигаться и дышать в обоих стихиях. Нуграсса наслаждалась жизнью на полную катушку, столетия летели незаметно. И все было спокойно на сердце великой, ужасной и бессмертной Нуграссы пока однажды не появился он…
Ну да.
Как всегда мужики виноваты. Я даже не сомневался, что до этого дойдет.
Девица жила и не тужила, но тут явился он и… ну и так далее.
Я не ошибся. Нуграсса взорвалась фейерверком сравнений, уши начали стремительно опухать от многочисленных: «обаятельный, привлекательный, мужественный, шикарный, с яркой душевной искрой, суровая красота, взгляд несломленного орла» и, куда уж без этого, раз пять повторенного «не такой как все».
Ну да. И этого тоже можно было смело ожидать. Должен же был найтись в нашем мужицком стаде хоть кто-то «не такой как все» и чтоб еще с душевной искрой и взглядом несломленного орла.
Хотя, если судить по услышанному, вся особенность избранника Нуграссы заключалась всего в двух достоинствах – он был вообще единственный мужик на всю округу – молчаливых безразличных путников тропы в расчет не берем – и его достаточно медленно первое время продавливало сквозь скалу.
Ну как продавливало… насчет скалы вообще все непросто…
Нуграсса кое в чем призналась и следующие пару минут я провел в безуспешной попытке сдержать рвущийся наружу гомерический хохот. Орбит… Орбит не сдерживался и позволил себе вдоволь покататься по краю над бездной, в конце даже пришлось его ловить за ногу и втаскивать обратно. Сдавленно кашляла отвернувшаяся госпожа Мизрелл, с силой ударяя ладонью по бесстрастному камню.
Дело в том, что раньше, гуляющая по джунглям Нуграсса не раз замечала что-то со свистом стремительно пролетавшее над головой. Вжик – и нету. Причем пролет неведомого небесного болида всегда проходил по одной и той же траектории и на одинаковой высоте.
Нуграсса всегда была любопытна и не чуралась экспериментов.